Читать книгу "Созвездие Майя"

***

Дошла она часам к семи, когда уже стемнело, вся измотанная и уставшая, зато довольная собой. Ребята сидели у костра, рассказывали анекдоты и ужинали. Завидев Агату, Ульяна крепко выругалась, освободила ей место и наложила еды в пластиковую тарелку.

– Эй, Меркулова, тебя где носило? – подал голос Костя – самый высокий парень в их классе.

– Не твое дело. – огрызнулась Агата, прошла к костру и взяла тарелку в руки.

– Да вид у тебя какой-то измученный, будто от погони все это время удирала. А что, если тебя выследят? Тобой-то мы, может быть, пожертвуем, но о наших жизнях кто подумает?

– Смотрите-ка, как заговорил. Этому столику больше не наливайте. – ответила язвительно Агата, уплетая за обе щеки ужин. Когда мальчишки разговорились о своем, в разговор поочередно уже начинали вступать девчонки, Ульяна положила ей руку на плечо и вкрадчиво поинтересовалась: Так куда ты ходила?

– Хотела посмотреть, где именно находится выход из леса к деревням. Я что-то пропустила, пока меня не было?

– Пропустила кое-что… Но тебе это не понравилось бы, хорошо, что ушла.

– Например? Кого-то били? – Агата встревожилась.

– Нет, намного хуже. Играли в арам-шим-шим.

– Играли в чего? – девушка не поняла, что такого может быть в простой игре.

– Ну, как тебе объяснить… Это игра, где мальчик и девочка становятся в середину круга спина к спине и поворачивают голову по команде, не сговариваясь. Если направление не совпадает, они жмут друг другу руки, если наоборот – мальчик должен поцеловать девочку… – пустилась в объяснения Ульяна. У Агаты сердце провалилось куда-то в сапоги, но она все равно спросила:

– С кем стоял Тим?

– С Юлей. – убито ответила Ульяна.

Агата вздохнула – так она и думала. Ну ничего, будем ждать, значит. Вскоре им надоест.

– Так ты нашла, что хотела? – поспешила перевести тему разговора подруга.

– Да вроде бы… Там склон крутой еще такой, туман внизу лежит, и поле… – Агата задумчиво уставилась на играющие языки пламени.

– Ничего себе, да туда только километров семь! Ты, как будто, и действительно бежала!

– Ничего я не бежала. Даже успела поплутать. – отмахнулась Агата, но Ульяна уже не вслушивалась в подробности рассказа: Пацаны, Агатка до кривого холма дойти успела!

Восторженный вздох пронесся по всей толпе туристов:

– Во дает!

– Молодца!

– Ух ты, страшно небось было? – спросил Тим.

– Чего там может быть страшного? – фыркнула Агата.

– Да врет она, тряслась поди, как осиновый листик! – поддел Костя.

– Ага, конечно, а кто у нас, когда валежник встретил, громче всех сказал «Ребят, давайте я домой пойду?», а? – Агата ответила не хуже остальных, видно было, что Костя сильно покраснел.

– А раз ты такая смелая, может до Черной деревни уж дошла бы? – попытался заступиться за друга Матвей.

– Что еще за Черная деревня? – нахмурилась Агата.

– А ты не знаешь? Ну дает! Это у нас что-то типа аномальной зоны. – с гордостью сказал Костя.

– Сами вы аномальная зона. – подала голос Кристинка. – Ну была там раньше деревня, пока скважину не пробурили, а там газ оказался и периодически почему-то воспламеняется. Там никто давно не живет, а дома некому убирать и под снос списывать. Так и стоят там угли одни.

– А там опасно? – Агата доела ужин и отложила тарелку в сторону.

– Ага, только придешь – заявится Тверской дух и спалит тебя заживо!

– Костя! Ну в конце концов, заткните его кто-нибудь, не даст рассказать нормально! – вспылила Кристинка.

– Да молчу я, молчу, сама спалишь кого угодно. – снисходительно улыбнулся Костя.

– В общем, я не рассказала еще всего. Опасности там есть, конечно, но не смертельные, если бегать хорошо уметь. Просто в любом месте что-то да может загореться. Ну и вид жуткий. Прикинь, сотня домов и все сгоревшие. Некоторые, может, уже давно кучкой пепла стали.

