Читать книгу "Эпидемия добра"

14 мая. Четверг

Сухову не позволили сократить численность группы до четырёх человек. Предстояло выбрать пятерых. После совещания он часть ночи провёл за изучением личных дел бойцов, отобранных для участия в спецоперации.

Но что личные дела? Не хватало времени для сработки группы. Для индивидуального знакомства с каждым времени тоже не выкроить. Оставался отбор по бумажкам. Конечно, он имел право в любую секунду заменить человека до отправки на остров без разрешений свыше и рапортов. Однако в такой привилегии мало проку.

Рано утром майор направился к зданию из сборных модулей, в котором разместился демонстрационный зал. Там его ждали пять человек, облачённых в камуфляж песчаного цвета. Четверо разместились на лавке при входе и деловито дымили сигаретами. Пятый прохаживался рядом. Погоны, шевроны и другие знаки различия у них, как и у Сухова, отсутствовали. На подход майора солдаты никак не отреагировали. Он же узнал будущих подчинённых, и задал вопрос:

– Вы в группу Сухова?

Сигареты синхронно были потушены и окурки спрятаны в кулаки. Четвёрка вскочила с лавки и присоединилась к замершему по стойке «смирно» пятому солдату, образовав шеренгу.

– Так точно, здравия желаю, товарищ майор! – чётко поприветствовали бойцы.

Майор сам подобрался и козырнул.

– Здравия желаю, товарищи. Как опознали?

Стоявший первым по порядку рослый и крупный мужчина весело ответил:

– Профессиональная похожесть!

– О, как! Молодцы… – у майора отлегло. Молниеносное построение озадачило его. По опыту Сухова, вымуштрованность и показная дисциплина среди бойцов спецназа зачастую свидетельствовала о «зелёности». Разумеется, он, как и любой нормальный офицер, считал, что дисциплина должна быть везде, и даже у самых элитных. И также знал, все потёртые в боях люди относятся с эдакой ленцой к соблюдению армейского этикета. Не от бесшабашности. Для тех, кого бросают из огня да в полымя, чины и должности быстро теряют значение.

– Всё-таки познакомимся. Сухов Алексей Николаевич. Позывной «Сухов». Отвечаю на вопрос: почему не «Сухой»? Во-первых, к самолётостроению не имею отношения. Во-вторых, люблю кино «Белое солнце пустыни». Смотрели?

Солдаты понимающе заулыбались.

– Начнём с тебя, – Сухов показал на первого в шеренге.

– Капитан Долгов. Позывной «Клин», – представился здоровяк. Он обладал богатырским телосложением, румян и свеж в лице, волосом светел. Большие ярко-голубые глаза источали весёлость и озорство.

История Клина незатейлива. Парень из деревни. После школы поступил в столичный вуз, но учёба не задалась, потому как профиль заведения не пришёлся по вкусу. Вместо поисков альтернативы, он целый год бил баклуши, пьянствовал с соседями по общежитию, перебивался случайным заработками. А после отчисления, не мудрствуя, пришёл в военкомат и призвался на срочную службу. Попал в воздушно-десантные войска. Понравилось. После срочной поступил в училище. И по окончании вернулся в родную часть. Здесь счастье ему изменило. Первая командировка в «горячую точку» заставила круто изменить восторженное мнение об армии. Ненавистный батальонный особист, которого Клин всерьёз планировал укокошить при удачных обстоятельствах, выдернул на приватный разговор. Он-то и посоветовал, а позже помог попасть в часть специального назначения. Стало быть, разглядел потенциал в молодом десантнике. Служебный рост Долгова ускорился, и сейчас он подавал серьёзные надежды на выход в старший командный состав. Помимо первоклассной общей боевой подготовки, Долгов мастерски управлялся с тяжёлым стрелковым вооружением.

– Прапорщик Бунько. Позывной «Дядя». Для своих – Дядя Коля, – степенно произнёс низкорослый пожилой боец. Морщинистое лицо. Карие с хитрецой глаза. Ёжик седеющих волос. И длинные седеющие усы.

Могло показаться странным: в предпенсионном возрасте носить звание прапорщика. Это нормально для тех, кто дослуживал в захолустных воинских частях в глубине страны. Оттрубил своё, получил квартирку с пенсией, и на покой. Увы, но среди обожжённых огнём локальных войн профессионалов нередко встречались такие «Дяди Коли». Бунько в карьерной лестнице доходил до полковничьих погон. Но как доходил, так и спускался вниз. Причина прозаична: человек не привык прогибаться и кривить душой. Он не был бунтарём или саботажником. Но никогда не стеснялся указывать на грубые ошибки в планировании операций. Без долгих раздумий нарушал бестолковые приказы кабинетного начальства и с завидной прилежностью бил морды «тыловым крысам». Такой характеристики не встречалось в личном деле, но Сухов прочёл это между строк негативных отзывов о «морально-психологических качествах» Дяди Коли. Ещё пожилой спецназовец слыл грамотным тактиком, хорошим рукопашником и метким стрелком, прекрасно ориентировался на любой местности.

– Старший лейтенант Вавилов. Позывной «Репа», – прогудел молодой полноватый человек среднего роста. С каким-то по-детски округлым лицом, на котором ярко выделялись серые умные глаза.

Вавилов попал в вооружённые силы абсолютно случайно. В будущность студентом технического вуза отучился на военной кафедре, прошёл сборы и по получении диплома ожидал присвоения звания лейтенанта запаса. Но по воле судьбы его личное дело неведомым образом перекочевало в стопку контрактников. В военном комиссариате никого не смутила такая странность. Видно, захотел парень Родине послужить. Хорошее дело, надо помочь. И помогли. Вавилов попал не в обычную разнарядку, а отправился в закрытый учебный центр познавать взрывное дело. Поначалу все были в шоке. Родители всеми правдами и неправдами пытались вытащить сына обратно. И через три месяца почти добились цели, дойдя чуть ли не до министра обороны. И вот награда! Молодой перспективный выпускник, будущее светило инженерной мысли, заявил, что ему нравится новая специальность. К тому же материальные условия ему обеспечили на порядок лучше, чем у вчерашних однокашников. Свой несколько обидный позывной Вавилов получил, как не трудно догадаться, за полноту. Хотя он сдавал все нормативы на твёрдую пятёрку. Жировые запасы решительно отказывались покидать занятые ими позиции.

– Старший лейтенант Юрий До. Позывной «Тунгус», – отчеканил высокий и жилистый боец. Несмотря на характерную азиатскую наружность, он говорил без акцента.

Сухов узнал, что До имеет корейские корни, притом происходил из числа тех корейцев, которые уже давно проживали на территории России и Казахстана. Позывной Юрий получил в училище в виде клички от сокурсников, которые почему-то посчитали его представителем народа эвенков. Юрий До был по специализации снайпером и весьма результативным. Точный счёт выигранных снайперских дуэлей До скрывал, но известно, что тот перевалил за сотню. Был он на удивление общительным и открытым человеком, хотя специальность подразумевала несколько другой склад характера.

– Лейтенант Прохоров. Позывной «Прохор», – скороговоркой доложил последний из шеренги. Рост чуть ниже среднего, веснушчатое лицо сохранило подростковые черты, ладная фигура походила на взведённую пружину, готовую в любой момент распрямиться. Даже в армейском обмундировании он производил впечатление уличного карманника.

Выходец из детского дома. Пытался устроиться в «нормальной» жизни, не получилось. Связался с бандой автоугонщиков. Когда банду накрыли, сумел скрыться из виду. Понимая, что его отыщут максимум через три дня, так как подельники сдадут, Прохоров нашёл неординарный выход из ситуации: в тот же день заявился в областной военкомат. Изображая глубокое раскаяние оттого, что два года «бегал» от призыва, потребовал, чтобы его немедленно отправили защищать Родину куда угодно. И чем дальше, тем лучше. Но немедленно не получилось. В распределительный пункт его отправили только спустя месяц вместе с партией новобранцев. Целый месяц Прохор прятался не где-нибудь, а на чердаке военкомата. Так он ускользнул из рук правосудия. Сухова заинтересовало, как Прохоров сумел столько продержаться. Ведь нужно было чем-то питаться. Но биография об этом умалчивала. Главным талантом Прохорова значилось умение проникнуть куда угодно и стащить что угодно. За это тот был не раз бит в детдоме, а после сослуживцами. Но тяга к воровству и взлому так и не проходила. Карьера быстро пошла в рост, когда Прохорова перевели во фронтовую разведку.

После знакомства бойцы прошли в здание. Сухов запустил проектор и показал новым подчинённым фото и видео материалы, предоставленные в его распоряжение, сопровождая визуальный ряд комментариями и пояснениями. Слушали внимательно, вопросов не задавали. Под конец демонстрации Репа озвучил то, что было у всех на уме:

– Выходит, это были люди?

– Так точно. Вскрытие трупов показало сходство со строением человека на восемьдесят процентов. На нескольких телах обнаружили татуировки, следы хирургических операций, остатки украшений. Удалось опознать более двух сотен жителей Аральска по характерным признакам. Также есть «пленные». Это те мутанты, которые получили сильную контузию или ампутации конечностей. Их держат в четвёртом секторе, но данных оттуда пока не поступает.

– И не поступит, – мрачно прокомментировал Дядя Коля.

Сухов не ответил.

– Ещё вопросы?

Вопросов не было. И так было понятно, что ничего не понятно. К чему расспросы? Все знали – война план покажет.

Глава 3

18 мая. Понедельник. 4:10

Андрей заворочался, а потом раздался его голос:

– Ой, Наташ, ты чего?

– Да, я тут прилегла, извини…

– Всё нормально, кроватей-то нет.

– Как самочувствие? Есть хочешь? Я сейчас соберу завтрак, умоюсь только, – засуетилась девушка.

– Сколько я спал?

– Мм, я не засекла.

– День? Два?

– Почти сутки. Поспи ещё, солнце не встало.

– Это радует. Больше не хочу. Наташ, извини, за наглость, но мне нужно много пищи, богатой углеводами.

– Хорошо, хорошо, сейчас сядем кушать. Понимаю, после такого… Эй! Не вставай, тебе нельзя!

Парень проигнорировал протест Наташи и начал разминать конечности. Он ощупал грудную клетку и поморщился.

– Куда ты вскочил?! У тебя рёбра сломаны! – воскликнула Наташа.

– Не беспокойся. Почти срослись. Но на ушибы я не разменивался, теперь болят. Залечу по дороге.

Наташа серьёзно посмотрела на парня.

– Что ты сочиняешь? Андрей, у тебя болит голова? Кружится? Сколько пальцев на руке? Помнишь, что с тобой было?

– Помню. Я не тронулся умом, как ты могла подумать. Спорим, вчера я выглядел гораздо хуже?

– Хм, у тебя реально вчера был ужасный вид. А сейчас свеженький, без ссадин и порезов. Синяки только. Это как?!

– Представь себе, излечился силой мысли!

– Очень смешно…

– Ох, Наташ, дай чего-нибудь пожрать! И я всё-всё расскажу.

Девушка стала шарить по шкафам в поисках съестного. На столе возникли сухари, печенье, шоколад и банки с консервами. Андрей сметал всё предлагаемое, почти не прожёвывая.

– Запивай и жуй нормально, а то живот заболит, – сделала замечание девушка.

– Угу, – промычал парень, заталкивая в рот стопку крекеров.

Наташу подмывало урезонить Андрея и попросить есть аккуратнее, но она учитывала его состояние и потому терпела.

– Давай, чаю попьём? Нельзя без горячего.

Парень согласно кивнул и продолжил поглощать батончики из сухофруктов.

Когда вода в маленькой кастрюльке вскипела, и Наташа стала заваривать чай, Андрей насытился. Он дождался, когда девушка тоже села за стол, и начал повествование.

Она слушала внимательно, не перебивала. Лишь выражение лица выдавало её переживания. Андрей во всех подробностях описал конфликт с профессором и закончил словами:

– А потом был стрёмный сон, и ты меня спасла.

Наташа так пристально посмотрела на Андрея, что тот почувствовал себя неуверенно.

– Ты осознаёшь, что твой рассказ – бред поехавшего?

Парень почесал в затылке, готовясь к долгим объяснениям.

– Но я верю тебе. Кое-что наблюдала сама, – после этих слов у Андрея будто гора с плеч свалилась. – Неужели наш Васильич на такое способен?

– Сам в шоке!

– И что теперь?

– Сперва я найду профессора и прикончу его.

– Зачем?! – вскинулась Наташа.

– То есть «зачем»?! – опешил Андрей. – Он людей убил. Меня хотел убить!

– Нет, ты заблуждаешься! Думаю, он хотел от тебя помощи. Уверена, профессор не собирался никого губить. Он… он ошибся…

– Слышишь, что несёшь?! – вспылил парень. – Какая разница: ошибся или специально всё подстроил?!

– Ты забыл, КАКОЙ он человек?

– Он психопат, злой гений, если угодно!

– Он учёный, с большой буквы, – возразила Наталья. – Ты сам сказал, он начал эксперименты с себя. Когда получил положительные результаты, рискнул расширить масштаб. Не так всё просто, Андрей.

– Всё равно, я должен найти и наказать его.

– Обещай, что не станешь убивать.

– Что? Хм, ладно… Покалечу слегка и отпущу…

– Андрей!

– С какой стати ты мне указываешь? Нашлась мамка! Его мало убить!

– Даже если он может помочь тем, кто превратился в чудовищ?!

– Они мертвы!

– Ты видел тела? – спокойно спросила Наталья.

– Он показал запись, где их убивали военные. И они убивали военных. Там были сотни трупов!

– Но с чего ты взял, что погибли все? Кого-то сильно ранили, кого-то поймали. Или ты успел всех поголовно пересчитать? Если выжило хоть пара десятков, то Василь Васильич единственный, кто сможет помочь. Об этом подумал, мститель?

– Ч-чёрт… Нельзя такой расклад исключить. Так или иначе надо встретиться с профессором. А там как карта ляжет. Спасибо, за завтрак! Пойду искать.

– Прямо сейчас?

– Естественно! Дорога каждая секунда!

– Я с тобой!

– Нет, Наташ. Неизвестно, как меня встретит Васильич. Оставайся здесь.

– И не подумаю! Я иду с тобой! – упрямо твердила девушка.

– Блин, это реально опасно!

– Ага, опасно. Сидеть одной и ждать прихода маньяка в сером по-твоему лучше? Я тебе не успела сообщить: ночью под окнами разгуливала какая-то девица. Пела, смеялась. Я сидела тихо, как мышь. Но она догадалась, что мы тут прячемся. Не могу вообразить, кто притащится ещё! Так что, изволь меня защищать. Ты мужик, в конце концов!

– О как! Приехали! Всегда считал тебя умной и образованной… А ты вон что. Кухонные приёмчики.

Глаза Наташи наполнились слезами. Андрей понял, что сболтнул лишнее. Девушка ни словом не обмолвилась, какой ценой ей дались прошедшие дни. Она заботилась о нём, держа все переживания в себе. И лишь при встрече она позволила себе выплеснуть часть переполнявших её эмоций в виде весёлого рассказа. А ведь ей было страшно. Она эти дни провела в одиночестве под надзором хладнокровного убийцы. И теперь просто не хотела оставаться одна.

– Наташ, извини… Не плачь, пожалуйста.

– Сам виноват! Надо сразу соглашаться! – всхлипнула девушка, но тут же справилась с собой. – Я ведь дело говорю?

«Хех, а ещё слабый пол!» – восхитился Андрей.

– Ладно, ладно. Пошли вместе.

– Уже решил, где начнём искать?

– Наверное, проверим центр. Больницу и порт.

– Нужно идти к маяку. Васильич много времени проводил там. Наверное, там у него запасная лаборатория или что-то этом духе, – безапелляционно выдала Наташа.

– Да, так и поступим, – согласился Андрей, а сам подумал с досадой: «Всё. Взяла в оборот и начала командовать. Неужели все девчонки одинаковы?»

– Подожди десять минут, я кое-что соберу в дорогу.

Парень страдальчески закатил глаза и покорно приготовился дожидаться окончания сборов Натальи, не желая больше препираться.

18 мая. Понедельник. 8:00

Сухов сидел на громадном письменном столе в кабинете главы управы и изучал карту города на стене. Иногда наклонялся к ней и делал пометки красным маркером, найденным тут же. Покусывал его кончик и размышлял.

За ночь и утро они прочесали все ключевые точки. Противник не обнаружен. Никто не пытался вступить с ними в бой или выйти на контакт. Следы массовых беспорядков, грабежей, уличных столкновений отсутствовали. Ни пожаров, ни разрушений, ни баррикад, ни заграждений. Магазины, учреждения, квартиры и имущество граждан не тронуты.

Город пуст и одновременно цел. Почти цел. В этом «почти» кроется много вопросов.

Кто и зачем затопил суда в порту? Кто взломал оружейку в полицейском участке? С разложившимся трупом ясно: какой-нибудь загулявший житель загремел в «обезъянник», мутировал взаперти, разбил башку, пытаясь выбраться, и издох. Дальше. Административные узлы. Узлы связи. Пусто. Ничего приметного. Институт. Вроде всё в порядке. Но в нескольких комнатах бардак, а в одной обустроено жильё, которое покинули буквально за час до их прихода. В подвале недавно произошло возгорание. Похоже, причиной стал взрыв газового баллона. Обнаружены обломки компьютерной техники и какого-то устройства. Скорее всего, до ЧП там ставились эксперименты с применением газового оборудования. После ЧП баллон пытались открутить, и случился бабах. Следующий пункт. Несколько квартир и два магазина подверглись взлому. Кто-то собирал остатки горючего по городу, а также пользовался внедорожником после ЧП. Машину нашли в гараже института.

Это частности. Теперь общее. Что за массовое воздействие оказали на жителей Аральска-7? Где источник воздействия? Нет признаков применения отравляющих химических веществ или бактериологического оружия.

«На хрена я в это лезу? – осадил себя майор. – В штабе разберутся. Целый НИИ для расследования собрали. Я-то чего башку ломаю? Поставлена конкретная задача – разведка. Что нашли, то нашли. Всё! Что меня касается? Выжившие. Их не застали. Двое недавно слиняли. Сами виноваты, робинзоны долбаные. Раз такие умные, продержатся до приезда комиссии.

Кстати, это версия. Нашлась группа гражданских, не подвергшихся мутации, они организовали игру в выживальщиков. В задоре потопили все плавсредства. Что вполне логично, если они были свидетелями мутаций. Чтобы ни один мутант не убежал с острова. Повредили подводный кабель… Хотя это уже сказки. Но, допустим, они смекалистые ребята. Остальное – последствия попыток наладить быт в условиях чрезвычайной ситуации.

Ежели они главные виновники, то в мою задачу не входит их устранение или поимка. Этим займётся комиссия.

Вывод: разведка закончена, можно убывать на базу. Пойду-ка своих орлов заберу».

18 мая. Понедельник. 7:30

– Андрей, стоит ли идти по дороге?

– Хочешь, прогуляемся по песку, полазаем через кустарник и колючки?

– Тебе виднее, но сам говоришь, неизвестно, как Васильич отреагирует на наш приход. Лучше подойти незаметно.

– Заметит. По-любому он меня ждёт.

«Жду, мой друг. С нетерпением!» – промелькнуло в уме парня, и у того побежали мурашки по спине.

– Ты что-то сказал? – спросила Наташа.

– А? Нет-нет…

– Хм, показалось, ты сказал: «Ждёт с нетерпением».

– Я не говорил, – с раздражением сказал Андрей.

– Значит, ветер шумит, – весело и успокаивающе сказала Наталья.

Они шли по пыльной грунтовке. Из-за горизонта выплыл старый маяк. То не был маяк романтического вида, который представляет себе большинство людей: вытянутый кверху конус с прожекторной надстройкой и помещениями смотрителя внутри. Твердыня на высоком мысе, о подножие которого разбиваются волны.

Северный маяк напоминал мачту освещения. Стальная труба полметра в поперечнике и высотою едва ли больше тридцати метров. Наверху крохотная площадка и прожектор на куцем станке. Забраться наверх можно по скобам. Вся конструкция удерживается тремя провисшими оттяжками. У основания притулился сарайчик. Не для смотрителя. Там находился силовой щиток, запасные лампы к прожектору и разная мелочёвка. Даже спальное место обустроить трудно, не то что временное жилище или рабочее помещение.

Близилась встреча с профессором, и парень не хотел втравливать в разборку Наталью.

– Наташ, скажи честно: ты заметила перемены в себе?

Девушка покраснела и выдала себя. Андрей не стал допытываться очевидного ответа, а продолжил:

– Ты слышала голос Васильича, но не захотела поверить, что это он, так?

– Так…

– Я научу тебя пользоваться новыми возможностями. По крайней мере в том объёме, в котором обучен сам.

– Я уже кое-что умею.

– Молодец. Но давай договоримся: что бы между мной и профессором ни произошло, ты останешься в стороне. Идёт?

– И даже если?..

– Даже если, – жёстко обрубил парень. – Хотя профессор на такое не решится. Я нужен ему. Там, в лаборатории, он не планировал убивать меня. Хотел проучить или нейтрализовать.

– Ладно, постою в сторонке, аки прынцеска. Пока прынц бьётся с драконом, – и девушка изобразила на ходу книксен.

«Бесполезно. Точно влезет», – огорчился Андрей.

«Ни в коем случае не станем вмешивать даму! Верно, мой юный друг?» – снова пришёл посыл от профессора.

За фразой последовало действие. Камень размером с кулак просвистел у самого уха Андрея. Он едва успел увернуться.

– Наташа, беги и спрячься!

– А ты?

– Быстро! – крикнул Андрей, и девушка подчинилась.

Из-за груды щебня на обочине вышагнул профессор.

– Здравствуй, Андрей. Как ты?

– Наверное, плохо. Раз меня так часто об этом спрашивают.

– Напротив. Выглядишь молодцом. Лови!

Ещё два камня устремились в парня. Он отступил влево, и они пролетели мимо.

– Уподобились мутанту? Он тоже камушки швырял, но ему пришлось за это ответить.

– Ух, какие мы серьёзные! А так?

Профессор с поразительной скоростью начал метать в Андрея куски щебня, так что тому пришлось непрерывно менять позицию и уворачиваться. Парень не остался в долгу. Подобрал несколько штук, ранее брошенных в него, и зашвырнул в профессора. Не попал, но заставил того сбавить напор.

«Детский сад, блин», – со злостью подумал парень и в тот же миг осел на одно колено. Снаряд угодил под коленную чашечку. Скрежеща от боли, парень пополз к кустам в поисках укрытия. А Василий Васильевич провозгласил:

– Зря! Булыжник – оружие пролетариата. Знаешь, как им раньше разъярённая толпа орудовала? Никакие доспехи не спасали.

Старик собирался добавить краткую историю о применении камней в качестве оружия. Но это самое оружие поразило его в лоб, и он, схватившись за лицо, покатился по земле.

Андрей, пользуясь уязвимостью противника, запрыгал по направлению к нему на одной ноге. Присел возле лежащего профессора, намереваясь провести серию ударов. Однако старик молниеносно подтянул ноги к животу и мощным толчком отбросил Андрей от себя. Удар был столь силён, что у парня перехватило дыхание. Он приподнялся и не смог ничего разобрать. Перед глазами всё плыло. Он рассчитывал, что быстро придёт в себя, но состояние ухудшалось. В ушах зашумело, в затылке пульсировала боль.

Парень не планировал легко сдаваться. Он воспроизвёл в уме сцену в лаборатории, видеоролик с омерзительными тварями, и его сердце затопила ярость. Шум и боль прошли, зрение прояснилось.

Старик стоял, покачиваясь и размазывая кровь по разбитому лицу.

Парень сообразил, что профессор воздействовал на него психической силой. Тогда Андрей сосредоточил внимание на горле старика. Послышалось шумное дыхание, хрип и стоны.

Внезапный порыв ветра швырнул парню в глаза песок. Он зажмурился и отвлёкся от старика. И сам ощутил приступ удушья. Василий Васильевич перешёл в контрнаступление. Андрей сопротивлялся, но вдохнуть так и не сумел. Отчаявшись, парень перешёл от обороны к нападению. Чуть успокоился, осмысленно задержал дыхание и вообразил, как дотягивается рукой до сердца профессора и сжимает его пальцами. Приём дал немедленный результат: старик снова оказался на земле и хватался уже не за лицо, а скрёб по груди.

«Не убивай!»

Это Наташа. Она наблюдала за схваткой. Андрей отпустил.

Оба противника встали друг напротив друга. Андрей настроился на отражение нового удара. Но профессор принял непринуждённую позу, отставив ногу в сторону и уперев руки в бока.

– Хорош, молодчик. Едва не укокошил. Желаешь продолжить? Или выдохся, мой юный друг?

– Всегда к вашим услугам, профессор! – с вызовом бросил парень.

– Браво! Горжусь тобою, достойным учеником! Однако ты шёл не драться. Сотрудничество. Временный союз для спасения уцелевших жертв эксперимента. Без моей помощи не обойтись. Угадал?

– Да, – стиснув зубы, выдавил Андрей. – Но сначала вы всё расскажете и разложите по полочкам!

– Андрей, предлагаю отложить дебаты…

– Увиливаете от разговора?!

– Чувствуешь?

– Опять эти штучки?! Мы не договорили!

– Грядёт нечто большое и странное. В воздухе что-то есть, не правда ли?

Парень обратил внимание, как к острову движется сине-чёрная полоса туч. Воздух стал тяжёлым. Стоял штиль, однако тучи ползли очень быстро.

– Тучи, и что? Вы грозы испугались?! Это не повод…

– Посмотри, она надвигается со всех сторон! Это не обыкновенная гроза. Необходимо найти укрытие! – профессор отвлёкся от беседы с Андреем. – Так, так, та-а-ак. Под вышкой маяка опасно – молния попадёт. В цистерну не залезем. И она тоже металлическая. Андрей, что скажешь о том сарае?

Узловатые пальцы указали на покосившееся деревянное строение.

– Василь Васильич, это шутка?! – Андрей ощутил, как в атмосфере появилось нечто незнакомое. – Хотя… Вы правы, это странные тучи.

– Ага, пробрало?

– Бред какой-то! Они точно смотрят на нас! И как же быстро приближаются…

– Зови Наташу, и быстро внутрь! – приказал профессор.

Девушка уже сама торопливо шагала к ним.

– Здравствуйте, Василь Васильич. Андрей, прекрати драку. У меня плохое предчувствие. И облака такие страшные, – проговорила она, со стыдом глядя на перепачканного в крови старика.

– Как видишь, уже прекратил.

– Идёмте! – Наташа решительно схватила Андрея за руку и повлекла к сараю. Парень не сопротивлялся. Но когда все трое зашли внутрь, он обратился к старику:

– Вы считаете эту хибару надёжной?

– Абсолютно ненадёжной! Но другой нет. По крайней мере дерево экранирует часть опасной энергии.

– О какой энергии вы говорите? – спросила Наташа.

– Наташенька, я выражаюсь образно. Не могу сосредоточиться и изучить подробнее. Но ты ведь чувствуешь тревогу?

– Да, мне страшно.

– Ты испытываешь не страх чего-то необъяснимого, твоё подсознание даёт сигнал о реальной угрозе… Так, уже близко. В дальний угол!

Василий Васильевич, подвёл всех к углу, усадил и сел сам.

– Сгруппируйтесь. Закройте голову руками или склоните промеж колен, – распорядился он.

Наташу начала колотить мелкая дрожь. Андрей прижал её к себе и по возможности прикрыл её руками.

– Наташ, не бойся. Это просто буря, – попробовал он успокоить девушку.

– Я не очень боюсь. Сама не знаю, почему так трясёт, – недоумевала Наташа.

– Всё дело в том, что женщины более восприимчивы к…

Продолжение фразы профессора утонуло в цепи громовых раскатов, сотрясших округу. Стало темно, как ночью, а затем на стенах заплясали отблески невероятно ярких всполохов, пробившиеся сквозь щели. Земля завибрировала, словно рядом ехала колонна тяжёлой техники.

Андрею чудилось, что снаружи гуляют гигантские смерчи, и, стоит ему расслабиться, они сию минуту поглотят его. Поэтому он силился занять сознание. Пробовал лечить колено. Затем считал вспышки, засекал интервалы между ними и делал ещё что-то. Тщетно. Всю его сущность затягивало под неумолимый каток вселенской апатии. Более он не мог сопротивляться…