Электронная библиотека » Александр Мурашев » » онлайн чтение - страница 1


  • Текст добавлен: 8 апреля 2019, 13:40


Автор книги: Александр Мурашев


Жанр: Педагогика, Наука и Образование


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Александр Мурашев
Другая школа. Откуда берутся нормальные люди

Обо мне

Мне потребовалось много времени, чтобы отыскать смысл своей работы.

В детстве я ощущал себя коллекционером: запоминал истории, копил черновики, бросал все на полпути и почти ничего не дописывал. Если бы не дедлайны, моя жизнь наверняка и сегодня бы складывалась также.

Мечта стать писателем столкнулась с реальностью. Я снимал телевизионные сюжеты о спорте – и понял, что не люблю ни телевидение, ни спорт. Переключился на социальную тему и сбежал оттуда через год. Писал про бизнес, автомобили, путешествия. И почти все время ощущал только одно: разочарование.

А потом я начал встречать людей, в которых узнавал себя. Они искали ответы на понятные мне вопросы: зачем они живут? Как стать счастливым? Как преодолеть свои страхи? Только, в отличие от меня, они находили ответы и мне не терпелось их узнать. И я снова почувствовал себя коллекционером.

Однажды целых шесть часов перелета Москва – Дели я рассказывал сидящей рядом со мной девушке истории. О людях, которые не жаловались на обстоятельства, а самыми разными способами пытались сделать жизнь окружающих лучше. Кое-что их объединяло: у них не было сомнений в том, зачем они живут. За шесть лет все эти герои заставили меня поверить в одну удивительную вещь: мир действительно можно изменить. Наверное, потому, что именно на таких людях он и держится.

Когда мы расставались в аэропорту Дели, та девушка из самолета вполне серьезно сказала: «Спасибо. Вы вернули мне веру в людей».

В тот самый момент я понял, в чем смысл моей работы.

Предисловие

Я рискну предположить, что мы все с этим согласны. Школа в ее сегодняшнем виде больше не работает.

Скажу больше. За последние пару лет знакомые учителя (и не только в России) признавались мне, что все чаще задумываются над пугающим вопросом: для чего сейчас вообще нужна школа? Если отбросить привычную систему и детские страшилки «без образования устроишься только дворником», в чем теперь ее цель? Какие знания она может дать, когда от информации уже труднее защититься, чем ее получить?

С каждым классом школьники все меньше понимают, зачем шесть часов слушать о том, что можно узнать за пару кликов в Сети. И учителя не остаются в долгу. Они прибегают к отработанному десятилетиями стажа приему: подавлению. Трудно смириться, что 13-летний подросток разбирается в этих бесконечных потоках информации лучше тебя. Трудно смириться с тем, что ученики больше не уважают преподавателя только за то, что он старше и больше знает. Человеческая память ненадежна, дату можно перепутать, а каждое слово учителя любой пятиклассник успеет проверить раньше, чем преподаватель закончит фразу. Удивительно, как много учителей не выучили самый главный и самый простой урок: без желания передать что-то важное детям пропадает и весь смысл их работы.

Пока все сферы нашей жизни меняются на глазах, система образования отчаянно старается остаться прежней. Со своими домашними заданиями, не оставляющими детям возможности даже задуматься, чего они действительно хотят. С рядами парт и коротким перерывом, действительно напоминающими распорядок дня на заводе. С кипами учебников и постоянным давлением оценками. С учителями, которые давно потеряли смысл профессии и забыли, что, по идее, именно они формируют нас и закладывают все то, кем мы станем в будущем.

Но ведь были и другие истории. Они были у моей мамы, которая и сорок лет спустя вспоминает учительницу из своей школы. Ту, что шла наперекор советской системе образования и читала вместе с детьми Цветаеву, Пастернака и многих других запрещенных в те годы авторов. Которая придумала свой личный предмет «эстетика» и разговаривала с учениками об искусстве и культуре. Которая не просто рассказывала о помощи ближним, а на каникулах устраивала особенные походы: школьники вместе с ней проходили пешком несколько деревень и городов и помогали всем, кого встречали на пути. Про таких людей сразу понимаешь: они созданы для своей профессии, ведь они пришли научить тем вещам, которые передаются только от человека к человеку. Одна австралийская учительница мне сказала: «Хорошими учителями становятся по двум причинам. Либо в твоем детстве был человек, который вдохновил тебя так, что ты захотел стать похожим на него. Либо ты ненавидел школу и захотел стать учителем, которого у тебя никогда не было».

