Читать книгу "Жена на полставки"

– Я же вижу, что знаешь, – отозвался кузен, опускаясь на траву рядом со мной. – Я так и думал, что он расскажет. Давно пора! Я сам хотел, но все никак не мог решиться. Ты же понимаешь… – Я понимала только то, что ничего не понимаю, о чем ему и сообщила. Виг замялся, но продолжил: – Какая бы она ни была, она моя мать.

Я замерла и чуть слышно прошептала, вернув в несколько искаженном виде кузену его же вопрос:

– Ты знал? – Люрвиг кивнул, а я, чтобы быть уверенной, что мы говорим об одном и том же, добавила: – О лэйде Ланкерте?

– Знал, – подтвердил он. – Случайно услышал, как они обсуждали с мамой необратимость последствий. Эрвил раньше, еще до твоего переезда к нам, был в Чарди-моле частым гостем, я даже привык его кем-то вроде дяди считать. Мать в истерику ударилась и начала все отрицать, а он потом, без нее уже, мне все объяснил. Но что я мог сделать? Только молчать и держаться от тебя на расстоянии.

– Но почему?

– Ты мне всегда нравилась, Элли, – взяв меня за руку, признался кузен. – Когда ты была маленькой, меня восхищал твой характер. Ты была такой доброжелательной, жизнерадостной девочкой. А после этого вмешательства в твою психику, после того, как стало ясно, какой дар достался тебе от Повелителей… – Он помолчал, подбирая слова: – Ты взрослела, и я стал бояться, что симпатия перерастет во что-то большее. Если бы ты обратила свое внимание на меня, вряд ли я сумел бы тебя отпустить, Эльза. Но и терпеть твои бесконечные увлечения я бы не смог и просто придушил однажды, не справившись с ревностью.

Я невольно поежилась и потерла ладонью шею.

– А Дайл? Он тоже знает?

– Нет! Для брата ты всегда была просто младшей сестренкой. Про мамину гадость я умолчал, а сам постарался убраться из дома, как только это стало возможным.

– Так ты об этом говорил с Грэгори? Ты рассказал ему?

– Нет! – Виг с силой стукнул кулаком по бревну рядом с моей ногой и сквозь зубы процедил: – На свадьбе я пообещал этому змеиному сыну, что вырву ему кишки, если он тебя обидит! – Я выдохнула, хотя даже не заметила, когда успела задержать дыхание. Услышать подтверждение тому, что мужу известно о неполадках в моей голове, я была не готова. Но обрадовалась рано. – О тебе я рассказал ему за три месяца до этого.

– Как? – удивленно воскликнула я. Наверное, если бы стояла, то рухнула бы на землю от такой новости. – Вы были знакомы?

– Не совсем. Ты же знаешь, что моя работа связана с постоянными перемещениями? – задал не требующий ответа вопрос кузен. – Так вот, мы тогда были в Финне. Я как раз получил письма из дома: мама жаловалась на твое поведение, а брат – на то, что опять пришлось одному из твоих… – Люрвиг сдержался, явно проглотив бранное слово. – В общем, что пришлось ему серьезную беседу проводить. А еще что смазливый Андэр по-прежнему поблизости крутится.

Я поморщилась от упоминания Эрика, который действительно почти до самого моего брака был постоянно где-то рядом, и поторопила собеседника:

– И что? При чем тут Грэг?

– Я как раз к этому и веду, – заверил меня Виг. – В довершение ко всему мы еще и заказ провалили. Настроение было ужасное, и я пошел… в клуб. – В дом черных окон или бар, расшифровала я для себя заминку в рассказе. – Народу было много, я и сел рядом с каким-то мрачным типом, за чьим столиком почему-то было свободно. Я пил, он пил, потом мы пили вместе, я и сам не заметил, как разговорился. Выложил все, что накипело! Кажется, даже до детских воспоминаний дошел.

– Как ты мог?! – возмутилась я.

– Имен я не называл, – поспешил оправдаться кузен, но голос его звучал виновато. – Даже в том состоянии. Да и незнакомец не представился и сам ничем не делился – все равно что со статуей пообщался. Случайный собутыльник, ничего не значащие жалобы – я не ожидал никаких последствий.

