Читать книгу "Вкусная Венеция. Любовь, еда и тайны северной Италии"

Лимоны из Лимоне

Какую книжку об озере Гарда ни возьми, на обложке будет маленький городок с высокой колокольней и нависающей огромной скалой. Не я решила, а многие до меня и после, что Лимоне-суль-Гарда – самое красивое место на озере.

Бухта в Лимоне

Городок-то всего ничего – тысяча человек жителей. Зато продолжительность жизни, как пишут, самая высокая в Италии. Спешить тут некуда, все равно не успеешь, даже если утром в Брешу или в Роверето на работу собрался, все равно опоздаешь, в пробках простоишь: дороги узкие, на одну машину рассчитанные.

Воздух здесь особенный, лимонным духом пронизанный. Этой лимонной медленной жизнью заражаешься и резко замедляешь свой бег. Здесь хочется сидеть под цветущим деревом, смотреть на озеро и горы и никуда не спешить.

Лимоны здесь повсюду, одно дерево росло прямо перед дверью нашего дома, огромные, больше кулака, толстые лимоны с мягким стуком падали по утрам на асфальт.

Выращивают здесь лимоны с XIII века, и до сих пор сохранились странные сооружения – лимонайи, оранжереи с каменными столбами, которые видно отовсюду, целыми грядами столбов.

И музей лимонов есть в городке, и ликером лимончелло он славится. В Италии говорят, что лучшие лимоны в Сорренто и в Лимоне-суль-Гарда. Должна признаться, что лимончелло, купленный на кооперативном рыночке в Лимоне, был лучшим лимончелло в моей жизни.

А вот название Лимоне совсем не от лимонов произошло, а от латинского слова Limen, означавшего границу, пограничное место. Лимоне всегда был пограничным – между владениями Тренто и Брешии, между ломбардцами и трентинцами.

В Лимоне, несмотря на огромное количество приезжих для такого крохотного местечка, множество приятных местечек. Это старый храм в его верхней, близкой к трассе части, увитая цветами вилла у самого озера, ресторанчик, спрятавшийся в гроте внутри горы. А на берегу, где ты уже был столько раз, вдруг завернешь за мыс – и очаровательный ресторанчик тебе попадется, прямо на берегу, среди гальки и прибрежной травы. Такие в Хорватии и Черногории встречаются.

С одной стороны здесь домики спускаются в самое озеро, а с другой – словно приклеиваются к пугающей громаде горы.

Мне все время казалось, что гроза начинается – надвигается черная туча. И куда бы ты ни шел – пугающая серо-стальная громада нависала над тобой, закрывая полнеба. Но тут же, радуя душу, в серебристо-золотых бликах солнца и облаков в проеме между домами вдруг возникала безмятежно качающаяся на волнах яхта.

И у каждого, кто здесь был, есть обязательное фото, на котором лениво рассекает воды лебедь.

* * *

«Возвращаюсь к одиноким замкам, к садам, полным цветов, где лебеди качаются на солнечных волнах в душевном объятии озера», – написал об Альто-Гарда немецкий поэт Райнер Мария Рильке в 1897 году.

Мальчезине

Пейзажи Мальчезине

Каждый вечер перед сном мы спускались к озеру и удобно устраивались на лежаках, накрывшись пледами, – вечера в начале октября были уже холодными.

Когда опускалась ночь, стихали птицы. Куда-то прятались роящиеся у берега до сумерек утки и лебеди, и в полной тишине лишь мириады звезд сверкали на черном небе, да изредка плеск весла запоздавшего лодочника нарушал тягучую тишину.

На противоположном берегу, на фоне горы Монте-Бальдо, закрывавшей полнеба, сиял огнями замок Скалиджеро. Там, всего в десяти минутах на кораблике из нашего Лимоне, уютно устроился Мальчезине.

А утром с той стороны приходил золотой туман, который возможен только в таком сочетании: скалы, озеро и солнце.

Мальчезине – один из самых привлекательных городков на озере Гарда. Он разноцветный, радостный, сочетающий как замшело-древние уголочки, так и расписные яркие домики, яхты и лодочки. Стремится сюда за красотой столько народу, что летом на улочке старого центра не протолкнуться.

