Читать книгу "Вкусная Венеция. Любовь, еда и тайны северной Италии"

Подаем как горячими, так и холодными, как закуску к белому вину.

Козий сыр, жаренный со шпеком, Tomini filanti allo speck

Ингредиенты:

• 4 кусочка козьего сыра для жарки (продают уже готовыми в коробочках)

• Мед

• 50 г очищенных фисташек

• 8 ломтиков шпека (копченой ветчины, бекона)

Поливаем сыр медом, посыпаем измельченными фисташками, осторожно укладываем сыр в серединку скрещенных ломтиков ветчины.

Разогреваем масло в сковороде, укладываем туда наши конвертики, обжариваем с двух сторон. Поверхность сыра должна быть золотистой.

Подаем горячими.

* * *

Немного о ресторанчиках Падуи.

• В Падуе надо обязательно попробовать сельдерейное мороженое в кафе Bepi do Mortise, существующее более 70 лет, где работает уже третье поколение семьи. Используются только натуральные продукты и загустители – секретные ингредиенты, которыми славится это особенное мороженое.

• В двух шагах от Prato della Valle есть крохотная пиццерия Orsucci. Пицца здесь особенная, очень тонкая и приготовленная на сковороде, едят ее стоя. Ресторанчик был открыт в 1922 году.

• На Via Maroncelli Da Giovanni готовят знаменитое боллито – ассорти из различных видов мяса.

• Сэндвич с поркеттой (мясным рулетом из печи) в баре Dei Osei на углу с Volto della Corda. Поркетта большими кусками укладывается между ломтями хлеба. Падуанцы это заведение обожают.

• Конечно, Caffe Pedrocchi. Когда принесут фирменный маккиато с мятным кремом и вуалью из какао, официант обязательно предупредит: «Не размешивать и не сластить».

• Сто бутербродов от Dalla Zita – их реально сто видов, на все вкусы. Дешевое место, любимое студентами и падуанцами, на Via Gorizia.

Элегантность Виченцы

 
Veneziani gran signori,
padovani gran dottori,
veronesi tutti matti,
vicentini manga gatti.
 

 
Венецианцы – великие синьоры,
падуанцы – великие врачи,
веронцы – все сумасшедшие,
а вичентинцы – едят кошек.
 

Старинная песенка региона Венето

Никогда не испытывала интереса к Виченце, даже обычного любопытства.

Образ этого города сложился из одного из венецианских детективов Донны Леон (которые я скупала все, от первого до последнего). Виченца в книгах проходила вскользь, представлялась городом промышленным, и что может быть интересного! А уж после старой песенки совсем не хотелось в Виченцу!

Но от Падуи до Виченцы ехать всего 14 минут. И жарким падуанским утром мы быстренько собрались, сели на монорельсовый трамвайчик и отправились на вокзал, чтобы вскоре оказаться в Виченце.

Виченца-пьяцца

Мы вышли на привокзальную площадь и сразу окунулись в прохладный ветерок и зелень – перед нами был парк, а позади на горе впечатляющий собор. И до центра, до ворот и башни, откуда начинается старый город, – 10 минут пешком.

Но прежде, чем пройти вдоль парка, под многоголосье посетителей кафе напротив вокзала (эдакой парковой стекляшки, с прекрасными десертами!), наперебой машущих руками – туда, туда, в центр, нет, это два шага, совсем рядом! – мы оглядываемся назад, а вернее, задираем головы.

Собор возвышается над городом на горе Монте Берико, так он и называется – Мадонны Монте Берико. Построен в 1428 году, после явления Богородицы местной крестьянке, которую звали – случайно ли? – Виченца Пазини.

В это время в округе свирепствовала чума, и Мадонна, явившись перед ошеломленной тезкой города, попросила построить храм в свою честь. Братство Марии было создано довольно быстро, и первая простенькая церковь была построена всего за три месяца, после чего эпидемия чумы прекратилась!

Постепенно церковь достраивалась, в XVII–XVIII веках она стала барочной, и, конечно, знаменитый Палладио там тоже отметился. Колокольня была спроектирована в XVIII веке, а внутри храма есть фрески известных художников, включая Веронезе.

Под ногами лежит весь город, а собор действительно очень красивый.

И теперь, взглянув на город с высоты, можно входить в его ворота под такой знакомой по городам Венето и Эмильи Романьи башней.

Вошли – и показалось, что мы опять на юге: узкие разноцветные улочки и испанские ажурные балкончики, ярко-желтые фасады на фоне ярко-синего неба, все очень южное, поразительно не североитальянское.

Но… это только мгновенное первое впечатление, чистота, ажурность и элегантность, камерность площадей – это не юг.

И тут же дворцы Палладио, с которыми связан практически весь город, и сюрприз: колонны-близнецы венецианской пьяцетты Сан-Марко и аркады ну совсем Дворца дожей! При этом совсем немного туристов и теплые краски фасадов.

Утренний сюрприз: с ветерком, без жары, окруженный парками элегантный тихий город.

Когда-то он назывался Кимбрия. Говорят, что название Виченца пришло от кельтского слова «Вик-Вейк», что означало деревня. Но местным жителям нравится другой вариант: «Cymbria antiquo tempore dicebatur vicentina civitas».

Когда начал отстраиваться Рим, представителям других городов предложили построить в городе каждому свое здание. Отправились в Рим падуанцы и венецианцы, веронцы и феррарцы.

А жители города Кимбрия никак не могли выбрать, кого им отправить в Рим. Когда наконец делегация кимбрийцев прибыла в Рим, оказалось, что дворцы прочих городов были построены уже наполовину.

Пришлось собирать деньги и нанимать множество рабочих, чтобы создать самое красивое здание и не отстать от других.

– Чей это дворец? – спросил правитель Рима, принимавший строительство.

– Это дворец Кимбрии, – ответили ему.

– В честь вашей работы с этого момента вы будете называться вичентини – победители.

Так появилось, по легенде, название города.

А еще жителей города называют кошкоедами. Помните ту песенку, про жителей Венето – «Vicentini mangia gatti»?

Пошло такое утверждение со времен, когда бушевала чума. Тогда и вышло предписание в каждом доме держать кошку для борьбы с крысами. С крысами справились, но есть после эпидемии было нечего… Так в городе исчезли кошки.

Хорошо, что это было, если вообще было, в те далекие времена. Сегодня вичентинские кошки прекрасно себя чувствуют на улицах города.

В Церкви Санта-Корона хранится шип из тернового венца Иисуса Христа, а в обычных двориках на стенах сокровища, словно с римского форума – плиты, барельефы и саркофаги.

Принято начинать осмотр города с одной из главных достопримечательностей, знаменитого олимпийского театра Палладио, и дальше несколько его дворцов и вилл находятся в черте города, после чего основной туристический маршрут – канал Брента со знаменитыми палладианскими виллами.

Театр Олимпико расположен на улице имени своего создателя. Разрабатывая проект здания, Палладио взял за основу овальный внешний вид античных театров, но перестарался со сметой – не учел высокую стоимость камня.

Виченца – театр Олимпико

Виченца – сбежавшие колонны Венеции

Выход нашел президент театральной академии и предложил богатым жителям города разместить на сцене театра их скульптурные портреты, естественно, за плату.

Деньги появились очень быстро, президент академии вошел в историю, а скульптуры и сейчас находятся в театре. В итоге сцена театра превратилась в произведение искусства, словно город в городе, с панорамными перспективами и скульптурами. Подобного вы не увидите больше нигде.

* * *

Вилла Вальмарана находится в городе в 20 минутах ходьбы от центра. Не обошлось и без легенды.

Говорят, что родилась дочь владельца виллы карлицей, и, чтобы не ощущала девушка своего физического недостатка, отец бедняжки набрал слуг из… гномов, которыми населена была эта местность.

Но однажды девушка увидела в окно прекрасного принца и осознала, насколько они отличаются друг от друга и что ее никак не назовешь прекрасной…

В отчаянии карлица бросилась с башни, а слуги-гномы от горя окаменели и до сих остались стоять в саду виллы. Даже сегодня каменные слуги следят за девушкой, ставшей призраком, и охраняют ее.

* * *

В современной Виченце находится так называемая итальянская силиконовая долина, а учитывая неплохое материальное положение ее жителей, она переполнена элегантными бутиками и прочими магазинами, причем не только известных марок, но и местных дизайнеров.

Здесь родилась известная марка Pal Zileri, которая производит одежду для мужчин, ее стиль – мужская индивидуальность в большом городе.

А еще Виченца – ювелирная Мекка. В январе, июле и сентябре здесь проходят крупнейшие международные ювелирные ярмарки, а общий объем торговли ювелирными изделиями около двухсот тонн в год!

Основные праздники в городе, как во всех прочих итальянских городах, осенью.

Есть среди них один, связанный с сушеной рыбой. Называется он Bacala.

Под этим словом подразумевается не только традиционная для Италии сушеная треска, которая здесь называется «stoccafisso», а любая сушеная рыба. Это очень популярный праздник, на который съезжается множество людей, даже создано целое братство Confraternita del Baccalà alla Vicentina, цель которого собрать в одно издание все возможные рецепты сушеной вичентинской рыбы.

В отличие от многих других городов, ставших проходными в моей туристической жизни, Виченца тронула сердце.

Ажурной элегантностью дворцов и балконов, венецианской пьяццеттой Сан-Марко, не выдержавшей шума и засилья народа со всего света, сбежавшей и спрятавшейся в Виченце.

Кухня Виченцы

Я читаю рецепты так же, как фантастические романы. Когда дело подходит к финалу я каждый раз говорю себе: этого просто не может быть!

Рита Руднер

Кухня Виченцы – это идеальное сочетание кухни аристократов, блюд, готовящихся на роскошных виллах на берегу реки Брента, с кухней бедняков, с блюдами семейного очага, где бабушкин рецепт готовки из продуктов венецианской земли передавался детям и внукам.

И это не только полента и сухая треска.

Приготовление яблок и груш со специями пришло из Древнего Рима, позднее на вичентинских землях это превратилось в знаменитую домашнюю горчицу.

Белая спаржа появилась в Средние века, а в XVI веке кухня Виченцы уже сложилась так, как она дошла до наших дней, с современными добавлениями и изменениями.

Сладкий горошек выращивали под солнцем бенедиктинские монахи и отправляли для приготовления знаменитого «ризи и бизи» для венецианского дожа. Праздничный рецепт тех времен предписывал использовать именно вичентинский рис из Грумоло-делле-Аббадессе, который с XVI века выращивали монахи на землях, орошаемых с каналов реки Брента.

Знаменитые виллы Палладио на канале реки Брента – это не только произведения архитектурного искусства, которыми мы восхищаемся до сих пор. Вокруг вилл были устроены целые хозяйства, конюшни и свинарники, водоотток для уток, огороды и виноградники.

В хозяйствах выращивался пастернак, который даже появлялся на картинах того времени, кстати, былая слава его возродилась несколько лет назад.

Здесь популярны горные сыры, например, «Морлакко дель граппа ди мальга», по преданию, привез переселившийся сюда с Балкан народ морлакко.

Особая гордость региона – это, конечно, граппа. Именно здесь, вокруг горы Монте Граппа, в городке Бассано-дель-Граппа, и появилась, по преданию, самая первая граппа. Говорят, что граппа – это воплощение в градусах итальянского темперамента!

И я сейчас спела бы оду итальянскому виноградному самогону, если бы не сделала этого в своих предыдущих книгах.

Скажу лишь, что в городке Бассано-дель-Граппа есть не только знаменитый деревянный крытый мост Палладио – Понте-дельи-Альпини, или Понте Веккьо, над шустрой речкой с видами на горы, красивый исторический центр и замок, но и музей граппы, где подробно рассказывается о производстве этого напитка и проводятся дегустации.

Цены на граппу здесь соответствуют месту, поэтому ехать за бутылочкой аутентичной граппы по нормальной цене лучше в другие места: в Креспано-дель-Граппа, Серен-дель-Граппа, Борсо-дель-Граппа, Чизмон-дель-Граппа.

