Читать книгу "Жена на полставки"

– А разве я жаловался? – отозвался супруг. – Хотя, признаться, подобный интерьер не вдохновляет.

– Это смотря кого. – Вперед выступил тип в капюшоне и окинул разрисованные стены взглядом ярко-желтых глаз. – На мой вкус – очень даже, – одобрил он и добавил, улыбнувшись: – И компания – тоже. Приятно видеть вас снова.

Внезапная, совершенно несвойственная мне робость, проснувшаяся не ко времени, помешала мне ответить что-то большее, чем тихое: «Повелитель!» – в котором, признаться, прозвучал плохо скрытый испуг.

– Грэгори, объясни своей жене, что я не питаюсь человеческими женщинами, – обратился желтоглазый к мужу.

– Рад видеть, Шайд, – запросто, словно приятелю, сказал Грэг. – Все удалось?

– Если бы, – также без церемоний вмешался в разговор Олед. – Саммермэт, калфово отро… – Маг запнулся, то ли из уважения к Повелителю, то ли вспомнив, что в комнате нахожусь я. – В общем, Саммера упустили.

Уже второй раз я поднималась в холл Саммер-мола из подвала, но в куда более приятном сопровождении, чем раньше. Охрана из троих охотников (хотя сперва, когда они только ввалились в спальню, мне показалось, что их намного больше), да еще и возглавляемая самим Повелителем, была более чем надежной, но я все равно вцепилась намертво в любезно подставленный локоть мужа. А в свободной руке болталась сумка, готовая в любой момент превратиться в булаву или метательный снаряд. С вопросами я не лезла, но из реплик, которыми обменивались маги, поняла, что, пока я отлеживала бока в зеленой комнате, наверху произошел настоящий бой. Чародеи играючи справились бы с заговорщиками, но рыжий лэйд Койл, которого я записала в одержимые, оказался по зубам только самому Шайду.

Зря я полагала, что все нагрянувшие в поместье Джойса устремились освобождать меня и Грэга. Наверху людей оказалось гораздо больше. Кого-то я знала, кого-то видела впервые. Общими для всех были черные плащи и угрюмый вид. На фоне разбитых зеркал, перевернутой мебели и местами обгорелых стен эти снующие туда-сюда мужчины смотрелись жутковато, тем более что от мужа пришлось отцепиться – его отозвал в сторону Повелитель. Стоять посреди холла мне быстро надоело, да и маги все как один уверяли, что в доме уже совершенно безопасно, и я решила заглянуть в столовую в надежде обнаружить какой-нибудь чудом уцелевший стул.

Он нашелся, и даже не один – эта комната вообще выглядела почти так же, как во время застолья «жениха» и его товарищей, но сейчас за дальним концом стола сидели три девушки в форме (вероятно, служанки) и пили градж, а за ближним друг напротив друга устроились Риада и Соэра. Крошка Ри была бледна и испуганна, а на лице чародейки застыло странное выражение, для которого мне не удалось с ходу подобрать определение. Эри держалась очень прямо, словно проглотила палку, и смотрела исключительно на скатерть, в то время как взгляд лэй Дзи нервно обегал столовую. Заметив меня, Риада заулыбалась и указала рукой на свободный стул.

Устроившись в торце стола, я невольно хмыкнула – именно это место полагалось занимать супруге хозяина дома, чью роль так навязчиво предлагал мне Джойс. Смешок привлек внимание Соэры. Оторвавшись от созерцания вытканных узоров, она подняла глаза и тоже улыбнулась, но ее улыбка была совсем иной – кривоватой и скорее глумливой, чем приветственной.

– Как ты? – затараторила крошка Ри, схватив меня за руку. – Я так напугалась, когда из сада стали доноситься хлопки, а ко мне в окно влетел огненный шар, представляешь? Я залезла под кровать и сидела там, пока меня не нашел Мисталь.

– Он тоже здесь? – спросила я.

– Тоже, – ответила вместо Риады чародейка. Ее голос звучал глухо, непривычно. – Если получится, не рассказывай Дайлу, – попросила она. – Пусть думает, что я просто уехала.