Порт Мальчезине – игра красок: неба и озера, солнечных бликов, сверкающих в волнах, лодок и яхт, множества цветов в окошках.

Но ступишь чуть в сторону, и возникает перед тобой серый фасад римского палаццо, там, в холодном темном холле, наигрывает что-то меланхоличное гитарист.

Съеживаешься от сумрака и прохлады, но всего два шага – и ты в залитом солнцем дворике с цветами и пальмами, а за зубцами крепостной стены плещется озеро.

Туристы фланируют по улицам, обходя городок по пятнадцать раз на вечернем или предобеденном променаде, забираются в замок, осаждают сувенирные магазины, но свернешь в арку – и ты в узких улочках и тупичках, где веет Средневековьем.

Дома в Мальчезине

Англичане любят играть здесь свадьбы. Во многих ресторанчиках к вечеру столики и стульчики выносят прямо к озеру, официанты переодеваются во фраки, и начинают собираться гости. Слово «съезжаться» к Мальчезине не подходит – тут даже свадебные экипажи трогательно смешные: украшенный белыми цветами и тюлем мотороллер с крытой кабинкой – по узким улочкам машина не протиснется.

Альта-Гарда осталась в памяти красками и утренним туманом, умиротворенностью и красотой, местом, куда так хочется однажды вернуться.

Возвращение на Гарду

Впервые мы попали на Гарду лет 10 назад. За эти годы были другие озера и горы. Но дикая красота Альта-Гарды не забылась.

Я сто лет не путешествовала летом, слишком жарко, слишком много народу, да и многие заведения, как ни странно, закрываются, их владельцы тоже хотят на море. Тем более, что прогулки при 30 градусах и выше мне никогда радости не доставляли.

А тут свободные дни в июне совпали с аномальной жарой в Европе, и сразу подумалось – а почему бы не Гарда?

Ожидали встречу с красотой – и разочаровались. В окне машины мелькали усеянные народом пляжики – яблоку негде упасть, длинные пробки на узкой дороге совсем не к месту после перелета, а когда добрались, то оказалось, что на берегу зажатого между горами озера душно и влажно, да и красоты эти уже видели, и головная боль не проходит, и вообще – зачем нас сюда занесло?!

Красота нереальная, лубочная, балкончик с видом на горы и озеро, ресторан на берегу, утопающий в цветах, – ничто не радовало.

Однако ТАМ, наверху, кому-то весело наблюдать за нашими путешествиями, и ночью кроме таблетки от головной боли была послана гроза, сразу изменившая погоду. И проснулись мы в прохладном ветерке совершенно в другом настроении.

Вспыхивало солнце в лепестках цветов на балконе, плескалось рядом озеро, влажные мохнатые горы словно ожили после духоты последних дней. А к пансиончику прилагался сад, поднимающийся ярусами на гору. С маками, абрикосовыми и оливковыми деревьями, панорамными видами. Там можно было валяться на траве и даже устраивать пикники.

Нас занесло в семейный пансион, где хозяин идет с вами окунуться в озеро на закате, «мамма» обслуживает в ресторанчике, а хозяйка воодушевленно рассказывает, что получилось лучше всего на ужин.

Выбор прост: рыбка с озера, картошка вареная, лазанья, черешни из сада в дополнение к завтраку, лоханка салата, мясо на гриле. Этот простой список оказывается очень длинным!

И живет семья здесь же. С очень старой собакой, которая еле ходит и, извиняясь, лишь слабо вильнет хвостом, когда проходишь мимо, мол, и подошла бы, да сил нет.

Жемчужина ресторана – нона Анна, сразу прозванная нами бабой Нюрой. Пообщается с каждым, не пропустит никого.

Первые несколько дней все постоялицы для нее – Сюзанны. Через пару дней меня, италоговорящую, повысили в звании до Джулии.