– Но-о-о? – уже догадываясь, что услышу, протянула я.

– Но представь мое удивление, когда, приехав на свадьбу сестренки, я увидел его в роли жениха!

Не знаю, как себя чувствовал Люрвиг тогда, но вряд ли он был так же поражен встречей, как я – его откровениями. Шестеренки в голове завертелись, словно маслом смазанные, выстраивая одно невероятное предположение за другим. Получалось, что Грэгори, до того как сделать предложение, не просто наблюдал за мной издалека пару раз, как он утверждал, а уже несколько месяцев знал обо мне больше, чем я сама. Неужели он просто выжидал удобного момента, чтобы подойти? Следил, как хищник, за намеченной жертвой, планировал… Тот самый Грэг, что посмеивался над моими восторгами в адрес очередного идеала. Тот, кто давал мне советы и всегда неожиданной тенью появлялся рядом, стоило кому-то из бывших или их спутниц перейти черту вежливости. Я верила Вигу и в то же время не могла поверить.

– А что он?

– Заявил, что конечно же меня помнит, но обвинения мои странны, поскольку ни фамилии, ни места жительства я не упоминал. А в родной город он планировал вернуться давно и, когда осуществил это намерение и случайно столкнулся с тобой на приеме, даже не сразу понял, что именно об этой девушке я ему рассказывал. Что сделал тебе предложение, поскольку ему нужна жена, которая не будет лезть в его дела.

– Может, так оно и было? – В моем голосе прозвучала неприкрытая надежда.

– Как же! – хмыкнул кузен. – Я же потом поехал в Финн и выяснил, что Брэмвейл сорвался с места чуть ли не на следующий день после того разговора.

– Ну и что? Может, у него дела были, – выступила в защиту мужа я.

– И что кто-то расспрашивал в гостинице обо мне, конечно же тоже всего лишь совпадение, – съязвил Виг. – Пойми, Эль, узнать, кто я и откуда, было совсем не сложно.

– Но…

– В Латии он появился буквально через несколько дней. Открыл дом, заколоченный больше десятилетия, нанял слуг и явился к главе Кручара. Без рекомендаций от чародеев Финна, зато с письмом Повелителя, подтверждающим перевод охотника Брэмвейла с одного места на другое.

Я помолчала, пытаясь осмыслить свалившийся на меня ворох новых сведений, и задумчиво произнесла:

– Тетя упоминала, что в Финне у Грэга была… скверная репутация. Это так?

– И да, и нет, – ответил Люрвиг. – Как маг, как товарищ он ничем себя не скомпрометировал. Более того, ему место главы прочили через два года, после того как нынешний глава отойдет от дел. А вот в остальном…

– Пьянство и драки? – уныло предположила я.

– И не только. Это здесь он проявил себя с лучшей стороны и всем нравится, а лэй в Финне вздрагивают от одного звука его имени. Да не пугайся ты так, ничего ужасного. Просто от проявлявших к нему интерес он избавлялся не самым вежливым образом, пока их и вовсе не стало. Да и вообще он, овдовев, редко в обществе появлялся.

– А до?

– Говорят, жена его была очаровательнейшим существом, красавицей с безупречными манерами и замечательным характером, – перед моим мысленным взором возникло рыжеволосое видение из кошмара, которое никак не вязалось с описанием. – И что именно после ее трагической кончины Брэмвейл словно с ума сошел.

Мне вдруг стало как-то неприятно – осознавать, что моя предшественница превосходила меня во всем и занимала такое важное место в сердце мужа, было больно, и я впервые порадовалась, что наш брак – всего лишь договоренность. Ведь будь у нас настоящая семья… представлять, как бы я себя чувствовала в этом случае, не хотелось.

– Он так ее любил? – Голос дрогнул, выдавая бушевавшие внутри эмоции.

– Вероятно, – пожал плечами Виг. – Женился чуть ли не в день знакомства.

– А что с ней случилось?

– Заболела. У нее две сестры были младшие. Вот после их смерти и слегла. Средняя с лестницы храма упала – собиралась на иллару, оступилась и разбила голову. А вторая через пару месяцев на шипе зятя решила покататься и не справилась с управлением – буквально расплющила его о дерево на выезде из города.

