» » » онлайн чтение - страница 11

Текст книги "Сбежавший король"


  • Текст добавлен: 21 сентября 2014, 14:59


Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

Автор книги: Дженнифер Нельсен


Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Шрифт:
- 100% +

27

Картия – страна, со всех сторон окруженная сушей, и это то, что больше всего меня угнетает. Конечно, у нас благоприятный климат и земли лучше подходят для развития хозяйства, чем в любой из соседних стран.

Но собственного моря у нас нет.

Пиратское побережье было завалено камнями, которые в жару слишком раскалялись, чтобы можно было ходить по ним босиком. Но даже раскаленный берег моря лучше, чем никакого. Я мог весь день сидеть и смотреть на волны, внимательно вглядываясь туда, где море встречается с небом. Где-то там, на другой стороне, были страны, о которых я мало что знал. Может быть, однажды я отправлюсь в путешествие, увижу эти далекие края, узнаю, как там живут. На самом деле я наметил себе что-то такое, еще когда миссис Табелди в последний раз вышвырнула меня из своего приюта. Я уверен, что родители не пришли бы в восторг от этой идеи, если бы узнали о ней, но от этого она казалась еще заманчивее.

Я долго следил за стаей чаек, круживших над водой в каком-то гипнотическом танце. У меня было немного хлеба, я раскрошил его, бросил крошки на песок и стал ждать. Несколько чаек прилетели на угощение. Я кормил их, с каждым разом приманивая ближе к себе. Потом я зажал кусочек хлеба между пальцами и протянул его птице, которая казалась немного храбрее остальных. Она вертела головой, глядя то на меня, то на хлеб, будто размышляла, стоит ли рисковать, чтобы получить крошку.

– Давай, – прошептал я. – Ты же хочешь. Это твой шанс.

Птица бросилась вперед, чтобы схватить хлеб, но неожиданно взлетела оттого, что рядом с ней упал камень. Остальные чайки тоже поднялись в воздух.

Подошедший сзади Девлин проворчал:

– Жалкие вредители. Они просто падальщики.

Как будто пираты были высшей формой жизни. Но я сжал зубы и ничего не сказал, просто молча глядел на море. И все же я понимал, что разговор был неизбежен.

Он подошел ко мне и сказал:

– Ты, кажется, о чем-то задумался.

Я опустил глаза.

– Да.

Девлин принес мой меч и воткнул его в песок рядом со мной. Тут же он бросил ножны, потом сел на песок и откинулся назад, опершись на вытянутые руки.

Я посмотрел на меч и спросил:

– Где мой нож?

– Я забрал его, – сказал он. – Он теперь мой.

– Позаботься о нем. Лучше, если он будет в хорошем состоянии, когда я выкраду его обратно.

Он хмыкнул и сказал:

– Да, Агор надеется, что ты хороший вор, потому что с мечом ты просто жалок.

Я пожал плечами.

– «Жалок» – это если придираться. Я бы сказал, что это был поединок на равных.

– По-моему, все было совсем не так.

Я улыбнулся в ожидании еще одной шутки на тему моей бездарности, но лицо его было совершенно серьезно.

– Я так легко принял тебя в пираты, потому что Эрик многое рассказал о тебе, – продолжал Девлин. – Как ты дал отпор королю Варгану и смог провести его, как ты напал на воров в Картии, защищая невинных женщину и ребенка. Тебя ранили, но и ты серьезно ранил нескольких воров. Как это вышло, Сейдж?

– Я просто застал их врасплох.

– Да, может быть. А почему тот человек в поместье говорил, что лучше отдать тебе все, что нужно, потому что ты все равно это получишь? Эрик сказал, что ты убил его. – Он ждал моего ответа, но я лишь молча смотрел на него. – Я готов спорить, что ты отлично владеешь мечом. Я думаю, ты дрался с Агором так плохо, чтобы прикинуться слабаком. Я только не понимаю, для чего тебе это.

Я поднял рукав, чтобы он увидел, сколько ссадин я получил от Агора.

– Думаешь, я позволил бы ему это, если б мог его остановить?

– Да, думаю. – Девлин презрительно скривил рот, оценивая меня. – Думаю, ты не простой вор. И если даже существует пещера, полная картийских сокровищ, думаю, ты собираешься приберечь ее для себя. Кроме того, я думаю, что ты неисправимый лжец.