– Откуда ты все это знаешь, Крис? – уже интересно стало Ульяне.

– У меня папа этим местом интересовался, приходилось слушать, запомнила кое-что из его рассказов, и вот…

– Здорово… – восхищенно протянула Ульяна.

– Ну что, слабо тебе, рыжая, в Черную деревню? – издевательски хмыкнул Костя. Агата скользнула взглядом по всей компании, которой было интересно, чем же закончится противостояние, задержала взгляд на Тиме, который словно ждал от нее принятия спора и ответила твердо:

– Допустим, не слабо. Дальше-то что?

– А дальше… Вот придем из этого похода – пойдешь в деревню. С доказательствами. Фотками, видео там… Согласна ты или в обморок сейчас свалишься?

– Согласна. – сказала Агата и протянула ему руку. Ульяна разбила рукопожатие.

Вселенское собрание посидело у костра еще минут сорок, а потом все разошлись по палаткам.

Палатка девочек представляла собой сложную конструкцию, разделенную на три кубрика – два двухместных и один трехместный. У мальчишек было четыре двухместных кубрика.

Агата и Ульяна сидели в своем отсеке и пили кофе из термоса Агаты. В том, что Ульяна раскритикует ее решимость при первой же возможности Агата не сомневалась.

– Ну как ты смогла только пойти на такое? У тебя разум есть?

– Да ты видела как они шоу ждали? Им хоть какое шоу, главное – спецэффекты! Он хотел выставить перед всеми меня полной идиоткой…

– У него это получилось.

– Да ты за них что ли? Вообще-то, на протяжении всего разговора я не услышала от тебя ни одного слова, адресованного мне. А потом ты молча разбила рукопожатие.

– Ну извини, я тогда вообще о другом думала… Я не виновата в этой вашей заварухе!

– И о чем же ты думала? Уж не в Костю ли ты втюрилась?

– Тссс… Тише, чего орешь?

– Какая новость! Ничего себе, Ульяна наконец-то ищет себе спутника жизни!

– Не прекратишь сейчас же, всем разболтаю, что ты по Тиму сохнешь!

– Вот же, подруга называется! – Агата не понимала, с какой стати зла на Ульяну, было такое – просто зла и все тут. За то, что в одиночку смотрела на этот их… Арам-шим-шим… За все равнодушные взгляды. И за симпатию к человеку, который ей совсем не нравился. Ей сейчас просто хотелось придираться ко всему, что движется, без видимой на то причины – кажется злость и досада, так качественно скрытые у костра, просились на свободу.

Она поняла, что еще чуть-чуть и доведет подругу до слез, накинула на плечи пуховик и вышла из палатки.

Вокруг царила тихая, пронизывающая холодом тишина, безветрие. Был такой холод, словно в атмосфере больше не оставалось воздуха, и все живое погрузилось в один нематериальный вакуум. Это немного успокоило ее, она обернулась, как завороженная смотря на фонари двух палаток. Она отошла чуть в сторону и решила присесть, как вдруг то, что она приняла за пень, пошевелилось и обернулось. Агата коротко вскрикнула, а потом увидела Тима. Он улыбнулся:

– Гуляешь?

– Ты чего меня пугаешь? Сидит тут… Да, гуляю. – немного совладав со вновь нахлынувшей злостью, твердо сказала Агата.

– Предлагаю немного прогуляться вместе. – предложил Тим и встал со снега. На нем не было шапки, он был одет в один лишь свитер с ромбиками. Агата хотела было сделать ему замечание, потом передумала, решив, что он сам с этим может разобраться. Он пошел по направлению тропы, откуда они пришли на эту поляну, немного погодя обернулся, ожидая, что Агата последует за ним. Она двинулась в его сторону.

– Ну и что это было? – немного помолчав. Спросил он.

– Ты про что? Ничего такого не заметила. – Агата разглядывала созвездия, подняв голову.

– Зачем ты приняла спор? Костя же просто тебя провоцировал!

– Ой, ну тебя спросить забыла. Ты уж не читай мне нотации! – фыркнула Агата.

