Читать книгу "Женские грёзы"

– Нет. Абсолютно ничего не помню, – соврала Виктория, а сама старалась прятать глаза, дабы не выдали её.

– Правда?

– Правда, – пожимая плечами, ответила Виктория.

– А что вы последнее помните? Расскажите, – не отставала Кристина Сироткина, и, будто старалась безболезненно так наступать на слабые места девушки.

Виктория задумалась. Она-то всё помнила. Всё до мельчайших подробностей. Не просто помнила, а видела, слышала и чувствовала мысли медсестры с её врачом. А что ответить? Соврать? Конечно же, придётся соврать.

– Абсолютно ничего не помню, – вновь Виктория повторила свой предыдущий ответ.

– Абсолютно никакие обрывки не возвращаются? – перефразировала Кристина Сироткина, как бы догадываясь о том, что девушка могла всё помнить, просто старалась не рассказывать.

Виктория молча кивнула, но потом резко остановилась и явственно вспомнила:

– А, нет, всё же помню… – начала она свой рассказ.

Кристина Сироткина выгнала медбратов, закрыв за ними дверь, присела рядом с Викторией, дабы было легче её слышать, была вся во внимании. Затаив дыхание, начала слушать свою пациентку, при этом изредка что-то записывала в своём блокноте.

– Помню, как я сюда попала после аварии. Помню ещё какую-то девушку, которая стояла рядом. Не знаю, кто это, но она была молоденькой и красивой, – начала сочинять Виктория.

Кристина Сироткина слушала и старалась представить того человека, кого видела Виктория.

– Она была невысокого роста, худая, как модель. На ней как раз была цепочка в виде голубой капли. А на правой щеке виднелось огромное родимое пятно.

Врач прекратила писать и странно посмотрела на девушку. Они так просидели в тишине около минуты. Когда пришла в себя, Кристина Сироткина встала и вышла из палаты. Виктория ничего не поняла. Но она праздновала маленькую победу.

– Что с вами? – подошла медсестра Лиза к чем-то расстроенной Кристине Сироткиной. – Что-то с Викторией?

– Нет, ничего, – махнула рукой и пошла в сторону своего кабинета.

Лиза выпроводила взглядом врача, а затем сама хотела убедиться своими глазами, что Виктория жива и здорова. Тихонько приоткрыла дверь, высунула голову, чтобы мельком взглянуть на девушку.

– Заходите, – не глядя, ответила Виктория, – не надо стесняться. Прошу вас, заходите, и присядьте рядом. Как я заметила, вам не хватает поддержки и дружеской беседы. Я к вашим услугам.

Лиза была в шоке, но старалась не подавать виду. Действительно, очень странно. Откуда пациентка могла узнать, что она желала иметь подругу? Это же невозможно. Больные, тем более находящиеся в коме, вряд ли бы сумели что-то разглядеть или расслышать. Даже если объяснить с другой точки зрения по поводу выхода души из тела, путешествия по астральному миру, веры в загробную жизнь, то здесь нет никакой логики. Это всё ненаучно!

– Что именно вы видели? Сможете рассказать или описать? – с интересом полюбопытствовала Лиза и с улыбкой присела рядом.

Виктория улыбнулась ей, но не настолько искренне, как она улыбалась обычно своим подругам или Лике. В её улыбка была горечь, презрение, ненависть, а ещё страх того, что могут сдать обратно в психушку.

– Ну? Вы что, не хотите со мной делиться? – вновь переспросила медсестра Лиза, положив правую руку на колени девушки. – Расскажите, пожалуйста. Даю слово, что никому ничего не скажу. И откуда вы догадались, что я хочу иметь подругу? Ведь это только моя тайна.

Виктория вдохнула. Не знала, с чего же ей начать. Могла начать с самого начала, как она работала в доме терпимости, продавала себя ради хорошей жизни. Или же сказать правду, что слышала своими ушами? И как, интересно, она отреагирует на это? Ведь понятно же, что не поверит. Примет за дуру ненормальную и плюнет, а потом с лёгкостью превратит в настоящего психа.

