Текст книги "Пирамиды в джунглях. Как я копал города майя"

На рубеже 9—10 вв. могилы правящей элиты города были осквернены, что говорит, вероятно, о восстании в городе. Хотя Алтун-Ха был населён и после этих событий, новые здания в нём уже не сооружались. Покинутый большинством обитателей через некоторое время, он вновь возродился в XII в., после чего окончательно пришёл в упадок и превратился в небольшую деревню земледельцев.

Каменные блоки из кладки древних сооружений были позднее использованы для сооружения современного посёлка Рокстоун-Понд (Rockstone Pond), поскольку город не привлекал внимания исследователей вплоть до 1963 года, когда Хал Болл (Hal Ball), специалист по культуре майя, опубликовал сообщение о существовании в этих местах крупного поселения эпохи майя.

В начале 1965 года группа археологов из Королевского музея Онтарио под руководством Дэвида Пендергаста начала долговременные исследования, которые завершились в 1970 году. Одной из наиболее впечатляющих находок их группы было огромное нефритовое изображение божества солнца, Кинич Ахау, которое в настоящее время считается национальным сокровищем Белиза.»

Было еще рано, и рабочие, собравшись в кружок, курили и перетирали что-то в преддверии рабочего дня. В отличие от Танаиса, где в штате были музейные работники, а вот простых рабочих тогда, кажется, вовсе не полагалось, здесь было не менее десяти местных мужичков, державших памятник в порядке. Но тут и среда более агрессивная, чем в Танаисе – чуть зазевайся, и джунгли снова все затянут.

1103 Вид на плазу А заповедника Алтун-Ха с вершины главной пирамиды плазы В

Музей был небольшой, но информативный, все было описано достаточно подробно, а не так, как бывает в Перу. У одной стены стояла – зачем-то в стеклянной коробке – жадеитовая голова бога солнца, найденная в захоронении на главной пирамиде Алтун-Ха 1099—1100. Копия. Оригинал находился даже не в главном археологическом музее, а в сейфе Центрального банка Белиза. Ибо по страховке – это было тщательно указано – она оценивалась аж в 5—10 миллионов американских долларов. Национальное достояние.

1104 Вид на плазу В и главную пирамиду Алтун-Ха с плазы А.

Кош устремился на памятник. Как видно на схеме 1101, доступная для туристов зона представлена двумя плазами А и В, окруженными пирамидами и культовыми сооружениями. Вход на плазу А – по дорожке межу зданиями А6 и А7.

Алтун-Ха был небольшим, но процветающим, перевалочным торговым центром на пути с юга цивилизации майя на север (на Юкатан) и наоборот, с Юкатана (примерно, как Танаис). Он был построен в самом начале классического периода цивилизации майя. Только Алтун-Ха стоял не на самом берегу моря, по которому шли лодки, а в десяти километрах от него (но там были реки). Дальше на север роль такого же центра играл Четумаль. Роль же главного океанского порта выполнял остров Амбергрис. Товары могли переправляться с него как в Четумаль, так и в Алтун-Ха.

1105 Маски на пирамиде плазы В в Алтун-Ха

1106 Вид на пирамиду в Алтун-Ха

Главная пирамида Алтун-Ха находится на плазе В (она видна на 1104), и знаменита не только найденной там в могиле жадеитовой головой, но и тем, что изображена на этикетке главного (и, возможно, единственного) местного пива, «Беликин». Национальный символ.

Комплекс был раскопан в 1970-е в основном экспедицией канадского археолога Пендергаста, а потом канадцы – или белизцы под их руководством – провели реставрационные работы. Восстановлен памятник замечательно и поддерживается в отличном состоянии. Как водится, большая часть города так и осталась нераскопанной, но то, что реконструировали – выглядело очень хорошо.

1107 Сейба в заповеднике Алтун-Ха

1108 Заповедник Алтун-Ха – аллея к сеноту

Алтун-Ха – идеальный туристский памятник майя. Он не велик для туриста (как Чичен-ица), не мал, очень хорошо очерчен, и очень хорошо реконструирован. На все пирамиды можно подниматься. Он находится неподалеку от аэропорта и Белиз-сити, а также недалеко от берега океана – это важно, так как некоторые компании возят сюда туристов с островов, на дневную экскурсию.

Ламанай, находящийся в паре сотен километров на запад, еще лучший памятник, но до него пилить и пилить, и к тому же он слишком велик для внимания типичного западного туриста. Алтун-Ха – в самый раз будет.

1109 Сенот (озеро) в заповеднике Алтун-Ха

С туристами Кошу повезло. С раннего утра на памятнике, кроме него, было всего три небольшие группы. Только, когда уже уходил из заповедника, начали подтягиваться автобусы, видимо, приехавшие с островов.

На окраине города растет древняя сейба 1107. От второй плазы на запад ведет благоустроенная дорога через джунгли 1108 – к сеноту 1109.

По дороге можно сбивать манго и вообще райское наслаждение. Джунгли, в такой, туристской, форме вполне приятны и романтичны. Сам сенот, увы, не впечатлил, довольно грязный и заболоченный. Никакого желания искупнуться он не вызывал. Возможно, от него и пошло английское название города – Рокстоун Понд, Каменные пруд?

1110 Участники четвертой смены экспедиции Блю-Крик на перроне аэропорта им. Голдсона в Белизе

За два часа, обговоренные с китайским сыном, Кош осмотрел все, открытое для туриста, залез на все пирамиды, в общем, отлично провел время. Этот факап с билетами в итоге обернулся очень полезным делом, иначе бы Кош так на Алтун-ха и не побывал.

По дороге назад Кош разговорился с молодым китайцем, С удивлением узнал, что тот следит за положением дел на Тайване, и, как полагается его поколению, является стойким сторонником независимости Тайваня. Если бы он сказал, суверенности, то говорить было бы не о чем. Но он сказал – независимости. Увы, он не мог объяснить, что такое независимость Тайваня, от кого независимость.

Сказать, что Тайвань должен быть суверенной страной, независимой от КНР, он был явно не в состоянии, как Кош ни подводил его к этой логичной мысли. Гоминьдановская генетика! Вырос он уже в Белизе (Кош не стал спрашивать его о гражданстве), но себя явно идентифицировал только с Тайванем. Сейчас появилось много такой молодежи, что называют себя тайваньцами, не дай Хашем назвать их китайцами. Хотя говорят, разумеется, только на мандарине.

1111 Участники экспедиции прибыли в лагерь на чикенбасе

В отеле Кош получил назад вещички, и старый китаец отвез его – строго по расписанию и бесплатно – в аэропорт. Он туда каждый час ездил как шаттл, можно было и такси не брать, если бы знать.

Теперь-то Кош наконец встретил своих! Радости его не было предела. Народ двинулся на второй этаж, в паб, и там начали знакомиться. Кроме Лутца и ПлюсОдин, оказался еще один старичок – бывший вертолетчик Майк. Он был в Блю-Крике уже несколько раз, но не пересекался с Кошем. Вскоре появился и сам профессор!

1112 Общий вид главной аллеи лагеря Блю-Крик

В три часа подошел наш желтый чикен бас 1110—1111, и мы двинулись к лагерю. Дорога прошла без приключений, и в начале шестого мы уже выгружались в лагере 1112. Кошу, как всегда, выделили отдельную кабанью рядом с кабаньей Майка, прямо выходяющую на дорогу посередине лагеря 1113.

Кош принялся устраиваться. При распаковке он заметил, что замок на его кэрри-оне открыт. А ведь он четко помнил, что закрывал, когда сдавал багаж старому китайцу! Может, это было просто дежавю? Не просто он был открыт, но он еще и никак не хотел закрываться! Кош присмотрелся к замку – это был дешевый долларовый замочек – тот был явно помят. Сломан! А был новенький! Это ведь кэрри-он, Кош его не сдавал в багаж, где его бы могли помять таможенники. Неужели старый китаец полюбопытстовал его багажем, пока Кош ездил с его сыном по развалинам?

