Читать книгу "Право Рима. Марк Флавий"

Продвигаясь на юг, франки не ждали от обитавших там племён серьёзного сопротивления. Все они были малочисленны, хуже вооружены и постоянно конфликтовали друг с другом. За исключением лишь племени свевов, вождём которого был Колояр. Его воины славились тем, что если вступили в сражение, то уже никогда не отступали, даже погибая, наносили противнику огромный ущерб. Сам же Колояр был известен тем, что легко мог сражаться с десятком и более воинов и одержать победу. Но при этом, с Колояром можно было договориться, и тогда он мог бы разрешить проход войска через его земли, именно на это сейчас и надеялся король франков Харманд. Он вызвал к себе своего младшего брата Рикерта и приказал ему взять десять тысяч воинов и направиться во владения Колояра для получения разрешения прохода по его землям всему войску франков. Почти сразу после отъезда Рикерта с его отрядом, Харманду доложили, что римские легионы повернули на запад. Римские всадники были более тяжёлыми и франки легко могли убежать от погони, если у них был запас времени, именно такой запас для франков сейчас и создавали сами римляне, поэтому король франков остался доволен этой новостью. Теперь он мог через земли свевов беспрепятственно проникнуть в богатые южные районы Галлии и затем вместе с награбленным богатством безнаказанно уйти обратно.

Вернувшись в лагерь, первым делом Марк организовал конные дозоры на расстоянии не менее двух миль от лагеря. Остальные воины стали готовиться к предстоящему сражению. Взяв с собой десяток воинов, Марк выехал из лагеря, подъехав к лесу недалеко от лагеря, он приказал им насобирать, как можно больше хвороста и сложить в кучу. Воины уже давно не спрашивали у Марка зачем, что-либо делать, они просто делали и всё, если Марк говорит, значит так и надо.

В штабной палатке сидели вожди и тоже готовили своё оружие к предстоящему сражению.

– Я заметил, что все воины, да и мы вожди тоже, даже Колояр, делаем всё, что скажет Марк, почему, кто мне объяснит? – спросил Баган.

– Мы уже давно с братом это заметили, – усмехнулся Деян.

– Так в чём же дело? – ещё раз спросил вождь и даже отложил в сторону меч, – что в нём такого?

– Он всегда говорит по делу, даже спорить с ним нет необходимости, я, во всяком случае, не видел и не слышал, чтобы с ним кто-нибудь когда-нибудь спорил, – задумчиво сказал Дидил.

– А потом, как он говорит, спокойно, уверенно, взгляд, лицо, – стал размышлять вслух Деян.

– Да, действительно, есть такой момент, – согласился Баган.

– А потом он никогда и ничего не просил для себя лично, а если говорит о какой-нибудь работе, то сам же первый её и начинает, – продолжил свои размышления Деян.

– Сколько времени он у вас уже живёт? – спросил Баган.

– Сколько, сколько, Скорка через два месяца должна родить, так что больше чем семь месяцев.

– Это когда же они с твоей дочкой сладили, – усмехнулся Баган.

– А она его в речке бесчувственного выловила и выходила, ну там и сладили, – улыбнулся в ответ Деян.

– Тут видишь, какое дело, – включился в разговор Дидил, – мы с братом, несколько лет назад сильно повздорили, даже за оружие хотели взяться, нас колдуны Митуса и Вукил разняли, а потом Митусе сон приснился, что мир и процветание на земле свевов наступят, когда из реки к нам воин выйдет, но не наш. Вот вроде бы её сон и сбывается.

– Ну, до мира и процветания нам ещё далеко, от франков сначала отбиться надо, а Марк, что точно родственник императора Константина? – засомневался Баган.

– Во всяком случае, они встречались уже не один раз, и Марк находится с ним в хороших отношениях, – сказал Деян.