Я рассмеялся, напряженно, но искренне.

– Едва ли. На самом деле я считаю себя неисправимым правдорубом. Просто все остальные почему-то меня не понимают.

– Так значит, Агор просто не понял тебя? – Девлин указал на меч. – Подними его. Я хочу видеть, как ты его держишь.

Шумно вздохнув, я встал и взял меч. Я не пытался сделать вид, что не умею его правильно держать или что он слишком тяжел для меня. Он поймет, что я притворяюсь.

Девлин тоже встал, потом развел руки, чтобы показать, что безоружен.

– Я думал о том священнике. Как, говоришь, ты с ним познакомился?

– Однажды он меня приютил.

– А-а. Его звали Фонтелейн. Ты это знал?

Я покачал головой.

– Фонтелейн был хорошо известен не только в Дишеле, но и во всей Северной Авении. Он опекал многих беспризорников, стольких, что и не сосчитать, и никогда не требовал и не ждал никакой награды.

Я вдруг подумал, а не платил ли мой отец Фонтелейну, чтобы тот приютил меня. Наверное, нет. Он бы испугался, потому что священник мог заподозрить, что я не простой беспризорник.

– Я дал ему лучшую награду, на какую он мог надеяться, – сказал Девлин, – мученическую смерть. Он должен был умереть. Ты знаешь, почему я убил его?

Я крепче сжал рукоять меча. У меня было бессчетное количество причин использовать его против этого злодея.

Девлин сам ответил на свой вопрос.

– Он думал, что к нему в церковь пришел юный принц Картии, мальчик, которому удалось сбежать, когда на корабль напали.

– Вы, должно быть, дураками себя чувствовали, когда он сбежал, – сказал я. – Быстро поняли, что вас десятилетний мальчик обвел вокруг пальца?

Правый глаз у него дернулся, прежде чем он продолжил:

– Мы думали, что он утонул вместе с кораблем, пока Фонтелейн не послал за его братом, который объезжал Авению в поисках вестей о пропавшем принце. Мы очень скоро об этом узнали. Когда я добрался до него, мальчика уже не было. Священник уверял нас, что это не принц, но дело было сделано. Он должен был сказать нам сразу, как этот мальчик появился, чтобы мы установили его личность.

– Если это был не принц, получается, вы убили священника ни за что, – сказал я.

– Смерть Фонтелейна стала уроком для тех авенийцев, которые не уважают пиратов! – сказал Девлин. – Если ты его знал, можешь представить, как он умер. Ни слез, ни просьб, ни жалоб. К несчастью, это должно было стать для других уроком, так что смерть его была долгой и мучительной.

– А что с принцем, он ведь вернулся?

Глаза его потемнели, и я увидел в них жажду крови. Моей крови.

– Не волнуйся о Джероне. Мы доберемся до него, и очень скоро.

Гнев захлестнул меня, и мне стало не по себе. Если действовать, то сейчас. И все же что-то держало меня. Ладонь вспотела так, что неудобно стало держать меч, и я переложил его в правую руку.

Девлин улыбнулся.

– Кажется, ты все же умеешь пользоваться оружием. Тогда почему не атаковал меня? Недавно ты говорил, что мог бы отомстить за то, что я сделал со священником.

Я смотрел на Девлина, и кровь закипала у меня в жилах. Он явно добивался, чтобы я вызвал его на поединок. Так почему бы мне не принять вызов? Разве не для этого я пришел к пиратам, не ради этой цели? Что бы я ни сделал с ним, он это заслужил. И все же я чувствовал себя таким слабым, как никогда прежде, чувствовал, что не могу сделать той единственной вещи, что спасет мою страну.

Девлин наклонился и подобрал с земли горсть камешков. Он бросил один в меня, целясь в плечо.

– Может быть, Агор был прав, – сказал он, бросая второй камень мне в грудь. – Ты не владеешь мечом. Ты вор, потому что никем другим быть просто не можешь. Развязывать узлы – это забавно, но куска хлеба этим фокусом не добудешь.

Потом он бросил в меня еще один камень, размахнувшись на этот раз гораздо сильнее, и задел рану у меня на животе.