Она ругалась за недоеденное блюдо – были герои, которые могли оторваться и не доесть безумно вкусную стряпню «маммы». У меня такой силы воли не было, и в конце ужина было трудно дышать! Она приносила граппу и кофе, сыры или клубнику на десерт, а то и каталонский крем или всяческие тирамису с панна-коттами, уговаривая на добавку.

Она всплескивала руками, видя в руках у мужчин телефоны, и кивала на невероятную панораму за окном: тут романтико, а вы!

Меню на ужин озвучивалось после завтрака:

– Рыбка лаварелло (что-то вроде речного сига) водится только в Гарде, это наша гордость. Конечно, вы будете рыбку? Или эскалопчик? Ну конечно рыбку, мы же на озере!

Ризотто с белыми грибами… или паста с помодорини, или… или… хотелось все и сразу, глаза разбегались.

Пансиончик пристроился на самом берегу в получасе пешком от города. Это «фрацьоне» – пригород Молино (мельничный), и пансиончик называется «У мельницы». В этом месте, где когда-то было множество мельниц, осталась лишь крохотная, деревянная декоративная.

Здесь свой пляжик, каменистый, над чистейшей водой озера. Ровно три минуты через подземный переход – и ты на берегу. Хозяева отеля – молодая спортивная пара, и в сарае можно брать все, что угодно из спортивного инвентаря: и доски с веслом, и сёрфы.

В Мальчезине ведет дорога вдоль озера, звенят на ветру мачты яхт, вдали на мысе высится замок Скалиджеро.

По соседству живет семья лебедей. Утром детишки чинно гуляют под руководством мамы и под присмотром папы, после обеда мама устраивается на пляже, спрятав нос под крылом, а папа… ведет детей в порт попрошайничать вкусненького. Наблюдать за их очеловеченной жизнью одно удовольствие. Иногда к ним приплывало семейство с двумя лебедятами с противоположной стороны озера, в гости.

Сидишь вечером на берегу озера, и вдруг слышится гул издали: то ли сигнализация, то ли самолет. А это лебедь летит низко, и крылья его огромные с таким шумом хлопают.

Гуси тоже периодически пролетают.

* * *

Мальчезине остался таким же, каким мы его запомнили: с разноцветными улочками, спускающимися к порту. И тот же мотоцикл – свадебный экипаж, что и 10 лет назад.

Если он не изменился за пятьсот лет, то уж точно не должен был измениться за десять!

На холме над городком приходская церковь, а еще выше еле заметная белая статуя – это Мадонна-дель-Монте, Богоматерь горы, покровительница городка.

В 7 утра уже не спят сёрферы, параглайдеры и дикие гуси.

Гуси летят по своим гусиным делам, а остальных несет ветер туда, куда ему самому хочется. Гуси здесь вместо чаек – тяжелые, словно грузовые самолеты.

Местные шепотом уверяют, что тут в пещерах и драконы водятся.

В июне здесь все пропитано тяжелым ароматом жасмина и прочих цветов всевозможных оттенков и размеров. И как я жалела, что не купила оливковое деревце на местном рынке прямо в горшочке!

Мальчезине с 1504 по 1702 год входил в конфедерацию десяти коммун-городов ривьеры под названием Гардезана-дель-Аква (Gardesana del Acqua), от той поры осталось палаццо Капитани-дель-Лаго (Capitani del Lago) XVI века, где сейчас располагается муниципалитет города.

После завтрака в аромате цветов под плеск волн просыпается городок Лимоне-суль-Гарда на другой стороне озера, и начинается мельтешение паромов, лодок, корабликов и, конечно, сёрферов.

И даже если вечером наползают тучи, то в дрожащем воздухе, словно искры, сверкают разноцветные паруса.

Замок Скалиджеро возвышается над городком – это любимое место свадебных фотосессий. Однажды тут под арестом сидел Гете – его приняли за немецкого шпиона, когда он пытался зарисовать замок!

Внизу за крепостными стенами красные черепичные крыши, озеро, по которому помимо лодок и пароходиков дважды в день скользит парусная шхуна «Сор Вероника», катающая туристов.

У нас появилась пара любимых барчиков для полуденного эспрессо, или спритц-апероля, или какого-нибудь Перони или Моретти в жаркий день. А также местная ростичерия – кулинария. Учитывая предстоящие ужины у бабы Нюры, днем мы были способны лишь на легкий перекус.