1113 Персональный вагончик (кабанья) автора

Кош не может отделаться от мысли, что ошибся. Ничего не пропало – но там и не было ничего ценного. Деньги, документы и карточки были взяты на экскурсию, хотя это и неразумно, обычно Кош так не делает (если ограбят, то все в одном месте). Что-то стукнуло в последний момент. Теперь зато не о чем было жалеть!

1114 Внутренний вид кабаньи по приезде

02 Цунун – раскоп №20

На четвертую, последнюю сессию сезона раскопок, людей приезжает не очень много. В основном, волонтеры (настоящие студенты часто берут минимум две сессии). Нет специального представления новых членов экспедиции и общего собрания после ужина.

Вечер понедельника прошел в благоустройстве палаты номер 20. После всех переживаний последних двух дней даже Кош слегка подустал и ушел спать пораньше. Завтра – первый рабочий день.

1115 Рассвет в лагере Блю-Крик

Будильник был поставлен на пять утра. Да, в пять утра…  но по иному нельзя. И так две недели!

Светало. Инда взопрели озимые… но за окном виднелись только ряды серых жестянок. Кош выкатился из кабаньи, захватив зубную щетку, полотенце и верный айпод-тач. Приключение началось!

Главное – успеть посетить туалет и почистить зубы до восхода солнца. Чтобы прямо с палапы двинуться в столовую. Отработанная логистика. Спросонья, движешься практически автоматически.

1116 Члены комитета по приемке солнца на палапе в лагере Блю-Крик обсуждают рассвет

На палапе уже собирается «Комитет по приемке солнца» 1116. Чаще всего, выкатившись из сортира, Кош заставал уже там неразлучную парочку три-ди-образованцев. Ни Кош, ни они не пропустили ни одного рассвета, хотя один из них плевался,

– У меня на диске уже миллион этих снимков, зачем я это делаю?!

Часть жизни в лагере. Тут разводилась всякая компанейщина. Для некоторых. А, например, ПлюсОдин приползала в столовую только ко второй половине завтрака, Слутс таскал ей кофе в кабанью.

1117 Ранняя пташка получает весь завтрак в столовой Блю-Крика

Неслышно, как летучая мышь, подбиралась Марша (она тоже была на четвертой сессии), и всегда садилась поодаль. Она подсела на словарную головоломку типа КодиВорд на телефоне и каждое утро пыталась поднять нужное количество очков (это было, страшно подумать, еще до Вордле!) То же самое делал и Кошс с Дуолинго. Вайфай на палапе работал бесперебойно. Кто-то из студентов приходил и закутывался в гамак – теперь они висели по всему периметру палапы. Потом приходил вертолетчик Майк, а за ним – либо сам профессор, либо Слутц. Профессор, кстати, тоже не пропустил почти ни одного рассвета. Железный организм!

1118 Типичный завтрак в Блюк-Крике. Такова кухня Белиза.

Солнце таки вставало 1115, и тут кричали с кухни, что завтрак подан. В этом году опять сменились кухарки. Появились две дамы, про которых нельзя было уверенно сказать, кто они – меннонитки или нет. Это осталось тайной. Готовили они все, впрочем, примерно одно и то же – рис, бобы, картошку. Готовили, впрочем, вполне прилично 1117—1118.

1119 Вид на главное здание лагеря Блю-Крик в Белизе

В конце завтрака Кош ожидал, что начальство выйдет на середину столовой и объявит разнарядку – кто куда пойдет, под кем будет работать. Это, как правило, самый критический момент, задающий атмосферу всей последующей экспедиции. Чем начальство руководствуется в своих разблюдовках, неясно. Истинно говорю вам, пути начальства неисповедимы!

Ничего такого не произошло. Начальство отправилось заседать на палапе – планерка. А разочарованные рядовые бойцы отправились в свои кабаньи зализывать раны… то есть, переодеваться в прозодежду для выезда. Хитом этого сезона стали новые дорогие наколенники (Кош, наконец, понял, что экономить десять баксов на наколенниках не стоит), а также дешевые длинные компрессионные носки. Кош купил их случайно в доллараме за три бакса.

1120 «Кают-кампания» в главном здании лагеря. Открытая дверь в центре ведет в комнату напитков.

Главное достоинство было в том, что они доходили почти до колена, не перетягивая ногу на лодыжке. То, что они были компрессионные, не так важно. Важнее оказалось то, что они плотные и защищали ногу практически до колена. В этот сезон Коша почти не беспокоили чиггеры – клещеподобные, но безобидные твари, главная проблема с которыми в том, что место их укуса дико чесалось, и расчесы заживали очень долго. Длинные компрессионные носки спасали от чиггеров не хуже лучших западных туристских штанов, как у Слутсов, с резинками и перехватами внизу.

1121 Типичная картина в зарядной комнате Блю-Крика

Экипировавшись, захватив археологическую кельму, фляжку для воды, репеллент, и прочие причиндалы, а также запас галет, Кош выдвинулся к главному входу в Большой Дом, где было место сбора 1119. Там уже сидели местные рабочие – мужички, которых Профессор нанимал каждый год.

Их было человек восемь, и все они были тут не первый год. Кош поздоровался с ними за руку, как полагается. Они, конечно, тоже помнили Коша. Только двое из них говорили по-английски более-менее сносно, остальные по-испански, а, может, и на майя. Кош не припомнит, чтобы они говорили между собой не по-испански.

1122 Местная публичная библиотека

Тут же тусовались остальные студенты и волонтеры. Студенты в основном забирались в кают-компанию, большую комнату, откуда были выходы в столовую и на кухню для народа 1120. Там же был выход в лабораторию и комнату со столом, на котором народ заряжал устройства 1121. Тут же был отсек с холодильниками, где охлаждались напитки и пиво.

Только на третий год до Коша дошло, что прохлаждение в кают-компании, вместо того, чтобы стоять на солнышке снаружи, имеет свой смысл. Студенты сообразили это гораздо раньше.

1123 Основные средства передвижения экспедиции

Наконец, начальство высыпало с палапы, раздался приказ – «по машинам!» В какую машину садится, куда ехать 1123? Обоих предыдущих начальников раскопав этом году не было. Хорган и Гавин – оба занялись чем-то другим. Гавин устроился вроде в какую-то компанию геодаты. Те, кто наличествовал – были непонятны.

Не рассуждая, Кош сел в ту же машину, что и Слутцы и мы помчались! Слутц, уже скоммуницировавший с начальством, сказал, что едем на раскопки того же городища что и в прошлом году – Цунун. Раскопки на Ишнохе в этом году закончились. Цунун, так Цунун. Мы там были. Место неплохое.

Мы протряслись по той же белой известняковой дороге 1124 и проехали мимо озерка, в котором водился крокодил 1125. Однажды даже удалось его на ходу сфоткать.

1124 Передовой пикап колонны участников экспедиции, выдвигающихся в район работ

Чуть дальше крокодила по левую сторону дороги было большое, только что расчищенное поле. Джунгли были отброшены метров на триста. Вдоль дороги лежала длинная тяжелая металлическая цепь, типа якорной 1126. Оказывается, теперь не модно просто жечь и потом разбирать джунгли. Теперь берут два трактора, натягивают между ними эту цепь, и она сносит все на своем пути.

Не исключая археологических памятников.

– Вон, – показали Кошу, – видишь развороченные кирпичи? Там было небольшое поселение с дворцами и прочими постройками. Оно не было нигде обозначено на карте. Меннониты просто снесли его, от греха подальше. А мы (квартирьеры) сидели у дороги и смотрели, как они сносят памятник. А что было делать?

1125 Небольшое придорожное озеро по дороге на работу, в котором виден местный крокодил (как минимум, один) системы кайман.

На последнем отрезке дорога резко уходила с полей в джунгли. Кто-то из старичков показал нам темное пятно на окраине поля. Это было все, что осталось от самолета-курьера наркомафии из Гватемалы. Он упал тут прямо на глазах квартирьеров, обустраивающих зону к приему студентов.

Увидев дымный след падающий самолет и услышав удар, народ тут же вскочил в трак и двинулся к месту падения. Но когда они добрались дотуда (примерно через минут пятнадцать), то увидели только дымящийся самолет – ни пилота, ни груза уже не было. Оперативно. Неподалеку валялся отвалившийся пропеллер, и его подобрал Джо – один из двух прикомандированных к экспедиции белизцев. Неясно было зачем ему пропеллер, но он его хранил под кабаньей. Прикольная игрушка, мальчики такое любят. В хозяйстве пригодится 1127.

1126 Якорная цепь, с помощью которой местные жители расчищают джунгли под поля.

Через пару дней приехала, наконец, полиция. От самолета остались рожки да ножки. Все разнесли на сувениры. Археологов допрашивали с таким пристрастием, как будто они были в сговоре с мафией. Через какое-то время, когда народ был на стоянке в джунглях, мимо проехали два трака, в кузовах стояли мужики с автоматическими винтовками. На них не было формы. Это была не полиция, и не армия. Траки не остановились, мужики просто хмуро посмотрели на археологов долгим взглядом. И исчезли.

А могли бы и пристрелить.

Через какое-то время снова приехала полиция и стала расспрашивать уже о траках. Что за траки, кто там был, да говорили ли с ними? Откуда полиция вообще знала об этом инциденте? Не было ли это провокацией?

1127 Пропеллер с потерпевшего крушение частного самолетика

В общем, сезон начался непросто. Места тут глухие, это уже окраина зоны меннонитов, где все-таки поддерживается какой-то порядок. Нужен глаз да глаз. Цунун находится всего в несколькоих километрах от границ с Гватемалой и Мексикой. Золотой треугольник 1128.

Цунун раскапывали первые три сеcсии в этом году, и сейчас наша площадка для игры в мяч, которую мы раскапывали в прошлом году, была подготовлена к консервации. Нам ее показал и объяснил доктор Мока. Они раскопали нашу стену повыше, но ничего особого (в смысле подтверждения конструкции) не нашли. Раскопали нижнюю площадку и неожиданно обнаружили под ней какие-то странные старые конструкции. Назначение их тоже осталось неясным.

С этой площадкой оказалась масса вопросов, так и не разрешенных 1132.

1128 Приблизительный маршрут от лагеря до места работ. Виден стык трех границ.

Нас повели на третью плазу, где тоже была большая пирамида, а напротив находилась платформа с тремя башнями 1131. Предполагалось, что это типичный астрономический комплекс майя (так называемая E-группа). С вершины пирамиды можно было наблюдать восход солнца над тремя точками во время солнцестояний и равноденствий. Сооружение копала одна из начальниц раскопов, а саму пирамиду копал тот самый белизец Джо.

Мы стояли на сборном пункте рабочих плазы 1133, и ждали указаний. Сборный пункт – потому, что там стояла установка с баллоном воды, к которому все приходят на водопой. Классический офисный уотер-кулер. Там была также натянута крыша, на случай дождя, и местные работяги натянули там гамаки, где отдыхали во время обеда.

Была целая иерархия сборных пунктов – самый первый, там, где оставались траки, второй, там где нулевая точка и еда, третий, вот этот, где вода, и, наконец, у каждого раскопа – свой, частный, где стол начальника раскопа и где бойцы складываю личные вещи 1147.

1129 Колонна пикапов прибыла на стоянку (слева и справа – развалины Цунуна). Сотрудники готовятся к вхождению в джунгли.

Проселочная дорога чиклерос рассекает город пополам. Раскопки ведутся только к западу от дороги, на трех плазах Цунуна. Траки остаются на стоянке, а люди готовятся к джунглям 1129. Застегивают рубашки, подтягивают ботинки, опрыскиваются ДЕЕТом, проверяют снаряжение – взяты ли термосы, и все такое. Потом, как по команде, начальники раскопов подхватывают оборудование – теодолиты и станции (их не оставляют на раскопе), огромные бутыли с водой, ящики с обедом, и отряд цепочкой устремляется в джунгли 1130.

Еда и вода остаются на втором сборном пункте в джунглях, у надежно забетонированного нулевого базового столба. Это совсем недалеко от первой плазы с двумя пирамидами и площадкой для игры в мяч, на которой мы копали со Слутсами под руководством незабвенного Гэвина.

1130 Участники экспедиции движутся по тропе в джунглях к месту работ в Цунуне

Полторы тысячи лет назад, тут был центр площади между пирамидой и трехбашенным зданием Е-группы (прицелом для астрономических наблюдений). Здесь не было никаких джунглей, а все пространство на сотни метров вокруг было ослепильно-белой поверхностью, на которой там и сям стояли священные здания, раскрашенный в яркие цвета. Здесь вряд ли были жилые постройки.

Пирамиды не строят на голой земле (если это не скальное основание). Майя сжигали и расчищали джунгли, а потом возводили платформу из стука (стукко) – известковой штукатурки, перемешанной с гравием и камнями. Типа, бетонировали. Когда она размывалась ливнями, на нее накладывали новый слой стука, и так далее. Все три центральные плазы в Цунуне стояли на одной гигантской платформе порядка 200 на 200 метров. Глубина ее неясна. Теперь ее покрывал тонкий слой почвы (почва в джунглях всегда тощая), она поросла деревьями и кустарником.

1131 Схема расположения некоторых построек Цунуна (др. Квока и др.) Стрелками указано, где автор участвовал в раскопках в 2018 (плаза 1) и 2019 годах (плаза 3).

В четвертой сессии освободилось несколько студентов и начальство приказало им копать яму прямо посередине дороги из стукко – сакбе – ведущей с третьей плазы на север. Просто, чтобы «посмотреть слои».

В результате, студенты выкопали колодец два-на-два метра, достигший глубины четырех-пяти метров 1134, в который приходилось спускаться по лестнице. Студенты вылезали оттуда совершенно белые, работать приходилось в масках. Вот это был адский труд и мудрое начальство бросило на него только неперегоревших молодых студентов, а не старперов типа Коша.

1132 Развороченное дно площадки для игры в мяч, над которой автор трудился в предыдущем году. Стены площадки подготовлены к консервации.

Двести на двести метров… предположим, еще на десять метров глубины – это примерно полмиллиона кубометров стука, переработанных цивилизацией, у которой были только каменные, костяные и деревянные орудия производства.

Здесь, в центре древней площади, настал момент истины. Нас должны были распределить по начальникам раскопов. По проектам. Это определяет судьбу волонтера на всю сессию. Типа, как шляпа в Хогвартсе. Пройдет она хорошо или нет? Кош, конечно, хотел бы работать со Слутсом и ПлюсОдин, как в прошлом году. Но у Коша есть свои странные представления, что скрывать.

1133 Место сбора и отдыха на третьей плазе Цунуна

Например, что начальство мудрое и ему виднее. Что начальство понимает, кто с кем хорошо работает, и делает назначения соответственно. И вообще у начальства свой взгляд кого куда назначать. А поэтому выскакивать и говорить – а я хочу туда-то! – это возможно. Но Кош так не делает. Если предложат – другое дело.

Слутсов забрала себе на трехбашенное здание Карен (суровая дама). И было объявлено, что им нужен еще один человек. Тут бы Кошу и вызваться, но он позорно прошляпил это предложение, о чем-то задумавшись в критический момент. Прощелкал. И тут поднял руку Джон – такой длинный тихий американец примерно кошьего возраста, но весь такой поджарый и спортивный.

1134 Углубленный раскоп на площади дает представление о толщине платформы из стука, на которой стоят здания плазы

Волонтеры – всегда bunch of colorful charaсters. Джон был интересен тем, что он был незаметен. Он сидел себе на попе ровно, никогда не встревал ни в какие споры, не рассказывал о себе, не расспрашивал других, делал, что скажут. Он всегда приходил вечером на палапу – но никогда не вмешивался в споры и тихо потягивал свое пиво (или что он там пил). Как правило, довольно рано уходил в свою кабанью спать, и рано вставал (был членом комитета по приемке солнца).

Так Кош и не понял, что он тут делал? Конечно, этот вопрос можно было задать многим, тому же старому вертолетчику Майку. Но тот, кажется, был чей-то знакомый. Может, ему было по приколу снова оказаться в джунглях180180
  Кош уже упоминал другого вьетнамского ветерана Артура, лечившегося в Блю Крике от ПТСД (он таки и пропал после своей выходки). Вообще бывших военных было много.


[Закрыть].

1135 Руины небольшого храма на севере плазы

Джон запомнился одним высказыванием. Мы сидели за чисткой черепков на палапе (лабораторный день), и наш молодой дембель Пит (о нем речь ниже) стал показывать на телефоне снимки из своей военной жизни. На одном он был примерно с такими же кудряшками, как был в тот день. Джон, в числе всех, глянул на телефон, покачал головой, и сказал,

– Ну и порядочки у вас там! В мои времена… если бы drill-sergeant увидел такие волосы… отжиматься пришлось бы до заката.

Пит хихикнул и сказал, что в его времена в армии уже разрешалась индивидуальность по части прически. Вот этим Джон и запомнился.

1136 Разрез центрального входа на пирамиду №20

Итак, вакансия у Карен забилась Джоном, а Кош был отдан на растерзание белизцу Джо. И как часто это бывает, потом оказалось, что это было хорошо. Карма, ее не объедешь на кривой кобыле. Даже на Гелике или Праде не объедешь. Как-то так.

Кош видел Джо в свой первый сезон 2015 года, и даже пару дней у него поработал с профессором Джимом. В прошлом году его не было.

1137 Вид на раскопки на Е-группе

Джо был человек-легенда, один из со-основателей лагеря Блю-Крик. Неясно, кто он был по образованию и чем вообще занимался по жизни. Его отношение к науке было обозначено в местной прессе как «археолог-любитель». О нем ходили легенды, что он был «черным археологом», а потом перековался и перешел на светлую сторону науки. Как бы там ни было, он работал в Блю-Крике почти каждый год. Он определенно не был академическим ученым, в отличие от большинства остальных начальников раскопа, но пользовался огромным авторитетом.

1138 Вид на раскопки на Е-группе

Полевые археологи – вообще люди практические. Джо был к тому же и местным жителем, то есть, например, освежевать змею и засушить шкурку было для него плевым делом. Джунгли были для него открытой книгой. В каком-то смысле его можно было бы сравнить с танаисским Чесноком, разве что без административных амбиций последнего. Джо, безусловно, любил это дело (археологию), любил его как именно практическую деятельность.

1139 Канава черных археологов, рассекающая вершину пирамиды №20. Виден край тарполина, накрывающий раскоп внизу. Когда-то здесь был храм, откуда жрецы наблюдали за солнцем на Е-группе напротив (сейчас она закрыта джунглями).

Карен раскапывала платформу с «прицелами» астрономического комплекса, а Джо досталась (Профессор назначил) сама пирамида, объект №20 (тот же номер, что у кабаньи Коша!) откуда жрецы-астрономы наблюдали движения солнца. Кстати, и на Ишнохе Джо тоже раскапывал пирамиду.

1140 Канава черных археологов, рассекающая пирамиду №20

Помимо Е-группы и пирамиды, на третьей плазе находилась всего одна значимая постройка – небольшой храм на севере площади. Его практически полностью раскопал и задокументировал сам доктор Мока. Там были совершены важные находки схронов, и сам храм представлял собой значительный архитектурный интерес.

1141 Крупный план раскопа на нижней части пирамиды №20, с загадочной дырой посередине.

В пополнение команды Джо в эту сессию вошли Кош, вертолетчик Майк и молодой лохматый парень по имени Пит. В старой команде у Джо оставались трое местных рабочих, с которыми он работал давно, а также пухленькая молодая девушка Мэри.

Мэри мариновалась тут уже несколько сессий, и доросла до заместителя начальника раскопа. В отсутствие Джо мы должны были рапортовать ей. Мэри была самой молодой из нас, но при этом уже начальником. Она была медлительной аккуратисткой, типичной васпкой, методичной и неотвратимой.

1142 Начальство строит планы раскопок пирамиды

Вертолетчик Майк был замечательным чуваком за семьдесят (ближе к восьмидесяти), это был его третий тур в Блю-Крике. Он очень напоминал по формату незабвенного профессора Джима, но был не академиком, а отставным военным. Он любил прийти на палапу и рассказывать о боевом прошлом, и очень обижался, если народ отвлекался и не слушал старого вояку. Ему уже тяжело давались джунгли. Он был знаменит тем, что притащил в этот тур раскладное кресло, принес его на раскоп, и сидел на нем в перерывах. (Это, кстати, действительно проблема, а на чем там сидеть? Коша в перерывах предпочитал лежать на пластике.)

Майк прав, сидеть или лежать на земле в джунглях – не самая светлая идея. Равно как и класть на землю вещи – в этом году Коша таки укусил скорпиончик, спрятавшийся в его варежках, небрежно брошенных на землю. Через пару дней волдырь прошел, но это Кошу повезло. Он и не думал, что скорпиончики бывают такими маленькими, думал, это просто жучок.

1143 Рабочий момент раскопок на пирамиде №20

Третим был Пит, молодой парень, лет двадцати пяти – как выяснилось, тоже волонтер, бравший курс для улучшения резюме для аспирантуры. У него была не менее замысловатая траектория. Он реально послужил в армии. Кажется, он записался в резервисты, чтобы финансировать бакалавра. И потом его то ли призвали, то ли он сам подписался. Так или иначе, он попал в армию и прослужил два или три года, в том числе побывал и в местах не менее жарких. Но не таких влажных.

Дослужился чуть не до капрала! Но потом где-то неловко повредил ногу, его комиссовали, и он вернулся в университет. При этом он успел жениться, завести ребенка, развестись и снова собирался жениться. Обе дамы непрерывно ему звонили. Сумму его студенческого долга сложно представить. При этом он собирался идти в аспирантуру. Ему нравилась археология. Веселый парень, душа общества.

1144 Момент обсуждения потенциальной структуры конструкции

Пирамида №20 была уже разграблена черными археологами 1139—1140, так же, как и пирамида №1. Для Цунуна это редкость – он вообще-то очень мало потрепан. Грабители тупо прокопали траншею через вершину пирамиды. Возможно, что-то они нашли, дальше копать не стали. То же самое в пирамидой №1– там осталась камера, описанная в отчете о 2018 годе.

Теперь пирамидой занимались мы 1136,1143. Джо была поставлена задача расчистить центральную лестницу и посмотреть, что там. Как она устроена, и вообще. Очень часто именно под лестницами бывают посвятительные схроны.

1145 Почему же она так устроена, трах-тарарах! Что архитекторы майя хотели этим сказать?

На первых трех сессиях команда Джо вскрыла передний склон холма, покрывающего пирамиду, и обнаружили лестницу, но какую-то странную. При этом в середине ее оказалась какая-то дыра 1141. Это мог бы быть схрон… но нет, в дыре ничего не оказалось, пусто.

Теперь, к четвертой сессии и консервации, Джо оказался с недоделанной лестницей и загадкой – что же тут за конструкция?

1146 Типичные орудия западного археолога – ведро, совок, археологическая кельма и миниатюрное кайло. Ничего из этого не было в Танаисе.

Нас, новое пополнение, бросили на зачистку правой стороны лестницы – может, там что-то обнаружится? Народ с этузиазмом занялся копкой и расчисткой 1143. Начальство же в это время все ходило вокруг дыры в центре и чесало затылок 1142. Залезало туда с головой и проводило массу времени в таком положении 1145. Советовалось с товарищами 1144.