Читать книгу "Фаворитка"

Глава 6

 
Рукой ледяной твою душу он трогает
И помнит все то, что желаешь забыть.
За ниточки нервов безжалостно дергает.
Ни жить не дает, ни мечтать, ни любить…
Тебя задавить он жестоко старается
И сердце твое зло сжимает в руках.
В сознанье твоем черной тенью он мается,
И имя его отвратительно – «страх».
Его две сестры – опасенье и фобия,
Они тебя свяжут, заставят дрожать.
И будешь ты просто пугливым подобием
Того человека, которым мог стать…
 

Сегодня Лит снова возвращался в собственные покои очень поздно. Этот день вымотал его жутко, ведь помимо дел департамента правопорядка ему пришлось взять на себя и контроль подготовки к встрече ишау, и часть обязанностей Бриса, который покинул дворец еще днем. И больше всего Литару хотелось просто упасть в кровать, обнять Ори и уснуть. Вот только, добравшись до спальни, он с раздражением отметил, что его постель пуста.

В тот же момент его высочество решительно развернулся и пошел прямиком в комнату Ориен. И пусть она давно спала, но сейчас он был настроен слишком решительно, чтобы думать о таких мелочах. Поэтому, подняв спящую Ори на руки, спокойно вернулся к себе. И лишь уложив ее в свою постель, с легким сердцем отправился в ванную.

Девушка же его действий даже не заметила. После столь нервного дня она спала на удивление крепко. И даже когда Литар осторожно влез под одеяло и уже привычно прижал ее к себе, никак не отреагировала.

Лит честно собирался спать. Но стоило ощутить такое приятное тепло ее тела, почувствовать под пальцами мягкость кожи, и он мигом забыл, что совсем недавно валился с ног от усталости. Ведь с самого утра мечтал об Ориен, заставлял себя отвлекаться на другие мысли, не думать о ней, но не получалось. И вот сейчас, когда она лежала рядом, он решил, что сдерживаться больше не станет.

Литар будил ее нежно. Покрывал поцелуями шею, плечи, спину, ласково гладил грудь, живот, бедра… А девушка лишь сбивчиво дышала, борясь со сном, и старалась прижаться ближе к своему принцу. Наверное, она так до конца и не проснулась, продолжая думать, что это просто сладкий сон, и потому вела себя абсолютно раскрепощенно. Охотно откликалась на ласки, сама двигалась навстречу и принимала его с такой отдачей и страстью, что Лит едва не сошел с ума от своей красноволосой девочки.

Позже, когда она, сонная и разомлевшая, лежала на его плече, бесцеремонно закинув на него ногу, Сокол вдруг поймал себя на том, что таким удовлетворенным не ощущал себя еще ни разу. И дело даже не в физическом удовольствии, совсем нет. Просто рядом с Ори мир становился иным, более правильным, гармоничным. Принцу было хорошо с ней, настолько, что в ее объятиях он забывал обо всем на свете. О своем департаменте, о проблемах страны, о неприятностях, которые обязательно принесет визит ишау.

А еще он вдруг понял, что Ориен последние две ночи спала без кошмаров. Не просыпалась в слезах, не кричала, не старалась вырваться, борясь с неизвестным призрачным противником. А это могло означать лишь одно – рядом с Литаром она ощущала себя в полной безопасности.

Но даже понимая это, Лит все равно не собирался отказываться от затеи, которую планировал претворить в жизнь завтра. Он хотел, чтобы Ори окончательно отпустила прошлое, распрощалась со страхами… Но, к сожалению, ей вряд ли понравится то, что он для нее приготовил.

* * *

Утро они встретили уже привычно, в объятиях друг друга. Проснулись почти одновременно и долго лежали, просто наслаждаясь этим приятным моментом.

– Кажется, вчера я ложилась спать в другой комнате, – проговорила Ори, медленно перебирая пальцами мягкие светлые локоны своего сонного Сокола.

– Давай считать, что тебе показалось, – отозвался Лит, ловя ее улыбающийся взгляд. – А вообще, Ори, предлагаю тебе, во избежание подобных ситуаций, сразу ложиться спать в правильной спальне.

