Читать книгу "Академия Скогенсель: Дорога судьбы"

Глава 24
Тайна Аланы

В уютном обеденном зале их встретила тетя Грета, глаза гномки искрились добротой. Она уже разложила по тарелкам соевые фрикадельки с томатным соусом, золотистую кашу с медом и ягодами, и поставила большой чайник с травяным чаем.

– Мои дорогие, – воскликнула она, заметив вошедших, – еле ноги волочите! Что ж вы такие вяленькие! Садитесь, садитесь, настряпала я тут.

Варвара, окруженная друзьями, принялась есть. За этим столом, в кругу тех, кому она доверяла больше всего, девушка вдруг ощутила, что нашла настоящий дом. Тепло дружбы и заботы было не менее важно, чем любой магический артефакт. Они делили простые радости жизни, зная, что теперь их связывает не только учеба, но и великая борьба с темными силами.

Тетя Грета, с ласковой улыбкой разливая чай, подошла с новостью:

– Наставница Елена шепнула мне по секрету на ушко, что вы сегодня освобождены от занятий. Отдохните маленько! Вам это нужно… Я все понимаю… Видок у вас-то не больно боевой!

Друзья переглянулись, и в их взглядах мелькнуло облегчение. Они заслужили этот долгожданный отдых. В обеденном зале стояла необычайная тишина, насыщенная ароматом свежего хлеба. В столь ранний час они были единственными, кто завтракал здесь. Ощущение уюта и покоя окутывало их как мягкое покрывало, даря передышку от забот.

Тем временем за окнами зима царила в полной красе. Снег укрыл Академию Магии Скогенсель плотным белым покровом, а деревья стояли, сверкая инеем и хрустальными сосульками. Холодный и влажный бодрящий воздух звал их за порог.

После завтрака Варвара предложила друзьям прогуляться по территории Волшебного леса, чтобы отвлечься от тревожных мыслей. Каждый шаг отзывался жжением в груди. Артефакт пробуждал в девушке что-то древнее и дикое, непонятное и неуправляемое. Шумной компанией они вскоре оказались на тропе, ведущей к озеру, сцепленному гладким ледяным покровом.

На пути друзья встретили Теинемора и Нами, которые будто специально поджидали их. Теинемор с любопытством заговорил первым:

– Наконец-то! Мы слышали о вашем ночном походе. И вы нас не позвали… Ну хоть расскажите, как все прошло. Правда, что вы нашли артефакт?

Мира, Тайрон и Лиссандра обменялись взглядами, решив не вдаваться в детали. Варвара, чувствуя, как внутри нее пульсирует жгучая боль Сердца Леса, выбирала слова осторожно:

– Это был… интересный поход, но подробности мы пока не можем озвучивать.

– А ничего необычного вы не встречали? – настаивал Теинемор.

Варвара ответила, мягко улыбнувшись:

– Лес полон чудес, вы это и сами знаете, ребята.

Теинемор и Нами, хоть и были слегка разочарованы, приняли молчаливый отказ. Варвара испытывала легкое чувство вины за то, что вынуждена скрывать правду от старых друзей, но иного выбора не было: таково было требование наставницы Елены.

Когда они дошли до озера, покрытого искристым льдом, Варвара и ее спутники устроились на камнях у берега. Озеро, отражая серое зимнее небо, казалось застывшим во времени.

– Варвара, – вдруг тихо сказала Мира, обращаясь к подруге, – меня тревожит, что артефакт теперь живет внутри тебя. Не знаю, как это скажется на самочувствии.

– Чувствую себя отлично, – ответила Варвара. Девушка пыталась скрывать свое состояние от друзей, но каждое ее движение отзывалось жжением в груди, а когда боль становилось невыносимой, приходилось закусывать губы до крови. Но она сказала лишь: – Все будет в порядке.

– Надеюсь, – Мира вздохнула, глядя на зеркало озера. И добавила, обращаясь уже ко всем: – Я думаю, стоит пока помедитировать.

Спорить с этим было бессмысленно: в тяжелые времена особенно ценишь редкие минуты затишья. И потому ребята молча любовались на ледяную гладь.