– Какой ужас! – выдохнула я.

– Да уж, – согласился кузен.

Я покачала головой, прогоняя страшные картинки, нарисованные воображением, и задала последний вопрос:

– А почему ты мне ничего не рассказал?

– А зачем? – пожал плечами Люрвиг. – Если бы я узнал это до свадьбы, тогда имело бы смысл. А так, – он развел руками и напомнил: – Я же едва-едва успел на саму церемонию. На нас заказы со всех сторон сыпались, даже письмо мамино с новостью не сразу меня нашло. Устраивать скандал не хотелось, да и его версия на тот момент правдоподобной показалась. А когда выяснил кое-что в Финне, уже и вовсе поздно было вмешиваться. Тем более что ты, по словам Дайла и пары приятелей, которых я присмотреть попросил, браком очень довольна. Да и поведение Брэмвейла в Латии – просто образец для подражания.

Хоть мне и было обидно, что братец не счел нужным поделиться со мной такой важной информацией, логика в его рассуждениях была. Кроме того, в чем бы я ни подозревала Грэгори, весь этот год я была почти счастлива и искренне радовалась роли его супруги, сделавшей мою жизнь куда приятнее. И мне очень хотелось верить, что Грэг всего лишь тяжело переживал смерть Эдиллии, что он был честен со мной, когда предлагал руку, а если о чем-то и умолчал, то без злого умысла.

Кардайл и Соэра, показавшиеся на тропинке, прервали неловкое молчание, повисшее над полянкой после малоприятной беседы. Эри выглядела взволнованной, а кузен – хмурым.

Начать запланированный разговор я не успела – сразу после короткого представления Эри и Вига друг другу чародейка уселась рядом со мной, уперла локоть в коленку, а подбородок – в ладошку и тоскливо произнесла:

– И в кого я такая дура?

– Это все из-за меня! – с готовностью признал вину Дайл.

– Думаешь? А мне казалось, кто-то из предков отличился, – опротестовала его заявление Соэра.

– От любви глупеют, – зачем-то влезла я. Наверное, подспудно опасалась, что парочка всерьез поссорится, а в результате удостоилась сразу трех озадаченных взглядов.

– Тебе виднее, – усмехнувшись, кивнул Люрвиг.

– Да уж, знаток! – поддержал его брат.

– Что-то случилось? – поспешила перевести тему я, пока кузены по детской привычке не начали высмеивать меня на пару.

– Случилось то, что я дура! – мрачно отозвалась лэй Жозир.

– Эри, прекрати! – возмутился Кардайл.

– И как ты это обнаружила? – Мне почему-то казалось, что за этими обвинениями в свой адрес прячется что-то действительно важное.

– С чего я вообще взяла, что дядя так уж хочет видеть меня женой лэйда Дзи? Сама себе проблемы создала, – печально ответила чародейка.

– Это я виноват, – повторно покаялся Дайл, усевшись, по примеру Люрвига, прямо на траву и завладев ладошкой своей любимой.

– Да при чем здесь ты? Если бы я не пожаловалась, не поделилась с тобой своими опасениями, ты бы и не заметил, что Коллейн ко мне интерес проявляет.

– Конечно бы заметил! Чтобы я – и не обратил внимания, что какой-то змеев сын обхаживает мою птичку?

– Да что произошло-то? – на сей раз в диалог вмешался Виг.

– Дядя сегодня со мной разговаривал. – Голос Эри был так же мрачен, как и лицо ее любимого. – Он был очень осторожен в выражениях, но суть его слов свелась к тому, чтобы я держалась подальше от «жениха», ни в коем случае никуда с ним не ходила и желательно даже не оставалась наедине!

– Так и сказал? – удивилась я.

– Не так, но я же не дура, – в противовес своим прежним утверждениям заявила Эри. – Я его прекрасно поняла. Он говорил о том, что мне нужно заботиться о своей репутации, что слишком частые и продолжительные визиты вызывают кривотолки, что мне необходимо многому научиться, прежде чем принимать серьезные решения. И что мне было бы неплохо расширить кругозор и увидеть мир за пределами Латии.

– И что в этом такого? – задал закономерный вопрос не слишком посвященный в ситуацию старший кузен.

– А то, что это значит: дядя не хочет моего брака с лэйдом Дзи, по крайней мере сейчас, – пояснила Соэра. – Более того, Коллейну он не доверяет!

– И, похоже, не он один, – задумчиво произнесла я.

Может, это было глупо, неосторожно с моей стороны, но я решила быть откровенной с трио, уставившимся на меня после этого заявления с одинаковым вопросом в глазах. Пересказ событий последних дней давался нелегко – все же привычки делиться чем-то личным у меня не было, тем более не с мужем. Естественно, не все мои злоключения были описаны полностью, но братцам и чародейке хватило и того, что они услышали. Я умолчала о портрете в тайнике Грэгори и о роли Эдиллии в моем кошмаре, свела свое присутствие при нападении калфов на стрелу к подслушанному разговору тонийских охотников, но, не жалея красок, живописала таинственное письмо, мэйм, тарн, вчерашних гостей Брэм-мола и сегодняшний диалог супруга с Оледом. И нехотя призналась во всех своих подозрениях в адрес мужа.

Кузены принялись сопоставлять случившееся в Тонии с гибелью товарищей Люрвига и другими похожими происшествиями, о которых я даже и не слышала. А Соэра конечно же заинтересовалась магической составляющей повествования. Подтвердила, что игла, найденная на пороге спальни, действительно, судя по описанию, тарн, но тут же опровергла уверения Грэга, что Риаде негде было такую достать. У юной лэй Дзи и прежде, во времена учебы, появлялись запрещенные предметы, и еще неизвестно, что могла найти предприимчивая девица дома. Ведь в семейном особняке жили несколько поколений чародеев, и не все из них были охотниками. При наличии подробного описания заготовку поворотника могла активировать даже такая бездарность, как крошка Ри, – достаточно было просто капли крови на иголке и четкого образа в голове. А если сама не справилась бы, так Коллейн мог помочь любимой сестренке.

Высказавшись на тему тарна, Эри потребовала показать ей мэйм. Я закатала рукав и предъявила алое безобразие, уже который день украшавшее мое предплечье. Соэра вытащила из сумочки тонкие перчатки, надела их, старательно разгладив каждый пальчик, и тронула свесившийся набок ключ. Кусочек металла послушно качнулся.

– Стишок помнишь? – деловито произнесла чародейка.

Я хотела ответить отрицательно, но ключик двигался вправо-влево, а в голове в такт движению этого маятника сами по себе всплывали строки.

– Интересно, – выслушав в точности воспроизведенный, словно заученный, текст письма, протянула Соэра, – очень интересно.

– Что скажешь? – оборвала ее я нетерпеливо.

– Скажу, что заклинание непонятное!

– Нет, – разочарованно простонала я.

– Но совершенно точно подействовавшее, – добавила Эри.

– Откуда ты знаешь? – влез с вопросом Дайл, отвлекшись от обсуждения с братом планов по выяснению взаимосвязи между участившимися прорывами. – Ты же говорила, что не умеешь определять изменения кокона.

– Не умею, – подтвердила Соэра. – Но тут все просто – это действительно всего лишь мэйм. Лента и ключ стали им лишь потому, что у них появилась задача. Если бы им не о чем было напоминать, то так бы и лежали себе в конвертике.

Очередное подтверждение вранья супруга меня совсем не обрадовало. Наверное, я заметно помрачнела, потому что Виг вдруг сел рядом и, обняв за плечи, притянул к себе. Вырываться я не стала, напротив привалилась к теплому боку кузена, благодарная за поддержку.

– Снять сможешь? – Мой голос прозвучал настольно тускло, что я и сама бы его не узнала, услышав со стороны.

– Нет, – разочаровала меня чародейка. – И тебе пытаться не советую.

– Почему? – выдохнул над моей макушкой Люрвиг.

– Потому что… А, что объяснять?! Я лучше один раз покажу, – решила Эри и протянула ладошку к своему любимому: – Клинок дай!