Более 60 муниципалитетов провинции Виченца производят продукты, получившие знак DOP (Наименование, защищенное по происхождению).

Близость гор и Трентино привнесла сюда картофельные клецки, популярные в дни карнавала. Здесь делают пасту Фаджоли – густой суп из бобов и пасты, причем в горной местности в него добавляют свиную шкуру. С незапамятных времен благодаря этому обеспечивались необходимые калории в бедном крестьянском блюде.

Венецианскую пасту биголи здесь готовят с уткой и гусем.

Биголи с уткой, I bigoli co’ l’arna (на диалекте)

Сейчас для приготовления этого блюда используют утиный фарш – кстати, паста с утиным фаршем безумно вкусна по всему региону Венето!

Но традиционный старый рецепт предусматривал приготовление биголи в той же воде, в которой варили утку, и заправку соусом из масла с травами и субпродуктами из утки.

Ингредиенты:

• 500 г утиного фарша

• 500 г пасты типа биголи

• Несколько листиков шалфея

• Розмарин

• 1 стебель сельдерея

• 1 морковь

• 1 белый лук

• 1 зубчик чеснока

• Оливковое масло

• 1 стакан сухого белого вина

• 1 л мясного бульона

• Тертый сыр типа пармезана

Паста типа биголи – длинные трубочки, пустые посередине. Взяв широкую лапшу тальятелле, мы превратим вичентинский рецепт в типичный для региона Венето, и это тоже будет вкусно. Только не спагетти, они не подходят для утиного соуса!

Измельчаем сельдерей, морковь, лук и зубчик чеснока.

Обжариваем нарезанные овощи на оливковом масле, делаем классическое соффрито.

Добавляем утиный фарш, обжариваем. Чтобы не пересохло, добавляем понемногу горячий бульон.

По мере тушения приправляем солью и перцем, кладем веточку розмарина, листочки шалфея.

Когда фарш будет практически готов, добавляем белое сухое вино.

Отвариваем биголи в подсоленной горячей воде и сливаем воду. Приправляем прямо в кастрюльке, где варились биголи, готовым рагу и подаем горячим, посыпав тертым сыром.

И, как говорят в Виченце: «Arna lessa e bigolo tondo, a la sera contenta el mondo» (Утка тушеная, биголи круглые вечером осчастливят весь мир).

Моза Вичентина, Mosa Vicentina

Это густой согревающий в зимние месяцы тыквенный суп, в который добавляли горстку риса.

Ингредиенты:

• 400 г очищенной тыквы, порезанной на мелкие кусочки

• 30 г сливочного масла

• Чуть-чуть молока по вкусу

• Соль по вкусу

Отвариваем тыкву в подсоленной воде, подсаливаем, взбиваем миксером, добавив масло, вливаем чуть-чуть горячего молока. Подаем с горячими сухариками.

Я не добавляю молоко, но обязательно кладу при варке тыквы крохотную щепотку молотой корицы и при подаче веточку свежего розмарина.

Ньокки в соусе с брокколи фиоларо, Gnocchi in salsa di broccolo fiolaro

Вкусное первое блюдо, состоящее из двух разных видов клецек – с белой мукой и с кукурузной мукой. Подается с соусом из брокколи.

Ингредиенты:

Для клецек

• 1 л молока

• 125 г желтой кукурузной муки

• 125 г белой муки

• 2 яйца

• 50 г сливочного масла

• 130 г тертого сыра (Grana Padano)

• Мускатный орех

• Соль

Для соуса

• 400 г брокколи (местного сорта фиоларо)

• 100 мл овощного бульона

• Оливковое масло

• Соль

• Перец

• 100 г копченой свиной шейки

• Оливковое масло

Берем две кастрюльки, поровну делим между ними молоко, добавляем четверть сливочного масла, также поделив пополам, слегка подсаливаем, добавляем поровну мускатный орех и доводим до кипения.

Теперь в каждую кастрюльку осторожно добавляем свою муку, размешиваем, чтобы не получилось комочков.

Готовим на умеренном огне 15 минут. Снимаем с огня, добавляем яйца и половину тертого сыра, опять же поровну. Все перемешиваем.

Столовой ложкой, смоченной в холодной воде, берем понемногу нашего вареного теста и укладываем на противень, смазанный оливковым маслом, сначала из первой, потом из второй кастрюльки. Посыпаем оставшимся сыром и поливаем растопленным сливочным маслом.

Для соуса

Отвариваем брокколи в воде, солим и перчим. Размешиваем миксером до однородности, можно разбавить водой, в которой брокколи варилась, чтобы получилось состояние крема.

Нарезаем полосками шейку и обжариваем, пока не станет хрустящей.

Выкладываем крем из брокколи в тарелки на клецки, сверху – хрустящее мясо.

Ризотто с тыквой и лисичками, Risotto con zucca e galinacci

Ингредиенты:

• 300 г риса карнароли

• 150 г лисичек

• 200 г тыквы

• 10 г сушеных белых грибов

• 1 лук-шалот

• 1 бокал шампанского брют

• Соль и перец по вкусу

• Немного оливкового и сливочного масла

Подрумяниваем мелко нарезанный лук-шалот в оливковом масле, добавляем нарезанную небольшими кубиками тыкву, добавляем немного горячей воды и тушим до готовности. Часть тыквы давим в пюре, часть оставляем кубиками.

Готовим ризотто: обжариваем рис в смеси оливкового и сливочного масла, когда оно становится прозрачным – добавляем бокал шампанского, выпарилось – добавляем бульон или горячую воду и тушим, добавляя воду по мере необходимости, до готовности, подсолив и поперчив.

За это время обжариваем грибы.

Как только рис у нас готов аль денте, добавляем в него грибы и тыкву, немного сливочного масла, доводим до готовности в течение примерно 5 минут.

На праздничный стол подается в тыкве.

Такое ризотто готовят с тыквой и окороком, с салатом радиччио и сыром горгондзола – вариантов множество.

Северный Рим: в поисках Ромео

Каждое утро нас будил шум крыльев и громкое курлыканье. Это парочка голубей начинала свои весенние игры. Видимо, традиционные танцы по кругу – это слишком банально для города Ромео и Джульетты!

Они прилетали вместе, дама быстренько забиралась на подоконник, за приоткрытые ставни небольшого дома напротив нашего балкона, и начинала нежно мурлыкать. Кавалер вздыхал, расправлял перья и, присев на скат соседской крыши, заводил серенады, постепенно увеличивая громкость и входя в раж. Дама сдавалась где-то через полчаса, оценив по достоинству артистизм партнера. Во всяком случае, после завтрака парочки уже не было. Улыбнитесь, вы в Вероне!

Я долго ее избегала. Не цепляли ни рассказы знакомых, ни фотографии – ну никак.

А в фильме «Письма к Джульетте» глаза мои увлажнялись скупыми женскими слезами по мере продвижения героев поближе к Сиене!

Но рано или поздно должен был дойти черед и до Вероны. И как же я была не права, обходя этот город стороной, а может, наоборот, все приходит в нужное время.

Верона тронула сердце красотой улочек и площадей, изгибов реки, теплотой общения с веронцами.

Это очаровательный, очень итальянский город… Как он смог сохранить эту классическую «итальянскость» – удивляюсь. Деление Вероны в свое время на французскую и австрийскую части, венецианское влияние должны были сильно изменить этот город, но этого, к счастью, не произошло.

Говорят, что ранней зимой Верона становится голубовато-прозрачной…

Верона – траттория

Здесь надо найти свой маленький бар на маленькой площади, свою тратторию, увидеть рассвет у моста Кастельвеккьо и закат от замка Сан-Пьетро. Каждый найдет свой собственный уголок и свой кусочек счастья, а Джульетта – «это просто бренд для туристов, не обращай внимания», – сказал веронский писатель Эммануэле Дельмильо, когда я пожаловалась на зашкаливающий все мыслимые пределы культ любви и культ Джульетты в этом городе.

