Текст книги "История социальной мысли в Исламе"

Хронология Бируни

Произведение Бируни Асар ал-бакийа («Хронология») можно считать первой в истории научной книгой по хронологии. Хотя ранее уже были проведены примечательные исследования по вопросам истории, астрономии, религии (в разрозненной форме), тем не менее собрание всех этих вопросов в единой, четко спланированной книге, которая стала вестником новой научной дисциплины, было завершено лишь могучей рукой Бируни. Хронология имеет огромное влияние на историческую науку и, следовательно, на социологию, которая пользуется историческими данными. Своим совершенством и верностью социологические описания обязаны исследованиям в области хронологии и в значительной степени зависят от них. Ученые убеждены, что точно представить себе исторические события без хронологии – невозможно. А некоторые ученые признают за хронологией такую высокую научную ценность, что при классификации наук благодаря исследованиям в области хронологии предлагают поместить историю в категорию точных дисциплин[280]280
  См.: Encyclopedia Americana; 1963.


[Закрыть].

Хронология направлена на то, чтобы путем использования достижений космологии, геологии и археологии раскрывать точную историю различных событий. Данная научная дисциплина является средством для устранения белых пятен в истории народов мира, а также способна исследовать исторические данные на предмет их точности, опровергать или подтверждать одни исторические фрагменты посредством других[281]281
  Применение хронологии в астрономии, палеонтологии, и хронология земли являются вопросами, которые свидетельствуют о наличии взаимосвязей хронологии и упомянутых наук. (См.: Encyclopedia Britanica; т. 4, с. 572–583).


[Закрыть].

Абу Райхан Бируни в Асар ал-бакийа («Памятниках минувших поколений» или «Хронологии») применил вышеозначенный метод и успешно завершил свое произведение. Достижения Бируни по причине использования метода хронологии и доступа ученого к не дошедшим до наших дней источникам имеют огромное значение. Составители 33-томной Французской энциклопедии утверждают, что точными сведениями касательно истории еврейского народа они обязаны Бируни[282]282
  Бируни, Абу Райхан. Асар ал-бакийа («Хронология)», предисловие переводчика на фарси.


[Закрыть].

В этой книге мы ограничимся кратким обзором данного произведения, а уважаемым читателям рекомендуем для более подробного ознакомления с достижениями Бируни в области хронологии прочитать Асар ал-бакийа («Хронологию»).

Взгляд на основные аспекты Асар ал-Бакийа («Хронологии»)

Асар ал-Бакийа («Хронология») начинается с фундаментальных вопросов, которые относятся к основам хронологии, а затем автор переходит к конкретным дисциплинам. Определение дня и ночи с точки зрения арабов, византийцев и иранцев; происхождение астрономического дня и ночи; разница между позициями знатоков фикха и различных народов касательно дня и ночи; критический анализ позиции упомянутых факихов (знатоков фикха); определение месяца и года; високосные месяцы по солнечному календарю (историческая правда и разногласия народов по данному вопросу); взгляды иранцев, иудеев и христиан по вопросу о жизни Вселенной – все это рассматривается в трех начальных разделах книги. Данные вопросы могут быть причислены к категории основных источников хронологии. А проблемы, рассмотренные в других разделах книги, относятся к категории дисциплинарных рассуждений.

В данной книге Бируни зачастую занимается также и критическим анализом (и изредка – аргументацией) своих целей, используя все это как дополнительные аспекты рассуждения о хронологии. Сюда можно отнести его анализ Торы и Евангелия и описание искажений, допущенных в этих книгах; рассуждения о вести о приходе Пророка Ислама в Торе и Евангелии; аргументы в пользу сотворения мира; критический анализ мнения некоторых факихов относительно определения дня и ночи.

