Текст книги "История социальной мысли в Исламе"

Заключение брачных союзов и развод с точки зрения Бируни

В различных обществах в зависимости от разнообразия семейной системы браки также бывают разными. По причине равного соотношения полов в большинстве обществ основным институтом остается моногамный брак. Но конечно, есть и такие общества, в которых распространенной формой брака является полигамия (полигиния). В некоторых обществах ради экономической защиты брачных уз, из-за заинтересованности в воспитании детей или по иным причинам может наблюдаться меньшее количество разводов. В других незначительность количества разводов наряду с перечисленными факторами может иметь еще и религиозную подоплеку, когда развод считается порицаемым и непозволительным действием[340]340
  См.: Батимур, Т. П. «Социология», с. 190–192.


[Закрыть].

Бируни считает заключение брака общепринятым явлением у всех народов и говорит о двух присущих ему полезных аспектах (или функциях): во-первых, брак препятствует возникновению неразборчивости (в половых отношениях), которое, с точки зрения разума, является безобразным и непристойным явлением. Во-вторых, брак становится причиной устранения факторов, подстрекающих низменные, животные чувства[341]341
  Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия»), с. 469.


[Закрыть]. Далее Бируни отмечает, что у каждого народа, особенно у народов, которые претендуют на следование законам небесных религий, существуют особые обряды и традиции, связанные с бракоразводными процессами. Поскольку Бируни считает индийское общество религиозным, причину заключения ранних браков у индийцев он объясняет ответственным отношением родителей к брачному союзу своих детей. Ученый пишет, что, согласно индийскому закону о браке, родовитые люди пользуются большими привилегиями, чем менее родовитые; затем он переходит к описанию количества жен, на которых могут жениться представители каждого из сословий (каст)[342]342
  Фи тахкик ма ли-л-Хинд («Индия»), с. 469–471.


[Закрыть].

Бируни, касаясь вопроса о разводе, говорит:

«У индийцев причиной разделения семейной пары может быть только смерть, ибо у них развод считается недозволенным. С учетом того, что полигиния для представителей сословий брахманов, кшатриев и вайшьев (с различиями в дозволенном количестве) дозволена, то, если одна из жен умрет, ее муж может жениться повторно. Но в случае смерти мужа его жена или жены не имеют права повторно выходить замуж: они должны до конца своих дней остаться вдовами, или выбрать путь самосожжения»[343]343
  Там же, с. 471.


[Закрыть].

Батимур, так же как и Бируни, отмечает, что, согласно индийским законам, брак является чисто религиозной традицией и ранее он был нерасторжимым; в Индии законной считали и полигинию. По утверждению Батимура, впервые в истории индийцам запретили иметь более одной жены только на основе закона, принятого в Бомбее в 1946 г. Что касается развода, то в 1947 г. был принят закон, согласно которому, индийцам было предоставлено право на развод, и лишь в 1955 г. закон о моногамии и разводе был обнародован по всей Индии.

Раздел 5: Социальные воззрения Хаджи Насир ад-Дина Туси

Биография

Абу Джа’фар Мухаммад бин Мухаммад бин Хасан ат-Туси, прозванный Хаджа Насир, был философом, прославленным знатоком калама (исламской схоластики), этики, логики, астрономии и математики XIII в., слава которого среди ученых распространилась далеко за пределами Ирана – по всему миру.

Немецкий востоковед Броккельман относительно Хаджи говорит, что он был самым известным ученым XIII в. и самой прославленной фигурой среди древних авторов. Ученик Хаджи – ‘Аллама Хилли, который был комментатором многих трудов своего учителя, называет его «Учителем человечества» и «Одиннадцатым разумом». Именно так Насир ад-дина Туси часто называли ученые и исследователи.

Хаджа известен на Западе преимущественно благодаря его трудам по математике и астрономии. Некоторые его книги были переведены на различные языки и в течение многих веков являлись справочными материалами, широко использовавшимися учеными многих стран. Огюст Конт в своем календаре, посвященном ведущим ученым в области позитивистской философии, один из дней года назвал именем Хаджи, а другой – именем Ибн Сины (Авиценны).