Я лишь молча кивнула, совершенно не зная, что сказать. Вернее, высказать предательнице хотелось многое, но нужные слова никак не находились, да и злость как-то сама по себе утихла, уступив место жалости, сочувствию и даже какой-то неловкости.

– Ри, – обратилась я к Риаде: – а твой брат? Где он?

– Уехал в город еще до того, как все началось, – сообщила лэй Дзи.

– Как уехал? – воскликнула Соэра. – Его не поймали? – Казалось бы, она должна была произносить это с радостью, а не с таким откровенным ужасом. – Его надо найти, нельзя чтобы он… – Чародейка попыталась встать, но не смогла. Вспыхнули золотом невидимые до того магические путы, надежно обвивавшие ее тело, Эри закричала и, закатив глаза, рухнула обратно на стул. Тот опасно накренился и вместе с ношей полетел на пол.

– Говорили же ей, чтобы даже не пыталась сбежать, – несколько злорадно прокомментировала Риада, а я вскочила и бросилась к Соэре, осторожно перевернула ее на спину и нащупала слабо пульсирующую жилку на шее. На лбу чародейки наливалась изрядная шишка, полученная при встрече с каменным полом, а лицо стремительно серело.

– Позови кого-нибудь, – попросила я крошку Ри.

– И не подумаю, – заявила та категорично.

Бросив на нее гневный взгляд, я с сомнением посмотрела на троицу попивающих градж девиц, но давать поручения слугам Джойса не рискнула и отправилась за помощью сама.

В холле обратиться было уже не к кому – только вдоль одной из стен прямо на полу сидели несколько человек, судя по неестественным позам, они были так же спеленаты чарами, как и Эри. Возле самой двери лежало что-то, накрытое сорванной с карниза шторой. Со стороны лестницы раздался топот, какой-то незнакомый парень вихрем пронесся мимо меня к выходу и оглушительно хлопнул дверью. Образовавшийся при этом поток воздуха шевельнул ткань, приоткрыв рыжую макушку и расплывшееся под ней пятно подсохшей крови. Меня замутило, и я поспешила отвернуться. Один из пленников, заметив мою реакцию, скривился, словно пытаясь что-то сказать. Но, видимо, ему и это было не позволено. Взгляд заговорщика обжег меня такой явной ненавистью, что не сорваться на бег было очень трудно.

Из арки, расположенной напротив двери в столовую, доносились голоса, и я, стараясь держаться с достоинством, направилась туда. Если Саммер-мол выстроен по стандартному для всех родовых домов плану, там должна находиться кухня, а следовательно, как минимум вода и нюхательная соль (от которых я и сама бы не отказалась), а как максимум – кто-то, на чьи широкие плечи можно переложить проблему со свалившейся в обморок чародейкой.

Коридор был совсем не длинным – какая-то пара десятков шагов отделяла меня от разговаривавших на кухне мужчин. Прислушиваясь, в надежде разобрать слова и узнать что-то интересное, я совсем не обратила внимания на тихий шорох справа, а когда почувствовала движение за спиной, было уже поздно…

На заднем сиденье большого трехместного шипа, где я сидела одна, можно было чувствовать себя вполне уютно, если бы не компания – обществу тех двоих, с которыми делила пространство под прозрачным куполом, я бы, пожалуй, предпочла даже калфов. Хорошо было только то, что злость почти полностью перекрывала страх. Злость на всех этих великих магов, утверждавших, что дом совершенно безопасен; на Повелителя, которому полагалось быть всеведущим и опровергнуть это их утверждение; на мужа, который должен был внимательнее отнестись к моей безопасности; на паучка, который что-то не спешил приносить мне удачу; на предков Джойса, устроивших в толстых стенах Саммер-мола целую сеть скрытых ходов; на «жениха», решившего утащить меня с собой. Но больше всего я была сердита на саму себя! Ну что мне стоило по примеру крошки Ри, чью мудрость я не сразу оценила, презрительно дернув плечиком, оставить Соэру валяться на полу? Сейчас бы уже, наверное, отправилась с Грэгом домой, выслушивать нотации Хайды и требовать ответов на оставшиеся без оных вопросы. Так нет! Вместо этого я летела неизвестно куда, вверив, хоть и вынужденно, свою судьбу Саммермэту, ловко управлявшему каменным конем, и пыталась прожечь взглядом дырку в затылке Коллейна.

