Читать книгу "Технология блокчейн. То, что движет финансовой революцией сегодня"

На момент написания данной книги у большинства людей есть лишь очень смутное представление о криптовалюте биткойн, а тех, кто слышал о технологии блокчейна, можно пересчитать по пальцам. Вы, наши дорогие читатели, среди того самого дальновидного меньшинства. Биткойн вызывает в голове совершенно разные образы – начиная с финансовой пирамиды и прачечной для денег и заканчивая финансовым аналогом E-ZPass для экономического автобана с целью создания ценности. Главный аргумент против звучит так: инфраструктура еще не готова для новой технологии.

Однако как у любой революционной технологии, у блокчейна биткойна есть свои плюсы и свои минусы

У данной трудности очень много аспектов. Первый аспект связан с тем, что, как говорит автор научной фантастики Уильям Гибсон, будущее уже здесь, просто его инфраструктура распределена неравномерно. Даже если бы граждане Греции знали бы о биткойне в момент краха экономики своей страны в 2015 году, они бы вряд ли смогли осуществить обмен на биткойны или воспользоваться банкоматом биткойна где-нибудь в Афинах. Они бы не смогли перевести свои драхмы в биткойны, чтобы предотвратить обесценивание валюты. И программист Ник Сцабо (Nick Szabo), и эксперт по защите информации Андреас Антонопулос (Andreas Antonopoulos) считают, что крепкая инфраструктура очень важна и ее нельзя создать за одну ночь во время катастрофы. Антонопулос говорит, что у Греции была недостаточно развитая инфраструктура блокчейна на момент кризиса, и также ликвидности биткойна было недостаточно для целого населения, чтобы оно могло перевести в биткойны свои многострадальные фиатные деньги.

С другой стороны, Греция не готова и для блокчейна биткойна. Вот и второй аспект: не достает возможностей для контроля за безопасностью для такого внезапного многочисленного увеличения числа пользователей. «Системе не достает транзакционной мощности для десяти миллионов людей. Это означает, что за ночь число пользователей возросло бы в десять раз, – говорит Антонопулос. – Вспомните, что случилось, когда AOL перевела 2,3 миллиона электронных адресов в Интернет? Мы быстро убедились в том, что Интернет еще не был готов к этому с точки зрения защиты от спама и интернетного этикета, ведь у 2,3 миллиона новичков эта культура еще просто-напросто не сложилась. Это не есть хорошо для еще незрелой технологии»[468]468
  Интервью с Андреасом Антонопулосом, 20 июля 2015 г.


[Закрыть]. Блокчейн был бы чувствителен к проблемам с мощностями, системным ошибкам, непредвиденным багам и, возможно, к кое-чему еще более печальному – огромному разочарованию технически неподкованных пользователей. Всего этого хотелось бы избежать.

И это приводит нас к третьему аспекту этой проблемы – это недоступность технологии среднестатистическому человеку. Недостаточная распространенность цифровых кошельков, многие интерфейсы недружественны пользователю, требуют от него хорошего понимания алфавитно-цифрового кода и технического языка. Большинство биткойновых адресов – просто ряды значений численностью от 26 до 35, которые начинаются с единицы или тройки, и это довольно утомительно. Как сказал Тайлер Уинклвосс, «когда вы заходите на Google.com, вам не нужно вводить цепочку цифр. Вы не набираете IP-адрес. Вы всего лишь печатаете имя и слово, которое вы можете запомнить. То же самое должно быть и с биткойн-адресами. Они не должны быть в уязвимом положении перед лицом обыкновенного пользователя. Такие мелочи играют огромную роль»[469]469
  Интервью с Тайлером Уинклвоссом, 9 июня 2015 г.


[Закрыть]. Поэтому предстоит еще многое сделать, чтобы улучшить базовый пользовательский интерфейс и отношение к пользователю.

Критиков также беспокоит долгосрочная неликвидность биткойнов, потому что биткойны ограничены в своем количестве (21 миллион к 2140 году) и потому что их выпускают все реже и реже. Это валютная политика, направленная на предотвращение инфляции, обыкновенное явление для многих фиатных валют. Сатоси написал: «Это более характерно для драгоценных металлов. Вместо того чтобы менять объем денежной массы и оставлять ценность на одном уровне, объем денежной массы устанавливается заранее, а ценность меняется. Чем больше пользователей, тем выше стоимость единицы валюты. Это может иметь положительные последствия; число пользователей растет, стоимость растет также и привлекает новых пользователей, которые хотели бы воспользоваться тем, что цена валюты идет вверх»[470]470
  Satoshi Nakamoto, P2pfoundation.ning.com, February 18, 2009.


[Закрыть].

Однако нужно понимать, что монеты, оставленные в потерянных кошельках или отправленные на адреса, владельцы которых потеряли свои личные ключи, невозможно вернуть; они просто висят пассивно в блокчейне, поэтому в обращении будет меньше 21 миллиона. Те, кто одним из первых стал пользоваться криптовалютой, склонны удерживать биткойны в точности так же, как они бы удерживали золото, надеясь, что его цена со временем возрастет, и поэтому они относятся к биткойнам, скорее, как к активу, нежели как к средству обмена. По мнению теоретиков экономики, низкая инфляция или ее отсутствие мотивирует владельцев валюты копить, а не тратить свои биткойны. Однако если более высокая надежность операций обмена будет способствовать тому, что люди будут чаще обменивать биткойны, то частота и объем торговли возрастут. Если больше торговых компаний будут принимать биткойны в качестве средства платежа, то тогда, возможно, люди, которые «сидят» на своих биткойнах, начнут использовать свои сбережения для оплаты покупок, высвобождая больше биткойнов в обращение. Если торговые компании начнут выпускать подарочные карты с номиналом, выраженным в биткойнах, то тогда больше людей начнут взаимодействовать с криптовалютами и начнут привыкать к использованию биткойнов. Сторонники протокола биткойна утверждают, что раз биткойны можно разбивать до восьми десятичных знаков (самая маленькая единица называется Сатоси и равняется одной стомиллионной биткойна, т. е. 0,00000001), то самые маленькие единицы будут покупаться больше, если спрос на биткойн будет расти. Есть также возможность подкорректировать протоколы, чтобы добиться большего дробления, например, для осуществления микроплатежей (одна триллионная часть биткойна) и таким образом восстановить застрявшие биткойны после периода их бездействия.

Пятым аспектом проблемы является большой период ожидания: для блокчейна биткойна процесс подтверждения и проведения транзакций занимает примерно десять минут, что быстрее, чем у большинства механизмов оплаты. Однако подтверждение транзакций в момент сделки не является проблемой; проблема в том, что десять минут – это просто слишком долго для Интернета вещей, в котором все должно взаимодействовать непрерывно. Ведущий разработчик Гэвин Андресен говорит, что решением для триллиона соединенных объектов является «другое пространство проектных параметров», пространство, где малый период ожидания важнее, а мошенничество является редкой проблемой, или где стороны способны создать допустимый уровень доверия без сети биткойна. Десять минут – это слишком долго и для финансовых операций, для которых определенное время означает получение актива по определенной цене, а время ожидания может стать причиной рыночных атак по времени (англ. market timing attacks)[471]471
  Ken Griffith and Ian Grigg, “Bitcoin Verification Latency: The Achilles Heel for Time Sensitive Transactions”, white paper, February 3, 2014; http://iang.org/papers/BitcoinLatency.pdf, accessed July 20, 2015.


[Закрыть]. Главным решением этой проблемы для предпринимателей является разветвление базы кода биткойна, то есть модернизация изначального кода с помощью изменений нескольких параметров и запуска нового блокчейна с альткойном (англ. altcoin) вместо биткойна для привлечения пользователей. Лайткойн (англ. litecoin) – это популярный альткойн с построением блока за 2,5 минуты, а Ripple и Ethereum – полностью перестроенные блокчейн-платформы, период ожидания на которых длится не минуты, а секунды.

