Текст книги "Пирамиды в джунглях. Как я копал города майя"

25 Назад, в Белиз-сити

На следующее утро, выписавшись из гостиницы и собрав чемодан, Кош сидел за столиком кафе рядом с офисом Боба и жрал завтрак. Завтрак, несмотря на одиозность туристического кафе, оказался вполне себе.

Часов в девять появился долгожданный голландец. Он повел Коша на угол, где останавливались автобусы. По дороге рассказал, как ненавидит этот гребанный Белиз (и его легко понять).

– А как же америкосам-то его рекомендуют для покупки недвижимости? – спросил Кош.

– Фигня это все, – сказал голландец. – Они купят ранчо, а рано или поздно их грабят негры. Только если отстреливаться…

Что-то Розита об этом не писала.

Тут мимо прошли какая-то девушка с подростком. Он поцеловал девушку и потрепал подростка по голове – «сын, в школу пошли». Ну, да. Шерше ля фам.

Вскоре подошел автобус, типа уазика. Там сидели одни иностранцы. Кош пожал руку голландцу и залез на свободное переднее сиденье. И мы двинулись в Белиз-сити. Водила оказался местным бывшим полицейским. Рассказал много любопытного про Белиз. Оказывается, сравнительная безопасность Сан-Игнасио достигнута упорной работой комитета озабоченных граждан, которые вылавливают пришлые нехорошие элементы и депортируют их в другие районы страны с ласковым наказом не возвращаться.

Через два часа мы были уже в аэропорте, и еще через час Кош пошел на посадку. Снова содрали выездной налог. Но, в целом, все прошло без сучка и задоринки, и коллекцию керамических осколков и артефактов (собранных по градам и весям) никто не потревожил. Еще два часа – и Майами, а там и родной дом. Приключение закончилось!

Заметим, напоследок. Не всем сходит так легко путешествие в эти страны. Кош сравнительно легко отделался.

Вот душераздирающий рассказ, перепощенный одной из читательниц предыдущего травелога Коша, и ставший петицией на интернете. Привожу целиком, документ вопиющий. Но с этим может столкнуться каждый, кто туда летает, и не только через Литву.

«Я летела из Перу со стыковкой в Амстердаме. Двое суток. До Вильнюса. В Вильнюсе должна была сесть на поезд, чтобы доехать до Минска – это самый удобный способ. У трапа меня ждали двое в штатском и штук пять таможенников. Взяли мой паспорт и переглянулись и сказали, мол, это она. Отвели в сторону, сказали что надо кое-что выяснить. Спросили про какого-то Рауля или Пауля, летит ли он со мной. Я никого такого не знаю, так им и ответила.

Дальше мы забрали мой чемодан и пошли на досмотр. Они все из него достали. Проверяли на наркотики. Делали анализ. Человек восемь их было и овчарка. Дальше все мужики вышли остались женщины. Мне велели раздеться полностью. Осмотрели. Ощупали. Наркотиков нигде не нашли. Но после этого не отпустили. Сказали, что поедем на осмотр в клинику, потому что я скорее всего провожу наркотики внутри. Повезли. Померяли давление. Оно было 145 на 90. Я увидела краем глаза и удивилась. Сказала сестре, что обычно у меня давление 90 на 60 и это ненормально. Она процедила: «Жить будешь».

Повели к врачу. Тот единственное спросил, есть ли у меня болезни. Я сказала, что нет. Дальше был рентген. Мне ничего не объясняли, говорили на литовском. Просвечивали все что можно. Я спросила, не нарушают ли мои права, облучая меня. Сказали, что если я хочу на поезд и таки доехать домой, то лучше делать что они скажут и не говорить лишнее. Паспорт забрали. После рентгена мурыжили два часа. Пить нельзя. Про есть я молчу. В туалет тоже нельзя.

Прошел доктор. Я говорю: доктор, вы же доктор, я хочу в туалет и пить у меня месячные, мне плохо. Доктор посмотрел и ответил, что такими как я занимаются полиция, а не доктора. Еще сколько то времени прошло и повели на эндоскопию. В туалет сходить правда разрешили. Под присмотром и не смывая. Пить не дали.

Следующий врач спросил: На что жалуетесь. Я ответила: «Ни на что. А вот эти все люди думают что я перевожу наркотики в себе. Он спросил: «А вы перевозите?». Я ответила, что нет. Тогда он сказал: «А если я найду? мне сказали искать и я буду искать». Знаете, это было похоже на акт каннибализма. Потому что доктор этот огромный. Руки мне держала сестра. И вот он вводил в меня эту трубку. Она где-то сантиметр толщиной. Он делал все очень грубо и жестко. Меня рвало, было тяжело дышать. Сердце стучало, руку свело судорогой Он несколько раз сказал чтобы я не вы… сь и чтобы сдерживала рвотные позывы, потому что мне никто ничего плохого не делает.

Когда все закончилось, человек, который почему-то считается доктором, сказал что я рано плачу (я разрыдалась) и что мне предстоит еще осмотр прямой кишки и влагалища «по полной» как он выразился. Я вышла, вся трясусь реву. Тогда один из их полицейских, как я поняла, стал звонить начальству и что-то говорить. После этого меня отвели на МРТ и еще раз полностью просканировали. После этого полицейские сказали: «Извините за доставленные неудобства приезжайте к нам еще».

Коллеги-журналисты и все, кто не может остаться равнодушным, я прошу вас обратить внимание на ситуацию, которая случилась, делать репосты и сделать так, чтобы этот случай получил максимальную огласку. Я буду вам очень признательна и благодарна. Кстати, 15 марта в Беларуси – День Конституции. Только что мне об этом сообщил миллиционер, принявший заявление о нарушении гражданских прав.»

Вот такая печальная история. Ребята опознались. А может, кто-то над девушкой подшутил. Но можно и так залететь. Да.

Пирамиды в джунглях
2018

01 Снова в Белиз-сити

Летом 2016 года Кош копал в Перу132132
  Об этом – в книге «Как я копал в Перу».


[Закрыть]. В пустыне нет комаров, скорпионов, чиггеров133133
  Это какие-то крошечные клещи, см. https://en.wikipedia.org/wiki/Trombiculidae


[Закрыть], и прочей гадости. Копать там – комфортно. Нет удушающей жары и влажности, нет корней деревьев и грязи. Артефактов в пустыне гораздо больше, работа идет живее. Минус один: пыль.

Но как-то не сложилось коллектива. Совсем другая демография. Кош, неожиданно для себя, начал думать о возвращении в Белиз. Проехаться, наконец, стальным катком по пирамидам Юкатана… Паленке-то Кош честно посетил, а Чичен-Ица и прочие Тулумы оставались «на будущее»… Чичен-Ица! Кош думал, что так и помрет, не увидев знаменитую Чичен-Ицу. Но светлое будущее может наступить раньше.

2017 год пропустим. Весной 2018 Кош написал Доброму Профессору и объяснил жизненные расклады. Профессор был welcome и готов гибко подойти к срокам регистрации и платежа. Кош послал все положенные документы и заявления, но чисто формально. Написал старому приятелю Слутцу. Оказалось, что тот едет в Белиз в последнюю, четвертую сессию134134
  «Сезон» в Блю-Крике состоит из четырех сессий по две недели каждая (плюс перерыв в одну неделю). Это девять учебных недель, а персонал, наверно, отбывает там почти три месяца.


[Закрыть]. Он так и не изменил Белизу. У него это должна была быть четвертая по счету поездка в Блю-Крик.

Последняя сессия полевой археологической практики – или последний «заезд», если вспомнить пионер-лагерные термины – обычно посвящена консервации раскопанного. Было стрёмно ехать на последний заезд. В прошлый раз Кош поехал – чисто интуитивно – на третий заезд, и это оказалось хорошо. Но в данной ситуации не приходилось выбирать, да и Слутц мог поехать только на последний заезд, у него был конфликт с расписанием лекций.

550 Карта маршрута поездки 2018: Белиз и Мексика

Взял сначала билет в один конец до Белиз-сити. А потом – обратный билет – из Канкуна. Зачем возвращаться в Белиз-сити? Мир теперь другой. Цены на отдельные билеты такие же, как на чартер с обратным билетом.

Предстояло объехать за неделю Юкатан, посмотреть важнейшие пирамиды и вернуться домой из Канкуна. Поездка обещала быть нетривиальной (общий маршрут – 550). А когда было легко?

02 Блю-Крик déjà vu

Недостаток дешевого билета – вылет в шесть утра. В три утра надо было быть на стойке. Никакой транспорт не ходит в нашей глубинке. В прошлый раз Кош заказал такси в полтретьего утра. На этот раз, заехал в аэропорт в час ночи, а там завалился спать на полу. Как самый последний. Раньше Кош, приезжая с утра в аэропорт, с удивлением смотрел на спящих на полу бедолаг. Но теперь сам оказался в их рядах, чтобы сэкономить полтинник на такси.

Почему не делал этого раньше? Порывшись, Кош понял, что дело в страхе. Заснешь, и могут украсть вещи! Такая советская фишка. Вещи. Кош понял, что дожил до времен, когда на вещи наплевать. Главное, паспорт, кредитки и деньги, но и то, и другое было надежно спрятано под одеждой.

Важнее не проспать. Время от времени Кош просыпался, и видел, как мимо проходящие сотрудники аэропорта и пассажиры посматривали на него… наплевать! Что изменилось к лучшему за эти годы – теперь на терминале было круглосуточно работающее кафе. Прогресс!

В три утра Кош, как штык, приплелся на пустынную стойку Американ Эйрлайнс (АА). На ней не было ни-ко-го. Пусто. Кош оказался первым. Персонал начал вяло подтягиваться только к полчетвёртого! Крамола.

Наконец, появился негр, и в должное время оприходовал коший паспорт. Впрочем, он был вполне хелпфул. Сдав багаж, облегченный Кош направился на секьюрити и погранконтроль. Американец стал задавать ненужные вопросы, хотя Кош всего лишь следовал транзитом. Видимо, чтобы просто посмотреть на реакцию. «А что ты собираешься делать в Белизе? А что такое археологическая школа?» И только получив развернутые ответы, и узнав, что школа-то при американском университете, отстал.

В районе часа дня по местному времени Кош снова оказался в белизском аэропорту. А, казалось бы, никогда больше!

Специфика этой авиаинституции заключается в том, что там нет «рукавов», и даже нет автобусов. Карибы, сэр! Самолет подгребает прямо к зданию аэровокзала. Всего-то нужно пройти метров тридцать-сорок до двери терминала. Не тут-то было. Внезапно начался ливень! Всех оставили в самолете ждать просвета. Рукава же нет, тропики.

Просвет, наконец, наступил, и мы под остатками дождя потопали на вокзал. Едва дотопали, как дождь начался опять, и мы прождали еще час, пока выдали багаж – видимо, его не хотели разгружать под дождем (и правильно). А если бы ливень зарядил на несколько часов?! Наверно, в Белизе это бывает нечасто.

Поразительно, что поездка вообще началась с дождя – потом за две недели дождь случился всего лишь пару раз. А ведь был, что называется, дождливый сезон. В 2016 году дожди проливались почти с регулярностью московской электрички, и именно после обеда. В этом же году установилась засуха.

Аэропорт этого Филиппа самого Голдсона – такой маленький и провинциальный (или, как написали бы в туристском проспекте, дружелюбный и неформальный), что в нем багаж выдают до границы, и на непредставительную пограничную стойку, скорее напоминающую кассу универсама, чем пограничный офис, попадаешь уже со всеми бебехами. Либо туристический поток все же слишком слаб, при всей разрекламированности Голубой Дыры, либо туристы попадают на острова не через этот аэропорт. Как-то так. Зато в зале прилета и багажа огромное количество дьютиков, торгующих спиртным. Может, специально затягивали выдачу багажа, чтобы побудить туристов от нечего делать закупиться спиртным? Кош примерно представлял себе цены. В Белизе они были всего-то процентов на десять ниже, чем в дьютике Майами. Но Кош сильно сомневался в подлинности товара.

551 Международный зал прилетов аэропорта Филиппа Голдсона в Белиз-сити. Слева – офисы продажи билетов местных авиакомпаний. Справа – магазины.

Наконец, выкатили багаж и уставшие туристы выстроились к пограничному контролю. Кош не ожидал от погранцов подвохов. Многократно въезжать-выезжать из Белиза он не собирался, и вообще, дело было чистое. Между тем, погранец стал неприлично много интересоваться целями въезда, а потом стал спрашивать, весь ли это его багаж? Кош спокойно отбрехивался.

Видимо, что-то погранцу не понравилось, и он, уже поставив визу, указал на таможенную стойку – мол, проверься на таможне. Удивительно! Никакого почтения к белому человеку! Законопослушный Кош подошел к таможенникам, на расстоянии десяти метров от погранца, и сам предложил проверить чемодан. Те очень удивились, переспросили погранца через проход, в чем дело, потом спросили Коша, сколько он везет спиртного. Одну бутылку, ответил Кош, и та из дьютика. Те снова о чем-то справились у погранца. Понять их было сложно – хотя формально английский тут родной, эти говорили, видимо, на его народном креольском варианте. Махнули рукой – иди, мол. Возможно, весь этот аттракцион был разыгран в расчете на белого туристо, везущего какую-то контрабанду. Видимо, Кош вписывался в соответствующий образ. А, может, это было наказание за непокупку спиртного у них в дьютике? Однако номер не прошел.

552 Аэропорт им. Голдсона, Белиз-сити – вид снаружи

Выкатился в хорошо знакомый зальчик прилетов. Никакой встречающей партии не наблюдалось 551. Но Кош и не ожидал. Уверенно направился вверх, в паб, рассчитывая найти там уже прилетевших партисипантов. В прошлый раз там собралось человек двадцать. К его удивлению, в этот раз паб был пуст. Однако! Растерянный Кош спустился вниз. Там из иностранцев были, как обычно, одни миссионеры. В прошлый раз, в воскресенье, тут было столпотворение миссионеров, но и теперь, в понедельник через три года – то же самое.

Время от времени в зал врывались какие-то иностранцы, похожие на кандидатов в партисипанты, но они тут же устремлялись к окошкам авиакомпаний (они тоже были в зале прилета, а не вылета), и покупали билеты на острова и прочие назначения. Кош вышел на перрон 552. Никого подходящего.

Впрочем… была группка из четырех человек, и один из них был похож на профессора. Но… он был как-то потолще того, как представлял себе Кош профессора с 2015. Кош прошелся мимо, рассчитывая, что его фигурку узнают, но группка никак не прореагировала. Автобуса системы чикен-бас тоже не было видно. В этот раз Кош даже телефон профессора не записал, твердо надеясь на встречу.

Вернулся в зал прилетов и задумался. Что делать? Делать было нечего, только ждать. Прошло еще полчаса, снова вышел на перрон. Везде были миссионеры, сидевшие группами в зале, бодро погружавшиеся на то и дело подъезжавшие автобусы. Сколько же этой маленькой стране нужно миссионеров? Мало им разве меннонитов? Хммм…

Кош решил еще раз попытать счастья с группкой подозрительных старперов. Он приблизился, как бы невзначай, но в упор глядя на предполагаемого профессора… И, о чудо! Это и оказался сам Добрый Профессор! Последовала неловкая сцена, во время который все присутствующие стороны извинялись за неузнавание. Прозопогнозия просто беда.

Профессор представил Коша присутствующим. Один, длинный сухой американец, оказался Майком, это была его вторая поездка в Блю-Крик, и был он отставным вертолетчиком ВМФ, и он, как и Артур, побывал в местах отдаленных. Лет ему было хорошо за семьдесят, и он оказался хорошим аналогом доброго профессора Джима из 2015 года.

Бодрая дамочка лет за пятьдесят (ей оказалось 55) оказалась отставным лейтенант-полковником авиационной службы Джен. Это тоже был ее не первый поход в Блю-Крик. Любят же его отставные американские военные! Она жила неподалеку от профессорского университета и хорошо знала доброго профессора и его семью. Видимо, решила волонтерствовать с ними.

Два божьих одуванчика оказались сестрами, лет ближе к семидесяти, одна из них (Сестра1) имела степень пиэйчди по экономике, а теперь, как и ее Сестра2, бывший учитель, пребывала на пенсии и сестры (богатенькие буратино) теперь путешествовали вместе. Довольно сказать, что они побывали в Непале и залезли с шерпами достаточно высоко. Не говоря уже про всякие Мачу-Пикчу. Уровень выносливости был гарантирован. Про Блю-Крик они прочитали на каких-то волонтерских сайтах, и решили помочь, как добрые самаритянки. Или как Кош. Но об археологии они не имели ни малейшего представления, и что им предстояло делать в джунглях они не догадывались.

553 Так называемый чикен-бас, основной вид общественного транспорта в Белизе. Этот чартер забронирован для экспедиции.

В общем, сделали смолл-толк, как положено у американцев, и Кош осторожно спросил, а где же народ?

– Дык, – сказал профессор, – народа-то особенно в этот последний завоз и нет. Это почти все. Ожидаем еще пару человек, а Слутс – он должен был прибыть уже, вот не они ли там дальше на перроне? – И точно, там виднелась группка из пяти-шести человек.

– Я пойду проверю, – сказал Кош.

И точно! Тут оказался Слутс в своем знаменитом европейском шейном платочке-бандане. Рядом с ним была крупная девушка, которая, как догадался Кош, и была его герлфрендшей. Впоследствии оказалось, что на списке членов экспедиции в пивном погребе (где каждый отмечался за взятые напитки, и который в сущности и был отличным гидом по составу экспедиции) их записали, как пару: «Слутс и +1». С тех пор мы ее так и называли – ПлюсОдин. Как выяснилось, это стандартный термин. Была еще пара человек того же возраста. Кош сказал им, где находится профессор и мы двинулись туда. Тут как раз и подъехал знаменитый желтый чикен-бас «Голубая птица» 553.

– Ну-с, дети – сказал профессор, – вроде все в сборе, погружаемся!

Мечты Коша, что у него будет еще часа три, как в прошлый раз, и он сможет съездить осмотреть Алтун-Ха, не сбылись. (Впрочем, Слутс сказал, что наивно рассчитывать, что такси туда и обратно сможет обернуться за полтора часа – расстояние там небольшое, но дорога частично грунтовая.) Мы погрузились в автобус и тронулись. Приключение началось!

554 Супермаркет в Белиз-сити на бензоколонке – последняя возможность купить спиртное перед Блю-Криком.

Народа в автобусе было всего-ничего. В 2015, на третью сессию, чикенбас был практически забит, и в основном – молодежью. Сейчас же было человек пятнадцать, и это были одни старперы (за исключением Слутса, ПлюсОдин и еще пары человек).

– М-да, – подумал Кош, – сбывается предчувствие о дохлом сезоне. – А может, вообще Блю-Крик пришел в упадок?! Вечно Кошу везет попасть к шапочному разбору135135
  Ни то, ни другое не подтвердилось. Выяснилось, что Блю-Крик процветает и роль его только возрастает в атмосфере, когда гумнауки сокращаются и многие полевые школы закрываются. Это увеличивает давление на оставшиеся – студентам надо где-то получать учебные кредиты. И сезон оказался великолепным.


[Закрыть].

Скоро мы были в Оранж Волк, последнем крупном поселке по дороге к Блю-Крику. Каунти-сит, вроде, то есть, райцентр. Но остановились на вполне себе западной парковке у бензоколонки и стандартного модернового универсама. Средних размеров 554.

555 Лагерь Блю-Крик – вид с юга на главное здание. Слева и справа – жилые блоки – кабаньи.

Кош решил было не выходить из автобуса, чего там ловить в этом супермаркете? Все то же самое есть в супермаркете Линда Виста рядом с лагерем. Однако же Слутс с ПлюсОдин уже уверенно струились к выходу:

– Я тут каждый раз закупаюсь все больше – бросил на ходу Слутс, – я привез тут пару бутылок, но больше ведь нельзя. – Он показал верх коробки с виски, почти как у Коша. Вот оно что, Петрович! В самом деле, в Линда Висте спиртное не продают. Эта остановка-то была стратегической! Последний шанс закупиться спиртным на весь сезон. А Кош-то почти прощелкал. Кош устремился в магазин.

556 Кабанья №6 где поселился автор в 2018

Магазин был так себе. Почти все то же, что «на западе», но – в других формаx, и по качеству – дешевого долларсторовского происхождения. То же самое что в России в конце 1990-х. Даже в настоящих долларсторах – все же упаковки поярче. Тут они были как в совке, красок на них пожалели. Дешевый Китай или местная продукция. Но – по дорогим для такого товара ценам.

Как и в России 1990-х, если сюда попадал «настоящий», качественный товар, он стоил в два-три раза дороже, чем «местные» марки. Дороже даже, чем на условном западе. Примерно, как в России была разница между жвачкой «Ригли» и каким-нибудь безродным брендом. Настоящий Ригли в Москве 1990-х стоил в киоске дороже, чем в Америке, при том, что заработки тут были на два порядка ниже. То же примерно и здесь.

Спиртного тут хватило на пол-ряда. В основном, это были ром и виски, все дешевое, непонятных марок. А если понятных, то по лошадиным ценам. Или, произведенных «локально». «Кампари», например, по этикетке был один в один с итальянским, по той же цене, но – произведенный… на Ямайке (не зря же Белиз – часть Организации Карибских государств).

Получалось, тут разумно покупать разве что местный ром… но это же как-то не спортивно. Кош решил выпендриться – знай нас, русских! – купил бутылку водки местного разлива и вот это самое ямайское Кампари. Пусть будет для отвальной. Для дам! Эта советская галантность!

Довольные Слутсы оттащили в автобус тяжелую сумку, и мы тронулись в последний отрезок пути. Ничего вроде не изменилось в лагере 555, разве что добавился длинный красный грузовой вагон у подножия лагеря. Полное дежа-вю! Выгрузились перед центральным зданием, и нас развели по будкам-кабаньям. Кошу досталась кабанья №6 556. Кто-то прочел Чехова. На двери был прилеплен стикер с именем Коша, начертанным рукой самого Профессора.

Дверь прикрывалась гораздо плотнее, на окнах наконец-то появилась сетка. Не от комаров, нет. При всех модернизациях, в раме были щели, и если бы в лагере водились комары, они бы поналезли все равно. Сетка была от крупных случайных насекомых, типа мух. И скорпионов. Действительно, мух в кабанье почти не было, Кош мог бы и не развешивать липкую ленту. Прогресс!

Еще прибили в центр кабаньи, между окнами, прямо напротив двери, полочки – вот это была совершенно незаменимая модернизация 557—558.

По утрам, снаружи, на раме окна, почти всегда сидела какая-то местная лягушка и тихо дремала 559.

557 Так кабанья выглядит в нежилом формате

Как потом оказалось, в некоторые кабаньи был даже проведен свет (например, у Слутсов). Коша отсутствием электричества не испугаешь. В одной из бесед на палапе 560 Профессор упомянул о модернизациях в лагере, в том числе об электризации кабаний. Что ее можно расширить. Тут он вдруг задумался и сказал:

– А что тут, собственно, электрифицировать? Есть большая сермяжная правда в кабаньях без электричества. Ведь это дает возможность оторваться от комфортного цивилизованного мира. А это ведь и есть часть нашего бренда! Поэтому не будем, пожалуй, так уж все электрифицировать.

И вправду, согласился Кош, не стоит. И так можно жить. И в этом есть свой кайф. Лично Кош в кабанье только спал, никогда больше не провел ни одной минуты. Ведь до нее не добивал вай-фай.

Кош быстро устроился в кабанье, разложив вещи, и отправился на палапу. Там уже заседал Слутс с ПлюсОдин, а также Сестры. Была еще какая-то молодежь. Не все же старперы. Просидели за разговором и тут позвали ужинать – ужин начинался в шесть.

Выяснилось, что в эту сессию будут два основных места раскопок – город Ишноха (X’Noja), где Кош копал на объекте №103, и новый город Цунун (Tz’unun), расположенный чуть дальше Ишнохи от лагеря, между Ишнохой и Ла Мильпой (о ней речь ниже).

558 Одомашненная кабанья

В этом районе есть масса развалин древних майянских поселений (558а). Самое большое из них (в период расцвета от 50 до 100 тысяч жителей) – это Ла Мильпа, третье по величине (после Караколя и Ламаная) поселение майя в Белизе. Такие города всегда окружены массой городков и поселков, некоторые из которых могли считаться «городами-царствами» (в частности, это означало, что они имели свой символ-герб), и в них могло проживать от 25 до 50 тысяч человек.

558а Археологические памятники северо-западного Белиза (Фонд Развития Белиза).

Таким был, например, сам (ныне законсервированный) город Блю-Крик. Таким же оказался и город Ишноха, в котором Кош начал свою археологическую карьеру в Новом Свете. Кош с самого начала пытал Хоргана, начальник раскопа #103, какова же величина Ишнохи? Тот затруднился с ответом. И не зря. Потом оказалось, что первоначальная оценка величины города была занижена. В частности, в этот сезон, при расчистке одной из пирамид, была найдена маска божества – это, кажется, третье такое место во всем Белизе. Маски редки, и только продвинутые (большие) города-царства получали право (или имели возможность) украсить ими пирамиды.

559 По утрам у сетки окна сторожила мошек местная лягушка

Город Цунун (от майянского слова колибри) был открыт профессором Мокой136136
  Имя слегка изменено в художественных целях.


[Закрыть] три года назад. На кончике пера. Просто благодаря внимательному рассматриванию гугломапа. Смотрел-смотрел профессор из далекого Мид-веста на гугломап Белиза, и решил, что тут под пологом леса что-то есть. Тут может скрываться город. Такое может сделать каждый! Он поехал в Блю-Крик, договорился, устроили обследование – и вуаля! Никто, даже профессор, который вроде провел в этом районе Белиза всю карьеру, не подозревал, что вот тут есть еще один город. И большой.

Вот так, на кончике пера, профессор Мока открыл Цунун, и сам же его обследовал и сделал предварительную карту. Он сделал это всего лишь с одним или двумя помощником из членов компании, и разумеется в сопровождении, двух или трех местных партнеров с мачете. Три года назад открыл, в прошлом году нанес на карту, а в этом году было получено разрешение на раскопки от белизского минкульта (да, англофонность сильно помогает).

Стахановские темпы, если подумать. В этом же году начали копать, совершенно свежий, некопанный никогда город в джунглях! Удастся ли там поработать? Это, конечно, решит профессор. Наверно, уже решил, но объявят это позже, за ужином.

Вот, почему-то в досужей популярной прессе писали о таком же подвиге одного американского мальчика, а о Моке – нет. Хотя чем он хуже? Но профессор Мока не расстраивался.

560 Лагерная палапа137137
  Википедия: A palapa (a Spanish word of Tagalog origin, meaning «petiol of the palm leaf») is an open-sided dwelling with a thatched roof made of dried palm leaves. It is very useful in hot weather and, therefore, very common on Mexican beaches and deserts. It is perhaps one of the most important architectural contributions of West Mexican culture. Palapas are also common in Honduras and other Central American countries.


[Закрыть]

Наконец, распахнулась задняя дверь кухни – а палапа граничила со столовой – и раздался клич Supper is ready! О как! Саппер, не диннер! Такая у них церемонная архаика. Мы дружно двинулись в столовую. Тут уже оказались нововведения. Профессорша прошептала нам:

– А у нас новая команда на кухне! А как они готовят! Ах!

Кош слегка удивился. Как они тут могут готовить? Что тут за разносолы могут быть, в Белизе-то? Но оказалось, это правда. Готовили новые девушки гораздо лучше 563—565. Их было три – корпулентные дамы разного возраста, но не старше полтинника. Одна совсем молодая и даже не толстая, а просто беременная. Поэтому тут постоянно пасся ее муж или кавалер, приезжавший на подержанном, но хорошо ухоженном додже SS. Знай наших. А одна из дам сама приезжала по утрам на мотороллере. Это был прогресс для меннонитов. Хотя мы так и не добились ответа у начальства – меннонитки ли они? У самих кухарок никто не осмелился спросить. Одевались они, безусловно не в стандартный меннонитский женский наряд (советские халаты 50-х годов).

Готовили они не так однообразно, как настоящие меннониты, и гораздо вкуснее, хотя совсем уж профессиональной эту готовку не назовешь. Она была скорее домашней, но хорошего качества. (Почему не могли прямо нанять мексиканок или гватемалок? Возможно, что те бы готовили совсем этнически. Но это же плюс? Тут, наверно, много своих разборок.)

561 Восход солнца в Блю-Крике

562 Восход солнца в Блю-Крике

В конце ужина профессор встал и потребовал внимания. Он кратко описал текущую мировую ситуацию. Сообщил диспозицию команд. Три команды работало на Цунуне, одна на Ишнохе, и еще одна на третьем объекте, Кош забыл его название. Обошлось без традиционного представления новых членов остальной команде, тем более, что большинство старперов были «повторники», а новых студентов на четвертой сессии не было (видимо, так оно положено).

Зато оказалось, что с прошлой сессии осталось прилично – порядка пятнадцати – студентов, так что с нами получалось 25—30 бойцов, это как раз для пяти объектов. Еще на четвертой сессии был спецсеминар по 3-Д сканированию, который читали два пожилых американца, один из которых был все же архитектором, а второй вообще гуманитарий. Они делали 3-Д сканирование раскопов, ну, вот, заодно и натаскивали народ, и у них были бесплатные ассистенты. Кош никогда не спрашивал, на какой основе они сами подвизаются в Блю-Крике.

Насчет распределения новоприбывших ничего сказано не было – сказали, что скажут утром. После ужина мы еще посидели на палапе, и отправились спать. Кош поставил будильник в палате номер 6 на 5—30 утра. Завтра будем смотреть рассвет!

563 Типичный завтрак в Блю-Крике в 2018

564 Типичный завтрак в Блю-Крике в 2018

Утром Кош подскочил от звонков будильников (их было два), натянул баскетбольные шорты (в которых и проходил все две недели в лагере), подхватил айпод и фотик, и, как будто и не было этих трех лет, выдвинулся к местоположению палапы. Вывалившись из кабаньи, он понял что опоздал – солнце уже поднималось над горизонтом 561—562. На 5:15 надо было ставить, а не на 5:30, балда!

Но делать было нечего. Минуя сортир, Кош ринулся на палапу, доснимать, что осталось. Там уже сидели двое сканерщиков (они всегда ходили парочкой), и вездесущий Слутс 566—567. Кош принялся щелкать остатки рассвета. Тут подтянулся профессор, и полковница. Появился и вертолетчик Майк. Висевшая неподалеку колбаса гамака зашевелилась, оттуда вылезла голова студентки по имени Хелен. Чуть позже подтянулись две Сестры (даже они, похоже, вставали с петухами). Это и оказалось на будущее наш Комитет по встрече рассветов.

565 Блинчики на кухне Блю-Крика

566 «Комитет по приемке Солнца» на палапе Блю-Крика

567 Солнце таки взошло!

Первый рассвет в Блю-Крике был упущен. Нас позвали на завтрак, тоже получше, чем при настоящих меннонитах. Постепенно начал формироваться «старперский стол» – во главе, конечно Слутц, потом подтянулась полковница, вертолетчик Майк, две Сестры, и Кош. Тут же оказалась и Марша. В тот первый раз, кажется, ПлюсОдин проснулась к завтраку, а так, Слутц носил ей кофе в постель, и она выползала уже к концу завтрака.