Кардайл без лишних вопросов вытащил из кармана небольшой складной ножичек и, раскрыв его, протянул Соэре. Та осторожно поднесла лезвие к мэйму и самым кончиком царапнула ключик. Мою руку прошило острой болью, а с металлической поверхности ключа закапала самая настоящая кровь.

– Зачем? – возмутился Виг.

– Чтобы запомнила! – отозвалась чародейка, возвращая орудие демонстрации хозяину. – Пока действует заклинание, будет действовать мэйм. И все это время он будет являться частью тебя.

– И что это за дрянь на нашей сестренке? – пряча нож, попытался прояснить картину Дайл.

– Не знаю. По мэйму невозможно определить. Стих, вероятно, должен что-то говорить самой Эльзе, если он вообще имеет смысл. Конверта нет. Может быть, специалист по коконам сможет что-то сказать, но вряд ли.

– Но ведь я была на илларе на следующий день! – вдруг осенило меня. – Если бы были изменения…

– Не хочу тебя расстраивать, но в храме давно не реагируют ни на что, кроме одержимости калфом. Иначе половину Кручара пришлось бы изолировать.

– И что мне теперь делать? – сковырнув с ключика корочку запекшейся крови, спросила я.

– Ничего! – пожала плечами Соэра. – Пока воздействие чар не проявится, определить, какие они, не выйдет. Думаю, у тебя просто небольшой прокол в коконе. Вот если бы уже искажения пошли, тогда можно бы было с типовыми схемами сравнивать. Ты, конечно, можешь пройтись по магам – они с удовольствием опустошат твой кошелек и расскажут пару сказок. Но мастеров, способных спустя несколько дней без предмета, на который было наложено заклинание, сказать что-то дельное, у нас в Латии точно нет.

– А если в Ливе или Тонии поискать? – поинтересовался Кардайл.

– Не думаю, – покачала головой Эри и, усмехнувшись, добавила: – Разве что к Повелителю обратиться.

– А если конверт найдется? – снова влез с идеей Дайл.

– Ты хотел сказать, если Грэг его вернет? – криво улыбнулась я. – Сомневаюсь, что подобное входит в его планы. После всего этого вранья…

– А я его понимаю, – неожиданно вступился за моего супруга Люрвиг. – На месте Брэмвейла я бы поступил так же.

– Это еще почему? – возмутилась я, стряхнув с плеча руку кузена и повернувшись к нему лицом.

– Сама посуди, Эль: чары ведь уже сработали, снять их он, вероятно, не мог – не учат такому охотников, – вот и не стал тебе говорить, что ты под заклятием, чтобы не пугать. А письмо забрал, чтобы показать тому, кто разбирается.

– Хотелось бы верить, – хмыкнула я. – Вот только зачем тогда было лгать, что конверт исчез?

– Во-первых, он действительно мог пропасть, – принялся рассуждать Виг: – А во-вторых… Что, если твой муж все выяснил, но счел, что тебе лучше не знать правду?

– А не знать тебе лучше, если это что-то страшное и необратимое, – продолжил рассуждения старшего младший Чарди.

– Прекратите пугать Эльзу! – вскочив с бревна, заявила Эри. – Лучше подумайте, зачем магу из Тонии понадобилось на нее мэйм надевать.

– А разве он не сам… Лента ведь сама вокруг руки обвилась, – возразила я.

– Сама она бы прицепилась, если бы ты до нее дотронулась. А раз ты этого не делала, значит, чародей помог «браслетику» на место устроиться.

– Ты, кажется, упоминала, что он выходил, когда ты у него была? – задумчиво произнес Кардайл.

– Полагаю, нам надо побеседовать с этим магом, – заявил Люрвиг, вставая и протягивая мне руку.

Я послушно поднялась и нехотя кивнула. Мысль задать лэйду Арду пару вопросов была правильной. И хотя мне очень не хотелось отправляться в Тонию, где столько всего произошло в мой прошлый визит, это следовало сделать. В конце концов, в сопровождении кузенов посещение соседнего города должно было быть совершенно безопасным.

Глава 9

Дерево без топора не строгают; не узнав характера, девушку замуж не берут.