– То есть? – уточнила девушка, приподнимаясь на локте и выжидающе глядя на Литара.

– То есть, Ориен, я хочу, чтобы ты спала здесь. Со мной. Каждую ночь, – уверенным тоном заявил он. – Пусть твоя комната останется закрепленной за тобой, но я хочу, чтобы ты жила здесь. В конце концов, в моей гардеробной достаточно места, твои вещи там прекрасно поместятся.

– Лит… – Девушка чуть заметно нахмурилась и, сев в кровати, отвела взгляд в сторону. – Это ведь неправильно. Живут с женами, а я просто любовница. С такими, как я, проводят ночи…

Он многозначительно усмехнулся и потянул ее за руку, заставляя снова лечь рядом.

– Тебе хорошо со мной? – спросил с самым серьезным видом.

– Очень, – призналась Ори, не видя никакого смысла врать. – Но…

– Милая моя, в таком случае не стоит обращать внимание на чужое глупое мнение. Для меня важно только то, что думает по этому поводу моя семья, а их такое положение вещей вполне устраивает. Что же касается твоей Милены и ее вчерашней пламенной речи…

– Лит… – испуганно выдохнула Ориен. Ведь она прекрасно знала, каким жестким и даже жестоким он мог быть. А Мили вчера наговорила очень много всего, и свидетелей тому оказалось предостаточно.

– Не волнуйся, жива твоя подруга, – отозвался Сокол. – Хотя после вчерашнего я бы не стал ее так называть.

– Но… ты же… – попыталась спросить Ори.

– Да, я говорил с ней. Лично, Ориен. И поверь, этот разговор она запомнит надолго, – добавил он холодным тоном. – Но, зная, как ты к ней относишься, я позволил ей остаться в столице. Правда, лишь до первого промаха. Так что, если она позволит себе еще хотя бы одно нелестное высказывание о тебе или обо мне – разговор пойдет по-другому.

Вот в этом Ори не сомневалась. Хотя уже сам факт, что Сокол (подумать только!) ограничился для Мили предупреждением, казался чудом. Милена при всех назвала его выродком, а он… смирился? Простил? Совсем не похоже на Литара. Он слишком мстителен и злопамятен, чтобы просто спустить оскорбление на тормозах.

– Скажи мне, – начала Ориен, пристально глядя ему в глаза, – чем ей пришлось заплатить за такую доброту с твоей стороны?

Литар, заметив, как напряжена его красноволосая девочка, лишь иронично улыбнулся и нежно провел большим пальцем по ее губам.

– Ответь, пожалуйста, – проговорила Ори, не обращая внимания на ласку. – Прости, Лит, но мне очень хорошо известно, на что ты способен.

– Не нужно делать из меня монстра, – спокойным тоном проговорил Сокол. – Твоя Милена жива, здорова, и вообще… Ей плевать на твое беспокойство.

– И все же, Литар. Скажи, – продолжала настаивать Ори.

И тогда он поднялся, набросил на плечи халат и, обойдя кровать, остановился напротив девушки, которая продолжала пристально наблюдать за его передвижениями.

– Ладно, Ори. Я не хотел говорить, но если уж ты так настаиваешь, то слушай, – вздохнул Литар, уже понимая, что отмалчиваться бессмысленно. – Она рассказала мне все. Абсолютно все, что знала о тебе, Ориен. О каждом твоем страхе, промахе, каждой детской симпатии к приютским мальчикам, обо всем, что смогла вспомнить. Она выдала мне все твои тайны, милая. Каждую тщательно хранимую. Рассказала о том, что именно случилось в поселении каторжников, как ты, голодая, без денег добиралась до столицы, как возвращалась к жизни после всего прозиошедшего.

Он понимал, что стоило бы скрыть от Ори такую неприятную правду, но сейчас ему тоже хотелось выговориться. Ведь до вчерашнего дня принц даже не подозревал, насколько тяжело пришлось Ориен – и по его вине в том числе. Но когда о ее жизни рассказывала обозленная подруга, Лит едва сдерживался, чтобы не показать, насколько на самом деле ему больно все это слышать.

А Милена, все же распознав истинные эмоции, мелькающие во взгляде всесильного и бездушного Белого Сокола, даже и не думала как-то смягчать свой рассказ. Она очень подробно поведала об изнасиловании Ориен – рассказала все, что знала, не забыла ни одной гадкой подробности. А заодно добавила про кошмары, которые мучили Ори каждую ночь.

Лит беседовал с ней больше двух часов и пережил столько, что едва не сорвался прямо там. Одни Светлые Боги знают, чего ему стоило сдержаться, но он все равно был благодарен Милене.

– Зачем?.. – только и смогла выговорить шокированная Ори. Она чувствовала себя поистине мерзко. И ладно Сокол, от него чего-то подобного стоило ожидать. Но как могла Милена так просто предать их многолетнюю дружбу? Почему сделала это? За что?

Видя, что Ориен начинает мелко дрожать, Лит выругался про себя и поспешил вернуться в постель.

– Зачем, Литар? – повторила она, поднимая на него глаза, в которых блестели застывшие слезы. – Для чего?

– Я должен знать о тебе все, – ответил он, наклоняясь и ловя губами бегущую по щеке слезинку. – Ты бы сама не рассказала. А так… Я узнал почти все, что хотел.

– И что тебе это дало? – выпалила она с вызовом.

– Многое, – отозвался принц, крепко ее обнимая и целуя в висок. – Прошу, не смотри на меня как на врага. Ты… очень нужна мне, Ори…

Это признание усилило ее шок. Ведь он говорил честно, признавая, что она необходима ему самому, а не его драгоценной стране. Конечно, слов о любви не прозвучало, но душа Ориен все равно затрепетала.

– Ты тоже нужен мне, Лит, – прошептала девушка, касаясь пальцами его щеки.

Он накрыл руку Ориен своей и поцеловал ее ладонь. Потом мельком взглянул на большие настенные часы, чуть нахмурился и, подхватив девушку на руки, направился в ванную. К сожалению, нужно было поторопиться, потому что всего через час им обоим предстояло важное дело, которое откладывать Литар не собирался.

Нарушая заведенную традицию, завтрак им накрыли в небольшой гостиной, тоже считающейся частью покоев Сокола. Вызванная горничная без лишних вопросов принесла Ориен нужный наряд, помогла одеться, сделала простую, но элегантную прическу, и Ори снова превратилась в леди. По крайней мере, внешне.

Литар же сегодня выглядел не совсем обычно. Вопреки своим привычкам, он надел не серый, а черный костюм, напоминающий форму сотрудников его департамента, разве что без нашивок. Да и рубашку выбрал не белую, а темно-серую, какие носили стражники. Явно что-то задумал, и Ориен уже собралась спросить, но почему-то не стала. Ведь если бы он хотел – объяснил бы, а значит, лучше ей пока оставаться в неведении.

Тем более Ори вдруг вспомнила, что хотела поговорить с ним о другом.

– Лит, у меня будет к тебе просьба, – сказала она, медленно размешивая сахар в своей чашке.

– Просьба? – удивился он. – Непривычно слышать от тебя подобное. Если честно, мне даже страшно представить, о чем ты можешь попросить.

Ори прекрасно понимала его удивление, ведь на самом деле крайне редко обращалась к принцу с просьбами. Но сейчас была именно та ситуация, когда без него она не справится никак.

– Мне нужно самое полное и подробное досье на леди Лиару Гради, – сказала девушка, поднимая на него уверенный взгляд.

Сокол так удивился, что даже отодвинул в сторону тарелку и, сложив руки на столе, внимательно посмотрел на Ори.

– Это несложно, Ориен, – ответил он. – Но я все-таки хочу знать, для чего тебе понадобилась такая информация. Поверь, герцогине можно доверять.

– Лит… – вздохнула Ори, снова опуская голову. – Мы вчера с ней много разговаривали. Я даже рассказала ей, что побывала на каторге. А она чуть не расплакалась, когда об этом узнала, но даже не подумала меня выгнать. Но дело в другом… Мне совершенно точно знакомы ее прикосновения… голос…

Вот теперь Литар смотрел с откровенным изумлением. У него не было причин сомневаться в суждениях Ори, но то, что она говорила, точнее, на что намекала, казалось поистине невероятным.

