Читать книгу "Наставник. Проклятие древнего мира"

– Войдите, – раздался из-за двери чуть нервный голос.

– А то бы я без разрешения не вошел. Смешно, – Яран сказал это нарочито небрежным тоном, но так, чтобы с той стороны все было слышно. – Ты, Адольф, глупостей только не делай. А то ведь придется тебя пристукнуть, а нам еще поговорить стоило бы.

С этими словами он шагнул через порог, расслабленный внешне, но готовый в любой момент отразить удар. Предосторожность, к слову, не лишняя. Особенно зная, кто там, с другой стороны двери.

Человек, которого он увидел, был таким же, каким помнил Яран. Черноволосый, с косой челкой, небольшими, аккуратными усиками… Невысокий, даже по меркам этого мира, рост не переваливает за средний. Он сидел за столом, но о росте Яран знал точно. Одет в полувоенный френч из тех, что очень любят кабинетные герои. Руки на столе, в одной из них наведенный на Ярана пистолет. Серьезная игрушка, особенно если пули бронебойные. Впрочем, Яран даже не сомневался, что в оружии его визави разбирается неплохо.

– Мы знакомы? – голос звучал удивленно и чуть устало.

– А то ж.

– Я вас не помню.

– Я этого и не ожидал. Но кто ты, что ты и какие проблемы сюда притащил, неплохо представляю.

– И какие же? – Адольф посмотрел на Ярана с интересом, как на зверушку какую-то.

Ярана подобные взгляды всегда бесили. Особенно с учетом того, что он банально устал, и морально, и физически. А потому заговорил резко, на грани хамства:

– Я тебе сейчас скажу одну вещь, но ты, если что, не обижайся. Потому как – правда, а на нее обижаться не стоит.

– Ну, попробуй.

– А чего тут пробовать? Ты решил осчастливить этот мир… Идея не новая, и не раз ее пытались активно продвигать. То, что для этого нужна власть, и ты ее старательно прибираешь к рукам, вторично. Так?

– Это плохо?

– Ничуть. Красивая идея – это всегда здорово. Что же касается власти, то если ты сумеешь решить проблемы расстояния, чтоб твой указ не шел до места годами, а заодно коррупции, преступности и тому подобных мелочей, это будет здорово вдвойне. Вот только потянешь ли?

– А почему нет-то?

– А потому что я в самом деле знаю, кто ты и что ты. Еще в студенчестве я волонтерил на одной конференции, а ты там выступал. Естественно, что ты меня не запомнил, но зато я тебя помню очень хорошо. Потому как ты, даже на мой студенческий взгляд, отличался редкостной наглостью в отстаивании своих завиральных идей.

– Чего-о?

– Успокойся, я ж говорю – обидеть тебя не стараюсь, просто говорю, как есть. И вопрос к тебе: диссертацию-то защитил или остался вечным аспирантом, чьи гениальные идеи эти приземленные людишки так и не смогли понять?

– Защитил, и что с того?

– И кто ж такое допустил-то, а?

– Все-таки ты хам…

Слова Адольфа звучали теперь раздраженно. А вот усталость из голоса исчезла. Видать, от злости организм выработал порцию адреналина. Не слишком вовремя, хотя по большому счету плевать.

– Так разве ж это плохо? Но я тебе благодарен, честно. Именно тогда я понял, что в науку не пойду ни за какие коврижки. Ибо своих гениальных идей не имею, а заниматься копирайтом более удачливых коллег мне противно. Как-то это плагиатом отдает.

– Еще скажи, считаешь меня бездарем.

– Ни в коем разе. Просто ты или забыл, или не захотел понять, что все мы стоим на плечах титанов, и любая наша идея базируется на созданном предками знании. Я хорошо понимаю, что не титан… Но и ты на титана не тянешь, а вот пыжишься отчаянно. Все с теми же, по сути, тезисами, которые пропихивал еще двести лет назад. Конечно, это похвально – оставаться в душе молодым, но не в данном случае. Ты остановился в развитии, пойми.

– Ты вообще как сюда попал? – Адольф попытался сменить тему разговора.

