Текст книги "Отступник"
![](/books_files/covers/thumbs_240/otstupnik-104555.jpg)
Автор книги: Дженнифер Арментроут
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)
Похожие на гром звуки снова разнеслись по магазину. Кто-то закричал. Бутылки попадали с полок.
По линолеумному полу загрохотали шаги. Сердце чуть не выпрыгнуло у меня из груди, когда я бросилась к входу в магазин. Что-то сверкнуло на парковке, точно молния, ударившая в землю.
– Проклятье, – прорычал Арчер.
Крошечные волоски у меня на руках встали дыбом, пока я шагала к концу ряда, забыв обо всех попытках держать голову опущенной.
После мгновения затишья послышались все новые раскаты грома, сотрясавшие каждую косточку в моем теле, а полосы света продолжали озарять парковку, одна за другой, одна за другой. Стеклянное окно передо мной треснуло, а крики… крики становились громче, а окна разбивались, и стекло полетело в сторону касс.
Из полос слепящего света на парковке стали возникать фигуры. Они растягивались и обрастали ногами и руками. Их длинные грациозные тела были слегка окрашены красным, как и тело Дэймона, – только более глубокого малинового оттенка.
– О господи, – прошептала я, пузырек с таблетками выскользнул у меня из пальцев и отскочил от пола. Они были повсюду. Дюжины. Лаксенов.
* * *
Глава 2
Кэти
Все, включая меня, застыли, словно время остановилось, но я знала, что произошло.
Фигуры на парковке поворачивались, их шеи вытягивались и склонялись набок, а двигались они плавно, по-змеиному. Их движения были неестественными, совсем не такими, как у Лаксенов, которые провели на Земле годы.
Взвизгнули шины красного грузовика, и он рванул с парковки, наполняя воздух дымом и запахом жженой резины. Грузовик закружился на месте, словно водитель хотел прорваться сквозь ряды Лаксенов.
– О нет, – прошептала я, чувствуя, как сильно бьется мое сердце.
Арчер схватил меня за руку.
– Надо срочно отсюда выбираться.
Но я не могла сойти с места и наконец поняла, почему люди так часто глазеют на автомобильные аварии. Я знала, что сейчас случится, и понимала, что не хочу это видеть, но и отвернуться была не в силах.
Одна из фигур сделала шаг вперед, края ее тела пульсировали красным, и она подняла светящуюся руку.
Грузовик дернулся вперед; тени мужчины, сидящего за рулем, и куда более маленького тела за его спиной навсегда отпечатались в моей памяти.
Крошечные искорки электричества отлетали от руки Лаксена, а ослепительное сияние, окрашенное красным, спускалось по его руке. Секунду спустя из руки вылетел поражающий световой импульс, испуская запах жженого озона. Пучок света – вспышка, исходившая от Источника, вероятно, самого чистейшего вида, – ударил в грузовик.
Магазин сотрясся от взрыва, когда грузовик загорелся, опрокидываясь на ряд автомобилей, стоявших рядом с ним. Когда грузовик упал крышей вниз, пламя хлынуло из разбитого лобового стекла, а колеса беспомощно закрутились.
И тут разразился хаос. Вопли разорвали тишину, когда люди мчались прочь от магазина. Словно стадо, они налетали на тележки и на других людей. Бежавшие приземлялись на ладони и на колени, а вопли звучали все громче, смешиваясь с криками детей.
Спустя один удар на мгновение замершего сердца, и Лаксены мгновенно наполнили магазин и были уже повсюду. Арчер резко обогнул ряд, волоча меня с собой и прижимая наши тела к острым углам полок. Мимо нас пронесся подросток, и я могла думать только об одном – какие красные у него волосы, совершенно алые, – и только потом поняла, что это цвет не волос, а крови. Мальчик успел добежать до отдела с гелями для душа, но тут огненная вспышка ударила ему в спину. Он упал на пол лицом вниз и больше не двигался. Посередине его позвоночника зияла дымящаяся обугленная дыра.
– Боже, – выдохнула я, чувствуя, как у меня внутри все перевернулось.
Глаза Арчера расширились, его ноздри раздувались.
– Дело плохо.