В других разделах Асар ал-бакийа («Хронология») Бируни рассматривает следующее: священные книги различных религий; популярные и малоизвестные фрагменты истории мира; важные исторические события и влиятельные исторические личности; праздники и обряды различных народов мира; даты, юбилеи, годы и месяцы, популярные у различных народов; важнейшие мировые религии; история каждой из религий; и выявление одних исторических фрагментов посредством других. Он приводит в своей книге многочисленные таблицы, касающиеся жизни, правления и имен исторических лиц и общественных деятелей. В некоторых случаях ученый рассматривает и темы, не имеющие непосредственного отношения к книге, такие, как вопросы о свете, звуке и водных течениях, объясняя это стремлением к разнообразию и желанием вызвать у читателя больше интереса к данной книге[283]283
  Некоторые ученые думают, что Бируни вовсе не был знаком с философскими вопросами, а другие считают, что по знаниям этих вопросов он превосходил самого Ибн Сину (Авиценну). Подобные суждения не соответствуют реальной ситуации с Бируни. Он не занимался философскими вопросами непосредственно, и поэтому его нельзя сравнивать с Авиценной. Но, конечно, данное положение вовсе не противоречит его значимости в качестве ученого (см.: Мутаххари, Муртаза. Макалати фалсафи («Философские вопросы»)), т. 1, с. 95–104).


[Закрыть].

Метод исследования Бируни

Бируни в большей степени увлекался вопросами математики, астрономии, истории, географии, религиоведения и хронологии, а иногда (в некоторых своих произведениях и в ходе диалога, который состоялся между ним и Ибн Синой (Авиценной), затрагивал и вопросы философии. Его современник, философ Шайх ар-Ра`ис («Старец предводителей»)[284]284
  Прозвище Ибн Сины (Авиценны).


[Закрыть], в отличие от Абу Райхана Бируни больше увлекался вопросами философии, а о вопросах, интересующих самого Бируни, распространялся в меньшей степени. Различие в рассматриваемых этими двумя учеными вопросах естественным образом влечет за собой отличие в присущих им методах исследования. Авиценна пользовался преимущественно рациональным методом, а Абу Райхан Бируни – методом экспериментального исследования. Подобная разница в методах, а также вопросы Бируни, заданные Ибн Сине (Авиценне) по некоторым философским вопросам (которые были характеризованы как протест против философии Аристотеля), стала причиной появления мнения, будто Бируни не ценил рационального метода, и занимает позицию противоположную методу Авиценны (который якобы, в свою очередь, не ценил экспериментального метода). На деле каждый из этих ученых высоко ценил оба метода и в подходящих случаях пользовался как рациональным, так и экспериментальным методами. Наряду с четким признанием ценности рационального и экспериментального методов в своей книге Ал-Канун фи-т-тиб («Канон врачебной науки») Авиценна использовал именно экспериментальный метод. А Бируни, рассуждая о философских вопросах, особенно в своем письменном диалоге с Ибн Синой (Авиценной), прибегал в своих размышлениях к рациональному методу. И одной из причин успеха этих двух ученых является именно учет соответствия метода исследования обсуждаемой теме[285]285
  Некоторые другие авторы также утверждают, что Абу Райхан Бируни расходился во мнении с Авиценной по двум вопросам. Во-первых, в отличие от Авиценны, который считал возможным все услышанное, пока не найдется опровергающий его аргумент, он не принимал никаких утверждений, пока не располагал неопровержимыми доводами в пользу их достоверности. Во-вторых, Бируни не уделял должного внимания наследию древнегреческих авторов и не верил им безоговорочно. Но наличие подобной разницы в их взглядах все равно остается спорным. Ибо, как отметил сам Авиценна: «Нельзя при исследовании какого-либо вопроса принимать его без наличия каких-либо аргументов, или считать его аксиомой» (Ибн Сина, Хусайн бин ‘Абдаллах. Китаб аш-шифа` («Книга исцеления»), т. 4, с. 159–160). То есть Авиценна не был сторонником того, чтобы идеи греков и других ученых предшественников признавались безоговорочно. Наоборот, он сам во многих случаях критиковал эти идеи или привносил взамен что-то новое.


[Закрыть].