Чародей присоединился к повторному похищению неподалеку от Латии. Уже после того, как Джойс проволок меня по лабиринту узких коридоров, подсвеченных лишь редкими вкраплениями фасваров, вывел где-то далеко за пределами поместья и усадил в спрятанный в зарослях шип. К счастью, «жених» не был особо расположен к разговорам, ибо я совершенно не представляла, как себя с ним вести. Сопротивляться я не рискнула, всерьез опасаясь, что взбешенный крахом всех своих замыслов Джойс попросту свернет мне шею, а вновь изображать легкомысленную особу, которая вовсе не прочь мимоходом сменить супруга, не решилась тоже.

Глава провалившегося заговора, вопреки моим ожиданиям, оказался лишь самую малость раздосадованным, зато Коллейн, которому Джойс назначил встречу с помощью фонита, пребывал в ярости. И выражение лица мага, когда он увидел меня в салоне шипа, сказало больше, чем его пропитанное злорадством и предвкушением приветствие.

Пейзаж за стеклом купола был однообразен и уныл, под стать моему настроению, не многим веселее была и беседа, стать участницей которой меня не приглашали.

– Успокойся, – уже, наверное, в сотый раз проговорил Саммермэт. – Всего лишь небольшая помеха.

– Помеха? Небольшая? – раздраженно воскликнул лэйд Дзи. – Мы лишись трети людей. Айз – наше главное оружие – погиб.

– Ерунда! Немного переиграем, спрячемся на время, потом привлечем Андэра, – рассуждал Джойс.

– Мы же хотели его устранить, он опасен, – возмутился чародей.

– Придется повременить с этим. Не беда, – отозвался «жених». – Все к лучшему, все равно я уж размышлял, как бы… несколько сократить наши ряды. Власть, поделенная на мелкие части, изрядно обесценивается.

– Идиот! Какая теперь власть?

– Та же, что и раньше, – невозмутимо заявил Саммермэт и, повернувшись ко мне, обаятельно улыбнулся: – Дорогая, тебя не укачало? – Я отрицательно покачала головой, выдавив жалкое подобие ответной улыбки. – Понимаю, тебя утомили наши разговоры, – продолжил он, вернувшись к созерцанию дороги, – но придется еще немножко потерпеть.

– Да что ты с ней церемонишься? – взвился Коллейн. – Она же…

– Выбирай выражения, говоря о моей женщине, – оборвал его Джойс, и я впервые была искренне благодарна ему за собственнические замашки.

– Да какая она твоя? Неужели ты все еще веришь в это? После того как Виттэрхольт предал нас, ты полагаешься на воздействие его… – маг помедлил, явно проглотив ругательство, – творчества?

– Я полагаюсь на ее здравый смысл, – сообщил «жених»: – И я уже излагал тебе свою точку зрения. Практичность и расчетливость порой привязывают куда надежнее кровных уз и любви. Умная женщина всегда сумеет определить, что для нее лучше, и выберет верную линию поведения.

– Умная? – хмыкнул Лейн, явно сомневаясь в наличии у меня этого качества, и, честно говоря, я была с ним согласна.

– Не тебе судить, дорогой друг. В сравнении с твоим выбором Эльза не просто умна, а почти гениальна.

– Вот тут вынужден согласиться, – рассмеялся маг. – Соэре мозгов явно не хватает.

– Почему? – не выдержала я.

– Такой родилась? – предположил Коллейн. – Или это последствия воспитания в доме страдающего чрезмерным благородством Мисталя?

– Потому что верит всякой ерунде и даже не пытается подвергать ее анализу, – любезно пояснил Джойс, не делая вид, что не понял моего вопроса. – Конечно, нам это оказалось на руку, но лэй Жозир не мешало бы немножко подумать, прежде чем верить всему, что ей говорят. Тогда она могла бы и сообразить, что я не слишком-то склонен расстраивать будущую супругу смертью близких родственников.

– Что? – воскликнула я.

– Ну-ну, не стоит так пугаться, – поспешил успокоить меня «жених». – Даже если бы я решил пренебречь твоими чувствами, то не стал бы добровольно избавляться от средства давления на лэй Чарди, а потому твоим кузенам, по сути, ничего не угрожало.

