Читать книгу "Секс-опекун по соседству"

Глава 50. Алла

На утро я проснулась одна.

Ну, все правильно, я ведь так и хотела. Просто… холодно одной. Одиноко. А вот если… Стоп, никаких «если»!

Ну ничего, сегодня важные пары. И я буду думать об учебе, а не всяких там Тамерланах. Именно с такими мыслями я поднимаю свою тушку и иду в ванную комнату, взглядом цепляясь за балкон.

Тоже мне герой любовник нашёлся. Ещё и совести хватило у него. Раньше надо было такое исполнять, когда я была дурочкой, смотрящей ему в рот, когда я за любое его внимание готова была чуть ли ни пятки его облизывать.

Я не буду о нем думать, не буду и все тут! Но весь энтузиазм пропадает, когда во время завтрака папа решает спеть мне ту же утомительную песню.

– Дочь, он же отличный мужик…

Смотрю на папу, как на идиота.

– Неужели? – выдаю ехидно.

– Ладно, ладно. Он нормальный. Ну может быть не совсем нормальный. Но! Тамерлан надежный. С ним ты всегда в безопасности. Любит тебя.

Вскипаю как чайник, готовая брызгать ядом. Держусь из последних сил, между прочим.

– Так любит, что ни разу не спрашивал о моем здоровье за четыре месяца. Не позвонил? А если бы я залетела, а если бы я умерла!

– Ну я бы сразу ему сообщил…

Вилка падает из моих рук, а вид любимых оладий становится невыносимым.

– Спелись, значит. Снова! Почему-то я не удивлена.

– Гордость, гордостью, но…

– Хватит, пап…

Но разве его заткнешь, когда шарманка уже завелась, а ракету пустили в космос. Судя по всем его словам, я получаюсь плохой, а Тамерлан так просто ангел. То-то я смотрю ему нимб на череп давит.

– Он меня достал звонками все эти четыре месяца. И как позвонит, то обязательно как бы невзначай о тебе выспрашивать начинал. Он ради тебя мэра прикончил, чуть в тюрьму не сел, любимую работу бросил. Знаешь, как для военного это важно? Ну ошибся мужик разок, – разок, ага. – Так с кем не бывает. Ты должна пойти ему на встречу.

Я просто в ауте. Отца не поймёшь, то он против своего друга, то за него.

Любит. Как же! Или… Любит?

Нет, Алла, нет.

Не стоит очаровываться.

А то бабочки в животе уже заплясали. Скоро в пчел превратятся и выпьют весь нектар нервной системы.

Встаю из-за стола, аппетит пропал окончательно.

Я сама буду решать, что дальше. Слушать себя, а не других. Отец уже помог как-то раз. С меня хватило.

И если я решу простить Тамерлана, то это будет только мое решение.

Мое и ничье больше!

– Если ты сейчас не прекратишь. Я с тобой разговаривать не буду. Никогда!

Отец может и хотел возразить, но я без промедления, быстро сматываюсь на учебу.

Пары тянутся… слишком долго. День настолько утомительный, хоть вешайся. Настигает тупая апатия.

Пол ночи не спала же, а всему виной вернувшийся в город Тамерлан, решивший, что я просто обязана с ним быть.

Серьезно? Вот так просто, из-за чего? Из-за секса? Кем он себя возомнил.

Так я вон пойду и… Ну не пойду, конечно. Но и к нему так просто не вернусь. Я ему мозг чайной ложечкой сожру, если он решил меня вернуть, он ещё пожалеет о задуманном.

Хотя, если уж совсем честно, то прошлой ночью мне очень хотелось пустить его к себе. Ощутить его гнев, его силу, покориться и покорить. Почувствовать его горячую кожу, его поцелуи, его страсть, его похоть, что быстрым потоком снесли бы меня с ног.

Боже, как хочется… Ну вот нельзя, нельзя об этом думать. Вот лучше бы оставался в своём Питере, а я бы всю жизнь его проклинала.

Даже малейшая мысль о таком быстром прощении меня пугает. Он ведь совсем ничего не понял. Снова будет считать меня доступной, готовой ради него на все. Нельзя, нельзя быть такой. Нельзя так безоговорочно любить. Особенно после четырёх месяцев тяжёлой разлуки.

Мысли как колом в землю, забиты им одним. Даже сейчас, сидя на последней парте, подальше ото всех я пишу ручкой его имя вместо того, чтобы конспект записывать. Ещё и сердечками его имя обложила. Как школьница, ей богу.

Черт бы его подрал!

Он как чума, распространяется с неимоверной скоростью, убивая мысли. Все разумное. И выкинуть из головы невозможно. А хочется!

Или не хочется…

Пристрелить охота или отдаться так, чтобы искры из глаз посыпались. Затрахать до смерти!

И верить ему очень хочется.

Дать ещё один крошечный шанс, но могу ли я так рисковать?

Хотя больней уже и быть не может.

Боже, ну почему так сложно-то?!

Еще отец на уши подсел, а я теперь думай. А может, он прав?

Нет, нет и нет!

Хватит уже сопли на кулак наматывать, пора себя в чувства приводить. Например, сменить цвет волос. Может, ему не понравится, и он от меня отлипнет, или наоборот понравится, и он резко включит голову и поймет, как нужно меня завоевывать. Да! Я хочу, чтобы он хоть немного постарался!

Так что нахожу номер своего мастера. Ради меня она всегда готова отменить запись. Неудобно, но сейчас мне просто необходимо отвлечься. Запах химии то, что нужно.

Впервые за семестр решаю прогулять оставшиеся пары. Даже, несмотря на то, что анатомия один из важнейших предметов. Просто… Стены давят. Не могу находиться в помещении. Особенно смотреть на одну противную парочку, что слюнями сейчас всю аудиторию забрызгают. Кидаю в них смятый в комок листок.

– Снимите комнату, извращенцы!

Им все равно. Мерзко хихикают и продолжают обсасывать друг друга. Бесят! После звонка тут же вылетаю из аудитории.

Мне ведь тоже любви хочется, поцелуев там… Комплиментов! Да вот претендентов нет. Тамерлан никогда не догадается, а с другими нет никакого желания. Германа я вообще принципиально в черный список внесла. Предатель.

Выхожу из вуза, поправляя капюшон на своей старой, но любимой шубке и только достаю ключи от машины из сумки, как застываю на месте. Буквально открываю рот от удивления…

Мать моя женщина…

Тамерлан.

Собственной персоной. Стоит возле черного матового внедорожника. Красив, как сам дьявол искуситель. В костюме тройке, расстёгнутом пальто, чёрная рубашка чуть ли не облизывает его могучий торс. И, наверняка, каждый кубик на месте.

Хорош зараза. Волосы растрёпаны, глаза блестят озорством. Даже побрился. Впервые, черт возьми, побрился! Даже как-то моложе выглядит что ли.

Вау, просто улёт.

А в руке огромный букетище бордовых роз на длинной ножке. Моих любимых.

Спасибо папуле, наверняка, подсказал.

Улыбается ублюдок во все тридцать два, пока я стою как дура на ступеньках, позабывши, как передвигать ногами.

Ну все, Алла, и что делать будешь? Куда бежать. Прятаться.

Девки, девки-то как на него смотрят. Пальцем тыкают, хихикают. Одна, смотрю, к нему решила подойти, познакомиться. Смелая сильно? Зубы лишние? Ключи от машины сжимаю до боли, уже готовая применить в качестве ножа. Перед глазами пелена красная.

Он же обращает внимание на эту курицу с первого курса и что-то ей отвечает. Скотина. Оттолкнуть не может?

Все!

Не могу это терпеть. Желание повыдирать этой суке патлы просто зашкаливает, а ему треснуть по яйцам. Неконтролируемо трясет. Ревность штука страшная.

Когда шок немного отпускает, я с корнем отдираю от него свой влажный взгляд. Схожу со ступенек и гордой и независимой птицей иду к своей машине.

Прохожу мимо Тамерлана, задрав подбородок, только мельком кидаю на него взгляд, замечая довольную рожу. Курица так и продолжает с ним щебетать. Но как же меняется выражение его лица, когда я прохожу мимо него…

– Алла! – бычится он, когда я подхожу к своей машине.

Не смотри на него. Не реагируй. Дыши глубже.

Его не существует. Он никто. Пустое место. Пусть своих кур пасет.

Пытаюсь открыть дверь, но она сразу же захлопывается обратно, а волосы до приятной боли стягивает кулак Тамерлана. Его теплый нос ведет по шее, втягивает шумно запах, сжигая маня от предвкушения дотла.

Ненавижу, но черт, как же приятно.

Глава 51. Алла

– Ты почему без шапки ходишь?

Резко к нему поворачиваюсь. Черт, вблизи выглядит еще лучше. Ночью-то в клубе не разглядела, да и под окном тоже, а тут вот он при свете дня. Такой родной, такой, что сердце сжимается.

– Это не твоё дело, – толкаю в грудь. – Я не твоя собственность.

Смотрит внимательно, морщится на мои слова. Тоже жадно разглядывает мое лицо, а я делаю шаг назад, потому что желание вцепиться в его по-мужски грубое лицо просто запредельное.

– Это тебе, – буквально впихивает в руки букет, встаёт в напряжённую позу. – Хватит обижаться и поехали уже.

Вот так. Ни тебе ресторанов. Ни тебе романтики. Поехали…

Забыл сказать: «потрахаемся».

Смотрю на шикарные цветы, и от чего-то злость так берет. Даже зубы скрипят. В голове сдвиг. Вспышка. Неконтролируемая ярость рвется потоком лавы наружу.

Я со всей дури замахиваюсь букетом и даю ему по наглой роже. Раз, другой, третий, с диким удовольствием наблюдая, как на чисто выбритой коже остаются ранки.

– Думаешь, купил веник и все? Я тебя простила?! Козел! Ни одного сообщения. Ни одного звоночка и молчаливого дыхания в трубку. А я ждала! Выкинул меня из своей жизни. И что теперь? Пришел, когда не ждали. Ненавижу тебя, придурок. Ненавижу, понял!

Букет не отдаю, к себе прижимаю, ощущая острые шипы. Внутри все трепещет. Так приятно делать больно и ему тоже. Высказывать в лицо.

Замахиваюсь ещё раз, только в этот раз Тамерлан его выхватывает из рук и отшвыривает в сторону.

Ох, кто-то разозлился… Вот она его настоящая сущность проснулась. А то гляди какой джентльмен нашёлся. Девка, смотрю, от страха куда-то свинтила сразу.

– Ты е*анулась? Ничего не попутала, – шипит он сквозь зубы, подходя слишком близко.

Всматривается в глаза. Несколько мгновений, но там все. Его страсть, похоть, его злость, его любовь. Целое черное море из самых противоречивых эмоций, и я тону в нем. Захлебываюсь. И почти не сопротивляюсь, когда он накрывает мой рот жесткими холодными губами. Вторгается языком, дарит вкус крови, дарит счастье в этой такой бесконечной ласке наших губ.

Какой же он вкусный, дикий, сильный, порой неуправляемый. Как же мне хочется, чтобы он любил меня, а не пытался воспитывать. Вот даже сейчас он мною манипулирует, хочет на руки поднять и к своей машине понести, но я не такая!

Отстраняюсь и снова пытаюсь сесть в свою машину, но он хватает меня за руку.

– Алла. Ты пойдёшь со мной на… – осекается. – Свидание. Или как там правильно эта х*рь называется.

Свидание. И даже в этом он не изменяет себе. Не приглашает, а приказывает.

Хлопаю ресницами.

– Ох, Боже мой! Ты и свидание. Не смеши, – изо рта рвется горестный смешок. – Да и вообще, становись в очередь, конкурентов, знаешь ли, уйма. Думаю, в конце мая у меня завалялось свободное местечко…

– Алла, у меня очень хорошее настроение и не стоит мне его портить. Садись по-хорошему…

Он тянет меня за руку к своей машине, но я не даю себя в неё запихнуть. Благо он не засовывает меня силой, видимо, ему мешают наблюдатели, что уже собрались на представление. Давно собрались, кто-то даже снимает. Блин.

– Нет, у меня нет на тебя времени, – гордо заявляю, давая понять, что для меня он не больше блохи, разворачиваюсь и бегу обратно к своему автомобилю. – Пока!

Запрыгиваю внутрь и защелкиваю замок. Голова кругом. А Тамерлан уже стучит в окно. Аккуратно так… Правда голос почти змеиный.

– Солнышко ты мое, су… Сумасшедшая ты моя. Открой, и мы решим все мирно, – улыбается, только так, что мурашки по телу проходятся. Но я проворачиваю ключ, включаю драйв.

– Катись к черту… – говорю одними губами.

Он хлопает ладонью по стеклу, скалится.

– Дрянь. Ты все равно поедешь на это дебильное свидание.

Пыхтит от негодования. Отходит, давая мне проехать, и я уезжаю с гулко бьющимся сердцем, шепчу себе под нос:

– Самоуверенный баран.

Правда улыбка с моего лица так и не сходит. Адреналин бьет в голову, и я все-таки иду на безумный поступок, о котором так часто думала.

Паркуюсь у салона красоты, где работает мой мастер Ирма. И через четыре часа я уже не рыжая ведьма, а холодная блондинка.

Настроение повышается до отметки сто. Даже хочется на мгновение вернуть то время, когда я отжигала ночами, а днем впахивала на учебе. И вообще, хочется чего-то такого эдакого!

Но, как говорится, желания могут сбыться, только бы потом не пожелать об этом.

Стоит мне подъехать к дому, как из-за леса на скорости выезжает чёрный тонированный в хлам фургон. Тормозит рядом со мной, и пара мужиков в масках просто надевают мне на лицо черную шапку, связывают и толкают внутрь, сами же садясь вперед. И все, что я успеваю от лютого страха пропищать: «Тамерлан, спаси»!

Вначале страх поглощает меня настолько, что теряюсь и ничего не соображаю.

В голову врезаются ужасающие картинки того, куда меня везут, зачем они это делают, и что конкретно будет там происходить.

Лежу, попискивая в позе эмбриона, не могу пошевелиться, потому что страх сковал тело. Зову тихонько Тамерлана, который должен всегда быть рядом. Он ведь вроде как вернуть меня хочет и постоянно ошивается где-то рядом, так почему, когда я попала в подобную ситуацию, его нет.

Как он вообще посмел это проглядеть и дал кому-то меня украсть. Да еще и у собственного дома! Козел…

И вот тут мозг выходит из состояния коматоза. Дома столько охраны. Они постоянно патрулируют окрестности, странную машину они бы точно заметили.

Скорее всего мужиков, что меня схватили, сразу бы пристрелили, если только… Вот же дьявол! Ну конечно, какая же я идиотка. Случившееся возможно только, если отец был в курсе, сам наблюдал за похищением и дал команду ждать и позволить этим двум схватить меня и погрузить в фургон.

Что за игры такие извращенские?

Сука! Злость придает мне сил, и я вою сквозь довольно приятную ткань мешка. Шёлк, охренеть. Везут как королеву, мать вашу.

– Тамерлан! Тварь ты ползучая! Как вообще можно было додуматься до такого! Я никогда не выйду за тебя замуж, ты же отмороженный! Контуженный на всю голову!

Еще долго я придумываю самые красочные эпитеты на его тупую голову, пока в итоге не срываю горло и не замолкаю.

Ну, это точно в его стиле. Ублюдок. Как вообще мне пришло в голову в него влюбиться, ну как?! У него же не все дома очевидно.

Продолжаю лежать, уже, правда, поудобнее, ощущая, как под спиной мягко. Подстилку сообразил, придурок. Ничего, попрошу, чтобы в гробу ему тоже мягко постелили, позабочусь о нем.

Мы едем еще примерно полчаса или дольше, отчего я даже успеваю заскучать, как вдруг тормозим.

Наконец-то. Думала, что всю спину отлежу.

Я группируюсь всем телом, готовая к атаке. Как только дверь открывается, я со всей силы бью ногой несчастного. И судя по вою, я попала в очень причинное место. Отлично!

Снова делаю замах, но уже мимо, дергаюсь как уж, но чувствую давление на шее и проклятый шепот.

– Хороший удар, дорогая…

Не успеваю колко ответить, как сознание мгновенно отключается, не знаю, сколько нахожусь в отключке, но сознание возвращается под яростный, бьющий по перепонкам адский шум.

Что за хрень? Где я? Что я?

Открываю глаза и на мгновение теряюсь в пространстве, моргаю несколько раз, приходя в чувства. Смотрю по сторонам и вижу сосредоточенного Тамерлана, на лицо которого бросает блики приборная панель.

Панель?

Смотрю вперед и просто охреневаю на секунду. Дыхание перехватывает, потому что, как оказалось, мы на высоте даже не птичьего полета, а выше, достигая почти самих облаков.

Я уже говорила, что он на голову двинутый вояка?

– Все скандалы и истерики потом. Бери штурвал.

Пытаюсь осознать сказанное. Он сдурел?

– Я не умею, – паникую я, смотря на штурвал прямо перед собой.

Нет, было раз, что я тренировалась на летном тренажере.

– Умеешь. Ты все умеешь. Бери, сказал, – требует он и отпускает свой штурвал. Я со страху хватаюсь за штурвал второго пилота и яростно пытаюсь держать управление этим монстром. Ощущения непередаваемые. Страшно, блин.

– Это военный? Где ты вообще его украл?

Тамерлан фыркает в мою сторону.

– Взял в аренду для лучшего свидания в твоей жизни.

Закатываю глаза. Самоуверенный какой. Тоже мне…

– Ты что, Кристиан Грей?

Слишком странное у него представление о том, как организовывать свидание.

– Кто? Очередной твой ухажёр? – прищуривает взгляд, но после его губ касается хитрая усмешка. – Да и вообще, у него был свой самолёт.

Так, так! Это что за новость такая?

– Ты читал пятьдесят оттенков? – выкрикиваю, потому что в одно время это была моя любимая серия. Да и вообще на месте Грея я часто представляла Тамерлана. А что? Ему пойдёт плетка. – Боже…

Мне только и остается звонко засмеяться, когда он мнётся на кресле, но мой страх отпускает. Тем более, что Тамерлан помогает мне, берет управление на себя, молчит, глазами стреляет.

И это ощущение. Чертового единения, когда чувствуешь партнёра настолько, что даже управление самолетом становится чем-то похожим на секс. И да, я в восторге.

Смотреть на мир с высоты небес, когда закат прямо перед глазами, когда земля как на ладони, просто непередаваемо. То-то же Анастейша потекла! Куда там, когда серьезный мужик удивляет такими вещами. А ещё Тамерлан уверял, что не романтик. Но даже сейчас я не планирую сдаваться.

Пусть придумает что-то покруче. Если это, конечно, возможно.

– У тебя извращенное понимание свиданий, ты знал?

– И это сказала мне та, что отхлестала меня букетом роз? – заржал Тамерлан.

М-да… сама ведь не понимаю, что на меня нашло.

А вспомнила!

– Ты болтал с той курицей.

– Я ее вежливо слал нах*й, а ты совала в рот язык моему другу, – не тактично припомнил. – Где мой букет, я тоже хочу тебя отп*здить.

Блин. Какой же он…

– Эй! Ты меня бросил! Шатался где-то четыре месяца! А я что, верность тебе хранить должна? Даже если меня полк поимел, ты и слова сказать не имел бы права.

Взбесил в момент. Он меня швырял налево и направо, а я должна была дома сидеть и как Хатико ждать.

Ну, отлично, ничего лучше не придумал?

Тамерлан молчит, а я выругиваюсь про себя. Сейчас не лучший момент для скандала, тем более, судя по положению штурвала, мы идем на посадку.

– Я впервые в жизни подавил свой эгоизм, чтобы сделать твою жизни проще. Нехрен тебе жить с человеком, на котором клеймо убийцы.

А раньше об этом почему не думал? Ещё говорят, у женщин нет логики, да здесь она полностью отсутствует.

– Серьезно? И это была твоя мотивация? Ты думал обо мне? – руки дрожат от того, что хочется его треснуть, и теперь становится понятно, почему мы говорим здесь. Здесь не подерешься, если жить хочешь. – Моя жизнь была бы проще, если бы я вообще тебя не встретила, но судьба повернулась ко мне жирной жопой! И без тебя не проще. Да, с тобой хреново, порой убить тебя хочется. Но без тебя не проще.

Выдыхаю. В груди так ноет, что хочется заорать. Громко так, во все горло. И сердце так стучит, что боюсь, он это слышит.

– Сможешь жить с убийцей? – продолжает задавать наиглупейший вопрос.

– Ты тупой? А я о чем только что распиналась?

– Ты на вопрос ответь, потом истерики закатывай.

Боже, какой же тугодум…

– Да! Тамерлан! Да! Смогу! Я полюбила тебя, зная кто ты! Мне плевать на то, чем ты занимался, кусок идиота.

Дышу часто, сжимая до боли штурвал. Вот нашёл время для таких разговоров…

Глава 52. Алла

– Ты хотела меня под себя подмять, – продолжает он.

Это я-то? Да такого точно не подомнёшь. Хотя да, немного хотела.

– Точно так же, как и ты! Кто меня воспитывать пытался?

– Это бесполезно, – усмехается он и поворачивает ко мне голову. – Посмотри на меня, Алла.

– Что? – тихо бешусь.

Досталось же счастье на мою голову. Ну, вот что он так смотрит, почему от одного подобного взгляда я готова просто закрыть рот и обнять его, уткнуться в грудь и все забыть.

Невыносимый.

– Я не отпущу тебя больше. И язык в рот другому совать не дам. И клинику открою. И пацана тебе сделаю, когда время придет. И трахать тебя буду, чтобы ты добрее стала.

– Ооо! Это много придется трахать, – хоть я того и не хочу, но улыбка так и растягивает мои губы, а глаза норовят стать ниагарским водопадом.

Я не могу поддаваться, не хочу так просто сдаться, но каждое его слово как стрелы, которые попали точно в цель. Хочется отвлечься, чтобы не залить тут все. Нужно срочно сменить тему.

– Тебе не идет без бороды, – говорю я язвительно. – Выглядишь мальчиком.

– Тебе не идет этоь цвет.

Ну, все! Даже если и так, в чем я, конечно, сомневаюсь, то мог бы и соврать.

– А я не для тебя красилась! Я жизнь хотела начать новую. Без тебя.

– Хрен там. Хоть на лысо побрейся. Без меня не будет уже никогда, – говорит уверено, а у меня проходятся мурашки по спине. – Так, приготовься, сейчас будем садиться.

Даже поворчать и пообжаться не дает, сволочь такая. Ну, вот как с ним жить вообще? Приходится сжать зубы и держать штурвал, пока нас сильно трясет и закладывает уши от резкого снижения.

Мы приземляемся довольно мягко, но я все равно чувствую, что вещи придётся сушить.

– Ты уже влажненькая? – Тамерлан отстегивается и произносит, наклоняясь ко мне, а я сижу, не веря, что полет закончился, и только сейчас отмираю.

– Ой, заткнись. Сам, поди, в памперсах?

– Я и для тебя парочку захватил, – хочется в него кинуть чем-нибудь тяжелым таким, но он уже встает и помогает подняться мне.

Ноги гудят, как после американских горок, а голова кружится.

Воу…

– Как после нашего обычного секса, да?

А улыбается-то как, так и хочется подпортить идеально ровные зубы.

– Не льсти себе, – бью его кулаком по плечу, пока он помогает мне выйти из кабины пилота, пройти через грузовой отсек к выходу и наконец спуститься на землю. Это как после долгого мореплавания, когда единственное, что хочешь поцеловать – землю, походить ногами по твердой земле.

– А ты ведь реально меня похитил, – все-таки говорю, когда мы садимся в ожидающий нас внедорожник. Тамерлан загрузил в него пару больших сумок, в одной, как я подозреваю, мои вещи. Все продумал. – А я думала, ты встал на путь исправления.

– Какое уж тут исправление, когда любишь самого дьявола в женском обличии.

Застываю и долго, долго моргаю, пока мы выезжаем на трассу. Спокойно, Алла. Спокойно. Дыши чаще. Отвлекись.

Я, чтобы не сидеть истуканом, поворачиваю голову в сторону окна и наконец могу полноценно рассмотреть местность. Судя по номерам встречных машин…

– Мы в Сочи? – выдыхаю ошарашено.

– Да. Как-то я выполнял тут задание и, оказалось, что нужно убить мужика с семьей.

Неожиданное признание заставляет меня напрячься и повернуть голову в его сторону. Обычно он не открывает своих секретов, но сейчас, видимо, решил научиться нормальному общению. Что, конечно, ему даёт больше шанса на мое прощение.

– Ты не смог? – спрашиваю, и ком в груди становится только больше.

Какой же все-таки противоречивый человек.

– Нет. Устроил им инсценировку, потому что за ними все равно бы пришли. Он мне подарил свой дом рядом с морем. Там семейная пара работает и живет в гостевом домике. Так что будет у тебя много места, где на меня поорать, – быстро меняет тему. – Или уже не хочется?

– Заткнись, – рявкаю я и отворачиваюсь. Не могу. Все. Не могу больше на него злиться. Но и видеть его пока не могу.

Он замолкает и продолжает вести машину, а меня потряхивает.

Тамерлан мне в любви признался, признался, что всегда хранил в себе хорошее, привез сюда. Видно старается, даже не особо ломая себя, судя по настроению, в общем.

Ненавижу его. Особенно, когда вижу дом, в котором будет проходить мое «заточение». Оно прямо рядом с морем. Но несмотря на то, что мы в Сочи, купаться мы не сможем, в это время года погода уже не подходящая.

– Ну, смысл в этом море, если даже искупаться нельзя, – ворчу я недовольно.

Глупо, бессмысленно, но я чувствую, что должна сказать что-нибудь неприятное для того, чтобы подчеркнуть сохраняющуюся дистанцию между нами. Еще чуть-чуть. Но и тут Тамерлан делает ход конем. Татарский он жеребец.

Во дворе дома оказывается огромный бассейн, над которым витает горячий пар, и я застываю, не веря своим глазам.

– Сварить меня решил, – улыбаюсь я так широко, что губам уже больно.

Черт, сколько слышала о термальных источниках, никогда не была.

Тамерлан бросает сумку, поворачивает меня к себе и поднимает так, чтобы я обхватила его талию ногами, смотрит в глаза, опускается к губам и выдыхает прямо в них.

– Отжарить так, чтобы больше и мысли не было о расставании.

Странно, но мыслей о расставании нет, а вот об убийстве порой возникают.

Не даю себя поцеловать и щелкаю его по носу, а потом спускаюсь по крепкому телу и убегаю в дом.

Черт, я хочу все посмотреть. И скорее, как можно скорее искупаться. Можно даже голышом…

– Ничего не скажешь? – заходит он следом, пока я в восторге осматриваю дом и огромные окна, за которыми раскинулось море.

Все. Я хочу здесь жить.

– Сколько мы здесь пробудем?

– У тебя зачет в четверг. Значит, четыре дня.

Вот откуда он все знает? Даже страшно.

– Два, мне ведь еще подготовиться нужно? – хмурюсь я. И как я могла про зачет забыть. Да еще и по анатомии. Совсем с этим мужиком голову потеряла.

– Я все учебники взял с собой. А практику всегда можно пройти на мне, – скользит он пальцами по моей руке, обхватывает горло, жадно целует за ушком. – Мое тело в твоем полном распоряжении.

Ластится он, но я держу себя в руках.

Обо всем подумал. Он всегда на шаг впереди. И отец ему, видимо, помогает, как может, за что после получит по полной программе. Бойкот ему точно обеспечен.

– Ну, тогда, – поворачиваюсь к Тамерлану и прижимаюсь всем корпусом, скольжу носочком по его лодыжке. – У тебя четыре дня, чтобы убедить меня, что мы действительно созданы друг для друга.

Он тут же наклоняется к моим губам, давит на поясницу, чтобы прямо сейчас воспользоваться главным своим оружием, что упирается мне в живот, но я закрываю его рот рукой, не давая случиться поцелую, который обязательно перетечет в действия погорячее.

– Ноо! – в голове звучит барабанная дробь. – Без секса.

Глаза Тамерлана чуть ли ни с орбит слетают. Такого он точно не ожидал. А я уверена на все сто.

– В смысле, бл*ть?

Ой, и кто же у нас такой сразу недовольный? Знаю я всего его способы по примирению, но не поведусь, потому что на сексе далеко не уедешь.

– То, что у нас с сексом полный порядок, мы и так знаем, – говорю, кажется, очевидную вещь.

– Тогда я вообще не вижу логики, – хмурится все сильнее, сжимает мою попу и тянет все ближе, чтобы я не забывала, как сильно он скучал.

– Но ведь мы не сможем заниматься сексом круглосуточно. Так давай придумывай, что еще мы можем делать вместе.

Ох, я бы на это посмотрела.

– А секс? – говорит он так, словно я его обидела. И мне становится смешно.

Вот это я его помучаю, главное, самой не пасть к его ногам, но обида не позволит.

– После свадьбы, разумеется, – смеюсь я и иду на второй этаж.

Правда улавливаю тяжелый вздох и его уверенный голос за спиной.

– Добрый день. Да, приезжайте. Невеста готова к свадьбе.