– Думаешь, ты чем-то лучше нас? Лучше меня? Тогда покажи это! – И он бросил в меня оставшиеся камни. Я отвернулся, чтобы он не попал мне в лицо, но один из камней все же задел мне щеку.

Я поднял меч, готовый сразиться. В ответ он шагнул вперед, лицо его исказилось от ярости. Я посмотрел в его черные глаза и вдруг понял, что за ними действительно ничего нет. Ни человечности, ни любви, ни души. В них была только злость и больше не было совсем ничего. И злость эта был точь-в-точь такой, как та, что давно поселилась во мне самом. И это больше всего испугало меня.

С той самой ночи, когда на меня напали, я был так зол, так уверен, что у меня нет другого выбора, кроме как уничтожить пиратов. Но если этот выбор означал, что я должен стать таким, как Девлин, мне нужно найти другой способ победить. Не то чтобы я не мог сразиться с ним. Но я не сделаю этого. Я не стану таким, как он.

Я молча опустил меч, повернулся к нему спиной и пошел. Девлин схватил меня за плечо, развернул и дернул к себе. Я споткнулся на песке и неуклюже повалился на него. Тогда он сказал:

– Лучше, если твоя пещера будет полна сокровищ, потому что иначе я совершил худшую ошибку в своей жизни, сделав тебя пиратом. Ты чудовищно никчемен. Я сделал все, чтобы заставить тебя взяться за меч, а у тебя духу не хватило. Даже против безоружного.

Сказав это, он толкнул меня на песок и пошел прочь.

– Ты не был безоружен, – проворчал я, вставая.

– Что? – Он обернулся и увидел у меня в руке маленький нож, который был заткнут у него за пояс. Я вытащил его, когда падал. Лицо Девлина побагровело.

– Ты хотел, чтоб я попробовал напасть на тебя с мечом, чтобы ты мог достать нож, – сказал я, бросая нож на песок рядом с ним. – Хороший ход, но я теперь пират. Я один из вас.

– Если бы ты был настоящим пиратом, ты не вернул бы его мне, – сказал мне в ответ Девлин.

– Мне нужен мой нож, – ответил я, – а не эта твоя жалкая игрушка. – Сказав это, я пошел прочь.

– Сейдж! – крикнул Девлин.

Я обернулся как раз вовремя, чтобы заметить летящий в меня нож. Я, не задумываясь, поднял меч, плоской стороной вперед, нож ударился об него и отлетел в высокую траву.

Девлин посмотрел мне в глаза и зловеще усмехнулся.

– Так, в конце концов, мечом ты все же умеешь пользоваться. Но не хочешь. Для чего ты его бережешь?

Я задумался лишь на секунду.

– Я лучше тебя, Девлин. И я берегу этот меч до тех времен, когда и все остальные это поймут.

Он позволил мне уйти, но я знал, что очень скоро мне придется расплачиваться за эти слова.

28

Возвращаясь в лагерь, я заметил возле деревьев Имоджен. Она, стоя на коленях, сажала кустик ромашек. Увидев меня, она нахмурилась.

– Ты выглядишь расстроенным, – сказала она. – Что произошло?

– Время на исходе. У нас обоих.

Она сделала мне знак подойти ближе, и я вздохнул. Я предпочел бы остаться один, пока не успокоюсь, но не мог отказать ей, особенно здесь.

– Кто-нибудь может нас увидеть, – сказал я, оглядываясь, но поблизости никого не было.

– Тогда иди сюда.

Мы спустились с небольшого холма в небольшую ложбину, где склон и деревья надежно защищали нас от посторонних глаз. Она достала из кармана передника сырую картофелину и велела мне сесть рядом, что я и сделал.

– Наверное, боль от раскаленного железа еще не прошла.

Я скривился.

– Картошка?

– Тише. Покажи мне руку.

Я показал ей клеймо. Имоджен повернула руку так, чтобы лучше видеть ожог.

– Больно?

– Все нормально.

– Ну конечно. Если бы тебе даже все кости переломали, ты сказал бы, что все нормально. – Она положила мою руку себе на колени и начала чистить картофелину.