И хозяин ростичерии постарался! Мы попробовали все – и фрикадельки из речной рыбы покрупнее, и жаренных во фритюре мелких рыбешек, и всевозможные овощи на гриле.

Пока все не перепробуешь, с собой не завернут – вдруг мы возьмем это, а может быть, нам-то больше понравилось бы! Ноги ближе к полудню сами вели в это небольшое заведение. Ведь чуть опоздали – полки пустые, и только лежат судочки с наклейками: для синьоры такой-то или синьора такого-то. Разбиралось все моментально.

Крыши Лимоне

Замок Скалигеров с озера

В Мальчезине на каждом шагу привычный итальянский треп, по которому я так скучаю дома: пока выбираешь сумку в лавке, успеваешь обсудить с хозяйкой, сколько детей у владелицы твоего пансиона и в какую школу они ходят.

А еще мне объяснили, что немецкоязычность этих мест – это иллюзия. Язык выучили все, так как первыми туристами сто лет назад были именно немцы, сохранившие преданность Гарде до сих пор, но живут здесь итальянцы с вкраплением немногочисленных иммигрантов, в основном румын.

Однажды вечером разразилась гроза. К ужину она стихла, мы выглянули на улицу и потеряли дар речи: облака медленно спускались с неба, замирали на миг над водой и плавно ныряли в озеро…

Нереально, прекрасно, неповторимо…

* * *

В 1859 году со стропил французского города Seine-sur-Mer сошло небольшое судно-канонерка, названное La Sesia и предназначенное для французской флотилии в Средиземноморье во время военной кампании против северной Италии.

Однако война закончилась весьма скоро, и принять участие в боевых действиях «Ла Сезия» не успела и оказалась у Сардинского королевства.

Вскоре по просьбе жителей озера Гарда, которое не было тогда судоходным, для перемещения между городками Королевство Сардиния передало Ломбардии несколько судов, которые совершали рейсы от местечка Сало до городка Лимоне раз в две недели. Одним из судов оказалась и наша канонерка.

В полдень 8 октября 1860 года «Ла Сезия» отправилась в путь из Лимоне в Сало, на борту было 19 членов экипажа и 41 пассажир. Это не был обычный рейс по расписанию – сейчас мы назвали бы его чартером: судно было зафрахтовано веронской аристократической семьей.

Единственным, кто не поднялся на борт, хотя был в списке гостей, был 29-летний епископ Вероны Даниэле Комбони. Он плохо себя чувствовал, недавно вернувшись из Африки, и лишь помахал отплывающему судну с пристани.

Что произошло дальше – неполадка оборудования, или механик специально прибавил газ, чтобы произвести впечатление на наблюдавших за судоходством по озерцу австрийцев, с точностью не установили. Но менее чем через две мили котел на судне взорвался.

В живых осталось лишь несколько человек, 33 пассажира и 10 моряков погибли, спасти их на расстоянии 400 метров от берега при отсутствии нормального судоходства было сложно. «Титаник из Лимоне», как прозвали судно в газетах, стал самой крупной катастрофой на итальянских озерах.

4 марта 2012 года, 151 год спустя катастрофы, при поисках военного корабля, затонувшего рядом с Рива-дель-Гарда в 1945 году, на поисковом добровольческом судне «Волга 2016» радар заметил небольшое судно. На глубине 350 метров, приблизительно в 500 метрах от берега, прибор показал часть кормы и даже маленькую пушку. Параметры затонувшего судна подтвердили – спустя 151 год «Ла Сезия» была найдена.

Смотришь на безмятежную гладь озера, застывшую перед грозой, и трудно представить, насколько оно глубоко и какие тайны скрывает.

Дорога на Лысую гору

Мы обязательно должны были подняться на Лысую гору – Монте-Бальдо. Со стороны Лимоне, да и в самом Мальчезине она кажется не особо и высокой, гораздо внушительнее скала, словно туча, надвигающаяся на Лимоне.

Но это иллюзия: там, где мы представляли верхушку горы, лишь перевалочный пункт по дороге на вершину.

Каждый раз понимаю, что стоило ждать час своей очереди на подъемник, и потом 20 минут позора в кабинке с пересадкой на промежуточной станции – для меня-то, боящейся высоты! Потому что ничего более прекрасного, чем горы, на свете не существует.

Нас слегка напугал сильный ветер: с балкона отельчика он казался ураганом, но хозяева сказали, что фуникулер ходит в любую погоду и это совсем не ураган, а нормальный гардовский ветер, ради которого сюда и стремятся сёрферы и параглайдеры со всей Европы.

Проблема могла быть в другом: если внизу светит солнце, то наверху может оказаться туман, и все красоты будут скрыты.

Впервые поднявшись в горы в австрийских Альпах, в Зальцкаммергуте, я чуть не заплакала, подумав: куда ж теперь ехать, ничего более прекрасного, и невероятного, и торжественного просто не увидишь. И по сравнению с этим меркнут все города и курорты.

А потом потянуло в другие горы – снова и снова.

Зальцкаммергут, Мерано и Дорф Тироль, Больцано и Ренон, невысокие, но живописные горы Чиленто неподалеку от Неаполя, дикие горы национального парка Дурмитор в Черногории… Здесь тот идеальный мир, который мы все время хотим найти, не испорченный человеком, очень близкий к Небесам.

Падаешь в траву, смотришь в небо, до которого рукой подать, и никого и ничего вокруг, и учишься говорить с Небесами вот так, без лишних слов и суеты…

Звенят колокольчики коров в альпийских лугах на склонах, темнеют леса, белеет снег на далеких вершинах, до боли в глазах ярко синеет озеро внизу, незабудки и одуванчики сплелись с лютиками в зелени травы.

А луга здесь как на картинке – с коровами, мелкими цветочками, ослепительными красками.

И сколько же тут народа, от параглайдеров до старичков со скандинавскими палками для ходьбы в руках!

Некоторые доезжают до промежуточной станции и крутыми дорожками спускаются вниз к озеру. А мы поднялись на вершину и выбрали самый близкий из пешеходных маршрутов, он же и самый простой. Кто знает, возможно, однажды я вернусь и выберу другой маршрут, и уйду в зеленые луга к синим вершинам!

А вот цены в кафешках на станции фуникулера кусаются. Это не штубе в Альто-Адидже над Дорф Тиролем, где за смешные деньги тебе и рагу из кабана принесут, и вино, и рюмочку ледяного шнапса.

На простом маршруте расположен загон с альпаками. «Я не лама, я альпака», – говорит вывеска. И как не купить носочки из альпаки – нежнейшие и теплейшие!

Потом мы идем вперед, к смотровой площадке, откуда видны озеро и деревни в горах противоположной стороны, незаметные снизу. Я все пыталась представить, кто там живет и как каждый день ездят на работу и домой.

А наше дело – топать под ярко-синим небом и пищать от счастья.

Вон та дорога – к облакам, в небо. Куда же еще она может вести, если там, за горой, кончается мир… но туда нам, надеюсь, пока еще рано…

Здесь прячутся среди вершин те самые облака, которые недавно купались в озере, они набираются сил и ждут команды, выстраиваясь четкими рядами. Снизу, с озера, видно лишь синее небо, а здесь облака обнимают горы, вздыхают и дремлют, и, как коты, растекаются под лучами солнца от удовольствия.

Собственно, до меня уже все сказали – «лучше гор могут быть только горы»!

* * *

За ужином наша баба Нюра всплеснула руками:

– Как это вы уезжаете? Уже? Значит, завтра вас за ужином не будет? – и побежала на кухню за дополнительным десертом.

Увы, все хорошее однажды кончается, и рано утром после завтрака друг хозяина пансиончика отвез нас на железнодорожную станцию Вероны…

Ужин с ведьмой озера

Приглашая кого-то на обед, вы должны быть уверены, что сделаете человека счастливым на те часы, что он проведет под вашей крышей.