Тем не менее он не стал комментировать ее слова, да и свои сомнения оставил при себе. Нужно обдумать, рассмотреть с разных сторон, но позже. Сначала необходимо решить насущные вопросы.

– Сегодня не успею, а вот завтра к вечеру у тебя будет вся необходимая информация. Все, что удастся раскопать, избегая открытой демонстрации интереса, – сказал он наконец. – Но пока не стоит делать преждевременных выводов.

– Конечно, – согласилась девушка, возвращаясь к завтраку. – Кстати, сегодня мы с герцогиней снова встречаемся. Она пригласила меня к себе домой.

– Хорошо, Ори, – с улыбкой отозвался Сокол. – Когда закончим с делами, я доставлю тебя прямиком к леди Лиаре. Заодно и сам посмотрю, как она себя с тобой ведет. Признаться, ты меня заинтриговала.

* * *

Первым, что Ори почувствовала, перешагнув границу портала, стал холод. Там, где они оказались, было намного прохладнее, чем в столице, из чего девушка сделала вывод, что где-то близко северные горы. Их с Литаром сопровождали еще десять вооруженных стражников, в том числе двое боевых магов. Внешне они отличались только золотистыми нашивками на форме, в остальном же не выделялись ничем.

Портал, из которого Ори снова вышла с легким головокружением, привел к высоким металлическим воротам. А спустя мгновение появился дежурный охранник, поклонившись Соколу, выдал традиционное «Служу Карилии и королеве!» и распахнул массивную калитку.

Ориен с любопытством осматривалась, стараясь понять, куда же их занесло на сей раз. Это место казалось смутно знакомым, но девушка никак не могла понять – почему. Кутаясь в плащ, она шла вслед за Литаром по выложенной камнем дорожке и уже заметно дрожала от пронизывающего холода. Здесь дул поистине леденящий ветер, и Ори была вынуждена сильнее натянуть на лицо капюшон, отчего смотреть по сторонам стало почти невозможно.

– Отвратительная тут погодка, – заметил Лит, подхватывая ее под локоть. – Говорят, почти круглый год так.

– Мы надолго? – спросила Ори, поднимая на него взгляд. – Холодно.

– Увы, милая, придется немного потерпеть, – отозвался он, обнимая ее за талию и прижимая к себе. Так на самом деле стало немного теплее. – Сейчас зайдем к старшему, выпьем чаю, пока они все подготовят. Потом, к сожалению, снова придется немного померзнуть. И я бы согрел тебя огненным коконом, но тут сложно использовать магию. Защита периметра очень сильная, она может принять такой всплеск энергии как попытку прорыва, и тогда поднимется тревога.

Ори кивнула, хотя толком не поняла, о чем вообще идет речь. Они уже подошли к двухэтажному каменному зданию, вокруг которого росли низенькие ели. Подняв глаза на небольшое крыльцо с массивными ступенями, Ориен вдруг с ужасом поняла, почему все здесь кажется таким знакомым…

Накрывшее ее чувство можно было назвать только шоком, не иначе. Дыхание сбилось, руки задрожали, а в ногах начала ощущаться предательская слабость. Видят Светлые Боги, это именно то место из ее прошлого, куда она меньше всего хотела когда-либо вернуться. Место, которое с радостью вычеркнула бы из памяти.

– Спокойно, милая, – прошептал Сокол, наклоняясь к ней. – Не паникуй. Мы здесь по делу. Скоро уйдем. Тебя никто не тронет.

Но Ори будто не слышала. Она смотрела на деревянные двери, выкрашенные в зеленый цвет, и никак не могла отделаться от накрывших воспоминаний. Перед глазами сами собой всплывали картинки гадкого прошлого…

…вот ее со связанными руками проводят через ворота, грубо затаскивают в эту самую дверь, и дальше, в какой-то мрачный кабинет…

…вот снова, в который раз, зачитывают приговор, заставляют расписаться в каком-то документе… выдают форму…

«Что сделала эта девочка? – будто наяву слышит она слова поварихи, неизвестно зачем зашедшей к лейтенанту, оформляющему ее документы. – Такая юная, с виду – безобидная, а на такой большой срок…»

«Наши тоже удивлялись, – отвечает один из стражников, доставивших ее из столицы. – Но это личное распоряжение его высочества. А значит, действительно опасная преступница. Будьте с ней построже».

– Ори! – донесся до нее голос Сокола, но девушка не отреагировала.

…барак, продуваемый всеми ветрами… Форменная одежда, от которой чесалось все тело… Работа с утра до позднего вечера, разодранные в кровь руки… Наглая морда надсмотрщика, которому плевать, устала она или нет…

– Ориен! – выкрикнул Лит и, кажется, подхватил ее на руки.

Она инстинктивно обхватила его за шею, будто желая спрятаться, защититься. Увы, от собственных воспоминаний не мог защитить даже принц.

…тот гадкий вечер, когда одна из соседок по бараку шепотом сообщила, что для Ори есть письмо и человек, у которого оно хранится, сейчас ждет ее у входа в катакомбы. Настоящее чудо, ведь каторжникам запрещена любая переписка. Ориен обрадовалась, решив, что это Сит нашел способ с ней связаться. Дура наивная. Сама ведь пошла! И с лихвой получила за свою наивность.

– Выйти всем! – прорычал Сокол у нее над ухом. Да так грозно, что она вздрогнула и резко вынырнула из полуобморочного оцепенения, с невероятным облегчением осознав, что это всего лишь воспоминания.

Послышался быстрый топот, захлопнулась дверь, и все стихло.

Литар напряженно прорычал что-то себе под нос и, решительно двинувшись к небольшому узенькому дивану, попытался уложить девушку, но Ориен категорически не желала отпускать его и крепче вцепилась в ткань плаща.

– Ори… Ты как? – выдохнул принц, заметив, что она смотрит вполне осмысленным, хоть и испуганным взглядом.

Он и сам жутко испугался, когда, остановившись перед зданием администрации, она побледнела и начала оседать на пол. А увидев, как остекленели ее глаза, Лит впервые в жизни грубо выругался при подчиненных. Но в тот момент куда сильнее собственного авторитета его волновало состояние Ориен.

Да, он догадывался, что Ори не обрадуется, оказавшись в том поселении каторжников, где ей пришлось провести полгода, но даже представить себе не мог настолько ужасную реакцию. Даже теперь, когда она начала приходить в себя, ее тело продолжало мелко дрожать, а лицо оставалось совершенно белым.

Так как девушка наотрез отказалась его отпускать, Лит сам присел на диван, а ее усадил к себе на колени. Ориен доверчиво уткнулась лицом в его шею, только теперь окончательно осознав, что бояться нечего. По крайней мере, пока рядом Сокол.

Несколько долгих минут они сидели в тишине. Принц легко поглаживал ее напряженную спину и размышлял о превратностях судьбы, а она чувствовала родное тепло, слушала его дыхание и потихоньку успокаивалась. Ори тоже поразилась своей реакции и накрывшей панике. Наверное, если бы ее предупредили, куда они направляются, этого бы не случилось. Потому что она бы ни за что не согласилась сюда прийти.

– Литар, – прошептала девушка, – объясни…

Зачем?..

– Объясню, милая, – ответил он. – Но только позже, когда ты придешь в норму.

– Я в норме, – сказала Ори, чуть приподнимая голову и глядя ему в глаза.

Да, она уже не казалась настолько невменяемой, но и на себя обычную совсем не походила. Потухший взгляд, ни искр, ни теплоты – лишь растерянность и опасение. И Лит понимал ее чувства, но все равно не собирался отказываться от задуманного.

– В норме? – спросил он с легкой усмешкой. Но она уверенно кивнула. – В таком случае слезай с моих коленей и готовься вести себя как леди. Сможешь? Так нужно.

– Для чего, Лит? – спросила Ори, нехотя отпуская его и усаживаясь рядом.

– Для тебя в первую очередь, – проговорил Литар. А потом нежно поцеловал в губы. И ей на самом деле стало легче, а темнота жутких воспоминаний отступила, напуганная светом огненного принца.

Он отстранился, ласково погладил ее по щеке и, поднявшись, скрылся за дверью. А спустя несколько мгновений в кабинет вошли двое: старший смотритель каторжного поселения и его заместитель. Обоих Ори прекрасно помнила в лицо, но вот имен не знала. Тогда, в прошлом, довелось встретиться с ними всего пару раз, поэтому их появление не вызвало абсолютно никаких эмоций.

Вслед за ними в комнате появилась та самая черноволосая повариха. Поставила на стол поднос с чашками и принялась наполнять их ароматным чаем из небольшого чайничка. Женщина была напряжена и заметно нервничала. Оно и понятно, ведь далеко не каждый день их отдаленное от столицы поселение посещает глава департамента правопорядка.

Мужчины вели себя удивительно тихо и даже смотреть в сторону Ориен не решались, не то что заговорить. Для них спутница его высочества была темной лошадкой, и они пока могли лишь гадать, для чего он вообще притащил ее с собой. А вот повариха, наоборот, посчитала своим долгом позаботиться о бедной гостье, которой внезапно стало плохо. Она взяла чашку, развернулась, чтобы подать девушке, и вдруг остолбенела.

В прошлом эта женщина была одной из немногих, кто относился к Ори хорошо. Не считала зазорным улыбнуться при встрече, положить в ее порцию чуть больше кусочков мяса или незаметно сунуть маленькое сладкое яблоко. Ориен знала, что эту работницу столовой зовут госпожа Карми и она жена кого-то из офицеров, но ни разу с ней не разговаривала.

И вот теперь, увидев, что у поварихи дрожат руки, а в глазах светится радость пополам с неверием, Ори вдруг поняла, что даже во время пребывания на каторге далеко не все было так плохо. И ей стало гораздо спокойнее и легче. Будто жуткий груз из воспоминаний и страхов, тащившийся за ней последние два года, в одно мгновение растаял – как утренний туман в теплых лучах солнца.

– Благодарю, госпожа Карми, – проговорила девушка, принимая из рук поварихи чашку. – Я на самом деле жутко замерзла на этом холоде, и чай сейчас будет очень кстати.

Голос Ориен звучал ровно, спокойно, как и подобает настоящей леди, коей она теперь считалась. Но ее слова подействовали на женщину странно. Она вдруг сделала шаг назад и замерла – в кабинет вернулся Литар.

Он закрыл за собой дверь и с недоумением посмотрел на застывшую посреди комнаты женщину в переднике.

– Ваше высочество, это госпожа Элена Карми, наш повар, – поспешил пояснить глава поселения. – В прошлом она была неплохим лекарем, поэтому и вызвалась оказать помощь вашей спутнице.

– Благодарю, со мной уже все в порядке, – светским тоном ответила Ори. – Но за чай огромное спасибо.

Лит же, заметив, что Ориен на самом деле чувствует себя гораздо лучше и даже уверенней, чуть расслабился и присел рядом с ней.

Подав чашку и ему, повариха поспешила покинуть кабинет, а как только она вышла, Литар, перевел ледяной взгляд на своих подчиненных.

– Господа, вам знакомо лицо моей спутницы? – холодный голос принца звучал спокойно, но в нем проскальзывали такие жуткие нотки, что становилось не по себе.

– Нет, ваше высочество, – отозвался старший смотритель. Его заместитель тут же повторил эту фразу и для верности отрицательно покачал головой.

С одной стороны, такой ответ порадовал Сокола, ведь он совсем не хотел, чтобы в Ори кто-то здесь узнал беглую каторжницу. Но с другой – жутко разозлил. Получалось, что эти двое и не пытались заниматься выяснением обстоятельств ее мнимой гибели, более того, даже не открывали личное дело каторжанки, где имелся большой портрет.

– Господа, сейчас по моему приказу на площади перед зданием собирают личный состав и всех заключенных, – проговорил Лит, строго глядя на своих подчиненных. – А пока мне хотелось бы послушать ваши отчеты по расследованию, которое я поручил провести.

Мужчины сильно побледнели, и если заместитель еще старался сохранять внешнее спокойствие, то сам старший смотритель от волнения даже опустился в кресло.

– Ва… ваше высочество, – промямлил он, не в силах скрыть дрожь в голосе. – К сожалению, из-за давности произошедшего у нас не получилось выяснить ничего нового. Но мы не нашли причин сомневаться, что та каторжанка была растерзана дикими зверями.

– Господа, – протянул Литар с ледяной усмешкой, – боюсь, ваши суждения неверны. Та каторжанка сбежала. После того как была изнасилована вашими же людьми. А вы, капитан Шиммеро, даже не потрудились провести расследование, – добавил Сокол, глядя на напряженного главу поселения. – Исходя из всего, что мне стало известно, я считаю, что и вы, и ваш заместитель больше не можете занимать свои посты. В связи с чем лично вы разжалованы до рядового и должны до завтрашнего утра передать дела по управлению поселением назначенному мной человеку и покинуть это место.

Он перевел взгляд на второго мужчину и холодным тоном сообщил:

– Вы тоже разжалованы, лейтенант Грит.

Но тот на слова главы департамента отреагировал странно. Нервно сжал кулаки и посмотрел на Сокола с неожиданной прямотой.

– И все из-за какой-то заключенной? – выпалил он со злостью. – Из-за швали, осужденной сгнить в этих бараках? Да она должна быть благодарна, что на нее вообще обратили внимание наши солдаты.

Ори непроизвольно дернулась и поспешила отвернуться. А вот Литар вдруг поднялся и, медленно пройдя по кабинету, остановился в шаге от Грита.

– Знаете, а я передумал, – протянул он обманчиво спокойным голосом. – С этого момента вы уволены со службы, без права занимать любую должность в государственных учреждениях. Это официально, – добавил Лит и вдруг… замахнулся и резко ударил его кулаком в лицо.

Лейтенант рухнул на пол. Он пытался зажать поврежденный нос, но кровь все равно лилась ручьем, скатывалась по пальцам на деревянный пол. Литар же смотрел на него так невозмутимо, будто не имел к происходящему никакого отношения. И только огненные вспышки в глазах говорили, что на самом деле принц в бешенстве.

– Это вам лично от меня, – добавил он все тем же ровным тоном. – И запомните, Грит, любая женщина, независимо – преступница она или леди, все равно в первую очередь женщина, которая к тому же слабее мужчины. А теперь идите вон отсюда, и очень вам рекомендую мне на глаза не попадаться.

Последняя фраза прозвучала как угроза. В ней проскользнули такие жуткие нотки, что передернуло даже Ориен. А лейтенант поспешил подняться и, зажимая рукой явно сломанный нос, быстро скрылся за дверью.

Едва Литар успел присесть на диван и сделать пару глотков порядком остывшего чая, как в дверь постучали. Появившийся высокий черноволосый мужчина лет тридцати, на чьем мундире красовались золотистые нашивки, сообщил его высочеству, что все готово. Лит кивнул и с досадой вернул чашку на стол.

– Ори, это капитан Трамли. Он проводил здесь расследование по моему поручению, – представил принц своего подчиненного. Затем повернулся к нему и добавил: – А вы, капитан, и без меня прекрасно знаете, кто эта леди.

– Да, ваше высочество, – согласился тот, учтиво кивая девушке. И она чувствовала, что Трамли на самом деле знает, какое отношение она имеет к поселению каторжников, но при этом смотрит на нее с огромным уважением и даже почтением.

– Что ж, – протянул Лит, поднимаясь и подавая руку Ориен. – Если все готово, тогда идем.

– Куда? – все же спросила Ори, вкладывая пальцы в его ладонь. По правде говоря, ей совсем не хотелось выходить отсюда. В этом кабинете было тепло, спокойно и… почти не страшно. А вот за его стенами шла совсем другая жизнь. Жизнь каторги.

– Я буду рядом, – сказал Сокол, так и не ответив на вопрос. И уже это натолкнуло девушку на самые неприятные предположения. Ведь если он так говорит, значит, ей предстоит очередное потрясение. А она еще от прошлого не совсем отошла.

Когда они покидали кабинет, Литар крепко держал ее за руку. Более того, внизу, перед выходом из здания, помог надеть подбитый мехом плащ, натянул на ее голову капюшон. А потом вдруг коснулся лица, наклонился ближе и совершенно бесцеремонно поцеловал в губы на глазах у всех сопровождающих.

– Ори, ты сильная девочка, – проговорил так, чтобы могла слышать только она. – И я верю, что сможешь пройти через это. Мне нужна твоя помощь. Ты ведь не подведешь меня?

– Нет, – едва слышно ответила она, глядя в его серьезные глаза.

Сокол видел, что ей страшно, что она готова согласиться на что угодно, лишь бы только не выходить из этого здания, не встречаться с прошлым. Но не мог позволить ей сдаться. Не сейчас.

– Ориен, там будут люди, которых обвиняют в серьезных преступлениях, – пояснил Литар. – У нас есть доказательства их причастности к двум инцидентам. Но я знаю, что подобных случаев было гораздо больше. И мне очень нужно, чтобы на вопросы они отвечали только правду. Чтобы сами признались во всех своих деяниях.

– Я сделаю все, что от меня зависит, – тихо, но уверенно проговорила Ори, глубоко вздохнув.

Теперь, когда появилась хоть какая-то ясность, ей стало намного легче. Мысли в голове перестали метаться подобно бешеным пчелам и почти пришли в норму. И, увидев, что Ориен не спешит впадать в панику, Литар снова взял ее за руку и решительно направился к двери.

Они вышли на ступеньки широкого крыльца и оказались перед небольшой площадью, заполненной людьми. Здесь собрались все, кто проживал и работал на территории каторжного поселения. Все стражники, включая тех, у кого были выходные; все заключенные, даже те, кто в это время должен был находиться на работах. Они стояли большим полукругом и молча смотрели на представшего перед ними Белого Сокола.

– Господа, обойдемся без пафосных речей и громких приветствий, – начал Литар, обращаясь к толпе. Руку стоящей рядом с ним Ориен он так и не отпустил. Голос принца звучал спокойно, но благодаря манипуляциям одного из воздушных магов был прекрасно слышен на всей площади. – Вы знаете, кто я. Я же прекрасно знаю, кто вы. Разумеется, вас беспокоит то, зачем вас собрали, поэтому не будем терять время на лишние слова.

Здесь оказалось очень холодно. Ориен даже заметила, что с неба срываются мелкие снежинки. Вообще она была готова смотреть куда угодно, только не на людей, собравшихся внизу. Ведь прекрасно понимала – сложись все иначе, и она бы сейчас стояла среди них… И Лит бы уж точно не держал ее за руку.

– Не так давно и совершенно случайно мне стало известно, что здесь творится произвол, – продолжил Сокол, обводя толпу пристальным взглядом. – Я поручил капитану Шиммеро провести расследование, но он, увы, проигнорировал мой приказ, за что снят с должности.

По толпе пронесся гул откровенного удивления и смятения, но быстро стих, и взгляды снова обратились на Литара. Ведь всем было предельно ясно, что собрал он их здесь не только ради этого сообщения.

Но Лит больше ничего говорить не стал. Вместо этого он дал знак одному из стоящих рядом мужчин – тому самому капитану Трамли, с которым они покидали кабинет главы поселения.

– Рядовой Вирли, сержант Шиммеро, – скомандовал Трамли, шагнув вперед. – Выйдите в центр.

От толпы отделились двое довольно молодых стражников и направились к ступенькам. Они шли спокойно, хотя на лицах и отражалась некоторая нервозность. Ори смотрела с любопытством, не зная, в чем провинились перед Литом эти приличные с виду парни. Но стоило им подойти ближе, и она дернулась так, что едва не упала.

Пальцы Лита крепче сжали ее руку, но Ориен почти не почувствовала его тепла. Воспоминания нахлынули потоком. Она будто опять попала в холодные коридоры катакомб, где ее ждали эти самые люди. Словно наяву услышала собственный крик, вспомнила гадкие усмешки на их лицах… их слова… их удары. Вспомнила, как один из них держал ее, пока второй избавлял от одежды… Вспомнила боль…