Читать книгу "Гражданка Иванова, вас ожидает дракон"

Глава 17, в которой Вася собралась в город, а эльф получил сомнительное удовольствие

Вася бросила считать бутылки, не дождавшись обеда. Работать без настроения, все равно что ловить рыбу удочкой без крючка. Только время тратить.

Василиса нашла нэн Хосефину в одной из гардеробных. Она сидела на кушетке, безвольно свесив руки. Туфли на низком каблуке валялись тут же.

– Устала, – пожаловалась она подопечной. – Слишком много гостей и у всех свои капризы.

Вася умостилась рядом, и нэн неожиданно положила голову на ее плечо. Василиса в ответ робко приобняла женщину. Так и сидели, прислушиваясь к шорохам в доме. В соседней комнате громко тикали часы, где-то хлопнула дверь, кто-то из слуг прошаркал мимо их двери.

– Гвирд, – произнесла нэн.

– Кто? – не поняла Василиса. Она скользила взглядом по резьбе на деревянных панелях. Здесь лютики походили на близнецов, не отличались ни количеством листочков на тонком стебле, ни поворотом головки. Шли чередой как солдатики игрушечной армии.

– Гвирд – слуга Индиса. Ему бы на покой, а он не хочет. Говорит, умрет без работы. И эльфу предан, хотя тот совсем не считается с его старостью.

– Их Высочество мало с чем считается, – вставила свое Василиса. – При мне за меня деньги милорду предлагает.

– А ты не хочешь?

– Какая девушка хочет быть проданной? Продали один раз и хватит. Нечего из рук в руки передавать.

– Тебе наш лорд нравится?

– Среди остальных он самый… нормальный. Хотя нет. После того, что выкинул сегодня, я больше нормальности вижу в Аравай-абе.

Нэн подняла голову и внимательно посмотрела на Василису.

– Ну… – Вася поняла, что от нее ждут пояснений. Сказала А, надо говорить Б. – Он меня поцеловал. Там, в подвале.

– Поцелуй был так хорош, что ты не смогла больше работать? Поэтому ты здесь?

– Я не смогла работать, потому что поцелуй не был хорош. Лорд просто заткнул мне рот. Мог бы сделать руками, но отчего-то предпочел применить губы. А еще ледяным голосом сообщил, что это был эксперимент, и он оказался неудачным. Вот и думай теперь, то ли герцог целоваться не умеет, то ли в том моя вина. Стиснула зубы, попробуй пробейся.

– А ты умеешь?

Вася задумалась. Она целовалась и не раз. Первый был в пятнадцать лет. Ее поймал у гаражей соседский парень. Захватил рот как-то торопливо, неумело, мокро. Для нее тот поцелуй стал мерилом плохого. На единицу из десяти. Влад целовался на восьмерку. Одноклассник на выпускном вечере потянул на шесть.

Вася вздохнула.

– Нет в мире совершенства. И я не умею, и лорд Ракон целуется на хилую четверку из десяти.

Нэн поискала ногой башмак. Для нее казалось странным не то, что милорд, у которого за спиной не один десяток женщин, целуется на «хилую четверку», а то, что он вообще целуется со служанкой.

«Дело нечисто».

И ведь вроде никогда не проявлял интереса к ее подчиненным. Индис, вот, может. Скольких служанок она уволила, после того, как застукала в неприличной позе или выходящими поутру из спальни Их Высочества! Был даже случай с беременностью, наделавшей много шума. И чем дело закончилось? Приехала бабушка эльфа, поговорила с заупрямившейся девицей, и та к утру сбежала с конюхом – истинным отцом ребенка. Ушлой служанке нужны были деньги и ничего более. Потрясенный эльф еще с месяц шарахался от любой женщины, а потом вновь пустился во все тяжкие. Но Индис, хоть и выторговывает Гражданку у милорда, все же не лезет к ней с фривольными разговорами и поцелуями, а герцог-то чего? К чему эти потуги, когда в доме полно невест – не чета Василисе?

