» » » онлайн чтение - страница 16


  • Текст добавлен: 11 марта 2014, 23:09


Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

Автор книги: Александр Логачев


Жанр: Криминальные боевики, Боевики


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Не тратясь на церемонии, вошедший Сергей спустил трусы и плюхнулся рядом.

– Весьма решительный поступок. Но я думала, что у нас чисто деловое соглашение. – Лотта отодвинула по атласу подальше маникюрные острые штучки.

– Да, – сладко потянулся рядом Сергей, – Я просто ошибся дверью, но уйти теперь было бы неприлично.

Лотта засмеялась и перевернулась на спину. Сергей сел рядом, свесил ноги и принялся мягко поглаживать ее бедра. Она совсем не знала стыда, на ее губах блуждала расслабленная улыбка, и называть вслух то, что сейчас должно было произойти, обоим было лень. Однако стоило Сергею начать действовать чуть энергичней, Лотта села на кровати, поджала ноги и обхватила их руками. Затем непоследовательно погладила его бицепсы.

– Наверное, это далеко не первое и далеко не последнее твое приключение. У тебя под кожей титановая сталь.

– Вокруг нас тоже сталь, – загадочно ответил Пепел, и было не ясно, имеет ли он ввиду то, что они находятся на корабле со стальными бортами, или подразумевает, что противостоят им тоже весьма не слабые люди.

Лотта потерлась носом о плечо Пепла, поцеловала в ключицу и вдруг отпрянула:

– Ты явился от этой негритянки! Твоя кожа пропиталась ее запахом, – голос Лотты ревниво дрожал, и она смотрела себе на ног???????????????????????????????????????????

?????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

??????????????????????????????????????????????

???????????сейчас я в твоей кровати, а не в ее? – Сергей растянулся перед девушкой на постели и уложил ее рядом с собой. Ее рука сначала робко, а потом все решительней стала гладить ему грудь.

– Какой ты сильный, – мурлыкнула скандинавка чуть громче вздоха ветерка.

Теперь он и она лежали на боку друг против друга, а рассеянный свет продолжал превращать их в рождественские угощения. Пепел нежно подтолкнул девушку, подсказывая перевернуться на другой бок. Затем прижался грудью к ее спине. Лотта слегка раздвинула ноги.

– Хочешь, я погашу свет?

– Тогда в темноте ты будешь представлять, что занимаешься этим с негритянкой, – скользнул в ее голосе остаток ревности и растаял окончательно. И как бы извиняясь, если шпилька слишком остра, девушка стала тереться задом о Пеплово естество.

Сергей высвободил из-под девушки правую руку и откинул локоны цвета пшеницы за правое ухо. А затем со змеиной ловкостью принялся ушко целовать и покусывать. Уже секунд через двадцать Лотта перестала сдерживать сладкие грудные стоны и извивалась, как угорь.

– Остановись, остановись, я больше не могу! – страстно зашептала она.

Но стоило Сергею прерваться, как ее ноготки впились в его руку:

– Еще, еще!

Тогда Сергей занялся вопросом всерьез. Его язык заработал, как жало. И вот Лотта на несколько бесконечных ударов сердца вдруг вся напряглась и вытянулась, будто ей вонзили нож под сердце. Потом обмякла, и ее голова сорванной лилией упала на подушку. Едва касаясь, Сергей стал ласкать ее шею осторожными и быстрыми поцелуями, будто воровал удовольствие. А затем нежно-нежно, словно сдувает парашютики с одуванчика, взял свой член и вошел в нее.

Это было так легко, что может быть, Лотта не сразу и заметила. А потом Сергей начал накатываться с ритмичностью морской волны. И эти волны изошли морской пеной, медузами и морскими звездами.

– Я тебя не утомил?

– Не останавливайся ни на миг! Не оставляй меня ни на миг!..

Он снова овладел ею, на этот раз жадно и яростно, будто ворвавшийся в чужую деревню солдат, или вернувшийся на побывку в свою, что почти одно и тоже.

– Я умираю и снова рождаюсь, – простонала Лотта. И она перевернулась на живот, разлив свои волосы по подушке и положив ладони на затылок. Сергей поцеловал ее в поясницу, потом между лопатками, потом приподнялся над ней на коленях.

– Раздвинь ноги, – приказал Лотте ее повелитель.