– Да нет, просто предупредить хотел… Опасно там очень.

– А ты будто там был? И вообще, ты сам два месяца назад приехал…

– Полтора.

– Тем более!

– Смотри, как красиво… – Тим тоже поднял голову, чтобы рассмотреть то, на что так долго смотрела Агата.

Девушка вздохнула. Похоже, он больше не хотел разговаривать на эту тему.

– Да, красиво. Вон там, около большой сосны – Кассиопея.

– Феерично выглядит. Знаешь, Агат…

– Че? – Агате было не очень удобно разговаривать, когда она смотрела на небо и искала полярную звезду.

– Надоела мне эта Юлька. – уверенно закончил он начатую фразу.

– А днем ты с ней и ребятами играл в этот… Ну как его, арам…

– Значит, тебе уже растрепали. И кто, интересно?

– Не имеет значения…

– Да она меня заставила!

– Если бы тебе действительно это не нравилось – ты бы с ней не пошел. И не стал бы строить из себя несчастного.

– Никакой я не несчастный!

– Несчастный и унылый! Пессимистичный раб! Такой и есть! – Агата почти кричала, уже не смотря на звезды. Закончив свой монолог, она отвернулась от него и пошла к палаткам.

– Если пойдешь в Черную деревню – береги себя. – тихо вслед добавил Тим.

– Нужны мне очень твои советы! Отвали! – Агата, не оборачиваясь, махнула на него рукой и залезла к ним в палатку.

***

Через два дня ее ждало возвращение домой. А дома ждал сюрпризец…

Они расстались с ребятами у школьного двора, и все начали разбредаться по домам, таща за собой рюкзаки чуть меньшего размера, так как вся еда, взятая с собой, была съедена за эти два короткие, но такие емкие на события дни похода.

Девушка дошла до дома, поднялась по лестнице в подъезд и открыла дверь в квартиру. Сразу, если посмотреть вправо – она увидела маму, копошащуюся на кухне.

– О, дочка пришла! Не замерзла? Голодная? Переодевайся и садись кушать! Там в комнате тебя кто-то ждет!

У Агаты в голове тут же пронеслись тысячи догадок: Мама что-то мне купила? Кто-то? Подруга какая-нибудь меня потеряла? Но все же были в походе… Мама принесла кота? Или Лиза его притащила? И почему в мою комнату? – девушка открыла дверь в свою небольшую каморку. Представшее ее глазам было поистине неожиданное.

На кровати сидела Милена и листала журнал косметики с Одри Тоту на обложке. Агата вскрикнула: Милена, твою за ногу налево!

От такого вопля подруга вскрикнула в ответ своим тонким голоском, но потом увидела старую знакомую и побежала обниматься.

– Ты как здесь вообще оказалась? Телепорт же еще не изобрели! – Агата стиснула подругу в объятиях.

– Я попросила маму приехать сюда на месяц! Остановились в доме у одной женщины. Причем тут нет ни одной гостиницы!

– Вроде месяц тут живу, а про наличие гостиниц не поинтересовалась… Может, их и правда тут нет. Короче так, пошли жрать, а потом гулять! Заодно все обсудим. Уж мне-то есть про что рассказать!

– Я за любое предложение, в которое входит слово «жрать»!

– Узнаю тебя, за это время ничуть не изменилась.

Девочки поели на кухне и вышли на улицу. Агата повела подругу к заснеженному футбольному полю, где недавно были они с Тимом.

– Так что, получается, тебе позарез надо туда пойти? – Милена пыталась понять рассказ Агаты о Черной деревне.

– Ну вроде бы… Иначе… Хотя я не знаю даже что иначе. Я должна буду принести фотки, или видео – ну или все вместе.

– Не повезло тебе…

– Наоборот, я так считаю. Если бы не они – я так бы и не узнала об этой аномалии, а если бы узнала – так и не решилась бы сходить. Ты со мной? Будем снимать репортаж.

– Ты думаешь, что после твоего такого увлекательного рассказа я откажусь? Когда это я тебя не поддерживала?

– А ты все-таки изменилась чуть-чуть… Повзрослела, что ли. И ростом мне уже не до плеча, а на два сантиметра выше него.