Озираясь, я придвинулась к концу ряда. В животе у меня все оборвалось, когда я увидела женщину, несколько минут назад державшую на руках маленькую девочку.
Она стояла перед одним из Лаксенов, широко распахнув рот, видимо, не в силах пошевелиться от ужаса. Маленькая девочка прижалась к полке с книгами, она свернулась в крохотный клубочек и причитала, раскачиваясь взад и вперед. И тут я поняла, что малышка выкрикивает снова и снова.
– Папа! Папа!
Отец лежал у ее ног в луже крови.
Энергия с треском пронеслась по моей коже, ударив и по Арчеру, когда Лаксен протянул руку и положил ее женщине на грудь.
– Какого?.. – прошептала я.
Позвоночник женщины распрямился, словно кто-то вонзил в него стальной стержень. Глаза ее широко раскрылись, зрачки расширились. Рука Лаксена источала мерцающий белый свет, окутавший женщину, словно водопад. Достигнув остроносых туфель на высоких каблуках, свет померк, просачиваясь в пол. Внезапно голова женщины откинулась назад, а губы раскрылись еще шире в беззвучном вопле. Вены женщины осветились изнутри, и на лбу обозначилась сияющая белая сетка, распространившаяся на глаза, а потом спустившаяся на щеки и горло.
Что происходило? Я чувствовала, как Арчер прижимается ко мне, когда Лаксен отодвинулся от женщины, которую била яростная дрожь. Свет уходил из ее вен, краска отхлынула с кожи, а сияние, окружающее Лаксена, пульсировало, точно сердцебиение. Все это произошло в одно и то же мгновение – кожа женщины сморщилась и измялась, словно она за считаные секунды постарела на десятилетия, а силуэт Лаксена заколыхался и стал меняться. Тело женщины начало осыпаться и прогибаться внутрь, словно вся жизненная сила была из нее выкачана. Она сложилась, точно лист бумаги, ее кожа стала серой, а черты лица неузнаваемыми, и тогда свет Лаксена померк, демонстрируя его новое обличье.
Передо мной снова стояла та женщина – смуглая кожа и дерзко задранный нос. Светло-каштановые волосы падали на обнаженные плечи, но глаза… глаза были неестественного ослепительно голубого цвета, словно в лицо вставили два отшлифованных сапфира. Как это было у Эш и Эндрю.
«Они ассимилируют ДНК. – Голос Арчера выплыл из потока моих мыслей. – Быстро. Я никогда не видел, как такое делается, и не знал, что это возможно».
В его голосе чувствовались тревога и страх.
Вокруг разворачивалось нечто вроде «Вторжения похитителей тел» с участием Лаксенов. Это тоже приводило к фатальным последствиям и происходило по всему супермаркету. Повсюду на пол падали тела.
– Нам надо идти. – Рука Арчера крепче сжала мою, и он притянул меня к себе. – Сейчас!
– Нет! – Я старалась разобраться в происходящем. – Мы…
– Мы не должны ничего делать, а только выбираться отсюда к чертовой матери.
Он вытащил меня в другой ряд, увлекая за собой и прижимая к себе так, что я буквально распласталась вдоль его бока.
Я сопротивлялась, пока он волок меня вдоль полок.
– Мы можем им помочь.
– Нет, не можем, – скрежеща зубами, ответил он.
– Ты Исток! – рявкнула я. – Ты должен быть реально крутым инопланетным ребенком из пробирки, а ты…
– Бегу? Да пропади оно все пропадом. Исток или не исток, но тут дюжины Лаксенов, и они очень сильны.
Арчер толкнул меня, заставив пробежать через ряды полок с зубной пастой. В левой руке он нес корзину, полную таблеток, о которых я уже забыла.
– Может, ты не видела, что они только что сделали?
Я ударила его рукой по животу, отталкивая и высвобождаясь из его хватки.
– Они убивают людей! Мы можем им помочь.
Арчер бросился ко мне, его лицо исказилось от отчаяния.
– На Земле нет Лаксена, который мог бы так перенимать ДНК. Эти сильнее. Нам нужно выбираться отсюда, вернуться домой, а потом мы…
Крик заставил меня резко обернуться. С конца ряда я могла видеть, что Лаксен, принявший обличье женщины, смотрел сверху вниз на девочку, а его – или уже теперь ее – губы скривились в усмешке.
