Текст книги "Маджериум. Инициация тьмой"

– Что там? – не выдержала я и, следуя его примеру, сама принялась одеваться. И мне было куда сложнее, ведь на Монтего хотя бы оставались брюки. Я же сидела голая посреди расправленной постели.

– Там… – Скай на мгновение замер и, словно сам не веря своим словам, произнес: – Чащобник.

От одного этого слова сердце упало в пятки.

Чащобник здесь? На территории академии? А как же периметр, а как же защитные метки, ограждающие академию от опасных бестиаллий?

– Всевышний… – выдохнула я и подорвалась с кровати.

– Изабель! – Скай в мгновение ока оказался рядом. Сжал мои плечи: – Прошу тебя, оставайся здесь. Не ходи за мной.

– Но как же ты…

– У меня есть Драг, да и туда уже сбежались все мало-мальски обученные загонщики. Прошу тебя, не высовывайся из комнаты. Жди меня здесь. Мы отгоним чащобника, и я вернусь. – Он очень серьезно посмотрел мне в глаза, умоляя не лезть.

Я заторможенно кивнула. Возмущаться не стала. Сейчас нам меньше всего нужны были ненужные споры. Я чувствовала, что каждая минута на счету. И как бы мне того не хотелось, я должна была отпустить Ская. Все-таки он – один из немногих ловцов во всей академии. Он был им нужен.

Он и сам прекрасно это понимал.

– Прости, – все еще не отпуская моих плеч, выдохнул Монтего и, быстро наклонившись, коротко поцеловал. – Я вернусь, и мы продолжим, хорошо?

– Конечно.

Скай вышел за дверь, на ходу застегивая рубашку, я интуитивно метнулась следом и застыла в дверном проеме, буквально нос к носу столкнувшись с Сиреной. Последние дни девушка частенько ночевала у меня и чувствовала себя в моей комнате чуть ли не полноправной хозяйкой. Вот и сейчас она собиралась войти, да так и застыла с разинутым ртом. Оглядела мои голые ноги и растрепанные волосы, обернулась, кинув понимающий взгляд в спину удаляющегося Ская.

– Кажется, я вовремя… – Девушка едко улыбнулась и, заглянув через мое плечо, покосилась на смятую постель.

– Ты очень не вовремя, Сирена!

Я не собиралась оправдываться. Более того, вмешательство Сирены невероятно разозлило. Но мне тут же стало не до нее, стоило донестись новым крикам из окна. Я тут же подорвалась и принялась спешно одеваться. Я, конечно, обещала Скаю, что не стану лезть, но оставаться в комнате было выше моих сил.

* * *

Чащобник проломил стену ангара.

В том месте, где распахивались большие двустворчатые ворота, зияла дыра. Большой деревянный засов сиротливо болтался на единственной уцелевшей створке, жалобно поскрипывая металлическими петлями.

Я застыла у образовавшегося проема, не веря своим глазам.

Никогда не думала, что увижу чащобника вживую. Слишком редкий это был зверь, почти что мифический. И я уж точно не ожидала встретить его в стенах академии.

При первом взгляде мне показалось, что это какое-то нагромождение веток и пней, сваленных в одну большую кучу, высотой с дом. И если бы я увидела чащобника в лесу, наверняка издалека приняла бы его за какой-то жуткий бурелом. Но сейчас мифический зверь стоял прямо посреди просторного ангара, почти что подпирая спиной балки перекрытий. Он двигался, дышал. Из длинных узких ноздрей валил пар. Изогнутые, словно коряги, ноги оставляли глубокие рытвины на утоптанном земляном полу. То, что можно было принять за ветки, на самом деле было ветвистыми рогами, венчавшими огромную продолговатую голову и уходящими назад к горбатой спине. А бурая шкура чащобника была такой толстой и грубой, что походила на шершавую древесную кору. Хотя, может, это и была кора, то тут, то там на шкуре проступали зеленоватые пятна проросшего мха и лишайника.

Уж не знаю, что побудило лесного гиганта выйти из леса и направиться к академии, но одного только взгляда на него было достаточно, чтобы понять – чащобник взбешен. И готов броситься на любого, кто сделает хоть шаг в его сторону.

