Читать книгу "Работа психолога в кризисных службах"

В психологической литературе существует феминистская теория насилия (Браунмиллер (Brownmiller), Гордон (Gordon), Ригер (Riger), Швендингер (Schwendinger) и др.). Данная теория подробно анализируется С. Н. Ениколоповым и О. Н. Кравцовой [21]. С точки зрения авторов, этот подход рассматривает физическое и сексуальное насилие как результат давних и глубоко укоренившихся социальных традиций, согласно которым мужчины доминируют практически во всех социополитических и экономических сферах. Феминисты утверждают, что в патриархальном обществе существует тенденция не расценивать женщину как равноправного участника межличностных взаимодействий. Крайним выражением этой тенденции является взгляд на женщину как на собственность. Изнасилование по этой теории – «псевдосексуальный акт», мотивируемый желанием власти и контроля, а не сексуальным влечением, а сексуальная интимность и эксплуатация в данном случае лишь используются мужчинами для поддержания их первенства. Страх возможного изнасилования и других форм сексуального посягательства сужает круг активности женщины до относительно «безопасного» поведения.

Американский психолог Николас Грот (Groth, Birnbaum, 1979) исследовал 348 осужденных насильников (мужчин) с целью выяснения преобладающих мотивов преступления. Среди респондентов 55 % отметили желание контроля и власти над жертвой, 40 % – ярость, желание унижения, избиения жертвы, 5 % – как гнев, ярость, так и желание власти. Эти данные подтверждают феминистскую гипотезу о том, что, с точки зрения преступника, изнасилование не является лишь актом сексуального влечения. Считая изнасилование результатом социального неравенства полов, феминистская теория, к сожалению, не дает ясного направления улучшения ситуации. Приверженцы этого подхода разделились в ответе на вопрос «Как уменьшить процент изнасилований?». Часть из них акцентирует необходимость более строгого наказания насильников, другая часть утверждает, что фокус внимания должен быть смещен на достижение равноправия в социально-экономической сфере.

Согласно феминистской теории, большую роль играют факторы установок и «мифов», существующих в обществе относительно физического и сексуального насилия. Исследования подтверждают, что насильники имеют более агрессивные по отношению к женщинам и более оправдывающие избиение и изнасилования установки, чем другие мужчины (Бёрт (Burt), 1980).

Существуют эмпирические данные, которые иногда трактуют как подтверждение мифов. Например, значительное количество женщин при анонимных опросах отмечает, что иногда в их сексуальных фантазиях присутствует сексуальный контакт с элементами насилия, атаки. Однако неправомерно делать из этого вывод, что «большинство женщин мечтает быть изнасилованными». Около 1/3 женщин признали, что в их жизни бывали ситуации, когда они, сказав «нет», на самом деле желали сексуального контакта. Это якобы подтверждает миф о том, что «нет» женщины часто означает «да». Тем не менее подобные данные скорее служат поддержкой феминистской теории, чем подтверждают мифы. Каковы бы ни были фантазии здорового человека, их развитие и последствия он(а) всегда контролирует. В реальной жизни человек также стремится сохранять контроль над ситуацией. Значит, потеря этого контроля, невозможность действий согласно собственным желаниям является экстремально стрессогенным фактором в ситуации физического и сексуального насилия.

3.2. Последствия психологического, физического и сексуального насилия для здоровья и психики ребенка и взрослого

Различают ближайшие и отдаленные последствия жестокого обращения и невнимательного отношения к детям в виде психологического, физического и сексуального насилия.

К ближайшим последствиям относятся: физические травмы, повреждения, а также рвота, головные боли, потеря сознания, характерные для синдрома сотрясения, развивающегося у маленьких детей, которых берут за плечи и сильно трясут; острые психические нарушения в ответ на любой вид агрессии. Эти реакции могут проявляться в виде возбуждения, стремления куда-то бежать, спрятаться либо в виде глубокой заторможенности, внешнего безразличия. Однако в обоих случаях ребенок охвачен острейшим переживанием страха, тревоги и гнева. У детей старшего возраста возможно развитие тяжелой депрессии с чувством собственной неполноценности.

Состояние детей, демонстрирующее признаки задержки физического и нервно-психического развития, в семьях, где дети лишены тепла, внимания, зарубежные специалисты назвали «неспособностью к процветанию».