Нет. Я ни за что не могла бросить беспомощного ребенка. Я понятия не имела, что затевает Лаксен, но сомневалась, что он хочет выступить в роли матери. Я оглянулась на Арчера, который тихо выругался.
– Кэти, – прорычал он, роняя корзину. – Не надо.
Слишком поздно. Я уже бросилась вперед, рванула в следующий ряд и понеслась к выходу из магазина. Когда я добежала до полок с книгами, снова послышались раскаты грома, оповещая о прибытии все новых и новых Лаксенов. Мне казалось, что от грохота у меня разорвется сердце.
Я заскользила по полу, огибая конец ряда.
Лаксен замер перед маленькой девочкой, а потом его голова слегка повернулась в моем направлении. Ослепительно яркие глаза встретились с моими. Розовые губы раскрылись. Из-за его ледяного взгляда казалось, что температура вокруг стала минусовой. В нем не было ровным счетом ничего человеческого, даже намека на сочувствие – один только холодный расчет.
Я поняла это в то краткое мгновение, когда мы мерялись взглядами. Поняла, что это начало и в то же время конец. Это было настоящее вторжение Лаксенов.
Справившись с первым приступом ужаса, я шагнула вперед и схватила девочку. Ее вопль пронзил мои уши, она совсем обезумела и пнула меня по ноге. Я обхватила ее руками, держа так крепко, как только могла, и стала пятиться назад.
Лаксен начал расти и навис надо мной, словно водяной столб. Его руки потрескивали от маленьких выбросов энергии. Существо смотрело на меня так, словно могло видеть насквозь. Каждое произнесенное им слово буквально скатывалось у него с языка. Такое впечатление, что существо изучало язык с головокружительной скоростью.
– Кто ты?
Ох, дерьмовое дерьмо.
Я достаточно быстро поняла две вещи. Лаксены способны чувствовать, что я принадлежу не только миру людей, и, судя по тому, как Лаксен отпрянул и поднял руку, хорошего ждать не приходилось. Я также поняла, что он не знает, что такое гибрид.
Маленькая девочка у меня на руках изо всех сил вырывалась и сумела высвободить руку. Раскачиваясь на мне, она умудрилась сбить с моей головы бейсболку, и волосы рассыпались у меня по спине. Лаксен сделал шаг вперед, его губы растянулись в оскале.
Дело плохо.
Удерживая в охапке толкавшегося и орущего ребенка, я поняла: пора делать ноги! Крутанувшись на месте, я бросилась бежать по ближайшему ряду. Запах горящей плоти и пластмассы усилился, когда мы с девочкой забежали за угол, раскидывая по дороге кондитерские изделия. Я скользнула по полу и замерла. Ничего себе.
Кругом, черт подери, было полным-полно голых инопланетян.
Даже если бы я не была гибридом и знала, что необходимо удостовериться в том, что среди зевак нет пришельцев под прикрытием, прямо сейчас, мне бы не составило труда опознать Лаксенов которые явно ничего не знали о вопросах скромности и расхаживали нагишом.
Я не вовремя задумалась о том, что вижу больше мужской и женской плоти, чем когда-либо хотела видеть, но, обернувшись и заметив подходившего ко мне Арчера, вспомнила, что есть забота поважнее.
Мы окружены.
– Довольна? – буркнул Арчер, скрежеща зубами и полыхая аметистовыми глазами.
По меньшей мере шесть Лаксенов смотрели на нас, пытаясь определить, кто мы такие. Трое из них, принявшие человеческий облик, стояли у скрюченных тел, которые они ассимилировали. Трое других пребывали в своем истинном обличье, их тела окружало красновато-белое свечение. За нашими спинами появилась женщина-Лаксен, недавно вошедшая в магазин.
Судя по их виду, никто из них не собирался заключать нас в дружеские объятия.
Мое сердце колотилось о ребра. Я медленно опустилась на колени, глядя в заплаканное лицо девочки.
– Когда я тебя отпущу, беги, – прошептала я. – Беги так быстро, как только сможешь, и не останавливайся.
Поняла ли она меня? Я молилась, чтобы поняла. Резко выдохнув, я отпустила девочку и слегка подтолкнула ее в направлении прохода между двумя рядами. Ребенок меня не разочаровал. Развернувшись, она ринулась в проход, а я, хотя и хотела сделать для нее больше, осталась на месте.
Один из светящихся Лаксенов скользнул вперед, а потом остановился, склонив голову набок. Остальные – как те, кто был в своем подлинном обличье, так и те, кто принял человеческий облик, – уставились на женщину, у которой я вырвала ребенка.
«Все это кончится плохо, – вмешался в мои мысли голос Арчера. – С моей стороны будет слишком смелым допущением, что если я попрошу тебя бежать, ты побежишь?»
Я сделала глубокий вдох.
«Я не собираюсь тебя бросать».
Уголок его губ слегка приподнялся.
«Я так и подумал. Что ж, перейдем в наступление. Освободи путь к выходу».
Когда я находилась в руках «Дедала», меня научили сражаться не только обычным человеческим способом, но и с использованием Источника. Я уже применила эти знания, когда была в Вегасе, и, хотя раньше я была уверена, что готова сражаться с лучшими из них, арктический вихрь страха скользил вдоль моего позвоночника.
Без всякого предупреждения Арчер решил продемонстрировать всю свою крутизну.
Бросившись вперед, он занес назад руку. Шар чистой энергии спустился по ней, вырвался из ладони и ударил прямо в середину голой груди Лаксена, выбив пришельца из его человеческой формы и шваркнув о стеклянную дверь, ведущую в молочный отдел. Контейнеры взорвались, и по полу заструились молочные реки.
Один из светящихся Лаксенов рванулся в сторону Арчера, когда тот крутанулся на месте, выбрав своей целью обнаженную женщину. Я тоже подключилась к Источнику. Свет, вихрящийся вокруг моей руки, был далеко не таким интенсивным, как тот, что продемонстрировал Арчер, и все же затея удалась. Образовав дугу над проходом между рядами, разряд ударил прямо в плечо Лаксена, заставив того завертеться на месте.
Я быстро сосредоточилась, чтобы высвободить еще один сгусток энергии, когда боль пронзила уже мое плечо. Вот я только что стояла и вдруг оказалась на коленях, а мое левое плечо дымилось. Я протянула руку, осторожно коснулась плеча, заставляя себя подняться. Моя ладонь была измазана красным.
Обернувшись, я едва не получила по лицу мясистым кулаком от Лаксена в обличье человека – молодого мужчины. Качнувшись и попятившись назад, я смогла восстановить равновесие и подняла колено. Вокруг меня заколыхался воздух, и я вонзила ногу туда, куда совершенно не хотела смотреть.
Мужчина-Лаксен согнулся пополам.
Мрачно улыбаясь, я вцепилась в его каштановые волосы как раз тогда, когда Лаксен зашевелился. Мои руки согрелись, и я двинула ему коленом по носу. Затрещали кости, но я знала, что это не поможет сломить пришельца.
Я знала, что нужно сделать.
Арчер выпустил еще один сгусток энергии, а я вновь подключилась к Источнику. Свет заструился по моей руке, каскадом обрушившись на голову Лаксена, который как раз поднял лицо со светящимися, как белые шары, глазами.
В следующую секунду меня отбросило назад так, словно на меня наехала машина. Воздух потрескивал от статического электричества, а я, на мгновение оглушенная, жестко приземлилась на спину и уставилась на сломанный, покачивающийся поднос флуоресцентного свечения.
Черт знает что.
Я со стоном перевернулась набок и с усилием моргнула. Лаксен тоже лежал на спине всего в нескольких ярдах от меня. Стараясь подняться на ноги, я увидела, как Арчер мощным броском зашвыривает еще одного Лаксена в отделение для замороженных продуктов. Он резко обернулся ко мне, увидел, что я стою, и кивнул.
Мы расчистили себе путь за разорванными коробками, из которых струилось растаявшее мороженое. Но насколько он был безопасным? Раскиданные по полу пришельцы то вспыхивали, то угасали; они на время выбыли из борьбы, но совсем сбрасывать их со счетов было нельзя.
