Читать книгу "Семь чудес и проклятие царя богов"

Глава 34
Моя сестра – монстр

Справившись с приступом гомерического хохота, Касс наконец смог подняться с земли и отряхнулся от налипшей листвы.

– Ох, спасибо, – с чувством произнес он. – Это было потрясающе. Я определенно люблю твою маму, Джек. Даже в такие моменты она умудряется отнестись к жизни с юмором. Моя сестра! Ха!

Выражение на лице мамы оставалось крайне серьезным.

– Касс, мне понадобится твое содействие.

Касс хохотнул.

– Кхм! Вы что, серьезно? В смысле, это же… нет, вы не… э-э, миссис Маккинли, вы меня не знаете, но я могу вас заверить, что у меня нет сестры. Я единственный ребенок.

– А я генетик, – сказала мама. – Когда тебе было четыре года, у твоих родителей родилась девочка. В то время ты уже жил в приемной семье. Как и тебя, ее забрали под опеку штата.

Касс кивнул.

– Я был с Хендерсонами.

– У них тебя звали Малыш-Коротыш, – продолжила мама. – Ты спал в чулане, где стояла стиральная машина. Кроме тебя, в семье было еще четверо детей.

– Об этом можно было и не напоминать, – проворчал Касс.

– Ген 7ЧС передается по наследству, Касс, – сказала мама. – Нет ничего удивительного в том, что он есть и у нее.

– Она правда на тебя похожа, – влезла Эли.

– Она говорит на наизнанском, – добавил я.

Касс схватился за голову.

– Янем етилертсирп!

* * *

Мы шли к горе Оникс в надежде обнаружить повстанцев. Голова у меня раскалывалась, а лодыжки напоминали своим видом пиццу. У меня возникло ощущение, что мы вторглись на какую-то вечеринку у москитов. Я шлепал и шлепал себя по лицу и едва не выбил себе челюсть. Нас сопровождала группа обезьян, с задорными воплями прыгающих по веткам у нас над головами и по очереди роняющих на нас орехи.

– Ай! – дернулся Касс. – Почему они постоянно целятся в меня?

– Тсс! – шикнула Эли. – Мы так не услышим свист мамы Джека.

– Объясни это мартышкам! – возмутился Касс.

Я посмотрел на часы. 4:43.

– Терпение.

– Ага, конечно. Они с Торквином сейчас заняты моей сестрой-монстром, – пробурчал Касс, обсыпанный очередной порцией орехов. – А может, она как раз на деревьях, смешалась с себе подобными.

Вдалеке раздался пронзительный вой, и мы остановились. Звук становился все громче, точно полицейская сирена.

– Сигнал тревоги, – догадалась Эли. – Твоя мама упоминала, что…

Ее прервал грохот выстрела. Обезьяны, завизжав, бросились прочь.

– О-он раздался со стороны лагеря, – с дрожью в голосе произнес Касс.

У меня кровь застыла в жилах. «Если они меня поймают, мне конец, – сказала мама. – Они убьют меня».

Я ринулся в сторону воя.

– Мам!

– Джек, что ты делаешь? – закричала Эли. – Вернись немедленно!

Я проигнорировал ее и продолжал бежать сквозь джунгли. Колючки и ветки безжалостно царапали распухшие от укусов насекомых лодыжки. Солнце начало клониться к горизонту, и под деревьями пролегли глубокие тени. Я услышал, что Касс и Эли, что-то крича, бегут следом за мной.

Новый выстрел. Благодаря ему я понял, что ошибся с направлением, взял слишком сильно к северу. Я выправил курс и тут услышал шорох и треск.

В воздухе разнесся знакомый свист.

Мама.

– Сюда! – заорал я.

Между двумя деревьями появилась тень, и в следующую секунду я узнал мамино лицо. Поначалу мне показалось, будто на ней половина маски, как у Призрака Оперы, но, приблизившись, я разглядел, что вся левая сторона ее лица залита кровью.

– Мам! Что случилось?!

Она показала мне левую руку, обернутую в пропитавшееся кровью полотенце.

– Сейф… оказался с ловушкой, – пояснила она, с трудом переводя дыхание. – Рука застряла… Я вытерла ее о щеку. Лицо в порядке, но с рукой придется понянчиться. Но все будет нормально, Джек.

– Они вас видели? – спросил Касс.

– Не думаю, – ответила мама. – На мне были перчатки, отпечатков быть не должно. Хотя нельзя быть уверенным наверняка.

Только когда Касс и Эли нагнали меня, я наконец заметил за плечом мамы огромный мешок. Она перекинула его вперед и позволила ему с глухим стуком упасть на землю.

– Внутри три стальных ящика, – объяснила она, – с двумя локули и осколками. Каждый закрыт на кодовый электронный замок. С этим придется повозиться позже.

– Ты лучше всех, мам! – восхитился я. – Но я ужасно беспокоился за тебя.

– Не стоит, – ответила она, – у вас, ребята, нет времени, чтобы…

Е-Е-А-А-А-АРРРГХ!

По джунглям разнесся дикий вопль, похожий на рев разъяренного льва. Мы все резко развернулись в ту сторону, откуда он раздался, и услышали совсем иной голос, высокий и гнусавый:

– Фу! Фу, фу, фу-у-у! Гадость какая!

Торквин проломился сквозь кусты и притормозил на поляне. Он морщился от боли, и даже в тусклом свете я мог отчетливо разглядеть полукруглую красную отметину на его правой руке. Он вытянул пострадавшую конечность вперед, явив нам Элоизу.

– Она меня укусила, – пожаловался он.

Касс посмотрел на карманы на мамином ремне.

– У вас там случайно вакцины от бешенства нет?

– Ррррааагх! Тьфу! Когда ты в последний раз мылся, Халк?! – Тут Элоиза заметила маму, затем нас, и ее лицо разгладилось. – Сестра Нэнси? Что происходит?

Мама взяла Элоизу за руку и заставила ее подойти ближе.

– Элоиза, дорогая, познакомься со своим братом.

– У меня нет брата, – возразила она.

– Есть, моя милая, есть, – настаивала мама. – Это Касс.

У Элоизы вытянулось лицо.

– Этот чудик?

Касс помахал ей пальцами.

– Уж извини.

– Меня опять затошнило, – простонала Элоиза.

– Какое трогательное воссоединение, – прокомментировала Эли.

Мама присела перед сестрой Касса на корточки и заглянула ей в глаза.

– Элоиза, Масса забрали тебя из приемной семьи и много что тебе наговорили…

– Они сказали, что меня выбрали вы! – перебила Элоиза. – И что у меня нет мамы и папы.

Мама с грустью кивнула.

– Масса вынуждали нас обеих делать чудовищные, неправильные вещи. Они очень многое скрыли от тебя. Прежде чем они привезли вас сюда, они совершили нечто ужасное по отношению к Институту Караи, к людям, которые первыми поселились на этом острове.

– Но они же повстанцы, они плохие… – Лицо Элоизы вспыхнуло внезапным озарением. – Сестра Нэнси… вы шпион?

– Ты мне веришь, Элоиза? – спросила мама.

– Да! Вы… Вы классная, – ответила Элоиза. – Вы единственная, кто хорошо ко мне относится, но…

– Ты веришь, что я говорю правду? – настаивала мама.

Элоиза молча кивнула.

– Это долгая история, дорогая, – продолжила мама, – и когда-нибудь ты ее обязательно услышишь. Джек – мой сын. Мне пришлось покинуть его тоже. Пожалуйста, останься с ним и твоим братом. Они позаботятся о тебе. В отличие от Масса.

Элоиза застыла на несколько секунд, глядя себе под ноги. Касс подошел к ней. Мне показалось, он думал ее обнять, но в конце концов просто остановился рядом.

Когда Элоиза заговорила, ее голос был едва различим.

– Хорошо, – сказала она. – Я верю вам, сестра Нэнси. Но… я совершила одну большую глупость. – Она покосилась на Торквина. – Когда этот парень пришел за мной, я включила сигнал тревоги.

– Погоди… это ты его включила? – переспросила мама.

– Простите меня! – Можно было подумать, что Элоиза сейчас заплачет.

– Нет, нет, все в порядке, дорогая, – поспешила успокоить ее мама.

Она посмотрела на меня, и я точно знал, о чем она думает. Если тревогу запустила не мама, если внимание массаринов было сфокусировано совсем на другой части лагеря, может, ее так никто и не заметил. Мама улыбнулась.

– Я не могу остаться с вами. Но пообещай, что ты пойдешь со своим братом, хорошо?

– Куда вы, сестра Нэнси? – спросила Элоиза.

– Назад к Масса. Но я буду присматривать за вами из безопасного места, – пообещала мама. – Я очень постараюсь.

Ее слова стали для меня неожиданностью.

– Пойдем с нами, мам!

– Я… Я бы хотела, – призналась мама. – Но Омфалос ничего не забывает и не прощает. Если я уйду с вами, я не проживу долго, Джек. Что же касается Масса… – Она тяжело вздохнула. – Надеюсь, они меня не заподозрили. Иначе мне придется пуститься в бега.

– Нет! – закричал я. У меня пылало лицо. Из-за навернувшихся слез я едва мог рассмотреть маму, словно она уже стала одним из далеких воспоминаний.

Она коснулась моего подбородка забинтованной рукой.

– Ты стал так похож на своего отца.

– Он скучает по тебе, мам, – сказал я. – Очень. Так же, как я. Что, если мы больше никогда не встретимся? Если Масса тебя схватят… или континент поднимется и побережья затопит? Что, если мне исполнится четырнадцать прежде…

Мама крепко обняла меня и зашептала на ухо:

– Я подвела тебя, Джек. Я думала, что смогу найти способ, как вылечить тебя, но у меня не вышло. Теперь твоя очередь. Тебе придется справиться со всем самому. Ты и твои друзья – единственные, кто на это способен. Береги локули.

С этими словами она отпустила меня и побежала назад в джунгли.

Я смотрел, как ее силуэт растворяется в наступающей темноте.

Глава 35
Головорез номер семь

Цифры на моих часах сменились с 6:36 на 6:37.

В джунглях практически стемнело. Мы едва могли различить контуры деревьев. Я опять привязал к голове фонарик. Нас вел Касс, но его скорость неуклонно падала. Сейчас мы стояли неподвижно на полянке в ожидании, когда Эли закончит возиться с камерой на ветке. Эта была пятая по счету.

– Ты не можешь побыстрее? – прошипел Касс.

– Закончила. – Эли спрыгнула на землю. – В следующий раз сам все сделаешь, мистер Дерганый.

– Это я Дерганый? – возмутился Касс. – Мы не на прогулке, Эли! Они сказали, что мы должны управиться до темноты! А теперь – оглянись!

– Касс, солнце еще не село, – вмешался я. – Нам кажется, что уже совсем темно, потому что вокруг джунгли! Эли старается нас обезопасить.

Касс сделал глубокий вдох.

– Да… – Он отвернулся к горе. – Знаю…

– Ты уверен, что мы родственники? – спросила Элоиза.

Мы потащились дальше. Каждый шаг словно добавлял веса и так тяжеленным локули, что висели в мешке у меня за плечом.

– Ребят, мне нужно передохнуть, – не выдержал я.

– Нет! – возразил Касс.

– Да! – хором согласились Элоиза и Эли.

Я остановился и позволил мешку упасть на землю. Элоиза с тяжелым вздохом привалилась к дереву. Я посмотрел назад, ожидая увидеть в темноте шедшего позади нас Торквина, но он так и не показался.

– Торк, у тебя все нормально? – позвал я.

Ко мне подошел Касс.

– Может, он завалил вромаски голыми руками и решает, как его съесть.

– Торквин! – закричал я и, подсвечивая себе фонариком, пошел в том направлении, откуда мы пришли.

– Эй, Торк! – ко мне присоединилась Эли.

Когда мы дошли до поляны, где она перенастраивала последнюю камеру, я замер.

Мой фонарик высветил человеческий холм на краю поляны – Торквин лежал на боку, глаза закрыты, а рот широко распахнут.

– Он спит? – спросила Элоиза.

Я подбежал к нему и опустился на колени. Он дышал. Я схватил его за плечи и попытался встряхнуть.

– Торквин! – позвал я. – Вставай! Мы почти пришли!

– Рад это слышать, – отозвался голос из тьмы.

Элоиза вскрикнула. Я торопливо поднялся и повел пятном света вдоль длинной черной сутаны, пока не увидел бородатое лицо брата Димитриоса.

– Как-то уж очень ярко, – пробормотал он, прикрывая глаза рукой, в которой он держал дубинку. – Вашему бандиту-переростку из Караи явно недостает мозгов. Хотя следует отдать ему должное. Мы никак не ожидали обнаружить его здесь.

– Так нечестно! – возмутилась Элоиза. – Вы сказали им, что у них есть время до темноты! Вы наврали!

У Димитриоса расширились глаза.

– Этот договор был в силе до того, как ты включила тревогу, юная леди. Ах, да, мы все видели. И это так ты отблагодарила нас за все, что мы для тебя сделали? Ты потворствовала этим бандитам в краже двух локули и осколков, после чего думала привести их к повстанцам? Мне жаль, дети, но игра окончена. Больше мы не можем вам доверять.

– Ой, бла-бла-бла, труляля, посмотрите на меня, я такая крутая шишка! – фыркнула Элоиза, скрещивая руки на груди.

– Доверять нам? – переспросил я. – Это вы нам лгали! Вы обвинили нас в краже осколков, хотя отлично знали, что они спрятаны! Вы использовали нас: хотели, чтобы мы привели вас к повстанцам!

– Мне стоит отдать дань уважения вашей сообразительности и нахальству. – Димитриос потер лоб. – Не знаю, как вы раскрыли наш маленький план, еще меньше хочу знать, откуда вы узнали местонахождение осколков. Но я крайне расстроен тем фактом, что вы воспользовались впечатлительностью юной Элоизы, наговорили ей всякой ерунды и тем самым убедили ее сделать за вас всю грязную работу…

– У меня своя голова на плечах, брат Димитриос, – перебила Элоиза. – Оставьте нас в покое.

– Мне были даны четкие указания, принцесса: осколки, локули и Избранные. Немедленно. Номер Первый желает с вами побеседовать. – Брат Димитриос со вздохом перевел взгляд на Торквина. – Клянусь призраком Массарима, она не обрадуется, увидев этого.

Я бросил обеспокоенный взгляд назад в джунгли. Рюкзак с локули и осколками лежал сразу за поляной. Отсюда его не было видно, но обнаружить его труда не составит. Необходимо было каким-либо образом избавиться от этого монаха.

– Простите, брат Ди, – решился я. – У нас нет локули и осколков. И мы не скажем вам, где они. Можете отправляться назад и так и передать Номеру Первому.

– Точно! – Элоиза вызывающе вскинула подбородок.

– Не припомню, чтобы я давал право отказываться. – Брат Димитриос достал из кармана пистолет.

– Он что, собирается пристрелить меня? – спросила Элоиза.

– Только через мой труп, – заявил Касс, вставая перед ней. И тут же вздрогнул. – Ого! Я правда это только что сказал?

Брат Димитриос щелкнул пальцами. Позади него из тьмы вышла целая группа массаринов – Циклоп, Йоргос, Мустафа и еще двое, которых я видел в первый раз.

– Вы знакомы почти со всеми этими джентльменами, – сказал Димитриос. – Позвольте представить вам двоих наиболее подготовленных из нашей службы безопасности, мистера Христоса и мистера Янни.

Христос телосложением напоминал борца сумо, тогда как Янни выглядел так, будто еще совсем недавно входил в русскую олимпийскую сборную по баскетболу. Мустафа размял руки, и синяки, оставленные стеклом мини-вэна, так и заплясали у него на мышцах.

– Вас шестеро? – спросила Эли.

– Вообще-то семеро, – уточнил Димитриос, оглянувшись в поисках пропавшего головореза. – Как локули.

– И Чудес, – добавил Йоргос. – Счастливое число.

Теперь я видел седьмой огромный силуэт позади остальных. Лицо его скрывал капюшон. Против нас был практически настоящий эскадрон.

Нашему плану пришел конец.

Головорезы Димитриоса по одному, точно желая впечатлить нас, встали по обе стороны от своего командира – сначала Мустафа, затем Йоргос и Циклоп, а за ними два новеньких.

– Еще будут возражения, дети? Прекрасно. А теперь – к делу. Нужно доставить мистера Торквина в наш госпиталь. – Димитриос ткнул пальцем в парня в капюшоне. – Ты составишь Джеку компанию, пока он пойдет за локули. Пошевеливайся!

Седьмой массарин вышел вперед. Когда я повернулся к нему, луч от моего фонаря ударил ему прямо по глазам.

Он дернулся, отворачиваясь, но я успел узнать в нем Марко Рамсея.

Глава 36
Дерни меня за палец

Эли подскочила к нему и с размаху влепила ему пощечину.

– Ай! – взвыл Марко.

– Et tu, Марко? – процедила она, крепко сжав зубы.

– Чувиха, я не учил французский, – ответил Марко. – Слушай, никто мне ни слова не сказал, что задумал брат Ди. Я думал, мне просто нужно будет вас найти.

– Это была латынь, – сказала Эли. – Переводится как «И ты?». Юлий Цезарь сказал это своему лучшему другу Бруту сразу после того, как тот вонзил в него нож!

Марко улыбнулся.

– А ты все в своем репертуаре. Опять твои старые фильмы? Надо будет запомнить. Но послушай, Эли, я не…

– Продолжите вашу любовную перепалку в другой раз, – отрезал брат Димитриос. – Марко – воин, а воины обязаны подчиняться приказам.

– Поверить не могу, – выдохнул Касс. – Это так ты теперь понимаешь прозвище «Воин», Марко? А если Димитриос скажет тебе убить нас, ты послушаешься? Схватишь повстанцев и приведешь их к нему на пытки? Сдашь своих друзей? Да?

– Ты нас задерживаешь, Касс, – вздохнул Димитриос. – Никто не собирается причинять повстанцам вред. Мы хотим мирно встретиться. Поговорить. Убедить их, что у нас общие интересы…

– А перед тем, как поговорить, вы посадите их на цепи, как остальных? – Лицо Касса раскраснелось, а на шее вздулись вены. Он подошел и встал прямо перед Марко. – И как тебе, нравится быть воином лжецов и убийц?

– Чувак, полегче, – запротестовал Марко. – Если что, у них есть отличные травяные успокоительные…

– Ты даже говоришь по-дурацки, – перебил Касс. – Что стало с тем обещанием сделать тебя королем? Вместо этого ты нянька! Боксерская груша для младенцев! А что будет, когда с тобой опять случится приступ – или ты до сих пор уверен в собственном бессмертии?

Мустафа шагнул к ним.

– Давай я с ним разберусь.

– Остынь, Муссный Тоффи, – остановил его Марко, после чего повернулся назад к Кассу. – Чувак, у меня уже был приступ. Все думали, мне крышка. Но знаешь, какие у них тут ученые, брат Касс? Они соображают на раз-два. Один из них принес осколки. Хотел собрать ради меня локулус исцеления. У него не вышло, но уже просто от того, что они оказались рядом, мне стало лучше. – Он улыбнулся. – Они спасли меня. И они сделают то же самое для вас. Так что дай брату Ди шанс, чувак!

– А-а-а-а-ау-у-уррргх! – с воплем, который зародился, наверное, где-то в районе солнечного сплетения, Касс бросился на Марко.

Марко в шоке выпучил глаза. Касс взмахнул фонариком, целясь ему в лицо, но Марко легко перехватил его руку.

– Тише, маленький брат, – вымученно усмехнулся Марко.

Касс развернулся, пригнулся и врезал головой ему в живот. Марко попятился, скорее от удивления, чем от боли.

– Держите его! – закричал брат Димитриос.

– Я ТЕБЯ НЕНАВИ-И-И-ИЖУ… – заорал Касс срывающимся голосом. Он превратился в неуправляемую мельницу, молотя во все стороны руками и ногами, точно сумасшедший на рок-концерте. Он зарядил кулаком в глаз брату Йоргосу и лягнул брата Христоса в пах.

Хотя, может, это был брат Янни.

Христос-или-Янни взвыл и согнулся пополам. Но оставшиеся четверо массаринов быстро окружили Касса. Мы с Эли попытались оттащить их от него, но их спины сомкнулись единой непоколебимой стеной. Уже через пару секунд мельтешащих рук Касса не стало. На третью он замолчал.

– Пустите его! – закричала Эли, умудрившаяся кое-как протиснуться между двумя головорезами.

Касс, скорчившись, валялся на земле.

– Ущипнул в нервный узел на шее, – пояснил брат Йоргос. – Очень больно. Оклемается.

– Или я могу окончательно его успокоить, – предложил Мустафа.

Димитриос бросил на него хмурый взгляд.

– Мы не варвары.

– Я бы, наверное, не увернулась, – пробормотала Элоиза, опускаясь на колени рядом с братом.

– Ну знаешь, сестренка, я сам едва-едва. – Марко присел рядом с ней и осторожно поправил вывернутую набок голову Касса. – А это не слишком жестоко, брат Ди?

– Мне жаль, что он напал на нас, – отозвался Димитриос.

Марко посмотрел на него.

– Чувак, ты хоть раз задумывался на тему – слушайте, разве так стоит обращаться с одним из наших будущих боссов? Потому что, вы же в курсе, брат Касс станет далеко не последним человеком в королевстве Его Джекоства.

Он взглянул на меня и показал большой палец.

Я судорожно сглотнул. Он знал о пророчестве!

– Джек… – начала Эли. – О чем он говорит?

– Ты не знаешь? – удивился Марко, усаживая Касса у дерева. – Старина Джеко станет нашим королем – не я, как они думали вначале. Седьмое пророчество объявило победителем Маккинли!

Лицо Элоизы посветлело.

– А корона у него будет?

– Надеюсь, большая и с драгоценными камнями, – откликнулся Марко.

– Так вот почему Димитриос был с нами так любезен. – Эли бросила на меня убийственный взгляд. – И вот зачем они увели Джека прошлым утром…

– Эй, может, ты соизволишь обратить внимание на то, как они обращаются с вашим дружищем Марко? – хмыкнул Марко. – То я герой, то – бам! – превращаюсь в раба. Потому что таков уж стиль Димо: превозноси начальство и плюй на всех остальных. Это я к чему, Ди, леди-боссу очень не понравится, когда она узнает, как ты обращаешься с Джеко Будущим Королем. При новом мировом порядке тебе отведут роль инспектора канализации. Или ловца вромаски.

– У нас нет времени на болтовню, – рявкнул брат Димитриос. – Вы все – поднимайте Торквина и мальчишку, и уходим!

Касс болезненно застонал. Его веки задрожали и открылись. Марко склонился над ним.

– Доброе утро.

Касс плюнул ему прямо в лицо.

– Предатель!

– Эй-ей, обязательно было это делать? – отшатнулся Марко.

Христос нагнулся и схватил Касса за руку.

– Поднимайся.

– Оставьте его в покое! – закричала Элоиза и пнула головореза в голень.

Янни схватил ее сзади за футболку и приподнял.

– Маленький комарик, – усмехнулся он.

С умопомрачительной скоростью Марко выдернул девочку из его руки и аккуратно поставил на землю. После чего повернулся к Янни и ткнул его пальцем в грудь.

– Отвали, пахлавное дыхание.

– Марко… – угрожающе произнес брат Димитриос. – Не забывай, на чьей ты стороне.

– Ах да, извини, Янни, не хотел тебя обидеть, из твоего рта скорее несет мусакой. С ядерным количеством чеснока. Не бери в голову. – Он протянул ему руку. Янни с явной неохотой собрался ее пожать, но Марко сжал ладонь в кулак, оставив вытянутым один указательный палец. – Дерни меня за палец.

Янни с приоткрытым ртом тупо уставился на него.

– Мне что, повторить по-гречески? – спросил Марко. – Дернус пальцусос. Эли? Касс? Димитриос? Христос? Йоргос?

– Гха! – Брат Циклоп раскатисто захохотал. – Обожаю такие шутки!

– Джек? – продолжил Марко. – Et tu?

– Вы все с ума посходили?! Идемте!

Димитриос уже откровенно орал, но его подчиненные не спешили слушаться. Может, Марко и понизили в статусе, но этим головорезам было отлично известно, на что он был способен, и они его боялись.

Я – нет. Марко стоял, протягивая мне палец, а в глазах его искрило сумасшествие. У меня было не то настроение, чтобы забавляться.

– Извини, Марко, – сказал я. – Нет.

Марко выглядел огорченным.

– Нет? Ты знаешь, что это значит, брат Джек? А ты, брат Ди? Ты знаешь, что это значит?

– Номер Первый получит рапорт по каждому из вас, если вы немедленно не займетесь делом! – Димитриос щелкнул пальцами, и пять головорезов обступили Марко.

– Это значит… заслонка отключена. – Марко, не опуская пальца, закружил на месте. – А-а-а-а-а!

– Хватайте его! – крикнул брат Димитриос.

– Мы теряем управление-е-е! – Марко шагнул к Циклопу, высоко подпрыгнул и врезал ему ногой в челюсть. Здоровый мужчина отлетел назад и рухнул на землю.

Димитриос направил в лицо Марко пистолет.

– Нет! – вскрикнула Эли.

Марко пригнулся, точно игрок в американский футбол.

– Брат Ди, сколько времени я мечтал это сделать.

Димитриос нажал на курок. Пуля пронеслась мимо Марко, а он, головой вперед, врезался в монаха, отбросив того к дереву. Всхлипнув, Димитриос потерял сознание и растянулся на земле.

Марко вскочил на ноги. Оставшиеся массарины уже бежали к нему.

– Не стой столбом, Джек! – закричал Марко. – Будь королем!