– Да сапоги на платформе просто надела. Ощущение, что я всю жизнь пробуду мелкой!

– Метр пятьдесят два – не особо мелко. Да и ты еще растешь, так что не переживай. Не впадай в депрессию…

– А впадай в Енисей!

– Пост скриптум – почти любая река Сибири! – они обе поняли их фирменную шутку и рассмеялись.

– Слушай, а мы когда пойдем? Надо же будет успеть собраться.

– Есть предложение. Сегодня собираемся, чешем завтра на рассвете. Хоть увидишь, как солнце просыпается… Да и Новый год отметим по-особому, в походе. Небось, еще не было у тебя таких приключений?

– Нет, не было конечно. Как же хорошо, что я приехала!

– Да, как же хорошо, что ты приехала… – протянула Агата с улыбкой.

– Слушай, мне сейчас надо у мамы будет быть дома, побегу наверное!

– Значит так. Запоминай. Выходим завтра в девять вечера…

– А может быть сегодня? – робко предложила Милена. Агата задумалась.

– Точно, а ведь сегодня удобнее! А Новый год в походе встретим, я заодно и на школьную дискотеку успею. Правда, меня еще никто не пригласил… Но до нее времени как пути до Китая!

– Это верно… Что взять с собой?

– Уж точно не фисташки и не гелевые ручки. Найди себе комбез и побольше теплых вещей.

– Ладно, пошарюсь во взятых из дома вещах.

– Вот пошарься. Мне, если честно, тоже бежать надо. Встречаемся в без двадцати девять у меня в квартире.

– Есть, Авоандис! – отсалютовала Милена. Агата в ответ рассмеялась, обняла подругу и проводила ее взглядом.

Девушка оглянулась и посмотрела на заснеженное поле вдалеке, до которого они так и не дошли. Когда-то они здесь играли в попрыгунчики с Тимом…

– Так, все, хватит! – громко сказала себе Агата и залепила себе по лбу со всего размаху. Если вовремя не прекратить эту тоску – она затянет, словно болото в лесу в Зеленодольске. Как назло, вспомнился еще и случай с блокировкой в соцсети. Самооценка тут же медленно и демонстративно сползла вниз и вальяжно разлеглась на самом дне сугроба. Она решила отвлечься и запустить в штангу одиноко стоящих ворот пару снежков. Агата попала со снайперской точностью – хотя бы это еще утешило, какое-никакое, а достижение.

Внезапно она вспомнила, что у нее дома лежит так и не открытая с момента нахождения коробочка. Ей вдруг стало как никогда интересно посмотреть, что же там такое находится и показать Милене. Она быстро направилась домой, перейдя потом на быстрый шаг, а далее – на бег. Она запыхавшаяся вбежала в квартиру, которая почему-то была не заперта. Мамы и Лизы дома уже не оказалось. В гостиной сидел папа и что-то усердно чертил за большим столом, высунув набок язык.

– Пап…

– Да, Агатка, что хотела? – сказал он, не поднимая глаз от чертежа.

– Я тут… Спросить хотела.

– Ну спрашивай, не тяни.

– Во-первых, где мама? Во-вторых, не мог бы ты помочь мне открыть кое-какую коробочку? Папа наконец посмотрел на нее.

– Мама уехала в Едрово покупать билеты в Тверь, Лиза с ней увязалась. Откуда и какую коробочку тебе открыть нужно? – папа говорил машинально, явно пребывая в своих мыслях.

– Да так, обычная железная коробочка. Но замок не поддается.

– Неси ее сюда, попробуем.

Агата сбегала в комнату, достала из комода коробку и принесла папе. Пока она ходила, он мигом достал какие-то отвертки, шпильки, металлические штырьки. Она положила коробочку ему на стол.

– А откуда у тебя такая взялась?

Агата не хотела рассказывать, что они с Миленой лазили по их чердаку в Зеленодольске, да еще и отперли какую-то комнату:

– Милена принесла и попросила помочь открыть. – сказала она.