Хаджа Насир-ад-дин родился в 1201 г. в городе Тус. Утверждают, что его предки были родом из местности под названием Джахруд, недалеко от города Кума, а его отец, Мухаммад бин Хасан, принадлежал к группе известных факихов (знатоков фикха) и мухаддисов (знатоков хадиса) своего времени. Жизнь Хаджи можно разделить на три этапа. Первый – с детства до его присоединения к исмаилитам. Об этом этапе жизни ученого достоверных данных не сохранилось, известно лишь то, что он проходил начальное обучение (повествовательные науки: Коран, грамматика, хадис и фикх) у своего отца, а рациональные науки (логику и философию) изучал у своего дяди (брата матери). После смерти отца по его же наставлению Хаджи решил поехать в один из научных центров и вначале отправился в город Нишапур, который в тот период был центром науки (именно там собрались самые разные ученые). Здесь он совершенствовал свои знания в области математики, фикха и философии и прославился как крупный знаток математики и астрономии.

Второй этап жизни Хаджи начался с нападением монголов на Иран в период его проживания в Нишапуре. После отступления султана Мухаммада Хорезмшаха сопротивление иранцев монголам полностью было сломлено и города один за другим подвергались вражескому нашествию и разграблению. Подобная участь постигла и Нишапур. В то время Хадже было менее сорока лет, он принялся искать новый приют, чтобы спасти свою жизнь и продолжить заниматься наукой и исследованиями.

В тот период единственной преградой на пути монгольской орды стало государство исмаилитов; кроме того, его правители интересовались наукой и учеными и стремились привлечь их ко двору. Ради доказательства и укрепления своих принципов и убеждений они уделяли особое внимание философии и каламу (исламской схоластике), для чего и пользовались услугами ученых. Исмаилитские правители требовали от ученых мужей, чтобы те писали специальные книги на вышеуказанные темы и занимались воспитанием и обучением талантливых людей.

В любом случае Хаджа оказался под защитой исмаилитов, хотя между историками нет единого мнения относительно того, по своей ли воле он избрал их покровительство или по принуждению. Поначалу Хаджа в качестве астролога приступил к службе у наместника Кахистана ‘Абд ар-Рахима бин Аби Мансура Мухташама, который был назначен на этот пост седьмым по счету великим предводителем исмаилитов ‘Ала`ад-дином Мухаммадом. Хаджа жил в спокойствии вплоть до упадка исмаилитского государства и покорения его крепостей Хулагу-ханом. Многие свои произведения касательно различных наук он сочинил именно в этот период. К ним относятся, например, известная книга из области философии – Ахлаки насири («Насирова этика», написанная в 1236 г.), Асас ал-иктибас («Основа для подражания») из области логики и трактат Му’инийа по астрономии.

Конечно, поскольку Хаджа был шиитом-двунадесятником, его жизнь в данный период была очень неспокойной, ибо он вынужден был скрывать свою конфессиональную принадлежность (такийа) и даже писать книги, разъясняющие принципы исмаилитов, что противоречило его внутренним убеждениям. По свидетельству некоторых историков, ученый был намерен посредством тайной переписки с визиром аббасидского халифа Ал-Муста’сима Биллаха (1243–1258) получить доступ к аппарату халифата и так спастись от исмаилитов. Но Мухташам, исмаилитский наместник Кахистана, узнал о его намерениях и установил над Хаджой строгий контроль. Позднее он отправил ученого в район города Казвина, в крепость Аламут. До падения исмаилитов Хаджа жил под надзором ‘Ала`ад-дина Мухаммада и его преемника Рукн ад-дина Хуршаха. Однако он не подвергался мучениям или оскорблениям, пользовался уважением, и ему были представлены все возможности для проведения исследований.

В 1257 г. войска Хулагу-хана с целью уничтожения Аббасидского халифата двинулись из Хамадана в сторону Багдада. Хаджа также сопровождал Хулагу-хана в этом походе. В 1258 г. после пленения халифа ал-Му’тасима Биллаха Аббасидкий халифат пал. Новый период жизни Хаджи Насира также был связан со многими трудностями. Что может быть мучительнее для мудрого, ученейшего философа (каким был Хаджа Насир), чем примириться и жить (ради достижения высших и благородных целей) вместе с кровожадными кочевниками, далекими от науки, образованности и этикета, боясь за свою жизнь и опасаясь козней доносчиков и гнева Хулагу-хана?