– Пришел. За своим воспитанником.

– Каким?

– Ты его знаешь как Питера ли'Морана.

– А-а… – с оттенком понимания в голосе протянул Адольф. – А я-то думал, кто за ними прет с такой силой.

– Я, я, конечно, кто ж еще. Так что рад твоему пониманию. И еще, это тебе понять в любом случае придется. Я не дам тебе причинить хоть малейший вред своим воспитанникам. Прости, но, если попробуешь, я тебе голову оторву.

– А не много ли на себя берешь?

– У-у, как глаза-то сузил. Думаешь, страшный? Так я тебя огорчу – не очень. Знаешь, в чем между нами разница? Ты – суслик, никого и никогда не убивавший своими руками. Приказы отдававший, но и только. И не рисковавший получить кусок железа в брюхо. А потому ты всегда будешь слабее меня.

– Если ты встанешь на моем пути… Я тебя убью!

– Удачи в твоих начинаниях.

Наверняка попытается… Да и хрен бы с ним! Яран понимал, что ведет себя неправильно, вот только поделать ничего не мог. Его тупо «несло», сказывались усталость, раздражение, злость. И ему было действительно плевать, что там хочет сотворить Адольф. Случись что – он будет валить его безо всякой жалости.

Пока Адольф мрачно пыхтел, закипая, подобно чайнику, Яран с интересом осмотрелся. Ну да, все стандартно. Классический «предбанник», в котором дежурный офицер должен мариновать посетителей. Только вряд ли сюда выделят офицера, а местный персонал в святая святых никто и никогда не допустит. И филенчатая дверь – не показатель. Там еще дистанционный сканер генетического кода, который пропустит только своего, на остальных сработает защита. Яран прошел лишь потому, что еще в период армейской стажировки его ДНК внесли в соответствующую базу данных. И над ней хозяин кабинета не властен.

Итак, офицера не дадут, местных кадров никто не пустит. Так что приходится бедолаге самому встречать гостей. Выходить в спартански обставленное помещение, украшенное многочисленными экранами внешнего обзора… К слову, выглядящих довольно модерново – очевидно, что-то новенькое. Вот ведь, на ракетах сэкономили, а на этом барахле нет. Армейские интенданты во всей красе, чтоб их!

Кстати, правильно он сообразил, размещение камер стандартное. Не самое лучшее, но полностью перекрывающее ближние подступы. Вовремя Яран высадил пассажирку, аккурат за пределами их зоны охвата. Все же хорошо его учили. И, судя по картинке на экранах, там, сверху, все еще пытаются бороться с огнем. Получается не очень. Видать, от ракетного топлива загорелось что-то еще, а персонал базы не слишком опытен в борьбе за живучесть. Пренебрегает учениями Адольф, расслабился вконец тут. Ну, его проблемы.

– Ладно, дорогой мой человечек. Ты дуться закончил? Тогда давай сюда моего воспитанника и разойдемся по-хорошему. Ей же ей, убивать я тебя не стану и даже неделю дам, чтоб ты успел собрать манатки и свалить.

– Во-первых, с чего ты решил, что я тебя боюсь?

– А что, нет?

– Было бы кого бояться, – презрительно скривился Адольф. – Просчитать тебя не составило труда. Ты инфантил, лентяй и…

– Все правильно, – перебил его Яран. – Обрати внимание, я даже не пытаюсь с тобой спорить. Только добавь к этому, что я двести лет выживал в отсталом мире. И у меня вполне получилось убить всех, кто пытался убить меня. Хочешь – и тебя убью?

– И у тебя поднимется рука на ученого?

– Что поделаешь, – улыбнулся Яран. – Ничего личного, просто вы тут все нам выгоднее мертвыми. Так что во-вторых?

Адольф то краснел, то бледнел. Не хватил бы удар бедолагу, почти сочувствующе подумал Яран. Придется тогда мальчишку искать по всему континенту. Вряд ли его здесь держат.

– Во-вторых, у меня великая цель, – выдал он вдруг. – И твой воспитанник мне нужен.