Хакасская пословица

«Предатель!» – навязчиво звучало в моей голове. Я раздосадованно стукнула кулаком по сиденью, но коварный изменник ничем не ответил. Он вообще вел себя безобразно, с такой легкостью променяв меня на другого. Конечно, Виг был куда более опытным шипером, чем я, но Коша мог бы и не так охотно откликаться, попав в чужие руки. Не надо было отдавать брату ключ и занимать пассажирское место.

Я действительно дулась – глупо, абсурдно, совершенно по-детски, – но взаимопонимание, мгновенно установившееся между кузеном и моим ободранным каменным конем, задело за живое. Сама не заметив, как, я успела привязаться к арендованному монстру и всерьез подумывала заглянуть к мастеру Крю и спросить, сколько он хочет за потрепанный шип со свежей царапиной на носу. В «ШИПовник» в любом случае следовало зайти, чтобы продлить договор, да и оба Чарди были не прочь взглянуть на красочно описанный шипарий. Но больше всех к общению рвалась Соэра. Чародейка долго восхищалась амулетом отвода глаз и потребовала, чтобы ее непременно познакомили с автором, из-за чего поругалась с Кардайдлом, который вовсе не желал тащить свою девушку в Тонию. Вот только переспорить Эри ему не удалось.

А после того как она обнаружила на днище Коши какую-то круглую штучку, являвшуюся, по ее словам, маячком, позволяющим находить шип, на стороне будущей родственницы выступил Люрвиг, заявив, что для разговора с магом нам очень пригодится свой маг. А потому, переселив кругляшок маячка на чьего-то золотистого каменного коня, ожидавшего хозяина возле парка, в Тонию мы отправились вчетвером.

Серебристый двухместный шип младшего Чарди то появлялся впереди, то скрывался за очередным поворотом. Наверное, парочка в обтянутом темно-серой кожей салоне вовсю ссорилась. А я скучала и жалела, что не настояла на другом распределении мест и ролей – мы с Соэрой чудно добрались бы до цели сами, обсудив по дороге темы, которые было неудобно поднимать при мужчинах. А братья не менее чудесно провели бы время в тесном семейном кругу. Но что-то менять было поздно, да и вряд ли кузены сочли бы идею такой уж замечательной. Собеседником Виг был не лучшим, пейзаж за стеклом купола я рассмотрела уже в прошлый раз. И от безделья в голову полезли разные мысли, по большей части неприятные.

Почему-то свидетельства вранья Грэгори задели даже сильнее, чем его прогулка с Риадой к беседке влюбленных. Наш договор, наши отношения не предполагали верности, но честность казалась мне само собой разумеющейся вещью. Потерять Брэмвейла как супруга было крайне нежелательно, но не так уж и страшно – ведь, по сути, он им никогда и не был. Но утратить его как друга… подобная перспектива казалась мне просто ужасной.

Первое разочарование поджидало нас у ворот «ШИПовника» – калитка была заколочена, на воротах висел внушительный замок со сложным тройным механизмом и иглой для опознания по крови, а вместо названия в воздухе парили тусклые, словно сотканные из тумана, буквы, складывающиеся в слово «Закрыто». Чародейка от огорчения даже попинала желтый забор – единственное, что осталось неизменным, а Дайл, забравшись на плечи брату, заглянул во двор и сообщил, что там никого и ничего – только бесконечные ряды пустых «этажерок».

Я прислонилась к нагревшемуся от солнца зеленому боку шипа, погладила длинную глубокую царапину, заработанную при столкновении с разбившейся стрелой, и растерянно спросила:

– И что мне теперь делать?

– В каком смысле? – отозвался Люрвиг.

– А давайте дырку в заборе сделаем? – внесла предложение Соэра. – Если разогнаться, то…

– Эри, не дури! – оборвал ее младший кузен.

– Что мне делать с Кошей, я же арендовала его всего на десять дней, – пояснила я.

– Обратиться в ратушу, написать заявление и оставить шип на попечение городских властей, – со знанием дела проконсультировал меня Виг.