Антельм Брилья-Саварен

Городок Лацизе расположен на восточном берегу озера Гарда, к югу от Бардолино у подножия гор Моренин. Здесь озеро достигает своей максимальной ширины в 17 километров от берега до берега, а Верона всего в 24 километрах.

Его сосед – симпатичный Бардолино, и слово это много говорит любителям вин.

Бардолино – это не только столовое красное вино, знакомое по российским супермаркетам. Бардолино бывает и высокого качества, и даже розовым – называется такое вино «Кьяретто», и в 2013 году оно получило премию Мундиале среди розовых вин.

Здесь же неподалеку производится самое известное среди вин региона Венето, Вальполичелла.

И без белого не обошлось – а что еще пить под озерную рыбку? Это Кустоза (Custoza), легкое белое вино, которое производится в девяти областях региона Венето, в том числе в озерных городках Пескьера-дель-Гарда, Лацизе, Кастельнуово-дель-Гарда.

А вот белое вино под названием «Лугана» (Lugana) бывает уже и супериоре резерва. И даже игристое, спуманте.

Нельзя обойти Марцемино (Marzemino), хотя бы из-за имени: вино это своим названием обязано… Вольфгангу Амадею Моцарту, упомянувшему его в опере «Дон Жуан». Это одно из старейших вин Италии, пришедшее сюда, как ни странно, из одного черноморского городка под названием Марцифон. Венецианские купцы завезли виноград в Северную Италию, где он и прижился. Говорят, идеально под блюда из грибов.

В десятку вин региона входит и Соаве (Soave), получившее свое имя благодаря городку рядом с Вероной, где находятся известные винодельни.

Белое Соаве – первое вино региона Венето, получившее аббревиатуру DOC – контролируемое и гарантируемое качество.

Лучшее из Соаве – это Riciotto, получившее свое имя от названия уха на местном диалекте, именно такой формы кисти винограда «гарганега», из которого делают Соаве. Такая форма дает возможность винограду получить больше солнечных лучей и, соответственно, сладость.

И раз мы заговорили о винах, пора вспомнить о закусках!

Закуска для бокала Соаве, Soave

Аличи – так на венецианском диалекте называют анчоусы – у нас не ловятся, как не ловятся они и на озере Гарда, что не мешает этим маленьким рыбкам продаваться маринованными во всех лавочках и супермаркетах Италии.

Покупать анчоусы у нас смысла нет, потому что в основном они подкопченные и в масле, да и вкус совсем не тот. Поэтому мы возьмем крупную кильку или хамсу. Пряного посола или свежую.

Ингидиенты:

• 12 крупных килек или хамсы

• Сок 1/3 лимона

• Белый винный уксус

• 1 зубчик чеснока

• Зелень петрушки и зелень базилика чуть-чуть

• Помидор, морская соль – чуть-чуть

• Твердый сыр для обсыпки

Убираем кости-головы-хвосты, нарезаем небольшими кусочками. Если рыбки у нас свежие, то на 12 килек выжимаем треть лимона и сбрызгиваем белым винным уксусом. Если взяли пряные – то просто сбрызгиваем лимоном.

Свежие перемешиваем, оставляем чуть-чуть полежать и на 2 часа в холодильник. И все готово. Если пряные – просто перемешиваем.

Теперь режем очень мелко один маленький зубчик чеснока, зелень петрушки и зеленого базилика. Причем совсем чуть-чуть, не посыпать обильно, как мы с горкой сыплем в салаты, а только слегка и смешиваем с рыбой.

Режем помидор – итальянцы всегда используют во все салаты жестковатые помидоры, спелые идут на соусы, но в этом случае помидор должен быть красным и спелым, главное – не переспелым.

Смешиваем кусочки помидора, слегка посыпанные морской солью, с рыбкой и зеленью и добавляем натертый на крупной терке твердый сыр.

Вот и все – классическая закуска для бокала Соаве готова!

* * *

Но вернемся к Лацизе.

Не может не понравиться город на берегу озера, в который ведут ворота в крепостной стене.

Название Lazise происходит от латинского слова «laceses» и означает город на озере. Это красивый старый город с узкими улочками и живописными площадями, с традиционным портом, расположенным в центре.