Тогда Лиза решила взять всё в свои руки. Она знала, что Виктория чуть-чуть старше неё, поэтому легко можно найти с ней общий язык. Взяла девушку за левую руку, поднесла её к своему сердцу, и положив, ответила:

– Не думайте о плохом. Откиньте все плохие мысли. Я знаю, что у вас всё так плохо. Пожалуйста, доверьтесь мне. Когда увидела вас, то поняла, что вы не из такого круга. Вы совсем другая.

Виктория не могла отвечать на такие странные комплименты. Она вообще не поняла смысла слова «другая». Если бы медсестра узнала, что она работала девушкой по вызову, то вряд ли бы так говорила.

– Понимаете… – начала свой разговор Виктория, – я, похоже, побывала на том свете. И слышала, что вы хотите отдать меня в психушку.

Медсестра Лиза прекратила держать руку девушки и улыбаться. Всё же придя в себя, вздохнув-выдохнув, она ответила по-своему:

– Вы не так поняли, Виктория! Это Кристина Алексеевна виновата!.. Я тут совсем ни при чём. Я не хочу просто так сдавать здорового в такие лечебные учреждения.

Не успели они договорить, как в палату заглянула чем-то озабоченная Кристина Сироткина, а за ней по пятам шёл… доктор Вейшмарк?

Глава XXXII

Лика с Олесей решили в субботу с раннего утра начать поиски больницы, куда могла загреметь Виктория. Все их попытки найти подружку были тщетны. В некоторых больницах говорили, что такие пациентки не поступали, а в некоторых вообще умалчивали, ссылаясь на то, что это чисто конфиденциальная информация, и чужим знать не положено. Лика была вне себя от ярости! Она не знала, как теперь найти Викторию. Шансы с каждым разом уменьшались. Всё было понятно, что не найдут её. Москва-то большая, а больниц тут очень много. Она могла оказаться в любой из них.

– Успокойся, Лик. Я уверена, найдём мы её, – пыталась успокоить Олеся. – Давай лучше кофе попьём, а то не выспались за ночь.

Лика лишь кивнула. Ей не хотелось думать о каком-то кофе. Она вообще не могла завтракать спокойно, пока Виктория была в больнице и о ней ничего не было известно. Да и вряд ли возможно найти её. У них не было никаких зацепок, идей, даже подсказок, где могла находиться Виктория. Хоть погадай, или обращайся к нечистой силе.

Лика призадумалась и смотрела на потолок. У неё в мыслях начали просачиваться идеи обращения к нечистой силе в форме гадания на зеркалах, воде, с помощью свечи и вызов духов своих предков. Она знала, что в её роду был знатный помещик, который имел почти всё. Ещё поговаривали, что Александр Арбатов был не просто помещиком, а приходил из династии Рюриковичей, и то, что сам Иоанн Васильевич был его предком, и то, что граф Арбатов умел общаться с духами. Ещё поговаривали, что он знался с самой нечистой силой. Это значит, что и Лике должен передаться его дар общения с мёртвым миром. Но это лишь история и тайны семьи Анжелики. Кто знает, может, это вообще неправда.

– У меня есть идея, – предложила Лика, одновременно размешивая ложкой свой кофе. – Если верить легенде, то у меня род приходится из самых знатных и богатых. Я могу связаться со своим предком с помощью спиритизма и узнать про Викторию.

Олеся на неё так посмотрела, будто она ляпнула что-то совсем ненормальное и сумасшедшее. Это было выше её понимания. Девушка не верила во все эти гадания, в духов и разных чертей.

– А ты уверена, что они все существуют? Это же просто фантазия авторов и всего народа. Ну нет никаких духов и призраков!

Лика предпочла просто промолчать. Она поняла, что сама в это не верит, но вдруг резко поверила. Даже согласна была принять участие в вызове несуществующих духов. Она была реалисткой и материалисткой. Но никакого отношения к вере, тотемизму, колдовству, шаманизму или фатализму не имела.

– Ладно, ты пока допивай свой кофе. Бери вот сыр с колбасой, делай бутерброды и ешь. Всё же у тебя пока растущий организм, – поближе отодвигая тарелку в сторону Лики, с какой-то милой и восторженной улыбкой ответила Олеся.

