Читать книгу "Фаворитка"

Глава 13

 
Все меняется в мире подлунном,
Все проходит: и радость, и боль.
Жизнь летит в этом ритме безумном,
В ней у каждого – главная роль.
В ней рождается кто-то богатым,
А кому-то дом – рабский барак,
Кто-то в армии служит солдатом,
Кто-то вор в ней, а кто-то простак.
Кто-то носит златую корону,
Ну а кто-то – обычный слуга,
Чей-то путь ведет к царству и трону,
Ну а чей-то – к другим берегам.
Кто-то жизнью пожертвовать может,
Ради счастья того, кем любим,
А есть те, кто все в мире положит,
Чтобы жизнь не растратить самим.
Кто-то любит безумно и дерзко,
Отдавая любимым себя,
Ну а кто-то бросает все резко,
Лишь себя откровенно любя.
Мир непрост, но безумно прекрасен,
Каждый миг в нем – и дар, и совет.
Но случайностям он неподвластен.
Ничего в нем случайного нет!
 

Темная зимняя ночь мягко опустилась на засыпанный снегом Эргон, погружая его в мягкую сказочную тишину. Улицы опустели, в домах зажглись огоньки, а в многочисленных тавернах начали разливать традиционное молодое вино. Все готовились к встрече любимого праздника, который знаменовал окончание круга и начало следующего.

По преданию, именно в ночь смены годового круга главенство над миром Аргаллы переходило от одного из двенадцати Светлых Богов к другому. Поэтому, чтобы задобрить будущего покровителя, люди старались встречать его со всеми почестями. Накрывали столы, готовили самые вкусные кушанья, надевали новые наряды и загадывали желания.

Когда-то в детстве Литар очень любил чудесный новогодний праздник, а потом, повзрослев, просто перестал обращать на него внимание. Но последнюю ночь этого года он ждал так, как ни одну в своей жизни. И она была уже совсем близко. Завтра в императорском дворце Себейтира, столицы Сайлирии, должен состояться большой новогодний бал. Именно завтра истекут те два месяца, в течение которых Лит обещал не искать встреч с Ори.

Казалось бы, что такое два месяца? Сущая мелочь, в масштабах целой жизни. Но они дались Литару невероятно сложно. Правда, трудности начались даже не с его немощного состояния – с этим Лит справился довольно быстро. Вопреки ожиданиям лекарей, на полное восстановление у него ушло всего чуть больше недели. Но стоило принцу подняться на ноги, как закрутился целый водоворот событий.

Вернувшись к делам своего департамента, Лит сразу же потребовал материалы по расследованию нападения на дворец и даже не удивился тому факту, что организатором сего мероприятия оказался его старый знакомый Арман Савари.

Конечно, у графа были единомышленники из высшей аристократии, но те, скорее, являлись его помощниками, чем полноценными союзниками. Этакими простыми пешками в хитрой игре мерзавца. И тем не менее кронпринц легкой рукой и без зазрения совести отправил высоких лордов на пожизненную каторгу, а все их немалое имущество конфисковал в пользу короны. И ладно, здесь Эмбрис действовал согласно законам страны. Но то, что он сделал с самим Арманом, даже Литу показалось слишком жестоким.

На самом деле в документах дела значилось, что Савари находится под стражей, но по непонятным причинам не указывалось, где именно того держат. Не знал этого даже капитан Мартин. Загадочный пленник будто просто испарился, что само по себе казалось Литару странным. И тогда он отправился за разъяснениями к Брису.

Но кронпринц не собирался ничего скрывать от брата и даже изъявил желание проводить Сокола в камеру арестанта, которая, как оказалось, располагалась на самом нижнем ярусе дворцового подземелья. Так глубоко, что там даже дышать было сложно.

Увы, поговорить с преступником Литару не удалось, потому что тот уже благополучно простился с жизнью. Увидев тело пленника, возле которого смело суетились крысы, Эмбрис равнодушно пожал плечами и спокойно сказал, что, вероятно, просто забыл отдать приказ приносить бедолаге воду и еду.