– Тетя Марвейн? – Известие о причастности еще и ее к заговору меня просто оглушило.

– Что делать, дорогая, если все ценные свойства в вашей семье достались исключительно женскому полу, – с деланым сочувствием проговорил Джойс.

Я сопоставила услышанное с просьбой чародейки не рассказывать ничего Кардайлу и уточнила:

– Я правильно поняла: Эри стала частью ваших планов…

– Совершенно верно, испугавшись за своего любимого, – охотно подтвердил Коллейн, не дав мне даже закончить фразу, и добавил уверенно: – Дура! Даже хуже – влюбленная дура!

Я помолчала, переваривая новость и пытаясь понять, как мне теперь относиться к Соэре. Пусть и недобровольное, но предательство оставалось предательством, и хотя я не знала, как сама бы поступила в такой ситуации, но полностью оправдать Эри не получалось. Слишком многим она позволила рискнуть, слишком масштабен был замысел ее сообщников.

Раз уж Саммермэт так безразлично и даже с одобрением относился к моему возможному притворству, отмалчиваться дальше не имело смысла, и я решила попробовать хоть что-то узнать. И для начала поинтересовалась:

– А куда мы направляемся?

– Не твое дело, – огрызнулся лэйд Дзи.

– Повежливее, – одернул его Джойс. – Не с кухаркой разговариваешь. А направляемся мы, моя дорогая Эльза, – куда более мягко продолжил он, – всего лишь в другой дом.

Контраст в поведении мужчин был настолько заметен, что поневоле закрадывалась мысль: не поделили ли они между собой роли злого и доброго похитителей? Может, чародей старался казаться хуже, чем есть на самом деле, чтобы на его фоне «жених» смотрелся привлекательнее? Несмотря на возникшее подозрение, я все же блеснула ответной любезностью:

– Мне очень жаль, что твой дом теперь в таком состоянии.

Сочувствие было почти искренним. Стены ведь не виноваты, что их владелец возомнил себя властелином мира.

– Ерунда, – отмахнулся Саммермэт. – Все равно мы там жить не будем. Но хорошо, что ты напомнила! Поразмысли, что бы ты хотела изменить в интерьере, составь список – все сделаем по твоему вкусу.

– Зачем? Отправим к предкам одного мага – и можно вселяться в дом, где уже все по ее вкусу, – съязвил Коллейн. – Тебе же нравится Брэм-мол, Эль?

Я вздрогнула, к счастью, не очень заметно, но озвучить свое мнение не успела.

– Сколько раз мне нужно повторить, что Брэмвейл нам нужен, чтобы ты наконец запомнил, Дзи? – как-то устало спросил Джойс.

– А зачем? – воспользовалась я возможностью сменить тему, заодно вернувшись к тому, что меня действительно волновало. – И для чего тебе моя тетка?

– Все очень просто, Эльза, – охотно пустился в объяснения Саммермэт. – Ты никогда не задумывалась, что все мы – жертвы слепого жребия?

– Ну начинается, – простонал чародей. – Давай сегодня без лекций, а?! – с надеждой добавил он.

– На все воля Грис, – поспешно изрекла я прописную истину, просто чтобы подтолкнуть «жениха» к продолжению беседы.

– Можно и так сказать, – согласился Джойс. – Всего одна капля крови, полученная, когда ты еще и не соображаешь ничего, вершит твою судьбу. Разве это справедливо? Какая-то незначительная порция жидкости решает, кем станет человек, какой путь ляжет у его ног. Признайся, ты ведь мечтала порой об ином даре?

– Порой? – хмыкнула я невесело. – Постоянно!

– Вот видишь, как много у нас общего, – заметил «жених». – Мы просто созданы друг для друга. С тех пор как стало ясно, что вместо вожделенной магии мне досталась жалкая, как я тогда считал, особенность, я каждый день чувствовал злость и обиду. Почему именно я? Почему вот тот мальчишка станет охотником, а мне дано только видеть чужие способности и умирать от зависти? Я был уверен, что, если бы получил второй шанс, непременно использовал бы его куда удачнее. Так разве мог я от него отказаться?

– От чего отказаться? – уточнила я.

– От шанса, моя дорогая! От возможности повторно пройти проверку кровью Повелителей.

Глава 16

Муж и жена – одна сатана.

Народная мудрость

Я даже не сразу нашлась, что сказать. На первый взгляд слова Джойса звучали абсурдно, как если бы он всерьез принялся рассуждать о втором рождении или воскрешении мертвых, но определенный смысл в них все-таки был. Хоть и весьма сомнительный. Я на миг представила себе, как взрослого мужчину, завернутого в ритуальную пеленку, минуя очередь из родителей с младенцами на руках, вносят в храм Змея и водружают на теплый камень перед Повелителем. Воображение тут же с готовностью добавило к этой картинке и меня саму в столь же скудном облачении, устроившуюся на руках у Грэга и упоенно грызущую погремушку.

– Наверное, не мог, – наконец сумела выдавить я и осторожно предположила: – А тебе предлагали?

– Я сам себе предложил, – обернувшись, одарил меня улыбкой Саммермэт. – И готов, нет, более чем готов предложить то же самое тебе.

– Слушай, Саммер, – демонстративно зевнув, вмешался Коллейн. – Я в общем-то не возражаю: жаждешь посвятить чужую жену в свои планы – это твое дело, но давай поменьше пафоса!

– Дзи, – доброжелательно отозвался Джойс, – мое терпение не безгранично, а ты вполне заменим.

– А ты – нет? – делано изумился чародей.

– Так что там с кровью? – поспешно вклинилась я в начинающуюся ссору.

– Я знал, что ты заинтересуешься, – охотно вернулся к прежней теме «жених». – Два месяца назад дядя вернулся с лэйдората[51]51
  Лэйдорат – собрание лэйдаров шахада, обычно назначаемое Повелителем.


[Закрыть] взбудораженным и после небольшого нажима проговорился, что желтоглазые решили доверить инициацию лэйдарам. Свободный доступ к средству, способному пробудить во мне магию, – естественно, я не упустил выпавшего шанса.

– Ты теперь чародей? – воскликнула я.

Лэйд Дзи рассмеялся и вновь влез в разговор:

– Вот уж нет! Чародей здесь только я.

– Я не маг, Эльза, – не удостоив вниманием сообщника, признал его правоту Саммермэт.

– Второй раз кровь Повелителей не действует? – вопреки ситуации, я даже расстроилась, потому что уже успела примерить на себя роль чародейки.

– Провалявшись три дня в лихорадке, я обнаружил, что всего лишь усилил уже имевшуюся у меня способность.

– И только?

– Я пробовал еще и еще, но все последующие попытки и вовсе не принесли никакого результата, – продолжил Джойс. – Смириться с крахом мечты было непросто, но, поразмыслив, я сумел оценить открывшиеся передо мной перспективы. Если прежде я видел способности тех, к кому прикасался, то после новой дозы крови я стал видеть, каким станет их дар после повторной проверки.

«Жених» уже говорил об изменениях способностей – своей, кудрявого Клайра, насылающего сны, моей, но лишь теперь, когда он указал, из-за чего происходит эта метаморфоза, я осознала ее реальность.

– А… – Я помедлила, поскольку упоминать одержимого рыжего не хотелось совершенно. – Лэйд Койл тоже…

– Ну конечно! – обрадовался моей догадливости Джойс. – Прежде Айз только и мог, что тянуть потихоньку жизненную силу во время скандалов. Трех жен уморил – угасли постепенно, бедняжки.

– А тетя? Каким станет ее свойство?

– О, лэй Чарди может стать по-настоящему ценным союзником, – предвкушающе протянул Коллейн.

– Сейчас она имитирует любой голос, а после порции крови сумеет и внешность менять по собственному желанию, – закончил фразу мага Джойс и, не дожидаясь следующего вопроса, продолжил: – А Риада будет видеть скрытые желания.

В заговоре участвовали и маги – Лейн, Алвин, наверняка были и другие. И Грэг… Ему ведь тоже отводилась какая-то роль в плане заговорщиков. Спрашивать напрямик о муже я не рискнула и зашла издалека:

– А чародеи? На них повторная инициация тоже действует? Увеличивает силу?

– У кого как, – не замедлил поделиться сведениями Саммермэт. – Некоторые действительно всего лишь становятся сильнее в магии, а другие приобретают индивидуальный дар, подобно нам, немагам.

Я сдержала порыв немедленно выяснить, каким же талантом, представляющим ценность для заговорщиков, наградит Брэмвейла капля крови, и задала совсем иной вопрос:

– А я? Чем может быть полезна способность вызывать ответное чувство? Пусть даже и увеличенная в разы.

– Пусть это станет для тебя сюрпризом, Эль, – ушел от ответа Джойс. – Скажу лишь, что тебе понравится!

– Еще бы, – с долей зависти в голосе прокомментировал заявление сообщника лэйд Дзи. – Такое свойство любому придется по вкусу.

В моей голове вдруг четко всплыло воспоминание о встрече, свидетельницей которой я случайно стала во время второй поездки в Тонию, и о прозвучавшем на ней требовании обещанной «дозы», да и кандидат на роль мужа упоминал совсем недавно об Андэре. Додумывать, на что станет способен он, было попросту страшно, но я все же спросила:

– А Эрик?

– Сможет внушать на значительном расстоянии, преодолевая любую защиту, неограниченному количеству людей одновременно, – подтвердил мои опасения Саммермэт.

– Ему нельзя давать кровь! – ужаснулась я.

– В этом не могу не согласиться, – поддержал меня чародей.

– Ерунда, – беспечно произнес Джойс. – Я и сам не слишком-то стремлюсь создавать столь опасного компаньона, но при правильном подходе контролировать можно любого.

Самонадеянность будущего Повелителя просто поражала. Впрочем, не только и не столько в отношении Эрика. Похоже, он совершенно не принимал в расчет ни Повелителей нынешних, ни калфов, ни Круг чародеев, который подчинялся первым и ограждал от вторых. И это было очень странно.

– А как же желтоглазые? Неужели они одобряют твои… – Коллейн выразительно прокашлялся, оборвав меня на полуслове, – ваши планы, – поправилась я.

– Все гораздо проще, моя дорогая Эльза, – рассмеялся Саммермэт. – Совсем скоро, уже в этот Змеев день, они покинут нас и прихватят с собой порождения разлома.

– Как – покинут? – растерянно повторила я.

– А вот так, – повернувшись ко мне, подмигнул Коллейн. – Уберутся туда, откуда прибыли, оставив в наследство целый мир, нуждающийся в присмотре.

– Тебе? – Я не сумела сдержаться, и в голосе, отчетливо демонстрируя отношение к чародею, прозвучала язвительность.

– Тем, кто окажется шустрее и сильнее прочих, – серьезно продолжил Джойс. – Сейчас тебе кажется, что я рвусь не на свое место, что мечу слишком высоко, но пойми, если не мы – найдутся другие. Стремление к власти – неотъемлемая часть человеческой натуры. Пока нами правили существа, настолько превосходящие во всем: в магии, в регенерации, в продолжительности жизни, – никто не оспаривал их права главенствовать, но что будет, когда они исчезнут?

– Останутся главы Кручаров и лэйдары, – возразила я, совсем не убежденная речью «жениха».

– Безусловно, – не стал спорить он. – Но что будет, когда лэйдар Тонии вдруг решит, что рудник, принадлежащий Ольте, находится к его городу куда ближе и станет неплохим источником дохода? А что взбредет в голову оставшимся без работы охотникам? Не все они из богатых семей и не нуждаются в жалованье. Да и стать в один миг никем, утратить значимость – испытание, которое не каждый в силах перенести достойно.

– То есть для того, чтобы не подвергать магов искушению, вы решили заранее от них избавиться? – уточнила я недоверчиво.

– Не одобряешь? – ухмыльнулся лэйд Дзи.

– Нет, – отрезала я.

– Я тоже, честно говоря, не в восторге, – признался Саммермэт, но не успела я понадеяться на то, что в нем осталась толика человечности, как он тут же исправился: – Такое бездарное разбрасывание сильнейшими чародеями совсем не радует, но на первых порах будет практически невозможно контролировать столь многих.

– Слишком многих, – проявил недовольство Коллейн. – Судя по нападению на Саммер-мол, последние ловушки не сработали и новые будут уже неэффективны. А ведь я убеждал, что нужно действовать масштабнее.

– А я говорил, что не стоит привлекать излишнего внимания, что преждевременные шаги поставят под угрозу весь наш план, и так оно и вышло! После Змеева дня у лишних не было бы и шанса, – возразил Джойс и ласково обратился ко мне, словно вдруг обзавелся глазами на затылке и получил возможность оценить выражение моего лица, не оборачиваясь. – Не стоит так огорчаться, моя дорогая! Ни твои кузены, ни Брэмвейл в список ненужных не включены.

После этого заявления беседа как-то увяла. То ли из-за отсутствия ожидаемой горячей благодарности с моей стороны, то ли просто устав ораторствовать, будущий Повелитель замолчал и уделил все внимание дороге. Маг тоже не стремился что-то рассказывать. А я… Нет, я не получила исчерпывающих ответов на все свои вопросы, но после проявленного мужчинами циничного практицизма общаться стало попросту противно. Конечно, я и до этого не получала удовольствия от их компании, но страх и любопытство, поочередно беря верх, главенствовали над прочими эмоциями. Теперь же вышедшая вперед гадливость заслонила собой все остальное.

Заговорщики вели себя так, словно столкнулись не с крахом своей самоубийственной затеи, а всего лишь с досадным недоразумением, эдакой мелкой выбоиной в идеальном гурановом полотне, ведущем их к цели. Я же ни на минуту не сомневалась, что все их планы обречены на провал, особенно теперь, когда и Кругу чародеев, и желтоглазому Шайду все известно, а бояться за себя просто устала. Взгляд переходил с одного затылка на другой, словно поворачиваемый ветром флюгер. Кто больше виноват? Кто больше заслуживает наказания? Маг, предавший своих товарищей из-за мелочного желания подняться на пару ступенек выше, или племянник лэйдара, воспользовавшийся родственной связью для получения сперва сведений, а потом и доступа к тому, о чем и знать не должен был?

Я вспоминала, как они обсуждали подстроенные для охотников ловушки, передавая друг другу карту, как Грэг говорил о том, что боится за меня, вспоминала слова мужа о попытке похищения жены Мисталя и о внезапных смертях чародеев. Перед моими глазами возникла яркая, подробная и очень правдоподобная картина того, как Джойс, Коллейн, Айз, Клайр и еще с десяток безликих типов будто названия блюд в меню ресторана перебирают имена, решая, кто нужен, а кто нет. Словно они не то что Повелители, а подручные самой ткачихи судеб.

Чем сильнее разыгрывалось воображение, тем больше я злилась. Если бы ненависть могла убивать, оба мужчины, сидевшие предо мной, пали бы замертво. А вместе с ними отправилась бы к предкам и я, когда утративший шипера каменный конь врезался бы в ближайшее дерево.

Тишина, повисшая под стеклянным куполом шипа, похоже, действовала раздражающе не только на меня. Лэйд Дзи, повернулся к сообщнику и, зевнув, недовольно буркнул:

– Долго нам еще? Сколько можно петлять?

– Сколько нужно, – неожиданно агрессивно отозвался Джойс, как будто все это время, подобно мне, размышлял о чем-то крайне неприятном.

– Кому нужно? – переспросил Коллейн. – Я уже пятый раз вижу этот холм. Ты заблудился?

– Я лишь хочу быть уверен, что за нами никто не следит, – чуть спокойнее пояснил Саммермэт.

– Не будь идиотом, – грубо бросил маг. – Если бы нас обнаружили, то уже давно бы напали. А кружа на одном месте, ты лишь предоставляешь им все больше шансов догнать нас.

– Не учи меня, – огрызнулся Джойс.

Ссора, внезапно вспыхнувшая между мужчинами, показалась мне совсем неплохим развитием событий, и я не преминула подлить масла в огонь:

– А как повлияла кровь на тебя, Лейн? Ты ведь уже получил свою дозу?

– Еще чего, – злорадно ответил мне «жених». – И никогда не получит, – добавил он. – Дар, который достанется ему в случае повторной инициации, слишком бесполезен, чтобы тратить на него столь ценную жидкость.

– Бесполезен? – вспылил чародей. – Это ты бесполезен!

– Я уникален, – рассмеялся Джойс. – Без моей способности определять, кто и на что способен сейчас и в будущем…

– Вполне можно обойтись, – перебил его Дзи. – Немного логики и…

– И бездарное расходование бесценной крови, – в свою очередь, не дал договорить сообщнику Саммермэт.

– Чушь! Нескольких увеличивших силу магов будет вполне достаточно, чтобы подчинить всех прочих. И, будь уверен, мы с легкостью обойдемся без тебя, – пообещал Коллейн.

– Ты забываешь, что без меня не было бы ничего! Это была моя идея, мой план, – веско, четко выговаривая каждое слово, возразил Джойс.

– Ерунда! – отмахнулся чародей. – Тебе просто повезло иметь болтливого дядюшку, любой дурак на твоем месте сумел бы сделать верные выводы. Но не думай, что я не ценю, – продолжил он насмешливо. – И непременно воспользуюсь…

На сей раз закончить фразу помешала я, невинно предположив:

– Это ты обо мне? Должна заметить, что роль лэй Саммермэт кажется мне куда привлекательнее места твоей любовницы.

– Что? – недоверчиво воскликнул будущий супруг, поворачиваясь к будущему любовнику.

– Хочешь стать лэй Дзи? – проигнорировав его возглас, обратился ко мне очередной кандидат в мужья.

– Повелительницей! – съязвила я в ответ, но меня никто не услышал.

Выпустив рукоять управления, Джойс с перекошенным от ярости лицом потянулся к шее мага, на ладони которого стал разрастаться сгусток зеленоватых искр; шип, оставшийся без внимания, вильнул и, не вписавшись в очередной поворот дороги, очутился вне полосы гурана. Заработавший механизм удержал каменного коня в воздухе, но был не в силах скорректировать его движение. Поверх сцепившихся на передних сидениях мужчин я в ужасе смотрела на стремительно приближающиеся деревья и, кажется, визжала. В последний момент, когда между остроносым корпусом и грубой корой осталось расстояние в какие-то два-три шага, ствол разлетелся на мелкие куски, образовавшиеся щепки закружились воронкой, и весь мир исчез в наступившей вдруг темноте.

Местность была чужой, если не сказать чуждой – вместо холмов, чередующихся с островками леса, во все стороны простиралась поросшая корявыми, иссушенными жаждой кустарниками степь. Лишь далеко позади темнело что-то похожее на полосу деревьев, а впереди стелилась по земле тонкими перышками дымка. Эти белесые хлопья огибали странные каменные наросты, напоминающие оплавленные свечи, и устремлялись дальше, чтобы влиться в плотную завесу тумана. Тишину не нарушал ни единый звук, в небе не было ни единой птицы, казалось, даже ветер обходил стороной эту пустошь.

Мне было откровенно не по себе. Быть может, по отдельности составляющие пейзажа вызывали бы любопытство, но все вместе воспринималось жутковато, и я была искренне благодарна Джойсу, обнявшему меня за плечи. Пусть я не доверяла ему и предпочла бы совсем другое сопровождение, но он был теплым, дышащим. Живым.

– Где мы? – Голос прозвучал хрипловато. Мне все еще с трудом удавалось сдерживать тошноту после короткого пребывания в узком тоннеле, в котором наш шип кружило, как пушинку, подхваченную смерчем. Путешествие было недолгим и оборвалось так же внезапно, как и началось, словно огромная змея проглотила каменного коня, а потом, осознав, что это блюдо ей не по нутру, выплюнула обратно.

– Не знаю, – тихо ответил Саммермэт, – но полагаю, что…

Поделиться предположениями ему не удалось – помешал донесшийся сзади стон.

Высвободившись из рук Джойса, я повернулась и заглянула ему за спину. Вылетев из черной воронки, шип упал не слишком удачно, сильно стукнувшись левой стороной об один из каменных наростов. Или, наоборот, удачно – по крайней мере, магу сейчас было не до продолжения ссоры. Бесчувственного Коллейна с изрядной шишкой на лбу от удара о купол мы с «женихом» вытащили из смятого салона и уложили на землю. Едва придя в себя и окинув мутным взглядом специфическую местность, маг тут же разразился таким потоком брани, что впору было уши затыкать.