Текст книги "Игра в имитацию"
![](/books_files/covers/thumbs_240/igra-v-imitaciyu-89386.jpg)
Автор книги: Эндрю Ходжес
Жанр: Зарубежная публицистика, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 37 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Эндрю Ходжес
Игра в имитацию
Andrew Hodges
Alan Turing: THE ENIGMA
Публикуется с разрешения автора и его литературных агентов Zeno Agency Limited (Великобритания) при участии Агентства Александра Корженевского (Россия).
Перевод с английского О. Костерева, М. Витебский, В. Тен, Г. Веселов
© Andrew Hodges 1983
© ООО «Издательство АСТ»
* * *
Предисловие
На стене одной из лондонских гостиниц установлена мемориальная доска, она гласит: «Здесь родился Алан Тьюринг (1912–1954), взломщик кодов пионер информатики». Мало кто сегодня знает, что первым человеком, который стал использовать термин «компьютер» в современном понимании, был именно Алан Тьюринг. До него так называли банковских работников, которые пользовались арифмометром – механической вычислительной машиной.
Более того, сегодня ни один IT-специалист не обходится без изучения «машины Тьюринга» – «фундамента» теории алгоритмов. Ее описание можно найти во всех серьезных учебниках по математической логике и теории вычислимости. Тьюринга называют первым теоретиком современного программирования, первым в мире хакером. Он – один из основателей информатики и, в частности, – теории искусственного интеллекта. Он же составил и эмпирический тест для оценки искусственного интеллекта компьютера.
Недаром имя Тьюринга стоит в одном ряду с математическими и философскими гениями человечества – Р.Декартом, Г.В. Лейбницей, Б.Расселом, Д.Гильбертом. В честь ученого названа Премия Тьюринга – самая престижная в мире награда в области информатики.
Однако этот удивительный человек, проживший короткую, но яркую жизнь, получил признание лишь через много лет после своей трагической смерти. И до сих пор о нем были опубликованы лишь скудные сведения.
А между тем Алан успел сыграть даже важную роль в борьбе с фашистами во время Второй мировой войны. Он работал в Правительственной школе кодов и шифров, где разрабатывали способы взлома шифров и кодов Германии, Италии, Японии и других государств, которым противостояла антигитлеровская коалиция. Так, британское военное ведомство приказало ученому разгадать секрет «Энигмы» – специального устройства, использовавшегося для шифровки радиограмм в германском военно-морском флоте и в «люфтваффе». У британской разведки было это устройство, но перехваченные радиограммы немцев не поддавались расшифровке. Немцы считали «Энигму» неприступной.
Тьюрингу же довольно быстро удалось найти «ключи» к немецким шифрам: он разработал устройство под названием «Бомба». Позже им же был взломан и самый сложный вариант «Энигмы», который использовали нацистские подводники. Так его «хакерская деятельность» внесла во время войны существенный вклад в победу союзных войск над германским флотом.
После разгрома Германии Тьюринг возглавил научную группу, которая разрабатывала британскую электронно-вычислительную машину. И уже в 1951 году в Манчестере начал работать один из первых в мире компьютеров. Разработка программного обеспечения была возложена на Тьюринга. Ему принадлежит авторство и первой шахматной программы для ЭВМ.
Но, несмотря на эти гениальные разработки, долгое время его место в истории развития научных и инженерных идей представлялось довольно однобоко благодаря некоторым американским историкам науки. Их задачей было абсолютизировать свой национальный приоритет не только в появлении компьютеров, но и в создании всей информатики. Поэтому имя Тьюринга так долго замалчивалось, а его открытиям не придавали должной значимости.
Смерть гения до сих пор остается загадкой. За два года до своей кончины ученый был осужден за совершение гомосексуальных половых актов. Тогда это считалось преступлением. Ему предложили на выбор два вида наказания: принудительную гормональную терапию, которая могла помочь подавить либидо, или тюремное заключение. Тьюринг отдал себя в руки медикам. А умер в 1954-м от отравления цианистым калием. Что это было: убийство, самоубийство, случайность? Следствие установило, что ученый покончил с собой сам. Но его родные и близкие так и не считали. Он мог стать жертвой гомофобии. И только спустя почти 60 лет, в 2013 году, великий гений человечества был посмертно помилован королевой Великобритании Елизаветой II.
Кстати, яд был впрыснут в яблоко. Тьюринг умер, лишь слегка надкусив его. Некоторые программисты считают, что именно этот фрукт позже и стал эмблемой знаменитой компьютерной фирмы «Apple».
«Блетчли-парку (там располагалось главное шифровальное подразделение Великобритании – Правительственная школа кодов и шифров. – Ред.) был нужен исключительный талант, исключительная гениальность, и гениальность Тьюринга была именно такой».
Историк и ветеран Блетчли-парка Эйза Бригс.
«Я не берусь утверждать, что мы выиграли войну благодаря Тьюрингу. Однако без него могли бы ее и проиграть».
Один из коллег Тьюринга.
Часть первая
Глава 1
Esprit de Corps / Командный дух
Первый шаг в учебе так понравился мне,
Само углубление в смысл, в соразмерность, в силу стремленья,
До мельчайших жучков и животных, до зренья, чутья и любви,
Первый шаг настолько привел меня в трепет, так понравился мне,
Что и вряд ли сделал второй, да и не хотел его сделать,
Лишь хотел замереть, отрешившись от времени, и все это воспеть в восторженных песнях.
Социальное происхождение Алана Тьюринга, сына Британской империи, восходило к древнему дворянскому роду. Все его предки: купцы, солдаты и священнослужители, – принадлежали к среднему классу, но не могли прочно обосноваться в одном месте. Многие из них завоевали свое положение в обществе во время колониальной экспансии Великобритании.
Корни семьи Тьюрингов восходят к XIV веку, к старому шотландскому роду Тьюринов из Фоврэна графства Абердиншир. Первым в роду носителем титула баронета стал Джон Тьюринг, которому он был дарован в 1683 году. Девизом рода Тьюрингов был «Audentes Fortuna Juvat» (Удача благоволит смелым), но несмотря на всю свою храбрость, удача им вовсе не благоволила. В годы гражданской войны в Англии 1642–1652 годы, зародившейся в Шотландии и Ирландии, сэр Джон Роберт Тьюринг поддержал сторону роялистов, которые в итоге потерпели поражение, и Фоврэн вскоре был разграблен сторонниками «Национального ковенанта». Отказавшись от возмещения убытков после Реставрации, Тьюринги оставались в безвестности в течение всего XVIII века.
В 1792 году сэр Джон Роберт Тьюринг вернул из Индии своему роду благосостояние и восстановил почетный титул. К несчастью, как и старшие поколения рода Тьюрингов, он умер, не оставив после себя наследника мужского пола, и к 1911 году из древнего рода Тьюрингов в мире остались лишь три небольших семейства. Восьмым наследником титула баронета стал восьмидесятичетырехлетний британский консул в Роттердаме. Затем титул перешел к его брату и его наследникам, которые образовали голландскую ветвь рода Тьюрингов. Одним из потомков их двоюродного брата является Джон Роберт Тьюринг, дед Алана.
Джон Роберт Тьюринг в 1848 году получил степень математика в Тринити-Колледже Кембриджского университета и стал одиннадцатым в ранге, а затем оставил математику ради посвящения в духовный сан и позже получил должность викария в Кембридже. В 1861 году он женился на девятнадцатилетней Фанни Бойд, покинул Кембридж и переехал в графство Ноттингемшир, расположенное в центральной части Англии, где стал отцом десяти детей. Двое умерли в младенчестве, и оставшиеся в живых четыре мальчика и четыре девочки были воспитаны в бедности на скромное жалование священнослужителя. Вскоре после рождения младшего сына Джон Роберт перенес инсульт и скончался в 1883 году.
Отец Алана Тьюринга Джулиус Мэтисон Тьюринг был вторым сыном в семье. Он родился 9 ноября 1873 года. Но в отличие от Джона Тьюринга, его больше привлекала не математика, а гуманитарные науки – литература и история. В 1894 г. он получил степень бакалавра в Корпус-Кристи-Колледже Оксфордского университета. Он никогда не забывал свои ранние годы вынужденной бережливости и так и не смог заплатить «смехотворные» три гинеи, чтобы получить степень магистра. Вместе с тем он никогда не упоминал о том, в каких лишениях он провел свое детство, будучи человеком гордым. Он не стал жаловаться на свою судьбу и добился всего сам. Для своего юного возраста он был образцом преуспевающего молодого человека. Так, на правах конкурсной программы во время Великой либеральной реформы 1853 года он получил должность в государственной гражданской службе Британской Индии, которая в то время пользовалась репутацией, превосходящей даже Министерство иностранных дел. Он занял седьмое место в списках из 154 кандидатов в общем конкурсе в августе 1895 года. Его научные работы в области индийского правоведения, тамильского языка, распространенного в юго-восточной Индии, и истории Британской Индии были оценены по достоинству, и он снова занял седьмое место в заключительной части конкурсной программы в 1896 году. И уже 7 декабря 1896 года он был направлен на службу в администрацию округа Мадраса, который включал в себя большую часть южной Индии, став старшим по званию из семи новых жителей этой провинции. Британская Индия во многом изменилась с тех пор, как ее покинул сэр Роберт в 1792 году.
Взяв у друга семьи 100 фунтов взаймы, он приобрел себе пони и снаряжение для него, и был послан во внутренние районы Индии. В течение десяти лет он служил в районах Беллари, Курнул и Визигапатам в качестве помощника сборщика налогов и магистрата. В его обязанности входило делать объезды по деревням, создавать отчеты об уровне сельского хозяйства в регионе, о состоянии канализаций, оросительных систем, вакцинации населения, вести счета и контролировать службу других государственных чиновников. Тогда он выучил язык телугу и стал главным помощником сборщика налогов в 1906 году. В апреле 1907 года он впервые навестил родную Англию. Нет ничего удивительного в том, что молодой человек после десяти лет труда в одиночестве и вдали от дома созрел для мысли о поисках жены. И тогда во время путешествия домой он встретил Этель Стоуни.
Со стороны матери Алана целые поколения также вносили свою лепту в строительство Британской Империи. Этель Сара Стоуни происходила из протестантской ирландской семьи, потомков Томаса Стоуни из Йоркшира (1675–1726), который в юности приобрел земли в самой старой колонии Англии после революции 1688 года и стал одним из протестантских землевладельцев в католической Ирландии. Его поместья в Трипперэри перешли по наследству его пра-правнуку Томасу Джорджу Стоуни (1808–1886), у которого было пять сыновей. Самый старший из них унаследовал земли, а остальные отправились искать удачу в разные части растущей Британской Империи. Третий сын стал инженером-гидротехником и занимался проектированием шлюзов Темзы Манчестерского судоходного канала и Нила. Пятый сын эмигрировал в Новую Зеландию, а четвертый, Эдвард Уоллер Стоуни (1844–1931), дед Алана по материнской линии, отправился в Индию в качестве инженера. Там он накопил значительное состояние, став главным инженером Мадрасской железной дороги. Под его руководством был построен мост Тангабудра. Также он был известен изобретением запатентованного бесшумного вентилятора Стоуни.
Хотя семья Стоуни не испытывала недостатка в средствах, ее детство было таким же безрадостным, как и ранние годы Джулиуса Тьюринга. Все четверо детей Стоуни были отправлены в Ирландию получать образование. Подобное было повсеместным явлением в Британской Индии, и жизни детей, обделенных родительской любовью, были частью большой цены, уплаченной за Империю.