От взрыва, раздавшегося где-то в бакалейном отделе, затряслись высокие полки. Двери холодильника обрушились, когда мы с Арчером помчались по проходу, и стекло разлетелось буквально в дюймах от наших спин. Скользя по липкому полу рядом с отделом выпечки, мы добрались до выхода. Вокруг нас люди неслись к разбитым окнам, окровавленные и контуженные.
Когда моим глазам открылись парковка и здания за ней, сердце провалилось куда-то вниз живота. Дым поднимался вверх, всплывая огромными клубами над оранжево-красными огнями. Электрический столб обрушился на ряд автомобилей с покоробленными крышами. Вдали завывали сирены. Пронесшаяся через парковку машина врезалась в другой автомобиль. Металл хрустнул и поддался.
– Похоже на апокалипсис, – пробормотал Арчер.
Я судорожно сглотнула.
– Не хватает только зомби.
Он посмотрел на меня, его брови поднялись, и он открыл рот, но тут вдруг полки со снэками начали исторгать свое содержимое, словно их тошнило.
Чипсы и соленые крендельки взмыли в воздух вместе с сырными палочками и едой, завернутой в фольгу.
Они осыпались дождем, подпрыгивая на полу. Теперь посередине ряда со снэками зияла дыра.
– Давай выбираться отсюда, – сказал Арчер, и на этот раз я с ним не спорила.
Я берегла аргументы для другого сражения, потому что знала: когда мы вернемся в дом, если это нам, конечно, удастся, Арчер начнет уговаривать нас выбираться из Айдахо. Я поняла, что здесь уже небезопасно, и если он хотел уехать, так тому и быть. Учитывая состояние Бет, было бы разумным увезти ее подальше от всего этого, но не могло быть и речи о том, чтобы уехала я без Дэймона.
Проклятье.
Мы бросились в разрушенный проход возле касс. Арчер был передо мной, когда я застыла на месте, каждый мускул в моем теле сжался, и шею сзади стало сильно покалывать.
Мои колени ослабели, а из легких начал выходить воздух. Шею все еще покалывало – это было знакомое, теплое чувство, которого я не испытывала уже два дня. Сердце в моей груди превратилось в некий супердвигатель, заставлявший кровь с ревом носиться по венам.
Дэймон.
Я медленно, пошатываясь, повернулась, словно увязая в зыбучем песке, и оглядела разрушенные полки с товарами. Свет вспыхивал и пульсировал сквозь хаос, воцарившийся в супермаркете. Кажется, время замедлило свой бег, воздух стал таким плотным, что я с трудом могла дышать. Ощущая головокружение, чрезмерно обнадеженная приливом смешанных чувств, я двинулась назад в сторону огней.
– Кэти! – Со стороны сломанных дверей до меня донесся голос Арчера. – Что ты делаешь?!
Дойдя до разрушенной витрины с шоколадными батончиками, я заторопилась. Пакеты со снэками хрустели у меня под ногами. У меня пересохло во рту и все поплыло перед глазами. Но мои страдания, боль, пронзившая плечо, отошли куда-то на задний план.
Поднялся ветер, хлеща меня по лицу моими же длинными разметавшимися прядями. Я не знала, что было его причиной, но все равно продолжала идти в том направлении и подошла к концу уничтоженного ряда со снэками.
Я сделала еще шаг или два и посмотрела в конец ряда. Мое сердце остановилось. Весь мой мир шокированно замер.
– Проклятие! – закричал Арчер уже с более близкого расстояния. – Нет!
Но было уже слишком поздно.
Я увидела его.
А он увидел меня.
Он стоял в конце ряда в своем истинном обличии, сияющий ярко, как алмаз. Он ничем не отличался от остальных Лаксенов, но каждая частица моего существа знала – это он. Сами клетки, из которых я состояла, рвались к нему, остро нуждаясь в нем. Он по-прежнему был самым прекрасным созданием, какое я когда-либо видела. Высокий и светящийся, как тысяча солнц, мерцающий неярким красным цветом по краям.
Я сделала шаг по направлению к нему в то самое мгновение, когда он двинулся ко мне, потому что тогда, когда он меня вылечил, он установил между нами контакт. Навсегда.
«Дэймон?» – обратилась я к нему посредством этого контакта.
Он исчез прямо у меня перед глазами, двигаясь с такой скоростью, что я не могла за ним уследить.
– Кэт! – завопил Арчер.
Готова поклясться, что в то же самое время я услышала, как мое имя отдается эхом у меня в голове, произнесенное более низким, нежным голосом, из-за чего у меня словно что-то оборвалось в животе, а нити, привязанные к моему сердцу, натянулись.
Тепло прокатилось по моей спине. Я обернулась, и передо мной возникли ослепительные глаза изумрудного цвета; кожа, которая всегда казалась смуглой, несмотря на время года; широкие, выступающие скулы; непокорные черные волосы, ниспадающие на такие же темные брови.
Уголки полных губ плотно сжаты.
Это был не Дэймон.
Доусон, который был выше меня на полторы головы, встретился со мной взглядом. Мне показалось, что я заметила в нем проблеск раскаяния, но, наверное, мне просто хотелось так думать. Свет вырвался у него из-под зрачков, из-за чего его глазные яблоки побелели. Разряды исходили от его щек, образуя крошечные электрические молнии.
Сверкнула вспышка насыщенного света, мощная тепловая волна, казалось, сбившая меня с ног, а потом – ничего.
* * *
Глава 3
Дэймон
Постоянный поток речи на моем родном языке вместе с дюжиной других человеческих голосов вызвал яростную пульсацию у меня в висках. Слова. Предложения. Угрозы. Обещания. Проклятая непрерывная болтовня моих только что прибывших ну очень-дальних родственников, когда они обнаруживали для себя нечто новое, а происходило это каждые пять чертовых секунд.
Ой, блендер!
Ой, машина!
Ой, похоже, из людей вытекает много крови, и покалечить их легко.
Проклятье – едва они открывали глаза, как тут же видели что-то впервые, и хотя их волнение, когда они разбирали механизмы или человеческие тела, казалось каким-то детским, но было в нем и что-то безумное.
Эти вновь прибывшие были самыми хладнокровными сукиными сынами из всех, кого я когда-нибудь видел.
За последние сорок восемь часов в буквальном смысле тысячи таких, как я, прибыли на Землю, оказавшись на ней в первый раз, и это напоминало один гигантский улей. Все мы были связаны, все находились на одной длине волны, как маленькие рабочие пчелы, связанные с пчелиной маткой.
Кто бы, черт подери, она ни была.
Эта связь временами ошеломляла. Потребности, и желания, и стремления тысяч, соединенные в передней части мозга каждого Лаксена. Захватывать. Контролировать. Управлять. Доминировать. Подчинять. Единственный раз, когда я испытал хотя бы долю облегчения, случился, когда я находился в человеческой форме. Тогда казалось, что связь притупляется, ослабевает, но не для всех.
Шагая по натертым деревянным полам атриума в особняке, где могла поместиться армия, но при этом должно оставаться место для ночлега, я почувствовал, как мое зрение окрасилось красным, когда я приметил своего близнеца.
Доусон привалился к стене рядом с закрытыми двойными дверями. Его голова была наклонена, брови сосредоточенно нахмурены, а пальцы порхали над экраном мобильного телефона. Когда я дошел до середины ярко освещенной комнаты, где стоял аромат роз и слабый металлический запах пролитой крови, брат поднял голову и сделал глубокий вдох, когда я приблизился к нему.
– Привет! – сказал он. – А вот и ты. Они…
Я выхватил у него из рук телефон, повернулся и изо всех сил швырнул его. Маленький прямоугольный объект пролетел через комнату и шваркнулся о противоположную стену.
– Какого черта, чувак?! – взорвался Доусон, размахивая руками. – Я был на шестьдесят девятом уровне «Кенди краш», засранец. Ты знаешь, с каким трудом…
Согнув руку в локте, я ударил его кулаком в челюсть. Доусон налетел на стену, и рука его взлетела к лицу. У меня внутри все перевернулось от чувства извращенного удовольствия.
– О господи, – застонал Доусон, опуская руку. – Я не убил ее. И ты это знаешь.
В голове моей опустело, как будто вода вылилась из чаши, и я сделал неглубокий вдох.
– Я понимал, что делаю, Дэймон. – Брат посмотрел на дверь и заговорил тише: – Это было все, что я мог в тот момент.
Метнувшись вперед, я сгреб его за ворот рубашки и дернул так, что ему пришлось приподняться на носки. Его объяснения меня не устроили.
– Раньше ты был не в состоянии контролировать Источник. Почему, черт подери, сейчас должно было оказаться по-другому?
Зрачки Доусона озарились белым сиянием. Он просунул руки между моими и вырвался из моей хватки.
– У меня не было выбора.
– Ладно, проехали.
Я обошел брата кругом и отошел от него подальше, чтобы не швырнуть его сквозь стену.
Доусон обернулся, и я спиной почувствовал его пронизывающий взгляд.
– Тебе нужно взять себя в руки, брат.
Я остановился перед закрытыми дверями и оглянулся на него.
Доусон покачал головой.
– Я…
– Не смей, – предупредил я.
Глаза Доусона на мгновение зажмурились, а когда снова открылись, он почти в отчаянии уставился на закрытые двери.
– Сколько еще? – прошептал он.
Его неподдельный страх вызвал у меня ощущение удара под дых. Это уже слишком. Я знал, что его защита ослабела и он оказался в трудном положении. Но у него не было выбора.
– Я не знаю, потому что…
Мне не пришлось продолжать. Его лицо озарилось пониманием.
– Ди…
Наши взгляды встретились, и я лишь пристально смотрел ему в глаза. Можно было ничего не говорить. Уставившись прямо перед собой, я толкнул от себя дверь, и постоянное гудение, взрывавшее мой череп, еще больше усилилось, когда я вошел в просторный круглый офис.
В комнате находились вновь прибывшие, но лишь один из них, сидевший ко мне спиной, действительно интересовал меня: тот, к кому нас притягивало с того момента, когда они появились в доме.
Он сидел в кожаном кресле, глядя на большой плоский экран на стене. Местный новостной канал вел репортаж из центра Кер-д’Алена. За три дня местность изменилась до неузнаваемости. Дым поднимался над зданиями. На улицах царил хаос. Абсолютная военная зона.
– Взгляните на них, – произнес он, и в его голосе послышался странный акцент, поскольку он имел дело с новым для него языком. – Их жизнь здесь – бессмысленная суета.
Похоже, что половина населения мародерствовала в магазине электроники.
– Они такие беспомощные, неорганизованные. Ничтожества. – Он засмеялся грудным, почти заразительным смехом. – Подчинить эту планету будет легче легкого.
Мне все еще казалось удивительным, что мои соплеменники находились все это время там, поколение за поколением после гибели нашей планеты, укрывшись в какой-то богом забытой вселенной, явно не такой удобной, как Земля.
Он покачал головой почти удивленно, когда изображение на экране переключилось на танки, въезжающие в город. И снова засмеялся.
– Они не способны себя защитить.
Еще одна из вновь прибывших, высокая и рыжеволосая, одетая в узкую черную юбку и отглаженную белую блузку, подала голос. Ее звали Сади, и это имя ей подходило, поэтому я стал называть ее Сади-садисткой.
По-видимому, она не возражала, поскольку за время нашего знакомства доказала, что это прозвище полностью заслужено. Оставалось добавить только одно: обычно ее взгляд был прикован к моей заднице.
– Вообще-то у них есть оружие, – сказала Сади.
– Его недостаточно, дорогая моя. То же самое происходит в некоторых самых больших городах – в каждом штате, в каждой стране. Пусть у них остается их мало значимое оружие. Даже если нам придется нести некоторые потери, это никак не повлияет на то, что мы запланировали.
Колесики кресла развернулись в мою сторону, и я напрягся всем телом. Он принял обличье приятного мужчины лет сорока с небольшим, с темно-каштановыми волосами, аккуратно уложенными на прямой пробор, и широкой улыбкой, обнажавшей идеально белые зубы.
Позаимствовав облик мэра города, он хотел, чтобы его и называли именем умершего человека: Роланд Слоун. Довольно странное желание.
– Наша цель все равно будет достигнута. Я правильно говорю, Дэймон Блэк?
Наши глаза встретились.
– Не думаю, что вас можно остановить.
– Конечно, нет. – Он подпер подбородок рукой. – Я слышал, ты что-то с собой принес?
Это прозвучало как вопрос, но ответ уже был известен. Я кивнул.
Тело Сади изогнулось в мою сторону – она явно заинтересовалась, и ее сине-зеленые глаза вспыхнули. Возле стены возник кто-то еще.
– Женщина? – спросила Сади, должно быть, перехватившая образ, промелькнувший в моей голове.
– Это было так, когда я проверял в последний раз. – Я улыбнулся, заметив, как расширились ее глаза. – Но я до сих пор не уверен, что у тебя все женские органы на своих местах.
Сади вытянула по бокам руки, широко растопырив пальцы.
– Хочешь проверить?
Я усмехнулся.
– Не-а, как-нибудь обойдусь.
Роланд фыркнул и положил ногу на ногу.
– Эта женщина… Она ведь не совсем человек, верно?
Сади отвернулась от меня в тот момент, когда я покачал головой. Мышца, или нерв, или нечто, столь же раздражающее, начало подергиваться у меня под глазом.
– Да, не совсем.
Он положил руки на колени – одну поверх другой.
– А кто же она тогда?
– Мутант, – ответила входящая в комнату Ди. Длинные темные кудри развевались у нее за спиной. Когда она взглянула на Роланда, нежная улыбка заиграла у нее на губах. – Кстати, мутацию произвел мой брат.
– Который? – спросил Роланд.
– Вот этот, – кивнула на меня Ди, уперев руки в бока. – Он вылечил ее около года назад. Эта девушка – гибрид.
Взгляд Роланда снова переметнулся на меня.
– Ты пытался скрыть это от нас, Дэймон?
– Разве у меня был шанс самому ответить на этот вопрос?
– Действительно, – пробормотал Роланд, внимательно разглядывая меня. – Тебя трудно раскусить, Дэймон. В отличие от твоей очаровательной сестры.
Я скрестил руки на груди и пожал плечами.
– Мне-то всегда казалось, что я открытая книга.
– Из всех нас он меньше всего сближался с людьми, – сказала Ди.
Роланд приподнял брови.
– Если не считать этой девушки.
– Да, если не считать ее.
Видимо, Ди теперь стала моим персональным спикером.
– Дэймон был в нее влюблен.
– Влюблен? – Сади выдавила из себя на удивление утонченный смешок. – Это же просто… – По-видимому, она пыталась подобрать нужное слово. – Слабость?
Мои плечи напряглись, и я пробормотал:
– Ключевое слово – был.
– Расскажи мне про излечение и мутацию, – наклонившись вперед, приказал Роланд.
Я ждал, что Ди вступит в разговор, но, как ни странно, на этот раз она была рада промолчать.
– Она получила смертельную травму, и я исцелил ее, не зная, что девушка подвергнется мутации. Часть моих способностей перешла к ней, и с того момента между нами установилась связь.
– Что заставило тебя ее исцелить? – В голосе Роланда зазвучало любопытство.
Ди фыркнула.
– Вряд ли когда он это делал, думал головой, если вы понимаете, о чем я.
Мне хотелось метнуть в сторону сестры злобный взгляд, но тут Роланд изучающе уставился, а потом улыбнулся, как будто не только понял, что Ди имеет в виду, но и очень заинтересовался всеми подробностями этой истории.
– Интересно, – пробормотала Сади, перебрасывая копну медных волос через узкое плечо. – И насколько же крепка эта связь или нить, соединяющая вас?
Я переступил с ноги на ногу, глядя на молчаливого Лаксена, который недвижно стоял, облокотившись на стену.
– Она умрет – я умру. Достаточно крепка, на твой взгляд?
Глаза Роланда расширились.
– Что ж, это плохо… для тебя.
– Да-а, – протянул я.
Губы Сади медленно искривились, и вид у нее стал голодный.
– А она чувствует то, что чувствуешь ты? И наоборот?
– Только если рана почти смертельная, – ответил я бесцветным голосом.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.