Среди отдаленных последствий жестокого обращения с детьми выделяются нарушения физического и психического развития ребенка, различные соматические заболевания, личностные и эмоциональные нарушения, социальные последствия.

Воспитание ребенка в условиях психологического и физического насилия приводит к деформации личности. Злобная, недоброжелательная обстановка формирует низкую самооценку – следствие отношения к нему родителей и значимых взрослых. Ощущение малоценности уничижает ребенка, поэтому многие такие дети даже и не противятся насилию над собой именно из желания чего-то стоить. Таким образом, ребенок – жертва психологического насилия – растет со знанием того, что он плохой и несостоятельный во всем. В дальнейшем он воспроизводит уже усвоенные им паттерны поведения в собственной жизни, в том числе и в общении со своими детьми.

Важным отличием жертв во взрослом возрасте является неспособность справляться с проблемами, а также искать и получать помощь от окружающих людей. Когда ребенок-жертва не получает помощи от собственных родителей, это подрывает его способности к поиску помощи и взаимоотношений с людьми в будущем.

Взрослые, пережившие в детстве насилие, так же, как и большинство жертв травматических событий, страдают либо от повышенного, либо от пониженного контроля за своими чувствами, импульсами, уровнем тревоги. Оказалось, что когда дети-жертвы достигают взрослости, имеется существенный риск, что у них обнаружится психопатология. Следующие черты характеризуют взрослого человека, не справившегося с травмой насилия в детстве, и его семью:

• хаотичная или дезорганизованная семья;

• жестокость, насилие;

• неумение проявлять заботу в семье;

• потеря интереса к ребенку в семье или его неприятие;

• низкое качество общения членов семьи между собой;

• саморазрущающее поведение.

А. Грин (Green A., 1983) считает, что посттравматический синдром может возникнуть как при физическом, так и при сексуальном насилии. Дети, пережившие насилие, могут на довольно продолжительное время забывать о своем травматическом опыте, например вспомнить о нем, уже будучи взрослыми, нередко – в ходе психотерапевтического процесса.

Эмоциональными реакциями детей на насилие и жестокость могут быть:

• чувство ответственности за насилие; чувство вины за постоянное насилие или жестокость (при частом или непрекращающемся насилии);

• постоянное возбуждение; переживание потери (дети, отделенные от родителя, применяющего насилие, постоянно переживают потерю);

• противоречивость: дети не осознают, что можно не знать о чувствах другого человека или иметь одновременно два противоположных чувства;

• страх быть покинутым;

• потребность в чрезмерном внимании взрослых;

• боязнь телесных повреждений;

• стыд;

• беспокойство о будущем.

Пережитое насилие разрушает само представление ребенка о жизни и ее ценностях, о своей желанности и жизнеспособности в мире. Это то, что Р. Лэнг называет «онтологической неуверенностью». У такого подростка отсутствует уверенность в том, что он является ценной и жизнеспособной частью бытия.

Наиболее универсальной и тяжелой реакцией на любое насилие является низкая самооценка, которая способствует сохранению и закреплению психологических нарушений. Вследствие этого ребенку трудно добиться уважения окружающих, успеха, общение его со сверстниками затруднено.

Жертвы физического и сексуального насилия часто страдают депрессией и отличаются аутоагрессивным поведением. Депрессивные симптомы выражаются в переживании тоски, грусти, неспособности ощущать радость, наслаждение и т. д. Аутоагрессивное поведение выражается в действиях, направленных на нанесение себе травм, в попытках суицида и суицидальных мыслях.

Плохой самоконтроль и нарушения поведения свойственны жертвам как физического, так и сексуального насилия. Однако для жертв физического насилия больше характерны агрессивность, разрушительное поведение как в школе, так и дома, бесконтрольность поведения. С помощью агрессии они защищают себя от волнения (тревоги) и чувства беспомощности. Результат такого поведения – увеличение дистанции от других. Враждебное отношение к другим людям продиктовано боязнью причинить себе боль. У таких детей обычно мало друзей, потому что ровесников часто пугает их взрывное, импульсивное поведение.