Бируни в предисловии к своей книге Асар ал-бакийа («Хронология») напоминает, как один из ученых попросил его дать описание используемых народами историй; существующих разногласий в главных аспектах, лежащих в основе этих историй; второстепенных аспектов, каковыми являются месяцы и годы; а также причин, побудивших людей прибегнуть к этим вопросам; популярных праздников и дней, предусмотренных некоторыми народами для выполнения специальных действий или в честь особых случаев. Бируни на основе способов исследования, используемого при рассмотрении упомянутых вопросов, указывает на моменты, которые демонстрируют некоторые особенности присущего ему научного метода. Он пишет:

«Самим подходящим средством и источником для доступа к тем вопросам, разъяснение которых требуют у меня, является познание сообщений от прежних народов. Ибо большинство упомянутых вопросов касаются традиций и ритуалов этих народов, сохранившихся от них сведений о событиях, которых невозможно постигнуть посредством доводов разума и путем сравнения с наблюдаемыми примерами. Нам остается следовать приверженцам священных книг, предводителям религиозных направлений и мыслителям, которые пользуются этими древними историями и действуют, опираясь на них, принимая это в качестве исследовательской основы. А после того, как мы очистим свои мысли от таких тлетворных факторов, как предвзятость, стремление к превосходству над другими, потакание своему вожделению и гордыне, которые стали причиной гибели многих народов и препятствием на пути справедливости и истины, то должны для доказательства данной цели сопоставлять их мнения»[286]286
  Асар ал-бакийа («Хронология»), с. 4.


[Закрыть].

На основе вышеуказанных утверждений и по итогам размышлений над другими высказываниями Бируни можно отметить нижеследующие особенности:

1 – Выбор метода, соответствующего предмету исследования. Бируни при рассмотрении каждого вопроса пользуется соответствующим этому вопросу методом исследования. Когда он рассматривает вопросы истории и хронологии с учетом его стремления к реализму, ученый стремится найти подлинные источники, информацию из первых рук. То есть пользуется теми данными, которыми мы ныне не располагаем, и поэтому сами произведения Бируни сейчас признаны в качестве первоисточников. Когда он исследует вопросы обрядов, ритуалов и культуры какого-либо народа, то сам непосредственно занимается наблюдением, изучением и фиксированием реальных событий. На этом пути он не жалеет сил и, прилагая немало труда для изучения научного и разговорного языка исследуемого народа (при помощи ученых и знатоков, принадлежащих к этому же народу), – и приемлемым путем стремится к достижению цели. Сам Бируни про это говорит:

«Путь постижения [индийской науки и просвещения] требовал от меня много трудов. Несмотря на то, что по страстному отношению к изучению наук мне не было равных, я приложил все силы, чтобы собирать их книги, везде, где это было возможно; обращался к каждому лицу, кто мог бы помочь мне найти какую-либо книгу»[287]287
  Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия»), с. 18.


[Закрыть].

2 – Игнорирование личных и конфессиональных пристрастий при исследовании. Как нами было отмечено в начале данного раздела, хотя книга Асар ал-бакийа («Хронология») была написана, когда Бируни было всего 29 лет, она тем не менее привлекла внимание ученых с первого момента ее создания – и остается интересна им и в наши дни. Величие этого произведения определяется не только его давностью, содержанием и широким охватом рассматриваемых вопросов, но и прежде всего его методологическими аспектами. Научный нейтралитет, отсутствие влияния личных симпатий, антипатий, убеждений и настроений при исследовании – один из вопросов, о котором Бируни осознанно напоминает читателю, четко следуя данному методу.

Бируни не имел никаких национальных предрассудков, доказательством чего является широкий круг непредвзятых исследований ученого касательно верований, ритуалов, обрядов и многих других социальных, расовых, религиозных и географических особенностях жизни древних и современных ему народов[288]288
  См.: Ахвал ва асари Бируни («Жизнь и произведения Бируни»), с. 141.


[Закрыть]. В предисловии к своей книге Мали-л-Хинд («Индия») он говорит о состоявшейся между ним и его учителем Абу Сахлом Тифлиси беседе, в ходе которой они говорили о человеке, который, рассказывая о воззрениях му’тазилитов, приписал им недостойные качества. Затем Бируни отмечает, что подобный поход встречается у многих авторов, которые по всем принципиальным и производным вопросам придерживаются иной позиции, нежели сам Бируни. Данный подход в более широких масштабах встречается и у авторов, которые занимаются вопросами религий и верований индийцев. И потому большинству сочинений подобных авторов свойственны фальшь, гибридизация, спутанность и отсутствие утонченности. Затем Бируни пишет:

«Когда мой учитель повторно прочитал упомянутую книгу и заметил истинное положение дел, каким я его излагал, он поручил мне заниматься письменным изложением того, что мне удалось узнать об индийцах: чтобы, в качестве надежного источника, помочь тем, кто желает доказать несостоятельность выводов тех лиц, и облегчить задачу тем, кто желает поддерживать с индийцами отношения»[289]289
  Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия»), с. 3.


[Закрыть].

После чего ученый добавляет:

«Затем учитель поручил мне составить подробное изложение (без искажений, личных симпатий и антипатий) об индийцах, что я и сделал. При этом я избегал поносить врагов, не упуская возможности передать их слова, даже если они противоречат истине и неприятны для слуха говорящих правду. Ибо это убеждения того, кто сам знает их лучше. А данная книга не является книгой споров и дебатов, где были бы перечислены аргументы врагов, а те аргументы, которые противоречат истине – опровергнуты. Это книга рассказов. Следовательно, я в ней приведу слова индийцев так, как они сами рассказывают о себе, а затем из мнений греков добавлю к ним то, что соответствует мнениям индийцев»[290]290
  Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия»), с. 5.


[Закрыть].

Кроме того, он в Асар ал-Бакийа («Хронология») говорит, что фанатизм ослепляет зрячие глаза и оглушает слышащие уши, заставляя человека заниматься делами, которые здравый смысл опровергает[291]291
  Бируни, Абу Райхан. Ал-асар ал-бакийа («Хронология»), с. 66.


[Закрыть]. Считается, что усилия Бируни были направлены на то, чтобы познать обычаи, традиции и религиозные верования исследуемого им народа без фанатизма и предвзятости и представить другим взгляды и традиции этого народа сквозь призму реальности. Можно сказать, что данный метод, при котором исследователь в своем изложении реальности, должен стремиться изображать события так, как они есть, а не так, как желательно ему самому, используется и сегодняшними учеными-социологами. Но подобная цель достижима лишь в том случае, когда исследователь способен избегать предубеждений и других преград на пути постижения реальности[292]292
  Французский философ и социолог Гастон Башляр (Gaston Bachelard) излагает метод научного исследования в нескольких словах таким образом: «Научная реальность достигается путем победы над предубеждениями, создания предположений рациональным путем и сравнения их с реальностью». (Подробнее см.: Киви, Реймон и Люк ван Кампенхоуд. Равеше тахкик дар ‘улуми иджтима’и («Метод исследования в общественных науках»), с. 10 и 11).


[Закрыть]. Во всяком случае, Бируни, опираясь на свои исламские убеждения, стремился написать сочинение, рассказывающее о реальных обрядах, ритуалах и традициях исследуемых им народов, без всякого предубеждения и с учетом всех сторон вопроса.

3 – Сравнительное исследование. Одной из явных особенностей исследований Бируни является сравнение и сопоставление исследуемых вопросов с аналогичными вопросами у других народов и этносов. Данный метод считается особенно ценным, ведь он способствует сближению культур, познанию культурных общностей и облегчает задачу лучшего познания явлений в области культуры[293]293
  См.: Баррасихайи дар бареи Абу Райхан Бируни ба монасебати хазарайи валадати оу («Исследования относительно Абу Райхана Бируни в честь его 1000-летия», с. 263).


[Закрыть]. В своей книге Тахкик ма ли-л-Хинд («Индия») ученый проводит многочисленные сравнения научных и религиозных воззрений индийцев с аналогичными воззрениями других народов, таких, как иудеи, христиане и мусульмане. Фактически можно утверждать, что он – первый ученый, который выдвинул на обсуждение вопросы о сравнительном рассмотрении различных религий[294]294
  См.: Ахвал ва асри Бируни («Жизнь и произведения Бируни»).


[Закрыть].

4 – Устранение суеверий и реалистичность. Несмотря на то что Бируни обладал обширными знаниями в области астрологии (благодаря чему ему удалось спасти свою жизнь от меча султана Махмуда), в своих книгах Китаб ат-тафхим ли-ава`ил сина’ат ат-танджим («Книга наставлений по основам искусства астрологии») и Асар албакийа («Хронология») каждый раз, когда речь идет об астрологических выводах, он отчетливо заявлял о своем недоверии к ним и необоснованности астрологии как науки. В Асар ал-Бакийа («Хронологии») он, говоря о месяцах персидского календаря, отмечает:

«Я намерен был рассказать о персидских месяцах, сославшись на выводы других ученых, и самому добавить что-либо к ним. Но так как обнаружил в них много несоответствий и неверных мыслей, решил, что если не буду исправлять эти высказывания, то тем самым нарушу [религиозные] назидания. Поэтому там, где встречаются неверные слова, я буду поправлять их»[295]295
  Асар ал-бакийа («Хронология»), с. 347.