В течение семи лет Этель и ее сестра Эви вели жизнь, подобную остальным юным девушкам Кунура: совершали поездки в экипаже, рисовали акварелью, участвовали в любительских театральных постановках и посещали официальные обеды и пышные балы. Однажды, когда отец взял семью провести отпуск в Кашмире, Этель влюбилась в врача-миссионера, и он ответил ей взаимностью. Но родители воспротивились союзу влюбленных, поскольку миссионер был беден. Чувство долга ставилось выше любви, и она оставила своего возлюбленного. Таким образом ничто не могло препятствовать встречи Этель Стоуни с Джулиусом Тьюрингом на борту корабля, направляющегося в Англию весной 1907 года.
Алан появился на свет 23 июня 1912 года в лондонском роддоме в Пэддингтоне 7 июля его крестили в церкви Святого Спасителя и дали имя Алан Мэтисон Тьюринг. Затем отцу пришлось вернуться в Индию, чтобы занять новую должность и оставить миссис Тьюринг с двумя сыновьями – младенцем Аланом на руках и его четырехлетним старшим братом Джоном. В сентябре 1913 года она также покинула своих детей. Мистер Тьюринг решил оставить сыновей в Англии, чтобы уберечь их хрупкое здоровье от жаркого климата в Мадрасе. Несмотря на то, что Индия сыграла огромную роль в судьбе обоих семей – Тьюрингов и Стоуни – Алану Тьюрингу так никогда и не довелось увидеть ярких красок Востока. Ему было суждено провести детство среди холодных ветров Ла-Манша, поневоле оказавшись «изгнанником» на родине.
Мистер Тьюринг оставил сыновей на попечении друга семьи – отставного полковника Уорда и его жены. Они жили в Сент Леонардс-он-Си, приморском городке вблизи города Гастингс. Их огромный дом, известный своим названием «Бастон Лодж», располагался чуть выше уровня моря. Через дорогу в большом доме проживал сэр Райдер Хаггард, прославившийся книгой «Копи царя Соломона». Однажды, когда Алан был постарше, он, как обычно, плелся вдоль сточной канавы без дела и случайно нашел бриллиант и кольцо с сапфиром, принадлежавшие леди Хаггард, за что получил награду в два шиллинга.
Семейство Уордов были людьми другого сорта и не могли позволить себе случайно потерять драгоценности. Миссис Уорд приложила все свои силы, чтобы воспитать мальчиков достойными людьми. Тем не менее именно она подарила им тепло и материнскую ласку, и оба мальчика привязались к ней и любовно называли миссис Уорд своей «бабушкой». Между тем основным воспитанием детей занималась Нэнни Томпсон, управляющая детским садом и гувернантка классной комнаты. В доме росли и другие дети: кроме четырех дочерей Уордов, в доме в качестве пансионера проживал еще один мальчик. Позже Уорды приютили еще и двоюродных братьев маленьких Тьюрингов – троих детей майора Кирвана. Алан очень любил вторую дочь Уордов Хейзел, но ненавидел ее младшую сестру Джоан, которая была чуть старше Алана и младше его брата Джона.
Этот дом не был родным мальчикам. Родители навещали их по возможности, но даже в те редкие случаи воссоединения семьи, они не чувствовали себя, как в своем родном доме. Когда миссис Тьюринг вернулась весной 1915 года, она устроилась вместе с сыновьями в доме с мебелью и прислугой в Сент Леонардс – мрачных комнатах, украшенных вышитыми картинами со строчками из церковных гимнов. К тому времени Алан уже научился говорить и мог привлечь внимание незнакомцев своими не по годам проницательными и язвительными замечаниями, а также как своенравного сорванца, который мог тут же вспыхнуть и устроить скандал, если не получал желаемого. Но кто бы мог подумать, что эксперименты юного исследователя, закапывающего сломанных солдатиков в землю в надежде, что, подобно растениям, они отрастят свои конечности, не были чистой шалостью ребенка. Алан еще не умел находить ту тонкую грань, отличающую инициативу от непослушания, и всеми способами противился повиноваться в детстве.
Первая мировая война почти никак не коснулась семейства Тьюрингов. Все, чем был ознаменован 1917 год: война с массовым использованием новейших видов оружия, длительные осады немецкими подводными лодками, воздушные налеты, вступление Америки в войну, начало революции в России, – должно было обозначить картину мира, которую унаследует новое поколение. Но все это повлияло лишь на личное решение миссис Тьюринг остаться в Англии. В мае того же года Джона, старшего брата Алана, отправили в подготовительную школу Хазелхерст, расположенную неподалеку от минеральных источников Танбридж-Уэлс в графстве Кент, и миссис Тьюринг осталась с одним Аланом. Одним из ее излюбленных занятий было регулярное посещение церкви, и в Сент Леонардс она стала прихожанкой англиканской церкви, расположенной далеко от дома, и каждое воскресенье Алан нехотя плелся на службу. Ему не нравился запах ладана, за что он называл церковь «дурнопахнущей». Также миссис Тьюринг любила проводить время за акварелью, и в этом проявлялся ее истинный талант. Она часто брала сына на встречи художников, где этот большеглазый мальчишка в соломенной шляпке выдумывал причудливые выражения и слова (например, он назвал крики чаек «куоканьем»), чем приводил в восторг учениц художественной школы.
Читать Алан научился сам за три недели по книге под названием «Чтение без слез». И еще быстрее он научился считать и имел раздражающую маму привычку останавливаться у каждого фонарного столба и зачитывать вслух его порядковый номер. Он был одним из тех уникальных людей, которые с трудом различают понятия «лево» и «право» и поэтому рисовал на большом пальце левой руки красную точку, которую называл «опознавательным знаком».
В детстве он говорил, что хочет стать врачом, когда вырастет. Подобная цель была одобрена родителями: отец был согласен оплатить взнос на обучение мальчика, а мать была рада выбору достойной и уважаемой профессии. Для этого необходимо было заняться образованием сына. И летом 1918 года миссис Тьюринг отправила Алана в начальную школу Святого Михаила изучать латынь.
Джордж Оруэлл был старше Алана на девять лет, и его отец тоже был служащим в Британской Индии. Он называл себя выходцем из «нижнего-верхнего-среднего класса». Перед началом войны он писал:
ты был либо «джентльменом», либо «неджентльменом», и если вам все же посчастливилось принадлежать к высшему классу, вы изо всех сил старались вести себя соответствующим образом, несмотря на свой доход. … Скорее всего, отличительной чертой верхнего среднего класса можно было назвать то, что его традиции ни в коей мере не были коммерческими, а в основном военными, должностными и деловыми. Люди этого класса не владели землей, но ощущали себя землевладельцами в глазах Бога и поддерживали полуаристократические взгляды на жизнь, предпочитая работу в противопожарной службе торговле. А маленькие мальчики во время обеда перебирали косточки сливы на тарелке и пытались угадать свою судьбу, бубня под нос «армия, флот, церковь, медицина, право».
Семья Тьюрингов подходила под это описание. В жизни их сыновей не было ничего интересного и выдающегося, кроме, быть может, тех дней, что семья провела в Шотландии. Роскошью для них были походы в кинотеатр, на ледовый каток и возможность наблюдать, как трюкач выполняет прыжок с пирса на велосипеде. В доме Уордов происходило постоянное очищение от грехов, от запахов, чтобы отличить их отпрысков от остальных детей в городе. «Я тогда был очень маленьким, мне еще не исполнилось шести лет, – вспоминал Оруэлл, – когда я впервые узнал суть социально-классовых различий. Раньше героями моего детства были обычно люди рабочего класса, ведь они, казалось, всегда заняты такими интересными вещами, например рыбаки, кузнецы или каменщики. … Но мое восхищение длилось до того момента, как мне запретили играть с детьми водопроводчика, ведь они были «из народа», и мне сказали избегать общения с ними. Это было настоящее проявление снобизма, если хотите, но также было необходимо, ведь люди среднего класса не могли себе позволить, чтобы их дети выросли с простонародным говором».
Тьюринги не могли позволить себе ничего лишнего, ведь даже при высокооплачиваемой должности отца необходимо было откладывать средства на будущее. И все, на что им были необходимы средства, – частная школа. В этом вопросе ни война, ни инфляция, ни разговоры о революции не могли ничего изменить. Сыновья Тьюрингов обязаны были пойти в частную школу, и все силы семьи были направлены на достижение этой цели. Более того, отец никогда не позволял мальчикам забыть о том, чем они обязаны отцу за свое образование. Долгом Алана было получить образование, не вызывая проблем, и в частности в нужной мере выучить латынь, которая была необходима для поступления в частную школу.
Во время краха Германской империи и начала унизительного перемирия, Алан сел за прописи и учебники по латыни. Его не интересовала латынь, более того, он испытывал трудности с письмом. Казалось, мозг не успевал скоординировать мелкую моторику руки. Мальчику пришлось целых десять лет провести в борьбе со скрипучими перьями и протекающими ручками, и за все эти годы ни в одной из его записей не обошлось без зачеркиваний, клякс и постоянно меняющегося почерка.
В феврале 1919 года мистер Тьюринг вернулся в семью после трехлетней разлуки. Ему пришлось постараться, чтобы снова завоевать уважение Алана, который отличался своенравным характером и дерзил старшим. Если у него имелось мнение по какому-нибудь вопросу, он высказывал его со словами «я знаю» или «я всегда знал». Так, он «всегда знал», что запретным плодом в садах Эдема было не яблоко, а слива.
Тем не менее в декабре того же года родители снова покинули своих сыновей, и Алан вновь остался на попечении Уордов, а Джон вернулся в Хазелхерст. На этот раз отца отправили в центр Мадраса на службу в департаменте доходов, а Алан остался в Сент Леонардс-он-Си, пораженный смертельной скукой, все свое время проводя за составлением рецептов. Он настолько отставал от своих сверстников в учебе, что к приезду матери в 1921 году, когда ему было около девяти лет, он еще не научился выполнять деление в столбик.
По возвращении мать заметила изменения в поведении Алана, произошедшие за время разлуки: из «живого, общительного и дружелюбного» Алан превратился в «замкнутого мечтателя». На фотографиях десятилетний мальчик всегда предстает с задумчивым и отрешенным лицом. Вскоре мать решила увезти сына из Сент Леонардс, провести лето в Бретани. Отчасти из-за потраченных на поездку денег, она приняла решение самостоятельно обучить Алана в Лондоне и была немало изумлена его пристрастию к опытам с магнитом и железными опилками. Тем временем в мае 1921 года мистера Тьюринга вновь повысили до должности секретаря департамента развития в правительстве Мадраса, ответственного за сельское хозяйство и торговлю всей провинции. И он снова вернулся в декабре, чтобы на этот раз отвезти семью в швейцарский курортный городок Санкт-Мориц, где Алан научился кататься на лыжах.
Директор школы Святого Михаила, мисс Тейлор, на все лады хвалила Алана, заявляя, что «он гений». Но в прокрустово ложе школьной программы юное дарование вписаться никак не смогло. И в начале 1922 года мать определила его в пансион Хезельхерст, где учился старший брат.
Хезельхерт в те годы представлял собой небольшое учебное заведение, в котором одновременно проходили обучение тридцать шесть мальчиков в возрасте от девяти до тринадцати лет. Кроме директора мистера Дарлингтона, воспитанием подопечных занимался учитель математики мистер Бленкинс, учитель рисования и музыки – в основном из репертуара Муди и Санки – мисс Джиллет, и смотрительница пансиона. Джону нравилось обучение в пансионе, и в последний семестр своего обучения он был назначен старостой.
А вот его младший брат не разделял восторгов, и режим Хезельхерста показался ему мукой. «Теперь он не мог заниматься своими привычными делами», – объясняла его неприязнь к пансиону мать. Теперь весь его день был расписан: уроки, время на игры и обеды, – и Алану оставались жалкие минуты на удовлетворение своих интересов. Когда Алан приехал в пансион, он увлекался оригами. И как только остальные мальчишки узнали о его хобби, пансион тут же наводнили бумажные лягушки и кораблики. Джон не разделял этот интерес, и следующее разочарование ожидало его, когда мистер Дарлингтон узнал о пристрастии Алана к картам. Директор решил провести всеобщий тест на знание географии, в котором Алан занял шестое место, обойдя своего старшего брата, которому эта наука всегда казалась довольно скучной. В другой раз Алан сидел в последнем ряду на школьном концерте и задыхался от смеха, в то время как Джон исполнял гимн «Земля надежды и славы».
Джон покинул Хезельхерст перед Пасхой и перешел в школу-пансион Мальборо. Летом мистер Тьюринг снова отвез семью в Шотландию, на этот раз в город Лохинвер. Там Алан воспользовался возможностью изучить географию местности и горных путей и рыбачил на озере наравне с Джоном. Братья испытывали чувство конкуренции, но их соперничество никогда не доходило до драки. Вместо этого они устраивали игры, как, например, во время ужасно скучных вечеров, когда семью навещал дедушка Стоуни. Очки получал тот, кому удастся отвлечь дедушку от невероятно скучных историй его клуба. А в Лохинвере Алан постоянно одерживал победу над остальными членами семьи в послеобеденной игре «кто дальше выплюнет шкурку от крыжовника», которая миссис Тьюринг казалась плебейской. Умело надувая шкурки, Алан умудрялся выплюнуть их за забор.
В те моменты, когда отец возвращался со службы, казалось, жизнь ничем не была омрачена. Но уже в сентябре Алану пришлось вернуться в Хезелхерст, и родители с разрывающимися сердцами наблюдали из окна такси, как их сын бежит за машиной с раскинутыми руками. Теперь Тьюринги отправились в Мадрас вдвоем. Алан продолжил свое обучение безо всякого интереса к занятиям и школьной жизни. По свидетельству преподавателей, мальчик находился в каком-то отрешенном состоянии и получал средние оценки. В ответ Алан нелестно отзывался о своих учителях. Когда мистер Бленкинс начал свой курс элементарной алгебры, в своем письме старшему брату Алан не преминул отметить, что «учитель допустил ошибку, неправильно определив значение «x».
Хотя ему нравилось принимать участие в небольших представлениях и школьных дебатах, он ненавидел и старался избегать уроков физкультуры и послеобеденное время для спортивных игр. Зимой мальчики играли в хоккей, и Алан по большему счету только бегал от мяча. Впрочем, ему нравилось выступать в роли судьи, и он всегда старался точно определить, пересекла ли линию шайба. В конце семестра ученики вместе исполняли песню, и Алану были посвящены следующие строчки:
Тьюрингу нравится в футболе
Бегать с циркулем по полю
Дальше идут строчки, описывающие, как Алан наблюдает за ростом маргариток, пока остальные играют в футбол. Этот образ вдохновил его мать на создание причудливой картины карандашом. И хотя это была лишь детская шутка, в которой высмеивалась мечтательность мальчика, она была правдива – с Аланом вновь происходили некоторые изменения.
В конце 1922 года некий благодетель подарил мальчику книгу «Чудеса природы, о которых должен знать каждый ребенок». Позже Алан скажет матери, что именно эта книга открыла ему природу вещей и научный взгляд на мир. На самом деле, именно тогда Алан впервые познакомился с понятием науки. Более того, она стала для него книгой жизни. Как и многие другие новые вещи, эта книга прибыла в Англию из США.
Книга впервые была издана в 1912 году, и ее автор Эдвин Тенней Бревстер так описывал ее:
…первая попытка познакомить юных читателей с определенными слабо связанными, но современными темами, как правило объединенными под названием «общая физиология». Скорее даже попытка приучить детей от восьми до десяти лет сначала задумываться над вопросом: «Что общего между мной и другими живыми существами и чем я отличаюсь от них?» Кроме этого в книге я попытался помочь родителям, зачастую сбитым с толку каверзными вопросами детей, попробовать ответить на них самим, в особенности на самый трудный из всех: «Каким образом я появился на свет?»
Другими словами можно сказать, что книга охватывала многие темы – о науке и не только. Первая глава отвечала на вопрос «Как зарождается цыпленок в яйце?», а следующие главы повествовали «О других видах яиц» и «Из чего сделаны мальчики и девочки». Бревстер приводит цитату из старого детского стишка и замечает, что: он достаточно правдив относительно того, что мальчики и девочки не похожи друг на друга, и не стоит пытаться переделать их сущность.
Тем не менее, основная суть половых различий не была раскрыта в книге, умело отклоняясь от темы, автор размышлял о природе яиц морских звезд и морских ежей и вдруг снова возвращался к физиологии человека:
Таким образом, устройство человека больше похоже на кирпичный дом. Мы сделаны из маленьких живых «кирпичиков». Мы вырастаем, потому что кирпичики начинают делиться пополам, и эти половинки тоже начинают расти. Но каким образом они узнают когда и где им следует расти быстрее, и когда расти медленнее, и когда им следует не расти вовсе, пока малоизвестно науке.
«Чудеса природы» оставили без ответа, откуда появляется первая клетка человека, сделав лишь невнятный намек, что «само яйцо возникло в результате деления другой клетки, которая, несомненно, была частичкой тела родителя». Автор, по-видимому, оставил этот вопрос для объяснения «сбитому с толку каверзными вопросами» родителю.
Тем не менее в других вопросах «Чудеса природы» обладала более «современными научными сведениями», и была не просто «книгой о природе». В ней нашла выражение идея о существовании причины, почему именно так устроен мир, и что эту причину нужно искать не в религии, а в науке. В тексте объяснялось, почему мальчики любят бросать вещи, а девочкам нравится играть в кукол, а также доказывалось на примере устройства живого мира, почему идеал Отца должен отправляться на работу в офис, а идеалу Матери надлежит оставаться дома. Этот образ идеальной жизни американской семьи был довольно далек для понимания сыну находящихся на службе в Индии родителей, и в большей степени Алана могло заинтересовать описание работы мозга:
Теперь Вам стало понятно, почему Вам приходится по пять часов проводить в школе за неудобными партами, изучая вещи на первый взгляд менее интересные, чем возможность сбежать с урока и отправиться плавать? Это необходимо для создания новых мыслительных процессов в вашей голове. … Когда мы молоды, наш мозг все еще растет и развивается. За многие и многие годы работы и приобретения знаний мы постепенно развиваем мыслительные процессы тех частей мозга, что располагаются у нас за ушами. Эти области будут работать до конца нашей жизни. И когда мы становимся взрослыми, мы больше не сможем создать новые точки мыслительных процессов.
Человек представлялся «более умным», чем другие создания, но уже без упоминания наличия «души». Процессы деления и дифференцирования клеток еще не были изучены, но уже исключалось предположение о божественном вмешательстве. Поэтому, если Алан действительно «наблюдал, как растут маргаритки», он, возможно, в это время думал, что, хотя это и выглядело так, будто маргаритки сами знали, как им расти, на самом деле все зависело от сложно устроенной системы клеток, работающих как единый механизм. А как насчет него самого? Как он понимал, что должен сделать? Так что у юного исследователя было множество вопросов, из-за которых он витал в облаках, пока остальные мальчишки неподалеку гоняли шайбу.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?