– А ты что, не хочешь?

– Я пока не буду, солнышко. Ешь пока и ни о чём не думай. Мне пока нужно отойти на некоторое время. Ты, пожалуйста, брось эту глупость по поводу вызова духов. Это всё несерьёзно.

Лика ничего не ответила, посмотрела на неё и снова кивнула. Она поняла, что подруга была права. Это уже чересчур очень глупо и очень даже первобытно.

– Я пока отойду на некоторое время. Нужно подруге позвонить.

Лика снова ничего не ответила. Она резала тонкими ломтиками колбасу с сыром.

Олеся отошла в комнату. Вытащив телефон, снова набрала номер Анюты, с кем она работала. Хорошо, что она не заставила её ждать и ответила уже в течение пяти секунд.

– Анюта? Здравствуй, моя прелесть.

– Лесь? Привет, моя крошка. Как ты? Какими судьбами так рано позвонила?

– Дела идут потихоньку. Мне нужна твоя помощь. У тебя родственники до сих пор работают в Министерстве здравоохранения?

– Ты про дядю Рому? Если про него, то да. Он там работает техническим специалистом и может найти любую информацию.

– Так, значит, у него есть доступ ко всем больницам нашего города?

– Да, имеет доступ. А что случилось-то?

– Дело в том, что пропала моя подруга Виктория. Все следы указывают на то, что она попала в больницу с тяжелейшей травмой головы. Мы и сами не знаем, в какую именно попала. Обзванивали около тридцати клиник, но там всё было пусто.

– Ты про Викторию Эзерштейрн?

– Да, о ней.

– Хорошо, поговорю с ним.

– Желательно сегодня.

– Хорошо, хорошо. Можно я тогда к тебе приеду. Что-нибудь вкусное к чаю привезу. Поговорим, расскажу о последних новостях, посплетничаем.

– Секунду, пожалуйста, – ответила Олеся и на время отключила звук. Конечно, хотела с ней встретиться, поговорить по душам. Но куда она её пригласит? Что ей скажет по поводу того, что находится не дома, а в квартире Виктории? Да и как представить Лику? Все эти мысли ей не давали покоя. Но она, всё же сделав вдох, снова включила звук: – Да, ты, конечно же, можешь приехать. Только сразу скажу, что я нахожусь в гостях у Виктории. Подругу временно заменяет её знакомая девушка по имени Лика. Адрес я тебе по смс пришлю, – закончив, спокойно выдохнула.

Похоже, Анюта ни чуть не удивилась. Она согласилась прийти ближе к девяти часам вечера. Пообещала, что до этого времени постарается узнать хоть какую-то информацию о Виктории.

– Спасибо тебе, друженька-подруженька. Надеюсь, всё у нас получится. Ну, до вечера.

– Давай, пока. До встречи.

Олеся посмотрела в окно и задумалась: «А правда ли я сделала, что обратилась к подружке»? Очень сомневалась в реальной дружбе с Анютой. Не была так уверена в ней, как уверена в Виктории, Наталье и Лике. Хотя Виктория и соврала. Но… но это не имеет никакого значения. Она не соврала, а просто недоговорила. Ну по крайней мере, так себя утешала Олеся.

«Что ж, думаю, пора прекращать думать о всякой ерунде, которая постоянно происходит со мной. Лучше уж постараться изменить свою жизнь. Если, конечно, такое возможно, думала Олеся, облокотившись рукой на подоконник. – Времени у меня не было, чтобы что-то исправить. Нужно как можно быстрее найти своих подруг. А дальше… дальше будет дальше, как говорится. Кто знает, может, я смогу изменить всё. Кто знает», снова подумала Олеся и села на длинный подоконник. Согнув ноги, голову положила на колени, повернувшись в сторону улицы, думала о своём, жизненном, женском и важном…

Лика пила чай, ела бутерброды. В данный момент у неё были совсем другие мысли: «Я ведь даже ЕГЭ не сдала. Что же буду делать целый год? Никуда я не смогу поступить без результатов ЕГЭ и аттестата». Чтобы хоть как-то успокоиться, она открыла окно. Кухня мигом наполнилась свежим воздухом, одновременно продувая нехорошие мысли девушки. Она поставила лицо к направлению ветра, как свежий поток воздуха стал щекотать её щёчки, виски, лоб, одновременно очистив от мыслей. Вдруг Лике резко стало плохо, что она, не добежав до ванны, прямо на кухне открыла кран и подложила голову под струйки холодной воды. Волосы вымокли, одновременно капли спадали с её шеи на грудь.

– Лика, что с тобой? – на кухню вошла Олеся и, увидев подругу в таком состоянии, первым делом закрыла окно, затем из ванной вытащила полотенце, чтобы им укрыть голову подруги.

Лика стала капризничать, шипеть, но Олеся всё равно продолжала тереть её волосы.

– Что ты вообще вытворяешь? Для чего ты голову под кран засунула? Тем более под холодную воду. Заболеть вздумала?

Тут Лика не выдержала, заплакала и всё рассказала. И о том, что она должна была в этом году закончить 11 класс, сдать ЕГЭ и поступить в медицинский, но не сделала это потому, что сбежала из дома. И сказала, что её не любили дома, в классе, и вообще, она никому не была нужна.

Олеся всё это слушала и ей самой стало тяжко на душе. Будто тяжелый груз из нескольких камней всплыл наружу. Она не могла ничего поделать. Да и поддержать тоже. Ей самой было плохо от всего. У неё столько изменений произошли за три месяца. Думала и думала. Даже по ночам думала, что не могла уснуть. Надо же так думать, чтобы эту самую «думалку» не сломать!

– Моя маленькая принцесса, – поцеловав в щёки, ответила Олеся и прижала Лику. – Ты даже не представляешь, как я благодарна судьбе за то, что познакомилась с тобой. Если бы не эта вся ситуация, то на вряд ли бы познакомились. А с экзаменами я тебе помогу. Обещаю, что ты на следующий год обязательно сдашь и поступишь. Будем вместе заниматься по русскому языку и математике.

Лика прекратила плакать, а посмотрела на свою подругу. Олеся лишь снисходительно улыбнулась ей, погладив по голове, как маленькую девочку. Заранее предупредила, что к ней в гости вечером заглянет её подруга. У неё есть родственник, работающий в Министерстве здравоохранения. Вот он и может узнать про неё. А пока ей нужно узнать улицу, на которой живёт Виктория. Улицу, дом и квартиру, чтобы по смс отправить подруге.

– Ты же знаешь улицу, – удивилась Лика, смотря прямо в глаза подруги.

– Правда? Я просто не помню. Честно.

– Зубовский бульвар, 25, квартира 54.

Олеся улыбнулась, обняла подругу и вышла из кухни, но при этом предупредила, чтобы прекращала экспериментировать с водой и больше не обливалась. Лика ничего не ответила, а осталась сушить волосы и смотреть в окно.

Не успела Олеся отойти на три шага, как прозвенел звонок. Девушка остановилась и уставилась на дверь. Из кухни на цыпочках вышла Лика. Указательный палец приложила к губам, как бы хотела сказать, чтобы была тихо и не шумела. Олеся кивнула и покрылась потом. Она испугалась, что это мог оказаться тот самый доктор с Александром. Они всё же вспомнили о ней и вернулись!

Лика жестом остановила Олесю и вверх подняла указательный палец «Внимание!». Снова приложила указательный палец к губам, как подошла и посмотрела в дверной глазок.

– Тс-с-с-с, – шёпотом сказала Лика, – там какие-то две женщины стоят. Одна высокая, худая, а вторая какая-то не такая.

– Это я, Наталья, – послышался женский голос за дверью.

Олеся наконец-то разрешила себе пошевельнуться и попросила отпереть дверь, потому что это пришла её подруга.

Лика удивилась, но всё же повиновалась своей подруге. Открыв дверь, там и вправду была Наталья с Татьяной. Они поздоровались и попросили разрешения войти. Олеся с улыбкой кивнула. Как только переступили порог, Наталья и Олеся обнялись. Они так были рады видеть друг друга, что слёзы радости навалились и на Лику. Она тоже обняла Наталью с Татьяной. Наталья всем представила Татьяну. Познакомились, разговорились о том о сём. Наталья решила напомнить всем, что она здесь оставила сына, и поэтому они решили вернуться, чтобы забрать его с собой.

– А куда это с собой? – подивилась Олеся. – Наташенька, ты разве не навсегда приехала?

Та промолчала. Видно, что не навсегда, а лишь временно. Тогда почему решила обратиться именно к Виктории, а не к ней напрямую? Тем более Наталья знала, что Виктория пропала.

Лика ничего не ответила, а оставила взрослый разговор и вышла на кухню, чтобы снова поставить чайник. Она знала, что в этом разговоре лишняя, потому что не знала сына Натальи. Да и женщина ещё всем рассказывала о какой-то девочке, которую нужно срочно спасать. А от чего или от кого спасти? Да и поведала она, что четыре дня назад в магазине встретила маленькую и чумазую девочку, которая к тому же чихала и дрожала. Она пожалела её, потому что остальные накинулись на малышку, попытавшись «разорвать» своими паршивыми языками. Благодаря своей смекалке и быстроте, Наталья вовремя вооружилась несколькими словечками из своего словарного запаса, послав этих самых людей кое-куда подальше, забрала её. Зовут девочку, со слов женщины, Аделина. Но вышло так, что они узнали о побеге девочки из детского дома из-за того, что её там обижали, даже насиловали. Исраил Рамильевич, кто работал в их офисе вахтёром и охранником, нашёл адрес и телефон детдома, откуда сбежала Аделина и позвонив, сообщил о её местонахождении. Но прошло чуть больше часа, как к ним заявились полицейские, насильно забрав девочку, они увезли её в неизвестном направлении. Всё бы ничего, подумали они, как к ним приехал директор детского дома (а ныне уже приёмный отец девочки) с настоящими полицейскими и потребовал вернуть её. Но кто же знал, что первые полицейские были не совсем полицейскими. Теперь девочка ушла с ними. И теперь Андрей Твардовский, как он назвался, жалуется и требует найти девочку, иначе подаст на них в суд.

– М-да уж, ну и дела у вас там творятся. Прямо можно боевик с элементами триллера и детектива снять, – похлопав по своим коленям, ответила Олеся. – И что теперь собираетесь делать?

Наталья промолчала. Она ничего не знала и у неё не было никаких идей.

Лика, не выходя из кухни, всё это слушала и ей стало жалко, что она точно решила вызвать духа. Погадать на жизнь и судьбу Аделины. Кто знает, а может, она жива и здорова.

– У нас пока никаких идей, – за Наталью ответила Татьяна и подмигнула.

Олеся лишь томно улыбнулась ей. До неё наконец-то дошло, что за девушка сидела рядом с ней. Это была та самая ведущая и организатор женского фестиваля «Женские грёзы». Сейчас она так хотела обнять её, расцеловать и поспрашивать о фестивале, но промолчала только ради подруги.

– Всё, чайник вскипел. Идёмте чай пить, – прислонившись к косяку двери, ответила Лика. – Приглашаю всех за стол.

Наталья успокоилась, вытерла слёзы и сказала, что они тоже купили конфеты, медовый торт с орехами и фрукты. Взяла пакет и передала его Лике. Та с детским любопытством, раскрыв его, посмотрела на то, что там было внутри. Улыбнувшись, унесла на кухню.

– Ну что, пошли? – после паузы спросила Олеся. Сама первая встала, но остановилась возле двери, чтобы первой пропустить гостей.

Наталья с грустью вздохнула и ударив по своим коленям точно, как Олеся, встала и первая вышла из комнаты. За ней следом вышла и Татьяна. Самая последняя выходила Олеся. Она посмотрела на спину своей новой гостьи. Девушка была даже ничего. Высокого роста, с длинными ногами, блондинка с вьющимися волосами. Каких обычно любят мужчины. И каких привыкли делать секс-бомбой. Да и Лика была ничего. Вот только характер желает лучшего. Да и по уму она ничем от 17-летнего подростка не отличалась. Разве что привычками и повадками взрослых. Но иногда могла мыслить, как взрослый человек.

Олеся свою подругу Наталью с гостьей Татьяной проводила до ванны, а сама оттолкнула Лику в сторону и сказала, что вторая девушка самая известная в России и стран ближнего зарубежья. Эта особа некто иная как Татьяна Палина.

– Ну и? Мне это имя ничего не говорит, – скрестив руки к груди, ответила ничуть не удивлённая Лика.

– Как? Ты что, разве никогда о ней не слышала? – ещё сильнее разгорелась Олеся и странно так покосилась на свою подругу, будто последняя сделала что-то глупое.

– А что, должна была? – настояла на своём Лика.

Олеся отодвинула стул от стола, села и не моргая, смотрела на свою подругу. И Лика взглянула на неё, но ничего удивительного и странного в этом не видела.

– Ну вот и мы, – на кухню вошла Наталья с организатором женского фестиваля.

– Отлично, – моментально вскочила Олеся и начала наливать чай.

– Пожалуйста, присядьте сюда, – вторая девушка помогла Наталье присесть. Не успела Лика подать Татьяне стул, как Олеся выхватила его из рук подруги, сама помогла присесть. Организатор и ведущий женского фестиваля «Женские грёзы» поблагодарив, села и строив глазки, смотрела на Лику.

– Вот, берите, – обращаясь именно к Татьяне, подала Олеся чашку с чаем. – Прошу вас, возьмите. Только возьмите чашку за ручку, а то он горячий. Руку можете обжечь – мало не покажется.

Наталья с Ликой молча переглянулись. Наталья приподняла брови, но ничего не ответила. Она продолжала ложкой мешать свой чай.

– Слушай, а чем история с Викторией закончилась? – прекратив мешать, Наталья обратилась к Олесе.

Олеся рассказала про случай с психиатрической клиникой. Теперь, говорит, что она вновь угодила в капкан. Но на сей раз уже не в психиатрию, а в обычную больницу, в хирургию после аварии. По крайней мере, она знала именно такую информацию. Наталья поинтересовалась насчёт доктора Вейшмарк. Лика и Олеся замолкли и переглянулись. Они за это время чего только не успели пережить. Но всё же Лика осмелилась рассказать всю правду о нём. А именно о том, что тот – самый настоящий и сущий дьявол. Заранее знал все мысли наперёд, что вряд ли бы успели поменять ход.

Наталья слушала и удивлялась, что такие люди могли существовать. Она никогда не подозревала в Виктории таких наклонностей, что её с лёгкостью могли упрячь в психушку. Сперва должны были проверить на психическое состояние, а не так сразу взять и положить. Тем боле без суда и следствия. Хотя это же психиатрия. Они не будут слушать и вмешиваться в закон. Как говорится, им закон не писан.

– Ешьте торт. Я сейчас разрежу его и разложу по вашим тарелкам, – вдруг перебила Лика и, встав, начала на другом столе резать торт, кусочки раскладывая по тарелкам.

– Прекрасно, подружки, – мило улыбнулась Наталья, когда получила свой ослепительно-вкусный кусочек торта. Попробовав его ложкой, она воодушевилась и, облизывая серебряную чайную ложку, размечталась. Подумала она именно о Вениамине, который за это время мог запросто позабыть о ней.

Три девушки с улыбкой посмотрели на четвёртую. Последняя просто сидела молча, не глядя никуда, мечтала о чём-то, пребывая в своём мирке.

– Стойте, не стоит её трогать, – остановила Татьяна, успев поймать шутницу Олесю прямо за руку. – Она просто стресс пережила. Таким образом она включает внутреннюю защиту. Кто-то топит свои проблемы в алкоголе, кто-то слушает музыку, читает книги, гуляет по лесу, поднимается в горы, а кто-то мечтает. И, знаете, это очень даже хорошая терапия. Раньше древний народ таким образом избавлялся от всего ненужного и стирал прошлую память.

– Откуда вы всё это знаете? – спросила восторженная и немного удивлённая Олеся.

– Я имею высшее образование и каждый день читаю умные книжки. «Кормлю» знаниями свой мозг. А вы что, не имеете образование? – в ответ Татьяна немного удивилась.

– Я имею образование бухгалтера. Вы знаете, Татьяна… э-э-э-э-э…

– Татьяна Серафимовна, – с улыбкой проговорила организатор.

– Да, Татьяна Серафимовна. Вы же знаете, что без бухгалтерии никак. Благодаря нам, бухгалтерам, экономистам, вот так складываются зарплаты сотрудников.

Татьяна только улыбнулась.

– Расскажите, пожалуйста, Татьяна Серафимовна, как вам удалось достичь такого успеха?

– Вы о чём? – сделала удивлённое лицо, хотя сама прекрасно знала, о чём шла речь.

– О том, что смогли устроить такой фестиваль. Туда же, как я слышала, приезжают и гостьи из зарубежья.

– Да, вы не ошиблись. В прошлом году действительно приезжали немки, испанки, француженки и ещё несколько национальностей. В этом году я вообще хочу сделать самый незабываемый фестиваль в истории фестивалей. Чтобы там был и маскарад, и карнавал, и даже театрализованные представления. Планов много, но вот время поджимает.

– Можно я вам помогу? Очень хочу помочь. Можно?

Наталья посмотрела на подругу и лишь качала головой. Далее сказала, что им помощь не нужна. Они почти всё закончили.

– Ну почему же не нужна? Вот так и нужна. Вы же, Наталья Дмитриевна, как знается мне, не до конца просмотрели письма? – спросила Татьяна у Натальи.

– Нет, не успела ещё.

– Вот и отлично. Пусть они обе, – указывая на девушек, ответила Татьяна, – прочитывают письма, попутно всё исправляя, изучая и выбирая ещё четырёх претенденток на победу.

Наталья наконец пришла в себя. Посмотрела на подруг и сказала, чтобы они отказались от своей затеи. У Олеси ожидала своя работа, так что она никак не могла разбирать почту. А у молодой и совсем ещё неопытной Лики экзамены, поступления…

Лика что-то хотела возразить в ответ, но её остановила Олеся. Сама встала с недовольным видом и вышла из кухни.

– Вот и прекрасное чаепитие. Спасибо вам, милая Наталья за то, что мы вас приняли с превеликим радушием, а вы плюнули нам обеим с Олесей в душу, – как-то без желания злословила Лика и сама вышла вслед за своей подругой.

Наталья не удивилась обидчивому характеру Олеси, которая до сих пор не менялась в лучшую сторону. Вместо того чтобы извиниться перед ней и постараться дать шанс, она настояла на своём, что слишком молодая и ветреная. А её подругу она вообще не знала. По виду похожа была на школьницу. Татьяна ничего не ответила. Просто предложила Наталье руку помощи от её подруг, а та отвергла. Сказала, что и сама неплохо справляется.

– А как же твой сын и та девочка? Не лучше ли письма оставить подругам, а самой заниматься поисками девочки?

– Как я это сделаю?

– Я смогу, наверно, помочь, – вошла на кухню уже более улыбчивая Лика. – Слышали гадания с помощью духов?

Наталья с Татьяной смотрели на неё без капли эмоций на лице. Им было, конечно, интересно, но не верили в это.

Не успела девушка закончить свою идею, как на кухню заглянула Олеся с телефоном в руке.

Татьяна просто толкнула свою подругу в бок, как Наталья снова ожила. Встала перед Олесей и Ликой. Опустив глаза, извинилась перед ними за то, что так строго раскритиковала их. Была уверена, что и их помощь обязательно может пригодиться. Подняв глаза с пола, взглянула на двух девушек. Те были рады. Они просто обняли женщину и сказали, что ничуть не были на неё рассержены. Тогда Олеся объявила хорошую новость о судьбе Виктории. Лика просто застыла на месте в ожидании этой интригующей новости.

– Она жива и находится в городской клинической больнице имени Боткина.

Лика так обрадовалась, что поспешила скорее обнять Олесю за такую приятную новость в субботний день. Она не могла не нарадоваться тому, что скоро встретится с ней. Наталья с Олесей не радовались. Одна боялась и переживала за Динара, а вторая думала о сыне, той маленькой девочке и Вениамине. Но этот день был настолько плодотворным, что вы скоро узнаете момент встречи героев и сможете собрать плоды этого дня.