Я забилась в угол и испуганно прижалась лопатками к деревянной стене ангара, с ужасом наблюдая за загонщиками, выстроившимися в ряд вокруг бестиаллии. У каждого в руках – серебристая цепочка аркана, но ни один не решается подойти ближе, чем на десять шагов.

Да и если бы решились, боюсь, что даже сил десятка загонщиков не хватило бы, чтобы повалить чащобника на землю.

– Тихо, тихо. Без резких движений! – командовал капитан Байрон, в упредительном жесте выставив руки. – Приближаемся постепенно. Арканы наготове. Пытаемся вытеснить его наружу.

Но упрямый зверь по какой-то причине не желал выходить. Уж не знаю, что привлекло его в ангаре, запах еды или тревожное фырканье полночников в загонах, но стоило загонщикам слаженно шагнуть вперед, как чащобник, вместо того чтобы попятиться, напротив, резко подался вперед, угрожающе склонив рогатую голову.

Я непроизвольно вскрикнула и тут же зажала рот ладонью.

– Назад! – заорал капитан.

– Нам нужны стихийники. Оттесним чащобника огнем! – крикнул другой наставник, стоящий в круге. Так же, как у капитана Байрона, на его рукаве красовалась золотистая нашивка ловца.

А я вспомнила, что единственное, чего боялись чащобники, – действительно был огонь. Даже заклинание парализации на них не действовало. Толстая шкура чащобника словно броня отражала любую вредоносную магию.

Вот только я не представляла, что будет, если развести огонь прямо в ангаре. Здесь было полно соломы, деревянных ящиков и ограждений, что могли вспыхнуть в долю секунды.

Однако мужчин это ничуть не смутило.

– Зачем стихийники? Мы и сами справимся! – Рэнкс с энтузиазмом воспринял предложение наставника.

Я прежде уже видела, как он ударяет кольцами и зажигает огонек в руке. Сейчас же, к гордости парня, это вышло куда ловчее, чем в прошлый раз. Одновременно с Рэнксом искру высек и стоящий рядом Эштон Доусли, заставив меня восхищенно ахнуть. Его огонек получился куда больше и мощнее, чем у Питера.

Вот только чащобник, вопреки ожиданиям, не отступил. Увидев открытое пламя, зверь яростно взревел и кинулся прямо на Доусли. Все произошло настолько быстро, что я толком ничего не разобрала. Даже испугаться не успела. Лишь уловила блеск серебристого аркана в воздухе, услышала сдавленный крик и топот огромных ног по земляному настилу. Все разом всполошились, забегали, создав жуткую неразбериху. А когда обзор наконец открылся, я увидела лежащего на земле Доусли, болезненно держащегося за грудь. Живот скрутило тугим спазмом. Кровь зашумела в ушах. Я хотела кинуться на помощь, но ноги будто приросли к полу. Казалось, стоит сделать хоть движение, хоть шаг, выйти из своего укрытия, как чащобник непременно меня заметит. И тогда мне несдобровать.

Рэнкс и еще пара выпускников склонились над Эштоном и дружно подняли его с земли.

– Тащите его к стене! Туда!

Капитан Байрон и второй наставник пытались арканами оттянуть чащобника в сторону. Но мощный зверь в два счета порвал сверхпрочную цепочку. И лишь еще больше разъярился. Крохотные глазки под нависшими веками налились кровью, из разинутой пасти с рядом мощных зубов, способных в щепки раскрошить дерево, капала вязкая серая слюна.

– Рэнкс, дай кольца! – раздался громкий крик средь общего гвалта и неразберихи.

Я повернула голову и увидела белобрысую макушку Астона Шейна. Рэнкс в два счета стянул с пальцев кольца и перекинул Шейну.

Тот ловко поймал их и, не надевая, высек в воздухе искру. Мгновение – и искра превратилась в столб огня. Расползлась в обе стороны, преграждая путь опасной бестиаллии.

В ангаре разом стало жарко и душно. Горячий воздух поднимался наверх, не давая нормально дышать, заставляя присесть на корточки, а то и вовсе припасть к земле, в надежде на глоток свежего воздуха. Детеныши чернокрылов в ближайшем загоне жалобно заскулили. А сам чащобник и вовсе взревел. Поднялся на задние лапы, сшибая ветвистыми рогами балку под потолком, оглушая неистовым ревом.

Я опустилась как можно ниже, зажала уши ладонями, молясь Всевышнему, чтобы этот кошмар поскорее закончился.

И когда уже казалось, что загнанный в ловушку зверь разнесет все вокруг, в ангар на полной скорости запрыгнул огромный драггаст с Монтего на спине.

Драг опасно зарычал, увидев столб огня и бьющегося в бешенстве чащобника. Но отступить не посмел. Я видела, как светятся призрачным голубым светом руны подчинения на рогах бестиаллии. Видела, как опасно встают шипы на загривке. Благо Скай додумался накинуть на зверя седло, иначе бы шипы пропороли его насквозь. Парень быстро огляделся, оценивая ситуацию.

– Эй, Монтего! Его надо обездвижить! – сквозь треск бушующего пламени прокричал капитан, и Скай понимающе кивнул.

Еще раз глянул на чащобника. Словно оценивая, словно примеряясь.

– Справишься? Потенциала хватит? – прокричал наставник, но Скай не ответил.

Вместо этого обратился к Шейну, удерживающему огненную преграду.

– Пусти меня к нему!

Астон не стал задавать вопросов. Счет шел на секунды. В стене огня появилась прореха, и Скай перемахнул на ту сторону, оказавшись прямо под брюхом разъяренного гиганта.

Все внимание чащобника было сосредоточенно на пламени, поэтому приближение драггаста оказалось для него полной неожиданностью. Еще прыжок, и Драг вцепился острыми когтями в одеревеневшую шкуру гиганта, в два счета вскарабкался по нему, словно по исполинскому древу. Скай перебрался со спины драггаста на холку чащобника. Пригнулся, уворачиваясь от опасных рогов.

Мое сердце замерло. Казалось, в этот момент я не вижу ничего и никого кроме вцепившегося в загривок бестиаллии Ская. Парень достал из кармана короткий перочинный нож и точным быстрым движением срезал кусок одеревеневшей шкуры на холке.

Чащобник вновь взревел и поднялся на дыбы, пытаясь сбросить парня. Еще одна балка треснула у них над головой, прыснув щепками и вспыхнувшими в воздухе искрами.

Я вновь вскрикнула, зажмурилась, не в силах смотреть на происходящее.

– Шейн, больше огня! Отвлеки его! – скомандовал Байрон. – Остальные, готовим арканы и сетку!

Я осмелилась открыть глаза и облегченно выдохнула. Скай каким-то немыслимым образом держался на спине гиганта и сосредоточенно с чем-то возился. Я не поняла, что он делает, пока Монтего наконец не отбросил в сторону нож и поднес раскрытую ладонь к раненой шкуре. Голубое сияние озарило начертанные руны, и все, что нам оставалось, – это молиться, чтобы эти руны сработали.

Пламя Шейна уже перебралось на пустые ящики, приближалось к деревянным стенам ангара, грозя перерасти в самый настоящий пожар.

Время замерло, зависло, словно утонув в вязком густом киселе. Воздух стремительно иссякал, и я жадно хватала его ртом, привалившись к нагревающейся деревянной стене. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Скаю удалось напитать руны чарами. Но в конечном итоге лапы чащобника подкосились, и он рухнул навзничь, обездвиженный заклинанием. Шейн взмахом руки убрал огонь, пошатнулся и тяжело опустился на землю, с трудом переводя сбившееся дыхание.

Я закрыла руками лицо и с удивлением почувствовала соленую влагу на пальцах. Не верилось, что все закончилось. Неужели им удалось?

– Сетку сюда. Вяжем его! – первым опомнился наставник, и загонщики толпой кинулись к чащобнику с мотками веревки наперевес. Остальные принялись впопыхах тушить оставшиеся очаги пожара.

Скай скатился с огромного покатого бока, наконец оказавшись на земле. Пошатываясь, подошел к сидящему на полу Шейну. Хотел что-то сказать, но в последний момент поморщился, хватаясь руками за виски, и, не устояв на ногах, с грохотом упал на землю.

Я тотчас сорвалась с места и кинулась к нему, остервенело расталкивая вставших на пути людей.

Астон, склонившись над Скаем, хлопал его по щекам.

– Что с ним? – Я торопливо ощупала тело парня, выискивая следы повреждений. Казалось, от застившей глаза паники у меня самой кружится голова и к горлу подступает противная тошнота.

Скай выглядел бледным, измученным. Его лоб был мокрым от пота, отросшие пряди волос липли к коже. Я стиснула его ладонь и с ужасом почувствовала, что она ледяная. Словно он только пришел с холодной улицы, а не торчал под самым потолком нагретого жарким пламенем ангара.

– Ну-ка. Расступись!

Над моим плечом возник крупный силуэт наставника. Тот, не церемонясь, дернул ворот рубашки Ская и приложил пальцы к венке на шее.

– Ничего страшного. Очухается, – уверенно заявил капитан Байрон и, недовольно прицокнув языком, добавил: – Весь потенциал выкачал.

– Ох…

Я попробовала представить, сколько сил нужно потратить, чтобы обездвижить такую огромную махину, как чащобник, и не смогла… А если принять во внимание невысокий потенциал Ская, даже представить сложно, насколько тяжело ему пришлось. И как долго теперь придется восстанавливаться.

Сердце в груди болезненно заныло.

Всевышний, пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо!

Я аккуратно устроила голову Монтего у себя на коленях и перевела взгляд на противоположную стену. Там вокруг раненого Доусли вовсю хлопотали товарищи. Парень выглядел неважно, но хотя бы находился в сознании и мог что-то говорить. Оставалось надеяться, что ему быстро окажут помощь и все обойдется.

Даже не верится, что такой замечательный день мог закончиться так паршиво…

Чащобник неподвижно лежал на земле, а загонщики уже крепили сетку вокруг его огромной туши.

– На сколько хватит чар? – обеспокоенно спросила я и перевела взгляд на сидящего рядом лорда Шейна.

– Не беспокойся, когда руны начертаны прямо на коже, они действуют постоянно. Подпитываются за счет магии самой бестиаллии. Придется их стереть, чтобы чащобник вновь смог двигаться.

Я изумленно открыла рот и закрыла, подумав о том, что могла бы догадаться обо всем сама. Ведь руны привязки действуют постоянно. По всей видимости, здесь такой же принцип.

– Хорошо…

Паника потихоньку начала отпускать. Я еще раз посмотрела на огромную тушу распластавшегося по земле чащобника, сейчас больше походящего на неожиданно выросший посередь ангара холм, и в который раз задалась вопросом:

– Как он вообще здесь оказался? Как пробрался через периметр? Почему напал?

Чащобники хоть и выглядели устрашающе, но на самом деле питались исключительно растительностью и на других животных, а тем более людей, никогда сами не нападали.

– Мне бы тоже очень хотелось это знать… – задумчиво ответил Астон, и в моей груди поселилось плохое предчувствие.

Сразу вспомнились обезумевшие от черной плесени полночники. И ужасная червоточина, расползающаяся по лесу. Да, стихийники выжгли место аномалии огнем. Но отчего же тогда обезумел чащобник, если не от ядовитой плесени?

Вывод напрашивался сам собой. Но додумать мне не дали.

– Твою мать, кто-нибудь может вывести отсюда этого зверя?

Драггаст по-прежнему находился в ангаре. Слава Всевышнему, ни на кого не бросался, но и уходить не спешил. Лишь злобно рычал на каждого проходящего мимо загонщика, заставляя адептов испуганно шарахаться в стороны.

– Ох… Я отведу его в загон. Присмотришь за Скаем?

Шейн сделал такое лицо, будто я попросила его о чем-то крайне неприятном. И меня передернуло от мысли, что даже в такой напряженной ситуации парни остаются соперниками, не выносящими друг друга. Благо через мгновение рядом появился Питер, и я смогла со спокойным сердцем оставить Монтего на товарища. Сама же аккуратно двинулась к драггасту, одолжив у Рэнкса аркан.

Шипы на холке зверя стояли буквально вертикально, уши плотно прижаты к голове, а пасть разинута в свирепом оскале, открывая огромные загнутые клыки, способные разорвать дичь пополам.

– Драг, тише. Ну чего ты переживаешь? – произнесла я миролюбиво и, пристроив скрученный аркан на плечо, вытянула вперед пустые руки. – Ты же меня знаешь. Мне можно доверять.

Несмотря на свирепый оскал и напряженную позу, зверь не двинулся с места и даже не дернулся, когда я подошла вплотную и положила ладонь на лобастую голову. Он смотрел куда-то мимо меня, на мельтешащих вокруг людей и, лишь почувствовав мягкое прикосновение, перевел взгляд и наконец обнюхал мои руки. Немного успокоился, уловив знакомый запах.

– Вот так. А теперь давай-ка выйдем отсюда, тебе ведь не нравится запах гари? – Я аккуратно накинула на шею драггаста аркан, боясь, что он в любой момент может взбрыкнуть.

Но, слава Всевышнему, все получилось. Я перевела довольный взгляд на парней. Астон и Питер все это время напряженно наблюдали за моими действиями, готовые в любой момент прийти на выручку. Но поняв, что зверь неведомым образом слушается меня, заметно расслабились.

Я тихонько потянула за цепочку аркана, намереваясь вывести Драга на улицу.

И, кажется, зверь сам понял, что ему тут не место. Послушно пошел следом, то и дело неприязненно оглядываясь, словно кто-то мог напасть на нас со спины. Но когда мы вышли на воздух, его настороженность наконец-то спала. Шипы на загривке медленно опустились, и я рискнула забраться в седло. Вот только руки на рога класть не стала. Помнила, чем обернулась для меня подобная выходка с полночником.

До знакомого загона добрались в два счета. И я потратила еще несколько минут на то, чтобы привязать драггаста к столбу. Я много раз видела, как это проделывает Монтего. Мои движения, конечно, были не такими ловкими и точными, но в конечном счете я справилась. И улыбнулась, радуясь, что хоть в чем-то смогла быть полезной.

Закончив со зверем, я устремилась обратно к ангару. По пути встретила Джона Фалкона, провожающего раненого Доусли в корпус целителей. И только теперь, при ближайшем рассмотрении, я увидела, что куртка парня разодрана на груди, как и рубашка, а из-под нее проглядывают свежие кровавые царапины.

Неужели рога чащобника настолько острые, что способны насквозь пропороть кожаную куртку и разрезать кожу?

– Помочь? – участливо поинтересовалась я, поравнявшись с загонщиками.

Доусли вымученно улыбнулся.

– Уж до целителей как-нибудь сами доберемся, – хмыкнул Фалкон, заботливо подставляя плечо другу. – Беги уже. Монтего очнулся.

Дважды повторять не пришлось. Я тотчас сорвалась с места и спустя пару секунд стояла у развороченных ворот ангара.

Скай и правда пришел в себя. Теперь он сидел на земле и тряс головой, словно пытался вернуть ясность зрению. Я подошла к нему и опустилась на колени.

– Эй, все нормально? – спросила встревоженно, стараясь заглянуть в бледное лицо.

– Лучше, чем могло бы быть, – сдавленно ответил Скай, часто моргая. А затем и вовсе с силой потер глаза руками. – Ты увела Драга?

– Да, не беспокойся, все нормально. Я привязала его в загоне.

– И что, он послушался? – Скай еле заметно улыбнулся, и я улыбнулась в ответ.

– Да-а, – протянула я. – А что, не должен был?

– Должен. Значит, тренировки прошли не напрасно.

Я вспомнила, как Скай приучал ко мне Драга, и довольно кивнула. Приятно знать, что твои старания дают плоды.

Судя по мягкому взгляду, Монтего думал о том же. Потом оглядел учиненный в ангаре беспорядок, особенно задержавшись на проломе в стене и парализованном чащобнике, вокруг которого хлопотали наставники.

С каждой минутой в ангар сбегалось все больше народа. В основном преподаватели. Я заметила в толпе магистра Блейка и профессора бестиологии Берлинго Фареса. Помимо них, в развороченные ворота пытались просочиться и заинтересованные ученики. Теперь, когда чащобник был не опасен, загонщикам нетерпелось поглазеть на мифическую тварь своими глазами.

– Пойдем отсюда, – произнес Скай. И я была полностью с ним согласна. Оставаться в пропахшем гарью ангаре не было ни малейшего желания.

Монтего неуверенно поднялся на ноги, и я поспешила обхватить его за талию, помогая удержать равновесие. Теперь, когда мы окончательно разобрались в наших отношениях, я больше не боялась, что кто-то может увидеть нас вместе и не так понять. Пусть понимают, как хотят.

– Эй, Монтего, помочь? – рядом оказался участливый Питер.

– Не надо. Изабель сильная, – хмыкнул Скай и показательно оперся на мое «сильное» плечо. А потом шепнул уже для меня: – А еще очень мягкая. Если что, падать будет не больно.

Глава 9

После случившегося Скаю явно требовался отдых, но, вопреки моим ожиданиям, мы отправились не в комнату, а прямиком в столовую.

Чащобник напал как раз во время ужина, и многие побросали еду, рванув на полигон. Теперь, когда все улеглось, студенты возвращались к неубранным столам и остывшим тарелкам. Правда, не за тем, чтобы доесть остатки. Загонщики с невероятной жаждой набросились на воду. Скай выпил залпом два стакана. Я тоже не удержалась, вдруг почувствовав ужасную сухость во рту.

Но даже напившись, студенты не спешили расходиться. В столовой царила возбужденная атмосфера. Парни наперебой рассказывали друзьям подробности сегодняшнего вечера. Нападение чащобника повергло всех в шок. Еще никогда за всю историю Маджериума хищные бестиаллии не проникали на территорию академии – магические руны всегда крепко удерживали границы периметра. Но не сегодня. И оставалось лишь гадать, что послужило тому причиной. А главное – может ли подобное повториться вновь.

И если раньше мы старались держаться группами, опасаясь затаившегося в академии убийцы, то теперь поводов не соваться за пределы своих спален в комендантский час стало на один больше.

В Маджериуме стало небезопасно. Это понимали все, от преподавателей до самых младших студентов, жаждущих сбежать из академии и укрыться под теплым родительским крылом.

– Кто-то отправился в лес? Надо проверить руны периметра и исключить новый прорыв, – сказал Скай, когда ему немного полегчало.

Даже несмотря на слабость, Монтего не стал садиться. Лишь устало оперся бедром о столешницу, изредка цепляясь за нее пальцами, чтобы поддерживать равновесие. Я осталась стоять рядом, внимательно наблюдая за ним, готовая в любую минуту прийти на помощь.

– Да хрен его знает. – Питер грохнул стаканом по столу. – Наставники заняты с чащобником. Да и не думаю, что кто-то сунется в лес на ночь глядя.

– Значит, придется сунуться нам, – сухо констатировал Скай.

В его голосе было столько твердой уверенности, что я тотчас поняла – его не отговорить. Если Монтего что-то решил, то никакие доводы не заставят его передумать.

– С твоим потенциалом сейчас только в лес соваться, – фыркнул Астон Шейн и едко добавил: – Хоть одну руну напитать сможешь?

– Тебя с собой возьму, – тем же тоном огрызнулся Скай. – У тебя-то запас еще остался?

Парни сцепились взглядами. И мне захотелось взвыть.

Ну сколько можно грызться по пустякам? Особенно сейчас, когда над нами всеми висит такая опасность.

– Или ты боишься темноты? А, Шейн? – не унимался Монтего.

В столовой вдруг запахло паленым. Или, может, это просто запах нашей собственной пропитавшейся гарью одежды бросился в нос.

– Не глупи, Монтего! – в кои-то веки поддержал лорда Питер. – Ты на ногах-то еле стоишь. А все одно – геройствовать лезешь.

– Дело не в том, что я собираюсь геройствовать, а в том, что следом за одним чащобником в академию может явиться другой. Или, того хуже, прибежит стадо бородачей или разъяренный драггаст.

– Значит, мы по-прежнему в опасности? – раздался из-за спины взволнованный женский голос.

Я обернулась и увидела подошедшую сзади Сирену. А рядом и ее брата, заинтересованно прислушивающегося к разговору старшекурсников.

Я не видела Совейгов в ангаре во время нападения чащобника, но, судя по вымазанным в саже рукам и лицам, брат с сестрой принимали непосредственное участие в тушении загоревшихся ящиков и соломы.

– Однозначно. И если срочно не решить проблему с периметром, заварушка с чащобником покажется нам детскими играми в сравнении с тем, что может случиться…

Скай не договорил. В столовую вошел хмурый Фалкон. Его огромную фигуру с засунутыми в карманы руками, отчего локти торчали в обе стороны, делая парня еще больше, просто невозможно было не заметить. Джон захапал сразу целый графин с водой и стал пить прямо из горла.

– Как Доусли? – тут же озабоченно спросил Питер.

– Как-как… Бодрится. Пока заклинание обезболивания действует. Целители его сейчас штопают. Но судя по тому, что я видел, он как минимум неделю пролежит в лазарете. – Джон тяжело выдохнул и с нажимом провел ладонями по лицу. – Хорошо хоть жив остался… Сглупили вы, конечно, с этим огнем…

– Какого хрена вы вообще туда полезли? – вдруг вспылил Скай и гневно зыркнул на Питера. – Вы оба паршивые стихийники, ты и сам об этом прекрасно знаешь!

Питер виновато пожал плечами и смущенно почесал затылок, словно извиняясь.

– Надо было что-то делать. Думали, отгоним чащобника пламенем, а оно вот как…

– Идиоты, – припечатал Монтего, а потом кинул такой же неприязненный взгляд на Шейна. – А ты где был? Или опять скорость реакции подвела?

Я тоже перевела взгляд на лорда. Этот вопрос волновал меня не меньше. Ведь Астон мастерски управлялся с огнем, я видела это своими глазами. Но он отчего-то не носил колец для высекания искры. Оттого и задержался с помощью. И если бы не эта задержка, кто знает, возможно, Доусли остался бы цел.

– Могу задать тебе тот же вопрос, Монтего. – Астон нервно дернул щекой, ответив нападкой на нападку. – Где ты шлялся со своим драггастом, когда был так нужен?

Повисло молчание. Скай отвечать не спешил. А я вдруг почувствовала острый укол вины, вперемешку с неожиданно накатившим смущением. Я ведь прекрасно знала, где он был и чем занимался. Чем мы занимались…

– И правда, – вдруг задался тем же вопросом Фалкон. – Я ж в первую очередь метнулся к твоему кошаку. Думал, раз ты в столовку не пришел, так пропадаешь в загоне. Где, гремлины раздери, тебя носило?

– Не твоего ума дело, – буркнул Скай и отвернулся.

На меня он старательно не смотрел. И я тоже опустила глаза, сделав вид, что заинтересовалась содержимым ближайшей тарелки. Казалось, если хоть мимолетно взгляну на Ская, то выдам себя с потрохами.

Однако выдать нас решил кое-кто другой.

– Монтего просто попутал день с ночью, – вдруг произнесла Сирена, и ее едкий тон мне совершенно не понравился, а уж кривая ухмылка на губах – и подавно. – Раньше он по женским спальням шлялся после заката солнца, а теперь и днем не отказывает себе в удовольствии, – смакуя каждое слово, произнесла загонщица. И в конце, словно выстрелом из арбалета, пригвоздила: – Да, Изабель?

Кажется, в этот самый момент я была готова провалиться сквозь землю. Если до этого моя скромная персона почти никого не интересовала, то теперь все взгляды сошлись на нас с Монтего. Словно мы были преступниками, застигнутыми на месте преступления.

Я не видела выражения лица Ская, но почувствовала, как его пальцы стиснули мою кисть. Да и сам он подался вперед, отлипнув от столешницы, и сделал шаг, вставая между мной и Сиреной.

– Заткни свой грязный рот, Сирена!

– Ах, теперь он грязный? Раньше ты так не думал.

– А почему это она должна затыкаться? – в разговор вдруг вклинился лорд Шейн, и Скай напрягся еще сильнее, почти до боли сжимая мои пальцы. – Нам всем интересно. Выходит, тебя можно поздравить? Или вас обоих? – теперь лорд посмотрел на меня, и я совершенно растерялась.

Что, гремлин его раздери, здесь происходит? О чем он говорит?

И словно прочитав мои мысли, Астон добил:

– Надеюсь, инициация прошла успешно?

Сказанные слова молнией пронеслись в сознании, всколыхнув вереницу мыслей, образов, воспоминаний. И когда я наконец поняла их смысл, вздрогнула, словно меня с головы до ног окатило ведром холодной воды.

– О чем он, Скай? – Я выдернула руку из крепкого мужского хвата и отошла на шаг, вглядываясь в такое родное и в то же время незнакомое лицо мужчины напротив.

Не знаю, чего я ждала. Что я хотела отыскать в его глазах.

Пренебрежение? Равнодушие к чужим словам? Ухмылку и попытку посмеяться над дурацкой шуткой?

Да, именно этого я ждала!

Но лицо Ская было мрачнее тучи. А в глазах на мгновение мелькнула растерянность и… сожаление.

– Ни о чем, не слушай его.

– Ох, Изабель, он что же, не рассказал тебе о нашем пари?

– О каком пари?

Я переводила растерянный взгляд с довольной ухмылки Шейна на плотно сжатые губы Ская и не понимала, что происходит. Я просто отказывалась что-либо понимать.

– Скай, о чем он?

Но Монтего молчал, лишь сильнее раздувая костер паники у меня в груди. Казалось, вот-вот произойдет что-то непоправимое. Пойдет трещинами то хрупкое доверие, что зародилось между нами, расколется на части, словно первый лед, тонкой корочкой стянувший осенние лужи.

Я смотрела выжидающе, только на Ская, не замечая никого вокруг. Не обращая внимания на несколько пар глаз и ушей, жадно ловящих каждое слово. И я уже думала, Скай ничего не ответит, как он вдруг заговорил хрипло и надломленно:

– Мы поспорили, кто первым инициирует тебя.

– Вы… что?

Его признание было подобно удару в спину. Слишком неожиданным, чтобы я смогла к нему подготовиться.

Но с другой стороны… Все вдруг встало на свои места. Сразу вспомнился и тот злосчастный подслушанный разговор, когда капитан Байрон наставительно советовал Монтего меня инициировать, и советы мисс Палмер завести отношения, и тот факт, что за мои неудачи штрафные баллы получал Скай, рискуя потерять свое место в рейтинге.

Мозаика сложилась.

И я почувствовала себя последней дурой. Глупой золотой рыбкой, попавшейся на крючок опытного рыбака.

– Вы… Поспорили. На меня?

Каждое слово – словно болезненный укол в сердце. Один, второй, третий. И никак не узнать, какой из них будет последним. Какой добьет окончательно, растоптав все светлое, что было между нами.

– Все не совсем так, Изабель. Послушай! – Скай подался вперед и попытался взять меня за руку, но я не дала, резко вырвав ее из мужских пальцев.

– И какие были ставки? – Мне хотелось разреветься. В горле уже стоял колючий ком, мешая говорить. Но вместо этого я лишь гордо задрала подбородок, посмотрела прямо, с вызовом. – Надеюсь, хоть что-то стоящее? М-м-м? Что ты попросил, Скай?

– Лунный аркан, – не стал увиливать Монтего.

– О! Достойный выбор. Что ж… – Я перевела взгляд на стоящего рядом лорда. Покосилась на его пояс, где висел заветный артефакт. – Отдай ему аркан, Шейн! Он выиграл.

Астон нерешительно отстегнул маджет от пояса. И я выхватила его, словно пытаясь поторопить время. Буквально силой всучила в руки Монтего.

– Наслаждайся!

– Изабель, постой!

Но я уже рванула к выходу из столовой. Больше не было сил сдерживать слезы, не было сил смотреть в такое родное лицо и понимать, что тебя предали. Использовали. Делили тебя, словно ты какая-то вещь.

Скай, конечно, кинулся следом. Но ноги плохо его слушались, и я оказалась быстрее, первой выскочила в широкие двустворчатые двери, и те с грохотом захлопнулись за моей спиной, повинуясь лишь мимолетной мысли, пронесшейся в голове.

С обратной стороны настойчиво забарабанили. Дверь толкали изо всех сил. Но створки будто намертво приросли друг к другу. Я не хотела никого видеть, и окружающие предметы будто соглашались со мной, повиновались мне, исполняя любую мою прихоть.