Своими высокими устремлениями Хаджа оказал огромную услугу Исламу, Ирану, науке и культуре своей страны. Наряду с написанными в этот период полезными научными трудами он приложил большие усилия для защиты и обеспечения сохранности научных памятников, оставшихся от прежних поколений. В период нападения Хулагу-хана на Багдад и захвата этого города Хаджа, зная нравы монголов, склонил Хулагу-хана к тому, чтобы сохранить большую Багдадскую библиотеку, и тем самым предотвратил сожжение этой научной сокровищницы. Зная о большой любви Хулагу-хана к астрологии и гаданиям, Хаджа склонил его к возведению обсерватории. Приказ о ее строительстве в Мараге был отдан Хулагу-ханом в период завоевания Багдада, а Хаджа был назначен им руководителем Министерства по делам вакуфов, с тем чтобы доход от имущества вакуфов был полностью использован для строительства этого объекта, обеспечения его необходимым оборудованием и книгами. Используя доход от вакуфов, Хаджа смог завершить огромную работу. Только для завершения строительства обсерватории в Мараге понадобилось 12 лет. В нее были вложены большие средства, и во многих случаях необходимые для обсерватории оборудование и приборы изготавливались новаторскими методами. К обсерватории прилегала большая библиотека, в которой было собрано 400 000 томов книг, а также специальное помещение для научных исследований. Для создания обсерватории Хаджа привлек к сотрудничеству большое количество ученых из разных уголков мира. Приняв его приглашение, большое количество ученых мужей из Дамаска, Мосула, Тбилиси, Казвина и других городов создали в Мараге блестящее научное сообщество. Результатом их совместной исследовательской деятельности стала книга Зиджи илахни («Ильханские таблицы»), написание которой завершилось (под именем Хаджи Туси) в 1272 г.

Хаджа стремился создать для ученых безопасное и защищенное место. Поэтому после того, как Туси заручился согласием Хулагухана, он отправил во все арабские страны известного и дальновидного ученого – Фахра ад-дина Лукмана бин ‘Абдаллаха Мараги. И тому удалось содействовать возвращению на родину многих ученых, которые в результате монгольского нашествия покинули родную страну, найдя прибежище в Арбиле и Мосуле, а также в Алжире, Сирии и других странах. Кроме того, Хаджа добился назначения каждому ученому денежного довольствия в зависимости от его научных знаний и способностей. Так, назначив денежное довольствие ученым и тем, кто желал ими стать в области философии и медицины (ранее эти люди учили и обучались тайно и без всякой финансовой поддержки), он способствовал возрастанию интереса к этим наукам.

В результате этих мер Хадже удалось направить на стезю науки и культуры даже такого жестокого правителя, каким был Хулагу-хан, создать безопасные условия и необходимые возможности для распространения науки и знаний. Именно благодаря подобным стремлениям Туси внуки Чингисхана постепенно приняли Ислам и стали защитниками этой религии.

В 1274 г. Хаджа вместе с Абака-ханом, преемником Хулагу-хана, предпринял путешествие в Багдад. После возращения Абака-хана Хаджа остался в том городе, для устройства дел по вакуфам – и 2 июля 1274 г. там же скончался. Следуя завещанию Хаджи, его похоронили рядом с гробницей Имама Мусы аль-Казима (мир ему!).

Произведения Хаджи Насир ад-Дина Туси

Несмотря на сложность политической и социальной ситуации в XIII в., Хаджа оставил после себя многочисленные произведения. Некоторые исследователи насчитывают 190 трактатов и книг, принадлежащих перу этого ученого[344]344
  См.: Мударрис Разави, Мухаммад Таки. Ахвал ва асари Хваджа Насир аддин Туси («Жизнь и творчество Хаджи Насир ад-Дина Туси»), с. 339–594.


[Закрыть].

Только количество сохранившихся до наших дней произведений Хаджи достигает ста наименований книг и трактатов, что является свидетельством его изумительной работоспособности и того огромного значения, которое он придавал научной работе. Его труды стали объектом пристального внимания ученых, к ним были написаны комментарии и глоссы, общее количество которых достигает 30 книг. В связи с тем, что языком науки в тот период являлся арабский, большинство произведений Туси было сочинено именно на этом языке, а на фарси было написано лишь около тридцати его работ. Сохранились и стихи, принадлежащие его перу.

Большинство произведений Хаджи посвящено вопросам логики, философии, калама (исламской схоластики), этики, астрономии, астрологии и математики, часть из которых мы перечислим ниже:

1 – В области логики: Асас ал-иктибас («Основа для подражания»), на персидском языке, и Таджрид ал мантик («Изложение логики»).

2 – В области философии: Шархи «Ишарат»-и Ибн Сина («Комментарии к “Указаниям” Ибн Сины») – это комментарии к книге Ибн Сины (Авиценны) ал-Ишарат ва-т-танбихат («Указания и наставления»). В своей книге Хаджа наряду с комментированием мыслей Ибн Сины ответил также и на критические замечания имама Фахра Рази[345]345
  Абу ‘Абдаллах Мухаммад ‘Умар бин Хусайн бин ‘Али Табарситани Рази (1150–1210), известный под прозвищем Имам Фахр или Фахр Рази или Имам ал-Мушкикин («Имам Сомневающихся»), шафиитский факих, знаток рациональных и повествовательных наук.


[Закрыть] в адрес его взглядов, разъясняя промахи и противоречия высказываний Фахра Рази.

3 – В области калама (исламской схоластики): книга Таджрид ал-и’тикад («Изложение убеждений»), которая является ценным произведением и пользуется большим вниманием ученых-теологов. К этой книге написаны многочисленные комментарии и глоссы.

4 – В области астрономии и астрологии: Ат-тазкират фи ‘илм ал-хай`а («Трактат по астрономии»). Данная книга также стала предметом восхищения и пристального внимания ученых. К ней тоже написаны многочисленные комментарии и глоссы. Книга Тахрир ал-Маджисти («Изложение “Альмагеста”), в которой Хаджа очищает книгу Птолемея «Альмагест» от искажений, внесенных в различные ее копии. Книга Зиджи илхани («Ильханские таблицы»), которая написана на персидском языке в период строительства и комплектования обсерватории в Мараге, является результатом исследований группы ученых-астрономов под руководством Хаджи Насира ад-Дина Туси.

5 – В области математики: Тахрир Уклидис («Изложение Евклида») – книга, в которой даются многочисленные разъяснения теории Евклида. Аш-Шакл ал-кита’ («Фигура из секущих») – эта уникальная в своем роде книга была переведена на латынь, французский и английский языки и в течение нескольких веков считалась в Европе лучшим учебным пособием по прямолинейной (плоской) и сферической тригонометрии. Одни разделы этой книги являются ссылками на рассуждения прежних ученых, а другие состоят из собственных доводов и новых идей Хаджи.

6 – В области этики: Адаб ал-мута’аллимин («Воспитание учащихся») – книга об этике и правилах обучения и воспитания. Авсаф ал-ашраф («Характеристики благородных людей») – книга, в которой излагаются и разъясняются этапы прохождения «мистического пути». Ахлаки насири («Насирова этика») – книга, из которой мы извлекли большую часть наших выводов о социальных воззрениях Хаджи. Он написал ее в период своего пребывания в Кахистане и посвятил наместнику Насир ад-дину Мухташаму, откуда и название книги – Ахлаки насири («Насирова этика»). В первом предисловии Туси к данной книге[346]346
  Более двадцати лет спустя после написания книги Ахлаки насири (то есть после своего избавления от исмаилитского «плена» и перехода в государственный аппарат Хулагу-хана), Хаджа внес в предисловие изменения, поскольку ранее оно содержало похвалы в адрес исмаилитского правителя Кахистана. Он написал к этой книге новое предисловие, в котором оправдывается, говоря, что ранее вынужден был писать подобное ради спасения своей жизни и чести.


[Закрыть] были изложены причины ее написания и ее краткое содержание. Там, в частности, говорится, что Мухташам поручил ученому перевести книгу Ибн Мискавейха[347]347
  Абу ‘Али Ахмад бин Мухаммад бин Йа’куб Мискавейх Хазин Рази (ум. в 1030 г.) – знаменитый иранский историк, философ, врач и литератор.


[Закрыть] Ат-Тахара («Чистота»), а он не согласился по двум причинам. Во-первых, из опасения, что при переводе высокий смысл книги будет утерян; а во-вторых, в связи с тем, что в книге Ибн Мискавейха из всех направлений житейской мудрости рассматривается только одно, то есть этика; в то время как, например, домоводство и гражданская политика вовсе не обсуждаются. И с учетом важности этих рассуждений он приступает к написанию книги, которая включала бы в себя все вопросы житейской мудрости. В ней моменты, связанные с нравственным воспитанием, были заимствованы из книги Ибн Мискавейха, но, конечно, не в виде дословного перевода, а в приемлемой для Хаджи форме. В рассуждениях относительно семьи и общества Хаджа в значительной степени воспользовался воззрениями Ибн Сины (Авиценны) и Фараби.

Вопросы, обсуждаемые в книге, расположены следующим образом: вначале идет введение, в котором говорится о причинах написания книги и о классификации наук. Затем следует три статьи, в которых рассматриваются основные темы книги. Первая статья посвящена нравственному воспитанию и состоит из двух частей – «основы» и «цели». Эти две части, в свою очередь, состоят, соответственно, из семи и десяти разделов. Вторая статья рассматривает вопросы домоводства (дома) и состоит из пяти разделов. И наконец, третья касается гражданской политики и изложена в восьми разделах[348]348
  Относительно того, стремился ли Хаджа в этой книге излагать свои мысли или в новой форме передавал чужие, существуют разногласия. Некоторые исследователи считают данную книгу исключительно продуктом мыслей Хаджи и при этом ссылаются на нижеследующие свидетельства:
  а) Иногда Хаджа цитирует других ученых и приписывает какую-либо мысль конкретному автору. Данное положение говорит о том, что другие части книги принадлежат ему самому.
  б) У него встречаются новые мысли, которые в цитируемых им книгах и написанных до него произведениях вовсе не появлялись. Так, Хусейн Сиддики пишет: «Ибн Мискавейх не уточняет вопрос о том, являются ли опасность и горе следствием излишества гнева и вожделения или они суть следствие потери и того и другого. Туси рассматривает этот вопрос и, соответственно своим возможностям, находит путь его решения. Ведь это – болезнь, которая характеризуется отклонением души от нормального состояния. Аристотель и, следуя ему, Ибн Мискавейх считали данное отклонение количественным, признавая чрезмерность и недостаточность единственной причины этой болезни. Хаджа впервые приступил к рассмотрению этой идеи и заявил, что отклонение является не только количественным, но еще и качественным, и этот вид отклонения он называет “низость” (дара’ат). В результате, по его мнению, причиной этического недуга становится один из трех компонентов: чрезмерность, недостаточность и низость» (Шариф, М.М. Та`рихи фалсафа дар ислам («История философии в исламе»), т. 1, с. 809).
  в) В предисловии к книге отчетливо говорится, что Туси отказался переводить предложенную ему книгу Ибн Мискавейха.
  г) В качестве одной из двух причин своего отказа от перевода книги Ибн Мескавейха он называет значимость двух разделов, которые в этой книге отсутствовали. Хаджа пишет: «Хотя эта книга включает в себя превосходную главу о житейской мудрости, тем не менее, она лишена двух других глав, то есть глав о гражданской политике и домоводстве» (Ат-Туси, Мухаммад бин Мухаммад. Ахлаки насири («Насирова этика»), с. 36).
  Гражданская политика, или, по словам Хваджи, гражданская мудрость (хикмати мадани) в Древней Греции являлась объектом внимания Платона в его книге «Республика» и Аристотеля в книге «Политика». Но Хаджа сам отчетливо заявляет, что большая часть информации касательно этой части была заимствована им из книги Фараби Ас-Сийасат ал маданийа («Гражданская политика»). Хаджа приписывает первое описание домоводства или, другими словами, житейской мудрости, связанной с утроением быта, древнегреческим философам. Он отмечает, что из работ философов Древней Греции в области этики на арабский язык переведены лишь некоторые краткие фрагменты из высказываний Аполлония. Поэтому Хаджа отмечает, что в данном разделе он, скорее, ссылался на труды Ибн Сины (Авиценны) в этой области. Аполлоний являлся греческим философом из группы неопифагорейцев, о трудах которого Ибн Сина (Авиценна) вспоминает во время своих рассуждений о домоводстве. (См.: Ахлаки насири («Насирова этика»), с. 208, 248, 284 и 385).
  д) В предисловии к своей книге Хаджа пишет, что, так как прежнее предисловие было написано с целью достигнуть компромисса с определенной группой людей, он вынужден был внести в него изменения.
  С другой стороны, ученые, убежденные, что данная книга не может быть выразителем мыслей самого Хаджи, ссылались на нижеследующие доводы:
  а) Сам Хаджа в предисловии отмечает, что лишь приводит мнения прежних философов, и не считает себя ответственным за верность или ошибочность этих мнений. Он пишет: «Все, что излагается в этой книге относительно житейской мудрости, приводится со ссылкой на мнения прежних философов путем преданий и сообщений; и без всякого подтверждения истинного и опровержения неверного» (Ахлаки насири («Насирова этика»), с. 43).
  Ученый указывает на данное положение и в предисловии к своей книге Авсаф ал-ашраф («Характеристики благородных людей», с. 3, 4).
  б) В данной книге затронуты вопросы, которые категорически противоречат исламской этике, приверженцем которой был Хаджа ат-Туси.
  в) При анализе книги Ахлаки Насири и ее сопоставлении с книгой Тахара («Чистота») Ибн Мескавейха, Ас-сийаса ал-маданийа («Гражданская политика») Фараби и Рисале дар тадбире манзель («Трактата о домоводстве») Ибн Сины становится очевидно, что книга Хаджи является заимствованием из этих произведений.
  Доводы первой и второй группы ученых ни в коем случае не могут служить подтверждением или опровержением принадлежности данной книги Хадже. В любом случае две разновидности вопросов однозначно являются творением Туси.
  Во-первых, это вопросы, которые затрагиваются впервые и в других книгах не встречаются.
  Во-вторых, вопросы, которые затронуты и в других книгах Туси, особенно если они изложены в другой форме или в большей степени разъяснены или дополнены. Конечно, данный момент нуждается в более подробном рассмотрении, что в круг задач нашей книги не входит. (Центр сотрудничества духовных семинарий и университетов. Дарамади ба джами’ашенасийи ислами: та`рихчейи джами’ашенаси («Введение в исламской социологии: краткая история социологии»), с. 224–226).


[Закрыть].

Социология (науки об обществе (улуме мадани))

При определении социологии, которую Хаджа характеризует как «гражданскую мудрость» (хикмати мадани), он говорит:

«Отсюда следует, что «гражданская мудрость», к которой относится данная статья, есть взгляд на общие законы, которые обусловлены всеобщими интересами, с учетом того, чтобы люди были склоны к взаимопомощи для достижения настоящего совершенства»[349]349
  Ахлаки насири («Насирова этика»), с. 254.


[Закрыть].

Из этого определения выясняется, что Хаджа Насир ад-Дин Туси не только указывает на социальный компонент взаимопомощи, но и убежден в наличии закономерностей в общественных процессах. А значит, ученый считает, что, открывая эти законы и действуя на их основе, можно обеспечить соблюдение всеобщих интересов. С другой стороны, он указывает на ценностный компонент «всеобщего интереса» и «настоящего совершенства», тем самым определяя ориентацию социологии. Другими словами, Хаджа не считает данную науку нейтральной, наоборот, по его мнению, она должна быть направлена на достижение всеобщих интересов. Ибо, в основном, при классификации наук социологические науки относят к категории экспериментальных, которые являются выразителями поведений, ориентированных на что-либо (обязательных и необязательных аспектов). Кроме того, в данном определении конкретизирован и характер «всеобщих интересов». С точки зрения Хаджи, они состоят не столько в обеспечении общего материального благосостояния и увеличения числа физических удовольствий, сколько, главным образом, в движении к истинному совершенству, которое находится в тесной связи с основами и принципами Ислама. Другой момент, о котором будет подробнее рассказано ниже, заключается в том, что путь индивидов общества к настоящему счастью пролегает через их социальную сплоченность и социальную взаимопомощь (без подобной взаимопомощи осуществление данной цели невозможно). В целом, содержание этого определения можно сформулировать таким образом:

«Задача гражданской мудрости (социологии) состоит в рассмотрении и открытии господствующих над обществом законов с целью осуществления социальной кооперации и сотрудничества, чтобы тем самым в обществе был гарантирован общий интерес, состоящий в достижении истинного совершенства».

Предмет социологии

Хаджа говорит об обществе как о предмете изучения гражданской мудрости (социологии). Он считает общество не просто скоплением людей, а неким образованием, которое является результатом объединения индивидов, причем такое объединение – не просто совокупность индивидов и само по себе может являться источником определенных последствий:

«И предметом этой науки является состав общества, который образуется в результате объединения, наилучшим образом становясь источником для их действий [организованных]»[350]350
  Ахлаки насири («Насирова этика»).