Используя хорошую римскую дорогу и ночные переходы, Константин привёл свои легионы в предполагаемую точку сражения раньше франков и ожидал их в удобном для сражения месте. Это была небольшая долина, которая примыкала к более широкой долине, справа в конце этой долины и должен был находиться Марк Флавий со своими воинами. Высланные во все стороны переодетые дозоры должны были сообщать о движении франков и уничтожать их дозоры. Разведчики сообщили, что видимо ночью один отряд франков уже прошёл по долине. Константин несколько удивился этому сообщению, но беспокоиться не стал. Этот отряд должен был разгромить Марк Флавий. Вскоре в долине появились основные отряды противника, которые стали вначале накапливаться в ней. Передав половину лёгкой конницы одному из своих легатов, Константин приказал ему скрытно зайти в тыл франков. Ширина долины позволяла императору построить свои силы в соответствии с избранной тактикой. Тяжёлая кавалерия построилась массивным клином в направлении противника, по бокам этого клина расположилась оставшаяся часть лёгкой кавалерии. Как всегда Константин занял своё место в острие клина. Разведчики сообщили о начале движении франков по соседней долине. Константин отдал команду и его войска начали движение навстречу противнику.

Рано утром высланные Марком конные разъезды сообщили о приближении франков. В тот же момент в небо устремились два столба дыма, это Колояр выполнил своё обещание, сигнализируя о приближении основных сил противника. Марк Флавий приказал зажечь ещё один костёр, таким образом, он сообщил императору Константину, что вступил в сражение с франками. Марк построил своих воинов по всем правилам тактики тяжёлой кавалерии клином. Во главе клина стали Деян, Дидил и Марк. Место впереди клина заняла лёгкая кавалерия, состоящая из воинов Багана. По замыслу Марка при приближении франков на расстояние двух выстрелов из лука лёгкая кавалерия должна была уйти вправо и влево и обеспечить охват противника с флангов. Основной же удар наносили тяжёлые конники, стоящие в центре. Таким образом, до самого последнего момента, франки не знали бы, с какими силами им придётся сражаться. Ширины долины вполне хватало для этих манёвров.

Стоящие впереди конники Багана начали движение. Это означало, что франки уже двигались им навстречу. Клин Марка начал движение вслед за ними очень чётко держа строй. Движение постепенно ускорялось и вскоре Марк и все его воины уже мчались на противника.

Рикерт ехал впереди своих воинов и размышлял: « Хорошо, что он решил дать своим воинам немного отдохнуть этой ночью, теперь они были готовы к встрече с воинами Колояра. Почему его все так боятся, что в нём такого. Харманд говорил, что он обязательно их встретит на своих землях. Может быть Колояр испугался, мы сейчас едем по его владениям и никого не видно». Внезапно он увидел впереди много всадников, они скакали на них. Рикерт решил, что это и есть воины Колояра, которые вместо переговоров решили их атаковать. Он вытащил свой меч, крикнул своим воинам и поскакал в сторону противника, франки с криками устремились за ним.

Мчась вместе со своими воинами на противника, Рикерт подумал о том, что всё получилось гораздо лучше, чем он предполагал, теперь не надо было вести эти нудные, никому не нужные переговоры, он сейчас просто разобьёт воинов Колояра, и этим наконец-то прославится. Когда до противника осталось совсем немного, Рикерт увидел, как всадники свевов вдруг повернули и стали разъезжаться в разные стороны, а за ними ощетинившись копьями навстречу им мчались, о Боги, римляне. Свевы и римляне были вместе против франков. От неожиданности Рикерт натянул поводья своего коня, то же самое сделали и его воины, сразу возникла сумятица. Задние конники стали сталкиваться с передними, атака франков стала захлёбываться. Между тем, разъехавшиеся в стороны свевы стали осыпать франков стрелами нанося им существенный ущерб. Воины Рикерта выпустили рой стрел в сторону наступающих, но воины Марка и их лошади были очень хорошо защищены, поэтому никаких существенных потерь не несли.

Удар конницы Марка был страшен, она врезались своим клином в противника, и опрокинула франков. Марк, уклоняясь от ударов франков и поражая их своим мечом, мчался вперёд. Воздух наполнился криками сражавшихся воинов, ржанием лошадей, звуками ударов по щитам и скрежетом металла. Через триста шагов движение всадников Марка замедлилось, но сражаясь на мечах, они продолжали держать строй. По команде свевы иногда размыкали строй и впускали франков внутрь, затем вновь смыкали строй. Попавших внутрь своего строя всадников противника свевы сразу окружали и уничтожали. Марк сражался рядом с Деяном и Дидилом. Он видел, как ожесточённо они рубились с противником, весьма умело орудуя мечами и щитами. Постепенно франки опомнились и стали оказывать ожесточённое сопротивление. Марк заметил, как несколько франков окружило одного из свевов. Это был Стоян, он оказался на редкость очень ловким воином и почти играючи уклонялся от ударов франков, нанося им смертельные удары. Но франки окружили его, и Марк поспешил ему на помощь. Подняв своего коня на дыбы, он ворвался в круг франков и ударами своего меча убил, по меньшей мере, трёх из них. Стоян добил остальных. Улыбнувшись друг другу они набросились на другую группу франков. В это время во фланги франков ударили воины Колояра. Это было настолько неожиданно, что франки не выдержали и побежали. Они разворачивали своих лошадей, пытаясь прорваться через воинов Колояра, и при этом несли огромные потери. Воины Марка начали преследование панически отступающих франков.

Лёгкая конница франков очень быстро отступала, поэтому Марк со своими воинами вскоре отстал, но проскакав мили три, он внезапно обнаружил, что франки опять скачут на них. На всякий случай Марк отдал своим воинам команду снова построиться в клин. Когда противник приблизился, Марк увидел, что их движение не было похоже на организованную атаку, это было бегство и видимо от ещё более грозного противника. Франки не сдавались, поэтому воины Марка начали их уничтожать. Через некоторое время Марк понял причину бегства франков, это была тяжёлая кавалерия императора Константина.

Глава VIII

Марк увидел Константина, как всегда он был впереди своего войска. Сражение закончилось, и на поле боя остались только победители. И те, и другие были одеты практически в одинаковую амуницию, их начальники, дружественно улыбаясь, ехали навстречу друг другу. Почти одновременно взмахом руки они остановили движение своих воинов и оставив всех сопровождающих, в одиночку продолжили путь.

– Приветствую тебя мой император, – улыбаясь, произнёс Марк, останавливаясь рядом с Константином.

– С победой тебя Марк Флавий, – так же улыбаясь, глядя на испачканное кровью лицо своего друга, ответил он.

– Судя по твоим латам тебя тоже с победой, – кивнул Марк на следы от ударов мечей на амуниции императора.

– Ты уничтожил передовой отряд франков, а мои легионы сейчас добивают их основные силы.

– Сколько же всего их было?

– По моим подсчётам не менее пятидесяти тысяч.

– Да, если бы не твои легионы, туго бы нам пришлось, – сразу став серьёзным произнёс Марк.

– Мы с тобой всё правильно решили и действовали вместе, поэтому это наша совместная победа, – улыбнулся Константин, – жду тебя сегодня к вечеру, я разобью свой лагерь там, – и показал мечом в направлении небольшой речки.

– Хорошо, только я приеду вместе с вождями.

– Конечно, конечно, всё, жду, – сказал Константин и поскакал обратно к своим воинам.

Марк вернулся к своим вождям. Дидил сразу его спросил:

– Что сказал император?

– Оказывается, мы разбили только передовой отряд франков, – ответил Марк, – основные силы разбили легионы римлян.

– Сколько ж их тогда всего было? – удивлённо спросил Деян.

– Раза в четыре больше тех, что атаковали нас, – сурово ответил Марк.

– Выходит, если бы не твой друг император Константин, они бы нас разгромили? – спросил Дидил.

– Выходит, что так, – ответил Марк, слегка улыбнувшись, – ладно поехали, надо умыться и со своими делами разбираться, сегодня вечером он ждёт нас к себе. Они вместе направились к своим воинам.

Свевы приводили себя в порядок, после сражения и подсчитывали потери. Благодаря прочным доспехам у конницы Марка не было убитых, пять тяжелораненых и два десятка легкораненых воинов. Потери среди воинов Багана были более ощутимы, почти пятьдесят убитыми и две сотни раненных различной степени. Вожди собрались на совет в штабной палатке.

Баган был хоть и мрачен, но с заинтересованностью обратился к Марку:

– Мои потери не так велики, но по сравнению с вашими огромны, и это при том, что основной удар наносили твои воины.

– Мои воины лучше обучены и более надёжно прикрыты, практически все ранения они получили от мечей франков, у тебя же в основном все потери и ранения от их стрел.

– Да, это так, – согласился вождь, – мне почему-то кажется, что мы не последний раз с ними воюем, – задумчиво произнёс Баган.

– Чего ты Баган юлишь, скажи прямо, что твоим воинам необходима такая же амуниция, как у нас, – включился в разговор Дидил.

– Вопрос серьёзный и требует обсуждения, – уверенно сказал Марк.

– Так в чём же дело, давай обсудим сейчас, – сказал Деян.

– Здесь нет ещё одного вождя, – улыбнулся Марк.

– Ты думаешь, он приедет, – спросил Баган.

– Думаю, что приедет, – ответил Марк, – пошли, посмотрим раненых, – предложил он и направился к выходу. Вожди вышли следом за ним.

После осмотра своего войска Деян и Дидил решили тяжелораненых прямо сейчас отправить к своим родам. Баган так же дал команду погрузить в обоз всех убитых и тяжелораненых воинов. В это время прибежал воин и сообщил, что у ворот лагеря их ждёт Колояр и не один, при этом очень странно посмотрел на Дидила. Подойдя вместе с вождями к воротам, Марк увидел сидящих на лошадях Колояра со своими воинами, и возле них связанного человека, это был Януш.

– Колояр, почему мой сын связан? – спросил с тревогой Дидил.

– Чтобы не убежал, – ответил Колояр.

– А почему он должен убежать?

– Предатели всегда пытаются убежать от возмездия, – жёстко ответил Колояр.

– Мой сын предатель, ты ничего не перепутал вождь?

– А пусть он тебе всё сам расскажет.

Януш стоял с опущенной головой, Дидил подошёл к нему:

– Что с тобой случилось сын? – спросил отец.

– Прости меня отец, – Януш упал на колени и ещё ниже склонил голову.

– За что сынок, – склонился к нему Дидил.

– За всё, – понуро ответил Януш.

Свевы молча наблюдали за этой сценой. Предательство было самым страшным грехом в их племенах, и никто из вождей и воинов не помнил подобных случаев в своей жизни, поэтому они были просто поражены этим известием.

– Расскажи толком, что произошло, – попросил Деян, увидев вопросительный взгляд Колояра, добавил, – тут все свои, нам нечего друг от друга таиться.

– Ладно, как хотите, – ответил Колояр, не слезая с лошади, – несколько недель назад Януш пришёл ко мне и заявил, что он сын вождя, что поссорился со своим отцом, поэтому ушёл со своего племени. Он попросился ко мне в войско. Я знал Дидил, что у тебя есть сын. Парень он здоровый и на мечах неплохо дерётся, и я его взял к себе, и не простым воином, а сотником. Прошло не так много времени, и мы все увидели, что его больше интересует не служба, а бабы. Дело конечно молодое, но не в ущерб службе. В общем, снял я его с сотников и определил в десятники, вот тогда он и затаил обиду. Я увидел это и приказал тайком за ним наблюдать. Когда подошли франки, ему было известно, что мы готовим для них засаду, он решил податься к ним и предупредить их. Мои воины проследили за ним и схватили его ночью перед битвой, когда он уже был возле их лагеря. Вот собственно и всё.

После этих слов Дидил встал и угрюмо помолчав, спросил у сына:

– Януш, это правда, что ты молчишь, отвечай?

– Правда, – угрюмо ответил Януш.

С белым лицом Дидил спросил Колояра:

– Ты ведь взял сегодня в плен франков?

– Да.

– Когда ты их отправишь на жертвенный камень?

– Завтра на рассвете.

– Мой сын предал тебя, значит он тоже враг, забери и его.

– Но он ведь свев, – возразил Колояр.

– Нет, он больше не свев! – воскликнул Дидил.

– Хорошо, если ты передумаешь, у тебя есть время до рассвета, – Колояр кивнул своим воинам и те увели предателя.

– Отец, отец, прости меня, – крикнул Януш.

Марк смотрел на Януша почему-то с сожалением. Весь его вид говорил о глубоком раскаянии в содеянном, но Марк промолчал, и не стал оспаривать решение его родного отца. Когда Януша увели, Дидил, согнувшись от навалившегося на него горя, пошёл в штабную палатку, Деян, кивнув Марку, последовал за ним. Колояр спешился, и обсуждал с Марком итоги сражения у ворот лагеря. В это время к ним подошёл Деян:

– Марк, Дидил решил ехать домой вместе с обозом раненных.

– Понимаю, он вождь и вправе поступать, как считает нужным.

– Марк я поеду с братом, тяжело ему сейчас, – как-то виновато произнёс Деян.

– Конечно, конечно, думаю, что мы тут справимся, – произнёс Марк, глянув на Колояра.

– Поезжайте, не беспокойтесь, – кивнул Колояр.

– Что мне Скоре передать, когда домой собираешься? – спросил Деян.

– Думаю через пару дней, – улыбнулся Марк.

– Хорошо, до встречи, – попрощался Деян и ушёл.

Через некоторое время обоз с раненными воинами, Дидилом и Деяном в сопровождении дружинников отправился домой. Баган тоже отправил своих убитых и раненных в обозе. Сразу после этого Марк вместе с оставшимися вождями направился к императору Константину.

В сопровождении двух десятков воинов Марк, Колояр и Баган поехали в расположение войск Константина. Находясь на безопасных территориях римляне, как правило, не возводили укреплённых лагерей, а просто ставили палатки. Вот к такому палаточному лагерю сейчас и подъехали Марк и вожди свевов. На въезде их остановил патруль. Начальник патруля молодой центурион, узнав имена прибывших, попросил сопровождающих воинов остаться за пределами лагеря, а Марка и вождей проводил до палатки императора. На входе в палатку охрана попросила Марка, Багана и Колояра сдать им своё оружие. Отдав охране свои мечи и кинжалы, приехавшие на встречу вошли в палатку императора.

Константин сидел в своих доспехах за столом и просматривал бумаги. Он встал и улыбаясь пошёл навстречу:

– Марк Флавий, рад тебя видеть, дружище, – тепло за руку поздоровался император.

– И я, рад тебя видеть император Константин, – ответно улыбаясь, пожимал руку императора Марк, – позволь мне представить тебе моих соплеменников, вождь Колояр и вождь Баган.

– Хорошо, друзья Марка, мои друзья, – Константин молча, пожимал руки представленным вождям, отметив высокий рост Колояра, его крепкую фигуру и необычный хвост из волос прихваченный синей лентой на темечке. Внезапно Колояр произнёс:

– Я три года служил под началом вашего отца в Галлии, но мне пришлось вернуться, чтобы возглавить племя после смерти моего отца.

– Моего отца тоже с нами уже нет, – грустно сказал Константин, – Марк, помнишь наш разговор по поводу службы свевов в моих легионах.

– Помню, вопрос решён положительно, правда с другими вождями.

– А с Баганом и Колояром ты на эту тему не разговаривал?

– Нет, ещё не успел.

– Так в чём же дело, давай сейчас их спросим, – улыбнулся Константин.

– Хорошо я сейчас быстро им всё объясню, – попросил Марк.

– Тогда садитесь возле того столика, а я пока бумаги посмотрю, – произнёс Константин и вернулся к своему столу.

Марк присел вместе с вождями к небольшому столику в углу палатки и стал им рассказывать о службе свевов в римских легионах. Баган слушал с интересом, а Колояр пристально смотрел на Марка. Вскоре Марк это заметил и спросил:

– Ты что-то хочешь сказать Колояр?

– Марк, всё о чём ты говоришь полумеры, нам нужно иметь здесь свой железный кулак.

– Объясни.

– Франки скоро очухаются и вернутся, галльские легионы стоят в Тревире и не успеют к нам на помощь, мы сами должны обеспечить свою безопасность, – уверенно произнёс вождь.

– Ты хочешь сказать, что мы должны организовать и оставить здесь постоянное войско, – спросил Марк.

– Да, похоже, спокойные времена для нас закончились, – глядя куда-то в сторону задумчиво произнёс Колояр.

– Колояр прав, – включился в разговор Баган, – франки вернутся и нам надо объединяться.

– Честно говоря, я уже думал об этом, но здесь возникает много правовых и финансовых вопросов, – улыбнувшись, произнёс Марк.

– У нас не так уж и много времени для их решения, – убеждённо сказал Колояр.

В это время к ним подошёл Константин. Все встали. Жестом, усадив всех на место, император сказал:

– Я краем уха слышал, о чём вы здесь говорили, думаю, что ваши опасения насчёт франков не напрасны. На мой взгляд, если хорошенько укрепить лагерь, который построили воины Марка и оставить там достаточно сильный гарнизон, то он некоторое время будет сдерживать франков, во всяком случае, до подхода главных сил.

– А главные силы это кто? – спросил Баган.

– Марк сейчас вам всё расскажет, – улыбнулся Константин.

– Хорошо, давайте подойдём к карте, – Марк жестом подозвал всех к отдельному столу, на котором лежала карта императора.

Детально проговорив все вопросы, вожди согласились со всеми доводами Марка. На этом визит вождей был закончен, Константин попросил Марка ненадолго задержаться. Марк, в свою очередь, попросил Колояра обождать его возле лагеря. Тот согласно кивнул головой и вышел вместе с Баганом.

– Я вот ещё о чём хотел с тобой поговорить, – начал разговор Константин, жестом пригласив Марка за свой стол.

– Я тебя внимательно слушаю, – ответил, усевшись, Марк.

– Максенций смог поднять бунт и укрепиться в Риме только при помощи преторианцев, пообещав им существенное повышение денежного содержания.

– Но это обычная практика в римской империи.

– Да, но меня уже это не устраивает, императорская гвардия, как продажная девка кто больше заплатит, тому и служит.

– И что ты намерен делать?

– Я хочу избавиться от преторианцев раз и навсегда.

– Ты хочешь изменить вековые устои Рима, – недоверчиво спросил Марк.

– Я согласен с тобой, необходим хороший повод и весомые аргументы, но пока меня интересует такой вопрос, свевы смогут стать личной охраной императора?

Марк внимательно посмотрел на Константина. Его мысль была понятна. Марк, рассказывая императору о свевах, всегда поражался их природной честности и порядочности, об их не избалованности деньгами. Теперь Константин хотел бы использовать эти их качества для создания своей личной охраны, взамен продажных преторианцев.

– Но ведь кроме преданности и умения владеть мечом охрана должна знать весь придворный этикет, – спросил он Константина.

– Ну, этому быстро учатся, – ухмыльнулся император, – я ведь не завтра собираюсь это сделать.

– Давай сначала пусть они у тебя простыми солдатами послужат, а потом мы к этому вопросу вернёмся.

– Хорошо, – согласился Константин, – тогда ещё один вопрос, мне надо в Аквинкум, ты разрешишь моему легиону пройти по твоим землям?

– Это земли свевов, а не мои, но думаю, что проблем не будет, и почему только один легион?

– Остальные я отправлю в Тревир, там у меня матушка и сын, – тепло улыбнулся Константин, – а у тебя, когда пополнение будет?

– Через месяц, – тоже заулыбался Марк.

– Ну, вот на этой приятной ноте мы и закончим наш сегодняшний разговор, извини, бумаг много накопилось, – кивнул император на свой стол, действительно заваленный свитками.

– Когда выступаем? – спросил Марк, вставая.

– Послезавтра на рассвете, надо ещё всех убитых захоронить – ответил Константин, пожимая ему руку.

Марк вышел из палатки, получив от охранников свой меч, вскочил на лошадь и поехал к выходу. Там он увидел Колояра о чём-то оживлённо беседовавшего с легионером в звании центуриона. Когда Марк подъехал ближе, центурион попрощался с Колояром, и приветственно кивнув Марку, пошёл по своим делам. Колояр запрыгнул на свою лошадь, и они поехали в сопровождении десятка воинов, которые немного отстали.

– Знакомый центурион, мы вместе служили, – несколько смущённо произнёс Колояр.

– Я не знал, что ты служил в римских легионах, – улыбнулся Марк.

– Я не люблю рассказывать о себе.

– Тогда давай поговорим о других.

– Это о ком?

– О Януше, например.

– А чего о нём говорить, – ухмыльнулся Колояр, – его отец всё уже сказал.

– Януш хороший воин и по сути, он ещё ничего плохого не сделал.

– Просто не успел, а если бы франки узнали о нашей засаде? – немного раздражённо спросил Колояр.

– Но ведь всё произошло, так как произошло, мы победили, – улыбнулся Марк.

– К чему ты клонишь?

– Мне кажется, что Януш всё уже осознал, – произнёс Марк и посмотрел на Колояра.

– Ты хочешь, что бы я его помиловал? – Колояр тоже внимательно посмотрел Марку в глаза.

– Мне кажется, он принесёт гораздо больше пользы свевам, если останется жив, – уверенно сказал Марк.

Некоторое время они ехали молча.

– Ты знаешь о том, что больше всех он ругал тебя, – спросил Колояр.

– Догадываюсь, – улыбнулся Марк.

– И что он считает тебя своим врагом?

– Молодой ещё, думаю, что сейчас у него уже изменилось мнение не только обо мне, но и о жизни вообще.

– А что мы скажем его отцу?

– Ничего не говори, он с ним уже попрощался. Оставь его служить у себя простым воином, пусть возьмёт другое имя и начнёт всё сначала.

Дальше они опять поехали молча. Колояр размышлял над словами Марка и чем больше размышлял, тем больше убеждался, что он был прав. Януш уже попрощался со своей жизнью, и возможность начать её сначала будет мощным стимулом не повторить все ошибки из прошлой жизни. Мудрость Марка, его способность прощать импонировала Колояру и он согласился:

– Хорошо Марк, наверное, ты прав, я оставлю его в живых и возьму к себе на службу под другим именем.

– Вот и хорошо, сообщай мне иногда о нём, – улыбнулся Марк останавливаясь.

– Он будет у меня под особым наблюдением, – серьёзно заметил Колояр, тоже останавливаясь.

– Завтра займёмся захоронением убитых франков, – спросил Марк.

– Да, пожалуй, – ответил Колояр.

На этом они попрощались и отправились в расположения своих воинов.

Прибыв в лагерь, Марк вызвал к себе двух своих воинов и приказал им немедленно отправляться во владения Деяна на таможенный пост возле Мурсы, с тем, чтобы таможенники сообщили римлянам, что император Константин, после разгрома франков южнее Рейна, проследует через Мурсу в Аквинкум. Этим самым Марк выполнял договорённость с прокуратором Тиберием Гай Луциусом сообщать о прибытии императора в римскую провинцию Нижнюю Паннонию и по пути сказать об этом Дидилу и Деяну.

Потратив один день на предание земле убитых франков, основная часть конницы Константина направилась в Тревир, а он сам, со своим легионом, утром следующего дня направился через земли свевов в строну Мурсы. Проехав пару миль во главе колонны своей конницы, Константин увидел справа от движения, построенные в несколько рядов войска свевов. Впереди них стоял Марк с вождями. Константин улыбнулся этой воинской почести, взмахом руки остановил свои войска и поскакал к вождям.

– Свевы приветствуют тебя император Константин! – громко и зычно сказал, улыбаясь, Марк, когда он подъехал.

Константин, ответно улыбаясь, поздоровался за руку с Марком и вождями.

– Давайте быстро посмотрим ваших воинов, – и поехал вдоль строя, вожди последовали за ним.

Когда император поехал вдоль строя, свевы начали стучать мечами по своим щитам и протяжно кричать «Бар-рр-а!» – клич римских легионеров, в подражание трубному крику боевых слонов. Константин с улыбкой объехал строй свевов и обратился к вождям:

– У вас замечательные воины и их вполне достаточно, что бы набрать целый легион.

Эти слова римского императора вызвали некоторое замешательство у вождей свевов, но не у Марка Флавия, улыбаясь, он ответил:

– Мы подумаем.

– Хорошо, давай Марк организовывай движение войск, – произнёс, всё ещё улыбаясь, Константин и поскакал к своим воинам.

Колояр со своим войском остался на месте, воины Марка построились во главе колонны, Баган поставил своих воинов в конце, и общая с римским легионом колонна двинулась в сторону Мурсы.

Фауста завтракала в своей комнате во дворце в Аквинкуме и улыбаясь, читала письмо от матери из Никомедии. В письме мать сообщала о всяких милых мелочах и интересовалась её семейной жизнью жены императора. Отложив в сторону письмо, Фауста, продолжая улыбаться, вспоминала о том, как она стала женой римского императора. К этому её готовили всю жизнь. Её родители были весьма состоятельные люди, поэтому обеспечили ей всестороннее домашнее обучение. Учителя греки дали ей знания по истории, праву и искусству. Она разбиралась в поэзии, хорошо знала Гомера, Овидия, Вергилия, Катулла. Высшее образование она получила в Греции на острове Родос, где изучала философию и риторику. Как все римские женщины Фауста была приучена вести домашнее хозяйство, налаживать семейный быт, чтобы освободить время будущего мужа для более важных государственных дел. Родители воспитали её в духе светской римской женщины, которая имела право появляться в обществе, ездить в гости, бывать на торжественных приёмах, но не заниматься политикой. В это же время, родная матушка много рассказывала Фаусте, каким образом можно влиять на своего мужа для получения собственных преференций из его политической деятельности.

Когда, её отец, римский император Максимиан Геркулий назвал Фаусте имя её возможного мужа, она стала пунцовой и сразу дала своё согласие. Ещё девчонкой она встречалась с ним на приёмах, в одном из дворцов в Никомедии. Он сразу ей понравился, и Фауста украдкой вздыхала о нём. Константин был настоящий красавец, сильный, мужественный, с волевым подбородком, умными карими глазами, прекрасно воспитан и самое главное он был сыном цезаря. Правда его внимание, тогда в Никомедии, она не привлекла. Позже она узнала, что он женился на простолюдинке Минервине. Тогда Фауста по-девчоночьи обиделась на Константина из-за его выбора и решила забыть о нём навсегда, но, как оказалось, не забыла. Став его женой она очень быстро поняла, что её муж всё ещё любит свою бывшую, но женская интуиция подсказывала Фаусте, что Константин её мужчина и она с ним останется на всю жизнь, поэтому Фауста настойчиво искала подходы к его душе. Но пока её муж проводил больше времени со своей матерью, чем с ней. Фауста даже не пыталась, чтобы приблизиться к мужу, наладить отношения с Еленой, они были из разных социальных слоёв общества. Единственный и самый верный путь укрепить своё положение, это родить ему наследников, но с этим, как раз было не всё в порядке. Пока она никак не могла забеременеть, вернее у неё один раз был выкидыш и после этого ничего не получалось. Да и после выкидыша муж почти сразу уехал со своим сыном и матерью в Тревир. Её размышления прервал раб, сообщивший, что её срочно хочет видеть императорский прокуратор Тиберий Гай Луциус. Фауста кивнула в знак согласия.

– Прекрасное утро, моя императрица, – Тиберий весь светился.

– Действительно прекрасное, – заулыбалась Фауста, ей очень нравилось такое обращение.