Текст книги "Свободный"
![](/books_files/covers/thumbs_240/svobodnyy-222827.jpg)
Автор книги: Э. Джеймс
Жанр: Эротическая литература, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 12 (всего у книги 45 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
– Готов? – спрашивает Элиот, бросая на меня быстрый ободряющий взгляд. – Если хочешь повернуть назад, еще есть время.
– Иди к черту.
Он ухмыляется и выбирается из машины.
Я делаю глубокий вдох.
Ну вот и настал этот час.
Твой выход, Грей.
Вибрирует мой телефон, и я мельком бросаю взгляд на экран.
Черт. Кожу головы начинает покалывать. Сообщение от Элены.
Элена:
Ты совершаешь большую ошибку. Я же тебя знаю. Но подставлю плечо, когда твоя жизнь даст трещину. Ведь так и случится. Я буду рядом, потому что несмотря на то, что сказала, я люблю тебя. Всегда буду любить.
Что это еще за бред?
– Кристиан, – отвлекает меня Элиот. – Ты идешь? – Он ждет.
– Да, – буркаю я, быстро стираю сообщение и выбираюсь из машины.
Пропади она пропадом.
– Все в порядке? – Элиот хмурится, когда я присоединяюсь к нему.
– Да. Пошли. – Я устремляюсь вперед, стараясь обуздать приступ гнева. Как смеет Элена пытаться выбить меня из колеи в день моей свадьбы! Я игнорирую девушку, которая стоит на дорожке, сияя улыбкой. У нее в руках планшет, но я марширую мимо, предоставляя Элиоту отметиться у нее, а сам прохожу в переднюю дверь. Грейс в холле.
– Дорогой, вот и ты.
– Мама.
– Ты выглядишь таким красавцем, Кристиан. – Она быстро, сдержанно обнимает меня и, наклонив голову вперед, подставляет щеку для поцелуя.
– Мама, – шепчу я, и, когда она отступает назад, в ее взгляде мелькает озабоченность.
– Все хорошо?
Я киваю, не доверяя своему голосу.
– Ана наверху. Тебе нельзя видеть ее до свадьбы. Эту ночь она спала в твоей комнате. Идем со мной. – Она берет меня за руку и ведет по коридору в семейную гостиную.
– Нервы, дорогой? Я бы обняла тебя как следует, но не хочу испачкать косметикой твой костюм, – говорит Грейс. – Визажист накладывала макияж садовой лопаткой. Потребуются месяцы, чтобы его снять.
Я смеюсь и радуюсь тому, что увидел первой именно Грейс.
– Со мной все в порядке, мам.
Она стискивает обе моих руки.
– Ты уверен?
– Да. – Мой гнев испаряется, развеянный женщиной, которую я называю мамой, и я твердо решаю, что сегодня ни за что не стану думать о миссис Линкольн.
– Я так счастлива за тебя, дорогой, – добавляет Грейс, лучезарно мне улыбаясь.
– Ты хорошо выглядишь, мам. Макияж и все остальное.
– Спасибо, родной. О, пожертвования в фонд были беспрецедентными. Не знаю, как и благодарить тебя. Это так великодушно с твоей стороны.
Я усмехаюсь.
– То была идея Аны, не моя.
– А, как это мило. – Она пытается скрыть удивление.
– Я же говорил вам. Она не стяжательница.
– Ну, разумеется, нет. Это чудесный жест со стороны вас обоих. Ты уверен, что все хорошо?
– Да. Просто получил неприятное сообщение от бывшего делового партнера.
Грейс прищуривается, и я начинаю опасаться, что сказал слишком много, но она предпочитает оставить эти слова без внимания и взглядывает на часы.
– Начало через пятнадцать минут. У меня тут твоя бутоньерка. Ты хочешь подождать здесь или пойдешь в павильон?
– Думаю, нам с Элиотом следует сесть и ждать.
Мама прикалывает мне к лацкану белую розу и отступает назад, чтобы полюбоваться делом рук своих.
– Ох, дорогой. – Она останавливается, прижимает пальцы к губам и, кажется, вот-вот заплачет.
Господи, мама.
У меня сжимается горло, но в этот момент в комнату входит Элиот, спасая нас обоих.
– Что? Я так отстойно выгляжу? – спрашивает он у мамы с лукавыми искорками в глазах.
– Ну что ты, дорогой. Ты очень красивый. – Она берет себя в руки, прикладывает ладони к щекам, и я испытываю мимолетный укол зависти, что у них такие нежные отношения.
– А ты, мама, выглядишь как королева. – Мой брат, обаятельный, как всегда, целует ее в лоб. Она смеется девичьим, нежным смехом и поправляет волосы.
– Что ж, мальчики, – говорит она. – Вам пора. Распорядители покажут, куда идти. Но сначала позволь мне, Элиот, приколоть тебе бутоньерку.
По пути в павильон меня перехватывает Тейлор.
– Сэр, я забрал чемодан мисс Стил, а все остальное отправлено в Сиэтл-Такома.
– Отлично. Спасибо, Тейлор.
Его губы, дрогнув, изгибаются в улыбке.
– Удачи, сэр.
Я кивком благодарю его, и мы с Элиотом продолжаем путь к огромному, как амбар, тенту.
Струнный квартет играет «Halo» Бейонсе, пока я жду мисс Анастейшу Стил. Мои ребята потрудились на славу: павильон выглядит роскошно. Мы с Элиотом сидим перед несколькими рядами золотистых стульев, которые быстро заполняются. Я смотрю на сцену, отмечая все детали в надежде, что это отвлечет меня от волнения. Светло-розовая ковровая дорожка ведет к внушительной цветочной арке, установленной у кромки воды. Она сделана из белых и розовых роз, переплетенных с плющом и бледно-розовыми пионами, которые напоминают мне румянец на щеках Аны. Обряд проведет преподобный Майкл Уолш, мамин друг и капеллан ее больницы. Он стоит на положенном месте и терпеливо ждет, как и мы. Когда он смотрит на нас с Элиотом, его глаза поблескивают. За цветочной аркой солнце прыгает по сверкающим водам Мейденбауэрского залива. Прекрасный день для свадьбы. Одна из официальных фотографов занимает позицию рядом с Уолшем, и ее объектив нацелен на меня. Я отвожу взгляд и поворачиваюсь к Элиоту.
– Ты принес кольца? – спрашиваю, наверное, в десятый раз.
– Да, – шипит он.
– Так, проверка.
Поворачиваюсь и обозреваю прибывающих гостей, киваю и машу тем, кого знаю. Бастиль с женой уже здесь, а вот и Флинн с супругой Рианой – каждый твердо держит за руку одного из двух сыновей. Тейлор и Гейл сидят вместе. Фотограф Хосе Родригес и его отец тоже тут. Рос приехала со своей подругой Гвен, и они усадили своих маленьких девочек на отведенные места. Среди гостей я вижу Имона Кавана, его жену Бритт и Итана – Миа будет довольна. Мак машет мне; он сидит с молодой блондинкой, которую я раньше не видел. Бабушку и дедушку Тревельян провожают на места недалеко от нас. Бабушка энергично машет нам с Элиотом. Алондра Гутьерес на заднем плане, руководит своей маленькой командой. Некоторых гостей я не знаю – либо друзья моих предков, либо родителей Аны. Мама с папой и Карла с Бобом пробираются вперед, чтобы занять свои места. Отец нарушает строй и бросается ко мне. Его переполняет гордость, и мы оба, Элиот и я, встаем, чтобы поприветствовать его.
– Папа, – я протягиваю ему руку для рукопожатия, но он заключает меня в медвежьи объятия.
– Удачи, сынок, – восклицает он. – Я так горжусь тобой.
– Спасибо, папа. – Я проталкиваю слова сквозь невесть откуда взявшийся ком в горле.
– Элиот. – Каррик обнимает и его.
Общий гул сменяется выжидательной тишиной. Отец спешит назад к своему месту позади нас, когда струнный квартет начинает исполнять «Сhasing Cars».
Ну, разумеется, Snow Patrol. Одна из любимых музыкальных групп Аны.
Она любит эту песню.
Миа идет по центральному проходу, одетая в бледно-розовое тюлевое облако. Позади нее Кейт Кавана – гламурная и элегантная в светло-зеленом шелковом платье.
Ана.
Во рту у меня пересыхает.
Она сногсшибательна.
На ней облегающее платье из белого гипюра, обнаженные плечи прикрыты тончайшей фатой. Волосы забраны наверх, и только несколько локонов обрамляют лицо. Букет невесты замысловатый – составлен из переплетенных розовых и белых роз. Рэй шагает с ней рядом, с трудом сдерживая слезы.
Черт.
Ком у меня в горле разрастается.
Ана встречается со мной взглядом, и ее лицо под вуалью начинает светиться, как летний день, улыбка опьяняет.
Ох, детка.
Они подходят к нам, и Ана передает букет Кейт, которая стоит с Миа. Рэй поднимает фату Аны и целует ее в щеку.
– Я люблю тебя, Анни, – доносится до меня его осипший голос, и, повернувшись ко мне, он отдает мне руку Аны. Наши глаза встречаются, его блестят от слез, и мне приходится отвести взгляд, ибо я боюсь не выдержать напора эмоций.
– Привет, – говорю я своей невесте, потому что это единственное, на что я сейчас способен.
– Привет, – отвечает она и сжимает мою руку.
– Ты чудесно выглядишь.
– Ты тоже. – Она улыбается, и мое волнение утихает, как и музыка, есть только Ана, я и преподобный Майкл. Он прокашливается, требуя всеобщего внимания, и свадьба начинается.
– Возлюбленные мои братья и сестры, мы собрались здесь сегодня, чтобы сочетать узами брака Кристиана Тревельяна Грея и Анастейшу Роуз Стил. – Преподобный благожелательно улыбается нам обоим, и я крепче сжимаю руку Аны.
Он спрашивает собравшихся, известно ли кому-то о каком-нибудь препятствии для нашего брака. В голове у меня мелькает воспоминание о письме Элены, и я мысленно отчитываю себя за это. К счастью, Ана отвлекает меня, когда оглядывается на толпу. Когда никто ничего не говорит, коллективный вздох облегчения проносится среди гостей, за ним следуют приглушенные усмешки и хихиканье. Ана взглядывает на меня, и ее глаза искрятся весельем.
– Фуф, – беззвучно выдыхаю я.
Ана прячет улыбку.
Преподобный Майкл просит каждого из нас по очереди объявить, что нет никакой законной причины, по которой мы не можем сочетаться браком.
Когда он говорит нам о серьезности наших обязательств друг перед другом, в горле у меня опять встает ком. Ана смотрит на него, внимает, и я замечаю, что у нее в ушах жемчужные сережки-капельки, которых я раньше не видел. Интересно, это подарок от ее родителей?
– А теперь я приглашаю вас обоих произнести ваши обеты. – Он ободряюще смотрит на меня. – Кристиан?
Я делаю глубокий вдох и, с нежностью взирая на любовь всей своей жизни, произношу обеты по памяти. Голос мой звенит, разносясь над толпой гостей:
– Я, Кристиан Тревельян Грей, беру тебя, Анастейша Роуз Стил, в законные жены. Торжественно клянусь оберегать и лелеять наш союз и тебя. Обещаю любить тебя преданно, забыв про всех других, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, куда бы ни занесла нас жизнь. Я буду защищать тебя, верить тебе и уважать тебя.
Слезы поблескивают в глазах Аны, а кончик носа мило розовеет.
– Я буду делить с тобой радость и печаль и утешать, если понадобится. Обещаю заботиться о тебе и поддерживать твои надежды и мечты и беречь тебя как зеницу ока. Все мое отныне твое. Я отдаю тебе свою руку, сердце и любовь с этой минуты и на всю оставшуюся жизнь.
Ана стирает слезинки с глаз, а я делаю глубокий вздох, радуясь, что не забыл слова.
– Ана? – напоминает ей преподобный. Она вытаскивает из рукава небольшой клочок розовой бумаги и читает:
– Я, Анастейша Роуз Стил, беру тебя, Кристиан Тревельян Грей, в законные супруги. Торжественно клянусь быть тебе верной спутницей в болезни и здравии, быть рядом и в счастливые, и в тяжелые времена, делить с тобой радость и печаль. – Она поднимает на меня глаза, продолжает, уже не читая, и я перестаю дышать. – Обещаю любить тебя беззаветно, поддерживать в твоих начинаниях и мечтах, почитать и уважать тебя, вместе с тобой смеяться и плакать, делить с тобой свои надежды и чаяния и утешать в час нужды. И заботиться о тебе до конца наших дней. – Она смаргивает слезы, а я борюсь со своими.
– А теперь обменяйтесь кольцами, как символом вашей неугасимой любви друг к другу. Кольцо – это неизменный круг. Он неразрывен и прочен, символ вечного союза. И такой же да будет ваша верность друг другу и этому браку с этого дня и покуда смерть не разлучит вас.
– Кристиан, наденьте кольцо Анастейше на палец. – Элиот вручает мне кольцо, и я подношу его к кончику безымянного пальца ее левой руки.
– Повторяйте за мной, – говорит преподобный Майкл. – Анастейша, я дарю тебе это кольцо как знак нашей бесконечной веры друг в друга, в наш союз и нашу вечную любовь.
Я повторяю слова громко и четко и полностью надеваю кольцо на пальчик Аны.
– Анастейша, наденьте кольцо на палец Кристиана, – говорит преподобный Майкл. Элиот ослепительно улыбается Ане и вручает мое кольцо.
– Повторяйте за мной, – продолжает преподобный. – Кристиан, я дарю тебе это кольцо как знак нашей бесконечной веры друг в друга, в наш союз и нашу вечную любовь.
Слова Аны звучат музыкой для моих ушей, и она надевает кольцо мне на палец.
Преподобный Майкл соединяет наши руки, берет их в свою и обращает зычный голос к нашим гостям.
– Любовь – вот причина, по которой мы здесь собрались. Брак основан на любви. Эти молодые люди поклялись в вечной любви друг к другу. Мы чтим их и желаем им сил, смелости и веры вместе расти, учиться друг у друга и оставаться верными друг другу на жизненном пути.
Кристиан и Анастейша, вы решили пожениться и жить вместе в супружестве. Вы поклялись в любви друг к другу и обещали в своих обетах беречь эту любовь. Властью, данной мне штатом Вашингтон, я объявляю вас мужем и женой. – Он отпускает наши руки, и Ана лучезарно мне улыбается.
Жена.
Моя.
Душа моя воспаряет.
– Можете поцеловать невесту, – провозглашает преподобный с широкой улыбкой.
– Наконец-то ты моя, – шепчу я и заключаю ее в объятия, привлекаю к себе и нежно целую в губы. У нее на платье сзади крошечные пуговки, и я представляю, как медленно расстегиваю их. – Ты прекрасна, Ана. – Я глажу ее лицо. – Никому, кроме меня, не позволяй снимать с тебя это платье. Понимаешь? – Я смотрю на нее, стараясь взглядом выразить чувственное обещание. Она кивает, глаза ее темнеют от желания.
Ох, Ана.
Мне хочется подхватить ее на руки, унести в свою комнату и консумировать наш брак. Немедленно. Но, разумеется, так нельзя.
Возьми себя в руки, Грей.
– Готовы, миссис Грей? – улыбаюсь я своей жене.
– Готова и всегда буду готова.
Я купаюсь в тепле ее улыбки. Взяв ее за руку, вторую протягиваю преподобному Майклу.
– Спасибо, преподобный. Это была прекрасная церемония. И короткая.
– Я получил соответствующие указания, – отвечает он и пожимает нам руки. – Мои поздравления.
Мне приходится отпустить Ану, поскольку Кейт заключает ее в объятия, а Элиот обнимает меня.
– Старик, ты сделал это. Поздравляю.
– Кристиан! – вопит Миа и кидается мне на шею. – Я люблю Ану! Я люблю тебя! – выпаливает она и стискивает меня в объятиях.
– Миа, тише, тише. Мне нужны мои ребра целыми.
И начинается бесконечный поток поздравлений, поцелуев и объятий. Я собираюсь с силами, чтобы вытерпеть все необходимые прикосновения. Помогает то, что я окрылен. Когда я поворачиваюсь к матери, она всхлипывает. Я коротко обнимаю ее, не думая о макияже, а Каррик хлопает меня по спине. Карла и Боб рядом. Рэй Стил пожимает мне руку, стискивая все сильнее и сильнее.
– Поздравляю, Кристиан. Должен предупредить, что, если обидишь ее, я тебя убью.
– Ничего иного я не ожидал, Рэй.
– Рад, что мы понимаем друг друга. – Он улыбается, отпускает мою уже почти онемевшую руку и хлопает по спине. Я шевелю пальцами и напоминаю себе, что Рэймонд Стил – бывший военный.
Потягивая из бокала «Grande Annee Rose», я наблюдаю за своей красавицей женой, направляющейся ко мне. Мы только что закончили казавшуюся бесконечной фотосессию, и теперь я стою у нашего стола в надежде что-нибудь съесть – церемония вызвала у меня аппетит. Ана на каждом шагу останавливается поговорить с гостями, приветствует их и любезно принимает их добрые пожелания. Она сияет, и ее улыбка никого не оставляет равнодушным.
Она необыкновенная личность. Потрясающая женщина.
И она моя.
Когда она наконец подходит ко мне, я беру ее руку и подношу к губам.
– Привет, – шепчу я. – Я соскучился.
– Привет. Я тоже соскучилась.
– Ты сняла фату. Она была прелестна.
– Была. Но на нее то и дело наступали!
Я поеживаюсь.
– Это, должно быть, раздражало.
– Еще как.
Мой отец берет в руки микрофон.
– Всем добрый день, – говорит он. – Добро пожаловать в наш дом в Белвью на свадьбу Аны и Кристиана. Если кто меня не знает, горд сообщить, что я – отец Кристиана, Каррик. Надеюсь побеседовать со всеми вами сегодня. А пока вам всем следует взять по бокалу славного вина и выпить за Кристиана и его прекрасную жену Ану. Поздравляю вас обоих. Добро пожаловать в семью, Ана. Будьте добры друг к другу. За Кристиана и Ану!
Отец улыбается мне теплой, нежной улыбкой, которую я ощущаю до кончиков пальцев. Я салютую ему бокалом, когда все поднимают свои, и слова «Кристиан и Ана» раздаются в воздухе вокруг нас.
– Прошу всех за стол. Праздничный обед вот-вот начнется, – продолжает отец.
Я выдвигаю стул для Аны и сажусь рядом с ней. Отсюда лучше всего виден весь павильон. Слава тебе господи, я наконец-то сел. Умираю от голода. Стол красиво оформлен: накрыт белой полотняной скатертью и украшен цветочными композициями из белых и розовых роз. Родители присоединяются к нам вместе с Элиотом и Кейт, Миа и Бобом.
Ана и моя мама предпочли фуршет, и, пока гости рассаживаются, нам подают закуски: свежий хлеб с маслом и восхитительное сырное суфле с тонкими листиками салата. Мы с женой налегаем на еду.
Элиот собирается произнести речь. Он уже дернул несколько бокалов шампанского, поэтому ожидать можно чего угодно. Мы разделались с закуской из королевского лосося в слоеном тесте, и я делаю глоток шампанского и собираюсь с духом.
Элиот подмигивает мне и встает из-за стола.
– Добрый день, леди и джентльмены. Добро пожаловать. Я вытащил короткую соломинку – то есть я имею честь быть шафером Кристиана и его братом, и меня попросили произнести речь. Но простите меня, публичные выступления – не мое. Расти с Кристианом тоже было тем еще удовольствием. Как брат, он сущий кошмар. Спросите хоть у моих родителей.
Проклятье! Элиот? Но это вызывает смех. Ана стискивает мою руку.
– Этот парень может выбить из меня дурь и частенько так и делал. А любой, кому доводилось побороться с ним, знает, что лучше с ним не связываться. Он крутой. Он волк-одиночка. Мальчишкой он предпочитал уткнуться в книгу, вместо того чтобы шляться по городу с такими, как я. Вы все слышали, какие проблемы были у него в школе, поэтому я об этом лучше промолчу, но каким-то чудом, и не потому, что он умный и все такое, ему удалось-таки получить образование, и он даже поступил в Гарвард. Однако, как выяснилось, Гарвард тоже был не для него. Он хотел окунуться в мир коммерции и больших денег. Так он и сделал… и с этим у него все в порядке. – Элиот пожимает плечами с видимым равнодушием, и публика опять смеется. – И ни разу за все время он не проявлял интереса к противоположному полу. Ни малейшего. Ну, не стану говорить, на какие мысли нас всех это наводило.
Ох, ради всего святого. Я закатываю глаза, и Элиот ухмыляется.
– Поэтому представьте наше общее удивление и радость, когда не так давно он явился к нам с этой красивой девушкой, Анастейшей Стил. С самого начала было понятно, что она покорила его сердце. И по какой-то странной причине – быть может, ее младенцем роняли вниз головой, – он снова пожимает плечами, – она втюрилась в него.
И опять смех среди гостей!
– Сегодня они связали себя узами брака, и я просто хочу сказать: Кристиан, Ана, поздравляю! Мы желаем вам счастья. И нет, она не беременна!
Со всех столиков донеслось коллективное «ах!».
– За жениха и невесту, Кристиана и Ану! – Он поднимает свой бокал. У меня чешутся руки придушить его, и, судя по выражению лица Рэя Стила, у него тоже.
У Аны горят щеки, и она кажется немного шокированной.
– Спасибо, Элиот, – со смехом говорит она.
Я бросаю в него салфеткой и поворачиваюсь к Ане.
– Разрежем торт?
– Конечно.
Диджей в полной боевой готовности, когда мы с Аной выходим на площадку для танцев. Я заключаю ее в объятия, пока все собираются вокруг нас, и Ана кладет руки мне на шею. Нежные, берущие за душу слова песни разносятся по павильону, и краем глаза я вижу, как Карла прижимает руку к горлу, узнав ее. А потом, когда Конни Бейли начинает петь «Like a Star», я уже не свожу глаз со своей жены.
Все остальные исчезают. Есть только мы двое, плавно скользящие по танцполу.
– Как звезда на небесах, – шепчет Ана. Она поднимает губы к моим, и я пропадаю… и обретаю себя.
– Мама, спасибо тебе за то, что настояла на католической свадьбе.
– Не говори ерунды, Кристиан. Я просто предложила, и вы согласились. По-моему, Майкл прекрасно провел обряд.
– По-моему, тоже. – Наклонившись, я целую маму в лоб. Она закрывает глаза, а когда открывает вновь, они пылают силой чувств.
– Ты выглядишь таким счастливым, дорогой. Я безумно рада за вас обоих.
– Спасибо, мама.
Я бросаю взгляд туда, где стоят, поглощенные разговором, Кейт с Аной. Элиот наблюдает за ними. Нет. Элиот наблюдает за Кейт. Не может оторвать от нее глаз. Возможно, его чувства к ней сильнее, чем он готов признать.
Танцевальная площадка целиком заполнена парами. Здорово получается у Рэя с Карлой. Я смотрю на часы – пять вечера. Нам пора уходить. Неспешным шагом подхожу к жене. Кейт крепко обнимает ее, потом улыбается мне, и я чувствую, как моя неприязнь к ней чуточку уменьшается.
– Привет, малышка. – Я обвиваю Ану руками и целую в висок. – Здравствуй, Кейт, – я киваю ей.
– Привет, Кристиан. Пойду поищу твоего шафера, а то он совсем про меня забыл. – Улыбнувшись нам обоим, она направляется к Элиоту, который выпивает с Итаном и Хосе.
– Пора, – шепчу я.
С меня хватит этого веселья. Хочу побыть наедине со своей женой.
– Уже? – спрашивает Ана. – Для меня это первая вечеринка уже не помню с каких пор, и я вовсе не прочь побыть немного в центре внимания. – Она поворачивается в моих руках и улыбается мне.
– Ты это заслужила. Выглядишь потрясающе.
– Ты тоже.
– Чудесное платье. И тебе идет. – Мне нравится, как оно открывает ее соблазнительные плечи.
– Вот это старенькое? – Оно поглядывает на меня из-под ресниц этим своим застенчиво-завлекательным взглядом. Устоять невозможно. Наклонившись, я целую ее.
– Идем. Не хочу больше делить тебя со всеми этими людьми.
– А мы можем уйти с собственной свадьбы?
– Детка, это же наша вечеринка, и мы можем делать, что хотим. Мы уже разрезали торт, и теперь мне бы хотелось умыкнуть тебя для личного пользования.
Она хихикает.
– Для этого у вас, мистер Грей, вся жизнь впереди.
– Рад слышать, миссис Грей.
– А, вот вы где! Воркуете, как голубки.
О, дьявол. Бабушка Тревельян наносит удар.
– Кристиан, дорогой, потанцуешь с бабушкой?
– Конечно. – Я удрученно вздыхаю про себя.
– А ты, прекрасная Анастейша, иди порадуй старика – потанцуй с Тео.
– С Тео?
– С дедушкой Тревельяном. Да, можешь называть меня бабушкой. И вот что: вам стоит серьезно поработать. Мне нужны правнуки, а долго я не протяну.
Бабушка! Господи!
– Идем, бабушка, – поспешно говорю я.
Нам пока еще рано думать о детях. Не раньше чем через несколько лет.
Я медленно веду ее на танцпол, с извиняющимся видом оглядываюсь на Ану и закатываю глаза.
– Попозже, детка!
Ана легонько машет мне.
– Ах, милый мальчик, ты такой красивый в этом костюме. А твоя невеста! Умопомрачительная. У вас получатся красивые дети.
– Когда-нибудь, бабушка. Как тебе свадьба? – Мне надо переключить ее на другую тему.
– Твои родители умеют устраивать праздник. Разумеется, твоей матери это досталось от меня. Тео предпочел бы возиться на ферме. Но ты и сам это знаешь.
– Знаю. – Я бережно храню воспоминания о том, как помогал дедушке в саду. Это одно из моих любимых мест. – Я хотел бы привезти Ану в гости.
– Обязательно. Пообещай сейчас же.
– Обещаю.
Мы шаркаем по танцполу под композицию Бруно Марса «Just The Way You Are», которая перетекает в «Moves Like Jagger» рок-группы «Мaroon 5». Бабушке нравится. Подозреваю, она слегка перебрала шампанского. Но когда из колонок доносится рев первых тактов «Sex on Fire», я решаю, что пора доставить бабушку назад к столу.
Аны нигде не видно. Я сажусь с дедушкой Тревельяном, и он рассказывает мне, что ожидает нынче осенью отличный урожай.
– Яблочки будут – что твой мед!
– Жду не дождусь, когда попробую, – кричу я, потому что он малость туговат на ухо.
– Ты счастлив, мальчик? – спрашивает он.
– Очень.
– Да. По тебе видно. – Он похлопывает меня по колену. – Я так рад за тебя. Твоя жена – красивая девушка. Хорошо заботься о ней, и она будет хорошо заботиться о тебе.
– Именно это я и собираюсь делать. А сейчас пойду искать ее. Приятно видеть тебя, дедушка.
– Думаю, она пошла в дамскую комнату.
Я стою, и ко мне приближается Флинн, держа на руках одного из своих мальчишек, который спит у него на плече. Риана, его жена, держит другого – тоже выбывшего из строя.
– Джон!
– Кристиан, мои поздравления! Чудесная свадьба. – Он пожимает мне руку. – Я бы обнял тебя, но, как видишь, не могу, – он улыбается и продолжает: – И к тому же, возможно, это было бы нарушением врачебной этики.
Я смеюсь.
– Все в порядке. Спасибо, что пришли.
– Хорошего дня, Кристиан, – говорит Риана. – Великолепная свадьба. Нам надо отвезти этих двух сорванцов домой.
– Они очень хорошо себя вели.
– Это потому что мы их опоили. – Она подмигивает.
Я ошарашенно таращусь на нее.
– Это шутка. – Джон бросает на жену укоризненный взгляд. – Каким бы соблазнительным ни выглядел такой способ, мы к нему пока не прибегали.
Она смеется.
– Они вымотались, бегая по двору. У твоих родителей тут просторно.
– Наслаждайся своим медовым месяцем, – говорит Флинн и берет Риану за руку.
– Спасибо, до свидания.
Я смотрю, как они идут по лужайке к дому, обремененные своими обязательствами.
Лучше они, чем я.
Я высматриваю Ану, пока стою на террасе у французского окна и пишу Тейлору, что мы готовы уехать. Засовываю руки в карманы брюк и вальяжно направляюсь по лужайке к своей жене. Она задумчиво наблюдает за танцующими и небом над Сиэтлом.
Хотел бы я знать, о чем она думает.
– Привет, – говорю я, подходя к ней.
– Привет. – Она улыбается.
– Идем. – Мне немножко не терпится остаться наедине со своей женой.
– Мне надо переодеться. – Она собирается взять меня за руку, чтобы, как я полагаю, затащить в дом, но я уклоняюсь. Она в замешательстве хмурит брови. – Думала, ты поможешь мне снять платье, – говорит она.
– Правильно. – Я стискиваю ее ладонь. – Но здесь я раздевать тебя не буду. Мы не можем уйти, пока… Не знаю… – Я взмахиваю рукой, надеясь, что это достаточное объяснение.
Она краснеет и отпускает меня.
Как бы ни хотелось мне снять с нее это платье, нас ждет самолет со строго регламентированным временем взлета.
– И не распускай волосы, – шепчу я, тщетно пытаясь не выдать своего желания.
– Но… – она хмурится.
– Никаких «но», Анастейша. Ты прекрасно выглядишь. И я хочу сам тебя раздевать. Собери одежду, которую возьмешь с собой. Она тебе понадобится. – Когда мы прибудем на место. – Твой большой чемодан – у Тейлора.
– Ладно. – Она мило улыбается, а я оставляю ее и иду на поиски мамы и Алондры, чтобы сказать им, что мы уезжаем. Первой нахожу Алондру.
– Спасибо. – Я пожимаю ей руку. – Все было замечательно.
– Всегда пожалуйста, мистер Грей. Я сейчас же созову всех.
– Отлично. Еще раз спасибо.
Карла с потекшей тушью на лице смотрит, как ее бывший муж несколько неуклюже обнимает Ану, которая сжимает букет невесты. Глаза у нее блестят.
– Из тебя выйдет прекрасная жена, – бормочет Рэй, и в его глазах опять поблескивают слезы. Заметив меня, он качает головой, а потом тепло пожимает мне руку. – Ты уж приглядывай за моей девочкой.
– Именно этим и намерен заняться. Рэй… Карла. – Я целую маму Аны в щеку.
Снаружи собрались оставшиеся гости, держащие арку из рук от террасы до самого переднего крыльца.
Я бросаю взгляд на Ану. Она снова улыбается.
– Готова?
– Да.
Вместе мы ныряем под вытянутые руки и быстро проходим под аркой, где нас осыпают рисом и добрыми пожеланиями удачи, любви и счастья. В конце ждут мои мама с папой.
– Спасибо, мама, – шепчу я, когда она обнимает меня, уже не беспокоясь о том, что испачкает косметикой мой костюм. Отец тоже заключает меня в объятия.
– Молодец, сынок. Чудесного медового месяца.
Они оба целуют и обнимают Ану, и Грейс опять начинает плакать.
Мама! Возьми себя в руки.
Стоящий у водительской дверцы Тейлор намеревается открыть заднюю пассажирскую дверь, но я качаю головой и сам распахиваю ее для Аны, которая вдруг оборачивается и бросает свадебный букет в ожидающую толпу. Миа ловит его с громким воплем радости, который слышен даже сквозь свистки и одобрительные выкрики собравшихся.
Я помогаю Ане сесть в «Ауди», подобрав подол платья так, чтобы его не прищемило дверцей. Быстро помахав всем, запрыгиваю с другой стороны машины, где Тейлор придерживает для меня дверь.
– Поздравляю, сэр, – тепло произносит он.
– Спасибо. – Я усаживаюсь рядом с женой.
Слава богу! Наконец-то мы уезжаем. Я уж думал, мы никогда не выберемся.
Тейлор выводит «Ауди» на подъездную дорожку под громкие ликующие крики и дробный стук риса по капоту. Взяв руку Аны в свою, я подношу ее к губам и целую каждый палец по очереди.
– Пока ведь все хорошо, миссис Грей?
– Пока все замечательно, мистер Грей. Куда мы едем?
– В Си-Так.
Ана выглядит озадаченной, поэтому я легонько поглаживаю ее большим пальцем по губе.
– Доверяешь мне?
– Всецело, – выдыхает она.
– Как тебе свадьба?
– Сказочная. А тебе?
– Потрясающая. – И мы улыбаемся друг другу, как парочка идиотов.
Мы въезжаем на летное поле через пост охраны аэродрома и направляемся к «Гольфстриму» «Грей Энтерпрайзес».
– Только не говори, что снова используешь собственность компании в личных целях! – выпаливает Ана, замечая самолет. Глаза у нее сверкают, и она сжимает мою руку, излучая радостное возбуждение.
– Надеюсь, ты права. – Я улыбаюсь ей своей самой плутовской улыбкой.
Тейлор останавливает машину у подножия трапа, выходит и открывает дверцу. Я выбираюсь наружу.
– Еще раз спасибо, Тейлор. Увидимся в Лондоне, – говорю я, понизив голос, чтобы Ана не услышала.
– Буду ждать с нетерпением. Счастливого пути.
– И тебе.
– Я возьму ручную кладь миссис Грей, – отзывается он, и на сердце у меня теплеет, когда я слышу это новое обращение к Ане. Я обхожу машину и распахиваю ее дверь. Наклонившись, беру жену на руки.
– Ты что делаешь? – взвизгивает она.
– Переношу тебя через порог.
Она хихикает, обхватив меня за шею, и я несу ее по ступенькам трапа наверх, где ждет капитан Стивен.
– Добро пожаловать на борт, миссис Грей, – приветствует он нас с широкой улыбкой. Я ставлю Ану на ноги и пожимаю ему руку. – Примите мои поздравления, – продолжает он.
– Спасибо. Со Стивеном ты уже знакома. Сегодня он наш капитан. А это – его первый помощник, Бигли.
– Рада с вами познакомиться, – говорит Бигли Ане.
Ана выглядит немножко ошарашенной, но тепло отвечает им обоим.
– Все готово? – спрашиваю я.
– Да, сэр, – отвечает она со своей обычной уверенностью.
– Все системы в порядке, – информирует нас Стивен. – Погода благоприятная до самого Бостона.
– Турбулентность?
– До Бостона не ожидается. Небольшой погодный фронт над Шенноном. Вот там, возможно, потрясет.
– Понятно. Надеюсь, поспать все же удастся.
– Будем взлетать, сэр, – говорит Стивен. – О вас позаботится Наталия, ваша бортпроводница.
Наталия?
А где Сара?
Наталия кажется смутно знакомой.
Я не обращаю внимания на свои дурные предчувствия.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?