Первым делом мы отправились, конечно, есть в тратторию под названием Tre Risotti в соседнем переулочке. Меню дня включало и кофе, и дольчи-сладости, и четверть бутылки домашнего вина на нос.

Вино оказалось неинтересным, в остальном все было выше всяческих похвал. Маленькая траттория с хмурой синьорой и веселым синьором была заполнена местными, забежавшими на обед, а меню дня предлагало аж три варианта, в одном из которых оказались фрикадельки из конины с картошкой. Об этом кричала надпись мелом на доске: Сегодня!!! Фрикадельки из конины!!! Но я взяла классическую тальяту – порезанный тонкими полосками стейк на гриле на подушке из рукколы с лепестками твердого сыра сверху.

Кульминацией обеда оказалось первое блюдо – паста.

Потом друзья объяснили, что в Венето это блюдо называется calzunzei («z» в данном случае читается как «s») – маленькие кальцони, хотя не имеет ничего общего с кальцони традиционными.

Начинка этого слоеного пельменя большого размера была из рикотты, артишоков и чего-то еще, что уже не имело никакого значения, потому что вкусно было неимоверно.

Поэтому сразу после приезда города мы не увидели, силы были только отползти обратно и упасть в кровати.

А потом мы отправились гулять, сначала к Кастельвеккьо, и, как бы ни расхваливали его виды на закате, ранним утром он произвел еще большее впечатление, а я восхищалась веронскими окошками и балкончиками.

В Вероне есть свои архитектурные и исторические шедевры, но, как всегда, меня в первую очередь интересовал сам город, его улочки, окна и балконы, его атмосфера и его душа, если, конечно, ее удается почувствовать…

Мы сидели с чашечкой кофе в крохотном кафе на углу от арок Скалигеров, болтали с официанткой и смотрели на группы туристов, которые вереницей тянулись к аркам и не отходили оттуда ни на шаг. А за углом – пустая улочка и наглухо закрытые ворота, и лишь с балкона женщина выбивает коврик… там, на доме, маленькая табличка: Дом Ромео.

И никого. Культ Ромео и Джульетты? Нет, только культ Джульетты.

По дороге во Fnac за виниловыми дисками (традиция!) мой спутник спросил, кивнув в сторону: – Это то, что я думаю?

Это было именно то, арка и двор, в который невозможно было даже заглянуть, не то что войти, столько народу там толпилось под балконом Джульетты.

И так до позднего вечера. Лишь рано утром мы вошли в совершенно пустой двор к пустому балкону, и я – ну положено же! – схватила бедную каменную Джульетту за правую часть бюста, отполированную до блеска.

Но разве Ромео заслуживает забвения? В бессмертной истории любви их было двое.

И я вас сейчас удивлю. Эта история реальна!

Давным-давно, еще в детстве, мне попалась в руки потрепанная книжечка с ятями и прочими дореволюционными штучками, на коричневом полустертом переплете крупными буквами было написано: «Ромео и Юлия. История Вильяма Шекспира».

В те времена именно так переводили имя веронской девочки, тем более что Джульетта – это просто маленькая Джулия, а не самостоятельное имя, и, приехав в Верону, Юлия просто обязана отправиться на поиски Ромео!

И я его нашла.

Согласно историческим источникам, история Джулии и Ромео произошла в 1303 году, когда Вероной управляла семья Скалигеров, делла Скала. После правления Альберто делла Скала, в 1301 году, регентство перешло к его старшему сыну Бартоломео, который тщетно пытался избавиться от ненависти и борьбы между знатными веронскими семьями, сторонниками гвельфов и гибеллинов. В те годы соперничество между семьей Монтекки и семьей Каппеллетти было настолько горячим, что о них написал даже Данте, который после изгнания из Флоренции гостил в семье делла Скала в период с 1303 по 1304 год, он упомянул враждующих веронцев в Божественной Комедии:

 
«Приди, беспечный, кинуть только взгляд:
Мональди, Филиппески, Каппеллетти,
Монтекки, – те в слезах, а те дрожат!»
 

Верона – окошки

В 1531 году капитан из Виченцы Луиджи да Порта рассказал об истории любви детей из двух враждующих семей в своей «Недавно найденной истории двух благородных любовников с их печальной смертью, произошедшей во времена Бартоломео делла Скала». Особым литературным талантом автор не отличался, произведение было слишком многословным, но сюжет заинтересовал многих, и история, что называется, «пошла в народ». Луиджи да Порта рассказывал, что услышал эту историю от своего лучника Пеллегрино из Вероны.

Два поэта тех лет, Герардо Болдиеро и Маттео Банделло, пересказали историю любви в своих стихах, и она вышла за пределы Апеннинского полуострова. Ее версии были написаны англичанами Артуром Бруком в 1562 году, Уильямом Пейнтером в 1569 году и знаменитым испанским драматургом Лопе де Вегой в 1590 году.

Верона – на берегу реки Адидже

Уильям Шекспир создал на основе этой истории бессмертное произведение, покорившее весь мир: в 1570 году он опубликовал «Превосходно задуманную трагедию Ромео и Джульетты, поскольку ее часто публично (с большими аплодисментами) представляли слуги самого почетного лорда Хадсона», а в 1599 году – второе, исправленное издание.

Так о юных веронцах узнал весь мир.

Зубчатая стена скрывает старинный дворец из красного кирпича, обветренный временем. Наглухо закрыты кованые ворота, лишь во весь опор скачет конь, развеваются плащ и волосы юноши на бронзовой табличке: Ромео Монтекки обречен вечно скакать в поиске идеальной любви.

А неподалеку, в двух шагах от шумной пьяцца делле Эрбе, в переулке скрыт колодец влюбленных.

Говорят, что во времена императора Максимилиана (1509–1517) молодой воин по имени Коррадо ди Сан-Бонифаччо влюбился в красавицу Изабеллу Донати. Девушка казалась равнодушной к его пылким признаниям, и однажды на площади возле маленькой церкви Сан-Марко потерявший голову Коррадо закричал, что Изабелла холоднее льда. Обиженная девушка, которая отвечала молодому воину взаимностью и лишь не смела нарушить приличий, посоветовала ему прыгнуть в колодец, чтобы познать, как на самом деле холоден лед. Только тут поняла Изабелла, что она натворила, сердце ее разрывалось от любви и горя, и девушка бросилась в колодец за своим потерянным возлюбленным.

А колодец любви сохранился до наших дней в переулочке Сан Марко, в самом центре Вероны.

* * *

В поисках «настоящей Вероны» надо отправляться в район Веронетта, или маленькая Верона, настоящее царство укромных уголков, садов и скрытых дворов.

Здесь вы забудете, что находитесь в шумном, переполненном народом городе.

За воротами особняков находятся прекрасные сады, которые не увидят случайные взгляды, но пройдите немного дальше, через переулок виколо Ветри, и вы окажетесь на крохотной площади Кортичелла Ветри.

Сиреневый иней глицинии охлаждает старую каменную стену, у крохотного колодца, словно в деревне, раскинулось оливковое деревце, прислонены к стене велосипеды. Остановитесь и послушайте тишину маленькой Вероны, где нет машин, где жители переговариваются друг с другом из открытых окон, а в саду, сажая цветы, находят древние монеты.

Здесь, в Веронете, можно найти пьяццу Изолу, или островную площадь. Это обычная маленькая городская площадь, но когда-то, в давние времена, на ее месте был небольшой остров, омываемый быстрыми водами реки Адидже.

Веронцы говорят, что после прогулки по маленькой Вероне уровень гормона счастья повышается!

* * *

Самый лучший вид на город, на мой взгляд, от замка Сан-Пьетро – отсюда весь город как на ладони, с колокольнями среди терракотовых крыш. Изгиб реки Адидже напоминает Арно, и Верона становится очень похожей на Сиену… если бы та стояла на месте Флоренции!

У старого моста Понте Пьетра на улочках лучшие траттории с террасами прямо у воды, где быстрая Адидже заглушает все звуки.

Мы отправились туда в день Веронского марафона. К обеду все отбегались, и прямо на улице Понте Пьетра установили жаровни и котлы, расставили столы, участники марафона и их болельщики рассаживались вдоль длинных столов, вдоль всей улицы. Редкие прохожие обреченно слонялись между столов, понимая, что сегодня здесь поесть вряд ли удастся.

Нам повезло, нырнули в проулок и увидели несколько незанятых столиков. Правда, и террасы над рекой здесь не было, но нас ждал огромный выбор вин и потрясающая кухня! Таверна Verona Antica – домашняя таверна, которая не оставит равнодушным.

За соседний столик приземлилась супружеская пара средних лет из тосканской Кортоны, с синьорой мы моментально подружились, мурлыча от счастья над горшками с полентой.

Тут я должна признаться, что поленту тихо ненавижу. Ту самую, которую подают в туристических ресторанах и отелях Италии и Хорватии, – это кусок жесткой, как подошва, нарезанной прямоугольниками спрессованной кукурузной каши.

Веронская полента таранья

Полента таранья – в горшочке из печи, разливающаяся золотая смесь нежнейшей крупы с несколькими видами сыра – оказалась шедевром. Тосканка затребовала повара и, рыдая от блаженства, высказала ему свои «комплименти». Я взрыдала в унисон, и мы получили дегустационный сет из четырех видов разного оливкового масла – от смеси веронских с тосканскими оливками до масла с озера Гарда и гору хлеба, которым без остатка вымазывали глубокие мисочки.

Второе блюдо мы выбирали недолго… увидев слово «триппа», я уже не хотела думать ни о чем другом, но официант отговорил:

– Синьора, это все же зимнее блюдо, у нас триппу прекрасно готовят, но, может, попробуем что-то новое?

Официант оказался хозяином заведения. Он ходил между столиками, общался с клиентами, нежно поглаживал по плечикам молодых девушек и заговорщически шептался с солидными синьорами.

Помните фильм «Крестный отец» и Луку Брази – огромного наемного киллера из семьи дона Корлеоне? Хозяин Verona Antica был его двойником: угрожающего вида гора с таким же выражением лица. Так и казалось, что он репетирует в глубине своей таверны: «И чтобы ваш первый ребенок был мужского пола». Колоритная личность!

Но сначала, ранним утром того же дня, мы отправились в сады палаццо Джусти.

По дороге попадались марафонцы, уже с трудом передвигавшие ноги, взмокшие от пота, они бежали и бежали. Но главное впечатление – старушка лет семидесяти, свежая и цветущая, с хорошей скоростью бегущая позади трех вымотанных марафонцев, один из которых был ее внуком. Легко идущая на дистанции бабулька с сумкой и в платье подгоняла спортсменов: «Быстрее, быстрее, ну, давай же!»

В садах не было никого, мы гуляли по дорожкам в сопровождении большого серого кота.

Котов там великое множество, судя по расставленным в уголке сада мискам. Они осторожны, в руки не даются, близко не подходят, но наш серый гид отработал свое содержание по полной: он появлялся впереди на тропинках и показывал, куда идти, ждал, пока останавливались и фотографировали.

Наверху, над садом, мы прошлепали босиком по молодой зеленой траве и уселись на скамейку с видами на башни и крыши как раз вовремя. Начал один собор, потом другой, то далеко, то близко, мелодии менялись, колокола звонили то глухо, то нежно – еще долго разливался колокольный звон над Вероной под нашими ногами.

Сколько же в Вероне народу, мамма мия, особенно воскресным вечером! Но здесь не сложно найти маленькие площади с такими очаровательными балкончиками в цветах, что хочется жить именно здесь, на площади, за тяжелыми старыми ставнями-дверьми французских окон в пол, среди увитых плющом обшарпанных стен. Но мы идем дальше от балкона к окошку, от барельефа к дверце, мимо теней и отражений и находим следующую площадь, еще милее первой.

Даже пьяцца Эрбе и набережные на фото, которые я видела до поездки, были совсем другими. Реальная Верона радовала и удивляла.

А вечером пожилая группа бацала блюз на очередной маленькой площади, и такие же немолодые веронцы, рассевшиеся на стульях, притоптывали и прихлопывали.