Остаток дня прошел в тишине и покое. После прогулки они вернулись в Академию, где их ожидал обед, заботливо приготовленный тетей Гретой. Даже отсутствие Даниэля не омрачало Варваре день – она училась находить радость в мелочах. Однако, ближе к вечеру, когда Варвара уже собиралась уйти к себе, девушка заметила у терема какую-то фигуру. Это был Даниэль. Сердце девушки на мгновение сладко заныло, но тут же вспыхнуло новым мучительным ощущением, словно огонь сжигал ее внутренности. Даниэль подошел ближе, и, заметив ее утомленное лицо, мягко спросил:

– Ты выглядишь уставшей. Может, тебе стоит отдохнуть?

Варвара отчаянно надеялась на его внимание, мечтая о том, чтобы он задержался рядом, но боль внутри не давала ей притворяться. Едва удерживаясь на ногах, девушка кивнула:

– Да, ты прав… Я устала.

Как только Варвара произнесла это, у нее закружилась голова, и перед глазами на мгновение потемнело. Даниэль быстро подхватил девушку, поддерживая за талию. Она чувствовала его тепло, и на миг ей показалось, что жгучая боль в груди стихает, словно его прикосновение успокаивало силу артефакта. Но это было лишь временное облегчение.

– Я провожу тебя, – сказал Даниэль, аккуратно взяв ее под руку. – Тебе нужно восстановить силы. Алана о тебе позаботится.

И хотя девушка уже чувствовала себя лучше, а жгучая боль в груди немного отступила, Варвара не возражала. Ей было приятно ощущать его руку на своей. Каждый шаг Даниэля дарил ей тепло и безопасность, как будто он мог на время успокоить бурю, рокочущую внутри нее.

Варвара собрала последние силы, чтобы задать вопрос, который не выходил у девушки из головы, пока они шли по заснеженной тропе к ее домику в окружении зимней тишины, создающей особую атмосферу уединения.

– Даниэль, – начала она осторожно. – Ты не знаешь, кто оставил мне теплые рукавицы с магическим подогревом в День Возрождения света? Они такие красивые… И очень помогли мне. Не раз…

Даниэль остановился на мгновение, задумчиво взглянув на нее. В его глазах мелькнуло что-то светлое и игривое, но он быстро спрятал это за привычной улыбкой.

– Возможно, это сделал тот, кто хотел, чтобы ты всегда была в тепле, – произнес он, не отрывая от нее взгляда.

Варвара мгновенно поняла, что это был его подарок. Не имело значения, почему Даниэль не хочет говорить это открыто: сейчас девушке было все равно. Она покраснела, чувствуя, как жар, который Сердце Леса пробуждало в ее груди, смешивается с румянцем благодарности и смущения. Девушка тихо ответила, ее голос был едва слышен на фоне мягкого шуршания снега:

– Спасибо тебе…

Даниэль снова улыбнулся, и его улыбка была полна той же заботливой нежности, которая согревала ее сильнее любых рукавиц.

– А чем займешься сейчас ты? – решила спросить Варвара.

– Тренировкой, как всегда, – ответил Даниэль. – Это помогает держать себя в форме. Я занимаюсь каждый день.

– Я рада, что ты находишь время на это, – сказала Варвара, ее голос прозвучал тихо, но в нем чувствовалась искренняя радость. Девушке приятно было слышать о том, что Даниэль безостановочно совершенствуется.

– Не переживай за меня, Варвара, – сказал он мягко. – Подумай о себе.

Когда они подошли к ее домику, Варвара почувствовала легкую грусть от того, что этот короткий, но наполненный теплом момент близится к завершению. Сердце девушки замерло, когда Даниэль остановился на крыльце и развернулся к ней.

– Вот мы и пришли, – мягко сказал маг, отпуская руку девушки, но его пальцы задержались на мгновение.

Варвара посмотрела на него взглядом, полным благодарности. Сердце болело от мысли, что Даниэль снова станет частью лишь снов и воспоминаний, но не реальности.

– Спасибо, что проводил, – тихо произнесла Варвара, чуть смущенно опустив глаза.

Даниэль кивнул.

– Тебе нужно хорошо отдохнуть, Варвара. Если что-то понадобится, я буду рядом, – сказал он с искренней заботой.

Даниэль слегка наклонился вперед, и Варваре показалось, что вдруг в его глазах промелькнуло что-то неуловимое. Затем, отступив на шаг, Даниэль повернулся и пошел обратно по заснеженной дорожке, оставив девушку на крыльце с теплом от его прикосновений и той неясной тоской, что возникала всякий раз, когда он уходил.

Войдя в дом, Варвара почувствовала, как ее обволакивает уютная, почти осязаемая тишина, словно тепло старого пледа на плечах. Здесь все дышало покоем и заботой, но напряжение не отпускало ни на миг. Взгляд Аланы, сверкающий едва сдерживаемым волнением, говорил о том, что она все знала. Рухнув в плетеное кресло, Варвара, ощущая, как на нее опускается глубокое умиротворение комнаты, начала рассказывать о том, что же случилось в лесу.

– Алана… – голос Варвары дрожал. – Ты ведь была Хранительницей? Оксана рассказала мне…

Она медленно и бережно передала каждое слово, что услышала от духа Оксаны, будто боялась ранить саму память о погибшей:

– Я видела ее… – шепнула она с благоговением. – Оксана явилась мне, словно живая, но ее облик был окутан таинственной дымкой. Она сказала, что теперь нашла покой, потому что артефакт обрел нового носителя – меня.

Алана сидела напротив, неподвижная, словно зачарованная словами Варвары. Ее лицо оставалось спокойным, но глаза выдавали бурю эмоций – в них переливались страх, радость, боль и недоверие. Когда Варвара дошла до момента, где свет Сердца Леса явил перед ней образ Оксаны, Алана пустила слезу. В глазах читалась боль, словно все воспоминания о той, кого она потеряла, пронзали ее сердце вновь и вновь.

– Значит… Оксана действительно была связана с этим артефактом… – ее голос дрожал, и каждое слово вырывалось с трудом, словно Алана боролась с волной воспоминаний, которые могли захлестнуть с головой. – Я всегда чувствовала ее присутствие… Как тень, как что-то незримое. Она оставалась здесь, потому что не могла уйти… Она ждала тебя, Варвара. И ты освободила ее…

Эти слова резанули Варвару до самой души. Глаза ее мгновенно наполнились слезами. Она видела, как Алана, вся сотканная из утраты и тоски, вдруг обретает некое утешение, но вместе с тем лицо соседки по комнате исказилось от глубокой боли, переживаемой вновь.

Алана молчала несколько долгих мгновений, ее лицо было бледным и напряженным, как будто она вот-вот сорвется. Наконец, голос, дрожащий и охрипший, разорвал тишину:

– Я была Хранительницей, – начала она, глубоко вздохнув, словно собираясь с силами. – Хранительницей Волшебного леса Академии Скогенсель, пока не потеряла эту связь… Оксана и я были неразлучны. Мы любили друг друга. И когда Каиан со своей армией напал на наш лес, она погибла, спасая меня, – голос Аланы оборвался, ее грудь дрожала от сдерживаемых рыданий. – Она бросилась в бой, хоть и не была Хранительницей. Это была ее последняя жертва ради меня…

Алана замолкла, пытаясь взять себя в руки, но ее лицо уже было искажено болью, словно она заново переживала тот страшный день. В глазах пылала безысходность, скрытая в глубинах прошлого.

– Я потеряла все в тот день, – продолжила она, горько сжав губы. – Очнулась только через несколько месяцев. И когда узнала, что произошло… Я хотела умереть вместе с ней.

Слова ее резали без ножа, впиваясь в душу Варвары, которая слушала с замиранием сердца. Алана говорила медленно, через боль.

– После ее гибели… – продолжала Алана, ее голос становился все тише, – я искала ответы в странствиях. Я уходила все дальше, пытаясь забыться, но боль следовала за мной. Я встретила странницу времени… Она сжалилась надо мной и предложила уйти в будущее, подальше от тех дней, где ничего не напоминало бы о моем прошлом. Условием было то, что в прошлом обо мне все забудут. Я согласилась. Поэтому вся информация обо мне исчезла, и даже мои потомки не знают, что я когда-то жила. Только наставница Елена была в курсе моей истории из защищенного манускрипта, подготовленного еще в то время. Я вернулась в Академию, где все изменилось, в качестве аспирантки… и мне некуда было больше пойти… никто не знал меня, кроме наставницы Елены. Зато я смогла начать заново, – ее голос становился слабее, словно силы уходили с каждым произнесенным словом.

Слезы потекли ручьем. Алана закрыла лицо руками, но не смогла сдержать хриплый рыдающий вздох. Боль была слишком велика, чтобы выразить ее словами.

Наконец, с трудом овладев собой, Алана встала, ее руки дрожали.

– Сейчас… – прошептала она, и в ее голосе звучала решимость, полная отчаяния. – Я покажу, что осталось от меня.

Она сняла платье, обнажив свое израненное тело. Варвара замерла от ужаса. Кожа Аланы была испещрена жуткими шрамами, словно кто-то выжег ее плоть, оставив страшные следы, которые не просто изуродовали внешность, но и запечатлели каждую каплю перенесенной боли. Эти шрамы, пересекающие тело причудливыми узорами, были свидетельством тьмы, которую ей пришлось вынести.

Варвара содрогнулась, охваченная ужасом и глубочайшим сочувствием. Ее сердце буквально сжалось при виде этого зрелища. Алана шепотом продолжила:

– Темный колдун, Каиан, медленно забирал мою силу, – ее голос звучал, как шорох мертвых листьев на ветру, едва слышимый, но полный боли. – Вместе с татуировками исчезала и магия Хранительницы… Я потеряла все, что у меня было. Эти шрамы – все, что осталось. Они напоминают мне о том, как я медленно угасала… А теперь, когда Оксана выбрала тебя носителем Артефакта… Тебе суждено завершить то, что не удалось мне: уничтожить Каиана окончательно.

Слова ее прозвучали как финальный аккорд долгой трагедии. Варвара, не в силах больше оставаться в стороне, медленно подошла к Алане и, обняв ее, тихо прошептала:

– Алана… я сохраню твой секрет. Я обещаю, никто не узнает о прошлом, если ты сама этого не захочешь. Я буду хранить твое наследие.

Слезы текли по лицу Аланы, а в глазах отразилась благодарность за поддержку и понимание. Варвара обняла ее, и это стало символом новой связи, что крепче любой магии.

Спустя какое-то время Варвара задала последний вопрос:

– Алана, Даниэль сказал, что видел духов… А дух-олень на мосту назвал его Хранителем… Как это возможно?

Глаза Аланы расширились от неожиданности.

– Хранитель? – переспросила она, повторяя слова Варвары с явным недоверием. – Нет. Тут какая-то ошибка. С древних времен Хранительницами всегда были только женщины. Лес никогда не признавал мужчин… Это очень странно.

Слова Аланы повисли в воздухе, оставив Варвару в раздумьях. То же самое говорила и Лиссандра. И эта загадка казалась еще более сложной, чем все испытания, которые ей пришлось пройти.

Алана, чувствуя усталость Варвары, молча кивнула и удалилась, оставив Хранительницу наедине с мыслями, полными неразрешенных тайн и будущих испытаний.

Лежа в постели, Варвара не могла уснуть. Мысли бесконечным водоворотом кружились в ее голове, возвращаясь к Даниэлю. Она вспоминала тот момент, когда потеряла сознание от силы Сердца Леса, и как маг, весь встревоженный, был с ней, пока девушка не очнулась. Забота Даниэля тогда казалась искренней, тепло его рук дарило ей ощущение безопасности. Но глубоко внутри росло сомнение, которое не давало ей покоя: был ли этот его трепетный жест вызван настоящими чувствами к ней? Или маг беспокоился о ней лишь потому, что она теперь носила в себе могущественный артефакт, связанный с Лесом и необходимый для защиты всей Академии?

Появление в Академии Скогенсель сразу привлекло к Варваре внимание всех окружающих. Она вернула себе высшую магию, стала Хранительницей. Даже Фионн неоднократно отмечал, насколько ярко сияет ее мантия. Что, если и Даниэль, как все остальные, восхищался не ей самой, а этой новой, могущественной стороной ее существа? Девушке хотелось верить, что он видит в ней больше, чем просто Хранительницу, что его забота исходит от сердца…

Но чем дольше Варвара размышляла, тем сильнее ее охватывали сомнения. Она думала, что у Даниэля, вероятно, множество поклонниц: гораздо более утонченных, изящных, чем она сама. Ее собственные страхи и неуверенность всегда возникали перед Варварой, словно барьер. Она чувствовала себя обычной девушкой, сомневающейся, не способной соперничать с теми, кто, казалось, подходил ему больше. Он старше, опытнее, и, возможно, видит в ней только ребенка, ученицу, которая еще не познала мир.

Эта мысль резанула ей по сердцу. «У него, наверное, уже есть кто-то», – мелькнуло у нее в голове, и слезы набежали на глаза. Возможно, у Даниэля есть невеста или девушка, с которой его связывают долгие отношения. И если бы Варвара не стала Хранительницей, если бы не обрела артефакт, то вряд ли он уделял бы ей столько внимания. Варвара понимала, что связь с артефактом важна, но что же тогда остается от ее истинного «я»? Понимает ли Даниэль ее по-настоящему, или видит только как носительницу силы? С этими горькими мыслями девушка погрузилась в беспокойный сон.

Во сне Варвара оказалась в лесу, который окутывала теплая, загадочная тьма. Мягкий свет луны скользил по траве, и перед ней снова возник Даниэль. Он был так близко, что девушка чувствовала его тепло. Ее тело было обнаженным, уязвимым, но в этом сне она не ощущала смущения или страха. Варвара лежала на его коленях, словно принадлежала ему полностью. Его руки бережно касались ее спины, его прикосновения были нежными и уверенными. Варвара чувствовала себя защищенной и любимой, осчастливленной.

Пальцы Даниэля ласково скользили по коже Варвары, словно он хотел запомнить каждый изгиб тела девушки. Она ощущала каждое движение, каждый вздох, и в его объятиях находила утешение. Это было все, что Варвара когда-либо хотела – быть так близко с ним, чувствовать его заботу и любовь, словно он видит ее истинную сущность, а не лишь силу, которую она носила.

Но этот момент счастья постепенно начал развеиваться. Тени окружали их, и Варвара поняла, что мир вокруг рушится. Девушка пыталась ухватиться за этот миг, за прикосновения Даниэля, за ощущение, что она дорога ему, но все утекало, как песок сквозь пальцы.

Варвара резко проснулась, ее сердце колотилось, по щекам текли горячие слезы. Это был всего лишь сон. Даниэль был так близко. В реальности же все оставалось иначе, и он никогда не станет для нее тем, кем был в этом иллюзорном мире. Девушка рыдала, осознавая, что в настоящем их разделяет куда больше, чем она готова признать…

Глава 25
Новая наставница

Следующим утром Варвара проснулась от осторожного стука в дверь. С трудом разлепив глаза, опухшие от ночных слез, девушка кое-как поднялась с кровати. Едва успев одеться, она услышала, как дверь приоткрылась, и в комнату вошла Деметра.

– Доброе утро, Варвара, – поздоровалась она с теплой улыбкой. – Елена снова уехала по делам Совета, но передала, что Дарья ждет тебя в кабинете наставницы. Сегодня у вас важное занятие, связанное с твоей новой ролью Хранительницы и с управлением Артефактом.

Слова Деметры прозвучали для Варвары тревожным эхом. Она понимала, как важно обучение, но мысль о том, что наставницей будет Дарья, беспокоила ее.

Собравшись с мыслями, Варвара направилась в кабинет Елены, где должна была состояться встреча. Просторная комната, обычно уютная, казалась Варваре в тот день особенно суровой. Дарья уже ждала ее у окна, всматриваясь в медленно падающий снег. Услышав шаги, она обернулась. На лице Дарьи промелькнула тень – мимолетное выражение горечи.

– Варвара, – сказала она с холодной, почти механической улыбкой. – Сегодня мы займемся изучением Сердца Леса. Лес выбрал тебя, а не меня, но я все еще могу передать тебе свои знания. Практиковаться будешь самостоятельно, – добавила она с легкой ноткой сарказма, отчего Варвара ощутила, как внутри возрастает напряжение.

Дарья начала объяснять основы взаимодействия с Артефактом. Она показала Варваре древние иллюстрации и схемы из старинных фолиантов с полок наставницы.

– Сердце Леса – это не простой артефакт, – произнесла Дарья, прохаживаясь по комнате. – Это артефакт высшего уровня из великой жертвы. Чтобы управлять такой мощью, ты должна стать ее частью. Важно уловить тот момент, когда энергия переполняет тебя, а дальше – берем ее под уздцы. Это требует не только навыков, но и полной сосредоточенности, – ее взгляд был острым, как кинжал, и Варвара почувствовала, что между ними остается непроницаемая стена.

Варвара слушала внимательно, но каждый раз, когда Дарья касалась устройства артефакта, появлялось какое-то скрытое напряжение между ними. Дарья говорила о том, как Артефакт впитывает энергию и направляет ее на защиту или в атаку, усиливая способности путем прямой связи с силой Леса. Несмотря на важность лекции, Варваре было трудно игнорировать ощущение враждебности – Дарья не могла принять, что Хранительницей стала не она.

Когда Дарья с легкой усмешкой предложила приступить к практике, сердце Варвары забилось быстрее. Она попыталась собраться, но страх и неуверенность словно сковали ее движения. Дарья продолжала холодно и проницательно наблюдать за ней.

– Напоминаю, Варвара, – голос Дарьи был резким, будто бьющим по больному месту, – концентрация на энергии Артефакта – вот что важно. Без этого ничего не получится. Ты и правда думаешь, что выкрутишься?

Варвара сглотнула, чувствуя, как ее охватывает паника. Она кивнула, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на энергии Артефакта, но в голове звенел один и тот же вопрос: «Почему я?» Дарья, казалось, уловила сомнения Варвары и подошла ближе, ее голос стал тише, но от этого звучал еще более угрожающе.

– Ты, потомок целителей, думаешь, что сможешь управлять лесной магией? Это ж как рыба, которая решила летать, – ее слова обрушились на Варвару, будто ледяной водопад.

Гнев вспыхнул в груди Варвары, но она старалась противостоять ему. Закрыв глаза, девушка снова попыталась сосредоточиться. В комнате повисло тяжелое молчание, словно все замерло. Прошел час, но ничего не происходило. Варвара чувствовала себя полностью беспомощной.

– Может, напомнить тебе, кто ты? – с презрением продолжала Дарья. – Лекарь и не более. Как ты собираешься совладать с такой мощью?

– Я… я справлюсь, – едва слышно произнесла Варвара, ее голос дрожал от неуверенности.

– Справишься? – Дарья приподняла бровь с очевидной насмешкой. – Интересно. Пока что я вижу лишь слабость. Безволие. Трусость.

Накопившийся гнев в Варваре, наконец, прорвался. Она сжала кулаки и с новой решимостью попыталась погрузиться в ощущения. Вдруг словно что-то прорвалось, ее пронзила невыносимая боль. Тело будто горело изнутри. Девушка рухнула на пол, сжавшись в клубок, охваченная страхом.

Дарья, которая секунду назад стояла с холодным выражением лица, внезапно изменилась. Она быстро подошла к Варваре и протянула ей руку. Ее движения стали неожиданно мягкими.

– Ты смогла вызвать отклик Артефакта, – голос звучал с тревогой, которой раньше не было. – Но он начал поглощать тебя. Я боялась, что ты можешь сжечь себя. Тебе нужно научиться управлять потоком и синхронизировать его с лесной магией. Без этого ты не сможешь удерживать силу Артефакта, не говоря уже о том, чтобы использовать ее в бою.

Варвара подняла на нее глаза, не веря своим ушам. Она ожидала насмешек, но услышала совет. Дарья наконец-то увидела в ней что-то большее, чем просто слабость.

– Ты… – начала было Варвара, но Дарья прервала ее.

– Ты справилась, – сказала она, вернув холодную сдержанность в голос. – Но тебе еще предстоит много работы. Мы продолжим завтра. А сейчас иди, поешь и отдохни. Тебе нужно восстановить силы.

– Спасибо, – тихо прошептала Варвара.

– Благодарить будешь потом. Сейчас нужно работать, – ответила Дарья, но в ее тоне Варвара уловила едва заметную нотку одобрения.

Варвара кивнула, стараясь скрыть улыбку. Впереди было еще много трудностей, но впервые она ощутила, что Дарья видит в ней не просто объект для критики, а ученицу, способную на большее.

После изнурительного занятия с Дарьей Варвара медленно направлялась в столовую Академии, испытывая дикую усталость. Еще и голод резко подступил. Войдя внутрь, она сразу заметила знакомые лица – ее старые и новые друзья уже собрались за длинным столом. Теинемор и Нами сидели рядом с Мирой, Лиссандрой и Тайроном, погруженные в веселую беседу. Теплый свет магических свечей мягко освещал просторный зал, создавая атмосферу отдыха. Однако, как и вчера, Даниэля в столовой не было. Это отсутствие ударило по сердцу Варвары, но она постаралась не придавать этому значения.

– Варвара, сюда! – позвал Тайрон, заметив ее у входа. В его голосе струилась забота, которая едва скрывалась за привычным озорством.

Она нетвердо подошла к столу. Несмотря на усилия держать осанку, движения оставались слегка разбитыми. Под плотной одеждой она тщетно пыталась спрятать светящееся сердце – символ ее новой силы. Но буря эмоций, бушевавшая внутри, едва ли поддавалась контролю.

– Как приятно, когда обед готовит тетя Грета, – с улыбкой заметила Мира, откусывая кусочек свежеиспеченной булочки. – Эти гномьи пироги всегда такие питательные.

– Да, и в такую морозную погоду ее еда просто согревает изнутри, – добавил Теинемор, отпивая горячий чай. – Как маленький кусочек уюта посреди льдов.

– Варвара, ты должна это попробовать! Отказы не принимаются! – сказала Нами, пододвигая к ней тарелку с пирожками. – Ты так много работала над своими обязанностями Хранительницы, на тебе просто лица нет. А эта еда творит чудеса.

Варвара схватила пирожок. Друзья не задавали лишних вопросов. Они, похоже, считали, что ее занятия с Дарьей связаны исключительно с работой Хранительницы; возможно, благодаря Мире, Лиссандре и Тайрону, которые убедили в этом Теинемора и Нами. Варвара была всем им благодарна за это. Слова друзей, их теплые взгляды и забота окружали ее, как мягкое одеяло. Вот уже и страхов больше нет. И приятнее как-то на душе.

Еда, согревающая и ароматная, возвращала ей силы. Но даже погружаясь в этот уют, Варвара не могла не заметить, как друзья порой обменивались между собой короткими обеспокоенными взглядами. Они догадывались, что за внешним спокойствием что-то скрывается, но предпочитали не лезть с расспросами.

– А вы слышали, что будет на День весеннего ветра? – неожиданно спросил Тайрон, явно стремясь поддержать нейтральную тему. – Говорят, что в этом цикле он пройдет особенно грандиозно.

– Да, будет масштабный ритуал очищения и возрождения, – добавила Лиссандра.

Варвара, слушая их, вдруг поняла, что совсем забыла о приближающемся празднике. День весеннего ветра, который всегда был для нее символом обновления и возвращения света, теперь казался затененным ее новыми обязанностями и личными переживаниями.

– Ого, я совсем об этом забыла, – призналась она с легким смущением, но в ее глазах снова зажглись огоньки интереса. – Этот праздник всегда был для меня особенным. В нашей деревне его отмечали каждый цикл. Рано утром мы собирали остатки снега и делали из него кристаллики-амулеты, чтобы сохранить силу зимы. Потом разводили костер и пели песни, встречая весну.

– Как интересно! – восхитилась Лиссандра. – Но здесь, в Академии, все будет еще красочнее. Думаю, ты не только увидишь это, но и примешь участие в основном ритуале, правда?

Она подмигнула Варваре, а та, смущенно улыбнувшись, кивнула. Тепло и радость разговора начали понемногу отвлекать ее от недавних переживаний. Обсуждение праздника помогло девушке расслабиться, и время за столом пролетело незаметно. Варвара вновь ощутила, насколько важны эти короткие моменты отдыха среди забот и трудностей, что ожидали ее впереди. Она была глубоко благодарна своим друзьям – старым и новым – за то, что они были рядом, поддерживали, давая ей силы для испытаний.

После обеда группа рассеялась по своим делам. Варвара и Мира остались вдвоем. Столовая постепенно пустела. Варвара решила воспользоваться моментом и обсудить с Мирой то, что ее тревожило.

– Мира, ты случайно не видела Даниэля сегодня? – голос звучал невинно и непринужденно, но в груди от волнения забилось сердце.

– Нет, его снова нет, как и наставницы Елены, – ответила Мира, внимательно посмотрев на подругу. Во взгляде провидицы сквозила догадка, что за этим вопросом может скрываться нечто большее.

Варвара кивнула. Отношения с Даниэлем становились все более запутанными. Он всегда был рядом в важные моменты, поддерживал ее, но затем снова исчезал, оставляя девушку одну с ее мыслями и переживаниями. Варвара не могла понять, как он относится к ней. Его исчезновения причиняли ей больше боли, чем она была готова признать.

– Мне не нравится, что он ничего не рассказывает, – призналась Варвара, глядя в окно, где холодный зимний ветер гнул ветви деревьев. – Иногда кажется, что он что-то скрывает от меня… и не только он. Все вокруг такое странное… Елена исчезает, преподаватели ведут себя так, будто все идет по плану, а у меня внутри тревожное чувство, словно что-то надвигается.

Мира задумчиво кивнула.

– Ты не одна такая, – тихо начала она, осторожно выбирая слова. – У меня было на днях странное видение. Даниэль… он лежит в каком-то доме. Я не уверена, где это, но… Что-то там не так.

Варвара фыркнула, стараясь скрыть вспышку волнения. Она пыталась убедить себя, что Мира может ошибаться.

– Наверное, он просто где-то развлекается или отправился к родителям через личный портал, – молвила Варвара, хотя в ее голосе звучало больше раздражения, чем уверенности. – Он из обеспеченной семьи, и у него всегда свои дела и свой график занятий. Видимо, я зря ему доверилась.

Мира нахмурилась, обдумывая слова подруги. Она лишь покачала головой, как будто не веря в сказанное. Но Варвара понимала, что и сама сомневалась: в реальности она безумно переживала за Даниэля, особенно после видения Миры. Девушка вдруг осознала, что только она сама может защитить себя. Лес выбрал ее Хранительницей не просто так, и это было не только обязанностью, но и особым даром.

– Если я хочу понять, что происходит, мне нужно действовать самой. Никто не сделает это за меня, – сказала Варвара твердым голосом.

Мира посмотрела на нее с одобрением.

– Верно. Хранительнице нужно быть готовой ко всему. Но одной тебе будет трудно. Я помогу. По крайней мере, поддержу тебя. И Лиссандра с Тайроном, думаю, согласятся, как и Нами с Теинемором.

– Спасибо, Мира. Может, зайдем в Заклинательную избу? Я слышала, что там можно взять амулеты на время, как книги в библиотеке. Хорошая защита на случай нападения.

– Отличная идея, – согласилась Мира, и вместе они направились к Заклинательной избе.

Заклинательная изба, одна из самых загадочных и таинственных локаций Академии, находилась в старом, покрытом мхом деревянном доме в стороне от жилых корпусов, почти в лесу. Это место всегда вызывало у студентов одновременно трепет и уважение, ведь здесь хранились редчайшие магические артефакты и амулеты, которые выдавались лишь в исключительных случаях. Внутри избы царила гнетущая атмосфера, а запахи древних трав и пыльных томов ощущались уже с порога. Потолок утопал в полумраке, лишь местами освещенном пламенем магических свечей, поддерживаемых силой огненных заклинаний.