Папа принялся за дело, Агата присела на диван и уставилась на елку, пока он работал. В глаза ей бросился громадных размеров розовый фарфоровый шарик с белыми горошинками. Она этот шарик помнила с детства – всю жизнь она вешала этот шарик повыше, рядом со звездочкой. Сначала это делалось сидя на шее у папы или мамы, потом она стала доставать сама. Сейчас же шарик висел почти у пола, видимо, его вешала Лиза. Опасаясь, что любимый хрупкий шарик может съехать с ветки и разбиться, она подошла, сняла его и повесила почти что рядом со звездой – кстати, она тоже висела криво. Пришлось поправить и ее. Папа крепко выругался. У него сломалась крестовая отвертка. Он молча встал, подошел к Агате и вручил ей так и не открытую коробочку:

– На, попроси кого-нибудь другого ее открыть.

Сам он ушел в ванную мыть руки. Агата вздохнула, сунула коробочку под мышку, накинула пуховик и вышла на улицу. До назначенного времени оставалось почти восемь часов. Навалом, если подумать. За это время можно было дойти до Черной деревни с оборотом домой.

– И все же, кто сможет ее открыть? Кроме папы, у нее мужчин-знакомых больше не было. Кто сейчас может быть в школе? Физрук, трудовик… Но сейчас, скорее всего, эти двое сидят за столом и глушат стакан за стаканом. Новый год у них всегда начинается на неделю раньше, а заканчивается на неделю позже. Оставался только Тим. Надежда была невелика, ведь он почти ее ровесник, вряд ли он бы смог что-нибудь сделать, если у папы уж не получилось. Идти к нему не хотелось, особенно после того, как она послала его куда подальше, и он весь оставшийся поход делал вид, будто ее не замечает. Конечно, открыть эту коробочку не было каким-то позарез нужным делом – все же она хотела, как следователь, завершить начатое.

Вскоре она стучалась в дверь дома Тима.

– Хей… О, привет, что случилось?

– Да тут… Помощь нужна кое-какая… – сказала Агата, понурив голову. Она сейчас больше всего опасалась, что он припомнит ей случившееся в походе, а еще хуже – закроет после этого дверь прямо перед ее носом.

– Проходи. Помогу, чем смогу. Ты чаю будешь?

Агата осторожно вошла, озираясь по сторонам, чтобы вовремя заметить летающего по квартире младшего брата Тима – Ваньку. Тим понял намерения ее взглядов и успокоил:

– Сегодня Ванюха с друзьями гулять пошел. Придет где-то… Вечером. Ну, и мама тоже. Чего там у тебя?

Девушка осторожно достала коробочку из огромного кармана куртки и очень аккуратно положила на стол, будто она была хрустальной или фарфоровой:

– Папа не смог открыть, а мне позарез надо посмотреть, что там.

Тим взял в руки коробочку, покрутил в руках и вынул из пенала отвертку. Наличием отвертки в его пенале Агата решила не интересоваться, а просто наблюдать. Он решил проблему проще, чем казалось бы – открутил не замочек, а все вместе, что было ввернуто в коробку. Агата затаила дыхание и только тихо поглядывала из-за его спины, следя за происходящим.

– Ну что, интересно, что внутри? – Он вдруг заговорщически на нее посмотрел и усмехнулся.

– Ну да, за этим и пришла… – растерянно пробормотала девушка. Тим разломил коробочку на две половинки, и она раскрылась с характерным скрежетом.

Они уставились на нее глазами под пять копеек. Внутри было множество мелких предметов, это было похоже на чей-то тайник. Тим потянул было руку вынуть то, что там лежало, но Агата дернула его за рукав:

– Я сама, отойди…

Тим был настолько заинтересован находкой Агаты, что даже не отреагировал на то, что она вернулась в свое привычное ненавидящее его состояние. Он просто продолжил наблюдать. Агата достала оттуда пару свернутых бумажек, монет времен СССР, бумажный самолетик, гвозди, пуговицы, браслетик из прозрачных бусин и пару оловянных солдатиков. Она восторженно вздохнула:

– Надо показать это Милене, обязательно! – она сгребла в кучу все, что было в этой коробочке, закрыла ее, насколько это получалось после проведенной операции и решительно направилась к выходу. Тим лишь успел сказать ей пару слов, как та, накинув куртку на плечи, убежала.

***

Милену она так и не нашла. Она ездила в Едрово на велосипеде по проложенному ими с Ульяной маршруту, но ни на одной улице ее не встретила.

Доходило семь вечера, начинало темнеть. Агата ехала домой по шоссе, соединяющее Едрово и Озерный – вот так просто можно было попасть из одной области в другу. Знакомый поворот, проулок – вот и окна их дома. В паре квартир шла жизнь, окна горели и отбрасывали отсветы на голубоватые сугробы. Девушка зашла в подъезд. На ступеньках прямо под их квартирой сидела Милена в обнимку со своим рюкзаком и, видимо, спала. Агата подошла к подруге и тронула ее за плечо. Та вскочила и по инерции шлепнулась обратно – похоже, перевесил рюкзак.

– Эх ты, чебурашка… Полдня тебя у вас там искала!

– Мы с мамой ездили кое-куда на такси, а потом она мне помогла сюда доехать. Еле отпустила, правда…

– Ладно, не суть. Короче, поход отложим где-то на час. Я решила открыть ту коробочку, которую мы нашли в Зеленодольске на чердаке. Ну, открыла. Правда, не своими усилиями, но не будем об этом.

– Ты видела, что там?! – вскрикнула на весь подъезд Милена.

– Тише ты! Кто ж так орет-то?

– Ладно, ладно. Пошли сейчас к тебе, посмотрим там, что получилось.

– Вот и я о том же. – шепотом сказала Агата и открыла дверь своим привычным способом в виде взлома шпилькой.

Мамы и Лизы до сих пор не было дома, папа спал на диване в гостиной. Агата указала жестом пройти в ее комнату и пригласила Милену туда.

Девушка снова достала из кармана коробочку и высыпала содержимое на стол. Милена прерывисто вздохнула.

– Ух ты, что это такое, а главное – чье оно?

– Есть предположения, что это тайник. Чей-то. Ну, это очевидно. Наверняка какой-то пацан в Зеленодольске копил различные штучки, а потом спрятал и забыл. Или он забыл специально.

– Что-то вроде послания потомкам?

– Именно. Знаешь, было бы интересно найти владельца этой штуки и поговорить с ним. Хотя бы вернуть это ему…

– Ну, это сейчас явно не пацан. Монеты-то старые.

– А вот это ты точно подметила. Знаешь, рассмотри это все хорошенько, а пойду кое-что спрошу у папы. Милена одобрительно кивнула, Агата осторожно открыла дверь комнаты. Из гостиной слышался умеренный храп, перекликаясь с сопением и похрюкиванием.

– Даже будить как-то жалко… – подумала Агата. Тем не менее она прошла в комнату, где стояла елка и спал папа, и села рядом с ним.

– Пап…

– Че тебе? – раздался сонный голос откуда-то из-за папиной спины.

– У меня есть пара вопросов…

– Угу…

– Помнишь дом в Зеленодольске?

– Забудешь его, конечно.

– Ты не помнишь, какие у него были прежние хозяева? Просто интересно. Вы же ведь его с рук купили.

– Была там бабка какая-то. Они там жили с сыном и дочкой, а ее сын утонул.

А вот это было уже интересно!

– А как он утонул? – у Агаты в голове мелькнула догадка, кому могла принадлежать коробочка.

– Да не знаю я, чего ты прицепилась? Я сплю. – папа демонстративно развернулся к ней спиной и так же мерно засопел, словно и не просыпался. Агата вздохнула и встала с дивана – когда папа спал – его лучше было не будить. Изредка тормошить разрешалось только Агате, как его любимой и старшей дочери, и то, когда он был в отличном настроении. Сейчас, даже находясь в полусне, папа выдал важную информацию – это значило, что засыпал он, находясь в хорошем расположении духа. Все полученные знания Агата передала Милене.

– Получается, владелец – давно утонувший мальчик.

– Жутковато… А мы вернуть хотели. – Милена поежилась.

– Могли бы вернуть его матери… – неуверенно предположила Агата.

– А если она тоже уже того? Давно ведь дело было.

– А ведь и правда. Но… Попробуем прочитать записки, что ли?