В свои «тридцать с чем-то» я снова стал учеником, решив поехать по школам в разных странах мира. Я встречал учителей, которых никогда не было у меня самого. Посещал школы, в которых мечтал бы учиться, если бы знал об их существовании раньше. И подмечал мелкие детали образования по всему миру, которые действительно готовят к реальной жизни. Чем больше я видел, тем отчетливее понимал: именно такой я представлял себе школу 25 лет назад, стоя с огромным букетом в руках на первое сентября.

Самый главный и самый страшный для современных учителей вопрос: «для чего сейчас нужна школа?» Если подумать, ответ на него найти не так-то просто. Эта книга стала моей возможностью узнать этот ответ.

Это истории о тех, кто вдохновил других стать учителями, и о тех, кто стал учителями, которых у них никогда не было.

P.S.

Когда Стив Джобс в 1984 презентовал первый Macintosh, на экране появилась надпись «Привет». Компьютер с вами говорил. И мне очень хотелось, чтобы эта книга стала вашим собеседником.

На полях книги вы встретите множество QR-кодов. Наведите на них камеру телефона – и погрузитесь в виртуальное путешествие по школе, о которой читаете прямо сейчас. Проживите каждый момент вместе со мной.

Пристегните ремни. Путешествие начинается.

Глава 1
Финская школа: своими глазами


Стоило журналистам написать, что Финляндия отменила предметы в школах, и мир буквально сошел с ума. Новость перепечатали на всех языках мира, а толпы людей бросились выражать свое восхищение и непонимание. Что в действительности произошло в Финляндии, можно было выяснить только одним способом: стать «учеником» самому. Что я и сделал в школе Ressu в Хельсинки, раньше всех в стране применившей новый метод преподавания. Более того, в августе 2016 года в школе приняли еще более экспериментальную программу, и уже сейчас можно понять, к чему она привела. Опережая события, я позволю себе спойлер: то, что я увидел, просто снесло мне голову.


См. все фотографии тут:


Начиная с этой строчки, будет очень много слов, которые с трудом поддаются адекватному переводу на русский. Первое из них – само название новой методики. Финны называют ее phenomenon based learning, и в реальности школьники действительно изучают не предметы, а явления. Математика, история и прочая школьная классика никуда не делись, но уроков в традиционном понимании теперь действительно нет. Их место заняли «разделы» (units): в течение шести недель школьники изучают определенную тему с помощью разных дисциплин.

«Явлением может быть тема мигрантов, – объясняет мне директор школы Лина Лиусваара. – То есть социология. К ней добавляется география: откуда приехали эти люди? Почему они приехали? Потом добавляется история: что произошло перед этим? Что может произойти дальше? Есть ли какие-то повторяющиеся события в истории человечества, когда люди перемещаются по миру в поисках прибежища? Сюда же легко добавить экономику: культуру еды, которую привозят эти люди вместе с собой. Ведь мы, финны, сами кочевники с берегов Волги. Сейчас у нас есть СМИ, и мы можем открыто об этом говорить. Семьсот лет назад у нас не было таких средств, но «явление» было: люди в поисках лучшего меняют место жительства. В этом и есть «феномен»: изучать не предмет, а смысл через предмет».

С нуля

Перед моей одиссеей по школе Лина чертит на листе что-то, похожее на египетскую наскальную живопись. По сути, с этого рисунка начинается та самая революция, ради которой в эту страну приезжают перенимать опыт учителя со всего мира. Финны начали с нуля, ответив на самые пугающие вопросы нынешней системы образования: какая информация и знания нам сейчас могут действительно пригодиться в жизни? Как эти знания на нас влияют? Наконец, самый важный: для чего нужна школа в век, когда от информации тяжелее защититься, чем ее получить? «Это – голова ученика, – говорит Лина, расставляя в круге точки и соединяя их между собой. – Мы задаем этому миру вопросы и получаем на них ответы из самых разных источников. Ученики пытаются найти связь между тем, что они уже знают, и той информацией, что приходит из внешнего мира. А учитель нужен для того, чтобы помочь эту связь найти. Скажем, мама чему-то меня научила. Затем я прочел об этом сам. Появляется связь. Затем об этом говорит учитель в школе. Теперь у меня есть полное понимание. Так появляется цельный «феномен».

Позже я много раз увижу это своими глазами: вопросы ученикам не задаются – они должны придумать их сами. А учитель помогает им прийти к собственным заключениям. Для финской школы именно в этом основа всего образовательного процесса. Школьные коридоры и стенки классов увешаны рисунками и табличками с нашими «запросами»: «кто мы?», «как это устроено?», «как происходят изменения?» «Такой подход мы начинаем практиковать с первого класса, – рассказывает Лина. – Тема для всех одинаковая, но какие запросы они делают и как к ней подойти – дети решают сами. Вот это раздел четвертого класса. Сейчас тема «Кто мы такие?». Каждый год подход к феномену меняется. В первом классе это «Кто я такой? Откуда я? Каков мой родной город Хельсинки? Мои корни, откуда мои родители и ближайшее окружение, жил ли я в другой стране и как мы прибыли в Финляндию?». Теперь же центральная идея – изменения, через которые проходят люди на разных этапах жизни, и как они влияют на то, как мы воспринимаем себя. Физические, социальные, психологические изменения. Как вы себя воспринимаете? Как это влияет на ваши отношения с другими? Это ключевые концепции, платформа ученика. Начиная с пятого класса всё идет еще глубже. Мы начинаем искать связи между вопросами, рассматриваем, как вещи сочетаются определенным образом, больше и больше создаем сеть связей в своем мозгу».

Мигранты – тема хоть и актуальная, но не самая острая. В прошлом году восьмиклассники захотели обсудить вопрос абортов, что наверняка повергло бы в шок россиян, напуганных историями о сексуальном воспитании в западных школах. «Девочки объясняли дилемму внутри этого феномена: в мире есть такое явление, как аборт. Но что за ним стоит? Как мы принимаем это явление и как не принимаем? – говорит Лина. – И дискуссия, и письменные работы на эту тему были глубокими. Учителя помогали детям правильно подойти к этическим дилеммам и ресурсам, которые они искали. На подготовку такой работы уходят недели. Это были не только эссе, кто-то делал презентации и видео. Рамок в выборе тем фактически нет, главное – этика. А этично то, что ты сам считаешь хорошим и плохим, правильным и неверным».

Формулы и интегралы заменило понимание причин и следствий каждого решения в нашей жизни

Все как в жизни

Первый же шестинедельный раздел, который я вижу своими глазами, – «Механизмы и изобретения». «Это что-то вроде естествознания?» – пытаюсь я перевести финские инновации на понятный для классического школьного мышления язык. «Может быть, – отвечает Лина. – А еще это может быть искусство. История: как вещи вокруг нас развивались и менялись с древних времен. И главное – как эти механизмы и изобретения влияют на нашу повседневную жизнь».

За что я готов устроить финнам стоячую овацию – так это за то, что абсолютно все получаемые в школе знания неразрывно связаны с реальной жизнью. Детям всё время предлагают задать себе вопросы, что лично им дает каждый изученный раздел. В классе работы по текстилю (факультативное, но весьма популярное занятие как среди девочек, так и мальчиков). Лина наклоняется к восьмилетней школьнице, что-то увлеченно печатающей на iPad: «Не хочешь рассказать русскому журналисту мистеру Мурашеву, чем ты тут занимаешься?» На идеальном английском школьница рассказывает мне о том, что фиксирует свои ощущения от работы с «изобретением» – швейной машинкой. Записывает, что она чувствует в процессе выполнения работы, насколько легко ей это дается, как именно изобретение может пригодиться в жизни… Ее не смущает ни один из вопросов, который задает ей незнакомый человек с камерой наперевес. Но это отсутствие благоговения перед учителем и стеснение перед посторонними вообще объединяет всех школьников в Ressu. Здесь ощущается вежливое и уважительное отношение, но нет затравленных взоров в сторону директора. Учителя и ученики общаются на равных: дети могут называть взрослых по имени, свободно с ними советоваться и перешучиваться. «Есть ли кто-то, кто не хочет фотографироваться для материала о финском обучении?» – спрашивает у детей Лина. Этот вопрос будет повторяться в каждом классе, и каждый раз дети будут давать взвешенные ответы (откажутся только три ребенка). Может, в этом общении на равных с детства и скрывается секрет того, что в разговорах со мной школьники выражали мысли глубже и мудрее, чем многие мои тридцатилетние знакомые.


Вот он, ответственный момент работы на уроке:


На другом уроке третьеклассники изучают новые слова на английском: reuse и recycle (повторное использование, вторичная переработка). Тема раздела, который они проходят в течение шести недель, – разумное использование природных ресурсов. С первых классов дети узнают о влиянии наших действий на окружающее пространство. В процессе языковой практики учительница Анна Харт рассказывает им о том, что используемые нами бумажные полотенца на самом деле сделаны из дерева. После чего детей побуждают самих искать причинно-следственные связи: как наши действия могут помочь уменьшить количество мусора на планете и сэкономить драгоценные ресурсы? За неделю до моего визита у детей была горячая дискуссия на эту тему и все выступали со своими предложениями. Так, для начала школьники сами решили разрезать бумажные салфетки надвое, а затем придумали сшить вместо них полотенца из ткани. Всё просто: зачем тебе новое слово, если ты не понимаешь, что за ним стоит? И зачем тебе новые знания, если ты не понимаешь, как применить их в реальной жизни?

«Говоря о вторичном использовании и переработке, мы обсуждаем материалы, которые используют люди, – говорит Анна. – Дети изучают их, описывают ощущения, проводят собственные тесты – например, на водонепроницаемость. А потом мы вместе разбираем результаты в классе. В пример приводятся игрушки: какие материалы используются для их создания? В качестве задания дети приносят старые игрушки из дома и составляют план, как их можно использовать вторично – например, перекрасить или сделать из них что-то новое».

Во время урока дети сидят на ковре в круге, а учительница – рядом с ними. Когда школьники начинают слишком громко между собой общаться, Анна переходит на шепот. «Я поняла, что это более действенный метод для привлечения их внимания, чем повышать голос», – объяснит мне она позже. Еще один элемент – наушники для каждого ребенка. Как только кто-нибудь из ребят в классе чувствует, что его отвлекают звуки, он просто надевает звуконепроницаемые наушники и удаляется для самостоятельной работы. Так, один очень серьезный мальчик взял их и целиком погрузился в процесс шитья полотенца.

Даже если ученик отказывается отвечать на какой-то вопрос учителя, это остается его выбором – и преподаватель его уважает.


Почти каждой фразой Анна обращается к детям, побуждая их выносить собственные суждения. После занятий она показывает мне конспект того, как проходят занятия: Анна старается фиксировать, какие вопросы дети задают, к каким выводам приходят и как это влияет на обучение. «Я делаю это, чтобы они видели: от личного вклада каждого выигрывают все, – говорит Анна. – И еще я поняла, что детей прекрасно мотивирует принятие собственных решений. Даже если я придумала какую-то идею, куда действеннее, если они додумаются до нее сами. Я могла бы предложить им сшить эти полотенца, потому что сама считаю это более экологичным способом вытирать руки. Но они дошли до этой мысли в процессе бурной дискуссии. У нас до сих пор есть школьники, которые просят им сказать что делать. Но наша цель в том, чтобы ребенок сам осознал свои навыки и таланты, сам понял, как их можно использовать. Когда я училась в школе, всё было иначе. Самым важным считались академические успехи, и вам не нужно было быть независимым мыслителем. Не нужны были социальные навыки или понимание, как делиться мыслями с другими. Вы должны были просто слушать учителя и делать так, как он говорит. Но когда вы оканчиваете школу, что вы можете сделать с таким багажом? Особенно учитывая, что мы не знаем, какие профессии будут у этих детей через много лет. Возможно, еще будут учителя и врачи, но все остальные виды деятельности могут совершенно отличаться».

Перед уходом я подмечаю еще один момент: Анне приходится буквально уговаривать детей выйти на переменку и побеситься на улице. Многие школьники просят у нее разрешения остаться в классе и продолжить работу.

Что нам действительно нужно

«Сегодняшние первоклассники будут работать через двадцать лет, когда мир будет совершенно другим, – подтверждает позднее Лина. – Мы не знаем, какие предметы или знания будут нужны через пятьдесят лет, когда сегодняшние школьники еще будут активно работать (в Финляндии мы выходим на пенсию в возрасте 70 лет). Правда в том, что обучение через «традиционные предметы» не отражает настоящую жизнь. Попадая в какой-нибудь новый город, мы не идем в уме за разделом «история», доставая все свои знания по этой дисциплине. Нужно очень точно понимать, какая информация действительно потребуется во взрослой жизни. Например, я не помню названия растений или птиц у себя во дворе. Но, к счастью, на этот случай у меня под рукой есть Интернет. Да, некоторые вещи не так легко освоить в пятьдесят лет: скажем, выучить язык. Поэтому школа – правильное место для изучения языков и взаимодействия с их носителями. Точно так же в школе вы узнаёте, как устроена базовая математика, но вам необязательно зубрить интегралы. Я учила их тридцать пять лет назад, когда они были нужны для подготовки к экзамену. Но с тех пор я их ни разу не использовала. Так зачем мне тратить столько времени на вещи, которыми я никогда не воспользуюсь в жизни?»

Формулы и интегралы заменило понимание причин и следствий каждого решения в нашей жизни. В этом смысле у классических школьных предметов появляется конкретная цель: если вы станете политиком, вам потребуется изучить историю и узнать последствия определенных поступков. «Детям нужно научиться самому процессу обучения – так, чтобы во взрослой жизни они всегда могли адаптироваться к новому, – говорит Лина. – Они должны уметь работать друг с другом и быть открытыми самым разным людям: разного цвета кожи, с разными ограничениями… ведь эти люди вокруг нас. Они должны знать об экологичных решениях, ведь у нас на всех только одна планета и нам нужно жить соответственно».

Экономика на кухне

Навязшее в зубах и донельзя исковерканное понятие толерантности в финской школе носит такой же прикладной характер: три часа в неделю у семиклассников проходят уроки экономики. Практические занятия проводятся… на кухне. Дети готовят вместе еду, а затем вместе ее едят. Я замечаю девочку в хиджабе, которая бок о бок с финнами готовит какое-то блюдо. Знакомство с другими культурами через еду и традиции сервировки блюд – часть обучения через явления. «Восприятие международных элементов – один из процессов обучения, на котором мы делаем упор, – говорит Лина. – Детям нужно понимать и уважать, что не всё в мире одинаково. Выезжая за пределы страны, они увидят, насколько отличается мир». Единственный вопрос, который у меня остается: как всё это связано с экономикой? Оказывается, в рамках раздела у школьников есть один предмет на выбор – и они решили «создать» кафетерий. «Теперь им нужно рассчитать финансовые затраты, определить, какие ингредиенты закупать, по каким ценам продавать и как выйти на прибыль, – говорит Лина. – Фактически они тренируются друг на друге».


Урок в финской школе. Экономика на кухне


Совместное обучение – важная часть «изучения явлений»: в процессе занятий один ребенок может обучать другого. «Вспомните старомодный класс – учитель перед детьми, сидящими в ряд. Нам бы хотелось видеть, как дети сотрудничают в группах. Мы называем этот метод коллаборативным обучением, – рассказывает Лина. – Эта возможность поделиться знаниями с другими отлично ложится в концепцию обучения на основе феноменов. Так мы создаем больше связей в уме».

Впрочем, часть увиденных мной занятий всё еще проходит в той самой «старомодной» манере. «В прошлом есть много хорошего, и мы не хотим это просто так отбрасывать, – объясняет Лина. – Школа, которую мы хотим видеть, – это комбинация нового и старого. Если какие-то приемы из прошлого работают – не нужно от них избавляться просто из принципа. Поменяйте их так, чтобы было лучше ученикам. Но не лучше системе образования, не лучше школе как институту. Потому что школа – это дети. По крайней мере, я это вижу именно так».

В перерыве между занятиями я чувствую себя Болтуном Кинтом в «Обычных подозреваемых»: сижу в учительской, внимательно изучая стены и запоминая информацию. Старая истина: всё складывается из мелочей. Вот на стенке результаты преподавательского коллоквиума по психологическому самочувствию каждого из учеников. Вот список детей, у которых диабет, – с фотографиями и рекомендациями по питанию. А вот фотография девочки, у которой аллергия на укусы пчел, и подробная инструкция, что делать в случае анафилактического шока (лекарство для нее всегда есть в учительской). «Это муниципальная, не частная школа», – напоминаю я самому себе.

В тот день я увижу еще много уроков. Изучающие солнечную систему второклассники будут создавать планеты из яичных упаковок и красок. Темой раздела окажется вращение Земли и влияние этого явления на смену сезонов и на всех живых существ. Группы детей создавали свои модели (каждая группа – свою планету), а потом рассказывали классу о собственных открытиях. В каждой группе ученики распределялись по ролям: один – лидер, второй – писатель, фиксирующий процесс. Третий отвечает за все материалы. А четвертый следит, чтобы всё было сделано вовремя. В качестве другого раздела дети изучают, как безопасно делиться своей информацией в Интернете – своеобразный онлайн-этикет. К слову, у школьников есть своя интернет-платформа, где к их блогам есть доступ только у одноклассников и родителей. Считайте это тренировкой перед осознанным вступлением во взрослый мир «Фейсбука».

Зачем нам нужны школы как институты?

На мой взгляд, нам всё еще нужно собирать детей вместе, потому что они должны учиться друг у друга


Страницы книги >> 1 2 3 4 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации