Читать книгу "Мои воспоминания и детективы. Рождённый в СССР"

Первые шаги по заставе

Небольшое путешествие от учебного пункта вдоль границы и молодой пограничник прибывает к месту своей постоянной службы. На заставе, естественно, все готовятся к встрече молодого пополнения, ведь оттого, как «дембеля» подготовят их и втянут в службу, зависит и их «дембель». Это, к слову сказать, одна из причин, почему на пограничной заставе почти нет «дедовщины» – потому, что «деды» обучают и готовят себе замену, каждый на своем боевом месте. И чтобы молодой боец быстрее усвоил практику, «деды» с ними очень вежливы и тактичны, отношения их напоминают скорее общение старшего брата с младшим. По традиции, на заставе происходит торжественное построение, на котором молодых пограничников представляют всей заставе, вручают закреплённое за ними боевое оружие и закрепляют каждого за тем специалистом, на смену которому они пришли. После этого проводится первый в их жизни «Боевой расчет» и накрывается праздничный стол.

Увидев такую теплую и почти домашнюю обстановку, бойцы быстро проходили период адаптации и с первых дней сразу вникали в службу. Обучение практической службе у всех проходило по-разному. Одни быстрее, другие медленнее осваивали совершенно другой распорядок дня пограничной заставы, где ночью все находятся на службе, а днем спят. У каждого бойца на сутки расписан весь его «маневр». Как говаривал в давние времена великий Российский полководец Александр Васильевич Суворов: «Каждый солдат должен знать свой маневр». Все начинается и заканчивается «Боевым расчетом», который проводится во время «Ч». Получение боевого задания на сутки, принятие пищи, подготовка к наряду, инструктаж, получение оружия и боеприпасов, получение приказа на охрану Государственной границы. Служба от восьми до двенадцати часов непрерывно, без сна и отдыха. Возвратившись на заставу, сдать боеприпасы и снаряжение, почистить оружие и далее сон. Поспав положенное время и приняв пищу, каждый по заданию старшины идет выполнять хозяйственные работы. Колоть дрова, доить корову, топить баню (если банный день), ловить рыбу (по сезону), строить что-нибудь, работать в теплице или на огороде, мыть полы на пограничной заставе, подметать плац, косить траву (по сезону), разгружать уголь с прибывшего транспорта. Столько работы нужно сделать пограничникам, чтобы обеспечить жизнедеятельность организма заставы. Затем идут занятия, строевая, боевая, пограничная, физическая и иные подготовки. Потом идет обслуживание техники всеми специалистами. Затем подготовка к «Боевому расчету», все приводят себя к отличному внешнему виду, его-то и проверяет старшина перед началом «Боевого расчета». Все, круг замкнут и так изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год. Быстро пролетают два года службы на заставе, а сроднившись с границей, так тяжело потом расставаться.

Быстро пролетают два года службы на заставе, а сроднившись с границей, так тяжело потом расставаться.

Богатыри границы

Все в мире знают, что пограничники очень сильны физически и владеют секретными приемами единоборств, приемами с оружием и армейским ножом, саперной лопатой. Не перевелись «богатыри» на земле русской. От такой напряженной работы и занятий, если учесть, что питание на пограничной заставе очень даже калорийное и обильное, все бойцы быстро становятся если не Гераклами, то уж богатырями точно. Обязательные приемы рукопашного боя бойцам, конечно, преподают еще на учебном пункте и затем отрабатывают технику на заставе, но это такая маленькая капля в их подготовке, что даже сами пограничники ее не замечают. Однако, если на заставе есть кто-то из офицеров или прапорщиков, являющихся «рукопашниками» или занимающихся иным единоборством, то бойцы тянутся к ним для проведения дополнительных занятий. Таких, как правило, двадцать-тридцать процентов от общего коллектива пограничников заставы. Они тренируются в свободное время, а на занятиях по физической подготовке занимаются по своему отдельному плану. Ездят на отрядные и окружные соревнования, оттачивая свое мастерство. Вот такому если попадется нарушитель, будь он хоть «морским котиком», хоть «зеленым беретом», обязательно будет связан и упакован. И так было не раз в истории пограничных войск при боевых столкновениях на границе.

Я не собираюсь отвечать за все пограничные заставы, на каждом участке границы все свое: и традиции, и климатические условия, и рельеф местности, да и категория призывников очень даже отличается. Речь здесь пойдет только о тех пограничных заставах, на которых мне лично приходилось побывать в качестве рядового солдата, сержанта или офицера комендатуры по боевой подготовке и службе. В общей сложности это более ста пограничных застав, через которые я прошел сам или со своими бойцами. Вот именно так, как описано выше, пограничники и становились сильными, смелыми, мужественными и непобедимыми как в рукопашном, как и огневом бою. Служба моих бойцов, моих «орлов» в Афганистане и в горячих точках тому веское доказательство. Они все оттуда вернулись живыми.

Что же остальные 70—80 процентов пограничников, которые не желают заниматься спортом так фанатично? Они обыкновенные солдаты, как все, только зеленая фуражка и погоны их отличают от других солдат (тогда советской армии). Есть и трусоватые, есть и хитроватые, что называется «каждой твари по паре». А что делать, кому-то надо служить и охранять границу. Вот и служат, и охраняют, а на показательных выступлениях да соревнованиях отдуваются те, кто любит спорт. Вот зрители глядят и думают, что пограничники все такие сильные и смелые.

Вот зрители глядят и думают, что пограничники все такие сильные и смелые.

Пограничная дружба

Как на пограничной заставе появляется такой дружный коллектив? Почему почти все заставы, за редким исключением, не подвержены порочному явлению «дедовщины»? Ответ очень прост: некогда им этой «дурью» заниматься. С вечера и до утра все заняты работой, учебой, службой и другими делами, не менее интересными, чем служба. Второй немаловажный и очень серьезный фактор, устраняющий «дедовщину» – боевое оружие и боеприпасы, с которыми и молодые бойцы, и умудренные опытом солдаты идут на службу вместе. Задай сам себе вопрос: будешь ли ты издеваться над человеком, с которым тебе придется через час идти на восьмичасовую службу с боевым оружием и боеприпасами? Разумеется, нет.

Остается одно, «уговорить» молодых бойцов, именно «уговорить», соблюдать те, на мой взгляд, порочные, но в тоже время и безобидные «традиции» – перевод с одного срока службы на другой или празднование 100 дней до приказа. Замечу, что этот праздник на заставах стал официальным: накрывался стол, выставлялись угощения, сыпались поздравления, и «деды» официально приказом начальника заставы на эти 100 дней освобождались от мытья полов, но не более. Сами понимаете, что добровольно согласившийся боец на такой несложный и безболезненный ритуал уже не выстрелит тебе в спину. На тех же заставах, где такая опасная грань нарушалась, где не «уговаривали», а заставляли силой соблюдать «неписаные ритуалы», происходили трагические события. Хорошо, что их у пограничников были единицы. Но о каждой трагедии пограничники знают – это расстрел местных жителей в Ракверском пограничном отряде, расстрел сослуживцев на Курилах, убийство молодого солдата в Приморье.

Самый серьезный аспект борьбы с «дедовщиной» – это работа сержантов, прапорщиков и офицеров. Там, где добросовестно работали все командирские звенья, никогда не случалось столь позорных явлений. Особо хочу отметить старшин застав. Если старшина – отец родной и старший брат для бойцов, то всегда создается домашняя, добрая и, я бы сказал, сытая обстановка. А накормленный и занятый делом боец – это добрый боец, он не станет никого унижать или издеваться над младшим товарищем для собственного самоутверждения. Я горжусь нашими пограничниками за то, что они самый дружный народ в войсках, да, пожалуй, и во всем мире.

Я горжусь нашими пограничниками за то, что они самый дружный народ в войсках, да, пожалуй, и во всем мире.

Замполиты

Роль замполита на пограничной заставе весьма спорна, о ней можно говорить часами. Спорно и недоказуемо. Замполит нужен на заставе даже потому, что чем больше офицеров, тем лучше контроль и больше любовь к Родине. Признаемся, умели наши замполиты прививать ненависть к врагам и любовь к Родине, очень профессионально умели. Но наряду с этим профессионализмом они выполняли и не очень хорошие функции контроля за всеми, в частности и за офицерами, вплоть до начальника заставы, в плане морального «облика». Можно сказать, политический особый отдел, «стукачи» от политики. Так их называли все – от рядового до майора. Вся грязь и все грязное белье собиралось замполитами о каждом и отправлялось в политотдел пограничного отряда. Там уже все эти данные обрабатывались и вкладывались в досье рядового пограничника, сержанта, прапорщика или офицера. Когда же приходило время получать повышение или очередное звание, эта «черная» папка доставалась, и политотдел смотрел, достоин тот или иной кандидат нового звания или должности. Затем уже выносился вердикт.

Лично мой замполит был просто профессионал. Именно поэтому попытки моих командиров отправить меня на повышение пять раз возвращались на круги своя. Дважды меня не допустили до поступления в академию, поэтому я ушел на пенсию раньше, чем мог бы уйти. Вот такую роль играли замполиты – политруки, а по-прежнему – комиссары. Пограничные войска – политические войска – так говаривал наш начальник политотдела. Я, конечно, на своей шкуре испытал, что он был прав. Но, всё же, Бог есть, и однажды закончилась эра замполитов в пограничных войсках, их расформировали и ввели психологов. Но я уже в это время был на пенсии, может другим повезло больше, чем мне?

Но, всё же, Бог есть, и однажды закончилась эра замполитов в пограничных войсках, их расформировали и ввели психологов.

Женщины заставы

О, женщины заставы, сколько о них ходит по границе разных историй! Порой выдуманных историй, а порой и весьма реалистичных. На одной из пограничных застав Зайсанского пограничного отряда, где мне довелось служить, у начальника заставы была жена, которая порой проявляла более высокие боевые качества, чем сам начальник. Иногда, когда начальник уходил в очередной запой (на высокогорье такое бывало иногда). Отдаленность от управления пограничного отряда и отсутствие постоянного контроля играли свою отрицательную роль на морально-этическом облике офицеров, жена начальника заставы приходила на заставу, строила пограничников на «Боевой расчет». Она проверяла порядок в казарме, внешний вид бойцов и чистоту оружия. От ее цепкого взгляда не ускользали даже такие мелочи, как не обновлённый подворотничок гимнастерки. Приказов на охрану границы, она, конечно, не отдавала, но контролировала, как это делал дежурный по заставе. И на проверку нарядов она не выходила, но зато контролировала их с помощью приборов наблюдения или по радиостанции. А как она стреляла, как стреляла! Бывало, прибывает молодое пополнение, обязательно после торжественной встречи начальник проводил стрельбы, проверяя подготовку молодых бойцов на учебном пункте. Молодые пограничники стреляли хорошо, ведь недавно они прошли трехмесячное обучение. Затем выходила она, с трех положений лежа, с колена и стоя она выбивала из автомата «Калашников» одиночными выстрелами по три десятки из трех. Из пистолета «Макаров» ниже девятки никогда не попадала. В общем, «Ворошиловский стрелок», так ее и прозвали между собой пограничники. Кроме всего прочего, она имела высшее образование учителя физкультуры, и когда проводила по поручению начальника заставы кроссы или тренировку по преодолению полосы препятствий, пограничники просто падали обессиленные, особенно те, кто пытался догнать или перегнать ее. Ведь если честно, что ей делать на этой высокогорной заставе вдали от цивилизации и людей? Детей своих у нее было двое, два сына, она тренировала их не хуже любого сержанта. Я уверен, что будет и у них отличная подготовка к службе, когда придет время.

Но были и другие жены. На одной из высокогорных застав Ленинаканского пограничного отряда я находился на стажировке, обучаясь на третьем курсе в пограничном училище. Приехав на заставу, обнаружил, что там всего один офицер и тот, быстро передав мне все ключи и управление заставой, ушел отсыпаться. Я, как меня и учили, приступил к службе: вызвал сержантов, принял от них доклады о делах в каждом из подчиненных им подразделений, поставил нужные задачи на сутки, обошел с ними всю заставу, включая хозяйственный двор и теплицу. Разобрался, какой ключ, от какой двери и приступил к подготовке «Боевого расчета». С сержантами я быстро нашел общий язык, поскольку сам был сержантом и проходил срочную службу в пограничных войсках. Служба пошла своим чередом: приказы, проверки, тревоги, заслоны, дозоры, занятия и хозяйственные вопросы – все легло на мои курсантские плечи. Начальник заставы, оказывается, уехал в академию. Заместителя по боевой подготовке не прислали, а старшина заставы (прапорщик) лежал в госпитале с диагнозом «белая горячка», от чрезмерного увлечения спиртным. Замполит спал трое суток, не вставая (это он мне передал ключи и управление заставой), а проспавшись и посмотрев, что я справляюсь, достал из-под кровати ящик с водкой и объявил мне, что уходит в «отпуск» до конца моей стажировки. Я не из робких и быстро втянулся в службу, спасибо сержантам – они мне очень многое помогли, подсказали. Прошла неделя, и настало время выдавать продукты питания на следующую неделю. Я пришел на заставу, вызвал повара, чтобы вместе с ним на складе взять необходимые продукты. Взвесив все и записав в амбарную книгу, я помог повару донести все до кухни. И тут заметил, что из дома старшины вышла женщина и направляется прямиком ко мне. Честно говоря, я сначала даже растерялся, ведь никто мне не сказал, что на заставе осталась жена старшины. Мне думалось, что она вместе с супругом уехала в отряд. Она обратилась ко мне на «Вы» и попросила ей выдать паек на неделю – с ней на заставе, оказывается, проживали ее двое несовершеннолетних детей. Я, естественно, сразу вернулся на склад и начал собирать положенный паек для старшины заставы. Женщина прошла за мной, стала вести себя весьма странно и даже вызывающе: все время норовила приблизиться ко мне и обязательно случайно дотронуться до меня грудью или бедром. Я не обращал на это особого внимания. Выдав ей положенное пропитание, быстро вышел из склада. За дверью обнаружил следившего за нами пограничника-связиста. На вопрос, что ему надо, тот что-то буркнул невпопад и убежал. Жена старшины этого всего не видела, поскольку складывала в сумку все пакеты с крупами и мясом. Выйдя из склада, она попросила меня помочь ей донести сумку до квартиры. Я погасил свет, закрыл и опечатал двери, помог донести сумку и у порога попрощался.

– Может, зайдете, посмотрите, как живет старшина? – спросила она кокетливым голосом.

Я, как стойкий «марксист», ответил, что мне некогда и быстро ушел на заставу. Когда же начал разбираться с этой странной ситуацией, то выяснилось, что жена старшины «спала» со связистом заставы, вызывая его по причине якобы перегоревшей лампочки или плохой связи. Увидев во мне новое лицо, решила и со мной закрутить роман. Я, однако, не поддался на провокацию и доложил о произведенном расследовании проспавшемуся замполиту. По его докладу вскоре приехал ГТС и увез жену старшины вместе с детьми в пограничный отряд.

Разные бывают жены, да и мы, мужики, тоже бываем разные. Не будем валить всю вину на тонкие женские плечи.

Разные бывают жены, да и мы, мужики, тоже бываем разные.

Безупречная служба

Безупречная служба, так обычно пишут в характеристиках пограничников, когда увольняют их из войск домой или отправляют для поступления в училище. Насколько служба была безупречна, можно рассказывать целые повести. Прибыл я как-то раз в одну из линейных пограничных застав на границе с Турцией. Прошло время, втянулся в службу, привык к высокогорью и, поскольку был офицером, ходил на проверки пограничных нарядов. Для этого был составлен секретный график проверок, который исполнялся строго, как положено. Но я заметил одну странность, которая насторожила меня, заставила задуматься и сделать логическое умозаключение. Вместе с нами на границу через ворота с электронным замком всегда выбегал маленький поросенок. На мои вопросы дежурный отвечал, что, мол, растет этот поросенок как полудикий и всегда бегает туда-сюда, ищет себе корм. Но это меня еще больше насторожило, и я решил проверить свои предположения. Заранее приготовил мешок, поймал поросенка и спрятал его в ящике для овса на конюшне. Затем, взяв одного из свободных от службы бойцов, пошел на проверку. Не успел я пройти и пяти километров вдоль пограничной тропы, как обнаружил спящий пограничный наряд. Это настоящее ЧП для заставы и всего отряда! Я прилег рядом, принял под охрану границу на этом участке, незаметно забрал оружие у спящих бойцов, по рации вызвал наряд им на смену, а для большей уверенности отправил дополнительный дозор с собакой – вдоль колючки всего правого фланга проверить следовую полосу. Пока я отдавал приказы и распоряжения, бойцы проснулись, поняли, пролет. Стали умолять меня простить их. Но на это я им ответил, что об этом будет ещё разговор на заставе, а пока – сдал смену прибывшему наряду, отконвоировал их на заставу, где уже ждала машина для дальнейшей отправки в комендатуру, на гауптвахту. Оказалось, что я был прав: поросенок выбегал впереди проверяющего и, прибежав на место службы наряда, будил спящих, толкая их своим рылом, получая за это лакомства. Только меня с тех пор всегда мучил вопрос, сколько нарушителей границы могло пройти за это время на участке, где спали такие пограничники в ожидании поросенка? И каждый пограничник пусть задаст себе вопрос, а так ли уж безупречно он нес службу все два года? Только единицы пограничников, отслуживших в погранвойсках, были профессионалами.

И каждый пограничник пусть задаст себе вопрос, а так ли уж безупречно он нес службу все два года?

Снабжение заставы

Все лучшее – детям! Такой лозунг висел у нас на заставе в ленинской комнате. А мы шутили, что все лучшее пограничникам, имея в виду старую изношенную технику на погранзаставе. Кто помнит дизель по кличке – «Чача», тот поймет, о чем я веду речь. Полностью «убитые до ручки» автомашины ГАЗ-66 и УАЗ-459, прожектор ПР-15 на телеге или в лучшем случае АПН-90 на базе ЗИЛ-131, изношенные дизеля, изношенные ГТС, изношенные РЛС. В те времена как-то не очень было с поставкой на заставы новой техники и даже запчастей на старую технику. Только благодаря умельцам, старшине заставы и «шефам» (если они были), застава могла функционировать и выполнять свои боевые задачи по охране Государственной границы СССР. Кто-то скажет, что это клевета на пограничные войска, можете так считать и думать, но я привык писать то, что видел, а клевета это или нет, рассудит история.

Например, сломалась машина ГАЗ-66, её сделать своими силами не представляется возможным. Идет доклад и по команде приезжают с комендатуры бойцы с прапорщиком. Буксируют машину в отряд в ремонтные мастерские, где подобных машин стоит уже много. Наша машина занимает свою очередь, как в блокадном Ленинграде за хлебом. Через неделю, а то и две, пришел черед нашей машины. Ее загоняют в мастерскую. Начинается ремонт, но такой, что лучше и не ремонтировать. Как ремонтируют в отряде: все знают, что все хорошие запасные части с машины уже сняли и переставили на другие, «блатные» машины. На нашу машину установили все то, что уже «еле дышит». Главное, как говорит начальник ОРТМ, чтобы до заставы «докатила», а там старшина уж сам разберется. Итак, ремонт окончен, вызывают с заставы водителя с сопровождающим, машину гонят на заставу. Целый месяц застава без машины бегала по всем «сработкам» пешком на своих двоих. Да и ремонт сделан некачественно: то масло подтекает, то тормоза отказывают. И тогда берет старшина записную книжку, звонит своим друзьям и просит помочь с ремонтом машины. Пригоняют машину, допустим, на угольный разрез или в колхоз, устанавливают на машину все новые запчасти. Регулируют все агрегаты и всё – машина как новая, снова катит по пограничным дорогам, доставляя в нужные места пограничные наряды для охраны Государственной границы СССР.

Спасибо «шефам», по-нынешнему – «спонсорам». И таким образом ремонтировалась вся техника пограничной заставы в те «мои» времена. Нет, были, конечно, и «показательные» заставы, там было все новое, все блестело и сверкало, вот туда и возили всех гостей и проверяющих. Да и то в основном для отдыха (попойки в бане иди рыбалки с охотой). Конечно, это позор, но это «наш» позор, а до него гражданским лицам вовсе нет никакого дела.

Спасибо «шефам», по-нынешнему – «спонсорам». И таким образом ремонтировалась вся техника пограничной заставы в те «мои» времена.