[Закрыть]. Кроме того, в начале девятого тома книги Китаб ат-тафхим ли-ава`ил сина’ат ат-танджим («Книга наставлений по основам искусства астрологии»), когда речь идет об астрологических выводах, он подчеркивает:

«Наша вера в это искусство меньше, чем вера самых скептически настроенных людей, ибо искусство астрологии имеет слабые корни, не менее слабые ветки, а его сравнения спонтанны. В нем предположений больше, чем реальности»[296]296
  Бируни, Абу Райхан. Китаб ат-тафхим ли-ава`ил сина’ат ат-танджим («Книга наставлений по основам искусства астрологии»), с. 316; Бируни, Абу Райхан. Китаб ат-тахдид нихаят ал-амакин ли таскин масафат ал-масакин («Книга определения граней для уточнения расстояний между поселениями»), с. 290.


[Закрыть].

Данные высказывания свидетельствуют о духе правдолюбия, господствовавшего в мыслях и деяниях Бируни. Захау в предисловии к немецкому переводу книги Бируни Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия») пишет:

«Бируни, как правило, далек от всяких суеверий, и для постижения истинного аспекта каждого вопроса, проявляет неимоверную самоотверженность и не боится никаких трудностей. Он не принимает общих и частных предположений, пока не найдет верный и приемлемый путь их доказательства. Он дискутирует с неверными индийскими философами вежливо и корректно, подтверждая или опровергая выдвигаемые им научные доводы»[297]297
  См.: Диххода. Лугатнама, статья «Абу Райхан».


[Закрыть].

5 – Использование статистики и математики при социальных и исторических исследованиях.

Изложение исторических вопросов с использованием таблиц, статистических данных и цифр говорит об использовании математического метода при рассмотрении тех или иных тем. Используя различные таблицы при упоминании о поколениях монархов, исторических источниках и календарях различных народов, а также о способах определения времени и урегулирования подсчета годов в своей книге Асар ал-бакийа («Хронология»), Бируни демонстрирует свою приверженность календарной, а не экспозиционной или политической истории[298]298
  См.: Абу Райхан Бируни, с. 193 и 194.


[Закрыть]. То есть он не довольствуется простым пересказом событий. Именно в результате подобного математического подхода при выборе преданий и сообщений ученый проявляет максимальную осторожность, начиная свои исследования относительно человека и общества с оценки различных документов и письменных свидетельств, чтобы тем самым при рассмотрении исторических событий отделить зерна от плевел[299]299
  Там же, с. 194.


[Закрыть].

6 – Наблюдение за коллективом. В период проживания на земле Индии, изучения трудного языка санскрит и переживания немалого числа трудностей Бируни стремился установить прямую и тесную связь с учеными и простыми индийцами, чтобы изучаемый им материал был изложен в результате сопереживания, близости с этими людьми. Таким способом ученый стремился проникнуть в глубинный смысл деяний, индивидуального и социального поведения индийцев[300]300
  Дафтаре хамкарийи хаузе ва данешгах (Центр сотрудничества духовных семинарий и университетов), Та`рихчейи джаме’ашенаси («Краткая история социологии»), с. 211.


[Закрыть].

Это тот метод, которым руководствуются этнографы и социологи для точного и реального описания изучаемого объекта. Именно так Бронислав Каспар Малиновский в ходе своей длительной совместной жизни с аборигенами островов Тихого океана смог достичь понимания их правил поведения, обычаев и традиций[301]301
  Осознание разницы между общим и частным мнениями, недопущение халатности и поверхностного взгляда при познании реальности, недоверие к неясным, малоизвестным и неточным источникам и книгам, непризнание мнения большинства, которое не уделяет должного внимания познанию и передаче событий, и подготовка необходимых средств для исследования также являются компонентами метода исследований Бируни, которым он придавал большое значение.