– Знаешь, что, милая? – когда Вася вскинула на нэн глаза, та ласково улыбнулась. – Сходи-ка на ярмарку, купи кое-что по хозяйству – я список дам. И мне поможешь, и сама разомнешься. Засиделась ты в замке.

– А на улице я могу снять чепец?

Хосефина озадаченно нахмурилась.

– Так вроде Его Сиятельство приказывали только в замке в нем ходить?

– Так и я о том же, – просияла Василиса. Ее ждал остров со всеми его чудесами. – А до ярмарки далеко?

– Пешком дойдешь, не заблудишься. Милорд озаботился, чтобы у всех приезжающих на остров была на руках карта, где все-все подробно указано. Я дам тебе такую.

– Мне в этом платье идти? – Вася растопырила юбку.

– Раз уж разрешила без чепца, то и форменное платье можно сменить на что-нибудь менее строгое. Вон шкаф, выбирай.

Вася распахнула дверцы пузатого гардероба.

– Откуда такое богатство?

– Что-то гости оставили за ненадобностью, что-то покупалось для вечеринок, устраиваемых милордом…

– Вечеринок? Вы сказали, вечеринок? – глаза у Васи загорелись.

– У нас не только случаются вечеринки, но и балы. Когда господа хотят повеселиться, герцог объявляет тему ночи развлечений, и тогда все, включая слуг, должны явиться в соответствующих нарядах. В последний раз разыгрывался спектакль о любви пастушки и короля. Наши слуги изображали крестьян, оттого шкаф и набит цветными юбками и рубашками. Выбирай, что по душе. Ткани добротные, пошито не на скорую руку. Милорд не любит, чтобы было кое как, даже если пригодится всего на раз.

***

В кошеле, привязанном к поясу фартука, позвякивали монеты. Нэн расщедрилась и дала не только на хозяйские мелочи, но и на то, чего душа Василисы пожелает.

– Не скупись, купи себе какую безделицу. Хоть сладость, хоть гребешок и шпильки, – напутствовала подопечную нэн. – Раз обед ждать не пожелала, то перекуси в городе. В дорогое заведение тебя, разодетую как крестьянка, не пустят, а вот в трактир заглянуть можешь. У нас плохих нет, милорд за этим жестко следит.

– А приставать не будут?

– Могут, но без нахальства. Взгляни строго, скажи твердое нет, вмиг отлипнут. Да и не в ночь тебя отправляю, днем искатели приключений по трактирам не ходят, все больше семейные пары с детьми.

Василиса кинула последний взгляд в зеркало: небесно-голубое платье и розовый фартук и вправду делали ее похожей на крестьянку, выращенную на парном молоке и свежем воздухе. Румянец на щеках и светящиеся в предвкушении глаза заставили улыбнуться. Волнений в последнее время выпало немало, но вот приятное, можно сказать, впервые. Вася повытаскивала из волос шпильки, тряхнула головой. Поймала в отражении улыбку нэн и в порыве радости обняла экономку. Та ответила – похлопала ласково по спине.

– Ну, я пошла?

– Иди, милая. Возвращайся до темна.

– Я мигом!

Нэн хмыкнула, прекрасно понимая, что быстро из города не возвращаются.

– Не торопись сразу все увидеть. Остров большой, чудес на годы хватит.

***

– Вы сейчас куда? – гоблин бросил на стол золотой драк.

– Я на бега ящеров, – герцог вытирал руки специально для него принесенным полотенцем. Протянувшая его служанка обменивалась лукавыми взглядами с эльфом.

– Поэтому ты не пил? – Аравай-аба повел плечами, разминая шею и спину.

– Да, пробный забег уже пропустил. Без подготовки придется соревноваться. Придешь посмотреть? Победителю выпадет особый приз.

– Нет, у меня назначена встреча с демонами.

Фольк понимающе кивнул. Любитель путешествовать, Аравай-аба частенько привозил новинки из тех миров, где бывал. «Торговец идеями» – так его называли демоны, охотно перенимающие опыт иных цивилизаций и заставляющие работать на магических кристаллах те же постирушницы и плошкомойки.

– Если у них получится, то мы твою проблему с невестой вмиг разрулим.

– О чем речь? – эльф не спускал глаз с подавальщицы – той самой, с пышной грудью.

– Видеонаблюдение.

– М-м-м… – не поняв, о чем речь, Индис быстро поскучнел. – Вы идите, а я здесь останусь. Есть одно дельце.

На щеках служанки вспыхнул яркий румянец. Она стыдливо опустила ресницы.

– Не забудь амулет предохранения задействовать, – шепнул ему на ухо гоблин, но эльф лишь отмахнулся. Его ли учить амурным делам?

– Уже забыл о нимфе? – Фольк вопросительно изогнул бровь.

– Одно другому не мешает, – обернулся широко улыбающийся эльф и поспешил за служанкой, направляющейся в подсобные помещения. Подол ее юбки прыгал из стороны в сторону, настолько выразительно она виляла бедрами. Мужская половина зала застыла, так и не донеся ложки до рта. – Тем более здесь обойдется гораздо дешевле. Пары драков хватит.

– Кобель.

***

Палома выгнула спину, подставляя под мягкие губы эльфа выпростанную из-под рубашки грудь. Она знала силу своего воздействия на мужчину, не догадывающегося, что перед ним одна и та же херессита. С ней он впервые познал действие черной свечи, и теперь, где бы Палома ни появилась, всегда добивалась своего – Индис шел за ней словно щенок на веревочке.

– Раздвинь ноги.

Сидящая на столе, она поспешно подобрала подол, чтобы юбки не мешались. Застонала, когда ее лоно наполнилось. Грудь ходила ходуном от каждого толчка, что еще больше распаляло эльфа.

– У нашего герцога появилась невеста? – произнесла она задыхающимся голосом.

– Угу.

– И что за проблемы с ней?

– С ними. Проблемы с ними. Их три-и-и-и… – завершающий толчок и эльф закрыл глаза. В последнее время женщины, какую бы он ни взял в городе (в замке за его шалостями строго следила нэн Хосефина и пресекала малейшие поползновения), все как одна доставляли ему небывалое удовольствие.

Эльф, оправляя одежду, чмокнул служанку в нос. Сунул монету в пять драков между полушариями тяжелой груди.

– Запомни, милая, женщин много не бывает, – он одарил служанку самой очаровательной из своих улыбок, – чего не скажешь о невестах. Если их больше одной, это уже проблема.

***

Палома стянула завязки рубашки, одернула юбку и, дождавшись, когда эльф покинет трактир, шмыгнула за дверь, ведущую во внутренний двор. Там на скамейке в тени забора ее ждал господин Дэ.

– Ну? – спросил он, лениво покусывая соломинку. Начищенные до блеска сапоги, перчатки из тонкой кожи, пуговицы на куртке в виде драконьей головы – все кричало о показной роскоши, хотя Палома знала, насколько гнилое нутро у ее хозяина.

– Они говорили о каком-то наблюдении. Вроде как за невестой герцога. А эльф выдал, что невест у герцога три. Вот и разберись тут, за кем вздумали вести слежку.

– Ничего, разберемся, – господин Дэ выплюнул соломинку. Порывшись в кармане, протянул доносчице мелкую монету.

– И все? – девушка не смогла скрыть разочарования.

– Так и сведения не на драк, – поднявшись, не поворачивая головы в сторону Паломы, вертящей в руках монету, господин Дэ как будто между прочим поинтересовался: – А о помощнице экономки герцог ничего не говорил?

– О нимфе? – девушка сморщила носик. – Так вроде господам нет дела до слуг. Одни смешки да подколки.

– А разве ты сама не почувствовала их интерес между ног?

– Думаете, и герцог со служанками спит? Зачем ему? У него все больше оперные дивы в чести, – херессита кивнула на яркую вывеску, украшающую пирс. Та была настолько велика, что даже отсюда, из-за забора, можно было различить воззвание к прибывающим на остров гостям: «Гастроли очаровательной Фелиции. Услада слуха и зрения. Только три концерта!»