Шестым проблемным аспектом является изменение в поведении, причем более существенное по сравнению с сетевым этикетом. Сегодня многие люди полагаются на свой банк или компанию по выпуску кредитных карт, на сотрудников этих организаций в том случае, когда они допускают бухгалтерский просчет, забывают пароли или теряют свои кошельки или чековые книжки. Большинство людей с банковскими счетами не привыкли подстраховывать свои деньги, сохраняя пароли на флешке или каком-то другом носителе, чтобы им не пришлось полагаться на услугу восстановления пароля. Они также не привыкли хранить эту информацию в отдельном месте на тот случай, если во время пожара они потеряют вместе со всеми своими вещами еще и свой компьютер, то они хотя бы не потеряют свои деньги. Использовать биткойн без самодисциплины – все равно что хранить свои деньги под матрасом. Вместе с большей свободой – с более защищенным хранением личной информации, улучшенной безопасностью и независимостью от третьей стороны, от ее издержек и системных ошибок – приходится нести и более серьезную ответственность. Однако для тех потребителей, которые не доверяют себе в том, чтобы сохранять копии своих личных ключей, третьи стороны могли бы предложить услуги по сохранению.

Седьмой проблемой являются социальные изменения. Деньги до сих пор являются социальной концепцией, которая представляет ценности общества. Деньги возникли внутри общества, они являются проявлением человеческих отношений и подстраиваются под нужды человека. «Нельзя отказаться от социальной составляющей денег, – говорит Изабелла Каминска из Financial Times. – Многие из этих протоколов пытаются сделать как раз это, создавая абсолютистскую и очень объективную систему. Она не отражает мир таким, какой он есть». В качестве примера она привела еврозону, где один набор протоколов не подходит всем странам [472]472
  Интервью с Изабеллой Каминска, 5 августа 2015 г.


[Закрыть]. Она также повторила мысль Антонопулоса о том, что человеческие общества испытывают потребность в том, чтобы прощать и забывать, чтобы идти дальше. «В финансовом мире есть давняя традиция аннулирования всех записей, потому что мы как общество верим, что неверно преследовать или дискриминировать индивидуумов за что-то, что они сделали десять или пятнадцать лет назад. В нашем менталитете есть это стремление к прощению долгов, потому что мы считаем, что людям нужно давать еще один шанс. Создание системы, которая ничего не забывает, несколько противоречит идее нашего общества», – говорит она [473]473
  Тот же источник.


[Закрыть].

И тут мы подходим к восьмому аспекту проблемы – недостатку возможности осуществления регрессных требований в мире безотзывных транзакций и неоспоримых умных контрактов. По мнению ученых-юристов Примаверы де Филиппи (Primavera De Filippi) и Аарона Райта (Aaron Wright), «люди действительно свободны выбирать определенный набор правил, которые они хотят соблюдать, но стоит им сделать свой выбор, и они больше не имеют права отойти от этих правил, потому что умные контракты автоматически вступают в силу с помощью технологического кода, вне зависимости от воли сторон»[474]474
  Primavera De Filippi and Aaron Wright, “Decentralized Blockchain Technology and the Rise of Lex Cryptographia”, Social Sciences Research Network, March 10, 2015, 43.


[Закрыть]. Этот очень высокий уровень точности – математической точности – в отношении результата транзакции или умного контракта является беспрецедентным в нашем обществе. Он гарантирует более высокую эффективность и устраняет риск невыполнения, потому что у нас нет возможности нарушить договор, нет возможности нанести вред. Однако это же является и недостатком. В этой системе нет места для людей. По мнению Джоша Фэрфилда с факультета юриспруденции Университета Вашингтона – Ли, это означает «не меньше путаницы, а больше. Мы увидим больше ссор. «На самом деле ты не отремонтировал мой дом, я хочу назад свои деньги». Мы увидим больше путаницы в человеческих отношениях, но больше путаницы не означает, что технология плоха»[475]475
  Интервью с Джошем Фэрфилдом, 1 июня 2015 г.


[Закрыть].

Но будут ли люди действительно доходить каждый раз до суда? Де Филиппи подсчитала, что в аналоговом мире 80 % нарушений контракта не рассматриваются в суде, потому что для сторон слишком затратно идти ради этого в суд и заниматься судебными разбирательствами. Почему же ситуация должна как-то измениться в мире блокчейна? Если код будет показывать, что контракт был выполнен в полной мере, а не нарушен, и лишь одна из сторон не удовлетворена его выполнением, то пойдет ли эта недовольная сторона действительно в суд? Увидит ли суд тут нарушение? И сможет ли владелец малого бизнеса отказаться от услуг каких-нибудь юридических компаний или, имея в своем распоряжении более скромные ресурсы, установить личность своего анонимного контрагента, чтобы вообще быть в состоянии подать иск в суд?

В самые первые дни существования блокчейна биткойна доказательство на основе выполненной работы (англ. proof-of-work, POW), описанное в главе 2, было крайне важно для завоевания доверия людей. Спустя годы мы оглянемся назад и воздадим должное гениальному применению этого принципа – начиная с создания и размещения новых биткойнов и заканчивая определением личности и предотвращением двойного расходования. Вещь довольно впечатляющая. И довольно нестабильная, если верить критикам криптовалют, ведь в них используется доказательство на основе выполненной работы для того, чтобы сеть оставалась надежной, а аутентификация осуществлялась по псевдониму.

Хеширование, процесс преобразования массива входных данных произвольной длины с помощью алгоритма 256 (SHA-256) для того, чтобы подтвердить данные и создать блок, требует огромного количества электроэнергии. Некоторые люди в блокчейне экосистемы уже провели некоторые простейшие расчеты, быстро ставшие достоянием Интернета. По подсчетам, минимальное потребление энергии сетью биткойна равно объему энергии, потребляемой семью сотнями среднестатистических американских семей, а максимальное – энергии, потребляемой островом Кипр [476]476
  Izabella Kaminska, “Bitcoin’s Wasted Power – and How It Could Be Used to Heat Homes”, FT Alphaville, Financial Times, September 5, 2014.


[Закрыть]. Это свыше 4,409 миллиарда киловатт-час [477]477
  CIA, “The World Factbook”, www.cia.gov, 2012; http://tinyurl.com/noxwvle, accessed August 28, 2015. Заметьте, что выбросы углекислого газа на Кипре составляли в тот период 8,801 миллиона мегатонн (2012).


[Закрыть], это углеродный след Годзиллы, созданный сознательно. Но это то, что гарантирует безопасность системы и честность узлов.

В начале 2015 года в журнале The New Republic сообщалось о том, что общий объем энергии сети биткойна был в сотни раз больше, чем вся энергия, потраченная пятью сотнями самыми продвинутыми суперкомпьютерами. «Обработка и защита биткойнов стоимостью $3 миллиарда долларов, находящихся в обращении, ежегодно требует электричества на сумму свыше $100 миллионов и влечет за собой соответствующий объем углеродосодержащих выбросов». Автор статьи в журнале Натан Шнайдер (Nathan Schneider) высказал то, о чем многие уже думали: «Вся эта компьютерная энергия, которую можно было бы применить для борьбы с раком или для полетов к звездам, заперта в машинах, которые ничего не делают кроме того, что они осуществляют транзакции биткойна»[478]478
  “After the Bitcoin Gold Rush”, The New Republic, February 24, 2015; www.newrepublic.com/article/121089/how-small-bitcoin-miners-lose-crypto-currency-boombust-cycle, accessed May 15, 2015 г.


[Закрыть].

Будучи людьми, которых волнует судьба нашей планеты, мы все должны быть обеспокоены. Тут две проблемы: первая связана с электричеством, необходимым для работы машин, а вторая связана с энергией, необходимой для их охлаждения, чтобы они не сломались. Вот примерный расклад: на каждый доллар, истраченный компьютером в виде электричества, приходится пятьдесят центов, потраченных на его охлаждение[479]479
  Интервью с Бобом Тапскоттом, 28 июля 2015 г.


[Закрыть]. Сильнейшая засуха в Калифорнии заставила многих задуматься о том, что бесценная вода используется для охлаждения центров обработки данных и майнинга биткойнов.

С ростом стоимости биткойна увеличивается и конкуренция среди майнеров новых биткойнов. Чем больше вычислительной мощности направлено на майнинг, тем сложнее вычислительная задача, которую должны решить майнеры. Единицей измерения вычислительной мощности сети биткойна является хешрейт (англ. hash rate). Гэвин Андресен объясняет: «Итак, давайте скажем, что у нас миллионы транзакций на блок, каждый платит в среднем пошлину за транзакцию в размере одного доллара. Майнерам заплатят миллионы долларов за блок, и они потратят несколько меньше на электричество, чтобы выполнить эту работу. Вот как работает экономика доказательства на основе выполненной работы. Это действительно цена биткойна, и то, насколько много прибыли принесет блок, зависит от количества хеширования»[480]480
  Интервью с Гэвином Андресеном, 8 июня 2015 г.


[Закрыть]. За последние два года хешрейт серьезно вырос – в 45 раз промежуток меньше года. И тенденция сейчас в сторону использования больше энергии, не меньше.

«Цена отсутствия центральной власти равняется стоимости этой энергии», – говорит Эрик Дженнингс (Eric Jennings), гендиректор Filament, промышленной беспроводной сенсорной сети [481]481
  Интервью с Эриком Дженнингсом, 10 июля 2015 г.


[Закрыть]. Это одно из объяснений. Энергия является тем, чем является, и ее можно сравнить с затратами на обеспечение фиатной валюты. «Все виды денег имеют какое-либо отношение к энергии», – говорит Стефан Пер из BitPay. Он вновь обратился к аналогии с золотом. «Атомы золота являются очень редкими на Земле, потому что потребовался огромный объем энергии, чтобы они сформировались». Золото является ценным металлом в связи с его физическими свойствами, возникшими благодаря энергии. Пер предположил, что искусственное производство золота потребовало бы ядерного синтеза [482]482
  Интервью со Стефаном Пером, 11 июня 2015 г.


[Закрыть].

С одной точки зрения все это потребление электричества имеет смысл. Эрик Вурхиз (Erik Voorhees), основатель платформы по торговле биткойнами ShapeShift, говорит, что критики несправедливы, называя энергию, потраченную на майнинг биткойна, пустой тратой. «Электричество сжигается для достижения определенной цели. Предоставляется реальная услуга – подтверждение осуществленных платежей». Он призвал критиков сравнить эту энергию с той, которая сегодня тратится финансовой системой. Стоит вспомнить об огромных банковских хранилищах, о зданиях с внутренним строением, напоминающим бункер, и пышными уличными фасадами в греческом стиле, о системах вентиляции и кондиционирования, которые выпускают холодный воздух в яркие лобби, о банковских отделениях на каждом углу, о банковских автоматах между ними. «В следующий раз, когда вы увидите специализированный вооруженный грузовик Brink’s, выпускающий в воздух черные облака выбросов, сравните его с потреблением энергии на биткойны. Трудно однозначно сказать, что хуже», – говорит Вурхиз [483]483
  Интервью с Эриком Вурхизом, 16 июня 2015 г.


[Закрыть].

Вторая проблема, связанная с энергией, – это сама по себе архитектура компьютера. Для полной совместимости с медленно меняющимися системами предыдущего поколения ваш ноутбук или персональный компьютер являются, скорее всего, компьютерами с полным набором команд (англ. complex instruction set computer, сокр. CISC), которыми никогда не воспользуется ни один среднестатистический человек. Когда инженеры осознали, что серьезно перестарались, они создали компьютеры с сокращенным набором команд (англ. reduced instruction set computer, RISC). Ваше мобильное устройство, скорее всего, является усовершенствованной RISC-машиной (англ. advanced RISC machine, сокр. ARM). Майнеры осознали, что они также могут использовать графический процессор (англ. graphics processing unit, сокр. GPU) для увеличения вычислительной мощности. Так как современные GPU имеют тысячи вычислительных ядер в каждом чипе, они идеальны для вычислений, которые можно осуществлять параллельно, например, для хеширования в майнинге биткойнов. Пришлось пойти на кое-какие уступки, и оценить потребление энергии такой машины стало сложнее, однако в большинстве своем GPU могли бы выполнить эту работу [484]484
  Sangjin Han, “On Fair Comparison Between CPU and GPU”, blog, February 12, 2013; www.eecs.berkeley.edu/~sangjin/2013/02/12/CPU-GPU-comparison.html, accessed August 28, 2015.


[Закрыть].

«Если я смогу создать RISC-компьютер, который будет супербыстрым и который будет максимально параллельно, как сумасшедший, одновременно обрабатывать бесконечные миллиарды кодов, тратя на это либо мало электричества, либо вообще его не тратя, то я заработаю деньги просто из воздуха»[485]485
  Интервью с Бобом Тапскоттом, 28 июля 2015 г.


[Закрыть], – сказал Боб Тапскотт, брат Дона и директор по информационным технологиям. Это именно то, что сделала компания BitFury Group: она построила массивное параллельное оборудование по созданию биткойна с интегральными схемами специального назначения (англ. application specific integrated circuits, сокр. ASICs), которые экономят энергию и созданы только для майнинга биткойнов. Ее основатель и генеральный директор Валерий Вавилов придерживается мнения, что машины и майнинговые операции в будущем будут больше экономить энергии и станут безвредны для окружающей среды. Отчасти это можно обеспечить перемещением машин и операций в страны с более холодным климатом, в страны с дешевым электричеством, которые используют возобновляемые источники энергии (например, энергию воды или геотермальных источников), в страны, где природа-мать сама гарантирует охлаждение или находит способ побороть жару. У BitFury, например, есть два центра обработки данных – один в Исландии, а другой в Грузии, – плюс она планирует открыть дополнительные центры в Северной Америке. Кроме того, компания приобрела гонконгский стартап Allied Control, который специализируется на технологии охлаждения с погружением [486]486
  Интервью с Валерием Вавиловым, 24 июля 2015 г.


[Закрыть]. Таким образом, BitFury стремится сократить негативное влияние инфраструктуры биткойна на окружающую среду.

Даже если подобные инициативы и сокращают углеродный след от майнинга, мы все равно продолжаем иметь дело с ростом потребления энергии и размещением этих постоянно обновляющихся устройств. Майнеры, которые хотят сделать карьеру, должны постоянно модернизировать и совершенствовать свои системы. Срок службы большей части оборудования для майнинга составляет от трех до шести месяцев [487]487
  Hass McCook, “Under the Microscope: Economic and Environmental Costs of Bitcoin Mining”, CoinDesk Ltd., June 21, 2014; www.coindesk.com/microscope – economic-environmental-costs-bitcoin-mining/, accessed August 28, 2015.


[Закрыть]. Боб Тапскотт сравнил компании наподобие BitFury с владельцами магазинов в бассейне реки Юкон во время «золотой лихорадки»: они смогли сколотить себе состояние, постоянно улучшая лопаты и продавая их добытчикам [488]488
  Интервью с Бобом Тапскоттом, 28 июля 2015 г.


[Закрыть]. Один майнер рассказал, что майнинг с помощью Cointerra TerraMiner IV с ASIC-чипом был настолько энергоемким, что электрооборудование его дома не смогло обеспечить этот объем энергии. «Я продаю три графических процессора, потому что мой дом стар и проводка в нем никудышная. Мне не нужен пожар». Начальное предложение было пять тысяч долларов [489]489
  my-mr-wanky, eBay.com, May 8, 2014; www.ebay.com/itm/3-Cointerra-Terra Miner-IV-Bitcoin-Miner-1–6-TH-s-ASIC-Working-Units-in-Hand-/33119 2098368, accessed July 25, 2015.


[Закрыть]. Такие компании, как австралийская MRI, ищут способы повторного использования всех этих компьютерных частей. Сначала они разбирают все на детали, а потом находят применение этим отходам. Такой творческий подход позволяет им «вернуть» ценные металлы и заново использовать до 98 % веса использованной продукции [490]490
  “PC Recycling”, MRI of Australia, MRI (Aust) Pty Ltd. Web. August 28, 2015; http://www.mri.com.au/pc-recycling.shtml.


[Закрыть]. К сожалению, переработка аппаратного обеспечения до сих пор не настолько широко доступна большинству потребителей, как бы нам того хотелось.

Разработчики биткойна считают эти беспокойства обоснованными и готовы решать проблему. «Если биткойн действительно станет глобальной сетью, я думаю, мы должны будем начать медленно отходить от принципа доказательства на основе выполненной работы как единственного способа гарантировать надежность сети, – говорит Андресен. – В совсем далеком будущем, может, мы вообще откажемся от него или будем сочетать его с чем-то еще»[491]491
  Интервью с Гэвином Андресеном, 8 июня 2015 г.


[Закрыть].

Это как раз то, что сделали создатели некоторых альткойнов. Они постарались найти альтернативные алгоритмы достижения консенсуса для обеспечения безопасности сети, сохраняя при этом ее децентрализацию. Например, такой альтернативой является концепция «proof of stake» (сокр. PoS, дословно «подтверждение долей в собственности»). Открытый исходник протокола биткойна делает это легко осуществимым с технической точки зрения. Не забывайте, что цель алгоритмов достижения консенсуса заключается в том, чтобы распределить среди децентрализованного набора пользователей право принимать решение о состоянии блокчейна. По мнению Виталика Бутерина, основателя проекта Ethereum, есть только три надежно децентрализованных набора пользователей, и каждый набор соответствует определенному набору алгоритмов по достижении консенсуса: владельцы вычислительной мощности со стандартным алгоритмом PoW; стейкхолдеры с различными PoS-алгоритмами для кошельков; и члены социальной сети с «интегрированным» алгоритмом по достижении консенсуса [492]492
  Vitalik Buterin, “Proof of Stake: How I Learned to Love Weak Subjectivity”, Ethereum blog, November 25, 2014; https://blog.ethereum.org/2014/11/25/proof – stake-learned-love-weak-subjectivity/.


[Закрыть]. Обратите внимание на то, что лишь один из этих трех механизмов по достижению консенсуса содержит слово «мощность». Версия Ethereum 2.0 будет построена на PoS-модели, в то время как Ripple использует интегрированную модель, небольшую подконтрольную группу, похожую на нечто вроде SWIFT – глобальную систему передачи информации и совершения платежей. В этой интегрированной модели авторизованные группы достигают консенсуса по состоянию блокчейна [493]493
  Stefan Thomas and Evan Schwartz, “Ripple Labs’ W3C Web Payments”, position paper, March 18, 2014; www.w3.org/2013/10/payments/papers/webpayments2014 – submission_25.pdf.


[Закрыть].

Такие системы не сжигают так много электричества, как блокчейн биткойна. Брэм Коэн, основатель Tor, представил четвертый способ борьбы с высокой тратой энергии, который он называет «подтверждением диском» (англ. proof of disk) и по которому владельцы дисковой системы хранения – люди, которые выделили огромную часть компьютерной памяти на работу в сети и на выполнение ее функций – представляют экономический набор пользователей. Остин Хилл (Austin Hill) из Blockstream предостерег от использования альтернативных методов достижения консенсуса. «Экспериментировать с алгоритмом доказательства выполнения работы – опасно, это новая эра компьютерной науки»[494]494
  Интервью с Остином Хиллом, 22 июля 2015 г.


[Закрыть]. Тут появляется дополнительное требование к инновациям: программисты должны следить не только за тем, чтобы новые параметры и функции выполнялись, но и за тем, чтобы выбранный алгоритм достижения консенсуса гарантировал их надежность и распределенность по отношению к самому подходящему экономическому сету.

Так или иначе, а поговорка «где хотенье, там и уменье» абсолютно применима ко всем выше описанным случаям. Самые продвинутые технические специалисты планеты ищут в настоящий момент решение энергетической проблемы с помощью более эффективных приборов и возобновляемых источников энергии. Кроме того, чем умнее будут становиться компьютеры, тем, вне всякого сомнения, больше собственных решений они будут предлагать. Вот что сказал об этом ангел-инвестор биткойна Роджер Вер (Roger Ver) по прозвищу Иисус Биткойна: «Скажем, уровень IQ самого умного человека составляет где-то 200. Представьте теперь искусственный интеллект с IQ 250, или 500, или 5000, или 5 миллионов. Решения обязательно найдутся, если люди захотят, чтобы они нашлись»[495]495
  Интервью с Роджером Вером, 30 апреля 2015 г.


[Закрыть].