[Закрыть].

Межкультурное взаимопонимание и препятствия на его пути

Человеческие общества под воздействием научных и культурных связей и обмена, а также выбора наилучших вариантов действий достигают научного и культурного расцвета, уровень которого зависит от наличия и интенсивности подобных связей. С другой стороны, в случае отсутствия культурного взаимопонимания между двумя обществами возможность научного и культурного обмена между ними также отсутствует, и тем самым создается почва для стагнации и отсталости общества в различных социальных направлениях.

Абу Райхан Бируни, рассуждая об индийском обществе своего времени (которое являлось обществом закрытым), признает наличие контрастов в языке, в обычаях и традициях, а также наличие в нем феномена «возвеличивания самого себя». И он рассматривает эти контрасты в качестве факторов, мешающих ознакомлению с индийской культурой и превративших эту культуру в непознанное для других явление. После возвращения из Индии он отражает результаты своих исследований в книге Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Исследования по Индии», или сокращенно – «Индия»). В начале этой книги он указывает, что причиной разделения иранского и индийского народов стало отсутствия межкультурного взаимопонимания и возникшие на этой почве препятствия[302]302
  Необходимо обратить внимание на тот момент, что, когда султан Махмуд Газневид при завоевании Индии включил Бируни в свою свиту, Бируни заметил, что многие представители индийского общества очень мало осведомлены о других странах мира; и если кто-либо говорил им о наличии других обществ, они считали его невежественным. Они не верили, что, кроме Индии, существуют еще и другие страны, научные системы и традиции. Бируни практически официально признал подобное общество, считая индийцев обладателями особой культуры, традиций и поведенческих правил. Уважительно относясь к убеждениям и ценностям индийцев, ученый приложил все силы для изучения их культурного своеобразия. Данный компетентный и глубокий взгляд говорит о культурном релятивизме, основанном на наличии у каждого общества собственной, своеобразной культуры, отличающейся от культуры других обществ. В то же время европейцы, открывшие американский континент, при столкновении с краснокожими аборигенами представляли их дикими существами, которые больше похожи на зверей, чем на людей. (Подробнее см.: Гидденс, Энтони. «Социология», с. 34 и 35). Подобное суждение говорит об ограниченности их взглядов при оценке других культур.


[Закрыть], которые он характеризует в нижеследующем порядке:

1 – Языковая несовместимость. По мнению Бируни, письменный и разговорный язык индийцев – очень емкий и трудный. Для обозначения одной вещи они используют несколько слов или одно слово применяют для обозначения нескольких вещей. Поэтому для достижения желаемого смысла требуются много симметричных понятий. Кроме того, их разговорный язык подразделяется на две группы: разговорный, который используется на рынке, и «изысканный», который обладает множеством производных терминов и грамматических деталей; им пользуются ученые и просвещенные люди. Чтобы защитить свои научные книги от искажений и уничтожения, индийцы излагают их в поэтической форме; при таком подходе легко обнаружить недозволенные добавления. Данный подход влечет за собой трудности, связанные с пониманием их познаний. Кроме того, произношение многих слов санскрита в связи с тем, что они начинаются с согласных букв, представляет собой огромную трудность, написание некоторых из этих слов также представляется проблемным[303]303
  В этом плане Бируни говорит: «Каждый раз, когда мы выучивали какое-либо их слово, прилагая большие усилия для правильного его восприятия, и повторяли то же самое слово перед ними, они с трудом его понимали» (Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия»), с. 14).


[Закрыть]. Поэтому лица, занимающиеся перепиской книг индийцев, проявляют нерадивость и пишут их слова с ошибками. В результате появился новый «словарь», которого не понимают ни переписчики, ни носители этого языка.

Абу Райхан Бируни отмечает, что наличие этих трудностей, возникающих при использовании важнейшего средства передачи мыслей и ощущений, затрудняет налаживание тесных связей с индийцами.

2 – Религиозная несовместимость. Религия является объединяющей людей силой, и многие общества достигли единства именно благодаря религии. Итальянский социолог Фурио Коломбо завершил исследование среди различных социальных групп американцев. Он признает, что основу единства и монолитности каждой группы составляет религия или вдохновение на почве религии[304]304
  Подробнее см.: Коломбо, Фурио. Хода дар Амрика («Бог в Америке»), с. 234–269.


[Закрыть]. Эмиль Дюркгейм также в ходе своих исследований, опираясь на социальные основы религии, упоминает об ее функциях по сохранению социального единства[305]305
  См.: Батимур, Т. П. «Социология», с. 271, 272.


[Закрыть]. Социологи заметили важную роль религии в обеспечении сплоченности людей даже в первобытных обществах[306]306
  Там же, с. 272.


[Закрыть]. Поэтому одной из причин наличия разногласий (но и разнообразия) общества следует считать наличие в нем различных религий и разнообразие господствующих ценностей. Поэтому Бируни уверен, что между религиозными убеждениями индийского общества и мусульман существует глубокий разрыв, и в связи с тем, что индийцы избегают смешения с чужаками и не допускают их проникновения в свое религиозное общество, поддержание с ними отношений и установление связей невозможно.

3 – Несовместимость в обрядах и ритуалах. Обряды и ритуалы любого общества представляют собой совокупность социальных поведений, следования которым для членов данного общества стало обычаем и служит для них поводом для радости[307]307
  Пьеро, Алан. Фараханги ‘улуми иджтима’и («Культура социологических наук»), с. 232–233.


[Закрыть]. А для тех, кто нарушает эти обычаи, в обществе существуют сдерживающие факторы. Поэтому общение членов какого-либо общества с другим обществом, которому присущи другие, специфические обряды и ритуалы, происходит с большими трудностями, а в некоторых случаях вовсе неосуществимо. Бируни считает данное положение одной из причин отсутствия связей между индийским и иными обществами. Он убежден, что индийцы по своим обычаям и традициям до того отличаются от других, что пугают своих детей тем, как одеваются не-индийцы и внешностью «чужаков», не разрешая общаться с этими людьми. Бируни, так же как и другие этнографы, которые занимаются анализом интересных сторон обрядов и ритуалов изучаемых ими народов[308]308
  Мен, Генри и Гурвич, Жорж. «Основы социологии», с. 170.


[Закрыть], излагает интересные и уникальные обряды и ритуалы индийцев и посвящает этому вопросу специальную главу своей книги.

Он в этом плане говорит:

«Среди обрядов и ритуалов индийцев в тот период встречаются такие, которые настолько непохожи на обряды и ритуалы жителей наших городов, что нам кажутся странными и изумительными»[309]309
  Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия»), с. 144.


[Закрыть].

4 – Мания величия. Бируни отмечает, что индийцы считают себя выше всех других народов мира и убеждены, что религия и наука известны только им. Поэтому они возвеличивают себя и очень довольны собой. Они не желают, чтобы даже их соотечественники были в курсе накопленных ими знаний, не говоря уже о чужих. Они не верят, чтобы, кроме их ученых и городов, на всей земле существуют еще какие-либо другие ученые и другие города. Если, например, кто-либо говорит, что в Хорасане или Фарсе есть своя наука и ученые, то индийцы называют подобного человека невежественным и не признают его утверждения. Для подтверждения своих слов Бируни рассказывает, что, когда индийские астрономы узнали об уровне его знаний в этой области, то спрашивали, у какого индийского учителя он обучался, а когда он отвечал, что свои знания приобрел вовсе не у индийских ученых, то они не верили и считали его колдуном[310]310
  См.: Фи тахкик ма ли-л-Хинд, с. 17, 18.


[Закрыть].

Естественно, установление связей с людьми с подобными взглядами – задача не из легких, а отрицательная реакция с их стороны вполне естественна. Преодоление подобной ситуации возможно только при наличии у них информации о других народах и цивилизациях. А подобное их информирование, по мнению Бируни, станет реально только в том случае, если эти лица будут путешествовать по другим странам и устанавливать связи с представителями других народов.

Упомянутые сдерживающие факторы в индийском обществе могут быть обобщены. И можно утверждать, что любое общество с подобными особенностями, которые способствуют его закрытости и отсутствию связей с другими обществами (особенно в области культуры), при вступлении в связь с другими обществами столкнется с трудностями и даже с непреодолимыми барьерами.