Потом Имоджен порезала ее тонкими ломтиками и положила их на ожог. Ломтики почти мгновенно потянули из раны жар. Закрыв ожог, она положила нож и оставшуюся картошку на землю. Имоджен поддерживала мою руку у запястья и у локтя, чтобы картошка не упала.

Так мы просидели несколько минут в молчании. Я не хотел говорить, боясь разрушить словами это хрупкое счастье. Словами я только все испорчу или наконец уговорю ее уйти. Я вдруг со стыдом понял, что на самом деле не хочу, чтобы она уходила. Так хорошо было иметь союзника в этом ужасном месте.

– Я видела вас с Девлином на берегу, – сказала она, – он дразнил тебя.

– Это была проверка.

– Раз ты все еще здесь, наверное, ты ее выдержал.

– Нет. Сомневаюсь, что ее можно было выдержать.

Имоджен начала перекладывать ломтики картошки, выбрасывая сделавшие свое дело и заменяя их новыми.

– Я думала, ты сразишься с ним. Даже издалека было понятно, что ты этого хочешь.

– Да, я хотел, – подтвердил я, а про себя подумал, что все еще хочу этого.

– Ты не можешь победить пиратов, Джерон.

– Я знаю.

– А значит, нам нужно бежать отсюда. Мы можем убежать сегодня ночью, вдвоем. Ничего постыдного в этом нет.

– Бежать? – Я с раздражением стряхнул картошку с руки, встал и взялся за меч. – Скажи, как на прошлой неделе ты поняла, что я уеду из замка сюда? Ты помнишь?

По щеке Имоджен скатилась одинокая слеза, и она ответила:

– Потому что ты никогда не убегаешь. Даже когда это единственно возможный выход.

– Да, – отрезал я, – никогда. – И развернулся, собираясь уйти.

– Джерон, есть еще кое-что. – Прежде чем я повернулся к ней, она встала. – Я подслушала разговор Девлина. Роден возвращается. Его ждут завтра.

Я помолчал и закрыл глаза, прежде чем ответить.

– Он знает о тебе?

Имоджен покачала головой.

– Еще я слышала, что он сам вызвался той ночью ехать в Картию. Не из-за послания, которое должен был тебе передать, а потому что хотел, чтобы ты знал о нем. Он напал на тебя, потому что хотел отомстить.

Я это прекрасно понимал. Достаточно хорошо, чтобы это тяжелым грузом сдавливало мне грудь с нашей с ним последней встречи.

Я поднял голову.

– Ты не собиралась мне этого говорить?

– Я надеялась, что пираты не примут тебя, или что ты поймешь, как глупо то, что ты задумал, и сам уйдешь прежде, чем придется сказать. – Забыв о том, что кто-нибудь может нас увидеть, она подошла ко мне ближе. – Ты не понимаешь? Он узнает, что это ты, как только услышит имя Сейдж. Из всех имен, что ты мог выбрать, ты не придумал ничего лучшего? Не мог взять имя, которое не напомнило бы ему о тебе?

Я опустил глаза, и Имоджен судорожно вздохнула.

– Ой, – прошептала она, – так это твой план. Ты хочешь, чтобы он нашел тебя? Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь.

Я вздохнул.

– Не ошибаешься.

Это ее разозлило.

– Ты забыл, что он чуть не убил тебя неделю назад? А теперь ты, не думая об опасности, оставляешь свой замок, свою армию, своих друзей и приходишь сюда один? Как это поможет что-то исправить? Ты что, не знаешь, против чего идешь?

Я сжал зубы и отвел взгляд, но она еще не закончила.

– Я знаю, что ты сильный, ты владеешь оружием, но говорят, Роден ни на минуту не расставался с мечом со дня твоей коронации. А когда он вернется, тебе придется сразиться не с ним одним, а со всеми пиратами. Они будут на его стороне, и у тебя нет шансов победить. Никаких. – Она взяла мое лицо в свои ладони, чтобы я посмотрел на нее. – Пожалуйста. Ты должен услышать то, что я говорю. Как бы ты ни был зол на пиратов или на Родена, завтра ты проиграешь.

– Ты так мало веришь в меня?