[Закрыть].

В других случаях Хаджа, давая определение дому (семье) и городу (общества), высказал сходное мнение. Так, он говорит:

«И как нами было отмечено в гражданской мудрости (социологии), под словом “дом” (манзил) подразумевается не жилище, а особое объединение его жителей; и здесь также под словом “город” (мадина) имеется в виду не сам город, как местожительство людей, а особое объединение его жителей»[351]351
  Там же, с. 251, 252.


[Закрыть].

Цель социологии

Говоря о цели данной науки, так же как и при ее определении, Хаджа напоминает о своей позиции, основанной на ценности:

«А плодом этой науки для всех является распространение добра в мире и удаление зла по мере человеческих возможностей»[352]352
  Ахлаки насири («Насирова этика»), с. 254.


[Закрыть].

Ясное словосочетание «по мере человеческих возможностей» может служить указанием на один из нижеследующих моментов:

Во-первых, на возможности и способности людей в обществе и на то, что даже при познании социальных законов и их применении для предотвращения и лечения социальных патологий подобная цель не осуществима на практике в полной мере и определенный процент индивидов общества неизбежно подвергаются отклонениям. Во-вторых, на то, что полное познание законов, ценностей и общественных изъянов и четкое выполнение программы устранения этих изъянов, распространение ценностей и полное достижение намеченных целей для ученых-социологов, мудрецов и «социальных инженеров» практически не достижимо.

Сфера социологии

Взгляд Хаджи Насира ад-Дина Туси на вопрос о предметной области (сфере) социологии и ее связи с другими гуманитарными науками имеет определенное сходство со взглядами выдающегося французского социолога русского происхождения Григория Гурвича (1894–1965). Хаджа Насир считает, что предметная область социологии охватывает все взаимодействия индивидов в обществе (социальные явления), и, признавая подлинность изъянов и ценностей, отмечает, что характер отличия этой науки от других наук зависит от взгляда на такого рода взаимодействия. Он считает социологию главой всех наук, изучающих поведение.

«И знаток этой науки может взирать на все действия и поведения в других науках, определив, благие они или злосчастные. Так, эта наука является главой всех других наук. Она соотносится с другими науками точно так же, как соотносится с ними теология»[353]353
  Там же, с. 254.


[Закрыть].

Из этих слов и других высказываний из книги Туси Ахлаки насири («Насирова этика») можно сделать вывод о необходимости нейтральной позиции ученых-социологов при оценке действий и индивидов. То есть знаток социологии при внимательном изучении социального поведения людей должен избегать предубеждений и, подобно врачу, приложить все свои силы для постановки истинного диагноза. Конечно, подобный подход, с точки зрения Хаджи, не противоречит целенаправленности науки и ее религиозной ориентированности. Ибо ученый-социолог, ясно познав реальность, использует свои знания, чтобы предложить пути для достижения всеобщего блага и истинного совершенства.

Функции социологии

По мнению Хаджи, изучение этой науки (по причине ее положительных и важных функций) необходимо всем. Он доказывает данное свое мнение, используя несколько аргументов. Попробуем кратко изложить здесь слова ученого:

«Поскольку люди для достижения истинного совершенства нуждаются друг в друге (что подробнее разъясняется в последующих параграфах), они неизбежно взаимодействуют и вступают между собой в определенные связи. И чтобы эти связи и взаимодействия завершились достижением желаемых целей, люди должны знать, какие формы связи и взаимодействия приводят к сплоченности и взаимопомощи и какие из них становятся причиной хаоса и упадка в обществе. А выяснить это возможно только путем использования социологии (гражданской мудрости):

«И общение и взаимосвязи для этой цели [взаимопомощи] могут существовать лишь тогда, когда люди будут осведомлены о качествах этих взаимосвязей и общения, об их аспектах, которые приводят как к порядку, так и к порокам; и тогда они достигнут знания, гарантирующее определение каждого из этих аспектов. Такой наукой (системой знаний) является гражданская мудрость (социология). Следовательно, все должны обучаться этой науке, чтобы быть добродетельными. Поэтому выгоды, которые содержатся в этой науке, очевидны»[354]354
  Ахлаки насири («Насирова этика»), с. 254.


[Закрыть].