Читать книгу "Антология юридического некролога"

Последним этапом деятельности С.В. в России был юг России. М.П. Чубинский в своих очерках «На Дону» рассказывает, что украинофобия свила прочное гнездо на крайних правых, близких к ставке Главнокомандующего и Особому совещанию (так называемый Кабинет министров). Но еще тем, кто имел за собою только службу на Украине, было сравнительно легко. Особую злобу и ненависть указанные круги питали к тем, кто перед этим занимал более или менее видимое место при Временном правительстве. И для С.В. на юге России не нашлось никакого ответственного дела, его «приютили» в одной из многочисленных комиссий, чуть ли не по «исследованию зверств большевиков».

Несомненно, что С.В. был поставлен на юге России снова «в тень» и из-за своего либерализма. Ренегатство и С.В. Завадский – несовместимы. Верность своим идеалам С.В. засвидетельствовал и в эмиграции. В статье «Устои правового государства» («Совр. Зап.», кн. 17) С.В., указав, что наступила пора действительной обороны демократического государства, писал: «И оборона не запальчивая, не пристрастная, а по-судейски вдумчивая; не защитительная речь нужна, а необходим оправдательный приговор. Очередной попыткой вынесения такого приговора является и моя статья».

С.В. не покинул Россию с массовою эвакуациею. По окончании гражданской войны, он перешел на нелегальное положение и много перестрадал, прежде чем через Польшу выбрался в Прагу.

И в эмиграции С.В. было суждено не прозябание, а жизнь, полная напряженной научной и общественной деятельности: преподавание на русском юридическом факультете в Праге, литературная работа, (несколько статей появилось и на страницах журнала «Закон и Суд») и постоянное отзывчивое участие во всевозможных общественных начинаниях и на публичных собраниях, где как блестящий оратор он всегда был украшением и радостью для собравшихся, отнимали у него массу времени и сил. С.В. не замкнулся на Праге. Много раз он выезжал в Белград и другие города Югославии, в Ригу, Ревель. Всюду его лекции и доклады собирали полный зал. Лекции и доклады преимущественно были на литературные темы: С.В. – великолепный знаток и древних и многих европейских языков – был редким знатоком и литературы, которой он с молодых лет отдавал свои досуги. Ездил он и в Америку, где хотели услышать его авторитетное мнение по серьезным вопросам международного частного права.

Между тем сердечная болезнь все развивалась. Много раз С.В. писал мне, что ему врачами запрещена всякая публичная деятельность. А через короткое время газеты приносили новые известия о новом выступлении С.В. то в Праге, то в других местах.

Далеко не все, что было написано С.В. в эмиграции, увидело свет. По поводу моей статьи, напечатанной в «Законе и Суде» «о независимости прокуратуры», С.В. писал мне: «Ваша статья напомнила мне, что у меня в столе хранятся наброски, дающие мои ответы по затронутым Вами темам. Я думаю, если здоровье позволит, летом привести черновики мои в приличный для печати вид». (С.В. подвергал свои писания самой придирчивой «самокритике» и, подобно Толстому, переделывал их по многу раз.) Но летом С.В. не стало. О цитированной статье «Национальная радость» С.В. писал мне: «Статья – небольшая переделка из архивных моих бумаг». В «архиве» находятся и работы С.В. по многим литературным вопросам и переводы греческих трагедий.

Разбор «архива» С.В. и опубликование «архивных бумаг», несомненно, дает много ценностей для русской литературы, в частности, юридической. И нужно желать, чтобы этот разбор был произведен возможно быстрее, дабы русская общественность поскорее получила богатое наследство этого замечательного русского юриста первой четверти XX столетия.

А. Лазаренко

Загородников Николай Иванович

[323]323
  Советское государство и право. 1992. № 2.


[Закрыть]

Юридическая общественность страны понесла тяжелую утрату. На 74-м году жизни скоропостижно скончался видный советский ученый-криминалист, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РСФСР, генерал-майор внутренней службы Николай Иванович Загородников.

Николай Иванович прожил нелегкую, но богатую событиями жизнь. Восемнадцатилетним юношей по комсомольскому призыву он был направлен в школу пилотов РККА – Качинское авиационное училище. Однако молодой курсант избрал стезю юриста: в 1939 году Николай Иванович поступает в Юридический институт Прокуратуры СССР, откуда в августе 1941 года его призывают в армию и направляют для обучения в Военно-юридическую академию. После окончания академии Н.И. Загородников работает следователем военной прокуратуры вначале в тылу, а с января по май 1944 года – в действующей армии на Волховском (позднее Ленинградском) фронте военным следователем прокуратуры Новгородской Краснознаменной стрелковой дивизии.

Активную научно-педагогическую деятельность Н.И. Загородников начал в 1944 году. Он поступает в адъюнктуру Военно-юридической академии, которую успешно оканчивает и защищает кандидатскую диссертацию. Спустя пятнадцать лет он защищает докторскую диссертацию, и ему присваивается звание профессора.

Большой вклад генерал-майор Н.И. Загородников внес в становление и развитие высшего юридического образования в системе Министерства внутренних дел страны. С 1967 по 1974 год он возглавлял новое специализированное учебное заведение – Высшую школу МВД СССР, которая, по единодушной оценке большинства специалистов, под его руководством занимала заметное место среди юридических заведений страны. Значительна роль профессора Н.И. Загородникова в становлении другого специализированного вуза – Московской высшей школы милиции МВД РСФСР, с момента основания которой он возглавил кафедру уголовного права, где работал до последних дней жизни. Широкуюизвестность это молодое высшее учебное заведение получило после организации теоретического семинара по проблемам уголовной политики и уголовного права, бессменным руководителем которого был Н.И. Загородников.

Перу Николая Ивановича принадлежит ряд учебников по уголовному праву, несколько крупных монографий и учебных пособий, большое количество научных статей. Как ученого, его всегда увлекали актуальные проблемы уголовно-правовой охраны личности, ее прав и интересов. Его работы отличало стремление гуманизировать отечественное уголовное законодательство. В последние годы жизни это вылилось в поистине титаническую работу по переизданию ставших раритетом двухтомных «Лекций по русскому уголовному праву» виднейшего дореволюционного юриста Н.С. Таганцева, а также в написании монографии о его жизни и деятельности.

Немалый вклад внес Н.И. Загородников в разработку советского уголовного права и совершенствование практики его применения. Он принимал самое непосредственное участие в подготовке Уголовного кодекса РСФСР 1960 года, а в последнее время – новых Основ уголовного законодательства Союза СССР и республик. В течение 15 последних лет он являлся членом Научно-консультативного совета при Верховном Суде СССР. Им подготовлено свыше 20 кандидатов юридических наук. Ученики Николая Ивановича занимают ответственные посты в органах внутренних дел, различных научных учреждениях и заведениях.

За успехи, достигнутые в научной и педагогической деятельности, профессору Н.И. Загородникову присвоено звание заслуженного деятеля науки РСФСР, вручен нагрудный знак «За отличные успехи в работе в области высшего образования СССР», знак «Заслуженный работник МВД СССР». Он кавалер орденов Отечественной войны I степени и Красной Звезды, награжден многими советскими медалями, орденами и медалями ряда зарубежных государств.

Учеников, коллег по работе, друзей, всех, кто знал Николая Ивановича, неизменно восхищали его прекрасные человеческие качества – подлинная интеллигентность, доброжелательность, обаяние, отзывчивость, душевная теплота и неиссякаемый оптимизм. Светлая память о прекрасном человеке и ученом Николае Ивановиче Загородникове навсегда сохранится в наших сердцах.

Загоскин Николай Павлович

[324]324
  Исторический вестник. 1912. Т. 127. № 3. С. 1145–1148.


[Закрыть]

В Петербурге 6 февраля от повторного воспаления легких скончался Николай Павлович Загоскин, заслуженный профессор по кафедре истории русского права в Казанском университете, бывший выборный ректор университета, гласный Казанской городской думы и с осени член Государственного совета. Одно это перечисление указывает, какая крупная личность в его лице сошла в могилу. Уже первые ученые труды Н.П. по истории права Московского государства, изданные в 1877–1879 годах, составили ему крупное ученое имя. С тех пор и как ученый, и как лектор Н.П. в течение более 30 лет был одним из наиболее известных профессоров, которыми Казанский университет мог справедливо гордиться. Но Н.П. не был только крупным ученым, он вместе с тем был и видным общественным деятелем и публицистом, в течение нескольких лет (1883–1890) издававшим в Казани прогрессивную газету «Волжский Вестник». Вместе с тем, трудно себе представить личность более обаятельную, чем Н.П. Благородный, честный, широко образованный, отзывчивый на всякое чужое горе и всегда готовый всем помочь, чем только возможно, Н.П. был профессором и гражданином в самом высоком смысле этого слова. Неудивительно, что Н.П. пользовался огромным уважением и среди профессоров, избиравших его и деканом юридического факультета, и ректором, и проректором (в последней должности Н.П. утвержден не был), и среди студентов, и среди всего населения города Казани. Насколько популярен был Н.П. в Казани, видно из того хотя бы, что при первых выборах в Государственную думу Н.П. получил самое большое число голосов, которого никто после него не получал. С его преждевременной кончиной Казанский университет потерял лучшего своего представителя, Казань – лучшего своего гражданина.

Н.П. родился 20 июля 1851 года в Петербурге (дворянин Пензенской губернии). Начальное образование получил в петербургском частном пансионе Фрея и за границею, в Висбадене, затем в России (1865–1870), в пензенской гимназии. По окончании в 1870 году курса последней с золотою медалью поступил в Казанский университет, из которого в 1874 году выпущен с золотою медалью и степенью кандидата юридических наук. Еще на студенческой скамье Н.П. зарекомендовал себя умением научно и быстро работать. Его кандидатское и вместе с тем медальное сочинение (золотая медаль) «Очерки организации и происхождения служилого сословия в допетровской Руси» открывает собою целый ряд ученых и литературных работ, список которых помещен в составленном им «Биографическом словаре профессоров и преподавателей Казанского университета», изданном к 100-летней годовщине университета. Большинство из ученых и литературных трудов Н.П. принадлежит к истории русского права и русской истории, главным образом, нашего Среднего Поволжья. Из первого цикла этих работ выдающееся место занимает «История права Московского государства», к сожалению, неоконченная (ч. I и выпуск 1-й II тома), напечатанная в Казани в 1877 и 1879 годах. Первый том составляет результат университетских чтений Н.П. в качестве приват-доцента и является вместе с тем его магистерской диссертацией, а 1-й выпуск второго тома заключает в себе исследование о Московской боярской думе и защищен Н.П. на степень доктора государственного права. Обе части «Истории права Московского государства» уже, несомненно, доказывают даровитость и работоспособность Н.П. В этом труде любимый ученик тогдашнего профессора истории русского права в Казанском университете С.М. Шпилевского, Н.П. следует по стопам своего учителя, придерживаясь, главным образом, воззрений профессора истории русского права в Московском университете 1840–1850 годов Н.Д. Беляева, последователя учения славянофилов. Отношение государственной власти к земщине и организация этой земщины являются главным содержанием I тома «Истории права Московского государства». Всего полнее разработан Н.П. вопрос о земских соборах, эта разработка и в настоящее время не утратила научного значения, а при появлении своем в печати в 1877 году, то есть тридцать пять лет тому назад, была замечательной научной новинкой. Исследование Н.П. о земских соборах, основанное на тщательном изучении первоисточников и ученой литературы вопроса, представлял свод всего, что было тогда известно в русской исторической и историко-юридической литературе по истории земских соборов с добавлением многих весьма интересных соображений и домыслов молодого ученого. Первый выпуск II тома «Истории права Московского государства» заключает в себе очень много ценного для истории Московской боярской думы, затрагивая те стороны этого важного государственного учреждения допетровской Руси, которые или совсем обойдены, или недостаточно развиты в известном труде В.О. Ключевского о боярской думе. Следующие еще талантливые его работы по истории русского права: 1. Уставные грамоты XTV–XVI веков, с сведенным текстом их и указателем к нему (Provenialegendi), для получения звания приват-доцента. Казань, 1875–1876; 2. Уложение царя и великого князя Алексея Михайловича и Земский собор 1648–1649 годов Актовая речь. Казань, 1880; 3. Очерк истории смертной казни в России. Актовая речь. Казань, 1892; 4. История права русского народа, т. I, Казань, 1899. Все эти труды вместе с «Историей права Московского государства» отводят Н.П. почетное место среди современных нам ученых новоюридической исторической школы, в первых рядах которой стоят Сергеевич, Владимирский-Буданов, Дьяконов и Филиппов. Указанные труды Н.П. не вполне исчерпывают его ученые интересы. В 1875 году открылся в Казани, под председательством тогдашнего попечителя Казанского учебного округа П.Д. Шестакова, местный предварительный комитет по организации предполагавшегося в Казани IV Уваровского археологического съезда. Н.П. становится ревностным участником как этого комитета, так и самого съезда, собравшегося в Казани летом 1877 года. Одним из результатов IV археологического съезда было открытие при Казанском университете в 1878 году общества археологии, истории и этнографии. Н.П. явился деятельнейшим членом этого общества и первым его ученым секретарем. Он составлял весьма тщательно протоколы общества, привел в порядок его зарождавшуюся библиотеку, составил печатный ее каталог и занялся разбором нумизматических коллекций общества. По его же инициативе и при его непосредственном участии было устроено несколько археологических выставок в актовом зале Казанского университета. На первом месте во втором цикле учено-литературных трудов Н.П., бесспорно, должна быть поставлена обширная, на архивных данных основанная история Казанского университета, написанная им по поручению совета университета к столетнему юбилею университета. Она в значительной степени дополняет и разъясняет книгу профессора Н.Н. Булича «Из первых лет Казанского университета» и захватывает несколько больший хронологический период: 4-й, последний том «Истории» Н.П. доводится до 1827 года, между тем как книга Н.Н. Булича останавливается на 1819 году, накануне ревизии Казанского университета пресловутым Магницким. Труд Н.П. по истории университета не закончен; работа его прервалась вследствие избрания его ректором Казанского университета. То было тяжелое время в жизни всех русских университетов, и объективное суждение о ректорстве Н.П. могут произнести лишь историки последующих поколений. Выступал также Н.П. и с публичными лекциями для различных благотворительных целей. Особенно памятна его лекция «о раскольниках-самосжигателях» 1884 года. Но ученая и профессорская деятельность не исчерпывала разносторонних интересов Н.П. В 1883 году он появляется на поприще публицистики, по примеру С.М. Шпилевского, издававшего в 1867 году в Казани «Справочный Листок». Но общественное служение Н.П. на этом поприще было и продолжительнее, и удачнее С.М. Шпилевского. В 1883 году Н.П. основал в Казани еженедельную газету «Волжский Вестник», которая со следующего же года стала выходить три раза в неделю, а с 1885 года – ежедневно. В этом последнем виде «Волжский Вестник» редактировался Н.П. до 1890 года, когда эта газета перешла в руки Н.В. Рейнгардта. Еженедельный «Волжский Вестник» был весьма почтенным изданием, помещая на своих страницах талантливо написанные статьи, посвященные не только местным интересам, но и всероссийским. Как в своем «Волжском Вестнике», так и при новой редакции этой газеты, а равно и в других казанских периодических изданиях Н.П. помещал фельетоны и статьи по местной казанской истории, под псевдонимом Миролюбов. (Некролог его: «Камско-Волжская Речь». 1912. № 29 и 32.)

Зайкин Алексей Данилович

[325]325
  Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2003. № 1. С. 123–124.


[Закрыть]

Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, юридический факультет МГУ понесли еще одну тяжелейшую утрату: 7 декабря 2002 года ушел из жизни заведующий кафедрой трудового права, заслуженный юрист РСФСР, доктор юридических наук, профессор Алексей Данилович Зайкин. Писать слова прощания всегда мучительно трудно и больно, а о действительно замечательном человеке, с именем которого ассоциируются многие заслуги и достижения кафедры за почти три десятилетия, говорить в прошедшем времени особенно тяжело.

Алексей Данилович Зайкин родился 30 марта 1924 года. Как и подавляющее большинство его сверстников, участвовал в Великой Отечественной войне. Храбрый офицер, командир артиллерийского батальона, в конце войны в ходе боевых действий он был тяжело ранен; потеряв ногу, вернулся с фронта инвалидом. За боевые заслуги награжден многими боевыми орденами и медалями, в том числе орденом Отечественной войны двух степеней.

В 1946 году А.Д. Зайкин поступил в Московский юридический институт. В 1953 году, успешно завершив обучение в аспирантуре, получил приглашение работать на кафедре трудового права этого вуза.

С 1954 года преподавал на юридическом факультете МГУ. После защиты кандидатской диссертации ему было присвоено ученое звание доцента.

С первых шагов по своему творческому пути Алексей Данилович сосредоточил внимание на самом сложном направлении в области науки трудового права – на правовом регулировании оплаты труда рабочих и служащих. Будучи основоположником целого научного направления, еще в 60-е годы прошлого века он подготовил блестяще выполненное монографическое исследование по правовой организации материального стимулирования труда работников, после чего справедливо снискал в широких научных кругах неофициальное звание «первого советского правоведа-зарплатчика».

Спектр научных интересов А.Д. Зайкина был весьма широк. Он исследовал не только трудовые отношения, но и проблемы социального обеспечения. Его докторская диссертация называлась «Пенсионные правоотношения в СССР». После ее защиты в 1976 году решением ВАКа А.Д. Зайкину была присвоена ученая степень доктора юридических наук.

С 12 марта 1974 года и до последнего дня своей жизни А.Д. Зайкин являлся заведующим кафедрой трудового права юридического факультета МГУ. Помимо организационной он выполнял и все виды педагогической работы: читал полный лекционный курс по трудовому праву, вел семинарские занятия и спецкурсы, руководил курсовыми и дипломными работами.

Большую научно-педагогическую деятельность А.Д. Зайкин сочетал с изучением и обобщением практики профсоюзных и судебных органов (в том числе Верховных судов СССР и России).

Профессор А.Д. Зайкин – один из ведущих ученых в области трудового права и права социального обеспечения, автор известных научных трудов: коллективных и персональных монографий, учебников, пособии и статей, в том числе в зарубежных изданиях. Он принимал самое активное участие в учебно-методической работе.

Как никто другой он был востребован в общественной деятельности: являлся заместителем, а в 1955–1962 годах председателем объединенного профкома МГУ. В 60-х и 70-х состоял членом комиссии ВЦСПС по правовым вопросам, был председателем общественного совета по контролю за соблюдением трудового законодательства при МГСПС. Многократно избирался членом партбюро факультета, секретарем факультетской партийной организации, являлся бессменным председателем совета ветеранов войны и труда. Научно-педагогическая работа А.Д. Зайкина неоднократно отмечалась почетными грамотами, иными знаками отличия и наградами. За большую и плодотворную общественную работу в 1961 году он был награжден орденом «Знак почета».

Многие годы А.Д. Зайкин, будучи членом редакционной коллегии журнала «Вестник Московского университета. Серия: Право», принимал активное участие в его формировании и совершенствовании его содержания в качестве принципиального и одновременно доброжелательного рецензента, а также требовательного к себе автора.

Алексей Данилович оставил воистину бесценное творческое наследие, гордо именуемое зайкинской научной школой – им воспитано, подготовлено и выпущено в научный мир более 30 кандидатов и несколько докторов юридических наук.

Коллеги и ученики А.Д. Зайкина постараются сделать все для того, чтобы сохранить и преумножить заложенные им лучшие традиции. Он останется в нашей памяти добрым и верным другом, мудрым учителем.

Коллеги, друзья, ученики

Зак Григорий Яковлевич

[326]326
  Исторический вестник. 1913. Т. 134. № 10. С. 411.


[Закрыть]

9 сентября телеграф принес известие о безвременной кончине приват-доцента Московского университета по кафедре уголовного права Григория Яковлевича Зака. Молодой ученый скончался на тридцатом году жизни, после долгих лет тяжелых страданий. По окончании одной из московских гимназий с золотой медалью покойный поступил на юридический факультет Московского университета, предполагая сначала заниматься политической экономией. Но вскоре уже увлекся уголовным правом, и еще будучи студентом, уезжал за границу слушать лекции и работать в семинариях. На студенческой же скамье он начал свои научно-литературные опыты, выпустив брошюру о Лассале. Вступив по окончании университета в ряды московской адвокатуры, среди которой благодаря серьезной научной подготовке и выдающимся ораторским способностям покойный быстро занял очень заметное место, он продолжал заниматься наукой, и блестяще сдав магистерский экзамен, был зачислен в число приват-доцентов. К сожалению, слабое здоровье не позволяло совмещать научную деятельность с деятельностью защитника по уголовным делам, и пришлось остановиться на одной из них. Г.Я. предпочел науку и стал готовить магистерскую диссертацию, посвященную мало разработанному вопросу о ростовщичестве. Но преждевременная смерть оборвала эту работу: нервная астма, которой покойный страдал с детства и в борьбе с которой оказались бессильными медицинские авторитеты, привела к роковому концу. Перу покойного принадлежит ряд статей, помещенных в общих и специальных журналах. Преждевременная смерть помешала довести до конца более обширные работы, и возлагавшимся на их автором надеждам не суждено было сбыться… (Некролог его: «Речь». 1913. № 247.)

Закревский Игнатий Платонович

[327]327
  Исторический вестник. 1906. Т. 104. № 5. С. 689–691.


[Закрыть]

9 марта на 69-м году скончался в Каире Игнатий Платонович Закревский. Всесторонне образованный, И.П. Закревский в 1867 году вскоре по выходе из училища правоведения был избран Петербургской городской думой на должность участкового мирового судьи. Всегда переполненная камера И.П. Закревского была настоящей аудиторией, из которой тяжущиеся и слушатели выносили практические уроки гражданского и уголовного права, так как объявлению всех его решений и приговоров предпосылалась словесная мотивировка – прекрасный обычай, который, за редчайшими исключениями, не находил и не находит последователей. Обширные юридические познания И.П. Закревского, в особенности по охранительному производству, этому единственному слабому месту Судебных уставов 20 ноября 1864 года, далеко выдвинули его из среды сослуживцев только что сформированного мирового института, и не один из будущих мировых судей, приезжавших из провинции для подготовки, прошел под его руководством прекрасную школу. Вместе с «евангелистом» мирового суда, высокоталантливым юристом Н.А. Неклюдовым, написавшим свое знаменитое «Руководство для мировых судей» и доселе служащее настольной книгой каждого мирового судьи, серьезно относящегося к делу, и первым председателем Санкт-Петербургского столичного мирового съезда, одним из составителей Судебных уставов О.И. Квистом, И.П. Закревский много содействовал популяризации нового суда и постановке его на ту высоту, на какой он прочно стоял несколько трехлетий. После семилетнего судейства в Санкт-Петербурге Закревский перешел на службу в Министерство юстиции, зачислившись за обер-прокурорский стол, и после ревизии мировых судебных установлений Юго-Западного края и Киевской палаты уголовного и гражданского суда получил назначение на должность товарища председателя Санкт-Петербургского окружного суда, а затем последовательно занимал должности первого председателя Варшавского окружного суда, прокурора Казанской и Харьковской судебных палат до назначения в 1894 году обер-прокурором 1-го департамента Правительствующего сената и вслед за тем сенатором. Дальнейшая судебная деятельность И.П. Закревского была прекращена навсегда совершенно беспримерным образом. Лондонская газета “Times” поместила письмо И.П. Закревского по поводу известного реннского процесса с резким и горячим протестом против действий французского правительства и весьма нелестным отзывом о французской нации. Этому письму газета предпослала leading article (передовую статью), в которой весьма подробно комментировала лучшие его места и в заключение высказала, что «ни один критик Англии и других стран Европы не написал ничего столь жестокого и подавляющего». Письмо получило широкую огласку в Европе и целиком было перепечатано в весьма распространенной брюссельской газете “L’Independance Beige” (23 сентября 1899 г., № 266) с таким предисловием: “Times” напечатал следующее замечательное письмо, написанное по-французски г. И. Закревским, выдающимся русским юристом, либеральным членом сената (высшего суда в России), который с живейшим вниманием проследил прения военного суда в Ренне». Французский министр иностранных дел обратил на это письмо внимание нашего посла в Париже, который препроводил таковое министру юстиции Н.В. Муравьеву, а результатом доклада последнего было увольнение И.П. в отставку без прошения. Уместно будет сказать, что зачисление газетой «L’Independance Beige» автора письма в число «либеральных членов сената» едва ли соответствовало действительности, ибо он, принимая участие в комиссии по пересмотру судебных уставов, вполне определенно высказался против суда присяжных и допускал лишь институт шеффенов. В специальной юридической литературе И.П. Закревский известен, как весьма деятельный сотрудник «Журнала гражданского и торгового права», «Журнала гражданского и уголовного права» и «Журнала Министерства юстиции»; наиболее известны его следующие труды: «Об охранении наследства и о практике петербургских мировых судей»; «Об охранении наследств на Западе»; «Прусская магистратура и наша»; «О желательных изменениях в судебных уставах»; «Судебная реформа в Болгарии»; «О равенстве в обществе»; «По поводу резюме председателя суда» и др. Одним из последних его трудов была статья в газете «Русь» (1905, № 95) «О сенате как охранителе законов». Не был чужд И.П. Закревский и общей литературы, помещая в шестидесятых и семидесятых годах в коршевских «Петербургских Ведомостях» под псевдонимом «Непризнанный поэт» бойкие и остроумные фельетоны на злобы дня, главным образом, в периоды отсутствия постоянного фельетониста означенной газеты А.С. Суворина («Незнакомец»). И.П. Закревский владел крупной собственностью в Полтавской губернии. (Некролог его: «Киевлянин», 1906, № 74.)

Замятнин Дмитрий Николаевич

* * *

19 октября 1881 года

Sit terra tibi livis

На похоронах бывшего министра юстиции Дмитрия Николаевича Замятнина особенно заметно было присутствие чинов судебного ведомства, которые, по справедливому замечанию газет, прибыли почти в полном своем составе. Явились не только лица, служившие под начальством Д.Н., но и начавшие даже службу по оставлении им министерства. Это служило наглядным доказательством о деятельности Д.Н. по введению служебных уставов. В газетах уже появились более или менее подробные заметки о жизни и деятельности Д.Н. Замятнина, но ввиду значений этой деятельности и многочисленности почитателей его памяти, мы думаем, не будет излишним и нам проследить его служебную деятельность и несколько остановиться на том периоде, который совпал с законодательными работами по начертанию Судебных уставов и приведению их в действительное исполнение.

Как известно, покойный окончил в Императорском царскосельском лицее полный курс науки; за успехи в науках, вторую серебряную медаль, он был определен 4 сентября 1823 года в комиссию составления законов, с чином титулярного советника, по упразднении комиссии, он был определен 4 апреля 1826 года во IIотделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, где и оставался по 30 декабря 1840 года. С этого времени Д.Н. переходит на службу по Министерству юстиции и до назначения его, в 1952 году, присутствует в Правительствующем сенате, занимает последовательно должности герольдмейстера, члена консультации, обер-прокурора 2-го отделения 3-го департамента и 2-го департамента.

Независимо от непосредственных своих обязанностей Д.Н. за время службы своей в Сенате постоянно получал особые поручения: он был членом комитета для рассмотрения предложений о преобразовании герольдии, членом хозяйственного комитета, при Правительствующем сенате учрежденного, членом учрежденного особого комитета о производстве из нижних званий в классные чины, членом комитета о преобразовании герольдии по случаю закрытия временного оной присутствия, членом особой временной комиссии, учрежденной для рассмотрения дел о княжеских и дворянских фамилиях Грузии, Имеретии и Гурии; он также был назначен для постоянного наблюдения за сохранением порядка в Санкт-Петербургском надворном уголовном суде и производил ревизию судебных мест Витебской губернии. По назначении сенатором Д.Н. присутствовал в 1-м и 2-м отделениях 3-го департамента, в 4-м и Гм департаментах, а 9 мая 1858 года был назначен к исполнению обязанностей товарища министра юстиции и почти одновременно призван к совершенно новой деятельности по ведомству учреждений Императрицы Марии, именно назначен членом совета патриотического института и Санкт-Петербургского Елисаветинского училища по хозяйственной части, с оставлением в прежних должностях. В должности товарища министра Д.Н. Замятнин оставался по 21 октября 1862 года, когда он назначен был управляющим Министерством юстиции, и за время 4-летнего пребывания в должности товарища министра, в течение целых двух лет управлял министерством. Такое близкое знакомство Д.Н. с министерством, долгое служение его по ведомству и деятельное участие в делах особенно благотворно сказались при вступлении его в управление министерством. Это вступление совпало с предстоящим возрождением Министерства юстиции к совершенно новой деятельности: готовились Судебные уставы, готовилась для ведомства совершенно новая жизнь. Всему ведомству уже давно была известна в высшей степени гуманная, симпатичная личность своего нового начальника и с полным к нему доверием ведомство принялось за усиленную деятельность, стало готовиться к предстоящей судебной реформе. В лице Д.Н. оно получило поистине достойного руководителя. Всегда спокойный, хладнокровный, чуждый мелочного самолюбия, он требовал серьезного отношения к делу. Он обладал особым умением выслушивать своих подчиненных; исполнитель, которому поручена была какая-либо работа, был уверен, что он всегда придет вовремя к своему начальнику и будет выслушан без малейшей тени неудовольствия и досады, хотя бы он представлял свои соображения о невозможности исполнить отданное приказание и приготовить работу в данном направлении. Каждое малейшее сомнение обсуждалось, подвергалось строгой критической оценке, весьма часто коллегиально, и дело от таких приемов выигрывало; притом же начальник этим путем узнавал отлично своих подчиненных. Это не было нерешительностью, а было, напротив, желанием отыскать правду, наилучшим образом осуществить ее и поставить дело на законную, твердую почву. Когда вырабатывались Судебные уставы, Д.Н. не задавался мыслью о своем личном положении, вопросом о том, трудно или легко ему будет приводить уставы в исполнение; он заботился единственно о том, чтобы основные положения всецело воплотились в Судебных уставах и были верным их выразителем. Когда же судебные уставы были утверждены и приведение их в исполнение вверено было монархом Дмитрию Николаевичу, то он почел священным своим долгом позаботиться о том, чтобы Судебные уставы были до малейшей черты приведены в действительное исполнение и чтобы новые деятели были вполне достойны своего высокого призвания. Д.Н. глубоко сознавал всю тяжесть ответственности, которая лежала на нем, как на лице, которое обязано представить на Высочайшее утверждение кандидатов к занятию впервые вновь созданных должностей. Несомненно, что задача была до крайности трудная; надо было по прежней деятельности, по личным свойствам людей угадать пригодность человека к тому или другому роду новой судебной деятельности, надо было выбрать таких людей, которые были бы в состоянии выработать типы не существовавших у нас дотоле должностей. Мы не считаем себя вправе оценивать здесь, насколько удовлетворительно была исполнена эта задача; но не можем не указать только на один пример, который совершенно случайно нам известен. При замещении новых должностей особенно затруднителен был выбор кандидатов на должность председателей окружных судов. Кандидатов было много, весьма и вполне, казалось, достойных, но Д.Н. все не был спокоен и не мог решиться; видимо, имевшиеся в виду кандидаты не осуществляли его идеала; он неоднократно посещал заседания прежних судебных учреждений и однажды возвратился с заседания Санкт-Петербургской гражданской палаты видимо счастливый, спокойный и довольный. Он нашел кандидата; выбор его остановился на Г.Н. Мотовилове. Достаточно назвать это весьма досточтимое имя, чтобы понять, насколько верно угадан был будущий первый председатель Санкт-Петербургского окружного суда.