Яран скривился:

– Адольф, ты был влюбленным в свою идею мальчишкой. Но меры не знал и превратился в фанатичного дурака. Я тебе напомню. Когда-то ты ухитрился подменить собой одного неплохого художника и начинающего политика в перспективном периферийном мире. Еще и своего тезку выбрал, сколь я помню… Талант к ораторству у тебя был уже тогда. И что? Запудрил всем мозги, развязал войну. После этого наши дипломаты лет пять отписывались, и все равно на нас косо смотрят. А ты радостный вернулся и защитил диссертацию. И, судя по тому, что я здесь вижу, не сильно с тех пор поумнел. Кстати, кто тебе помог с организацией базы? Не изображай святую невинность, самостоятельно ты бы такое дело просто не потянул. И через вашу бухгалтерию бы не провел. Ну какие у второсортного НИИ средства? И не надо здесь кровью наливаться и возмущение корчить. Мне что, потом ведь тебя другие люди спросят. И никто не спасет, миссию-то ты провалил.

– Это почему еще?

– Потому что даже я тебя вскрыл с легкостью неимоверной. Профессионалы справятся куда быстрее. И ведь они придут, хотя бы потому, что слишком много законов нарушено. Одни туземцы на базе тянут на хороший срок. А проигравшего спасать глупо, слишком легко подставиться самим. Так что спишут тебя в утиль, Адольф. Помнится, в прошлый раз так и было. Дали тебе диссертацию защитить, и только, хотя рассчитывал ты на большее. Сейчас же просто зачистят, как отработанный пар. Или ты думаешь, что сумеешь теперь реализовать то, что задумал?

– А почему нет? – Адольф внезапно выпрямил спину и даже стал, кажется, на пару сантиметров выше. Хотя – почему кажется? Наверняка для внушительности научился выравнивать позвоночник. Так можно и десяток сантиметров добавить, если постараться. Насколько это полезно, спорят до сих пор, но многие грамотные медики так умеют. – Игра еще не окончена. Или ты думаешь, что уйдешь отсюда живым?

– А почему нет-то? Ты и впрямь надеешься меня убить, что ли? А вот накось, выкуси, – Яран сложил международно-известную фигуру из трех пальцев и сунул ее под нос аж шарахнувшемуся от него Адольфу. – Ни хрена ты не сможешь. Маг ты никудышный, да и боец так себе. Хотя признаю, языком молоть горазд.

Вот так назвать собеседника болтуном и пустозвоном – тяжкое оскорбление. Интересно, как он отреагирует? Яран сузил глаза. Если атакует – получит в морду. Если сглотнет – все, он проиграл, можно такого гнуть через колено. Ну, милый, давай, не томи, а то ждать сложнее, чем драться!

– Ладно, – внезапно очень спокойно заговорил Адольф, и Ярану тон его не понравился. Очень уж он походил на тот, что некоторые не слишком уравновешенные личности выдают на грани истерики. – Скажи: как ты меня вычислил?

– Ты слишком наследил. Твой образ записал фамильяр той колдуньи, что вы принесли в жертву для вызова демона. Не слишком одобряемый властями ход, а?

– Какое мне дело до их мнения?

– Согласен. Однако же я тогда еще не понял, с кем имею дело. Все же много лет прошло, и память не безгранична, и ты изменился… Еще ты засветился с драконицей и даже не проверил ее записи. У королевы был… Она тебя описала не слишком подробно, однако же твоя манера общения – это нечто! Весьма характерный след получился. У барона, который от рака загибался, опять же, ты прямо-таки блистал внешностью… Да и еще кое-что по мелочи было, не столько в плане наглой морды, сколько в отношении линии поведения и методов ведения переговоров. В общем, будь здесь не я, а кто-то, специализирующийся на контрразведке или хотя бы полицейских расследованиях, вскрыл бы он тебя вмиг. Потому как – прокол на проколе. Ты хоть азы конспирации бы освоил, что ли!

– Ты еще скажи, что тебя никто не подослал!

– Нет конечно же. Я сам по себе.

– Брешешь!

– Брешут собаки. Ну и ты, конечно. Однако сейчас ты говоришь, что думаешь, и это проблема. Ибо проще иметь дело с лгуном, чем с клиническим идиотом.

Адольф открыл было рот, но ответить не успел. Именно этот момент Сара выбрала для того, чтобы начать действовать. И, хотя начала она, по мнению Ярана, все же рановато, получилось весьма эффектно.

Бункер вздрогнул, словно по нему врезали сверху гигантским молотом. Даже ожидавший подобное Яран подпрыгнул, хотя на лицо постарался остаться невозмутимым. Адольф и вовсе плюхнулся задницей на стул. Мигнули и один за другим начали гаснуть экраны, только парочка, вещавшая откуда-то со стороны, все еще показывала место, где располагался бункер.

Сейчас вся поверхность земли там была затянута голубовато-прозрачным льдом. На месте внешних строений громоздились торосы. Сара постаралась, честь ей и хвала, и пентаграммы нарисовала правильно. Такого удара и архимаг бы не постеснялся. Хорошая у него ученица. А с учетом ее сил… гм…

– Думаю, твоих подручных больше нет, гений ты наш непризнанный, – усмехнулся Яран. – Почти все они были наверху, а проморозило до жилого уровня, не меньше.

Да уж… Зато пожар моментально прекратился, все же при температуре твердения азота (и даже чуть ниже) огонь гореть как-то ну совсем не жаждет.

Адольф выпучил глаза:

– Это что?

– Не думаешь же ты, что я пришел один? Ладно, хватит заниматься ерундой. Один раз ты уже инсценировал смерть. Если мне память не изменяет, тоже в бункере. Сейчас такой фокус не пройдет. Так что давай-ка мы с тобой поговорим без угроз, просто как победитель с побежденным.

– Победитель? – Адольф вдруг резко оскалился и вскинул руку. Яран ушел вбок, пули с неприятным шмяканьем вошли в камень стены. Вот ведь дятел! Перекатом уйдя вбок, он успел еще достать один из трофейных пистолетов, но опоздал. Выигранные секунды Адольф потратил вполне грамотно, успев сотворить портал.

Судя по всему, создавался портал с помощью стационарной установки, вручную его так быстро не сотворишь. А так – нажал кнопку и вперед! Логичное и правильное решение, только для Ярана неприятное. Голубоватое марево затрепетало в углу, и Адольф одним прыжком нырнул в него. Хлопок – и портал разом погас.

Вот ведь! Яран зло сплюнул. И ведь жаловаться некому, сам дурак. Привык, что физически он тут особо крутой, расслабился и, нарвавшись даже не на равного, а близкого по кондициям, лопухнулся. О, черт!

Стол дежурного был оснащен пультом, позволяющим управлять камерами, дверьми… Экстренной эвакуацией, опять же. А еще системой самоуничтожения. Правда, запустить ее мог только человек, имеющий соответствующий допуск, ну да у Адольфа он наверняка был. Теперь пятнадцать минут на эвакуацию – и все. Проклятие, как это отменить?

Яран распахнул дверь, ворвался в кабинет Адольфа. Ничего так, уютненько он тут устроился. И что дальше? Где коды? Где аварийный ключ?

Искать, куда что положил этот дятел, просто не было времени. Зато имелся главный пульт базы. Яран несколько секунд раздумывал. А, плевать! Эвакуироваться с базы он все равно не успеет. Сверху все замуровано толстым слоем льда, в коридорах минус двести! Аварийный коридор вообще еще отыскать надо. Портал… Тоже не успеть. И что он теряет?

Яран аккуратно поддел кончиком когтя декоративную панель. Чтобы ее открыть, нужен ключ… теоретически. Рывок – и тонкий лист металла остался в руках совершенно неповрежденным. Зато болты, на которых он крепился, вылетели из гнезд и запрыгали по полу, будто семечки какого-то экзотического растения. Демон злорадно усмехнулся – вот так!

Очень хорошо, что стандарты на такого рода оборудование разрабатывались еще до того, как соплеменники Ярана провели тот самый эксперимент, переведший их на следующую ступень эволюции. Возможности изменились – а стандарты нет. Соответственно, распотрошить панель без применения инструмента оказалось не то чтобы просто – но вполне возможно. Итак, что там внутри?

Ага, и впрямь классическая схема. Хвала любви человека к упрощению своей жизни. Стандартизация – наше все! Пару минут Яран вспоминал, что здесь и как. Пожалуй, это!

Треск, веер зеленоватых искр, запах паленого. Свет замигал, монитор на столе пошел рябью и вновь зажегся. Ага, есть контакт! Не забыл еще все же и учили хорошо, и привычка возиться с железками оказалась к месту. Ну, теперь поиграем!

Яран не рассчитывал отменить команду на самоуничтожение. При сбоях она переходит в автономный режим, и только. Однако сам перепад напряжения вызвал сбой системы, и главный компьютер базы пошел на перезагрузку. Это десять-пятнадцать минут, на которые управление переводится в ручной режим. И Яран намерен был использовать ситуацию по максимуму.

– Ну что, парни, кто мне ответит на вопрос?

– Смотря на какой.

– На простейший. Назовите доминирующий инстинкт человека.

– Продолжение рода.

– Да вы, молодой человек, озабоченный какой-то… А вы что смеетесь? Думаете, вы лучше? Все такие, как увидите короткую юбку, так сразу гормоны из ушей плещут.

– И что?

– Да ничего особенного. Просто этот инстинкт доминирует, но лишь в определенном возрасте. А тот инстинкт, что работает постоянно, называется инстинктом самосохранения. И не делайте скептические лица. Я про подвиги да самопожертвование знаю лучше вас, но в каждом случае человек просто заставляет себя заглушить природный запрет. Сознательно или нет, глуша его адреналином или же силой воли, но, в любом случае, преодолевая естественную для каждого тягу к выживанию.

– А я бы…

– А вы бы помолчали. Пока сами с гранатой под танк не ляжете, вы не можете и судить о своих возможностях в этом направлении. Болтать горазды все, на поступок способны единицы. А теперь еще один вопрос: что следует из того, что этот инстинкт присутствует всегда?

– Человек попытается спастись?

– В яблочко. А следствием этого является тот факт, что при проектировании любых объектов, неважно, гражданских ли, военных, всегда будут предусмотрены пути эвакуации. В обычной жизни они применяются не так и часто, однако на войне бывает всякое, и потому в современных стационарных объектах военного назначения пути эвакуации есть всегда. И сейчас я покажу вам, где их располагают и как они выглядят.

Стенная ниша, прикрытая аккуратной раздвижной дверью и более всего напоминающая обычный платяной шкаф, обнаружилась аккурат там, где ей положено быть согласно штатной планировке. Откровенно говоря, поиск ее занял некоторое время, такие мелочи из памяти Ярана давно стерлись, но, главное, все же нашлась. И быстрей, чем стало уже совсем поздно. Внутри места было, правда, малость побольше, чем в шкафу. Заметно больше – сюда, пожалуй, вполне поместилось бы что-нибудь по-настоящему нужное и важное. К примеру, совмещенный санузел. Однако размеры волновали Ярана в последнюю очередь. Главное – то, что стояло посреди этого скрытого от посторонних глаз помещения.

Кресло. Удобное и на вид очень, очень технологичное. В принципе, такие кресла выглядели так буквально с первых образцов. Яран уселся, поерзал, вспоминая давным-давно забытые ощущения… И впрямь удобно. Даже лучше, чем обычные, хотя дома их тоже научились делать великолепно. Высокая спинка обеспечивает телу комфорт и в то же время жесткую фиксацию. Ни один образец мебели, виденный Яраном в этом мире, не шел ни в какое сравнение с этим чудом высоких технологий.

Но – не сейчас, время еще есть, а потому надо завершить одно дело. Яран вышел в «предбанник», где еще недавно Адольф пытался изобразить снайпера. Потратил с минуту, творя несложное заклинание, и, удовлетворенно кивнув, вернулся. Порядок, теперь можно подумать и о себе.

Сесть в кресло. Быстро, но без спешки застегнуть и отрегулировать ремни. Времени мало, но ошибаться в таких делах точно не стоит. Надо бы надеть шлем, совсем про него забыл, но где искать? Ладно, и так сойдет. Ну что, поехали?

Более всего Яран опасался, что механизмы базы, охваченные жестоким холодом, заклинит. Однако все сработало штатно, запас прочности в эти конструкции закладывался колоссальный. В узком колодце над головой появился маленький кружок серого от туч неба, а затем сработал вышибной заряд, и тело перегрузкой вдавило в сиденье.

Сознания Яран не терял, но глаза закрыл. Просто так, рефлекторно. Ну и еще потому, что катапультными креслами в жизни не пользовался. Открыл лишь, когда перегрузки закончились, резко сменившись невесомостью, а потом за спиной раздался хлопок. Потом рывок, весьма неприятный и резкий – сработала парашютная система. И вот он парит в небе, любуясь на происходящие с базой метаморфозы.

Надо признать, там было, на что посмотреть. Те, кто проектировал систему самоуничтожения, не разменивался на пошлости вроде полудюжины тонн взрывчатки. Надежно, конечно, однако все же оставляет достаточно обломков для изучения, а передавать кому-то хоть частичку своих технологий никто не хотел. Именно поэтому разработчики заложили совсем иной принцип, и сейчас Яран впервые имел возможность наблюдать редчайшее зрелище.

Внутри базы сработал механизм запуска сворачивания пространства, и все, что попало в зону его действия, проваливалось внутрь, будто затягиваемое мощнейшим насосом. Это была картина локального апокалипсиса, когда рушатся и словно поглощаются ненасытным ртом и строения, и поверхность земли и окружающие скалы… Земля сопротивлялась, бурлила, словно котел с супом, но ничего не могла противопоставить буйству собранных воедино магии и технологии. Даже привычному ко всему Ярану стало жутковато…

Все это продолжалось секунд десять, вряд ли больше. Затем действие заклинания разом закончилось. А природа стремится к равновесию. Все, что только что было стянуто внутрь миниатюрной черной дыры, выплеснулось наружу в виде тонкодисперсной пыли. Яран, продолжающий опускаться к земле, разом оказался в центре пылевого облака. Впрочем, ветер моментально снес его в сторону. И самого Ярана тоже, кстати.

Можно сказать, повезло. На месте базы осталась заполненная мельчайшей пылью воронка, в которой запросто можно было утонуть. Но ветер отшвырнул кресло, и оно рухнуло на землю в полусотне метров от эпицентра катастрофы. Завалилось на бок, заставив пассажира слегка приложиться о камни, но все это были уже мелочи. Синяки на фоне чудом прошедшей стороной смерти – какая же это ерунда!

С трудом расстегнув ставшими вдруг непослушными пальцами ремни, Яран вылез из кресла и тут же сел на камни, привалившись спиной к скале. Ноги не держали. Он выругался мысленно. Потом вслух. Он был и в самом деле зол на себя – расклеился, как воспитанница женской школы. Однако ругань ни к чему не привела. Организм просто устал, морально и физически. Оставалось лишь откинуться спиной на жесткую каменную стенку и закрыть глаза.

Яран пришел в себя от сырых капель на лице и всхлипывания возле самого уха. С некоторым усилием открыв глаза, он заставил себя улыбнуться:

– Хорош сырость разводить, я хоть и не сахарный, но вдруг растаю…

– Живо-ой! – выдохнула Сара и зарыдала еще громче. Вот ведь женская логика, во всей, так сказать, красе. Если ты за кого-то испугался, а он оказался живой и практически здоровый, то радоваться надо, а не слезы лить.

Яран шевельнул мышцами, убедился, что они хоть и с трудом, но слушаются, и тронул воспитанницу за плечо:

– Все, закончили выражение эмоций, приступаем к кормлению усталого меня. А то сейчас сдохну от голода, и на сей раз по-настоящему.

– А…

– Берешь вон ту бандуру, на которой я прилетел, переворачиваешь и следуешь моим указаниям.

Катапультные кресла предназначены для задачи сколь простой, столь и необходимой – спасения жизни хозяина. Однако есть ли смысл в бегстве, если дальше тебя ждет смерть от голода и жажды? Базы частенько любят располагать в труднодоступных местах. Горы, пустыни, тайга… Не везде и не всегда можно быстро найти пищу, не подвергшись при этом, скажем, нападению хищников. А потому конструкция средства эвакуации была соответствующим образом дополнена, что пришлось сейчас весьма кстати.

В нише обнаружился небольшой запас продуктов глубокой сублимации. Берется небольшой, сантиметра три в длину и столько же в ширину, брикетик, поливается водой… Пять минут спустя перед вами бифштекс, причем сразу горячий. Чуть-чуть порошка, заливаем водой – получаем сок. Не самый вкусный, зато имеющий в составе необходимые витамины и минералы. Без изысков, но, чтобы продержаться два-три дня, не особо себя ограничивая, или неделю в режиме экономии, вполне достаточно. Вода, кстати, тоже была, но зачем она сейчас, когда источников масса?

Еще там нашлись спиннинг для ловли рыбы, компас, аптечка, иголка с ниткой, зажигалка, большой складной нож, сколь многофункциональный, столь и неудобный, и, в завершение парада обдуманной щедрости, длинноствольный пистолет с боеприпасами. Габариты оружия внушали уважение, вес позволял использовать его как дубину, однако и возможности были неплохи. Два ствола, один пистолетного калибра, а второй гладкоствольный, под охотничий патрон, пластиковая кобура-приклад. В общем, красивая и функциональная игрушка. Сара, как его увидела, так глаз оторвать не могла, и Яран, мысленно улыбнувшись, широким жестом подарил ей брутальный аксессуар. Благо его воспитанница не кисейная барышня, справится без проблем.

В разгар трапезы появилась Матильда. Подошла, мягко и бесшумно, уселась рядом и совсем по-кошачьи мурлыкнула. Ее тоже одарили несколькими кусками мяса, которые она тут же и проглотила. Конечно, не так уж много еды здесь, но Яран не собирался экономить на спутниках. Голодная смерть им и так не грозит. Ну а насытившись, под чай, он поведал историю штурма базы, которую воспитанница слушала, раскрыв рот от восхищения.

– А я так боялась! – прокомментировала она, когда рассказ закончился. – Этот ведь… твой знакомый… Он ведь мог тебя убить!

– Угу. Мне интересно было бы на это посмотреть. Наш гений-недоносок в средствах неразборчив, что правда, то правда, но вот его возможности лично меня не впечатляют.

– Но ведь и я могла тебя убить!

– Даже случайно не смогла бы, хотя, конечно, прихлопнула там всех. Это ты молодец, глубина проникновения твоего заклинания оказалась на четверть больше той, которую я допускал по самому оптимистичному варианту. И все равно, до меня ты бы никак не достала.

Сара всхлипнула, но успокоилась почти сразу.

– А скажи… Чего он хочет-то?

– Да как всегда, мир осчастливить. Поэтому он, к слову, и страшен, борцуны за всеобщее счастье никогда не смотрят на жертвы среди простых людей. Единственно, понятия не имею, чем конкретно он этот мир облагодетельствовать собирается. Фантазия у неадекватов ой какая богатая.

– Ты говоришь так, будто уверен – не сможет.

– Сара, я тебя поздравляю – ты наблюдательна и мыслишь уже совсем как взрослая…

Воспитанница зарделась от комплимента.

– Видишь ли, мы редко можем что-то сделать по-настоящему серьезное, опираясь исключительно на собственные ресурсы. Любой человек сам по себе достаточно слаб. И не смотри на меня так удивленно. Да, я крут, но против… ну, хотя бы полка не пляшу, раздавят. Так что наши возможности – это, в первую очередь, возможности той группы поддержки, что стоит за нашей спиной.

После его слов воспитанница оглянулась, поежилась и честно сказала:

– Тогда я тебе не завидую, группа поддержки у тебя аховая.

– Не смеши. Ты посмотри на себя со стороны – и удивишься, с какой скоростью прогрессируешь. Двух часов не прошло, как ты снесла базу, рассчитанную на весьма серьезных противников. У нее, к слову, даже защитный купол активироваться не успел, настолько быстро ты всех уработала.

Сара вновь зарделась – на такой объем похвалы за короткое время она как-то не рассчитывала. Однако уже через несколько секунд к ней вернулся озабоченный вид:

– А какая группа поддержки у этого… Адольфа?

– Несерьезная и вынужденная скрывать заинтересованность в его действиях. Все же утопические идеи всегда находят приверженцев, но, как правило, отпугивают по-настоящему серьезных людей.

– Но у него же…

– База? Эконом-вариант, адаптированный под научные исследования. Уровень средней руки генерала или, скорее, ректора какого-нибудь института с подвязками у военных. Учитывая, сколько при этом нарушено правил, как официальных, так и неписаных, очень скоро ими займутся компетентные структуры. А не обновлявшееся двести лет оборудование говорит о том, что сюда напихали давным-давно списанный неликвид, который утилизировать обычными методами чересчур дорого. Несерьезно. Но это мало что значит для нас с тобой. Главное, вытащить Питера, зачем-то он этому чудику нужен. Из плюсов – противник нас принимает всерьез, но считает меня погибшим и, значит, будет строить свои действия из неверных предпосылок.

– То есть сейчас он отступил и зализывает раны, но если узнает, что ты жив, будет в страхе убегать?

– Не думаю, что мы его настолько напугали.

– Стоп. Ты только что сказал…

– Я сказал, что он принимает во внимание ваши силы и возможности. Но насчет того, что он нас боится, я ничего не говорил.

Сара задумалась, переваривая услышанное, затем резко кивнула, так, что волосы разлетелись веером, словно окружившие голову огненные сполохи, и спросила:

– Но как мы его поймаем, если он неизвестно где?

– С координатами действительно туго, – кивнул Яран и самокритично добавил: – Ковер я вряд ли починю, так что и с транспортом у нас проблема. Однако я сумел подхватить отработанный портал, по которому уходил Адольф. Специально этим занялся, благо время до взрыва оставалось. Восстановить его – не проблема, ибо не человек создавал, машина. У них следы грубые, долгоиграющие.

– Почему?

– Когда портал создает маг, это всегда искусство. Он оптимизирует каждое шевеление пальцем, раздвигая ткань пространства. Машина так не умеет. Она работает по усредненному варианту, пробивая дорогу грубой силой и оставляя долго заживающую дыру. Как видишь, все просто, и грешно этим не воспользоваться. Так что сейчас еще немного отдохнем – и начинаем работать с пентаграммой.

– Какой?

– Стандартной, энергетической. Мне будет нужна хорошая подпитка, все же чертовски много сил потребуется…

Портал был нестабилен, плевался искрами, из-за чего Матильда долго отказывалась в него заходить. Сара буквально за шкирку втащила туда свою кошечку. Честно говоря, хотя внешняя нестабильность не влияла на ядро перехода, сам Яран предпочел бы построить более устойчивую конструкцию. Увы, мало того, что восстановленный портал не подлежит коррекции, так и знания Ярана в этой области были весьма далеки от экспертных. Единственное, что он смог сделать, это шагнуть в портал первым, на своей шкуре проверяя его надежность. Выдержал, и без никаких проблем, все же подпитка контура с пентаграммы геморройный по исполнению, но достаточно эффективный вариант. И уже с той стороны, осмотревшись и убедившись в отсутствии внешних угроз, Яран наблюдал за мучениями воспитанницы.

– Ну, что скажешь? – спросил демон, когда Матильда наконец согласилась пройти и, убедившись, что осталась цела, принялась судорожно зевать, успокаивая потрепанные нервы. Откровенно говоря, он ее сюда вообще бы не тащил, но в горах тигрица, да еще и такого размера, вряд ли выживет. С другой стороны, в бою ее мощь лишней точно не будет. Не зря считается, что кошки притягивают беду. Конечно, не все. Если черная кошка перебегает вам дорогу, это просто значит, что она куда-то торопится. Но если киса рыжая в полоску и таких размеров, то с вами точно случится что-то нехорошее.