– Вера не может спасти от реальности. – У нее на глазах блеснули слезы. – Я знаю, что ты никогда не убегаешь. При других обстоятельствах я лишь восхищалась бы этим. Но именно теперь ты должен. Сделай это ради меня. Останься в живых ради меня.

– Неужели ты хочешь, чтобы я был таким? Чтобы прятался и трясся от страха всю оставшуюся жизнь, как беспомощная жертва?

– Я хочу, чтобы ты выбрал жизнь! Мне важно, чтобы ты жил! Если мы вернемся в Картию к утру, ты сможешь приготовить армию к нападению пиратов.

– Да, и проголосовать за наместника на следующий день! Я не властен над армией. Грегор легко сможет убедить регентов назначить его наместником. Перед лицом военной угрозы регенты сделают что угодно, слепо повинуясь его указаниям.

Я вдруг замер, ошеломленный, и почувствовал, как сердце оглушительно колотится в груди.

В тот момент я понял, кому принадлежит власть. Как бы король Авении ни хотел заполучить мои земли, а пираты – мое богатство, у них не было власти надо мной. Пока не было. Но был один человек, на которого моя власть распространялась.

Задавай правильные вопросы. Так сказал Коннер. С той самой минуты, когда я вышел из его камеры, этот разговор не выходил у меня из головы. Но сколько бы я ни повторял эту фразу про себя, я не понимал, какие вопросы должен был задать. Теперь же я это понял.

Имоджен коснулась моей руки.

– Джерон, что-то случилось?

– Да, – пробормотал я. Я сжал рукоять меча, будто угроза была совсем рядом. В ту минуту я понял, о чем говорил Коннер в тюрьме.

Я упал на колени.

Когда я спросил Коннера, где он взял масло дерваниса, Грегор положил руку на рукоять меча.

– Почему он это сделал? – пробормотал я. – Это был всего лишь вопрос. Почему Грегор потянулся к мечу?

Имоджен покачала головой.

– О чем ты говоришь?

Мотт говорил мне, что за месяц до гибели мой отец стал очень подозрительным и приказал, чтобы регентов обыскивали у входа в замок. И все же Коннер смог войти к нему с бутылкой масла дерваниса.

Задавай правильные вопросы.

Вопрос был не в том, где он взял яд. Вопрос: как он пронес его в замок.

Коннеру нужна была помощь, чтобы убить моих родителей. Значит, в моем замке был еще один предатель.

Коннер мог даже не знать о нем. Пираты могли просто связаться еще с одним человеком, чтобы Коннер смог пронести яд.

Только один человек был властен пропустить регента в замок без обыска. И это был тот же человек, который пропустил в замок короля Авении, не опознав в его спутниках пиратов.

Грегор потянулся к мечу в тюрьме, так как думал, что я узнаю об его измене. Он собирался воспользоваться мечом. Применить его против меня.

Грегор знал, что на меня нападут в саду. Он знал, что послание Родена должно напугать меня и заставить подчиниться, и это позволило Грегору заявить регентам, что нужен наместник.

И в какое бы убежище Грегор ни отправил меня, я готов держать пари, что пираты знали об этом месте. Пиратам не нужен был Коннер. Договоренность с ним они уже использовали. Но Грегору нужна была его смерть, чтобы сохранить в тайне свою причастность к убийству моих родителей.

Через два дня Грегор объявит себя наместником Картии. И все, что отделяет его от успеха, это Тобиас, который сейчас притворяется мной. Тобиас в смертельной опасности. А что Амаринда, стоящая между ними?

Я взглянул на Имоджен, которая уже начинала паниковать.

– Что происходит? – спросила она.

Я снова встал и сказал:

– Пора идти. Встретимся ночью в конюшне. Через час после того, как погаснет последний фонарь.

– Стражники охраняют лагерь.

– Ты сможешь пробраться незаметно?

– Да. – Имоджен помолчала, вытерла со щеки слезы. – Спасибо, Джерон.

Я кивнул ей и закрыл глаза, пытаясь свести воедино части своего плана. Когда я открыл их, Имоджен уже исчезла.

29

Когда вечером я пришел на ужин, Финк уже сидел за столом. Он подвинулся, освобождая мне место. Поприветствовав меня без особого энтузиазма, он отставил свою миску и положил голову на руки.

