Читать книгу "Кровь данов"

– Чего уж гадать! Имеющий уши да услышит. Сам же сказал этому здоровяку в медвежьей шкуре: гостинец для знакомого отвезти. Сразу понятно – письмо для Гимтара…

– Слишком многое тебе сразу понятно… – заворчал наставник. – Все забываю, что ты… – Остах запнулся.

– Умен не по годам, – без тени улыбки закончил я. Дядька только махнул рукой и наполнил две чаши вином. Добавил воды и придвинул одну к Либурху.

Либурх накрыл свою чашу ладонью и спросил:

– Вот слушаю я ваши темные речи и думаю: а может, мне домой пойти? Может, не нужно старому безобидному библиотекарю всего этого знать и слышать?

– Ты уже настолько в наших делах, что… – опять махнул рукой Остах и выразительно покосился на послание. – Как сумел письмо Алиаса раздобыть?

– От Колума, знакомца нашего общего, как же еще, – хмыкнул старик. – От голубятника так несет, что в архив главный письмоводитель ему входить запретил. Лет пять как запретил. Ну, а Колум только рад. Не больно-то он жалует человеческое общение. Вот он свою нечастую почту через меня и передает. Раньше-то мне ни к чему было ее прочитывать… А сейчас глянул – и понял: важно. Вот и сделал копию. А потом – к вам.

– Важно, важно, – задумчиво повторил Остах. – Спасибо, учитель.

– Получается, что все пайгалы, которые по Империи колесят, на Гимтара работают? – вернул я разговор в интересующее меня русло. Я повернулся к наставнику и продолжил: – То-то я смотрю: ты себе места не находил, придумывая, как письмо танасу отправить. А про пайгал услыхал – аж засветился весь!

Дядька покосился на Либурха, а потом шутливо погрозил мне кулаком:

– Не все пайгалы на Гимтара работают, Оли. Не все. И работают не совсем на Гимтара: не станет танас со всеми возиться, как будто дел у него других нет… – помялся наставник. – А в общем, да. В каждом балагане кто-то один да приглядывается вокруг… И несет весточку в горы.

«Да! – Я чуть не подпрыгнул, радуясь тому, что разгадал тайную роль пайгал. – А неплохо у диду разведка налажена!»

В комнате повисло молчание. Каждый думал о своем. Только Кайхур точно знал, чего хочет. Он привстал на задних лапах, уперся передними лапами в стол и потянулся в сторону тарелки с мясом. Я хлопнул щенка по морде, взял мяса и положил в щенячью миску на полу. У нас в доме дисциплина и порядок!

– Либурх! – обратился я к старику. – Теперь мы знаем, что в горы отправится Пограничная стража… Я одного не могу понять: почему не дорожники? Это же они подавляют восстания рабов, не так ли?

Библиотекарь, глядя, как жадно ест щенок в своем углу, спросил:

– Наследник Олтер, а что вообще тебе известно об имперских войсках?

Я прокрутил в голове скудные обрывки сведений и пожал плечами:

– Получается, что ничего.

– Тогда слушай, – приосанился Либурх и смочил горло из кубка. – Только что я услышал наивные измышления Барата о том, почему бойцы Пограничной стражи – их еще называют порубежниками – так неприветливы к горцам. Тебе как наследнику наверняка известно, что множество воинов дорча служат в имперских войсках…

– Известно, – кивнул я. Таким образом снимались острые проблемы перенаселения и снижалась постоянная угроза весеннего голода.

– Так вот! – увлекся Либурх. – Давным-давно арнский престол понял, что брать в пограничные войска воинов из окрестных племен – глупо. Тебе надо объяснять почему?

– Нет, – мотнул я головой. – Кому же охота проверять: будут они сражаться против родичей или в спину ударят.

– Вот! – согласился воодушевленный библиотекарь. – Потому воинов из соседних племен чаще всего отправляют служить в другую провинцию.

– Чаще всего, – решил уточнить я. – Значит, иногда и оставляют?

– Бывает и такое, – кивнул Либурх. – Тогда их зачисляют в Провинциальную стражу. Они несут службу в этой же провинции, но подальше от границы. Они нужны для того, чтобы мигом отправить на усиление внутрь Империи туда, куда потребуется.

– Все просто, – подытожил я.

– Вот именно, – согласился Либурх. – Значит, запомнили: в Провинции есть Пограничная стража и Провинциальная стража. Исторически они иногда называются тысячами, а командующие – тысячниками. Хотя личный состав, как правило, сильно отличается от тысячи, их куда больше. Непосредственно они подчиняются престолу. Но это на первый взгляд, если сильно упрощать.

– То есть, – решил уточнить я, – Фраксу Хмутру слово наместника – не указ?

– Не указ, – легко согласился со мной рассказчик. – Но ссориться с ним Хмутры никогда не будут. Уж слишком Грисы влиятельны. Особенно после замужества с Элсой Эттик.

Лектор вновь промочил горло.

– Помимо Провинциальной и Пограничной стражи существует еще и Дорожная стража, как ты верно успел заметить. И вот они-то формально подчиняются наместнику Провинции…

– Формально? – удивился я.

– Не перебивай! – строго оборвал меня Либурх и немного смутился. – Мм… помимо Дорожной стражи существует Внутренняя стража – вот она-то целиком и полностью зависит от воли наместника. Внутренники защищают его самого, его семью и имущество. В нашем случае также поддерживают порядок на площади, оберегают архив и некоторые другие правительственные здания. В том числе и имение со школой. Глава Внутренней стражи Атариана – Крент Грис, родной брат наместника.

«И папаша дуболомов Гвинда и Дирга, – я вспомнил здоровяка на пиру по правую руку Сивена, который разглядывал меня с откровенной неприязнью. – Значит, я успел подраться одновременно и с племянниками наместника, и с сыновьями знатного вельможи. Впрочем, этот вельможа и сам изрядный дуболом».

– Как ты верно успел заметить и даже перебить учителя, – Либурх погрозил мне пальцем, – Дорожная стража формально подчиняется наместнику. То есть по бумагам приказы им отдает именно наместник провинции. Вот только денежное жалованье-то им платит Торговый союз!

«Кто?» – чуть было не ляпнул я, но сдержался.

– В нашем случае, у нас в провинции, дорожники полностью подчиняются Сивену Грису. Но только потому, что он и есть Торговый союз! Его семья – не последние люди в этом объединении. Далеко не последние! Ты успеваешь за ходом моих мыслей, наследник?

– Успеваю, – кивнул я. – Пограничная и Провинциальная стражи ходят под арнским престолом, Внутренняя – под наместником, а Дорожная – под каким-то Торговым союзом.

Мой собеседник закашлялся от такой вольной интерпретации.

– Кхм… В целом верно… Вот только не арнский престол руководит провинциалами и порубежниками, а Лига меча.

– Что еще за Лига меча? – Я почувствовал, что с непривычки стал уставать от долгой лекции. Видимо, это понял и Либурх.

– Рядом с престолом в последнюю пару веков сформировались три центра силы. Торговый союз – купцы и толстосумы, Лига меча – военные и храмовники – жрецы Пагота. Ныне жрецы сильно сдали свои позиции. То, что в горы к Колодцу отправлены именно войска, которые в подчинении Лиги меча, а не Торгового союза, – неспроста. Но тому причиной может быть множество факторов. На данном этапе слишком мало сведений.

«Это же просто аналитик от бога! – восхитился я. – И он занимает всего лишь должность скромного библиотекаря в Провинциальном архиве!»

– Как ты все понятно рассказываешь, Либурх! Здорово! Тебе нужно лекции читать и уроки вести!

Старик переглянулся с Остахом… и они вдруг дружно грохнули смехом.

– Вы чего? – осторожно спросил я, с недоумением рассматривая согнувшиеся пополам от смеха фигуры.

– Извини, наследник, – вытирая глаза, ответил Либурх. – Я не хотел тебя обидеть. Ты что, не сказал ему, негодник? – обратился к дядьке библиотекарь.

Тот замахал руками, хрюкая от смеха.

– Я и читаю лекции, – пояснил мне старик. – И уроки веду. Уже много лет. И в школе у тебя преподавать буду. Не забудь обращаться ко мне «учитель Либурх», когда я к тебе на первый урок приду.

– Конечно, учитель Либурх, – послушно ответил я.

Когда старик стал собираться, я решил проводить его. И посидеть немного в библиотеке, пошелестеть страницами. Побыть одному. После всех событий этого длинного дня остро захотелось спрятаться в уголке, зарыться в интересные книги и свитки и подумать в тишине.

Атриан

Остах

Остах уставился на чистый лист. Писать письма он не любил. Это Эндир был мастак бумагу марать. И у Гимтара ловко получается слова и цифры рядышком ставить. Рекс Рокон – и тот ловок с пером. Как назло, Оли ушел с Либурхом! Когда наследник сидел рядом, письмо всегда быстрее строилось.

Затявкал щенок, и Остах обрадовался, решив, что это вернулся Оли. Но Кайхур залаял с угрозой. Чужой!

Остах вышел на крыльцо и увидел у калитки стражника. Кайхур заходился злобным лаем, топорща шерсть. Таким его Остах еще не видел. Он с трудом задвинул щенка в дом и закрыл дверь. Даже внутри дома щенок продолжал злобиться.

– Чего тебе? – спросил Остах. Стражник как-то странно посмотрел на него.

– Я из караулки. Там это… пришли к тебе.

– Ко мне? – поднял брови Остах. – Ничего не напутал?

– Старший горец. Охранник наследника. Что-то по поводу ножен. Меч ты покупал недавно. Что-то с ножнами не так, – стражник махнул рукой и тут же прижал ее к груди, прошипев что-то. – Не слышал я толком. И некогда мне. Ждет тебя мальчишка. Гнать его?

– Сейчас приду, – быстро ответил Остах. С ножнами для купленного недавно меча было все в порядке, но наставник подозревал, кто это может быть. Он достал из сундука кошель и спрятал его за пазухой.

– Ты чего взбеленился? – спросил он у щенка, направляясь к выходу.

Как Остах и ожидал, он увидел перед воротами мальчишку-посыльного. Рыбак сразу узнал – недавно к его худой шее он приставлял стилет.

– Дяденька! – заканючил пацан. – Меня мастер Бура послал! Меч вы у нас брали, хороший меч. Вот только с ножнами промашка вышла…

Остах отвесил пацану звучный подзатыльник. Стража за спиной зычно зареготала. Немного у дармоедов развлечений на посту.

– Не тараторь. Чуть не оглох от твоего визга. Идем к торговцу, – пробурчал Остах.

Когда они отошли на достаточное расстояние, Остах спросил:

– Где Заяц?

– Где-где, – передразнил его мальчишка, недовольный полученной затрещиной, – в лавке у оружейника сидит.

– Это хорошо, что у оружейника. – Остах передал пареньку медный грош, и тот мигом повеселел.

Торговец в оружейной лавке едва заметно кивнул ему и покосился за прилавок. Остах прошел внутрь и оказался в темном закутке. В углу сидел завернутый в дорожный плащ Заяц. Остах задвинул занавеску и присел рядом.

– Новости слышал? – вместо приветствия начал Заяц. – Что творится-то! Слуга у купца одного так упился, что в речку вниз головой рухнул и утоп.

– Бывает, – пожал плечами Остах, доставая кошель. Он взвесил его в руке и кинул старику. Тот ловко поймал его и спрятал.

– Тебе от Любимчика привет, – продолжил собеседник. – Вот скажи мне, Рыбак, бывают попрошайки толстыми?

– Что? – не понял Остах.

– То. Приходишь на рыбные ряды, а там попрошайки ходят. Бабы. Рожи не наши, а горские… А задницы – толстые. Как три моих!

– Попрошайки, значит…

– Ага. Вот годик назад другие ребятки, худые да нищие, и решили по-доброму попросить их уйти. Чтоб хлеб-то не отбирали. Вот только нет больше тех ребяток. Поговаривают, что злые горцы их порешили. А команду им давала какая-то Квилда.

– Квилда, значит, – кивнул Остах, запоминая.

– Так, теперь следующее. Велено тебе передать, что никто из наших цацки твои не брал. А в ту ночь, когда твоих слуг потрошили, у госпиталя внутряков видели. Ну, из Внутренней стражи. А район-то не их! Нечего им там делать!

– Точно из Внутренней стражи? Не из Пограничной?

– Не! – рубанул воздух рукой Заяц. – Кто из наших этих жадных уродов не знает? Они же цельный день на рынке ошиваются. Городских-то стражников, прикормленных, оттерли в сторону…

– Понятно, – потер подбородок Остах. В голове творился полный сумбур, дело запутывалось настолько, что понятно было только одно. То, что он совершенно не понимает, кто забрал драгоценности.

– Любимчик спросил: теперь долг снят? – сказал Заяц, вставая.

– Ишь какой! Договорились же: половина долга. Мы же тогда по вашей милости столько потеряли… – Остах размял шею. – Ты ж тогда подле Хриплого был, должен помнить.

Заяц вздрогнул.

– Значит, половина, – кивнул он и быстро направился к выходу. Потрогав кошель за пазухой, он обернулся и спросил:

– Ну что, Рыбак, будешь попрошаек-то за жабры брать? Могу подсобить.

– Может, и буду, – задумчиво ответил Остах. – Но пока не знаю. Спасибо за работу. Бывай, Заяц.

– Бывай, Рыбак. Как меня найти – ты знаешь.

«Гордые гворча – попрошайки! – думал Остах, пересекая площадь. – Быть того не может! Напишу такое Гимтару – в жизни не поверит. Впрочем, я и сам в это не верю. Надо бы сходить в рыбные ряды, посмотреть да послушать. Пока сам не увижу – и писать не стоит».

Вспомнив о неначатом письме, что дожидалось его на столе, Остах вздохнул и прибавил шаг.

Атриан

Олтер

На крыльце библиотеки нас уже ждали. Тумма ходил перед дверью туда-обратно, как тигр в клетке. Едва мы вошли в читальный зал, как он тотчас оттащил моего спутника в сторону и стал о чем-то яростно шептать ему на ухо. Либурх остановил гиганта и подозвал меня.

– Ты должен это слышать, наследник, – уселся на скамью библиотекарь и посадил нас рядом. Тумма быстрым жарким шепотом поведал мне о недавнем военном совете, невольным свидетелем которого он стал. Закончив рассказ, он скомканно попрощался и ушел.

– А вот и те самые новые сведения, – невесело подытожил рассказ целителя библиотекарь. – И Лига меча, и Торговый союз мечтают прибрать Дорчариан к рукам.

Я схватился за голову.

– К Остаху побежишь? – участливо спросил меня Либурх.

Я отрицательно помотал головой. Мое желание побыть одному после услышанного только усилилось. Требовалось разложить все по полочкам. А где это можно сделать наилучшим образом, как не в библиотеке? Видимо, опытный педагог прочитал что-то по моему лицу. Он отвел меня в знаменитый закуток, где когда-то жил наставник. Вскоре старик вернулся с вареньем и заваренным копорским чаем – мой подарок пришелся ему по душе.

– Мне нужно работать. А ты можешь быть здесь столько, сколько захочешь, – уходя, сказал Либурх.

И я остался один. Выпил чашку горячего чая, полакомился вареньем и улегся на узенький топчан, заваленный книгами. Положил руки под голову и уставился вверх, разглядывая одинокий гамак под крышей.

«Сколько же лет прошло с тех пор, как в нем последний раз побывал Эндир? И как ему было не страшно не грохнуться оттуда во сне? Отчаянный у меня был дед, бедовый».

Понятный мальчишеский зуд и любопытство толкали меня наверх. Неудивительно, что осторожная мысль: «За столько лет гамак, наверное, совсем ветхим стал?» – была признана недостойной и отброшена. Что тут думать – сейчас заберусь на стеллажи и все узнаю! Где тут лесенка?..

Гамак оказался на удивление крепким. Железные штыри-крепления намертво вбиты в стены и надежно удерживают веревочную конструкцию. Рядом с изголовьем на стеллаже лежит пушистым ковром многолетняя пыль, похожая на первый снег. Я смел ее и обнаружил пустую чернильницу. Получается, дед на такой верхотуре еще и писать умудрялся? Впрочем, если лечь вот так, а под грудь положить подушку… То даже удобно.

Вскоре я перевернулся на спину и погладил прохладный каменный потолок, сводом уходивший вверх. Стык стены и потолка у изголовья показался мне каким-то неправильным. Я осторожно потянул на себя приметный выпуклый камень. Камень оказался удивительно легким и без усилий вышел из кладки. Положив его на стеллаж, я заглянул в нишу. Там что-то было! Запустив руку внутрь, я бережно достал прямоугольный предмет. Вскоре я разглядывал пухлую тетрадь из дорогого пергамента. Смахнув пыль с обложки, я с трудом прочитал: «Как сберечь Дорчариан и победить Империю».

Ну, здравствуй, дедушка Эндир.

Теперь я точно знаю, какую книгу буду читать все ближайшие месяцы.