Читать книгу "Белая Лебедушка"

Лягушонок

 
Плыли вдаль куда-то Тучки,
По ведру воды взяв в ручки…
Подскочил вдруг Ветерок,
Их толкнул и сбил вон с ног!
Расплескалася водица…
Как на землю заструится,
Будто сильный-сильный душ!
Сразу стало много луж…
В самой тёплой, головасты,
Головастики хвостасты
Поселились: – Здорова
Наша очень голова.
Потому мы всех умнее,
Значит, делать всё умеем! —
Шум такой подняли, крик,
С страха что умчался Бык,
Хвост задрав трубою, с луга!
– Убегай и ты, подруга! —
Он Коровушке мычит, —
Та к нему стремглавши мчит,
Прихватив с собою вымя,
С ним то вкусное, чьё имя —
Ах! – парное молоко…
Птицы взвились высоко!
Звери спряталися в норы…
Убежало Эхо в горы…
Стыдно им: пойдёт молва,
Что мала их голова…
Лягушонок прыгнул к луже:
– Голова моя ли хуже
Головастиков голов?!
Но обидно – нету слов! —
Терпит тут же пораженье,
Правду кажет отраженье:
Кроме пары задних ног
Да брюшка ничто не смог
У себя узреть большого…
От обиды – то не ново! —
Слёзы брызнули из глаз…
Лужа вширь и разлилась!
Стала озером и морем.
Океаном! В коем вскоре
Появились корабли…
И Киты хвостом гребли
За рыбёшкой и планктоном…
С диким ужасом и стоном,
Не умел кто плавать, мчал:
Шёл на них Девятый вал!
Лишь не струсил Лягушонок:
Грёб со всех своих силёнок
Парой длинных задних лап!
Вот и вал не сделал «Хап!»
Он на твёрдость вышел суши.
Похвалу внимают уши:
– Ловкий, храбрый ты пловец,
Лягушонок. Молодец!
Победил ты буйность моря,
И теперь не знаешь горя. —
Мыслить стал с тех слов герой:
«Знать, и я умён порой!» —
Эта мысль его взбодрила!
Но тут Солнца жар немило
Кожу стал ему палить…
Лягушонок во всю прыть,
Чтоб иметь над ним завесу, —
Прыг да прыг! – помчался к лесу
Со всех задних прытких ног,
Там забился под кусток…
Но и здесь луч жаркий Солнца
Вновь достал!.. Опять печётся
Лягушонок… Слышен всхлип!..
Вдруг он видит: в метре Гриб
Стал расти… В мгновенье ока
Над землёй он встал высоко!
Не имел двух пар он ног,
Но стоять как крепко мог!
И приветствовал всех шляпкой!
И к нему походкой шаткой
Лягушонок – нет уж сил! —
Потихоньку потрусил…
И – под шляпку, где тенёчек
Самый милый был дружочек!..
Ах, какая здесь прохлада!
Как ему душа-то рада!..
Но жужжанье слышит ухо:
То грибная злая Муха
Проявляет подло прыть,
Яйца в Гриб чтоб отложить,
Он личинкам – инкубатор…
Тут, как стойкий гладиатор,
Лягушонок ринул в бой:
– Я расправлюсь вмиг с тобой!
Не отдам в обиду друга! —
Лапой сжать желает туго…
Но хитра грибная тать
И вертка, ввек не поймать!
Да и сил нет, душит голод,
По макушке бьёт, как молот,
Ещё миг, и он вобьёт
В землю враз по самый рот —
Языку он славный эллинг,
Если точный даст глаз пеленг,
Мухе этой язычок
Тотчас меткий даст щелчок!
И отправит вмиг в животик…
Вот какой он чудный дротик!
Так и сделал, и одна
Живота достигла дна.
Но пришла ей тут подмога,
Налетело сразу много!
Подкрепленье – комарьё…
Это то ещё зверьё!
Но боец наш был проворен!
Щёлкал их, как кучу зёрен…
Потому-то эту рать
От Гриба сумел прогнать!
И стоит тот не червивый,
А ядрёный и красивый,
Лягушонку дарит он
Благодарственный поклон…
– Вот теперь меня в корзину
Грибники возьмут, чтоб в зиму
Нагонять им аппетит… —
И ведь точно: уж сидит,
Улыбаяся, в кошёлке:
– До свиданья, мох и ёлки!
Я в грядущем же году
К вам опять сюда приду,
Разбредусь вокруг, как стадо…
Лес мне жизнь, любовь, отрада!
– Лягушонок, ты хоть мал,
Всех врагов моих подмял,
Хоть напором лезли диким…
Мощью был, умом великим
Эталон для нас, пример!
В голове весом размер
Занимают эти свойства
И толкают на геройство.
А те в луже, кто хвостаст,
Головой хоть головаст,
Поисчезли все куда-то…
Нет средь них, как ты, солдата!
Коль не веришь, – посмотри. —
И вприпрыжку – раз. два, три! —
Лягушонок был у лужи,
Нет, была она не хуже,
Головастиков лишь нет,
Всех пропал давно уж след,
Только вкруг трава примята…
И, как бесы, Лягушата
Скачут, скачут, кто куда!..
Головастиков нет тут,
Может, сдали в институт
Все экзамены экстерном?
На пути тогда, на верном.
Тут опять я оплошал:
Головой пред ними мал…
Но тут голос слышит звонкий —
Звон трепещет перепонки:
– Вот он, гений. Наш герой! —
И все-все к нему гурьбой
Прискакали Лягушата,
Лья восторг, как из ушата,
И подбрасывали вверх!
Ах, какой счастливый смех!
Взбудоражили округу,
Разбудив тем не подругу,
А престрашного врага —
Цаплю с длинным хищным носом.
Та вовсю ко всем с вопросом:
– Кто нарушил мой покой?! —
И сердито – топ! – ногой.
– Эй! Скачи, братва, за мною… —
Лягушонок всем. Гурьбою
Все под кочки и – молчок…
Цапля клювом – щёлк! да щёлк! —
В рот попала только тина…
Разругалась Цапля сильно!
Да такой капуш удел,
Вот и брюхо не у дел…
Восвояси улетела!
Повылазили тут смело
Лягушата и опять
Лягушонка все качать
Дружно, весело вновь стали!
Сотрясалась близь. И дали…
 

Май, 1998 г.

Гимн России

 
Россия, великая мира держава,
Стан братских народов – прекрасных людей,
Гордиться собою имеешь ты право
За труд и победы, глобальность идей!
 
 
Дивной культуры ты, речь бесподобная,
Мира поборник, коллега – в чести.
Родина-матушка, Русь благородная,
Здравствуй вовеки, мужай и цвети!
 
 
От княжеств разрозненных, распрей, орала
До мощной индустрии, сверх – в закрома,
Под стягом единым ты гордо шагала
И первою в космос вошла, не хрома!
 
 
Гордость истории, воля народная —
Совесть и судьи, опора в пути.
Родина-матушка, Русь благородная,
Здравствуй вовеки, мужай и цвети!
 
 
Пусть недруги мечут зло хищные взоры,
Тебя растерзать чтоб и в бездну столкнуть,
Свои оградишь ты родные просторы,
Укажешь вдаль миру порядочный путь!
 
 
Духом с народом будь, в чаяньях сходная,
Дикость веков, зла разгул отмети!
Родина-матушка, Русь благородная,
Здравствуй вовеки, мужай и цвети!
 

2000 г.

Гимн России
Акро

 
России история выдала право
Отменный народов взлееять Союз.
Свобода, успехи, победы и слава —
Созвездие духа, труда братских уз.
 
 
Искренни помыслы, речь бесподобная,
Яркой звездою нам светишь в пути,
Дивной культуры ты, мать благородная,
Есть ли надёжней, с кем к цели идти!
 
 
Рычащая недругов злобствует свора,
Желая на клочья тебя растерзать…
А кто, не народ как, тебе лишь опора —
Великая, мощная, верная рать!
 
 
Аурой честь твоя дивною венчана.
Рог изобилия примет народ.
Ода истории правдой извечная.
Совесть, порядочность – благо, оплот.
 
 
С древнейших веков ты весомая в мире.
И первою в космос ступила ногой!
И поступь стремительней, шаг будет шире!
С тобой всем землянам да будет покой.
 
 
Лейся, народная песнь величальная!
Архимогучей Русь сделает труд.
Верим, с тобою жизнь ввек идеальная,
Азимут верный, с пути не свернут!
 

2015 г.

Три богатыря

 
Балалайка – три струны,
Мчишь свой звук аж до Луны,
У лунатиков он масс
Вызывает бурный пляс
Так, что камни из-под ног
К нам летят, аж за порог!
Городов и деревень
Ты отрада всякий день.
Голосистостью своей
Ты как вешний соловей!
Коль подружка томных пар, —
Жжешь любви в них пылкий жар!..
Восхищенья вечен стаж:
Колыбельную и марш,
Задушевную до слёз
Песнь строй в души твой привнёс,
Состоянье наших душ
Отражаешь без баклуш.
Удаль наша ты и стать!
Горе можешь залатать,
Сокращаешь даль дорог,
У берёз займёшь тенёк,
Устремишь наш к звёздам взор,
Вознесёшь на пики гор!
Вдохновен был твой творец,
Что живёшь ты средь сердец
У народа уж века,
Ты в руках его – прытка!
Враг попрёт коль напролом, —
Поразишь своим углом!
Для оркестра ты – почёт,
Коль солистка, – мёд течёт…
Балалайка – три струны,
Гордость ты родной страны
И, коль жив её народ,
Звук твой дивный не умрёт!
Как и дудочки-рожка,
Стада верного дружка.
И, конечно, ложек стук —
В разазарте ловких рук
После супа, после каш,
Облизав до блеска аж!
Породил народ не зря
Звуков три богатыря,
Сочен голос их, не лжив,
Потому и вечно жив!
 

Август, 2015 г.

Принесла старушка-мать…

 
Принесла старушка-мать
Из лесу берёзку:
– Буду вот, сынок, сажать
Под ночную роску…
 
 
Укрепится корешок, —
Встанет пышно, статно!
А скукожится мой срок
Жизни безвозвратно,
 
 
Может, вспомнишь обо мне,
На неё взглянувши,
Хоть неясно, в пелене…
Кровные, ведь, души!
 
 
Тяжко вдовушкой прожить,
Сыну – без папаши:
Усмирил он вражью прыть!
Без вести пропавший…
 
 
Эхом лишь в душе моей
Всё блуждает блёстко
Слов его ко мне: «Милей
Нет тебя, «Берёзка!»
 
 
Это мне давало сил,
О тебе – заботу,
Чтоб нормальным, сын, ты был,
Не подобен моту.
 
 
Даст тебе берёза в зной
Томную прохладу
И напиток чудный свой,
От недуг – отраду,
 
 
В холод – шубу из тепла,
Мрак рассеет светом,
Чтобы радостно текла
Жизнь на свете этом!
 
 
В ней законы все блюди,
Их держась порога.
Лик берёзоньки – судьи:
Спросит в этом строго!
……
Много лет прошло с тех пор.
Сгинула избушка,
Превратясь в бурьян-бугор,
Мать – в земле – старушка…
 
 
Влез её сырой приют
В землю, как заноза…
Лишь величественно тут
Высилась берёза!
 
 
Но однажды в знойный день
Лимузин с эскортом
В это место, будто в пень,
Ткнулся! Вышел с гордым
 
 
Видом некий важный тип,
Вслед – его компашка,
В честь его снимая клип…
– Хай, что ль, деревяшка! —
 
 
Он берёзе произнёс, —
Всё даёшь всем счастье?..
Видишь, я не куцый пёс,
Минул все напасти!
 
 
Что твоя под солнцем тень?!
Вот меня… крышуют
День и ночь, и им не лень,
Сумму – хап! – большую.
 
 
Сок по капле твой течёт…
Как из водопада, —
Блага мне и мне почёт,
И пиров услада!
 
 
Лечишь древне ты, не спорь…
Из меня светила
Медицины гонят хворь!
Взявши сумму мило…
 
 
С стадом мне тепло лежать
Юных проституток…
Мне положено. Я знать!
Право то. Без шуток!
 
 
Да в любой, к тому ж, момент
Мне юга подвластны,
Греться чтоб, да не за цент.
Сервисы прекрасны!
 
 
Перед ними блекнет твой
Пыл и свет лучины…
Я в салютах с головой!
Весел! Нет кручины.
 
 
Власти разных всех мастей
У меня под пяткой.
Не найдут их ввек костей,
Брезгуют коль взяткой.
 
 
Мне хвалебный балаган
Гонят СМИ дни, ночи,
Брёх их то же, что наган, —
Конкуренту корчи.
…….
В это время пеленой
Туч накрылось небо…
Молний буйство! Гром шальной!
– Под берёзу мне бы!.. —
 
 
По могиле пробежав,
Спрятался под крону…
«Ум, как видно, мой не ржав,
Хоть надень корону!
 
 
Эти… спрятались в кусты…
Ну, и разумочки!
До чего ж они пусты…
Быть им всем в отмочке!
 
 
Надо мной могуч шатёр —
Всё листок к листочку…» —
И, на выгоду остёр,
Мысли ставит точку:
 
 
– Вырву с корнем я тебя,
Высажу как диво
Перед замком у себя,
Будет раскрасиво!
 
 
Буду я владеть один
Тем, чем ты богата.
Ты – слуга, я – господи… —
Света всплеск! Раската
 
 
Грома грянул весь запал,
Вон прервавши лясы!
Тип вмиг замертво упал
С ужасом гримасы…
 
 
Подбежала челядь вмиг,
Окруживши босса,
Видит: траурный пикник
Напрочь сбил колосса…
 
 
Быстро сделали звонок,
«Скорой» чтоб явиться
И полиции с всех ног!
Как один, все лица
 
 
Повернули к одному,
Ставшему вдруг важным,
Присягнувши тем ему
Молча. Он вальяжным
 
 
Тоном молвил: – Подберут.
Видно, что стихия…
Делать нечего нам тут,
Ждут дела лихие!
 
 
И, оставивши лежать,
Кто никто уж чином,
Поспешила дружно рать
Ко своим машинам…
 
 
Сел тип важный в лимузин:
«Ай, да мне награда!»
– П-шла… Вперёд меня вези,
Лихо, кавалькада!
 

Февраль, 2016 г.

Сосна

 
В великолепии отменном
На берегу Сосны был стан,
Она над всем стояла бренным,
Горда, как в море капитан.
 
 
И непременным атрибутом
Был, восхищённый ею, взгляд!
И крона парусом раздутым
Стояла годы все подряд…
 
 
Кромсал её в охотку шишки,
Любивши лакомиться, клёст,
И дятел ствол без передышки
Долбил, воссев на верный хвост…
 
 
Резва, по ней скакала белка!
В реке Сосны купалась тень,
И было ей совсем не мелко…
Накрывшись тенью, целый день
 
 
Разнообразье рыб плескалось,
Меча к еде упавшей страсть,
И рыбаки, хотя б на малость,
Спешили в тень забросить снасть!
 
 
Там дети, будто обезьянки,
Слетали с визгом в лоно вод
С своей излюбленной «тарзанки» —
Неугомоннейший народ!
 
 
Свила гнездо там в кроне пташка
С своим до смерти мил-дружком,
И вскоре, было как не тяжко,
Птенцы покрылися пушком…
 
 
Всех баловало это диво —
Сосна – тянула, как магнит.
Но в бурю вдруг река бурливо
Подмыла берег-трон, летит
 
 
И вместе с ним Сосна – в стремнину,
Гнездо с птенцами прихватив,
Явивши жуткую картину…
Погиб дружок, хоть был ретив,
 
 
Не упорхнул из плена кроны…
Смогла лишь пташка уцелеть,
Её надрывный крик и стоны
Стегали всё вокруг, как плеть!
 
 
Металась дико, исступлённо,
Родное чтоб спасти, вернуть!..
Но буря яростного клона
Лишь нагнетала жути жуть,
 
 
Швыряла, гнула, вырывала,
Ломала, всё вертя волчком,
И было буйства ей всё мало,
Ехидно жизнь ловя сачком!..
 
 
Боролась с бурею пичужка,
Но силы, явно, не равны…
В какой-то миг небес подружка
Во чреве бешеной волны
 
 
Гнездо, птенцов на миг узрела,
Вся встрепенулась и стремглав
В пучину вод безумно смело
Вонзилась, страх прочь отогнав!
 
 
И…
Рабски бури внявши кличу,
Река ещё какой-то срок
Глотала новую добычу,
Пока азарт вон не истёк…
 

Март, 2016 г.

Щебетала пташечка…

 
Щебетала Пташечка радостно в лесу:
– Чудные яички я в гнёздышке снесу,
Выкормлю я детушек, научу летать,
Будет всем нам весело, блажь и благодать!
Не одно – сироткою, а снесла все пять.
Стали все вкруг охати и вовсю ругать:
– Ах, ты неразумная! С ними маята
Будет ежедневная! Участь испита.
От натуги сгорбишься, будет твой падёж…
Ох, же и намаешься, это ж молодёжь! —
Но она плотнее лишь прижималась к ним:
«Будет каждый дорог мне, горячо любим!» —
Были без прохладца всё ночи, дни без сна.
Стала жизни новой вдруг скорлупа тесна…
……………
Вылупилась первою Дочка из яйца,
Дивная фигурочкой и красой – с лица!
Стала сразу требовать повкусней еды,
Всё жучков да гусениц, но не лебеды,
Всё на лик смотрела свой чудненький в росе,
Ей чтоб лишь заботушка и восторги все!
Рано тараторкою стала щебетать,
Непоседы, резвости виделась печать…
И металась Матушка дни все без конца,
Вся-то посунулась с тела и лица…
Но смогла обязанность – чудо-званье «Мать» —
Вовремя и полностью сладко исполнять.
Восемь дней так маялась – немощь, лень, отчаль!
……………
«Что же остальные там?..». – Но прошла печаль,
Коль над нею сжалиться день восьмой всё ж смог:
«Вот он, вот проклюнулся, милый мой Сынок!» —
Этот был степеннее, чувствовалась стать,
Медленно выхаживал, но умел летать!
Совесть, справедливость в нём свили два гнезда.
Качествами этими он – сама звезда!
Был он рассудителен, правдой бил в глаза!
……………
Через два – ещё Сынок! Этот егоза,
Озорник и выдумщик, шустрый, весельчак!
Но ловить вот мошек он не хотел никак:
– Не умею, знаете… Ловит пусть мой брат.
Тот же, сердобольнейший, всем помочь был рад!
Поналовит уйму их, – поровну раздаст…
На подвохи Меньшенький был всегда горазд:
То как будто Коршун он: прячься кто куда!
В дождь на ветку вспрыгнет он – и на всех вода…
На носы навешает скользких Червяков…
Сеть на них набрасывал страшных Пауков!..
Докучал задиристо Брату иногда,
Это-то на Старшего! Просто с ним беда!
Перья выдиралися! Как снежинки, – пух…
Но Сестрёнка строгая по затылкам – плюх! —
И катились слёзы их, как ручьи весной…
Кто бы ожидал судьбы в драках их иной?!
Ведь суровый вид Сестры и её глаза —
Пострашнее ночи тьмы, то же, что гроза!
Так могла Сестрёнка их чудно унимать.
Пожурить, посовестить – всё, могла что, Мать.
……………
У неё заботушка: два яйца молчат,
Всё не кажут глазонькам миленьких птенчат…
Совесть, видно, в души тем поддала пинка,
И они представили через два денька,
После Дня рождения Младшенького, двух,
Сразу двух Дочурочек! Захватило дух
У Мамаши-пташечки!.. Радость выше крон!
– Нет, недаром верила в радостный свой трон!
Как одно, – два личика, рост и голосок:
– Здравствуй, жизнь! – и быстренько из скорлупок – скок!
……………
– Вот семья и полная, завершён наш сбор! —
И дивился диву весь, весь строптивый бор…
Началась кипучая, как одна, их жизнь…
Мир, душе и глазонькам, их любя, явись!
Так и жили. Всякое было… Но пора
Деточкам отправиться в путь свой со «двора».
Мать своё напутствие так давала им:
– Связывайте узы вы с родом лишь своим.
Ох, да разве детоньки внемлют всё всерьёз?!
Вот и послушались… Тут и началось!…
……………
Первой из семейства их даст как стрекоча
Старшая, вмиг «вылетев» резво за Сыча.
Тот сидел спокойненько… Крепок под ним сук.
Деловит, хозяйственен, верный ей супруг.
Ни на метр имения он не покидал,
Кругозор поэтому был предельно мал.
Всё-то это жёнушке сбило вмиг весь план,
Ведь мечтал о танцах всё её чудный стан!
Ну, а тут, в имении, скука, серость, тишь…
С этого тоскливейшее как не загрустишь!
Потому-то глазоньки и метались вкруг:
«Где весёлый, резвый где, в танцах чудных друг?!»
Вот и отчуждение началось с Сычом…
Тут лишь докумекала, был наказ о чём…
Глядь, уж Тетерев к ней – прыг! – в танцах распригож!
«Ах! Скорее в них мою радость приумножь!..»
……………
За сестрёнкой Старшею Старший брат – жених
Долго не мытарствовал, стал в знакомстве лих,
С Павою-молодушкой вмиг судьбу связал,
Ввёл на обручание в пёстрый птичий зал.
Ну, и допорхалися: сразу два дитя
Появилось в гнёздышке, ах, легко, шутя!
Паве чтоб внимание был бы каждый миг!
А не то в громаднейший враз пускалась крик!..
Всё бы ей выхаживать да блюсти наряд,
Клювик чтоб ей чистили, пёрышки подряд…
Но в семье обыденность много сил берёт,
В ней вдруг так запаришься, что разинешь рот…
– Беспорядок в гнёздышке?! Ну, ты, птах, хорош…
Коль тебе не нравится, сам и приберёшь!
Ну, и что, что мусор вкруг, пыль и скорлупа?
Убирать мне вредно, птах, в этом я тупа.
Птах всё отлучается, чтоб гнездо стеречь,
А вернётся, встретит он безразличья речь
На вопрос: «А есть-то что?» – Что-нибудь найдёшь…
Если нет, то сам сготовь: в этом уж хорош.
Было не до этого, каждый день, ведь, бал!
Всё наряды мерила: модный чтоб, не мал… —
Вновь тут Старший вспоминал Матери наказ,
Что давала им всерьёз, не один-то раз…
«Ну, да что поделаешь, потерплю чуток,
Может, всё наладится чрез какой-то срок…»
……………
Младшие Сестрёночки, наступил коль срок,
К морю понаправили свой полёт высок!
Свили там по гнёздышку, каждая с своим
Суженым, и любо им в них сидеть двоим!..
В пререканьях шустрыми были с Мамкой здесь,
На чужбине – тихие, поуняли спесь…
Обживутся с временем, щебетать начнут,
Зашустрят в тех гнёздышках, как у Мамы тут!
Слали вести Матери песенкой взахлёб,
Что у них отлично всё, не скучала чтоб!
Разве сердце Матери только лишь насос?!
Всё всегда волнуется… У самой тьма слёз:
Ах, её как детушки, жизнь их без неё?
Не напали б Коршун вдруг, хищное Зверьё!
Те живут, не ведая крошечки о том,
Участь что их Матери, будет их потом…
Что, коль у них ладно всё, оптом и молчат…
Но молчанье детушек Матери – что яд.
Так её возрадуйте чуткостью своей,
Делаючи жизнь её чуточку длинней —
Долг ваш в этом, детушки!
……………
Ну, а что ж Сынок
Младшенький не женится? Аль сыскать не смог?
Нет, летал и ждал всё он… А зачем аврал?
Он себе всё кралечку-экстра выбирал…
В этом он старательно цель тянул, как вол,
И наткнулся радостно! В сердце, будто кол,
Тут любовь вонзилася! Поискам всем – кышь!
Вот она, Летучая – эта краля – Мышь!
Матушка шарахнулась, в обморок тотчас…
Он же, грудь колёсиком, скачет, будто ас!
– Ничего не смыслишь ты, Матка, в красоте.
Это шик – вверх ножками виснуть в высоте!
Много я мытарствовал средь лесов, полей,
Счастье выдал случай мне, я в пещеру к ней
Залетел нечаянно… Глядь, на своде вниз
Там висел головкою мой любимый приз!
И в гнезде законное будет он иметь
Место. И запомни ты это, Матка, впредь!
На полу он площади не займёт никак.
Я один средь наших всех мудр и не простак! —
– Что ж, сыночек, – молвила ему мило мать, —
Выбрал себе по сердцу, любо это, знать…
Как бы не клевать себя до крови потом… —
И вселилась Мышка та в гнёздышко – их дом.
Липла к потолку она днями напролёт,
Пища не готовится, дом не приберёт,
Только на полу всегда от неё… помёт.
Ночью отправлялася резво вон в полёт!
Возвращалась утречком, когда Солнца свет
Всей землице родненькой милый слал привет.
И опять козюлькою липла к потолку…
А Меньшой хозяйствовал… Да на всём скаку:
Надо насекомых ей кучу наловить —
Это же искусство, в нём требуется прыть!
Ну, а сам, как щепочка – вся в неё еда.
На ногах он держится потому едва…
За неё цепляется, а на всех он зол:
Ничего не смыслите, вы тупые, мол.
Так разъерепенился, что Мамашу в глаз
Клюнул он и в темячко – не один-то раз!
Та чуть слышным голосом: – Ах, за что, Сынок?.. —
И со стоном горестным вдруг свалилась с ног…
И не стало Матушки; листьев холм над ней…
Нет родимой Матери ничего милей!
Улетел, не кинувши ей на грудь листа,
Младшенький, любименький, зло скривив уста!..
Где нашёл обитель он, знает, знамо, лишь,
Да, да-да, Летучая – краля сердца – Мышь.
Видели похожего, коноплю и мак
Что клевал-говаривал что-то «… не дурак»…
Видел, кто глазастее, как во тьме ночной
Прилетала к холмику Мышь одна стрелой,
Повисала радостно на суку над ним:
«Так тебе, проклятая! Сын твой мной раним
В сердце его глупое; стала ты чужда,
Я его науськнула, чтоб была вражда,
От тебя отделалась – радостный итог!
Над тобою листьев холм, прямо, скажем, стог!» —
Видели глазастые, рано ль кто встаёт,
С Солнцем улетала прочь! Только лишь помёт —
Кучею над холмиком теплился – злой клад,
Нёс что вкруг зловоние, испаренье-смрад…
Кучу ж сердобольные Черви и Жуки
Удаляли спешненько – это им с руки:
Кто-то благороднейше в нашей жизни ведь
Должен от души, от всей, к нам Любовь иметь!
 

Апрель, 2016 г.

Басенка

 
Шёл, шёл, шёл куда-то Слон,
Ох, устал с того же он…
На ландшафт вокруг взглянул:
«Хорошо б найти где стул!»
Тут увидел он пенёк,
А над ним кустов тенёк…
И с своих последних сил
Вмиг к нему! Сел. Раздавил
Только Мошку невзначай…
Неуклюжий! Ай-ай-ай!
Застеснялся… Грусть-печаль… —
Так ему, де, Мошку жаль…
«Чтоб была мне в мире честь,
Прежде чем куда-то сесть,
Где сидеть уж кто-то рад,
Буду я смотреть на зад!»
 

Апрель, 2016 г.