Хозяин ушел, а Палома так и осталась сидеть на скамье. Не было ни сил, ни желания возвращаться в «Затейницу». Там она впервые встретила господина Дэ – так он представился херу Шерди, когда среди десятка херессит выбрал именно ее. Любитель жестокости в постели, он задабривал Палому дорогими подарками. Она терпела. Было ради чего: любая херессита мечтает заиметь покровителя. Но подарки кончились в тот день, когда она впервые зажгла черную свечу, с помощью которой привязала к себе эльфийского принца. Дэ обещал, что магия похоти действует лишь пока горит свеча, но ни словом не обмолвился о том, как магия действует на женщину – она становится одержимой. Готовой на все, лишь бы вновь зажечь свечу и улететь в мир грез, где любое насилие кажется верхом любви. В тот день в «Затейницу» магия заманила не только Индиса Аль-леля. Бордель переполнился похотливыми мужчинами. Хер Шерди потирал руки.

Но свеча истлела, вчерашние самцы пришли в себя и стыдливо поспешили за своими негодующими женами. Некоторых мужей вытаскивали из постели тепленькими, не понимающими, как они, всегда верные, вдруг опустились до такого.

Если бы не вторая свеча, хер Шерди никогда не связал бы два события воедино: приход в «Затейницу» эльфийского принца, которого и в первый раз здесь было видеть удивительно, и новый наплыв жаждущих секса, почти обезумевших от желания мужчин.

– Что это? – Шерди поднес к носу оплывший огарок.

Палома еще только приходила в себя после визита лорда Аль-леля – неугомонного и страстного затейника, вусмерть заездившего хересситу, поэтому не нашлась, что сказать, а потому ответила прямо:

– Магия, на которую клюют мужчины.

– Где взяла?

– Господин Дэ принес.

Вечером в главной зале, где собирались хересситы, и куда приходили клиенты, горела новая черная свеча. С тех пор бордель работал в полную силу, правда, хер Шерди появлялся в курируемом заведении лишь тогда, когда тухла свеча, и магия похоти развеивалась.

Девочки рассказывали, что в ночь второго визита Индиса Аль-леля хер Шерди, не ушедший вовремя домой, тоже знатно повеселился. Повторения подобного казуса он не желал, поскольку не хотел расстраивать супругу, а потому тщательно избегал рокового часа.

Глава 18. Новое знакомство

– Ярмарка, ярмарка, ярмарка…

Дующий с гор ветер будто сорвался. Кидал в лицо волосы, вырывал из рук карту острова -то раздувал ее парашютом, то складывал пополам, и Вася никак не могла понять, в какую сторону идти. В глазах уже рябило от кривых улочек парка развлечений и выстроившихся будто по линейке «развлекательных» заведений иного толка – казино и борделей. Несмотря на шалости ветра, внимание привлекли жирно очерченная линия берега, которую повторяла портовая улица, и расположенная чуть дальше, в морских водах, красная точка межмирового портала. Василиса постаралась запомнить ее координаты как можно лучше, ведь могло так случиться, что в день побега в ее руках не окажется карты, а расспрашивать, как пройти к порталу – все равно что выдать себя с головой.

– Я могу вам помочь?

Василиса вздрогнула, не ожидая, что рядом с ней кто-то окажется. Еще несколько минут назад на горизонте не было ни единой живой души. Вокруг лишь скалы и заставивший остановиться перекресток, где нет даже намека, по какому из трех путей следует идти. Видимо, жителям замка не требовалось никаких указателей.

– Простите, но ветер донес, вам нужна ярмарка?

Василиса ладонью прикрыла глаза от слепящих лучей солнца и только тогда смогла рассмотреть незнакомца, сидящего на коне. Оттого было еще удивительнее, что она совсем не слышала топота копыт. Проклятый ветер!

– Да. Он не только разносит мои слова, но еще и пытается вырвать карту из рук.

Вася вежливо улыбнулась мужчине. Молодому, темноволосому, одетому совсем не по-крестьянски. Полы добротно пошитого, небрежно распахнутого сюртука раздувались под порывами ветра. Высокие сапоги благородно блестели дорогой кожей. Да и по стати лошади можно было понять, что она вовсе не из простых пород. На такой лишь красоваться.

– А я благодарен ему за нашу встречу. Разве не истинный долг мужчины помочь растерявшейся женщине? Если вы не против, я вас провожу до ярмарки.

Василиса уже ругала себя за излишнюю словоохотливость. Достаточно было просто попросить, чтобы незнакомец ткнул пальцем в нужную сторону, а теперь придется подбирать выражения, чтобы не обидеть отказом, ведь ей совсем не нужен провожатый! Она не для того вырвалась на свободу, чтобы тут же попасть под опеку неизвестно к кому.

– Разрешите представиться, – незнакомец почувствовал ее смятение, – лорд Солеро.

Он ловко спрыгнул с седла и сделал шаг в сторону Василисы. Та, заслышав, что «крестьянку» собирается провожать целый лорд, быстро присела в приветственном поклоне, запоздало опустив глаза.

«Не слишком ли много симпатичных лордов на один остров?», – Вася чувствовала раздражение, поскольку не знала, как назваться в ответ. Гражданкой? Настоящим именем? Теперь Василиса жалела, что не надела чепец, так как видела, с каким интересом Солеро рассматривает ее лицо и волосы, в которые она от нечего делать воткнула несколько цветков жасмина, растущего вдоль дороги.

Лорд улыбался, давая ей возможность прийти в себя, но в то же время всей своей позой показывая, что намерен дождаться ответа.

– Нэнни Иванова.

– О! Мне посчастливилось увидеться с той самой нимфой, которую взял под опеку Их Светлость? – улыбка сделалась игривой.

– Я нэнни. Это слово должно стать для вас определяющим, – лицо Василисы пылало. О ее существовании знали за пределами замка! Уж не потому ли лорд Ракон приказал не снимать колпак, а она, дура, выперлась из дома «без защиты».

– Могу предложить подвезти вас на лошади. Так будет быстрее.

– Вот уж совсем ни к чему! – Вася кое-как сложила карту, сунула ее в корзинку и свернула на первую попавшуюся дорогу, лишь бы поскорее уйти от посмеивающегося за ее спиной незнакомца. – Нам, слугам, не впервой топать на своих двоих.

– Если вы пойдете этим путем, то попадете в порт! – предостерег лорд. – Вам разве туда надо?

Вася скрипнула зубами и решительно пересекла поросшую травой обочину.

– Ох! Я не думаю, что ваша цель улица Блуда или Торги.

Василиса стиснула пальцы в кулак и уже под громкий смех незнакомца перебралась на третий путь. Она почти бежала, а в корзине под порывами ветра трепетала уголками наспех сложенная карта.

Стоило выйти на открытое пространство, как ветер поменял направление, туго ударил в лицо, и без того беспокойная карта вдруг раздулась и рванула на волю. Василиса от неожиданности ахнула, но лишь беспомощно посмотрела на уносящуюся ввысь бумажную «птицу».

– И все же я провожу. Я чувствую за вас ответственность. Впереди еще несколько развилок, и без карты вы точно заблудитесь.

Вася шла молча, благо, что дорога вела вниз, поэтому идти было легко. Навязавшийся в спутники лорд не отставал. Он не лез с разговорами, просто находился рядом, ведя послушного коня за поводья.

Через полчаса Василиса смирилась с существованием провожатого, тем более что осознала его правоту. Дорога не раз раздваивалась и уводила то куда-то в изумрудные поля, то к мосткам через многочисленные ручьи, а то и вовсе делала петлю и поднималась к серым скалам, меж острых выступов которых клубился туман

– Та часть острова еще не обжита, – нарушил молчание Солеро, заметив, куда смотрит его подопечная. – Каменистая почва и полузатопленные скалы вместо берега привлекают только птиц, но лорд Ракон и там что-нибудь устроит. Я даже не сомневаюсь. Иначе зачем тратить средства на путь, ведущий в никуда? – он повторил росчерком хлыста извилистую, но на совесть обустроенную дорогу. – Верно? Наш Фольк обладает редким даром: все, к чему он прикасается, начинает приносить деньги.

Вася вздохнула, вспомнив поцелуй.

«Ко мне он тоже прикасался, и я сильно сомневаюсь, что способна кого-либо обогатить», – подумала она. Заметив легко брошенное «наш Фольк», Василиса решилась задать вопрос:

– Вы хорошо знаете герцога?

Нет нужды строить из себя буку. Ей сделали одолжение, предложив помощь.

– Иногда кажется, что я совсем его не знаю, – Солеро грустно улыбнулся. – И предположить не мог, что он приблизит к себе нимфу.

– Я не… приближена к нему, – Вася вовремя одумалась признаваться, что она человек. Зачем открывать то, во что посвящены единицы? – Я всего лишь помощница экономки.

– А ваши слуги говорят об ином. Кто-то даже видел, как Фольк выходил из вашей комнаты.

Вася задержала дыхание, осознав, что и сама была тому свидетелем, только списала все на сон.

– Пусть так, – Василиса отвернулась, пряча лицо от пытливого взгляда. Зачем распинаться перед незнакомцем? Ведь она уже обозначила свою порядочность, представившись нэнни? – Хотите верить слугам – ваше дело! Да, лорд Ракон купил меня на Торгах, но как вы сами недавно заметили, герцог ничего не делает просто так. «Все, к чему он прикасается, начинает приносить деньги». Считайте меня его новым проектом.

– А как же его невесты?

– Разве нимфа женитьбе помеха?

– Думаю, такая как вы, да.

– Какая такая? – Вася вовсе не нарывалась на комплимент. Она даже осеклась, почувствовав в своем голосе необоснованную агрессию.

– Нимфы красивы, поэтому об этой части достоинств я распинаться не буду. Но… – тут лорд сделал паузу и пытливо посмотрел на Васю. – Скажите, вы когда-нибудь слышали, как разговаривают другие нимфы с людьми?

– Как-то не довелось встретиться здесь с сородичами, – Василиса осторожно подбирала слова. Ее страшило, что беседа может увести туда, где она покажет свою неосведомленность, и обман раскроется.

– Они никогда не повышают голос, их поза выражает покорность, глаза опущены, а речь звучит как песня, но с совсем простыми словами. И в этой мелодии нет места таким словосочетаниям, как «Я его проект» или «Это должно стать определяющим».

– Я начитанная нимфа.

– Тот, кто вам дал карту, или никогда не встречался с нимфами, или знает, что вы вовсе не нимфа. Они безграмотны от природы. В Нимфее нет письменности. Они живут чувствами и все, что нимфы умеют, передается им по наследству. Они сама природа. Красивы, сексуальны, покорны. В вас же сидит дух противоречия.

– Да, – Вася почувствовала, что ее загнали в угол, поэтому не видела смысла сопротивляться, – вы правы, я не нимфа. Я с Земли.

– О, землянка! То-то, подойдя к вам ближе, я почувствовал необъяснимое притяжение, которое однажды уже испытывал!

– Вы встречались с землянками?! – Василиса перехватила корзину в другую руку. – Где? Они есть на острове? Или вы сами были на Земле?

– Нет, я встречал одну из ваших у демонов. Весьма колоритная особа, – лорд Солеро отвлек внимание, показав Васе хлыстом на огромные врата – вход в город.

Ярмарка оказалась в глубине одно– и двухэтажных деревянных домов, через которые вела сеть запутанных улиц. Как Василиса поняла, здесь жили все те, кто обслуживал гостей острова.

Торговая площадь встретила гомоном голосов, криками зазывал, запахом готовящейся здесь же еды, толкотней снующих под ногами мальчишек.

– Тетенька, я провожу куда скажете! – подлетел один из них, на вид лет восьми. Он быстро пригладил свои вихры и вытер рукавом нос – наверняка чтобы понравиться клиентке.

– Нэнни со мной.

Вася оглянулась. Она думала, что лорд Солеро оставил ее, но нет: провожатый отлучился лишь для того, чтобы пристроить лошадь, поскольку теперь каурка не маячила за его спиной.

Раздосадованный паренек тут же растворился в толпе, а лорд Солеро, вытащив из пальцев Васи список поручений Хосефины, бегло взглянул в него и, подхватив под локоть, уверенно направился в сторону лавок и небольших магазинчиков, полукольцом опоясывающих площадь. С другой стороны ярмарки расположились балаганы и шатры странствующих актеров – оттуда высокий мужской голос призывал посмотреть на бой гоблинки и орчанки. Василиса хоть и не любила мордобой, без провожатого обязательно туда сунулась бы, но только лишь затем, чтобы увидеть, как выглядит подданная Аравай-абы. Принц гоблинов произвел на нее сильное впечатление.

– Сначала дело, развлечения потом, – Солеро мягко улыбнулся и потряс в воздухе списком нэн.

Первым пунктом значились разноцветные нитки и канва. Как объяснила нэн Хосефина, каждая экономка должна уметь вышивать символ рода Хариим. Мало ли, вдруг в замке не окажется мастерицы, и белье герцога останется без вечного лютика. Что, конечно же, недопустимо.

– Надеюсь, меня не заставят вышивать единорогов? С цветочками я худо-бедно справлюсь.

Изобилие принадлежностей и палитра цветов нитей в лавке «Все для рукоделия» поразили, но не воодушевили. Василиса редко заглядывала на Земле в подобные магазины, полагая, что домашнее творчество служит развлечением для старушек и домохозяек, поскольку в мире техники с какой угодно вышивкой справляются машины – вложи в ее память требуемый узор, и она обработает метры ткани. Зачем убивать драгоценное время?

– Да? Вы так думаете? – в ответ на ее высказывание лорд Солеро протянул расшитую цветами женскую шляпку. – Разве подобное чудо способны создать машины? Примерьте!

– Вот уж! – попробовала отказаться Василиса, но сдалась, увидев, как блестят капельки росы на лепестках совсем как настоящих ромашек. Искусная вышивка завораживала.

Солеро развернул подопечную к зеркалу.

– Боже! – воскликнула Вася, не ожидая увидеть изменения, которые в один миг сотворила с ней соломенная шляпка. На нее смотрела девушка с россыпью милых веснушек на лице. Даже глаза поменяли цвет – сделались из карих небесно-голубыми.

– Смотрите, как красиво, – лорд пропустил через пальцы пряди посветлевших до пепельного цвета волос. – Ваши машины такое умеют?

– Примерьте и вот эту шляпку, – хозяйка рая для вышивальщиц протянула берет, украшенный розой. Черный бархат переливался и манил, и Вася не смогла себе отказать и не примерить еще одно рукотворное чудо.

– Вам идет цвет волос воронового крыла, – Солеро склонил голову набок. – В таком образе вас просто не узнать.

Леди. Василиса видела отражение настоящей леди. Вроде все та же она, но все-таки другая. С мерцающим взором, четко очерченной линией скул, совершенной шеей. Алые губы выделялись ярким пятном на алебастровой безупречной коже.

– И сколько такая шляпка стоит? – Василиса едва слышала себя, так возбужденно грохотало сердце.

– Тысячу драков, – с улыбкой произнесла хозяйка лавки, глядя не на Василису, а на сопровождающего ее господина.

«Половину нимфы», – цена и выразительный взгляд лавочницы, делающий из Васи содержанку, отрезвили и заставили стащить с головы берет.

– Дайте, пожалуйста, все по списку, – Василиса отошла к полке с мотками ниток. Разочарованная неудачей, лавочница быстро собрала в бумажный пакет требуемое и, поджав губы, отсчитала протянутые монеты.

Настроение у Васи было испорчено.