Она изогнулась страстной кошкой и раздвинула ноги. Член снова проник в Лотту. А девушка продолжала шептать, будто в наркотическом трансе:

– Я умираю и снова рождаюсь, я умираю и снова... – она продолжала закрывать голову руками, упираясь локтями в постель.

А Пепел ощущал, как от верха к низу стал сжиматься ее живот, и участилось дыхание. Не выходя из Лотты, Сергей упал набок и увлек девушку за собой. В чем Сергей был уверен, так это в том, что до утра Лотта ни разу не вспомнит о ждущих раздела алмазах из майорского мешочка... На свою кровать Сергей вернулся через два часа весьма довольный собой – об алмазах не было сказано ни слова. И обнаружил там Бану.

– Принцесса, ты перепутала дверь, время, пространство и век.

– Интересно, – будто и не услышав Сергея, хихикнула Бана, – Спорим, что я умею все то же самое, что и эта белкожая цапля, только в сто раз лучше.

Если девушка что-то решила доказать, она докажет. Поэтому Пепел не стал оказывать лишнее сопротивление и покорно лег рядом.

– Я уже решила, будто ты забыл, что в военном походе вождю принадлежат ВСЕ женщины, – заговорщицки прикусила Бана ноготок.

Она была гладкая и изящная, будто выточенная из нефрита, она пахла мускусом и лесными травами. Сергей присел рядом, склонился и стал целовать ее между грудей долго-долго, будто пил воду из родника. Бана от удовольствия сжала колени и почти сразу раздвинула их. И рука Сергея прокралась туда, где курчавый, блестящий и жесткий подшерсток на лобке застревал между пальцами.

И вот он начал ласкать ее средним пальцем мягко и нежно, будто пробует воду в ванной. Губы ее влагалища, горячие и влажные, пружинили пол Сергеевой рукой, а он сам покусывал розовые и пахнущие полынью бутоны сосков девичьей груди.

– Ты все-таки решила и дальше путешествовать с нами, – сквозь укусы-поцелуи говорил Сергей. Он не спрашивал, он констатировал факт. А она черными кобрами рук прижимала его голову к груди.

– Ты не знаешь, девочка, во что ввязалась, – говорил, утопая в неге, Сергей. А она молчала и выгибала грудь под его ласками. Правая рука Пепла скользила вверх и вниз вдоль ее ляжек, и Бана раскрывалась, как цветок на каждое точно рассчитанное прикосновение.

– Я хочу увидеть большой город Нью-Йорк, – наконец хрипло прошептала Бана, и Сергей понял, что может играть на ее голосе. Как на кларнете. Интонация при каждом новом прикосновении становилась совершенно иной.

И вдруг она одним тигриным движением выскользнула из под такой властной и одновременно нежной руки и исступленно впилась ртом в губы Пепла. И опрокинула его навзничь...

* * *

Соленый воздух ударил в лицо синьору Клементесу, и это было очень кстати, потому что еще минут десять болтанки в вертолетном чреве над поверхностью океана, и синьор Клементес оказался бы вынужден воспользоваться барф-пакетом. А подчиненным становиться свидетелями такого позора незачем. Один из адъютантов синьора Лопеса, секретарь господина Лопеса Родриго Клементес вступал в игру лично, потому что до сих пор все болваны, которым поручалось либо пленить, либо уничтожить русского негодяя, дело проваливали.

Какой-то олух из корабельной администрации, пытаясь переорать драконий визг винтов, доказывал вертолетчику, что тот все перепутал, привез латиносов вместо гаитянцев. Вертолетчик жадно хлебал «колу» из горлышка и не слушал горлопана.

Синьор Клементес, хотя и сильно торопился, сошел на палубу круизного лайнера последним в ряду богемного вида груженных гитарами и прочими музыкальными инструментами персонажей. И последним занял место в импровизированной шеренге перед важно вышагивающим надутым индюком из штата лайнера. То, что их не сразу повели в выделенные каюты, привело синьора Клементеса в состояние тихого бешенства. Одет секретарь был, как завсегдатай притонов Санта-Лаву – в узорчатое сомбреро, отороченное бахромой пончо и сапожки с серебренными шпорами, на шее телепались крупные раскрашенные белой и голубой краской бусы. В соответствии с ролью, ведь прибыл на лайнер синьор инкогнито, как и отныне подчиненные ему напрямую спутники – уцелевшие бойцы африканской бригады Хьюго.

А представитель круизной компании уже читал нотации:

– Значит так, чумазые свиньи, меня зовут маэстро Брайчик. И на ближайшую неделю я вам и родной папа, и злая мачеха. Я добр только с теми, кто подчиняется беспрекословно. Никаких богемных штучек я не потерплю, зарубите себе это на грязных испорченных кокаином носах! Вы сюда приехали не развлекаться, а выступать на празднике, посвященном переходу через экватор. И если кто-то настроен не проливать седьмой пот, пусть пеняет на себя. За отсутствие на репетициях я буду запирать в трюм! За употребление спиртного и наркотиков – трюм! За общение с публикой, ну а тем более за приставание к дамам – трюм!

Если бы маэстро Брайчик узнал, кто прибыл на лайнер под видом музыкантов, он бы мгновенно заткнулся, сел в спасательную шлюпку и умчался на необитаемый остров. Но откуда же ему было знать? Синьору Клементесу и самому до печеночных колик не нравился этот маскарад, но Лопес решил, что так будет лучше, мягко выражаясь – «неофициальней».

– Разрешите вопрос, маэстро, – со скрытой ехидцей подал голос замаскированный загарным кремом под жгучего мексиканца Хьюго, – А пиво разрешается?

– На ужин. И стоимость вашей жратвы будет вычтена из гонорара. Ясно?!

Синьор секретарь от нетерпения был уже близок к тому, чтобы отдать рискованный приказ ребятам заставить этого павлина заткнуться. Но дальше маэстро Брайчику покуражиться не дал пилот вертолета. Он замахал руками и заорал, чтоб все немедленно убирались с вертолетной площадки, потому как машина до вечера еще должна успеть сделать два рейса. И в приключившейся после этого сутолоке, синьору секретарю, майору Хьюго и имеющему с Пеплом личные счеты Андреасу удалось потеряться. А остальные ребята пусть помучаются, кося под фольклорный ансамбль. Они потребуются, только если провалится план "А".

Троица оказалась на пустынной палубе с беспорядочно расставленными шезлонгами. На одном ветерок ерошил кем-то забытое полотенце с гербом мальтийского ордена. Серебристо-изумрудные волны чесали спины о борт. Здесь без лишних слов троица сбросила маскарадные сомбреро и пончо, под которыми обнаружились вполне пристойные костюмы и галстуки. Европейцы стерли чужим полотенцем косметический грим, и уже нарядностью не отличающиеся от отдыхающих богатых бездельников Родриго Клементес, Хьюго и Андреас, с трудом сдерживая нервно торопливый шаг, через сверкающие бронзовым лаком коридоры пофланировали на смотровую площадку по правому борту.

Синьор переживал зря, они успели в самый раз. К тому моменту, как с лайнера спустили сходни, и на эти сходни с б????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????ие сердце коготки волнения отпустили. Все обговорено заранее, теперь осечки быть не может.

– Вы довольны, синьор Родриго? – раздался вкрадчивый баритон за спиной.

– Вполне, – не поворачиваясь, кивнул секретарь Лопеса, – Господин Тыклински, вы уже заработали четверть от обговоренной суммы.

– Я сделаю все от себя зависящее, чтобы ПОЛНОСТЬЮ оправдать ваше доверие.

– Тогда не будем медлить, мои люди к вашим услугам, господин корабельный детектив, – после таких многозначительных слов синьор Родриго позволил себе демонстративно зевнуть и, вроде бы ему совершенно все по барабану, развернулся на каблуках, звякнул не очень сочетающимися с костюмом и галстуком шпорами и побрел назад. Туда, где морская соль оседала на брошенных маскарадных костюмах и шезлонгах с видом на вкрадчиво плещущиеся волны. Его показное самоустранение объяснялось банально, секретарь не переносил вида крови.

А поднявшаяся на борт дама в сопровождении абреков, не растрачиваясь на объяснения с выступившим ей на встречу очередным человечком в белом кителе плюс золотые пуговицы, целеустремленно зацокала высокими каблуками к каюте с хорошо ей известным номером. Корабельный детектив – следом, но в некотором отдалении, чтобы появиться в нужный момент с нужным театральным эффектом. А за господином Тыклински – Хьюго и Андреас, Хьюго натянул лайковые перчатки, а Андреас передал майору полиэтиленовый пакет с выкидухой, еще в Чехии реквизированной у отключившегося Пепла.

* * *

Шум зависающего над лайнером вертолета пробился даже в каюту, и Пепел, подозрительно посмотрев на обтянутый парчой цвета коньяка потолок, повернулся в сторону Витася:

– Смотайся, проследи, кто и с чем к нам пожаловал?

Витась глазами спросил: «можно сначала по-человечески позавтракать?», но, встретив в ответном взгляде Сергея холод Арктики, проворно подскочил и отправился на разведку. Ни Бана, ни Лотта интермедии не заметили, слишком заняты были собой.

Бана медленно и старательно уже в третий раз сначала долго вращала пальцем в банке арахисового масла, будто ложечкой чай размешивала, а потом старательно и медленно палец облизывала. И нельзя сказать, чтобы в этом не присутствовала эротика. Но Лотта оставалась к эротике глуха, сидела, смотрела прямо перед собой, будто и не ее пытается довести до белого каления негритянка, на автопилоте отрезала от яблока мелкие дольки и механически жевала.

– Что, белая женщина? Не нравится? А так будет прилично? – Бана глотнула сливки прямо из носика, – А так? – Бана зачерпнула горсть сахара, чуть не опрокинув сахарницу, и из высоко поднятого кулачка струйкой ссыпала себе в рот.

Лотта только презрительно щурилась и улыбалась загадочней Джоконды. И Пеплу все больше не нравилась улыбка скандинавки, слишком циничная для рядового археолога.

И тут дверь распахнулась от мощного пинка. Понято, это не Витась вернулся с докладом. Так распахиваются двери перед людьми в брониках и шерстяных масках. Пепел по привычке сидел за бочкообразным столом, чтобы держать дверь в поле зрения, и очень удивился, обнаружив, что в каюту ворвались не гориллы с автоматами на перевес, а дородная дама. Впрочем, не одна, откормленные жлобы тоже, но числом всего двое, без калашей, и чалмы вместо скрывающих звериную улыбку масок.

– Алло, гараж! – возмутился Пепел.

Но дама его не слушала. Ни его, никого. Размахивая руками, она с порога стала возмущенно орать на незнакомом арабском наречии, и только невнятно мелькающие в крике российские матерные выражения дарили смутную надежду, что, в конце концов, причина визита проясниться.

Дама не обращала на Пепла никакого внимания, ее возмущение сконцентрировалось, будто алое пятно лазерной подсветки, на двух неловко застывших перед чашками девицах. Кажется, огрызнись хоть одна из «подруг», как мадам тут же вцепилась бы жертве кокетливо наманикюренными ногтями в лицо, или принялась бы таскать за косы. Зато абреки, демонстрируя определенный профессионализм, не упускали из вида и Сергея.

– Хватит, – ударил Сергей кулаком по столу, – Заткнись, лярва вокзальная! – он просто пытался отвлечь внимание на себя и не предполагал последовавший результат.

– Ага! – еще пуще взвилась мадам, – Ну, конечно же соотечественничек! Что, сутенеришка, решил моему козлу шмар подложить по тихому? Думаешь, мне верные люди не шепнули, что моего шейха потянуло поразвлечься?

– Тихо, тетка, – попытался, как минимум, понизить децибельность беседы Сергей, – Может, я чего-то не понимаю, может, ты чего-то не понимаешь. Объяснись.

– Я то все прекрасно понимаю. Я-то как раз и есть старшая жена Абу-Рашид-Муслима. А ты – мелкий шустрик, – все-таки не сразу снизила обороты дама, – Ладно, выбирай. Получаешь пятьсот долларов и выметаешься под ручку со своими шкурками нафиг из апартаментов моего мужа. Или получаешь кукиш с маслом, и мои ребята тебя кантуют пинком под зад.

При этих словах абреки дружно приблизились к Сергею с самыми недвусмысленными намерениями. И чтобы продолжить интересный разговор в более непринужденной обстановке, Сергей решил в первую очередь заняться ними. Правому в небритую рожу ребром ударил мейсенский фарфор кофейника. Левому повезло больше, Пепел зарядил ему в физиономию кремовый торт. А потом по очереди сначала саданул каждому носком ботинка по голени, шарахнул временно лишенных зрения басмачей лбами, и завершил процесс «успокоительными» ударами кулаков чуть выше висков. Абреки покорно растянулись на паласе из тигровых шкур.

К сожалению, старшая жена шейха отреагировала неправильно. Взвыв пуще прежнего, она кинулась к выходу. Наверное, за подмогой. Распахнула дверь, застыла в дверях, и рухнула спиной назад.

И даже под неудобным углом зрения Сергей увидел, что в груди мадам торчит нож с очень знакомой рукояткой, а по роскошным арабским узорам платья расплывается кровяное пятно. Выходит, Пепел подыграл свом врагам, вырубив личную охрану мадам. С Баной вдруг приключилась истерика, брызгая соплями и слезами, она залопотала что-то жалобное на суахили. Лота сидела белая, как украшающий физиономию одного из вырубленных абреков крем. Пепел три непозволительных секунды пытался осмыслить произошедшее, а потом метнулся к двери, чтобы ее захлопнуть.

Неизвестно, успел бы он это сделать, если бы не медлил три секунды. Скорее всего, нет, поскольку и так уже все свидетельствовало за то, что он стал участником хорошо отрежессированого спектакля. Его подставили. Каким-то образом проведав, что Пепел в обществе двух девушек шикует в апартаментах постороннего шейха на круизном лайнере, люди Лопеса подбросили мадам Муслим информацию, дескать, ее муженек задумал шашни на стороне. А теперь труп бывшей гражданки СССР легкого повеления, умудрившейся выскочить замуж за тогдашнего студента Института Дружбы Народов, повесят на Сергея, благо он потрудился лично лишить мадам охраны.

Именно для воплощения этого сюжета в дверях нарисовался с нацеленным в Пепла пистолетом рыхлотелый господин. Его жуликовато бегающие глазки явно имели цыганские гены. А за спиной типчика, как положено, при хорошей режиссуре, уже рыли копытами не отъявленные головорезы, а ребятки из корабельной полиции. Коротко и аккуратно подстриженные, в накрахмаленных голубых рубашечках и черных шортиках, с браслетами, дубинками и кобурами на поясах. Правда, кобуры расстегнуты, а пистолетики держат под контролем всю площадь каюты. Но самое подлое в разыгрываемом спектакле оказалось впереди:

– Это он! – вдруг противно заскулила Лотта и стала тыкать пальцем в Пепла, – Это он зарезал женщину! Я все видела, и могу подтвердить под присягой!!! – и зло бросила в лицо оболганному, – Я поняла, ты никогда бы не поделился камнями.

– Лжешь, шалава. Хочешь и в кресло сесть, и рыбку съесть? – в гневе задохнулся Сергей.

– Не поняла!?

– И ладно.

Наверное, Сергей не рассчитал силу удара по виску правого басмача, потому что тот в этот момент заворочался, приходя в себя. И, наверное, в прошлом этого абрека таилось что-то, заставляющее относиться к полиции с недоверием. А может быть, араб просто неправильно прочитал ситуацию, увидев хозяйку поверженной и рыхлого господина с пистолетом наголо. В общем, абрек попытался вмешаться, приближающемуся к бочкообразному столу полицейскому, чтобы вернуть араба в нирвану, хватило удара ноги. Но этого отвлечения хватило и Сергею. Зарядив кулак служителю порядка в солнечное сплетение, Пепел толкнул второго плечом, и тот, удерживая равновесие, заскользил на разбрызганных по тигровым полосам ошметках крема.

Рыхлый господин сначала не рискнул выстрелить, боясь задеть то ли девушек, то ли полицейских, а потом у него уже не было такого шанса. Прямым в скулу Сергей придал ему горизонтальное положение и, крутя маятник, вывалился в коридор.

Здесь слева, шагах в десяти, он увидел с ухмылочкой созерцающего развитие ситуации Андреаса и украдкой вытирающего руку от крови носовым платком командира из африканского прошлого. Причем, Андреас не только не выказал никакого желания преследовать Сергея по палубам и отсекам. А даже придержал был рыпнувшегося подельника.

И Пепел пом????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????блава. С одной стороны за Пеплом пойдет вся корабельная полиция, с другой, явно прибывшая в полном составе на вертолете африканская бригада. Если Пепла возьмет полиция, в любой европейской тюрьме он будет все едино, что за пазухой у Лопеса. Если возьмут наемники, он окажется в застенках Лопеса непосредственно.

А еще Пепел не знал, что Хьюго был даже благодарен Андреасу за торможение первого порыва. Ведь корабельный детектив Тыклински пообещал сославшемуся на некие туманные причины Хьюго участие в обыске каюты. А значит, отставной майор имеет шанс вернуть собственные алмазы. Правда, и майор не подозревал, что пресловутый кожаный мешочек, болтался у Сергея на шее под рубашкой.

Внимание! Это ознакомительный фрагмент книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента ООО "ЛитРес".
Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации