Читать книгу "Наставник. Проклятие древнего мира"

Правда, наверняка у столь удачного с точки зрения обороны места есть и обратные стороны. Вряд ли в открытом всем ветрам замке уютно зимой. Скорее, наоборот, промозгло до безобразия. Но тут уж никуда не денешься, при любом бескомпромиссном выборе приходится чем-то жертвовать.

Но куда больше внимание Ярана привлек совсем другой момент. Если конкретно, архитектура замка, которая, скажем так, не соответствовала эпохе. И об этом он мог судить весьма квалифицированно. Хотя бы потому, что и сам прилежно изучал в университете историю, и вполне качественно учил ей других. И он со всей ответственностью мог сказать: в этом мире таких замков просто не строили. Не тот период.

Местные крепости, от самого маленького замка до огромных, опоясывающих целые города каменных громад, почти все имели схожие характеристики стен. Максимально толстые, чтобы выдержать удары стенобитных орудий, и максимально высокие, дабы враг не мог залезть. Вполне логичное решение. И точно так же логично, что стены эти были практически вертикальными – такие и строить проще, и забираться на них штурмующим неудобно.

Вот только сравнительно недавно в этих местах появилась нормальная артиллерия. И в два счета доказала владельцам элитной загородной недвижимости, что стены эти разрушаются «на раз». Главное, чтобы калибр соответствовал задаче. И решения проблемы фортификаторы пока не нашли. Если же начнется очередной период магических катаклизмов, как вещали адепты Ордена Возрождения, то и не найдут – одни вымрут, другие, как лить достойные пушки, забудут.

Но факт тот, что в других, более развитых мирах архитектурное решение, позволяющее частично купировать проблему, было вполне известно. Оно было простым, как мычание – стены крепостей строились наклонными, от чего и основание получалось толще и крепче, и ядра били, как правило, под углом, что резко снижало их эффективность. В общем, все просто.

Только вот незадача, если даже такая мысль здесь и сейчас пришла кому-то в голову, реализовать ее уж точно не успели бы. Да и сами стены выглядели старыми. Не дряхлыми, видно было что их периодически ремонтируют, обновляя и поддерживая в порядке, а именно старыми. Даже интересно, сколько эпох оно тут простояло? Яран не удивился бы, если б его построили еще до гибели проклявшего мир архимага. К слову, даже тогда оно вполне могло оказаться старым – как-никак, мир в тот момент уже ушел от феодальных войн, а для чего-то большего подобные крепости не слишком годились. Оседлавшие силу пара и сопутствующие ей преференции люди наверняка далеко продвинулись и в оружейном деле. Уж что-что, а убивать себе подобных они умели всегда. Следующий этап крепостной архитектуры – кольцо вынесенных за пределы основных укреплений фортов, а как раз их здесь не наблюдалось.

Итак, уникальное сооружение получается. Хе-хе. Уникальное место для уникальной… Узницы? Ссыльной? Хотя она-то как раз не уникальна, сколько таких было в человеческой истории! С другой стороны, каждая женщина сама по себе уникальна. Вот только если она чересчур уникальна, то она – сама по себе. Что мы сейчас и наблюдаем. Хотя крепостные стены все равно круче!

Стены эти Яран, выбравший удобное место на холме неподалеку, рассматривал долго и с интересом, но без восторга. Лезть вперед нахрапом, как в прошлые разы, ему не хотелось совершенно. Во-первых, ему уже столько наприлетало, что голова поневоле начала думать. А во-вторых, сами стены внушали уважение и намекали, что хозяева замка готовы к любым поворотам судьбы.

Впрочем, наверняка умом-то готовы, а вот реально – совсем наоборот. Успокаивают их и высота стен и, что важнее, удаленность замка от вероятного противника, которому сюда надо еще добраться. А это, с учетом состояния дорог и расстояния, задача не из легких.

Так рассуждал Яран, и его мысли находили подтверждение в царящей вокруг замка атмосфере всеобщей расслабленности. Стражи на стенах не то чтобы много, зато разнообразного народу снаружи ошивается до черта и больше. Вроде бы не праздношатающегося, но на поведение обитателей готового к осаде замка это совершенно не похоже. Вон, дети из леса с корзинками возвращаются, мужики в паре километров от замка что-то на поле делают. Словом, полная пастораль.

– Смотри! – толкнула его локтем Сара. – Карета.

Яран присмотрелся. И впрямь карета. Причем весьма богато отделанная. Вокруг нее ходили несколько человек, задумчиво покачивая головами. Похоже, затевался ремонт, процентов на девяносто состоящий из ритуальных танцев вокруг объекта работ. Ну и, естественно, рассуждений на тему «что за криворукий недоучка так делает» и «какой урод так ездит». В общем, все как у людей.

Сара вновь толкнула его локтем.

– Чего?

– Зачем в этой дыре карета? – искренне удивилась девушка.

– А чтоб было.

– Но это же очень дорого, – хотя Сара и была дочерью графа, деревенское воспитание давало о себе знать. Ненужные траты ей были как тупым ножом по сердцу. – К чему такие траты?

– Да какие тут траты. Вот телега – это траты, на нее крестьянин долго копит. А карету – ее с остатков карманных денег покупают.

Сара задумалась, потом лицо ее прояснилось:

– Так это же для королевы! Ей по статусу положено.

Найдя для себя логичное объяснение увиденному, Сара тут же вернулась к наблюдению. Ярана же больше заботило сейчас чуть иное. Если конкретно, то как бы все же проникнуть в замок. Честно говоря, его мало заботила королева. Даже простой вопрос, останется она жива после их разговора или нет, его не волновал. Королева сейчас была ступенькой к поиску его воспитанника, и не более того. И чтобы перешагнуть эту ступеньку, с ней требовалось встретиться.

Самым простым вариантом для этого выглядело поймать кого-нибудь из местных и вдумчиво его расспросить. Благо народ и впрямь выглядел не в меру расслабленно. Оставалось только найти подходящего кандидата в ходячие справочники и аккуратно его изъять. Причем не тупого крестьянина – те попросту не знают интересующих Ярана нюансов. Впрочем, и людей, одетых заметно солиднее и богаче, здесь тоже хватало. Кого-нибудь из них, не самого высокого ранга, чтоб раньше времени не хватились, и стоило брать.

Подходящий кандидат нашелся довольно скоро. Дородный мужчина вышел из ворот с удочкой на плече и целеустремленно потопал в сторону небольшой лесной речушки, протекающей примерно в километре к северу от замковых стен. Очень удобно для Ярана протекающей – со стены ее берега не просматривались совершенно, деревья мешали. Словом, идеальный кандидат в «языки», надо только взять аккуратно. А уж этим Яран за свою долгую жизнь занимался не раз и даже не десять, опыт имелся.

Они настигли любителя рыбалки как раз в тот момент, когда он, высунув язык от усердия, тащил на берег что-то солидное. Если судить по тому, как бурлила вода и сгибалось в дугу прочное черемуховое удилище, рыба имела вполне трофейные размеры. Впрочем, когда ты в особо диком уголке полудикого мира, крупная рыба в реке скорее правило, чем исключение.

Яран честно дождался, когда рыбак закончит процесс. Щука, кстати, и в самом деле впечатляла, лишить человека возможности поймать такую – преступление. И лишь когда рыбина, окончательно усмиренная, оказалась на суше, Яран, бесшумно приблизившись, тронул удачливого рыболова за плечо. Тот повернулся и, сведя глаза к переносице, удивленно посмотрел на кончик кинжала у своего носа.

– И зачем было так стараться? Можно было просто сказать.

Похоже, он совершенно не испугался. Ни голос не дрогнул, ни запах не изменился. Зрачки тоже испуга не выдавали. Только удивление – и ничего больше. Почесал нос, добродушно улыбнулся:

– Я давно вас заметил. Спасибо, что дали закончить. Итак, у вас ко мне дело?

– Как вы о нас узнали? – влезла Сара. Этот вопрос и Ярана интересовал, но не в первую очередь, а непосредственная воспитанница… У нее что на глазах – то и на языке.

– Я все же маг, – отмахнулся рыболов. – Подкрасться ко мне сложно.

Это точно, подумал Яран. Учитывая, что маскировку он ставил, и вполне приличную. А еще он сам магию не обнаружил, хотя сканировал местность тщательно. Это как, интересно?

Очевидно, последний вопрос он задал вслух. Рыбак лишь отмахнулся:

– А вам такое и не по зубам. Я ж силу черпаю от веры!

В голове Ярана громко щелкнул переключатель. Вот ведь! Нарвался на священника с магическим талантом. Другая структура заклинаний, иные частоты магии. Такого и не почувствуешь, если заранее не знаешь и не используешь для проверки крайне специфические и весьма энергоемкие заклинания. И это притом, что священники-маги встречаются реже, чем снег на экваторе. Однако же угораздило. И это притом, что маскировку самого Ярана он вскрыл походя. Стало быть, по силе как минимум сравним. Учинять же магическую драку в шаговой доступности от набитого солдатами замка то еще удовольствие. Видал Яран варианты самоубийства в плане сил и менее затратные.

– И какому же богу вы поклоняетесь? – опять влезла Сара.

– Парраласу.

Яран икнул от удивления.

– Это же вроде темное божество, одно из самых опасных. Как вас здесь терпят?

– Темный, светлый… – священник отмахнулся. – Все слова. Не бывает хороших и плохих богов, не бывает хорошей и плохой магии, бывают хорошие и плохие люди.

Яран словно окунулся на миг в сопливое детство. Эти слова к месту и не к месту любил повторять их классный руководитель. И Яран готов был подписаться под каждым из них – сам говорил то же самое своим ученикам, и дома, и здесь. Но дух противоречия все еще жил в нем.

– С чего же такая хреновая репутация?

– Наш бог, – лениво отозвался священник, – говорит: черпайте силы в страстях и желаниях своих.

– Помню такое, – ответил Яран и с сомнением посмотрел на изрядно полноватую фигуру собеседника и его круглую, добродушную физиономию. – И тех, кто исповедует такой принцип, тоже помню. Из его последователей вышло немало потрясателей мира. А еще маньяков и прочих садистов. Маги, опять же, чья аура темнее ночи, встречаются среди поклонников Парраласа в избытке, не говоря уже о разной непотребной мелочи.

– И такие встречаются, – кивнул священник. – Но это или патологические разбойники, или же дураки, не понимающие сути учения. Страсти могут быть абсолютно любыми, главное, чтоб настоящими. Так вот, моя страсть – рыбалка. Мое желание сейчас – вкусно поесть. То и другое при грамотном подходе дают мне обещанную богом силу. Не так резко, как страсть к битвам, но в конечном итоге много больше, чем им.

– Но почему? – снова влезла Сара.

Священник в ответ лишь улыбнулся:

– До настоящей силы они не доживают. Просто гибнут раньше. Так что хотите – присоединяйтесь.

– Я, конечно, люблю рыбалку, – задумчиво признался Яран, – однако же чересчур ей увлекаться тоже не стоит. Помню, один мой знакомый… не в этой стране, назвал своих сыновей Гиперлещ, Мультиокунь и Поликарп.

Священник расхохотался, хлопая себя руками по бокам:

– В каждом деле есть идиоты и фанатики. К счастью, мой бог фанатизма не требует. Однако же мы отвлеклись. Что вы от меня хотели-то? Брать у меня нечего, да и на грабителей вы не похожи. Девочка, не надо подбирать слова, чтобы строить окатанные фразы. Я еще до твоего рождения знал, что женщины не мыслят – они замышляют. Но ты для интрижек еще слишком молода, так что давай, рассказывай уж, как есть.

– Нам надо встретиться с королевой, – Яран плюнул на условности и, спасая воспитанницу от необходимости принимать решение и подбирать слова, рубанул с плеча.

– Вам о том, что она здесь, и знать-то не положено, – усмехнулся священник. – Интересно, интересно… От короля?

– Самый простой вывод чаще всего и самый правильный, – скривился Яран.

– Выходит, наш самодержец решил закрыть вопрос кардинально… – задумчиво протянул его собеседник. – Послал специалистов. Если вы нас нашли – значит, справились и с этими придурками из ордена, и с группой прикрытия.

– И не только с ними, – кивнул Яран. – Кстати, а почему вы рыцарей придурками называете? По мне, так вполне адекватные люди.

– Потому что даже если их вера не врет, они занимаются черт-те чем, только не делом. Сидят, копят знания, ни с кем не делятся и не пытаются реально хоть что-нибудь изменить.

– Тогда они болтуны, а не придурки.

– Вас так волнует терминология? – священник удивленно изогнул бровь. – Впрочем, здесь вы в своем праве. Но мы уклонились от темы. Его величество решил… устранить супругу?

– Он, возможно, желает этого, – кивнул Яран. – Вопрос не в нем, а во мне.

– Вот как? Ваше мнение не совпадает с королевским? Это гордыня, в глазах последователей некоторых богов – тяжкий грех.

– Я не служу королю. Я служу своим совести и чести.

Получилось малость напыщенно, однако для этого мира и для этого века не так уж плохо. Здесь хватало народу, которые говорили, а главное, мыслили так же. И далеко не все из них были юродивыми.

– Честь и совесть рядом с вами? Такая… рыженькая?

Уел, скотина ехидная. Но, похоже, все же придется разговаривать и договариваться.

– И она тоже. Но сейчас мы ищем моего воспитанника, ее брата, и королева, очень вероятно, знает, где он.

– В замке я не видел никого похожего.

Это было уже серьезно. Хотя бы просто из-за того, что мордально брат с сестрой взяли от отца многое, и родство определить смог бы любой хоть сколько-либо наблюдательный человек. Отсутствия наблюдательности от «знатока человеческих душ», пребывающего отнюдь не в юном возрасте, ожидать сложно. Вопрос только, врет им святоша или нет.

– Это неважно. Мы придем и зададим свои вопросы. И от того, чем закончится наш разговор, будет зависеть, как мы разойдемся. Миром, или… В общем, если нужно, я очень хорошо умею убивать.

– Вы так уверены в своих силах?

– Пока что на них жаловались лишь те, кто вставал на моем пути.

Древние говорили: Скажи, о чем ты думаешь, и я угадаю, чем. Конкретно этот экземпляр думать умел, похоже, как раз головой. Надо сказать, он именно думал, а не изображал лицевыми мышцами напряжение мысли. И после короткой паузы выдал:

– Пожалуй, вы говорите правду.

– А вы психолог… – Яран едва удержался от того, чтобы добавить «хренов».

Священник кивнул:

– И немногие из дворян, даже столичных, знают, кто такой психолог.

Опять уел. Практически не задавая вопросов, священник выуживал информацию с легкостью невероятной. А все потому, что сумел мгновенно нащупать главную слабость Ярана – завышенное самомнение. Пусть оправданно завышенное, но голову-то на плечах иметь тоже надо!

Пока демон предавался самобичеванию, его собеседник иронично улыбнулся.

– Смею предположить, с таким подходом к жизни нет смысла удивляться тому, откуда у вас столько врагов?

– А я вообще человек общительный, – Яран сделал морду кирпичом. Пусть попробует гадать дальше. Говорят, если ты умеешь читать мысли, твой самый опасный противник за карточным столом тот, кто не умеет думать. И чем меньше информации давать собеседнику, тем проще с ним справиться.

Священник, очевидно, тоже сообразил, что халява закончилась, собеседник замкнулся в себе, и дальнейшие вопросы приведут лишь к нарастанию сопротивления. Вплоть до драки с непредсказуемым исходом. Впрочем, один пробный шар он все же кинул, задав чисто философский вопрос:

– Как вы думаете, что хуже – незнание или безразличие?

– Не знаю, мне плевать.

Угу, попробуешь еще? Нет, священник лишь покачал головой и, видимо, принял решение:

– Хорошо, я провожу вас в замок. И устрою встречу с королевой. При условии, что вы не будете учинять всяческих непотребств.

Очень расплывчатая формулировка. Яран усмехнулся:

– Обещаю, что сегодня, пройдя с вами и будучи в замке, не стану пытаться ее убивать или пленить, если она или ее окружение не предпримут против меня каких-либо враждебных действий. Но если мы не договоримся, то выйдя из замка, я имею право на любые действия. Вплоть до его уничтожения. Либо могу вернуться и убить там всех. В общем, буду творить, что хочу.

– А если я не соглашусь? – прищурился священник.

– То буду творить, что хочу, прямо сейчас.

– А вам палец рот не клади, – рассмеялся священник. – Что же, поверим вам на слово.

В небе громыхнуло, да так, то Сара невольно присела. Менее впечатлительный Яран удивленно приподнял брови:

– И что это было?

– Он, – священник многозначительно ткнул пальцем вверх, – тоже принял ваше слово. Не думаю, что вам стоит его нарушать.

Двое солдат в архаичного вида кирасах и с не менее устаревшими алебардами в руках, при виде священника вытянулись во фрунт. Похоже, он тут был не последним человеком. Учитывая же, как он привычно не обратил на подобное внимания, то уже давно. А вот Яран не удержался, мазнул по караулу взглядом, мгновенно запоминая подробности. Ну, что сказать, не так у местных все и плохо, как изначально кажется.

Кирасы хоть и устаревшего образца, но отменной выделки. Они хороши для парадов, однако такие доспехи из плохого металла не делают – чересчур это нерационально. Плюс ребра жесткости у них сделаны грамотно, а значит, в рубке кирасы будут надежны. Узкие переходы, каких достаточно в любом замке, позволят человеку в таких доспехах стать очень серьезным препятствием для кого угодно. Еще более клоунского вида рукава-буфы с продольными разрезами не стесняют движения и создают дополнительную защиту от холодного оружия в рукопашной схватке. В общем, экипировка вполне адекватна поставленной задаче. А что вид архаичный – так кому какая разница?

Алебарды… Да и что такого? Бросить их недолго, а вполне современные мушкеты стоят тут же, рядышком. Да и пистолеты на перевязи у каждого висят, и выглядят по меркам этого мира сущим модерном. Шпаги тоже имеются. Эфесы, правда, солдатские, простые стальные «чашки», но как раз это ничего не значит. Короче, нормальные такие солдаты, если вдуматься.

И, к слову, ворота, которые они охраняли, тоже были ничего себе. Створки из многослойных дубовых плах, окованные железными полосами. Такие и удар тарана выдержат, и орудийным ядрам запросто не сдадутся. В общем, не так все запущенно, как виделось издали.

Изнутри замок выглядел вполне жилым. То есть не тем, во что превращается годами простаивающее строение, в которое только-только въехали жильцы и начали спешно обустраиваться, меняя истлевшие портьеры на первое, что попалось под руку, и наспех замазывая места, где обвалилась штукатурка. Нет, конечно, видно было, что замок стар, но поддерживали его в порядке постоянно. Очевидно, полный штат слуг тут имелся и не прохлаждался зря. Видать, королева помнила о превратностях судьбы, поджидающих власть имущих, и заранее готовила себе путь для отступления.

В коридорах замка народу хватало. Пожалуй, мысли насчет полка были не так уж далеки от истины. Большинство – мужчины, и все при оружии. Правда, дворян почти не попадалось, основная масса, включая офицеров, явные выходцы с низов. Судя по всему, именно на них королева сделала ставку. И резон в таком подходе имелся.

Во-первых, чтобы в сословном обществе выслужить чин, начиная с простого солдата, нужны и большое везенье, и не меньшие достоинства. То есть голова на плечах, личная храбрость и отменное, если не виртуозное, умение владеть оружием. В схватке такие бойцы могут оказаться страшными противниками. Во-вторых, почти наверняка в чины их возвела либо сама королева, либо кто-то из приближенных к ней чиновников. Соответственно, эти офицеры хорошо понимают, что их благополучие и жизнь королевы тесно связаны. Случится что-либо с ней – они потеряют все. Пожалуй, личная благодарность, приправленная шкурными интересами, обеспечит ту самую преданность, которой часто не хватает правителям, возомнившим себя небожителями. А вот не дело это, от народа отрываться! И вообще, что солдаты маршируют не так красиво, как гвардейцы, это ничего, не те места и не та ситуация, чтоб парады устраивать. И не то время! Зато повоевать успели, это всегда хороший козырь.

Все это вызывало у Ярана уважение. Хозяйка этих мест, как ни крути, была умная женщина. А что слаба на передок – так это со многими случается. И не ему, в свое время изрядно погулявшему (и, откровенно говоря, это дело все еще не забросившему), осуждать ее. Надо признать, король ангелом тоже не был, и женщин по молодости менял, как перчатки. К бывшим любовницам, к слову, никогда не возвращаясь. Видимо, считал, что демографическая бомба два раза в одну воронку не падает. Так что все хороши.

Впрочем, полк этот мог ходить под каким-то из ее сыновей, пришла в голову запоздалая мысль. Они тоже должны быть где-то здесь. Впрочем, как раз дети, пускай и великовозрастные, Ярана не интересовали. Пока не интересовали, а дальше – как получится.

– Яран… – тронула его за рукав Сара.

– А? – демон оторвался от созерцания окружающего и попыток анализа.

– Слушай, а королева… Я, когда мы у Штраубе жили, слышала про нее…

– Представляю, что, – усмехнулся Яран. – То, что ее отправили из столицы, знали все. Бояться моментально перестали, а значит, принялись говорить разные гадости. Падающего толкни… Я прав?

– Ага. Но все равно интересно.

– Ну, тогда спрашивай.

– Она действительно такая толстая и страшная?

– Да не переживай, одно другому не мешает.

– То есть?

– Еще раз говорю: не переживай, скоро увидишь. А я – понятия не имею. Лично не знаком, видел только на портретах многолетней давности. Да и те, полагаю, действительность приукрашивали. Это особенность парадных портретов, я тебе уже объяснял.

Священник, все слышавший, только улыбнулся:

– Дитя мое, твой наставник прав. Не стоит уподобляться злым языкам. Подожди немного – сама увидишь. Хотя… не все в слухах ложь.

Судя по лицу девушки, она страстно хотела задать вопрос, уточняющий, что именно имеет в виду их сопровождающий, однако вначале замялась, а потом попросту не успела – они пришли.

Как и в любом сколь-либо уважающем себя присутственном месте, перед кабинетом Самой Главной Шишки имелся «предбанник», в котором положено мариновать визитеров, приводя их образ мыслей в соответствие с важностью момента. Впрочем, давным-давно выработавший иммунитет к такой форме психологического давления Яран нервничать не пытался. Время же он потратил на проверку боевых заклинаний, введенных в предактивное состояние. Для активации достаточно мысленного приказа… Разумеется, у них договоренность, однако Яран смог прожить столько лет не потому, что хоть кому-то доверял. Нет, доверял, конечно, той же Саре, например, но никак не представителю вероятного противника, априори заточенному на противодействие. Ни ему, ни его хозяевам, ни их богу – все они, как показывал опыт демона, слово могут нарушить с легкостью невероятной.

Наконец звякнул колокольчик, и секретарь королевы бесшумно, словно кошка, и шустро, как мартышка, встал из-за огромного конторского стола. Под таким можно было спрятаться целой группе захвата. Нахлынули старые воспоминания – что-то подобное в детстве Яран видел в кино про лихих спецназовцев. Смотрел он тогда с восторгом. Для того фильм, в принципе, и снимался, чтобы прославить этих крутых воинов. Позже, набравшись жизненного опыта и цинизма, его мозг родил крамольную мысль: если спецназ нуждается в дополнительном пиаре, моментально возникают сомнения в его профессионализме. Еще позже, когда опыта стало в избытке, родилось понимание: действительно, надо. Лучше пусть дети восхищаются своими героями, чем боятся чужих. Тряхнув головой и отогнав воспоминания, Яран вперился взглядом в замершего в приличествующей моменту горделивой позе секретаря, как раз вовремя для того, чтобы услышать:

– Проходите. Вас ждут!

Сказано это было так, что простому смертному оставалось только проникнуться своей ничтожностью и устыдиться тому, как подло он отнимает драгоценное время у столь важных и занятых людей. Яран усмехнулся мысленно – все шестерки во всех мирах одинаковы – и с непроницаемым выражением лица первым вошел в кабинет.

Первое, что он увидел в небольшом, обставленном добротной, но старомодной мебелью помещении, была королева. Стоило признать, кое в чем злые языки были правы, разве что немного преувеличивали – женщина имела, скажем так, немножечко лишнего веса. Килограммов тридцать примерно. Учитывая рост примерно метр шестьдесят, многовато. Впрочем, для женщины, столько раз рожавшей, это, скорее, норма.

А в остальном женщина как женщина, еще не старая, возраст где-то между сорока и пятьюдесятью годами. Штукатуркой на лице, сохранившем остатки былой красоты, не злоупотребляет, одета вполне стильно.

Кроме нее в кабинете было еще двое. Мужчины, весьма похожие на королеву мордально, такие же светловолосые и голубоглазые. Разве что более худощавые… пока. Скорее всего, отлученные от наследства сыновья – возраст подходящий. И с королем у обоих – ну никакого сходства! Тот, что постарше, одет в офицерский пехотный мундир без знаков различия. А вот цвета мундира очень знакомые… Ага, точно, его полк здесь расквартирован. Значит, не мамаша постаралась. Второй – в обычном камзоле, отличающемся разве что богатой вышивкой. В таких полстолицы щеголяет. Разве что простой дворянский люд такое надевает по праздникам, а для этого молодца это явно повседневная одежда.

– Что привело вас к нам, виконт ви'Тарро?

Голос королевы был весьма приятен и мелодичен. Яран поклонился ей в точности по этикету. Сара, замешкавшись буквально на секунду, присела в книксене. Яран, наблюдавший за ней краем глаза, с некоторым усилием сдержал усмешку – в ее одежде, особенно в штанах, это смотрелось довольно комично. Тем не менее формально этикет был соблюден.

– Дело меня привело, и крайне серьезное, – все политически выверенные экивоки Яран решил опустить. В правилах этикета, то и дело меняющихся и дополняющихся, он никогда силен не был, тут ему даже возраст не помогал. – Сразу предупреждаю: я в курсе вашего взаимного непонимания с королем и его причин. Меня они не волнуют, но дают понимание: если ради того, чтобы договориться, мне придется устроить тут небольшую резню, претензий от действующей власти не возникнет.

– Однако же вы самонадеянны, – голос королевы звучал чуть напряженно, однако никто, кроме Ярана, этого не почувствовал. Умела держаться женщина, чего уж там. На лице, вон, ни один мускул не дрогнул.

– Вы хотите рискнуть и проверить, насколько это оправдано? – Яран тоже умел «держать лицо». – Можете задать вопрос тем, кто должен был нас остановить. Надеюсь, у вас есть под рукой хороший некромант?

На сей раз королева дернулась, едва заметно, но все же. И голос… Она буквально процедила сквозь зубы:

– Был.

– И давненько не появлялся, а? Не волнуйтесь, он жив… пока. Но очень не хочет с нами конфликтовать.

Вот так сказано немного, но все правда. Если здесь есть кто-то, умеющий ее определять, он подтвердит. А опущены важнейшие нюансы – так что с того? Главное, у королевы создалось устойчивое впечатление, что Яран всех перебил, а некроманта запугал до потери пульса. Хотя на самом деле он всего-то сместил кое-какие акценты.

И королева поверила. Нервно побарабанила кончиками пальцев по краю аккуратного, красного дерева секретера[2]2
  Разновидность мебели, предшественник письменного стола.


[Закрыть]. Затем вздохнула и спросила:

– Какое у вас дело?

– Мне надо знать, где мой воспитанник. И почему вы санкционировали нападение на графа ли'Морана и охоту за его детьми.

Королева удивленно приподняла брови:

– Вам есть дело до этого неудачника?

– Я, кажется, задал вопрос, – в голосе Ярана звякнул металл. – До вашего мнения мне дела нет.

Королева скривилась:

– Ваш воспитанник – сын графа?

– Да.

– Здесь его нет.

– Я знаю. Итак, где он?

– Не знаю.

– Вас убить?

– Я действительно не знаю. И неужели вы готовы так вот просто убить женщину?

– А что тут такого? – Ярана всегда поражали феминистки, которые искренне не понимали, что кроме кучи якобы приятных мужских прав они приобретают и неприятные обязанности. К примеру, получать по морде наравне с мужчинами. – Ничего особенного в том не вижу.

– В мире и так мало красоты…

Яран удивленно распахнул глаза. Она что, и впрямь считает себя неотразимой?

– По-моему, у вас в избытке и красоты, и… всего остального.

Подоплеку фразы королева, отлично знакомая с особенностями своей фигуры, приняла на свой счет однозначно. И голос, которым она задала следующий вопрос, звучал возмущенно:

– Вы хотите сказать, я толстая?

– Нет. Просто слишком маленькая для своего веса.

За спиной Ярана хрюкнула, давясь смехом, воспитанница. Королева позеленела от злости.

– Хам!

– Есть немного, – покладисто согласился Яран.

– И вы думаете, что после такого между нами возможно сотрудничество?

– А куда вы денетесь? – искренне удивился Яран.

Королева посмотрела на него так, что имей ее взгляд магнетические способности, от демона не осталось бы и пепла. К счастью, ни на что подобное королевские взгляды не были годны. Да она и сама это понимала и, вздохнув пару раз и загнав ярость поглубже, очень ровным и спокойным голосом сказала:

– Я действительно ничем не могу вам помочь. Впрочем… пойдемте.

Дверей у кабинета имелось аж три. В одну, самую неприметную, королева и прошествовала, ее сыновья шли следом. Яран секунду подумал, успокаивающе сжал руку воспитанницы и тоже решил не отставать. То, что кто-то может счесть его заминку трусостью, волновало демона в последнюю очередь, но вот испортить репутацию во время переговоров чревато этих самых переговоров неудачей. А вот этого допускать уже не хотелось – чересчур велики издержки.

За дверью обнаружился еще один кабинет, раза этак в четыре больше по размерам и с минимумом обстановки. Никаких шкафов-стульев, единственное бюро[3]3
  Еще один предшественник классического письменного стола.


[Закрыть] черного дерева и огромная, во всю стену, карта, выложенная стеклянной мозаикой. Яран присмотрелся – королевство и прилегающие земли. Самая, пожалуй, качественная и подробная карта из всех, какие он видел.

У Ярана аж восхищение мастерством неведомого мастера прорезалось. В комплексе с сочувствием – это ж какая работа! Столько сил и времени затрачено, по сути, на игрушку. Да, как предмет интерьера вне конкуренции, но по соотношению цена-возможности с обычной, бумажной, рядом не стояла.

А еще в этом помещении было четыре двери и тот самый священник, который и привел Ярана в замок. Он сидел за бюро, перебирая какие-то бумаги. Посмотрел на Ярана с интересом, но без удивления:

– Вы прямо рекордсмен. Так быстро у ее величества переговоры в тупик еще ни с кем не заходили.

– Я пока никакого тупика не вижу, – Яран чуть заметно пожал плечами. – Все же просто. Мне сообщают нужные сведения, а я никого не убиваю.

– Ну… Разве так просят у королевы?

– А я и не прошу, – Яран улыбнулся. – Я обозначаю расклады, только и всего.

– Я бы вам посоветовал…

– Если вы любите давать советы, – резко прервал его Яран, – то полюбите заодно идти туда, где спина раздваивается и называется чуточку иначе.