Обобщая ряд отечественных и зарубежных исследований, Н. К. Асанова [5] отмечает определенные негативные последствия различных видов насилия для здоровья и психики ребенка и взрослого.

Последствия психологического насилия:

• Искажение образа «Я», обвинение самих себя за происходящее; снижение чувства собственной ценности и значимости.

• Чувства страха и беспомощности как доминирующие чувства, мир воспринимается как двусмысленный, неопределенный и всегда опасный.

• Открытость, хрупкость и неопределенность границ собственного «Я», неспособность вовремя идентифицировать различные формы насилия; неспособность установить пределы и ограничения.

• Депривация базовых потребностей (неудовлетворение потребности в любви, принятии, понимании, принадлежности).

• Обязательное стремление к близости, синдром эмоциональной зависимости (созависимости): сверхпотребность в любви, страх потерять объект привязанности, зависимость, неуверенность в себе и в других, отрицание собственных потребностей.

• Подавление или обесценивание собственных чувств и переживаний, нарушение способности наслаждаться жизнью, нарушение способности к установлению эмоциональной близости, синдром «аффективной тупости» (отсутствие чувства общности с другими людьми, ощущение себя неспособным строить отношения эмоциональной привязанности, отвержение себя и других).

Последствия физического насилия:

• Представление о случившемся как о заслуженном наказании («взрослый прав, я это заслужил своим плохим поведением»).

• Нарушение представления о неприкосновенности собственных границ – ребенок не умеет отстаивать свои границы и не знает, что это можно и нужно делать.

• Амбивалентное отношение к насильнику (одновременно и любовь, и ненависть); эффект психологического воздействия сильнее, если насилие совершается тем, кого ребенок любит и воспринимает как защитника.

• Недоверие к окружающим людям; отсутствие привязанностей, что является фактором риска для возникновения психопатологических расстройств.

• Искажение системы ценностей: ценности упрощаются, наиболее ценным становится то, что может гарантировать безопасность.

• Нарушение способности понимать собственные чувства и состояния других людей, эмоциональная «замороженность», формирование замкнутости, тревожности, депрессивные состояния, снижение способности к самовыражению.

• Отсутствие контроля над своей импульсивностью, неконтролируемый выплеск агрессии.

• Представление о жестокости и насилии как о нормальной форме взаимоотношений.

• Интериоризация паттерна отношений «насильник – жертва», в котором фиксируется то, что базовые потребности можно удовлетворить, только переживая насилие или совершая его; происходит фиксация ролевого поведения «жертва» или «агрессор», отсроченными последствиями физического насилия могут быть садистские наклонности.

Последствия сексуального насилия:

• Утрата базового доверия к себе и миру. С этим связана трудность оказания психологической помощи, когда материал, касающийся насилия, пережитого в детстве, может быть в силу разных причин недоступен терапевту.

• Нарушение физических и эмоциональных границ, в результате которого травматический опыт в дальнейшем воспроизводится в течение жизни.

• Нарушение отношений с собственным телом, включающее не только изменение позитивного отношения к нему, но и искажение телесной экспрессии, стиля движений.

• «Сексуализация поведения» – постоянная готовность быть сексуальным объектом, формирование сексуально окрашенного поведения, которое воспринимается как необходимое, что является последствием рано начавшегося и продолжающегося длительное время сексуального насилия.

• Формирование модели «любовь всегда связана с жертвой, болью», нарушение способности строить долгосрочные партнерские отношения.

• Выработка защитной «стратегии выживания» в виде диссоциации личности, расщепления образа «Я»: отчуждения от собственного тела, тело воспринимается как не свое («то, что происходит с телом, – это происходит не со мной»), ощущение нереальности происходящего и частичная амнезия.

• Амбивалентность переживаний: наличие одновременно и любви, и ненависти к тому человеку, который подвергал их насилию.

• Ощущение беспомощности;

• Нарушения Я-концепции: восприятие себя как плохого человека, чувство вины, депрессия.

• Сексуальные дисфункции.

• Химические зависимости, пограничные личностные расстройства.

• У девочек – виктимизация поведения, у мальчиков – принятие роли насильника, формирование агрессивного сексуального поведения.

3.3. Консультирование жертв насилия

Методы психологической помощи детям, пострадавшим от насилия

Индивидуальная форма работы. Чтобы определить цели психологической помощи детям – жертвам насилия, необходимо знать особенности этих детей. Интегрировав накопленные в психологической науке данные с опытом работы специалистов, мы можем с уверенностью сказать: прохождение человека через чрезвычайные ситуации, где он пребывает в роли жертвы, чревато не просто нарушением в содержании структурных компонентов образа мира, но нередко приводит к его полному разрушению.

Разрушения в картине мира ребенка столь глубоки, что касаются действия двуединого базового механизма бытия и развития личности «идентификация – обособление»: у пережившего насилие ребенка «включается» крайняя негативная форма обособления – отчуждение (от себя, других, мира), и вся активность направляется на защиту себя.

Как отмечают специалисты, для минимизации психологических последствий пережитого насилия недостаточно того, чтобы ребенка только перестали унижать, бить, сексуально использовать, важно оказывать ему психологическую помощь для переработки травматических переживаний.

Прежде всего это организация пространства и времени психологической помощи. Поскольку в ходе соприкосновения с воспоминаниями о насилии неизбежны интенсивные переживания, чрезвычайно важна специальная организация четких терапевтических рамок.

На основании анализа опыта психологического сопровождения детей, переживших различные виды насилия, и соотношения его с закономерностями перехода от позиции жертвы к позиции ответственности за свою жизнь, описанными в научной литературе, можно сказать, что наиболее подходящим вариантом работы с детьми, пережившими насилие, является эклектичная, мультимодальная модель консультирования. В этой модели сочетаются три основных психотерапевтических направления: работа с мыслями, работа с эмоциями, работа с поведением.

Консультирование детей, пострадавших от насилия, включает определенные этапы работы с клиентом:

1. Установление контакта. Для установления контакта с ребенком важно, как психолог его слушает. Нужно помнить о свободной, расслабленной позе тела – это помогает ребенку начать говорить. Для создания доверительных отношений маленьким детям можно предложить игру и вместе поиграть. Детям школьного возраста можно задать общие вопросы о семье, друзьях, любимых мультфильмах, сказках и пр.

2. Уточнение ожиданий ребенка. Психологу необходимо объяснить ребенку, каким его ожиданиям он может соответствовать.

3. Определение проблемы посредством активного слушания.

Уточнение шагов, которые уже были сделаны для решения проблемы. Кроме того, необходимо обсудить с клиентом те последствия, которые ребенок испытал на себе, совершая неэффективные или деструктивные действия.

4. Поиск новых путей решения проблемы. Методом мозгового штурма психолог предлагает ребенку придумать как можно больше новых путей решения проблемы. Можно применить вариант игротерапии: на листе бумаги рисуются кружки, ребенку предлагается заполнить их своими идеями.

5. Заключение договоренности с ребенком о претворении одной из идей решения проблемы в действие. Договориться с ребенком попробовать какие-либо новые шаги бывает трудно, хотя если это удается, то нередко первые же попытки ребенка предпринять новые действия приносят успех.

6. Завершение сессии. Обычный способ завершения сессии состоит в том, что специалист просит ребенка подытожить, что же происходило во время их встречи: например, к каким важным идеям они пришли, какие планы на будущее составили.

В процессе психологического консультирования детей, пострадавших от насилия, используются самые разнообразные методы работы: игротерапия, арт-терапия, сказкотерапия, телесно-ориентированная терапия и другие.

Игровые психотерапевтические методы. Игротерапия является основным методом для работы с детьми от 2 до 12 лет вследствие ограниченного возрастом их когнитивного развития и способности вербализовать свои мысли и чувства. Игра – это неотъемлемая часть жизни детей, которая представляет собой средство обучения общественным правилам, а также установления отношений с окружающими людьми.

С помощью игры дети способны выразить свои чувства и переживания; проиграть, то есть вновь пережить и, следовательно, отработать травматическую ситуацию насилия; наконец, позволить проявить себя в безопасной, комфортной обстановке.

Барнс (Barnes, 1993) предлагает несколько критериев для оценки терапевтической динамики:

1. Ребенок на каждой следующей сессии выглядит более спокойным и расслабленным.

2. Ребенок становится более уверенным в себе.

3. Ребенок становится в состоянии обобщить, что происходило на сессии и чему он научился.

4. Взаимодействие ребенка с родителями становится более позитивным.

5. Наблюдаются изменения в поведенческих паттернах, языке тела, игре, взаимодействии с окружающими.

6. Ребенок открыто обсуждает свои проблемы и тревоги.

Различают директивную и недирективную игротерапию. В директивной игротерапии психолог использует игру как средство интерпретации, наблюдая за игровым процессом и сюжетом. В определенные моменты в ходе разговора психолог помогает ребенку осознать свои мысли и чувства, а также то, как игровая ситуация связана с реальной жизнью, в частности с перенесенным насилием. Далее психолог направляет деятельность ребенка таким образом, чтобы «отыграть» травматическую ситуацию, сопутствующие ей мысли и чувства и новые, более конструктивные способы выхода из нее.

Недирективная игротерапия основана на идее Карла Роджерса о том, что у каждого человека есть подсознательное стремление к независимости, личностному росту и зрелости, поэтому ребенка необходимо принимать таким, какой он есть, а не таким, каким бы его хотели видеть взрослые. Психолог помогает почувствовать ребенку, что тот совершенно свободен в выражении своих чувств и мыслей, какими бы они негативными, разрушительными ни были. Важно следить за тем, что происходит с ребенком, и своевременно это отражать на вербальном и невербальном уровнях взаимодействия. Психолог постоянно демонстрирует глубокое уважение к стремлению ребенка решить свои проблемы и ни в коем случае не пытается направить в какую-либо сторону его действия или речь.

Н. О. Зиновьева и Н. Ф. Михайлова в своей работе «Психология и психотерапия насилия» [22], подробно рассматривают различные виды игротерапии и те задачи, которые решает психолог в ее процессе. Остановимся на описании авторами таких видов игротерапии, как игра с пластилином, игра с куклами, рисование, песочная терапия и ролевые игры. Н. О. Зиновьева и Н. Ф. Михайлова отмечают, что игровой материал должен быть удобен для игры, соответствовать возрасту ребенка, чтобы он чувствовал свою успешность при его использовании. Материал для игры при этом должен способствовать осознанию ребенком своего жизненного опыта и эмоциональных реакций на травматические ситуации, в частности на ситуацию насилия.

К игровому материалу, например, относятся:

• кукольная семья (куклы тряпичные, бумажные, пластмассовые, деревянные);

• кукольный дом и обстановка;

• одежда для кукол;

• игрушечные животные;

• бумага для рисования или резки;

• песок;

• вода;

• кукольный театр;

• карандаши;

• пластилин.

Игры с пластилином. Задачи, которые решает психолог:

• Установить и поддерживать контакт с ребенком.

• Помочь ребенку расслабиться.

• Помочь ребенку проявить свои чувства. У жертв насилия это прежде всего чувство вины, агрессия, подавленность, растерянность, душевная боль.

• Помочь ребенку в формировании адекватной самооценки, принимая безусловно и безоценочно все творчество ребенка.

Варианты проведения игры с пластилином:

1. Предложить ребенку слепить какие-то фигурки и поговорить с ними (с помощью направляющих идей психолога).

2. Предложить слепить что-то конкретное и рассказать психологу об этом.

3. Предложить ребенку «стать» пластилином.

4. Дать возможность ребенку просто поиграть с пластилином, не разговаривая.

Игры с куклами. Ирвин (Irwin, 1993) рассматривает игры с куклами как диагностическое и терапевтическое средство. Рекомендуется иметь в наличии набор из 15–20 различных кукол: куклы, изображающие семью людей, животных, куклы, изображающие учителей, милицию, врачей; куклы-ведьмы.

Дженкинс (Jenkins) и Бекх (Beckh) (1993) считают эффективными игры с пальчиковыми куклами. Несмотря на то, что кукла находится на руке ребенка, дети рассматривают их отдельно от себя и способны таким образом посредством кукол выражать запрещенные чувства и говорить о своих внутренних конфликтах.

Также можно провести куклотерапию, предложив ребенку создать куклы из ниток, клубков, пуговиц и т. п.

Задачи, которые решает психолог:

1. Помочь ребенку раскрыть его страхи, внутренние конфликты посредством проигрывания травматических ситуаций.

2. Способствовать усилению эмоций с целью их выведения на поверхность.

3. Помочь ребенку общаться посредством метафор.

4. Сделать игру с куклами отражением реальной жизни ребенка.

5. Помочь ребенку почувствовать себя защищенным посредством кукол: «Это не я сказал, это так кукла говорит»; «Я чувствую то же, что чувствует кукла».

6. Помочь ребенку идентифицироваться с куклой.

7. Помочь ребенку почувствовать себя принятым, даже в неприемлемых качествах.

8. Сделать куклу средством связи ребенка и взрослых – психолога, родителей, учителей.

9. Создать атмосферу поддержки и эмпатии, хотя вначале ребенок может принимать поддержку скорее от куклы, нежели от взрослого.

Процедура проведения игры с куклами:

1. Психолог предлагает познакомиться с куклами.

2. Психолог предлагает выбрать кукол, с помощью которых ребенок хотел бы рассказать какую-нибудь историю (или конкретно о тех людях, кого ребенок знает; или о ситуации насилия).

3. Психолог отмечает, каких кукол ребенок выбирает, а каких отвергает.

4. Психолог вступает в игру и просит ребенка познакомить его с куклами, помогая ему их описывать с помощью вопросов открытого типа.

5. По мере проигрывания сюжета психолог вмешивается только при необходимости или по просьбе ребенка.

6. По окончании игры психолог разговаривает с куклами, задавая снова вопросы открытого типа о мыслях, чувствах и действиях кукол, а затем постепенно и незаметно переносит свои вопросы и интерпретации непосредственно на ребенка.

Рисование. Дети не осознают, что их рисунки отражают их мысли и чувства, поэтому при рисовании минимально используют защитные механизмы Лайонс (Lyons, 1993). Рисование всегда являлось активным средством психотерапии для работы с детьми, пережившими насилие. Рисование применяется с целью установления контакта с ребенком, общения, переживания инсайта и разрешения эмоциональных конфликтов; также оно дает возможность психологу через символы понять, что происходит с ребенком. Использование рисунков в психотерапии насилия способствует более эффективному приспособлению ребенка к реальной жизни и личностному росту. Для рисования подходят карандаши, фломастеры, мелки. Краски используются в меньшей степени. Арлоу (Arlow) и Кадис (Kadis) (1993) обратили внимание на то, что немногие дети используют только красный цвет; дети от 4 до 10 лет используют основные цвета, в то время как более старшие дети могут рисовать все в одном цвете; при сильной травматизации дети выбирают более темные цвета и оставляют пустые пространства на бумаге; дети с выраженной агрессией часто заходят за края бумаги.

Варианты проведения терапии:

1. Предложить ребенку нарисовать лучшее, что с ним произошло сегодня или в течение недели; либо нарисовать худшее, что с ним произошло.

2. Предложить ребенку нарисовать свою семью; можно попросить представить членов семьи в виде образов животных; нарисовать свою семью в какой-либо обстановке.

3. Предложить нарисовать самого себя; самого себя через какое-то время.

4. Предложить нарисовать своего лучшего друга; самого близкого взрослого.

5. Предложить нарисовать свое желание, свою мечту.

6. Используя вырезки из журналов, создать коллаж о самом себе.

7. Нарисовать дорогу своей жизни: препятствия, барьеры, места для отдыха и т. п. Показать, где на этой дороге ребенок находится сейчас и где хотел бы оказаться.

8. Психолог рисует линию (прямую, кривую, зигзаг) и просит ребенка создать из этой линии рисунок. Затем ребенок рисует линию, а психолог заканчивает рисунок.

Процедура проведения терапии:

1. Попросить ребенка поделиться своими чувствами и переживаниями во время процесса рисования.

2. Попросить ребенка рассказать об уже законченном рисунке.

3. Задать ребенку вопросы открытого типа о каких-то деталях рисунка; сделать детали более четкими, очевидными; рассказать о формах рисунка, цветах, изображенных людях и объектах.

4. Попросить ребенка описать рисунок, используя местоимение «я», как если бы ребенок стал этим рисунком: «Я – это рисунок, я весь закрашен красным цветом…».

5. Сконцентрировать внимание ребенка на каких-то деталях рисунка: «О чем думает этот кружок?», «А что он собирается делать?» и т. п.

6. При необходимости задать вопрос: «На кого ты больше всего похож на этом рисунке?».

7. Предложить ребенку провести диалог между двумя частями рисунка, например, между машиной и дорогой, между счастливым человечком и несчастным человечком.

8. Предложить ребенку обратить внимание на выбранные им цвета: «А что яркие (или темные) цвета означают для тебя?», «Похоже на то, что для тебя было очень важно закрасить это черным цветом».

9. Следить за голосом ребенка, его позой, выражением лица, дыханием, молчанием. Молчание может означать переживание, осмысление, воспоминание, тревогу, страх или осознание чего-то.

10. Работать над идентификацией ребенка по мере описания им рисунка: «В каких ситуациях ты чувствовал себя подобным образом?», «Что похожее было (или есть) в твоей жизни на события, изображенные на рисунке?».

11. Обращать внимание на пропущенные детали или пустые места на рисунке и обсуждать это с ребенком.

12. Начинать процесс обсуждения с того, о чем легче всего говорить ребенку, постепенно переходя к более трудным и болезненным моментам.

Песочная терапия. Данный вариант игротерапии был создан в 1939 году Маргарет Ловенфельд (Margaret Lowenfeld), она назвала его «техника создания мира». Барнс (1991) отмечает, что игра в песок позволяет психологу найти доступ во внутренний мир ребенка; также это является естественным методом исцеления психики, который стимулирует процесс самопознания. Песочная терапия не требует от ребенка каких-то особых умений, как в случаях рисования или рассказывания историй. Аллан (Allan) и Берри (Berry) (1993) предлагают использовать два водонепроницаемых ящика с песком размерами примерно 50×75×7,5 см – один для сухого, другой для влажного песка. Барнс рекомендует ограничиться одним ящиком, однако чтобы вода была доступна. Также необходимо множество маленьких игрушек, отображающих мир ребенка: куклы, животные, домики, мебель, посуда, солдатики, машинки, игрушки – персонажи популярных книг и фильмов.

Задачи, стоящие перед психологом:

1. Помочь ребенку проявить свои мысли, чувства, фантазии.

2. Помочь ребенку отработать внутренние конфликты и травмы, полученные вследствие насилия, путем:

• приобретения ребенком ощущения контроля над фантазиями;

• постепенного изменения сцен из песка;

• изменения/разрешения фантазий и конфликтов.

3. Помочь ребенку сконцентрироваться на пространстве, ограниченном песочным ящиком.

Процедура проведения песочной терапии (20–30 минут):

• Предложить ребенку закрыть глаза и представить какую-то сцену, ситуацию, какой-то мир.

• Изобразить этот мир на песке.

• Предложить использовать любые имеющиеся игрушки.

• По окончании процесса или время от времени просить ребенка рассказать о том, что он хочет изобразить или описать, что происходит. Не интерпретировать или анализировать вслух то, что происходит с ребенком во время игры.

• Зарисовать последнюю сцену либо сфотографировать с целью анализа прогресса терапии.

Инструкции психологу:

1. Наблюдать, слушать, не вмешиваться в процесс.

2. Если ребенок разговаривает во время игры, использовать прием уточнения или активного слушания, перефразируя сказанное.

3. Наблюдать за поведением, а также темами, повторяющимися из раза в раз.

4. Наблюдать за изменениями в процессе терапии в сюжетах и выборе игрушек.

5. Внимательно следить за собственными реакциями, ощущениями, тем, что подсказывает интуиция.

6. По мере готовности ребенка можно осторожно задавать ему вопросы типа: «А где здесь ты находишься?», «А что в твоей жизни тебе эта сценка напоминает?».

Ролевые игры. Обычно ролевые игры используются для проигрывания каких-то ситуаций или для обучения новому поведению. Левенсон (Levenson) и Харрис (Harris) (1993) рекомендовали ролевые игры с целью обеспечения «внутреннего корректирующего эмоционального переживания опыта». Ролевые игры позволяют детям непосредственно прикоснуться к своим болевым точкам и обсуждать их. Также ролевые игры дают возможность психологу увидеть, как дети воспринимают мир и взаимодействуют с окружающими.

Варианты проведения ролевых игр.