– Не могу. – Мой голос был едва слышен, а рука как зачарованная неотрывно выписывала на грязно-зеленом камне круги и восьмерки. – Договор заключен не на мое имя.

– А на чье? – влезла с любопытством чародейка.

– На Элис Виттэрхольт.

– Почему Элис? – удивился Кардайл.

– Виттэрхольт? – взревел Люрвиг. – Ты что, замуж за этого слизняка собралась?

– Я просто…

– Только через мой труп! – разбушевался старший кузен.

– Я… – Вторая попытка объясниться так же осталась незамеченной.

– Не умеешь выбирать – я тебе сам мужа найду!

– Да просто эта фамилия первой пришла мне в голову! – заорала я и гораздо тише и спокойнее добавила: – А ты уже один раз выбрал – порекомендовал, так сказать!

Виг, уже набравший в грудь воздуха для очередной тирады, осекся и замолчал.

– А давайте не будем ругаться. Элис так Элис. Какая, в сущности, разница? – примирительно махнула рукой Соэра. – Лучше поторопимся к магу. Может, хоть у него открыто?

Скромная надпись «Артефакты и мороки» была на месте, как и сама контора. Внутри было все так же – исцарапанные полы, старое кресло, кадка с лалиями и таблички с облезлой позолотой. Кузены осматривали помещение с явным недоумением, а личико Эри и вовсе отражало разочарование – вероятно, заведение, где я предлагала ей попробовать свои силы в магии, представлялось чародейке более привлекательным. Я, обогнув цветочную композицию, подошла к двери с буквой «А» и тихонько побарабанила пальцами. Артефактор, в отличие от своего брата, мне понравился и действительно помог, а потому, прежде чем разговаривать со старшим Ардом, мне хотелось по-хорошему попросить младшего не вмешиваться. На мой робкий стук никто не отозвался, я попыталась осторожно приоткрыть створку, но та не поддалась.

– Закрыто? – полюбопытствовала Соэра у самого моего уха.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности, потому что совершенно не заметила, как она подошла, и ответила:

– Похоже.

– А я говорила… – начала было Эри, но тут вторая дверь распахнулась. Возникший на пороге Холис Ард окинул нашу компанию мрачным взглядом своих светло-карих глаз и вежливо поинтересовался:

– Чем могу помочь?

– Для начала – небольшой консультацией, – отозвалась я.

– Это он? – уточнил Люрвиг и, дождавшись моего подтверждающего кивка, решительно шагнул вперед, заставив мага отступить.

– Мы буквально на пару вопросов, – поддержал брата Кардайл.

Вдвоем они весьма успешно оттеснили растерянного чародея к его же столу и по-хозяйски устроились в кабинете – Дайл прислонился к стене сбоку от кресла мага, а Виг занял гостевое. Мы с Эри тоже зашли, аккуратно прикрыли дверь и, придвинув стоявшие у стены стулья, присоединились к Чарди-старшему. Наше трехголовое трио должно было смотреться довольно забавно, но Холису смешно не было.

– Что происходит?

Надо отдать магу должное – напуган он не был, хотя от кузенов какими-то почти осязаемыми волнами исходила агрессия.

– Сейчас? Ничего! – недобро улыбнулся Люрвиг.

– А вот что происходило раньше, ты нам сейчас и расскажешь, – продолжил беседу Дайл.

– Лэйд Ард, вы меня помните? – вмешалась я, пока братцы окончательно не увлеклись игрой в дознавателей.

Чародей перевел на меня взгляд и устало вздохнул:

– Так и знал, что добром это не кончится.

– Что это? – не смогла остаться в стороне Соэра.

– Давайте вы нам сами все расскажете, и мы уйдем, – предложила я. Мне почему-то было жаль мага – внешний вид у него был еще более помятый, чем в нашу прошлую встречу, да и слова Мориса про долги вдруг всплыли в памяти совсем не к месту.

– В глаз только дадим и сразу уйдем, – поправил меня старший кузен.

– Виг! – возмутилась я, пихнув его в бок локтем.

– А без рукоприкладства никак? У меня, знаете ли, и без того голова болит, – хмыкнул Холис, после чего, посерьезнев, приступил к рассказу.

К сожалению, он всего лишь подтвердил мои догадки. Действительно, сразу после того, как я зашла в его кабинет, мага жестом попросили выйти и предложили более чем привлекательную сумму за небольшую услугу. Естественно, лэйд Ард согласился – деньги были очень, очень-очень нужны, а делать практически ничего и не надо – только помочь посетительнице надеть мэйм, если она его принесла. На мое возмущенное потрясание рукой, опоясанной красной лентой, Холис пожал плечами и невозмутимо заявил, что сам по себе этот «браслет» никакого вреда не причиняет. Это просто символ, знак. Если бы ключик служил напоминанием о каком-то действии – а были и такие, что навязчиво зудели: «Учи уроки!», например, – маг, по его словам, не стал бы участвовать в надевании артефакта на мою конечность. Но от ленточки ко мне уже тянулась видимая лишь магам нить, что говорило о сработавшем заклинании. Следовательно, есть на руке мэйм или нет его, уже никак не могло на меня повлиять.

Может быть, чародей и врал насчет того, что не стал бы ничего делать, если бы его действия могли по-настоящему навредить, но мне хотелось ему верить. Кузены угрожали и возмущались, Соэра согласно кивала, подтверждая слова мага, а я рассуждала про себя. Шестеренки в голове крутились вяло и жаловались на отсутствие смазки в виде точных данных. Как-то странно воспринималась мысль, что некто заплатил только за то, чтобы мое предплечье украсил своеобразный браслет. Впрочем, если этому кому-то было важно, чтобы я постоянно думала о наложенных на меня чарах, это имело какой-то смысл. Но зачем? Что я могу о них думать, если не знаю, что это за чары? Может, я чего-то не учла? Не заметила? Может, в том конверте было что-то еще, какая-то подсказка, до которой теперь не добраться? А от бесконечных попыток разгадать значение бессмысленного стишка я могла разве что потихоньку сойти с ума. Так не в этом ли заключалась цель неизвестного дарителя?

Подробное описание таинственного посетителя – а Холис оказался мастером словесного портрета – ничего не дало. Это не были ни Грэгори, ни Риада, ни Коллейн – никто, кому я могла отвести эту неприглядную роль. Но образ рисовался неуловимо знакомый. Вот только сообразить, кто же этот знакомый незнакомец, никак не получалось.

Я уж решила, что ничего больше мы не узнаем и пора уходить, как вдруг дверь распахнулась. Обернувшись, я увидела, как в кабинет, громыхая какой-то непонятной громоздкой конструкцией, которая никак не хотела вписываться в проем, ввалился Морис. На скуле артефактора темнело пятно (не то грязь, не то краска, не то кровоподтек). При виде меня он расплылся в белозубой улыбке, и глаза его засияли.

– О, Элис! – свалив на пол свою странную ношу, радостно воскликнул парень. – Замечательно, что ты зашла! Я надеялся, что появишься. – Он в два шага преодолел расстояние от входа до нашей компании, собравшейся вокруг стола, и, протянув руку, потребовал: – Паука дай, я там кое-что не доработал.

Я невольно расплылась в ответной улыбке – все-таки младший Ард мне действительно нравился. Люрвиг поднялся, проскрежетав по полу ножками кресла, грозно свел брови на переносице и процедил сквозь зубы:

– А это еще кто такой?

– Морис Ард, артефактор, но лучше просто Мори, – схватив кузена за руку, приветственно потряс ее Мори. – Очень рад знакомству! – И без всякой паузы, состроив жалобную гримасу, повторил: – Паука дай! Пока вы тут про ту парочку беседуете, я как раз все налажу!

Возглас: «Мор-р-ри!» – со стороны мага, обхватившего ладонями голову, и заинтересованное: «Парочку?» – со стороны Вига прозвучали одновременно.

– Ты ей что, не рассказал еще? – неожиданно серьезно произнес Морис. – Лис, ты же обещал, что во всем признаешься, если Элис вернется. А деньги вернул?

– Уйди, чудовище! – простонал Холис.

– Сам не расскажешь, так я расскажу! – отрезал артефактор и в третий раз проныл: – Ну дай паучка, а?!