Кроме самого городка, где бывает гораздо меньше туристов, чем в соседних, здесь интересные виллы, которые входят в список обязательно посещаемых достопримечательностей, а кроме того – целый парк терм, расположенный в полутора километрах от города.

Среди вилл, которые принято здесь осматривать, – вилла Перголана, вилла Бернини, расположенная на берегу озера и окруженная древними стенами, вилла Ботта, построенная в средневековом стиле, вилла Баратта с ее прекрасным парком, вилла Баццоли и вилла деи-Седри в Кола. Вилла Бернини закрыта для посещения, находится в частной собственности.

Крепостные стены сохранились очень хорошо. В город ведут крепостные Новые ворота (или Кансиньорио) на севере, построенные между 1375 и 1376 годами и ранее предназначавшиеся для военных целей, и Верхние ворота (или Сан-Зено) на востоке, для людей и гражданских грузов. В их внешней нише изначально была написана Мадонна с младенцем, правда потом ее сменил императорский орел и в конце концов символ венецианской республики – лев Святого Марка.

Одна из достопримечательностей – здание Арсенала, в XIV веке использовавшееся венецианцами как таможня.

И конечно замок.

Замок Салиджеро в Лацизе один из самых внушительных на Гарде, но, в отличие от прочих замков озера, это не музей. Замок Лацизе до сих пор находится в частной собственности, поэтому увидеть его можно только с внешней стороны, хотя часто пускают в замковый парк.

Строительство замка отнесено к IX веку, а перестройки проводились дважды – в XIII и XVII веках.

* * *

Менее чем в двух километрах от Лацизе расположен драконий холм, Мондрагон.

Озеро Гарда вообще изобилует легендами о драконах, не только в верхней части с высокими горами, но и здесь, где горы пониже и больше похожи на холмы.

Мондрагон – это склон, расположенный примерно в двух километрах от Лацизе-суль-Гарда в окружении небольших ферм. Когда-то стоял на вершине древний замок.

Легенда рассказывает, что местность эта была известна своими ведьмами и драконами. Жители часто жаловались на странные огни на стенах замка, загадочные звуки и крики по ночам.

Все это пугало обитателей городка, и, как только спускались сумерки, они закрывали городские ворота, запирались в домах, не выходя до самого утра. Все знали, что замок на холме связан туннелем с центром города, поэтому лучше было перестраховаться.

Один из лодочников заметил странную вещь. В те дни, когда приходила гроза, его лодка поутру оказывалась совсем на другом месте, не там, где он ее оставил.

Лодочник был синьором храбрым, и однажды перед грозой он добрался до порта (стараясь идти самыми широкими и освещенными улицами!) и спрятался в своей лодке.

Около полуночи из туннеля около порта вышли две женщины. Лодочник чуть не поседел, разглядев их в дырочку в парусине, которой накрылся. Потом он рассказывал, что были они седыми, с глубокими морщинами, а глаза горели красным огнем. В общем, все, как рассказывала еще его бабушка, он точно помнил ее описание страшных ведьм с холма! Интересно, сколько Бардолино выпил наш герой для храбрости этим вечером?

Женщины поднялись в его лодку, одна из них повернулась к съежившемуся от страха под парусиной лодочнику и сказала:

– Кто бы ты ни был, наш любопытный гость, теперь ты поедешь с нами! Лодка, вперед!

Сами собой надулись паруса и засияли холодным светом, лодка быстро заскользила по воде к середине озера, хотя никто не дотрагивался до ее руля.

Развевались волосы женщин, неподвижно стоявших на ее носу, а замок Лацизе казался еще более грозным и темным, чем обычно.

Когда лодка подошла к середине озера, лодочник, подглядывавший одним глазом из укрытия, увидел, что навстречу ей приближалась другая лодка, с той стороны, от городка Сало.

Так лодочник оказался на встрече ведьм двух берегов озера Гарда. От испуга он толком не понял, о чем говорили представители «двух делегаций», он запомнил лишь обрывки фраз о граде, о наказании жителей маленькой деревни, которые осмелились чем-то прогневать ведьм.

Когда лодка вернулась в порт и женщины, покинув ее, снова скрылись в туннеле, лодочник не мог поверить, что его оставили в живых. До рассвета, несмотря на грозу, он оставался в лодке, не в силах вылезти из-под парусины.

Утром он рассказал историю в городке. Конечно, нашлись те, кто просто посмеялся, но большинство решило рассказать эту историю местному священнику. Тот, подумав немного, предложил освятить лодку, что вскоре и было сделано, а процессия жителей обошла городок с крестным ходом.

Прошло несколько дней, лодка оставалась на своем месте, несмотря на грозы, видимо, ведьмы больше не могли ее коснуться.

Но однажды разразилась самая страшная гроза, какая только бывала в этих краях. Под грохот грома огромная молния ударила в замок на драконьем холме. Старинный замок был испепелен, и никогда больше истории о ведьмах не рассказывались в этих местах.

А на гербе городка Лацизе изображен дракон!

* * *

Как и в кухне прочих регионов, основа гардезианской кухни – это кухня бедняков, Cucina Povera. Но озерные блюда отличаются от кухни приморских регионов или центральной Италии, на Гарде все вертится вокруг озерной кухни, озерной рыбы и рыбы из горных речек.

Только здесь можно попробовать «карпиони» – рыбу из семейства лососевых с нежным розовым мясом, которые водятся только в озере Гарда, и некоторые рестораны готовят их по предварительному заказу. Озерная форель обычно весит больше килограмма, и заказывают ее в основном на компанию. Из щуки, линей, сигов готовят рыбные супы, напоминающие нашу уху, запекают рыбу на углях, готовят нежные блюда в специальных соусах.

Некий итальянский гастроном однажды заявил, что только ради местного рыбного супа стоит приехать на Гарду!

Кухня городков, отстоящих чуть дальше от берега, уже больше похожа на привычную итальянскую. Здесь проходят деревенские праздники колбасы мортаделлы и поленты, готовят популярные блюда региона Венето, а мясо на вертеле – фирменное блюдо ломбардской стороны – представляет собой куски кролика, свинины, курицы, дичи, медленно запекаемые над углями с листьями шалфея и сбрызнутые знаменитым гардезианским оливковым маслом.

Гардезианское масло поистине замечательное, оливки собираются вручную, и на многих давильнях до сих пор не используют машинную выжимку. Такое масло имеет кислотность меньше единицы и высоко ценится специалистами.

Горный мед, белая местная спаржа, особенные горные каштаны – здесь множество продуктов, которые не найдешь в других местах.

Одно из самых старых блюд – это Carne salado, или La carne salà на диалекте, типичное блюдо Ривы, Вароне, Арко, тех городков, которые удалены от озера.

Способ приготовления соленого мяса весьма долгий. Говядина помещается в рассол, рецепт которого не меняется веками: много соли, сахар, тимьян, майоран, лавровый лист, корица, мускатный орех, можжевельник, перец, красное вино.

Сверху ставится пресс, и мясо засаливается в холодном месте в течение 30 дней.

Подается горячим, подогретым на решетке, тонкими ломтиками, сбрызнутыми оливковым маслом и бальзамическим уксусом, с гарниром из брокколи или бобами, либо как карпаччо, почти прозрачными тонкими кусочками на рукколе, сбрызнутое бальзамическим уксусом.

А брокколи тоже гардезианская, ее выращивают в Торболе и гордятся отменным вкусом продукта.

Сардины с оливковым маслом, петрушкой и чесноком, Sardine con Olio, Prezzemolo e Aglio (на диалекте Sardele oio Persemol E Ai)

Это интересный рецепт для рыбки на гриле.

Ингредиенты:

• 8 сардин

• Петрушка

• 2 зубчика измельченного чеснока

• Лимонный сок, оливковое масло, соль и перец

Очищенные сардинки кладем на решетку и сбрызгиваем приготовленным заранее соусом: масло, лимонный сок, мелко нарезанная петрушка и чеснок, которые перемешиваем, чуть-чуть настаиваем, снова перемешиваем.