Она подошла к столу, взяла одну из бумажек и осторожно развернула – тонкая пожелтевшая бумага едва не порвалась. Записка была испещрена множеством строчек, выведенных синим каллиграфическим пером – в то время и не было ничего другого.

«Здравствуй, Саша. Это твой друг, с которым ты познакомился в лагере под Тверью. Я часто вспоминаю, как мы играли с ребятами и катались на лодках. Я решил тебе написать на той бумажке, на которой мы с тобой играли в города. Надеюсь, ты не будешь против. Как ты поживаешь? Жду твоего ответа.

Алексей, 10 лет.»

Далее Агата действительно увидела, что те строчки – названия городов, предыдущая и последняя буква которых обведены кружками.

– У него был друг, и он ему писал. Они были вместе в каком-то лагере. Видимо, в пионерском.

Милена все вертела в руках диковинные монеты – наверное, она с такими еще не встречалась.

– Кстати, посмотри, какого года эти монеты, раз уж они тебе так понравились. – последовала секундная пауза, и Милена ответила:

– Тысяча девятьсот пятьдесят восьмого.

– Ууу… Вот это раритет к нам попал. Смотри. Если его другу было десять лет, то и ему где-то в этом значении. Родился он в послевоенное время, выходит.

– Ну, логично, наверное…

– Так, сейчас. Получается, где-то в сорок восьмом году родился, так?

– Так. Открывай второе. Это же первое?

– Да, тут цифры проставлены. Конверты, кстати, не сохранились.

– Не так важно. Читай.

Агата развернула второе и начала вслух:

«Мама все время твердит, что было страшное время и боится произносить слово «война». Я тоже боюсь говорить это вслух, решился лишь написать, потому что война унесла жизнь моего деда. Отец пропал без вести уже после того, как все закончилось. Близится девятое мая, мама готовит много еды. Будем отмечать. Эх, если бы ты мог приехать – показал бы тебе наш город.

Сегодня я сам плавал на плоту и переплыл залив. Было немного страшно, но потом я вспомнил, что умею плавать, и страх тут же прошел. Напиши мне обо всем, о чем хочешь рассказать. Например, хотелось бы узнать, был ли паводок у вас в области? Или умеешь ли ты плавать? Обязательно летом встретимся в том же лагере и сплаваем на остров в озере. Ты ведь помнишь? Пиши, обязательно пиши.

Алексей Назаров.»

– Любопытненько… – Милена заглянула подруге через плечо.

– Что любопытного-то? Там есть третье?

– Подожди, сейчас посмотрю. – Милена отошла к столу. Агата начала выстраивать логическую цепочку. Он утонул, когда был еще мальчиком. Возможно, это случилось даже летом, в том лагере… Они могли плавать на остров.

– Милена! Я догадалась, как все было.

Подруга аж подпрыгнула. – Че случилось?

– Он точно мог утонуть, когда они лагере плавали на остров, или же, когда он собрался туда в одиночку..

– Как это подтвердить?

– Можно поехать в этот лагерь под Тверью и спросить там сводку происшествий, или еще вариант – в Зеленодольске найти эту комнату на чердаке и обшарить ее получше. И узнать, кто и где его сестра.

– Ну, последнее можно будет проведать у твоего папы. Только сейчас он так храпит, что я бы к нему даже подойти не решилась.

– Да, папа у меня суров. Особенно когда спит. – развела руками Агата.

Милена плюхнулась на кровать:

– Что же нам теперь делать?

– Мы еще не располагаем нужной информацией. В любом случае, придется далеко ехать. Начнем с Зеленодольска, после зимних каникул. А сейчас мы должны идти в поход, забыла? Все-таки настоящее сейчас важнее прошлого. А мне не терпится утереть нос этому идиоту Косте!

– В этом ты права. Но сейчас я так хочу спать, что ты меня можешь потерять в любом сугробе, и потом не найти.

– И что же мне с тобой сейчас делать? – Агата вновь развела руками.

– Давай поспим, а? – Милена заглянула ей в глаза своими бездонными огромными глазами.

– Опять запрещенный прием? Ладно, ложись, дрыхни. Так уж и быть, покараулю.