– Засыпаешь? – спросил я. – Послеобеденный сон не удался?

– Заткнись, – раздраженный тон Финка меня удивил. Я думал, что у нас роль всем недовольного ворчуна давно закрепилась за мной.

– Сядь ровно, а то тебе похлебку прольют на голову. – Он недовольно посмотрел на меня, но послушался. Тогда я спросил: – А что случилось?

Финк быстро повертел головой, чтобы удостовериться, что никто из пиратов не подслушивает. Как будто они только и делали, что подслушивали разговоры паренька, слишком маленького, чтобы стать пиратом. Потом он наклонился ко мне и прошептал:

– Я хочу домой.

– Куда это – «домой»? Обратно к ворам?

– Может быть. Мне здесь не нравится.

– Эрик остается, – сказал я. – Сомневаюсь, что он когда-нибудь вернется.

– Я знаю, – он пожал плечами. – А ты?

Если я не отправлюсь домой, обман Тобиаса будет раскрыт. Грегор расправится с Тобиасом и укрепит свою власть над Амариндой и моим королевством, прежде чем я вернусь и остановлю его. Но если я уйду сейчас, пираты пойдут войной на Картию и все уничтожат.

– Я не знаю, что мне делать, – пробормотал я в ответ.

Мы замолчали, потому что подошла Серена, темноволосая девушка, которая прислуживала за столом, и налила нам похлебки.

Она положила руку мне на плечо и прошептала:

– Тебе нужна добавка. Слишком ты худой.

Я улыбнулся ей и согласился на дополнительную порцию. Хотя я не был особенно голоден, я собирался съесть целую миску. Недавно я и сам начал замечать, что слишком исхудал.

– Посмотри-ка. – Финк показал в дальний конец стола, на Имоджен, не сводившую глаз с Серены. – На самом деле, похоже, она вовсе не ненавидит тебя. Я думаю, она злится, что другая девушка налила тебе добавки. Она ревнует.

Я встретился глазами с Имоджен и едва заметно покачал головой. Она поняла и отвернулась.

Девлин, сидевший за другим столом, встал со своего места, и его голос загремел на все помещение:

– Я хочу немного развлечься. Нам пора сразиться на мечах.

Все замолкли. Никому не хотелось становиться мишенью для развлечения Девлина. Девлин достал меч и начал по очереди показывать острием на пиратов:

– Мне сразиться с тобой? Или с тобой?

Я перевел взгляд на свою тарелку и сжал зубы. Девлин продолжал:

– Ну же, неужели нет желающих? Никто не думает, что он лучше меня? – И тут взгляд его остановился на мне. – Сейдж, ты будешь драться.

Это был не вопрос, и в любом случае я оказывался в проигрыше. Или меня убьет Девлин, или, в случае моей победы, его люди. Внутри у меня все сжалось.

– Можно, по крайней мере, поесть, пока похлебка не остыла? – спросил я.

– Я уже поел, а тебе ужин не понадобится.

Точно, потому что я не проживу столько, чтобы успеть его переварить.

Я все же съел еще ложку. Девлин, не сводя с меня глаз, вышел из-за стола и пошел ко мне. Наконец я заставил себя встать. Я знал лишь одно: в любом случае я проиграю. И вдруг Девлин издал яростный вопль. Только тогда я поднял глаза. По его одежде текла похлебка и капала на пол с рубахи на груди и с рукава на правой руке.

– Простите меня, сэр. Я вас не видела. – Имоджен низко поклонилась Девлину, сжимая в руках пустую миску.

– Неуклюжая девчонка! – Девлин поднял руку, чтобы ударить ее, и медленно опустил. Он с ненавистью взглянул на нее, потом на меня, затем развернулся и ушел.

Я снова сел, хотя рука моя так крепко сжимала меч, что мне совсем непросто было расслабиться и снова взяться за ложку. Имоджен и другие девушки молча вытерли пол и поспешили прочь. По кухне прокатился негромкий гул, но никто не посмел высказаться во весь голос. Финк рядом со мной замер неподвижно.

– Финк, – прошипел я, – ешь.

– Он мог бы убить тебя прямо сейчас.

– Ешь.

Но он отодвинул миску и снова положил голову на стол. Тут я наконец разрешил спор, который мысленно вел с самим собой весь вечер. Я положил ложку в тарелку и прошептал:

– Через час после того, как погаснут все фонари, приходи на конюшню.

– Зачем?

– Просто приходи. И смотри, чтобы никто тебя не видел.

Финка уже не было, когда я проснулся. Прошло с полчаса, как погасли огни. Он уже час тому назад пошел в уборную и не вернулся. Никто этого не заметил. Я тихо поднялся, свернул одеяло так, чтобы казалось, будто я лежу под ним, накрывшись с головой. Я как мог старался никого не разбудить. В особенности того, к чьей постели я крался.

Эрик спал в дальнем конце барака в неудобном месте, открытом морским ветрам. Вот почему он как следует завернулся в одеяло, укутав голову.

У каждого пирата под кроватью было место для хранения личных вещей. У большинства там лежал сундук или ящик.

Однако у Эрика, как у новичка, вещей было совсем мало. Он просто клал под кровать то, с чем было неудобно спать. Там стояли его ботинки и лежали пустые ножны от меча. Наверное, он спал с мечом в руках – большинство пиратов делали именно так. Я ощупал рукой землю под кроватью и нашел то, что искал.

Я достал карманные часы Харлоу, крепко сжал их в руке, чтобы не было слышно тиканья, и сунул в карман. Я бесшумно вышел из барака. Мне везло: небо было затянуто облаками, а значит, в темноте проще будет не попасться на глаза стражникам. Я пошел к той хижине, где спал Девлин, постоял снаружи минуту-две, раздумывая, что делать. Уже стоя там, я понимал, что на этот раз мне не так посчастливилось, как тогда, когда я пробирался в спальню громко храпящего Коннера. Девлин, похоже, спал чутко, и в кромешной тьме его комнаты у меня будет всего пара минут, чтобы найти свой нож. Это была плохая идея.

Но я очень хотел вернуть его. Точнее, я не хотел оставлять его Девлину.

Я приоткрыл дверь, но как только занес ногу, чтобы шагнуть внутрь, тут же отпрянул. Кто-то был рядом. Я огляделся, услышав тихие шаги по песку. Имоджен вышла из тени, прижимая палец к губам. Она прошептала мне на ухо:

– Что ты делаешь?

– Тебе нужно оружие, – ответил я. – На всякий случай.

– Ты защитишь меня. И у меня есть это. – Она сделала шаг назад и достала из кармана нож.

Я одобрительно кивнул, но снова взглянул на дверь Девлина.

– Подожди меня. – Я хотел войти, но Имоджен коснулась моей руки и покачала головой.

– Нет, Джерон, – сказала она. – Пожалуйста, давай уйдем.

Это было не то, что я хотел услышать, но она была права. Глупо было так рисковать. Имоджен пошла вперед, увлекая меня за собой. Я сдался и пошел за ней. Стараясь держаться в тени, мы поспешили к конюшне.

– Ты знаешь, сколько стражников патрулируют лагерь ночью? – спросил я.

– Точно не знаю, но могу сказать, что один из них проходит мимо нашей хижины раз в десять минут.

Это заметил и я, когда помогал моряку сбежать. Времени было мало.

Мы притаились за кустами недалеко от конюшни. Стражник шел вдоль конюшни, глядя на лошадей.

– Как только он уйдет, надо поторопиться. – Я достал из кармана часы Харлоу и сунул ей в руку.

– Что это? – спросила она, но поняв, что это часы, покачала головой.

– Спрячь их, – прошептал я. – Это очень важно.

Она отвернулась, а когда повернулась снова, часов у нее уже не было.

– Почему… – начала она, но я шикнул на нее, потому что стражник пошел в нашу сторону.

Когда он подошел ближе, я понял, что это тот самый кудрявый парень, которого Девлин вчера избил прутом. Миссис Табелди однажды высекла меня в приюте, и теперь я понимал, как ему больно, глядя на его походку.

Я потянулся за ножом Имоджен, но прежде, чем она успела мне его дать, парень остановился совсем рядом с нами.

– Кто там прячется, выходи, – сказал он.

Я положил руку на плечо Имоджен и, не давая ей встать, встал сам. К счастью, он не заметил, что нас двое. Он держал в одной руке меч, опустив его острием вниз. Он не умел обращаться с мечом.

Мальчишка подошел ко мне.

– Почему не спишь?

– Лучше, если ты не будешь об этом спрашивать.

– С тобой еще кто-то.

– Будет лучше, если ты и об этом не спросишь.

– Встать, – приказал парень.

Имоджен медленно встала. Я заметил, что она немного растрепала косу, делая вид, что мы уединились в кустах для романтических целей.

Парень покачал головой.

– Трогать девушек запрещено. Это закон.

– Давай, ты закроешь на это глаза, хорошо? – Не похоже было, что он согласен. – Все мы иногда нарушаем закон. Иногда из-за девушек. Иногда не связав как следует пленных.

Он помрачнел. Очевидно, ему не понравилось напоминание, что я избавил его от побоев.

– Я тебя не видел, – наконец сказал он. – Но я тут не единственный стражник, так что лучше тебе поторопиться.

– Я как раз собирался, – сказал я.

Как только он ушел, мы с Имоджен побежали к конюшням. Тайна стояла в центральном стойле, и через две минуты была уже оседлана и готова тронуться в путь.

– Здесь еще кто-то – сказала Имоджен, отступая в тень. Я поднял глаза и увидел Финка, перелезающего через забор.

– Все в порядке, – сказал я. – Он с нами.

– Пробраться сюда оказалось труднее, чем я думал, – сообщил Финк. – Прости, что опоздал. – Он остановился, увидев Имоджен. – А она что тут делает? Я думал, она тебя терпеть не может.

Если это и не так, то скоро изменится. Я помог Имоджен взобраться в седло и сделал Финку знак подойти.

– Мы не можем взять твою лошадь, – сказал Финк.

– Спорю, что можете, – сказал я. – Теперь это ваша лошадь.

– Тогда нам нужна вторая лошадь для тебя, – сказала Имоджен, оглядываясь.

– Нет, – я покачал головой, – не нужна.

– Тайна не сможет везти нас троих. – На лице ее появилось испуганное выражение. – О, нет. Нет! Вот почему ты отдал часы мне.

– Это для Ралона Харлоу из Либета. Отдай их ему.

– Мы же договорились, что не останемся здесь, – сказала она. – Пожалуйста, не играй в эти игры.

Я нахмурился, всем своим видом показывая, что это не игра. Я протянул ей письмо, объясняющее обман Грегора.

– Ты должна отдать его лично Мотту и никому другому. В случае опасности уничтожь его. Я догоню вас.

– Нет, ты должен ехать с нами, – сказала Имоджен, сжимая в руке письмо.

Я разжал руку, показывая ей тот самый нож, что она принесла из кухни. Она проверила карман, куда положила его, хотя его точно там не было.

– Пообещай мне уехать, или я поручу это Финку, и он увезет тебя силой.

Имоджен сжала губы, напряженно глядя прямо перед собой. Я отдал Финку веревку, которой меня связывал Девлин.

– Свяжи ее, если понадобится. Вы не должны разлучаться, пока не окажетесь в безопасности. – Потом я дал Финку нож.

Имоджен заговорила, отрывисто и зло:

– Я сажала цветы для тебя, но они уже гибнут. Знаешь почему? Потому что они попали на плохую почву. Они не могут жить здесь, как и ты. Иди и посмотри на них, ты увидишь свое собственное будущее.

Может, это и мое будущее, но я не собирался спорить. Я просто вывел Тайну из конюшни, сказав:

– Мотт в церкви в Дишеле. Финк, ты должен ее туда доставить. Я хочу, чтобы вы, все трое, выбрались из Авении.

– А ты? – спросила Имоджен.

– Если выберусь, встретимся в Дриллейде.

– Что значит – «если»?

Я нахмурился и хлопнул Тайну по крупу. Имоджен обернулась и, посмотрев мне в глаза, сказала:

– Джерон, пожалуйста.

Но Тайна уже поскакала.

Я слышал, как Финк спросил:

– Какой еще Джерон?

Внимание! Это ознакомительный фрагмент книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента ООО "ЛитРес".
Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 5 Оценок: 2
Популярные книги за неделю

Рекомендации