И пусть Брис не говорил прямо, но Лит прекрасно понимал, что именно это и есть та казнь, которую он назначил Савари. Все же талант изощренно мстить наследник престола совершенно точно унаследовал от царственной матери.

Дело с заговорщиками наконец было закрыто. Но не успел Сокол перевести дух, как снова грянули сюрпризы. И следующий пришел, откуда его совсем не ждали.

Тихим, спокойным вечером двадцатого дня месяца голых лесов ее величество Эриол Карильская-Мадели подписала официальное отречение от престола.

Эта новость стала для Литара поистине шокирующей. Он, честно говоря, полагал, что мать до последнего дня своей жизни будет править королевством. Лит даже мысли не допускал, что она может вот так просто взять и отказаться от трона.

Собрав всю семью и близких друзей, Эриол сообщила, что просто устала. Она правила больше сорока пяти лет и теперь решила, что ее наследник сможет справиться и сам. Теперь, после официального отказа от титула, она стала просто графиней Эриол Карильской-Мадели, супругой графа Мардарского. Кай же даже не пытался скрыть, как рад такому решению жены, и официально объявил детям, что на ближайший месяц увозит их мать подальше от дворца. Отдыхать.

Брис же шокированным не выглядел. Литару вообще показалось, что старший брат прекрасно знал о планах матери. Возможно, именно поэтому не так давно она позволила им с Терри покинуть столицу на целых две недели. Все же впереди их ожидали далеко не легкие времена, к которым было необходимо подготовиться морально.

Эмбриса короновали в первый день месяца белого снега. Церемония оказалась пышной, шикарной и очень яркой. На ней собралось столько гостей, сколько не видел и древний Белый Дворец карильских королей. Вопреки традициям, Эриол сама надела корону на голову сына – и первая склонилась перед ним как перед новым полноправным правителем Карильского Королевства. Тем самым она признавала его достойным перед сотнями свидетелей и давала материнское благословение.

А позже, в тишине королевского кабинета, в тесном кругу семьи Литар с позволения нового короля подписал официальный отказ от притязаний на трон и от собственного титула принца. Теперь, когда власть в стране принадлежала брату, у которого имелись прямые наследники, Лит и Дамьен автоматически отходили на второй план. То есть, если бы сейчас с Брисом что-то случилось, корону бы принял Эркрит. Но тем не менее оба младших сына Эриол шли за ним в очереди наследования, а значит, должны были следовать определенным, сложившимся веками законам. Именно поэтому Литар и просил у Эмбриса позволения отказаться от сего бремени.

Но он почти ничего не потерял. Ведь дети королевы с рождения получали еще и множество различных титулов, земель и прочих привилегий, и даже перестав быть принцем, Лит остался герцогом. В его владение перешло крупное герцогство Дриар, расположенное на границе с Гаусом, у подножия северных гор. Ну и, естественно, при нем осталась должность в департаменте правопорядка.

Конечно, с восшествием на трон Эмбриса в политике королевства произошли изменения. Нет, существенно менять выстроенную матерью структуру новый король не стал. Но вот в некоторых министерствах провел тотальные чистки. Правда, в вотчину Литара благоразумно решил не лезть, поручив тому самостоятельно заняться наведением порядка в рядах стражников, несущих службу в отдаленных от столицы поселениях.

Сокол и сам давно собирался этим заняться, но все руки не доходили. И вот теперь пришлось подключать доверенных сотрудников и начинать проведение проверок. Времени на чистку уходило просто уйма, и, казалось бы, это прекрасная возможность отвлечься, но… Лит все равно постоянно думал об Ориен и о том, согласится ли она быть с ним.

А еще, из головы не выходил вопрос о полукровках. Литар не особо верил княжичу, но его хваленая интуиция упорно твердила, что Ренделли сказал Ориен чистую правду. Увы, у самого Лита просто не было времени рыться в книгах и копаться в библиотеках, и ему на выручку пришел любимый любопытный племянник.

Эрки так заинтересовал вопрос о полукровках, что он взялся за это дело просто с невероятным энтузиазмом. Перерыл все исторические документы королевского архива и Эргонской библиотеки. Даже прыгал в Сайлирию, причем не ставя в известность никого из родственников. Но даже там, в огромном императорском хранилище, так ничего и не обнаружил.

И вроде бы все говорило о том, что никаких недомагов на их континенте никогда не существовало. Казалось, самое время поверить в это, но та же интуиция твердила Соколу обратное. Она буквально кричала, что рано или поздно они что-нибудь обязательно откопают.

И однажды, за неделю до наступления Нового года в кабинет Литара неожиданно ворвался до неприличия довольный Эркрит. Мальчика ни капли не волновало, что дядя занят делом, изучает какие-то документы… Все это казалось маленькому принцу не важным, ведь у него наконец появилась информация.

– Вот! – выпалил он, кладя поверх бумаг Сокола какой-то портрет. – Смотри, дядя. Я нашел его в подвале.

Литар уже хотел по привычке закатить глаза и отчитать мальчишку за то, что снова лезет туда, куда ходить запрещено, а иногда даже опасно, когда взгляд сам собой упал на рисунок.

На первый взгляд в изображенном на нем молодом мужчине не было ничего необычного. Светлые прямые волосы, собранные в низкий хвост, немного угловатые резкие черты лица, тонкие губы, и, судя по небольшой короне, когда-то сей субъект носил титул принца. Но больше всего Литара озадачили его глаза… Глаза с тонкими вертикальными зрачками.

Видя, что дядя в замешательстве, Эрки важно присел в кресло и решил пояснить:

– Перед тобой наш дальний предок – Яромир Карильский. Я нашел этот портрет в коробке, которая была запечатана каким-то хитрым плетением. Но у меня есть проверенный способ открывать подобные вещи.

Лит снова хотел возмутиться, ведь знал же, что племянник все чаще баловался темной магией, которая с каждым разом повиновалась ему все легче и покорнее. Конечно, с одной стороны не было ничего плохого в том, что мальчик постепенно начинает к ней привыкать, но с другой… Он ведь использовал ее, чтобы вскрывать замки, засовы, разрушать плетения. Одним словом – по мелкому пакостил.

– Дядя, в той коробке вместе с портретом лежал дневник королевы – матери этого принца, – с важным видом добавил Эрки. – Так вот, первая запись в нем сделана в 6709 году. Сейчас заканчивается 7923-й… а значит, этому дневнику больше тысячи двухсот лет.

Лит был искренне впечатлен приведенными цифрами, но промолчал, решив дослушать неугомонного паренька до конца. Ведь тому явно было что сказать.

– Дядя, она была ишеркой, – пояснил мальчик. – Ее звали Леония, что в переводе с древнего ишерского наречия означает «ясный день». Ее муж, карильский король Янтарий, был магом. А вот их сын, которого ты видишь на портрете, – совершенно точно один из тех, о ком мы искали информацию.

Лит протянул раскрытую ладонь, и Эркрит сразу вложил в нее дневник, о котором говорил. И что удивительно, книжечка в кожаном переплете до сих пор выглядела как новая.

– Получается, что и нашими с тобой предками были ишау… – задумчиво протянул Лит.

– Нет, – тут же мотнул головой маленький принц. – Как я понял, через несколько месяцев после официальной коронации Яромира заставили отречься от престола и уйти. Там сказано, что он вместе с двумя тысячами полукровок покинул Аргаллу. Его мать написала, что если бы Яромир не взял с нее клятву, что она вернется в Ишерию, то обязательно пошла бы с ним. Не бросила бы.

– И когда ты только успел все это прочитать? – с усмешкой уточнил Лит.

– Вот такой я способный, – самодовольно бросил мальчик. – Кстати, от ишау у него были только глаза. Здесь написано, что он являлся воздушным магом, хотя стихия не признавала его полностью. Я, честно говоря, не понял, как это возможно. В народе его любили. Он занимался просвещением. Мечтал построить в каждом поселении по школе, развивать сельское хозяйство. За это среди бедноты молодого короля прозвали Солнечным. А вот среди аристократии Яромира принимать отказалась… Следующим правителем стал его двоюродный брат, получивший власть в результате переворота.

Лит снова посмотрел на портрет, теперь машинально отмечая некоторые черты, присущие мужчинам рода Карильских: прямой нос, немного острый подбородок, ярко выраженные скулы… Да и взгляд зеленых глаз этого полукровки был поистине королевским.

– А еще, дядя, – добавил Эрки, отвлекая его от раздумий, – он очень медленно старел. Если верить подписям, то на этом портрете ему почти сорок.

Вот теперь Лит действительно удивился. Ведь мужчине на рисунке едва ли можно было дать двадцать пять. Да и то с большой натяжкой. Серьезный повод задуматься.

Дневник древней королевы Литар изучил вдоль и поперек. И пусть написанное там во многом стало для него сюрпризом, но и на многое открыло глаза. Теперь он уже не сомневался, что полукровки на самом деле существовали. А еще в нем поселилась странная уверенность, что с Аргаллы ушли далеко не все. Вероятно, даже теперь где-то есть их поселения. А значит, их непременно нужно найти.

Правда, сделать это можно позже. После того, как он наконец разберется со своей запутанной и странной личной жизнью. Когда его Ориен снова будет с ним.

Да, минувшие два месяца оказались насыщенными и очень напряженными. И сейчас, глядя в темноту ночи и наблюдая, как с неба медленно спускаются маленькие снежинки, он вдруг искренне улыбнулся. Ведь уже завтра он будет держать за руку свою ишерскую девочку. Свою единственную любовь и свой личный Мираж. И пусть у него оставались сомнения, пусть он до сих пор боялся, что Ориен ему откажет, но отступать не собирался. Для себя Сокол давно признал, что она – его жизнь. Теперь осталось просто доказать это самой Ори.

* * *

– Красавица! – разбил тишину комнаты приятный мужской голос.

Ориен подняла взгляд на зеркало, перед которым сидела, и ни капли не удивилась, увидев за спиной улыбающегося Ренделли.

– Тебе очень идут рубины, – проговорил княжич, подходя ближе и будто невзначай касаясь открытого участка кожи на гладком плече девушки. Затем поймал в отражении ее взгляд и добавил, растягивая губы в обольстительной улыбке: – Но ни один из этих прекрасных камней не может поспорить с тобой в красоте. Ты, Ориен, – настоящее совершенство.

На самом деле ей уже до тошноты надоели комплименты Рена, о чем она неоднократно ему говорила. Но княжич все равно продолжал при каждой встрече осыпать ее разного рода красивыми словами. И Ори злилась. Правда, ровно до того момента, пока не поняла, что ему просто нравится так ее дразнить.

– О прекрасный цветок моего сердца! – восклицал этот негодник. – Даже солнце не в силах сравниться с твоим сиянием…

– Рен, – взмолилась Ори, но тот предпочел не обратить внимания на просьбу.

– Ну что же ты, прекраснейшая из прекрасных, я ведь все это говорю от чистого сердца… – продолжал разливаться соловьем княжич.

– Рен, ну хватит! Вот знаешь, не до тебя сейчас, – чуть грубее, чем следовало бы, ответила девушка. – И без твоих восхвалений тошно.

– Это все от нервов, – с видом знатока заявил Ренделли, присаживаясь на небольшую софу рядом с туалетным столиком. – Или, думаешь, я не вижу, как ты переживаешь перед балом? И даже знаю, по какой причине.

Она ничего не стала отвечать и снова отвернулась к зеркалу, но Рен не был бы собой, если бы позволил разговору вот так закончиться.

– Ты ведь уже слышала, что в Карилии новый король? – как бы между прочим спросил он.

– Да, – отозвалась девушка, надевая серьги с рубинами. – Мне папа сказал.

– А он, случайно, не сообщил тебе, что и у причины твоих нервов теперь тоже новый титул? – с наигранным безразличием уточнил красноволосый интриган.

– Какой же? – с нескрываемым недоумением спросила она.

– Он теперь герцог Дриар, – с преувеличенной важностью ответил княжич. – Я, если честно, сначала не поверил, когда мне сообщили, что он добровольно лишился статуса принца. Написал официальный отказ. Мне почему-то казалось, что такой, как твой Сокол, в принципе на подобное не способен. Признаться, он меня удивил.

– Но… Зачем это ему? – проговорила девушка, попросту растерявшись от такой новости.

По правде говоря, сей поступок Литара удивил и ее. Он был странным и противоречил самой сущности Сокола. Да и для чего ему это понадобилось?

Вероятно, ее вопрос очень ярко отразился на лице, потому что внимательный Ренделли легко распознал его суть.

– Наши разведчики тоже не понимают, что им двигало. И только твой родитель ходит с таким видом, будто все знает, но ничего не скажет, – заявил княжич. И тут же добавил: – Все же зря ты приехала, Ори. Лучше оставалась бы в Ишерии. Не думаю, что тебе стоит встречаться с его светлостью.

– Ты так уверен, что он будет на этом балу? – поинтересовалась Ори, стараясь скрыть раздражение. На самом деле ее и без Рена терзали сомнения, но она просто не могла не приехать. Ведь обещала же…

– Я встретил его, когда шел к тебе, – с усмешкой произнес Ренделли.

И как только смысл его слов в полной мере раскрылся в сознании девушки, она резко втянула воздух и уставилась на княжича как на врага.

– Так ты что, специально явился ко мне, чтобы его позлить? – воскликнула она, ловя его смеющийся взгляд. – Рен, но ведь это подло!

– Ни капельки, моя красавица, – с самодовольным видом заявил он. – Я ведь зашел к тебе как родственник. Хотел благородно предложить свою кандидатуру в качестве твоего кавалера на балу. Волновался… Заботливо решил предупредить тебя, что некий герцог уже прибыл в сей прекрасный дворец. И не нужно приписывать мне те качества, которыми я не обладаю.

– Ренделли, – с угрозой в голосе протянула девушка. – Ну зачем ты это сделал? Ведь Литар точно понял, что ты идешь ко мне. Подозреваю даже, что ты сам ему об этом сообщил.

– Ну и что, – с наигранным равнодушием отозвался княжич. – Да, я сказал его светлости, что направляюсь к самой замечательной девушке в мире. Что тут такого?

– И что же он тебе ответил? – настороженно спросила Ори.

– А… глупость, – попытался отмахнуться Рен. Но, заметив, что Ориен продолжает сверлить его взглядом, смилостивился и пояснил: – Твой ледяной герцог сначала гордо промолчал. А когда я уже почти дошел до лестницы, бросил вслед, что если я тебя обижу, он поступит со мной так, как я, по его мнению, давно заслуживаю. А когда я уточнил, как именно, он лишь пожал плечами. Странный тип. И взгляд у него такой, будто замораживающий, – продолжал причитать княжич. – Не понимаю, что ты нашла в этом куске льда?

– Тепло, – честно призналась девушка и улыбнулась так мягко, что княжич даже немного опешил.

В этот момент их разговор прервал стук в дверь. Ориен взволнованно напряглась, думая, что пришел Литар, но, как оказалось, за порогом ее ожидал необычайно довольный Хемиэрте. Именно дедушка и должен был стать ее кавалером на новогоднем балу, который, кстати говоря, уже начинался.

В большой зал приемов они входили втроем. И пусть Ори держалась за локоть деда, но Ренделли тоже шел рядом. Причем так близко, что со стороны могло показаться, будто сопровождает девушку именно он, а не старший лорд Орте Гриан. Правда, Ориен почти не придавала значения его непонятным играм. Сейчас поведение княжича вообще волновало ее меньше всего.

На самом деле она была настолько взвинчена и напряжена, что не обратила никакого внимания ни на убранство бального зала, ни на прекрасные иллюзии, появляющиеся то тут, то там. Ее не интересовали ни взгляды гостей, ни изысканность угощений. Сейчас Ори могла думать только о Литаре. Ни о чем больше.

Одним Светлым Богам известно, как безумно она по нему скучала. И даже тот факт, что Ишерия оказалась очень красивой, поистине удивительной страной, не смог хоть на каплю уменьшить ее тоску. Каждый день она медленно умирала вдали от своего любимого принца. Хотя уже и не принца – герцога. Каждый день Ориен мечтала, чтобы эти два месяца быстрее закончились. Она сомневалась, что Лит действительно предложит ей выйти за него замуж, что отдавал отчет своим словам, говоря про сына с вертикальными зрачками. Но все равно до безумия хотела его увидеть.

Сокола она почувствовала еще до того, как взгляд выловил из толпы его фигуру. Лит, как всегда, шел очень уверенно и направлялся именно к ней, в этом Ори ни капли не сомневалась. Он приближался, осторожно огибая группки гостей сего прекрасного бала и учтиво кивая знакомым. Сегодня он не надел церемониальных лент, да и его костюм оказался совсем не белым – традиционным для принцев, а скорее светло-серым. Вьющиеся волосы были привычно собраны в аккуратный хвост, который показался Ориен гораздо короче, чем раньше.

Она не могла отвести от Литара глаз. И лишь теперь поняла, что на самом деле счастлива, уже оттого, что имеет возможность просто его видеть. Ори даже не представляла, что можно так дико истосковаться по кому-то. Но сейчас попросту растерялась, не в силах связать и двух слов.

– Лорд Орте Гриан, леди Ориен, очень рад встрече, – проговорил Лит с легким поклоном.

– Мы тоже очень рады, ваше высочество, – приветливо отозвался ишерец.

– Боюсь, теперь данное обращение ко мне неприменимо, – спокойно ответил Литар.

– Наслышан, – хмыкнул Хемиэрте, но дальше тему развивать не стал.

А вот Ори так и не сумела выдавить из себя ни звука. И никак не могла унять непонятную дрожь в руках. От волнения сердце билось так сильно, что отдавало болью в груди. А от самого понимания того, что вот он, рядом, хотелось кричать от радости.

– Леди Ориен, – обратился к ней Сокол и в приглашающем жесте протянул раскрытую ладонь. Причем ее имя он произнес невероятно мягко, будто ласкающе. – Прошу вас подарить мне этот танец. И вместе с ним несколько следующих. Если, конечно, ваш кавалер не возражает.

– Не возражаю, – улыбнулся лорд Орте Гриан. – Идите танцуйте.

И, возможно, Ори показалось, но когда они уже отходили, Хемиэрте посмотрел на Литара с молчаливым одобрением. А сам новоявленный герцог ответил ему благодарным кивком.

Вопреки правилам этикета, Литар вел Ориен по залу, держа за руку. Она же просто млела, ощущая прикосновение его теплых пальцев. А когда он остановился и, развернув девушку к себе лицом, положил ладонь на ее талию, Ори и вовсе едва не задохнулась от переполняющих эмоций.

Танец начали в молчании, но ни один из них не ощущал дискомфорта. Им просто было хорошо… даже вот так кружиться по залу под звуки приятной мелодии. Сейчас для обоих главным оказалось уже то, что они находились рядом друг с другом.

– Я дико соскучился по тебе, Ориен, – едва слышно проговорил Сокол, чуть склонившись к ее уху. – Безумно…

От звучания его голоса, от такой его близости по телу мгновенно пронеслась теплая волна. Наверно, только сейчас Ори окончательно убедилась, что он на самом деле с ней. Что это не сон, а реальность.

– Ты даже не представляешь, как я по тебе скучала, – ответила девушка, поднимая лицо и встречаясь с его мягким, проникновенным взглядом. – Литар…

– Ори… – Он чуть крепче сжал ее ладонь и словно случайно посмотрел на губы. – Такая красивая… И ты снова надела рубины. То самое колье.

– Оно ведь нравилось тебе, – отозвалась девушка.

– Мне нравилось и нравится, как оно смотрится на тебе, моя милая девочка…

Теплая рука погладила ее спину и снова вернулась на талию. Только теперь они почему-то оказались намного ближе друг к другу, чем разрешалось этикетом. До неприличия близко…

– Лит, – попыталась образумить его Ориен. – Здесь столько людей. Что о нас подумают?

Ей самой сейчас хотелось прижаться к нему вплотную, желательно обнаженным телом, но в настоящий момент она просто не могла себе этого позволить.

– Я больше не принц, – сказал он, будто не слыша ее слов.

– Я знаю, – спокойно отозвалась она. – Теперь ты герцог.

– Которому очень нужна герцогиня, – заверил ее Литар. – Но не какая-нибудь. А обязательно красноволосая, сероглазая и с самой доброй в мире душой.

Ори же от волнения забыла, как говорить. Она растерянно смотрела в его глаза, по инерции продолжала выполнять движения танца, но сказать хоть слово оказалась не способна.

– Ты будешь моей герцогиней? – вдруг спросил он, останавливаясь.

И пусть музыка продолжала играть, пусть рядом кружились пары, но сейчас все это его совершенно не волновало. Он хотел услышать ответ. Те слова, которые либо станут началом их новой жизни, либо – концом его надежд.

– Ты хочешь… чтобы я стала твоей супругой? – осторожно переспросила девушка. – Лит… Ты уверен в этом?

– Уверен, – отозвался он, легко касаясь ее лица. – Ответь, пожалуйста. Поверь, Ори, для меня это очень важно.

Она вздохнула, накрыла его ладонь своей и посмотрела прямо в глаза.

– Я люблю тебя, Литар. И если ты этого хочешь, то, конечно же, я согласна.

Большего ему и не требовалось. Он совершенно искренне улыбнулся и вздохнул с облегчением. Но не успела она хоть как-то отреагировать, как Лит взял ее за руку и повел к ближайшему выходу из зала. И как бы ей ни было любопытно, куда они направляются, она все равно предпочла промолчать. Все же, несмотря ни на что, Ориен доверяла ему беспрекословно. И сейчас, идя за ним в неизвестность, почти не волновалась. Знала, что пока он рядом – ничего плохого с ней не произойдет.

Они миновали узкую лестницу, прошли по коридорам, сплошь увешанным портретами, и оказались перед дверью, отмеченной несколькими непонятными символами. Лит остановился и, ободряюще улыбнувшись Ори, несколько раз ударил костяшками пальцев по деревянной створке.

Им ответили не сразу. Но когда Ориен уже почти решила, что впускать их никто не собирается, дверь распахнулась, приглашая гостей внутрь.

Судя по оформлению и мебели, эта комната использовалась как рабочий кабинет человека, имеющего непосредственное отношение к магии. Его хозяин – седовласый мужчина в длинном белоснежном балахоне – ожидал их, стоя у большого окна. Приветственно кивнул и выжидающе посмотрел на Литара.

– Лорд Старлиз, разрешите представить вам мою невесту – леди Ориен Орте Гриан, – проговорил Сокол, обращаясь к мужчине. Затем повернулся к явно опешившей девушке и добавил: – Ори, перед тобой лорд Франрил Старлиз – верховный маг Сайлирской Империи.

Почему-то Ори снова напряглась. Она уже догадалась, что они пришли сюда далеко не просто так, но пока все равно не могла понять, зачем Литар привел ее к главному магу этой страны.

– Ваша светлость, – обратился к Литу хозяин кабинета. – Вы уверены в правильности своих действий?

– Уверен, – четко ответил тот.

– Но вы помните, что может ничего не выйти? Все же леди – не совсем маг, да и ваш отказ от наследия предков вряд ли был одобрен Богами.

– Помню, – кивнул Лит. – И тем не менее прошу вас приступать.

– Как скажете. Воля ваша, – развел руками маг и скрылся за дверью в соседнюю комнату.

А Ориен проводила его полным недоумения взглядом и снова повернулась к Литару. Она пока не могла понять, что задумал Сокол, но в том, что он собирается провернуть очередную авантюру, не сомневалась ни капли.

Заметив в глазах Ориен удивление, Лит легко притянул девушку к себе и коснулся ее губ невесомым поцелуем.

– Что происходит? – все же спросила она.

– Ты согласилась стать моей женой, Ориен, – с улыбкой отозвался Лит. – И я не хочу ждать. Поверь, мне с лихвой хватило двух месяцев. Поэтому, моя милая, сейчас мы с тобой пройдем ритуал единения.

Она смотрела на него и не могла поверить тому, что слышала. Ведь мало того что он собрался жениться на ней прямо сейчас, так еще и решил провести ритуал, который призван соединять только магов.

– Но я ведь не стихийник, – попыталась вразумить его.

– Но и не человек, – возразил Сокол, легко проводя большим пальцем по ее подбородку. – Ори, я понимаю, что может ничего не получиться, но мы ведь попробуем? – и вопрос был задан с такой откровенной надеждой, что она просто не могла ответить отказом.

– Попробуем, – выдохнула девушка, на самом деле она до сих пор никак не могла поверить, что все это происходит в реальности.

Когда в комнату снова вошел маг, они все еще стояли рядом. Лорд Старлиз попросил их разойтись по разные стороны стола и положить руки на его поверхность. Затем внимательно посмотрел сначала в глаза Литару, потом девушке, и только после этого церемониальным голосом объявил:

– Ритуал свершится, если решение обоюдное и добровольное.

А потом добавил, с сомнением поглядывая на зажатый в руке кинжал:

– Надеюсь, вы понимаете, на что идете.

Маг удобнее обхватил рукоять, украшенную причудливой вязью узоров, и провел концом светящегося зеленым лезвия по их ладоням.

Ори наблюдала за этим действием с откровенным испугом. Никогда раньше ей не приходилось присутствовать при подобных церемониях. Да что говорить, она и на обычной свадьбе была всего однажды. Поэтому происходящее казалось ей шокирующим.

Будто завороженная, девушка смотрела, как из надреза на ее коже появляются капельки крови… Как их становится все больше, как они начинают собираться в ручейки. И в это мгновение ее руки встретились с ладонями Лита, причем он сделал это максимально осторожно, стараясь соединить их – рана к ране.

Литар с надеждой смотрел на свою невесту и ждал… сам не зная чего. Должно было что-то произойти, вот только он понятия не имел – что именно. Ори же, чувствуя, как он начинает нервничать, по привычке чуть крепче сжала его руку, а потом, следуя совершенно непонятному порыву, обошла разделяющий их край стола и встала рядом.

В этот странный для обоих момент в его глазах отражалась мягкая нежность, смешанная с растерянностью и затаенной болью. И, глядя на взволнованную Ори, он мысленно ругал себя последними словами.

Дурак… Хотел обмануть Богов? Хотел пойти против древних законов? Против всех правил? И что в итоге?

Ничего…

Сокол с грустью наблюдал, как кровь из их ладоней начинает медленно просачиваться между пальцами и капать на пол, и уже это было подтверждением того, что ничего не вышло. Ритуал единения не свершился.

– Литар, – тихо позвала его Ориен, отвлекая от мрачных мыслей. – Поцелуй меня.

Он снова посмотрел ей в глаза. А там сейчас отражалась такая надежда, такая любовь, что Лит просто не смог сообщить, что Светлые Боги их союз не приняли.

– Ориен, я так тебя люблю, – проговорил Сокол, крепко сжимая ее руку и стараясь сделать так, чтобы девушка не заметила капающую кровь. – И несмотря ни на что… Чем бы все это ни закончилось, знай – у нас будет семья.

Он наклонился и поцеловал, так нежно, как только мог. А Ори, у которой от его слов попросту перехватило дыхание, даже не сразу поняла, что происходит. Но его мягкие губы, по которым она так дико истосковалась, быстро вытянули ее из шокового состояния, погрузив в другое, куда более сладкое, яркое и поистине безумное.

В какой-то момент ей показалось, что мир вокруг исчез. Растворился, развеялся, как обычная иллюзия. Краски потухли, свет померк, и осталось лишь странное непонятное «нигде». И только тепло тела Литара, ощущение его присутствия рядом, не позволяли ей окончательно провалиться в эту пустоту. В какой-то момент, пытаясь понять, что происходит, Ори хотела открыть глаза, но не смогла. Собственное тело отказывалось повиноваться. И, наверное, она бы испугалась и начала паниковать, но ее ладони по-прежнему сжимали руки Литара, а сам он нежно шептал ей в губы: