Читать книгу "Истории для взрослых и не очень"

Соленый огуречик

В нашей деревне никогда не было дороги; и вдруг, когда деревня понравилась какому-то о-о-очень большому начальнику, она быстренько появилась – и не какая-нибудь, а асфальтированная. И, конечно, сразу же (и откуда они взялись?) появились крутые велосипедисты, неустрашимые скейтбордисты, мальчишки и девчонки на роликовых коньках и, конечно же, художники. Деревня у нас немаленькая, и дорога, соответственно, длинная, но тем не менее изрисована она была вся: красивые принцессы, безобразные монстры, пейзажи и натюрморты, комментарии к рисункам и просто иностранные непонятные мне слова. Все было на этой длинной картине, даже написанное большими буквами сообщение о том, что «Мишка сердце Светку», около Светки мелко приписано «дура», и это безобразное слово кто-то зачеркнул красным мелком. Велосипедисты, конькобежцы и художники на асфальте – это естественно, но чтобы асфальт подошел бы еще и для местного хора… Это было неожиданно, но я этот хор видел собственными глазами, катаясь на велосипеде для своего удовольствия. Хор состоял в основном из девочек младших классов. Какой-то трех– или четырехлетний мальчишка сидел в сторонке в качестве любителя хорового пения и время от времени невпопад помогал девочкам петь. День был солнечным, асфальт – горячим, а хор был в ударе. Когда я около них остановился, они пели популярную песню про кузнечика… «Совсем как огуречик, зелененький он был».

Когда песня была допета, я осмелился их поправить: «Девочки, мне кажется, вы поете неправильно. Ведь огуречик не всегда зеленый, чаще он бывает соленым, ведь так? Вы подумайте». Наверное, я поставил их в затруднительное положение. Хор стал шумно обсуждать, как им теперь петь. Чтобы не мешать им, я уехал. На обратном пути, возвращаясь с конца деревни, я услышал: «В траве сидел кузнечик, совсем как огуречик, солененький он был».

– Девочки, я не прав. Ну какой же кузнечик солененький? Кто-нибудь из вас пробовал кузнечика на вкус?

Одна девочка брезгливо наморщила нос. Они опять заспорили, я уехал, но ни в этот и ни в какой другой день я этого хора больше не слышал. Боюсь, по моей вине этот замечательный коллектив распался. И ведь знал же я, что из песни слова не выкинешь.

Башмак без пряжки

Одна знакомая мне сочинительница сказок в одном из своих путешествий оказалась в музее, где главным экспонатом были старинные башмаки, один из которых был без пряжки. Они были выставлены на самом видном месте. Это ее сильно удивило, она попыталась узнать, чем же они интереснее других экспонатов, почему именно они стоят на самом видном месте. Выяснить это у нее не получилось, экскурсовод посоветовала ей иметь в виду, что музей располагается в бывшем королевском дворце. Вот, собственно, и все, но для сочинительницы сказок этого оказалось достаточно, чтобы история с башмаками получилась вот такой:

В одном не очень известном королевстве, где королем был Недотепа XIII, всем жителям и взрослым и детям жилось очень даже неплохо по сравнению с жителями других королевств. И, может быть, именно поэтому (был бы повод) королева еженедельно давала бал. Ей хотелось, чтобы каждый из них заканчивался какой-нибудь чудесной историей, похожей на ту, которая произошла в соседнем королевстве, где неизвестная девушка, хорошенькая и веселая, торопясь с бала домой, потеряла одну из своих хрустальных туфелек. На взгляд некоторых, туфельки были прелестны, но не очень удобны. Согласитесь, в таких особо не потанцуешь. Правда, все закончилось хорошо: и туфелька нашлась, и девушке повезло – она удачно вышла замуж за принца.

В нашей истории все было не так.

Когда принц, любимый сын короля и королевы, подрос и первый раз появился на балу, приезжие принцессы просто ахнули. Еще бы: он был очень хорош собой, улыбчив, галантен и, что особенно приятно, Недотепа. Несимпатичные принцессы решили, что у них появляется шанс выйти замуж. От Недотепы ведь всего можно ожидать.

Говорят, как только принц осознал, что он принц, он выбрал подходящий момент, подошел к отцу, королю Недотепе XIII, и спросил: «Отец, тебе не приходило в голову, что наше имя нас унижает? Разве может человек с таким именем не быть смешным?»

– Все не так просто, сынок, – сказал король. – Во-первых, Недотепа – не имя, а прозвище. Наше имя, если при его написании (как это принято среди королей) перечислить все имена знаменитых предков и их заслуги, не уместилось бы на одном листе. Им пользовались в особо торжественных случаях.

Основатель нашей династии, король, имя которого даже читать устанешь, был, наверное, человеком остроумным. Он знал, что жители королевства его любят, но им не хватает терпения выговаривать его длиннющее имя. Скорее всего, для простоты произношения, народ прозвал его Недотепой. Недотепа I был человеком простодушным, доверчивым, добрым, попадающим во всякие истории. Добрые и честные люди часто выглядят смешными. Именно поэтому его и любил народ. Добрый – значит хороший. Ты не задумывался над тем, почему так недолго просуществовали династии «Зверил», «Солдафонов» и «Напроломов»? Их уже не помнят, а мы, Недотепы, все еще царствуем, и королевство наше процветает?

Принц хотел было задуматься, но сказал сам себе: «Еще успею», – и побежал в одну из башенок замка, где у него жил прирученный им сокол.

– Привет, – сказал он.

– Привет, – буркнул сокол обиженно.

– Ты видел сегодня девушку с хворостом, которую мы встретили на прошлой неделе в нашем лесу?

– Нет, не видел. – Сокол был явно чем-то озабочен.

– Да что с тобой? – спросил принц.

– Так, плохое настроение, скучаю по охоте.

– Прости, потерпи до завтра. Надеюсь, ты запомнил, где она живет?

– В домике лесника.

– Так я и думал. История повторяется, – загрустил принц. – Ну уж нет. У меня все будет по-другому, никаких хрустальных туфелек, никаких Золушек.

Принц подошел к смотровому окошку. Он увидел старинный пруд, окруженный вековыми ивами, одичавший парк, липовую аллею, исчезающую в гуще леса, голубые перелески, холмы, едва видимое море. Он представил себе, как однажды он встретит в лесу заблудившуюся девушку.

– Не бойтесь меня, я не сделаю Вам ничего плохого, – скажет он. – И потом, когда-то давно я помог Вам нести хворост, помните?..

– Конечно, помню, ведь это было на прошлой неделе, – смеясь, сказала миловидная девушка с вязанкой хвороста.

– Разве? – удивился принц.

– Ну да, это было в прошлую среду, – вспомнил он. – Простите, я так размечтался, что нечаянно оказался в лесу. Недотепа.

– Мне очень приятно. Марианна, – наклонив голову, представилась девушка. – Какое у Вас смешное имя, Недотепа.

– Да, к сожалению, оно означает «нескладный, невезучий, бестолковый человек», то есть я, – сказал принц.

– К Вам это вряд ли относится, – вежливо заметила Марианна, положив на старый пень свою вязанку.

– Вы очень добры, – поклонился девочке хорошо воспитанный принц. – Знаете, Марианна, мне кажется, что Вы – именно та девушка, о которой я мечтаю. Вы так прекрасны, что, наверное, и сегодня, когда я вернусь домой, я буду думать о Вас и надеяться увидеть вас во сне.

– Хорошо, я Вам приснюсь, это не самое трудное из того, чему меня научила моя тетя-фея.

– Уж не та ли, которая из тыквы может сделать приличную карету?

– Нет, она такими глупостями никогда не занималась. Она председательница общества волшебников и фей, изучающих возможности использования волшебных палочек для наполнения ветром парусов кораблей, плывущих в Китай за чаем, так любимым нашим семейством. Наша хижина над ручьем, где резвятся форели – самое подходящее место для чайных церемоний. Тетя любит у нас бывать. Мы разговариваем о волшебных странах, загадочных животных, о чудесных приключениях и даже о людях, живущих на луне. Тетя любит порассуждать на такие темы. Мы с папой ее очень любим… Она его сестра, и он над нею все время подшучивает, он однажды сказал ей, что земля круглая. Мы тогда с тетей так над этим смеялись, что он даже на нас обиделся. Он очень добрый, и лесные жители, звери, его не боятся. Когда он идет за грибами, они приводят его на такое место, где одни только белые, а однажды медведь показал ему браконьера с ружьем. Отец сильно удивился, увидев этого браконьера. Он пришел с ним на поляну, где их встретило все лесное население: зайцы, белки, олени, волки медведи, даже барсуки, бобры, ежи, ужи, еноты и еще кто-то из местного болота.

– Что будем с ним делать? – спросил он зверей.

– Я могу показать ему свои острые зубы, – сказал волк.

– Я – свои длинные когти, – сказал медведь.

– А я, а я…

– Ладно, белка, не переживай, с него будет достаточно моих когтей и волчьих зубов, чтобы его наказать, – сказал медведь.

– Звери, вы что, – испугался отец. – Какое же это ружье, разве из него можно кого-нибудь убить? Друзья, я узнал этого человека. Он мухи не обидит. Это чудак из соседней деревни, он любит собирать всякие удивительные камни, птичьи перья, на что-нибудь похожие сучки и дарит их деревенским детям. На, волк, посмотри на это «ружье» – обыкновенный сучок… Придется его отпустить.

– Ладно, – сказал медведь.

– Ты нас не бойся, мы тебя не тронем, – сказали звери «браконьеру».

– Какая замечательная история! – сказал принц. – Вы когда-нибудь познакомите меня с Вашим отцом?

– Конечно, я ему уже рассказывала о том, как вы помогли мне нести хворост, мне еще хотелось бы познакомить Вас с моей тетей. Вы не думайте, она веселая, совсем не похожа на фею.

– Куда вы смотрите? – удивилась Марианна.

– Да вон же: какая-то женщина на поляне надевает венок на голову оленихи.

– Так это же и есть моя тетя. Пойдемте к ней.

– Здравствуйте, Принц, – улыбнулась фея, совсем не похожая на обыкновенную женщину. Ну не может фея быть обыкновенной, не может – принц в этом был убежден.

– Здравствуйте, дорогая фея, скажите (только извините меня за невежливость), а где феи живут? И много ли вас среди нас?

– Какой Вы еще ребенок, – улыбнулась фея. – Мне и самой интересно было бы узнать, много ли нас среди вас. Мне кажется, что это тайна. В одном только я уверена: феи всегда оказываются где-то поблизости от того места, где может понадобиться их волшебная помощь, например, являются принцу, уже уставшему искать неожиданно покинувшую бал прекрасную незнакомку.

– Благодарю Вас, – поклонился принц. Кланяясь, он увидел, что на одном его башмаке нет усыпанной бриллиантами пряжки. Эта маленькая неприятность его не слишком огорчила, с недотепами и не такое случается. И вдруг его осенило:

– Многоуважаемая фея! Не могли бы Вы помочь и мне. Я только что обнаружил, что потерял пряжку башмака. Невелика потеря, я понимаю, но у меня с ними связано одно приятное воспоминание. Именно в этих башмаках я встретил в лесу лучшую на свете девушку, вашу племянницу Марианну. Хотелось бы эту пряжку найти. Когда мы с Марианной поженимся и обустроимся в нашем замке, я эти башмаки поставлю на самом видном месте, на память об этом прекрасном событии в нашей жизни.

– Милый принц, разве Вы не поняли, что главное чудо уже произошло и без моего участия? Вы встретились с Марианной. А Ваши башмаки можно выставить и без пряжки, оставьте людям повод надеяться, что когда-нибудь найденная кем-нибудь пряжка принесет кому-нибудь семейное счастье.

Били Бонс, Капитан Немо и Виселица

Эти прозвища ничем не хуже, чем «Косой», «Кувалда» или «Вагонетка», ну разве что «Виселица». Он был просто тощим и долговязым, поэтому и «Виселица». Вот на них – трех приятелей-десятиклассников – я хотел тогда быть похожим. Однажды в наш двор въехала «эмка» (была такая машина), открылась дверь, и на ступеньке сверкнул шпорой красный на высоком каблуке сапог. Женская тонкая рука в шелковой перчатке указала на окошко комнаты «Виселицы». Из «эмки» вылез еще один человек в длинном черном плаще, под котором угадывалась шпага. Шляпу с петушиным пером незнакомец держал в руке. Во дворе, кроме Витьки «Плетня», никого не было. Незнакомец был иностранцем, он поднял шляпу над головой и изобразил на лице унылую гримасу. «Плетень» догадался, что иностранец интересуется «Виселицей»:

– А он еще из школы не пришел, он на дополнительных занятиях.

– Он что, твоешник? Он лопотряс? – удивился иностранец.

– Он отстающий, Анна Петровна с ним сама занимается.

– О, та он са это платить крофю, – незнакомец, сверкнув глазами взял «плетня» за плечо, – крофю, малчик.

«Плетень» готов был заплакать, у него задрожали губы.

– Граф, оставьте господина в покое.

«Плетень» обернулся. Красивая девушка из машины в светло-бирюзовом камзоле и красных высоких ботфортах приветливо ему улыбнулась. У нее были длинные, лежащие на плечах волосы и улыбчивые глаза.

– Вы господин… «Плетень»?

– Я.

Девушка улыбнулась.

– Вы не могли бы, господин «Плетень», передать господину «Виселице», что мы ждем его сегодня у барона де Буль Вара. Он знает, когда. Вы поняли, мы его ждем.

Иностранец опять сверкнул глазами: «Пуст не опастывать, инаше платит крофю». «Граф, прошу вас», – укоризненно сказала красавица. Они сели в машину и уехали.

«Плетень» не уходил со двора, пока не дождался «Виселицы».

– Они просили передать, что ждут тебя на бульваре Де. У барона, когда, ты знаешь.

– Что-что? – переспросил «Виселица».

– Опоздаешь, он тебя убьет.

– Ты чего несешь, «Плетень»?

– Да, граф так и сказал. Опоздаешь, и он убьет тебя. И была еще очень красивая девушка.

– Эх ты, Витька Плетнев, глупый мальчишка, они же из драмкружка, они мои друзья.

И «Капитан Немо», и эта красивая девушка, и «Билли Бонс», и «Виселица». Хотя какой спрос с Витьки Плетнева, если ему тогда, когда они так смешно его разыграли, было семь или восемь лет, и было это сразу после войны..

Большая Светина тайна

Жители деревни Оглоблино сильно удивились, когда солнечным июньским днем увидели прямо над головой крошечное, напоминающее запятую, облачко. Удивились они не сразу – ну облако и облако, мало ли на небе облаков, но в этот-то день небо было как раз безоблачным, и только над их деревней висела эта запятая, как воздушный шар на веревочке.

– Странно, – говорили одни.

– Непонятно, почему оно не тает, как положено облаку, – говорили другие.

– Я знаю, почему, – сказала девочка Света из третьего дома от леса.

– Я знаю, – сказала она женщинам около колодца. – Это «маленькие человечки», кто же еще.

– Кто? – спросила женщина с пластмассовым ведром.

– Ну такие, маленькие. Я их вчера в лесу на ландышевой поляне видела (ну вы знаете). А сейчас я еду к Поле и все ей про них расскажу.

– Светочка, погоди, расскажи сначала нам, что за человечки-то?

Но Света уже умчалась, да и с какой это стати она станет рассказывать о них этим женщинам, если о них ничего еще не знает ее лучшая подруга Поля.

Света и Поля познакомились в прошлом году, когда Полины родители купили дом в их деревне (в котором долго никто не жил), и сразу стали лучшими подругами. Поля училась в пятом классе и еще в музыкальной школе игре на флейте. А Света просто в пятом классе.

К калитке подошла ее бабушка и сказала: «Светочка, ты не могла бы приехать через полчасика, а то Полечка сейчас разыгрывается». Света расстроилась и хотела уехать, но в окошко выглянула Поля: «Светка, ты чего? Я выхожу, подожди».

– Поленька, ты куда? А занятия?

– Нам надо, – сказала Поля, садясь на свой крутой велосипед. Они поехали к мостику, самому живописному месту в округе, как сказал в прошлом году один художник. Раньше девочки даже не догадывались, что их ручей и мостик через него – живописные. Да и что такое «живописный», они тоже узнали от художника. Тропинка то раздваивалась, то опять соединялась в одну, спускалась к мостику. Сильно пахло травой и цветами. Собранный из каких-то случайных бревен и досок мостик был неказист, но чрезвычайно колоритен, так сказал все тот же художник в прошлом году.

– Вот это да. Художник на том же месте, что и в прошлом году.

– Надо ему рассказать про человечков.

– Света, про каких человечков?

– Потерпи.

Девочки, оставив велосипеды в траве, перешли по мостику ручей и подошли к художнику, молодому еще человеку, может, даже студенту.

– Здравствуйте, девочки, – сказал он, не отрываясь от своего этюда. – Вы хотите со мной поделиться какой-то тайной. Я слышал ваш разговор.

Он повернулся, вытирая красной тряпочкой кисточку.

– Какой прикольный, – сказала про себя Света.

– Вам что, так понравился наш ручей, что Вы приезжаете сюда уже во второй раз? – спросила она, не отрывая глаз от его редкой бороды, заплетенной в косичку.

– И не только ручей, подойдите поближе. Как вам мой этюд?

– Ничего особенного, – подумала Света.

Сверкающая на солнце вода, наклонившаяся к ней, старая ветла. Музыкальная Поля, прищурив глаза, сказала: «Мне кажется, все гармонично, нет отвлекающих деталей». Света смотрела на Полю, как будто только что ее увидела, но пришла в себя и, глядя в синие глаза молодого человека, сказала обидчиво: «Я, конечно, не разбираюсь в живописи, как некоторые, но мне Ваша картина даже нравится, хотя в ней и есть отвлекающие детали, например, облака. Я не вижу никаких таких облаков, как у Вас. Над нашей деревней всего одно облако, но, представьте себе, висит на одном месте с самого утра. Это вам не кажется странным?»

– Ничего себе наезд, – улыбнулся художник. – Хочу вам заметить, красавицы, насчет облаков, что художник может себе позволить увидеть то, чего нет перед его глазами. На моем этюде облака мне кажутся уместными, они подчеркивают настроение и делают пейзаж гармоничным, как сказала Ваша подруга.

Он слегка поклонился в сторону Поли: «Ну а еще что-нибудь о моем этюде вы можете сказать? Мне кажется, на нем чего-то не хватает? А когда я увидел вас на том берегу, я это понял со всей очевидностью. Итак, что могло бы его сделать еще более выразительным, как вы считаете?»

– На нем не хватает людей, – скромно заметила Света.

– Пожалуй, – согласился художник.

– Можете Полинку нарисовать, вон на том бревне пусть сидит и ногами болтает.

– Замечательно, как Вам, Поля, посидеть на том бревне и поболтать ногами? Да, девочки, ведь вы, кажется, собирались мне о чем-то рассказать.

– Это Света хотела.

– Да хотела, тоже про людей, но не тех, которых Вам не хватает на Вашей картине, а про совсем других, каких еще никто, кроме меня, не видел.

– Вот это да, – удивился художник. – Предполагаю, что это как-то связано с облаком, оно ведь действительно как будто прилеплено к небу.

– Наконец-то заметили, – буркнула Света.

– Ну так рассказывайте, – заинтересованно поторопил художник.

– Вчера я была в лесу, на ландышевой поляне, ну ты, Полька, знаешь, прямо на опушке. А они там стоят, на меня смотрят и не боятся.

– Ну а Вы, Света?

– Я потом испугалась, а сначала мне показалось, что они куклы, а когда увидела, что они живые, испугалась.

– Они страшные?

– Да нет, Полька, наоборот, они такие миленькие, и шерстка у них блестящая, они гораздо красивее нас.

– Стоп, девчонки, дайте прийти в себя, – художник, захватив свою бороду в кулак, смотрел на Свету так, будто она сама была покрыта шерсткой. – Так. Еще раз. Вы, Света увидели в лесу маленьких человечков.

– Да.

– Допустим.

– Я так и знала, что мне никто не поверит.

– Ну почему же, Света?

– Если бы Вы поверили, то не говорили бы «допустим».

– Представьте себе, Света, я Вам верю.

– Вот опять. Для чего тогда говорить «представьте себе».

– Света, не придирайтесь к словам. Я Вам верю. Просто все, что я услышал, кажется невероятным. И это как-то связано с облаком?

– Они хотят обратить на себя внимание. Наверное, инопланетяне.

– Ты думаешь?

– Вы представляете, один мужчина говорит женщине: «Ей бы очень пошла бы желтенькая шерстка…», – а у другого мужчины на голове была шапочка с золотым кружком.

– Погоди, Света. А сколько их было?

– Трое, женщина и двое мужчин, так вот, тот, кто в шапочке с золотым кружком, сказал: «Мы понимаем, что увидев нас – „живых кукол“, ты удивилась, а потом испугалась, и теперь не знаешь, как тебе поступить – убежать или поговорить с нами, узнать, кто мы такие и откуда взялись, ведь так?» – «Так», – сказала я.

– Что было дальше?

– Так вот он, ну который с золотым кружком, сказал: «Мы „Солианы“, мы люди, такие же, как и вы, и если тебе через некоторое время не покажется, что мы тебе померещились, я тебе позвоню».

– И он позвонил? – испуганно спросила Поля.

– Нет пока.

– Свет, а вдруг они какие-нибудь космические пришельцы, террористы или оборотни. Ты что, оставила им свой тепефон?

– Нет, он у меня не спрашивал. Я думаю, они такие умные, что уже сами как-нибудь объявятся.

– Девочки, извините, с вашей невероятной историей я даже забыл представиться. Я Костя, студент третьего курса художественного института. Можно мне высказать свое соображение насчет всего этого? Я думаю, когда эти маленькие люди увидели Свету, они решили, что надо идти на контакт с нами, «большими», потому что ты, Света, им понравилась, и, глядя на тебя, они сложили свое представление о всех о нас. Они думают, что мы все такие красивые, как ты…

– Это Вы, Костя, так шутите? – смутилась Света.

– Во-первых, девчонки, переходим на «ты». А во-вторых, я совсем не шучу. Я уверен, что господин в золотой шапочке обязательно Свете позвонит.

Телефон в Светинах джинсах действительно воспроизвел полонез Огинского.

– Оп-па, что я говорил. Приключения продолжаются.

– Здравствуйте… Да. Света. Хорошо. Хорошо. Скажите, а если еще Поля и Костя, мои друзья… Да, поверили. Спасибо, до встречи.

– Рассказывай, Света, – Костя посмотрел на Полю. На лице Поли было недоумение и восторг. – Ну же, рассказывай!

Косте просто не терпелось узнать, что маленькие человечки сказали Свете.

– Они будут нас ждать. Я сказала, что и вы тоже будете. Они подадут знак, и мы все поймем.

– Какой знак? – спросил Костя.

– Откуда я знаю.

– Я с вами не пойду, – сказала вдруг Поля. – Мне как-то страшновато.

– Полька, ты чего, неужели тебе не интересно?

– Интересно, но страшно.

– Костя, а тебе тоже страшно?

– Да, Света, мне страшно интересно.

– Ой, какая птичка! – удивилась Поля, глядя себе под ноги.

– Обыкновенная трясогузка, – сказала Света.

– Это их знак, они где-то рядом, – обрадовался Костя. Трясогузка покрасовалась, повертелась и побежала.

– За ней! – скомандовал Костя. – Поля, ты с нами?

– Я, наверное, пойду с вами, – не очень уверенно сказала Поля. Трясогузка время от времени останавливалась, чтобы убедиться, что все идут. Минут через двадцать, около берез, где деревенские собирают белые грибы, она исчезла.

– Кажется, пришли, – решил Костя. Поля боязливо посмотрела по сторонам.

– Я их вижу, – в голосе Поли был ужас. – Вон же они.

Показала головой под соседнюю березу.

– Невероятно, – прошептал Костя. Маленькие человечки ждали.

– Костя, что делать?

– Надо идти. До березы три шага.

– Здравствуйте, – услышали они, когда оказались около человечков. Их голос не был кукольным, как почему-то ожидал Костя. Это был нормальный мужской голос. Говорил человечек в шапочке с золотым кружком.

– Света знает, кто мы. Мы «Солианы». Вчера случилось важное для нас событие – знакомство со Светой. Мы убедились в том, что настал момент сообщить людям о том, что во все исторические времена мы находились, невидимые, рядом с вами, и вы первые, кого мы счастливы пригласить к себе в гости.

– Это было бы замечательно, – Костя взял инициативу в свои руки. – Нам тоже очень приятно, и мы взволнованы тем, что вы оказали нам такую честь.

– Да Вы не художник, Вы дипломат, – улыбнулся человечек с золотым кружком.

– Откуда вы знаете, что я художник? – изумился Костя.

– Такие уж мы люди, – загадочно произнес человечек.

– У меня есть предложение, – продолжил он. – Мы, я и мои друзья, хотим разговаривать с вами на равных.

– Разумеется, – прижал руку к сердцу Костя.

– Вы не совсем меня поняли. Мы умеем становиться большими. Согласитесь, что всегда кому-то бывает неловко, когда кто-нибудь из собеседников «маленький».

– Можно мне спросить?

– Ну конечно, Света.

– А вы не можете нас сделать маленькими? Ведь все равно же будет на равных. Если вы можете и так, и так, то давайте сначала вы будете большими, а потом мы маленькими, можно?

Света умоляюще посмотрела на человечка с золотым кружком.

– Хорошо. – Он что-то сказал своим товарищам, и они вдруг исчезли.

– Наверное, контакта все же не получилось, – вздохнул Костя, – а жаль, они очень приятные и симпатичные во всех отношениях люди… Посмотрите, это же они!

– Я даже не сомневалась в том, что они станут большими!

Света подпрыгнула от радости. От соседней березы шли спортивно одетые стройные молодые люди.

– Вы уж нас извините, мы решили, что момент нашего перевоплощения мог вас немножко испугать, поэтому мы и отошли к той березе, – сказал юноша в бледно-бирюзовом комбинезоне и в круглой шапочке с золотым кружком. Ростом он был с Костю. Света смотрела на его лицо, покрытое шелковистой шерсткой, на его непонятного, пожалуй, желтого цвета длинные глаза, и сердце ее стучало радостно и часто.

– Давайте познакомимся. Я Эолем. Это мои товарищи, Айтон и Юн.

Таких красавиц, как Юн, ни Света, ни Поля, ни Костя, да и вряд ли кто из людей когда-нибудь видели. Тоненькая, с такими же, как у ее товарищей, длинными, смеющимися, только зелеными, как у Светиной кошки, глазами. Она сказала:

– А тебе, Света, все же очень пошла бы желтая шерстка.

– Юн, ты думаешь, пошла бы?

Юн улыбнулась. Ее белые зубы как будто светились.

– Какие же вы красивые, «Солианы», – сказала Света.

– Прошу вас, – поднял руку Эолем. – Вы только что видели, что мы, «маленькие человечки», умеем становиться большими, но сами мы еще к этому не привыкли, нам больше нравиться быть маленькими. Такими мы были еще в те времена, когда земля дрожала от топота динозавров и других гигантов. Мы старше вас на миллион лет. Мы приглашаем вас к себе, чтобы вы увидели, как мы живем. Пора уже получше узнать друг друга, вы согласны?

Костя посмотрел на девочек. У Светы горели глаза. Полю бил колотун. Эолем подошел к ней.

– Поля, если ты не хочешь, оставайся. Ты обо всем узнаешь от Кости и Светы.

– Да, я, наверное, останусь, – еле слышно сказала Поля.

– Скажите, а как же мы… – Костя хотел уточнить, как же они со Светой, такие большие…

– Не переживайте, вы станете такими же маленькими, как мы.

– А обратно? Обратно мы сделаемся, какими были? – с беспокойством уточнила Света.

– Я вас понимаю, – сказал Эолем. – У вас нет причин для беспокойства, все произойдет так быстро, что вы не успеете сосчитать до двух, как станете маленькими и так же быстро потом большими. Вы готовы?

Костя и Света кивнули. Эолем прикрепил к ним небольшие плоские овальные устройства.

– Тут всего два символа – два деревца, маленькое и большое. Хочешь стать маленьким, коснись маленького, большим – большого. Нажимаем.

Света не сразу поняла, что стала маленькой. Первое, что она увидела, – незнакомый странный лес. Рядом с ней огромный куст с широченными листьями, на одном из которых гигантский жук, похожий на божью коровку, а над лесом – невообразимо большой человек в шортах с маленькой головой.

– Ну как тебе? – спросил Костя.

– Кто это? – показала Света на возвышающегося над лесом человека.

– Твоя лучшая подруга Поля.

– Да. Именно так и выглядит наша ландышевая опушка, когда кто-то «маленький».

– Где же вы живете? – спросила Света.

– Наша деловая столица относительно недалеко, – улыбнулась Юн, – но получится быстрее, если мы воспользуемся «Скоком». Так называется наш специальный скоростной экипаж.

– Да, мы воспользуемся «Скоком», – сказал Эолем.

Около маленькой компании маленьких людей появилось нечто невиданное – что-то, похожее на золотистый кокон.

– Вот и «Скок». Предлагаю угадать, за какое время преодолеет расстояние в двадцать тысяч километров этот замечательный экипаж? – загадочно улыбаясь, спросил Эолем.

– Часов за двадцать, – предположила Света.

– А Вы как думаете? – спросил Эолем у Кости. Костя пожал плечами.

– В нашей столице, Эфиродеме, мы окажемся через полторы минуты.

– Ничего себе – сказал Костя.

Между тем Поля на все происходящее смотрела со страхом. Она на секунду закрыла глаза, а когда открыла, под березой уже никого не было.