Текст книги "Оннирлит. Закрытая земля"
![](/books_files/covers/thumbs_240/onnirlit-zakrytaya-zemlya-253009.jpg)
Автор книги: Братья Дворецкие
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)
В ответ он ожидаемо услышал их звонкие пищащие голоса, смысл слов, которых он все еще не научился понимать. По все видимости они много чего хотели ему сказать, так как пищали без умолку, а когда поняли, что их слова не понимают, уцепились за подол плаща Уилла и стали его куда-то тянуть.
Обходя все преграды из дымовых труб и вольеров домашних птиц, шиншиллы остановились у края крыши. Зверьки перебрались на крышу рядом стоящего дома по веревкам для сушки одежды и стали ждать от Уилла, что он сделает также.
– Эту часть вы не продумали. Меня веревки не выдержат, и перепрыгнуть я не смогу, так как слишком далеко. – поразмышлял Уилл, и вскоре понял, что его вели от причала, а не к нему. Тогда он решил рассказать об этом маленьким пушистым помощникам: – Мне нужно в другую сторону. Я должен успеть на корабль.
Шиншиллы не слушали, что им говорят, и продолжали звать Уильяма проследовать за ними. Они делали это до тех пор, пока их взгляды не привлекло что-то за его спиной. Словно по команде зверьки подняли свои головы и уставились за пустующий вольер, а после, также синхронно бросились наутек.
Уильям остался стоять на месте, так как не понимал, почему убежали шиншиллы, что могло их напугать. Обернувшись к вольеру, он увидел приближающийся к нему силуэт. Мысли о том, что его могли догнать преследователи, посетили его, отчего ему было не по себе. Но вскоре он разглядел в силуэте знакомого ширинтонского парня, который носил имя племени годархид.
Сейчас Иллинорд не был похож на клоуна, его лицо не было раскрашено, и на нем не был надет тот самый пышный яркий костюма. Он походил на обычного рыночного покупателя, который с легкостью мог затеряться в толпе, то есть он был одет в серый дождевой плащ и темные брюки. И конечно же, его одноколесный велосипед, он катил его по крыше, придерживая одной рукой за сидение.
– Уильям Обих, – с приятным воодушевлением произнес Иллинорд. – Что ты здесь делаешь? Тебе ведь пора уже быть у причала.
– Я не смог найти правильную улицу, которая бы привела меня к нему…
– И поэтому оказался на крыше? – не дав Уиллу договорить, добавил Иллинорд.
– Я…
Уилл понял, чтобы он сейчас ни сказал, оно покажется Иллинорду не правдой. Поэтому он решил сказать первое, что пришло ему в голову.
– Да, поэтому я и оказался на крыше. Отсюда можно понять, в какой стороне причал, и проследовать к нему. – После сказанного из его рта вывалилось странное хихиканье, и он не был уверен, что ему поверили.
– И как твои успехи?
– Отлично! Теперь знаю, куда идти дальше.
Уильям обернулся в сторону причала, хотел запомнить дорогу, как проще добраться к нему, но туман окутал портовую часть еще сильнее, что уже с трудом можно было разглядеть даже соседнее построение. Посмотрев на папины часы, Уилл понял, что к отплытию ему уже не успеть, так как стрелки показывали ровно два часа, а это означало, что корабль сейчас отплывет. Еще одним подтверждением того, что он опоздал, был раздавшийся глухой звон, который разнесся практически по всему городу. Уильям никогда не слышал ничего подобного, но, вспомнив истории из писем, он догадывался, что этот шум издавал корабль. Словно все мечты рухнули в одночасье, начали превращаться в пыль и выметаться из головы, отчего даже дыхание затруднялось…
– Я опоздал, – тихо проговорил Уилл, смотря сквозь туман, в сторону, откуда разносился гудок.
– Ты не веришь в свои силы? Тут идти минут десять, не больше, – удивляясь словам Уилла, спросил Иллинорд.
– Ты о чем говоришь? На часах уже ровно два, а значит, я не успел. И корабль подал сигнал к отплытию.
– Первый сигнал к прибытию корабля, – поправил Иллинорд. – А это значит, что у нас есть чуть больше десяти минут, чтобы добраться к причалу.
Иллинорд заметил, что Уильям уже успел расстроиться, думая что не успел к отплытию.
– Корабль, как и лодки, он не ходит по часам. Он ходит так, как позволит ему вода.
Эти слова успокоили Уилла. В нем снова родилась надежда оказаться на том корабле, но ему казалось, что того времени, о котором говорил Иллинорд, будет недостаточно, чтобы добраться к причалу.
– Я даже не знаю, как спуститься с этой крыши. Как мне успеть к причалу до отплытия? – торопливо негодовал Уилл.
А улыбчивый ширинтонец, широко растянув улыбку, указал на свой транспорт, намекая, что придется прокатиться.
– Но я не смогу на нем поехать. Я сегодня впервые увидел одноколесный велосипед.
– Тебе и не нужно уметь, Уильям. – Иллинорд достал из кармана плаща еще одно сиденье и стал прикручивать его позади уже имевшегося.
Уильям догадывался, что ему сейчас предложат ехать вдвоем на транспорте с одним колесом, он в принципе был не против, и у него получилось преодолеть страх предстоящей поездки, хотя в голове постоянно вырисовывалась картина, как Иллинорд с грохотом падает с велосипеда в клоунском костюме. Страх был побежден, осталось теперь найти дверь, которая позволит спуститься с крыши.
– Подскажешь, где спуск с этой крыши? Ты ведь, наверное, знаешь здесь все, – все с той же спешкой говорил Уилл.
– Спуск нам не нужен. Доверься мне, и я доставлю тебя к причалу до отплытия твоего корабля, – Иллинорд указал рукой на плоскую доску, которая тянулась от крыши, на которой они находились, к соседнему дому. – Видишь эти мостики? Я могу добраться к любой крыше в городе, не сделав ни одного шагу по земле. Из плюсов – не нужно толпиться, а из минусов – всегда немного страшновато, – похихикав, рассказал Иллинорд, чем еще больше заставил Уилла волноваться по поводу его вождения.
Дощечки, протянутые между крыш, казались очень хрупкими. Уилла посещала мысль, что они могут не выдержать их двоих. Но времени оставалось все меньше и меньше, нужно было рисковать. Уильям чувствовал, что его страх во всю отражался на его лице, и он уже не пытался его скрывать. Собрав всю волю в кулак, он запрыгнул на заднее сиденье велосипеда к Иллинорду, который уже стоял у края крыши и готов был стартовать.
– Держись за меня крепче и постарайся поменьше шевелиться, чтобы я не потерял равновесие, – сказал Иллинорд, почувствовав, что Уилл уже был готов ехать.
Уильям делал все, о чем его просили. Не шевелился, не сбивал равновесие и старался не отвлекать водителя. Еще он закрыл глаза, об этом его не просили, это было его собственное желание, так ему было проще заставить себя не смотреть вниз. Транспорт проехал по первому мостику, заставив его прогнуться в дугу от веса пассажира и водителя, но все прошло отлично. Преодолевая крышу за крышей, они приближались к причалу, еще пара-тройка домов и должны были оказаться в нужном месте. Но, перекатываясь по следующему мостику, Иллинорд отвлекся на лай собак, он доносился от нижних этажей.
– Уильям, ты видишь там внизу собак? – спросил Иллинорд, остановившись на дощечке между домов.
Уильяму пришлось открыть глаза, чтобы сделать то, о чем его попросили. Посмотрев вниз, он понял, что это лаяли те самые, черные ротвейлеры. Они гнались за ними по переулкам, не упуская из виду.
– Это вонючие псины рыночного сторожа, – с опаской прокричал Иллинорд, заметно разволновавшись.
Уильям догадывался, что животные гонятся именно за ним, но не мог понять, почему они это делают. Он не решался рассказать об этом Иллинорду, но выбора не оставалось, ведь понимал, что от него не отстанут.
– Они гонятся за мной, но я не знаю почему. Я оказался на крыше, потому что они загнали меня туда.
– Эти собаки просто так бы не стали за тобой гнаться, – Иллинорд намекал на то, чтобы Уилл ничего от него не скрывал.
– Я ничего не сделал, – ответил Уилл, пытаясь убедить Иллинорда, что он не натворил ничего противозаконного.
– Тогда нужно поспешить, сейчас сюда сбежится немалая толпа. Можешь выпрямить ноги и замереть. Расставь их как крылья, чтобы мне было легче держать равновесие.
– Я постараюсь! – ответил Уилл и поспешил сделать то, о чем его попросили.
Уильяму показалось, что ширинтонец ему поверил. Еще у него сложилось впечатление, что тот от него что-то скрывал или недоговаривал об этих собаках. Будто у них и вправду была причина гнаться за ним, но это не связано с нарушением установленных правил рынка. О настоящей причине их погони Уиллу оставалось лишь догадываться.
Иллинорд восстановил равновесие и сильным нажатием на педаль велосипеда заставил его тронуться с места. Собаки потерялись из виду, когда забрели в тупик и не смогли перепрыгнуть забор, оказавшийся у них на пути. Мостики Иллинорда закончились на одноэтажном доме, который стоял у железного забора, ограждавшего городскую часть суши от океана. Сама платформа и главные ворота находились в трехстах метрах от крыши дома, на которой они остановились. Главные ворота облепили сотни людей, они стояли, так тесно прижавшись друг к другу, что, казалось, протиснуться между ними будет невозможно. Створки ворот уже были открыты, а неподалеку от платформы на воде величественно пришвартовался огромный корабль. На его металлической корме красного цвета белыми большими буквами, которые потрепали воды и солнечный свет, красовалось его имя. На самой же платформе уже выстроились новобранцы, они ждали, когда за ними приплывут шлюпки, которые спустились на воду из самой палубы корабля.
Уильяму нужно было спешить, но он понимал, что сквозь толпу людей ему не пробраться. Рассматривая высоту платформы, он рассчитал, что сможет забраться на нее с берега, если окажется по ту сторону забора у воды. Забор также казался непреодолимой преградой, Уилл не понимал, что ему делать: сломя голову бежать к воротам, просачиваясь между людьми с криками, чтобы его подождали и не отплывали без него, или попытаться перелезть через железную преграду. Но когда заговорил Иллинорд, все решилось.
– Мы потеряли время, так как я немного сбился с пути. Поэтому я привез тебя сюда, а не к главным воротам.
– Почему сюда? – не понимая спросил Уильям.
– Видишь ту старую иву? – спросил Иллинорд, указывая на высокое дерево, которое росло перед забором, и своей верхушкой переваливалось через него. – С ее помощью ты сможешь перебраться по ту сторону ограды, а дальше, тебе никто не помешает добраться к кораблю.
– Я рад, что познакомился с тобой Иллинорд, – сказал Уильям, поняв, что настал момент прощаться. – Без твоей помощи я бы не оказался здесь. Сажи, как я могу отблагодарить тебя?
– Это я должен тебя благодарить, – улыбаясь возразил Иллинорд. – Если бы не ты, я бы никогда и не проверил, работает ли дополнительное сиденье. – Ширинтонец рассмеялся, и его настроение передалось и Уиллу. – А если серьезно, не растеряй свою доброту, которая в твоем сердце. Там, на корабле, таких мало осталось.
– Ты этого не можешь знать, – сказал Уилл, не понимая, почему Иллинорд так сказал.
– В этом городе, как на корабле. А поверь мне, здесь все именно так. Думаю, ты поймешь, о чем я.
Уильям подумал, что ему или снова что-то не договаривали, или он и вправду не понял суть сказанного, но разбираться в этом совсем не было времени. Поэтому он попрощался с Иллинордом, который тут же укатился на своем транспорте, и направился к старой иве.
Перебраться по широкому дереву на ту сторону не составило труда. Сделав это, Уильям бросился бежать к платформе, к которой уже подплыли те самые лодки для новобранцев. Подбегая все ближе и ближе, он заметил, что на него стали обращать внимание люди, стоявшие по ту сторону забора. Они быстро разнесли весть о том, что видят ребенка в запретном месте, и подняли шум из возмущений и недовольства. Но Уилл старался не обращать на них внимания. Подбежав к платформе, он с удивлением для себя понял, что она оказалась выше, чем предполагалось, ее высота составляла примерно два метра. Уильям не видел, что сейчас происходило на платформе, поэтому не понимал, сколько у него осталось времени. Но одно его радовало, шлюпки с новобранцами еще не отплывали обратно к кораблю, а это означало, что посадка еще не закончилась. Окинув взглядом платформу, Уилл заметил, что у самого дальнего ее края от суши из-под воды торчал огромный валун, с его помощью можно было попробовать забраться на платформу. Недолго думая, он приподнял подол своего плаща и побежал по воде к валуну. Забравшись на него, Уильям смог разглядеть, что происходит на платформе, для этого ему пришлось стать на носочки. Его волнение осело, как мутная вода на дно, когда он увидел, что детей только начали рассаживать по шлюпкам.
Люди из корабля были одеты в яркие костюмы и плащи, которые походили на парадные наряды. Команда не реагировала на крики толпы, которые пытались обратить их внимание на ребенка за забором. Казалось, что они не отвлекутся ни на чей зов, возможно, это было в их корабельных правилах, а возможно, они и вправду ничего не слышали. Или не могли разобрать слова, которые им выкрикивали из-за оркестра, присутствовавшего в портовой части для создания праздничного настроения.
Уильям понял, что кричать было без толку, поэтому он принял решение снять один ботинок и бросить его на платформу, пытаясь привлечь таким образом внимание команды. И у него получилось сделать это. Один из корабельных представителей обратил внимание на ботинок, упавший рядом с ним. Но посмотрев на него пару секунд, он без раздумий продолжил делать свою работу – спускать детей к шлюпкам. Недолго думая, Уильям снял оставшийся ботинок и также бросил его на платформу, но узнать судьбу второго ботинка ему так и не удалось. Его отвлекло чье-то касание к левой ноге, будто кто-то обвязал ее веревкой. Посмотрев вниз, Уилл увидел, что за лодыжку его крепко ухватил щупальцем огромный спирг и стал тащить под воду. Не удержавшись на ногах, Уилл упал спиной на камень и стал крепко держаться за него руками.
– На помощь! – прокричал он, не надеясь, что его услышат.
Уилл стал отбиваться от водоплавающего свободной ногой, даже сумел врезать ему ступней по голове, которая на миг показалась из-под воды. Вскоре Уильям услышал, что к нему спешат на помощь, он не был уверен, что на этот раз услышали его крик, скорее второй ботинок привлек к нему внимание.
– Мистер Фуалк, я видел его здесь! – прокричал кто-то, кто находился на платформе.
Уилл поднял голову и увидел, что на него смотрят трое матросов. Один из них спрыгнул к нему на камень и стал протягивать руку.
Уилл не разглядел, того кто тянул ему руку, но его голос казался знакомым, будто он слышал его сегодня на ярмарке. Узнать кто это был ему не удалось, так как когда он уже был готов схватиться за руку помощи, спирг утащил его под воду, и он со звоном ударился головой об камень.
Глава вторая.
Дело двух племен
Небо уже потемнело до черно-синего цвета, будто радость сменилась на грусть. Ветер свистел над чащей лесных деревьев, в которую только что вбежал Иллинорд. Его потрепанный вид говорил о том, что он бежит уже долгое время, а его частые оглядки назад и тревога в глазах – о том, что его кто-то преследует, кто-то, кого стоило бояться. Ведь этот юноша был одним из самых смелых молодых людей своего возраста в портовой части Оннирлитовых земель.
Позади него раздавался лай собак рыночного сторожа. Иллинорд не мог найти их взглядом, но понимал, что они вот-вот настигнут его. Он знал это по тому, что каждый следующий их лай слышался ему все громче и громче. В лесу было мало тропинок, по которым можно было поехать на велосипеде, поэтому ему пришлось тащить свой транспорт в руках.
Не заметив торчащего из-под земли корня дерева, рядом с которым пробегал, Иллинорд споткнулся и упал, сделав несколько кувырков. Он понял, что потерял свой велосипед, и тут же бросился его искать. Сквозь кроны деревьев просачивался лунный свет, только он помогал хоть что-то разглядеть в ночной темноте. Иллинорду удалось найти свой транспорт, он увидел блеск от лунного света в его металлической раме. Но поднять его ему так и не удалось. Перед ним, выбежав из кустов, остановился поросенок. Обычный фермерский поросенок, только непривычный для этого животного ярко-коричневый цвет шерстки делал его необычным. Поведение его также казалось странным, он будто что-то хотел сказать, а, видя, что его не понимают, пытался сделать это еще громче.
– Я не понимаю, что ты хочешь мне сказать. Но если ты меня понимаешь, тогда беги отсюда, сейчас здесь будут вонючие псины. Меня они не тронут, а вот тебя точно захотят поймать.
Иллинорд пытался заставить поросенка бежать прочь, чтобы спасти ему жизнь и не попасться самому, он знал, что если за тобой гонятся собаки рыночного сторожа, то это неспроста. Иллинорд был уверен, что ничего противозаконного не совершал, а это означало только одно: он попал в поле интересов тех, кто следит за порядком в отношениях между двумя племенами. Но порядка и этих правил он не нарушил. Незнание чем он провинился еще больше заставляло его бояться быть пойманным.
Оттолкнув поросенка, Иллинорд заставил его спрятаться обратно в кусты, а сам поднял свой велосипед и снова бросился наутек, но, не пробежав и пары десятков метров, его догнали и окружили те самые ротвейлеры. Сопротивление было бесполезно, оставалось только ждать, когда здесь окажется хозяин собак и пара тройка человек, которых Иллинорд будет видеть впервые. Так это зачастую бывает, когда дело касается отношений между племенами. Хотя Иллинорд знал в лица практически всех жителей портового города, ведь он вырос здесь и все время проводил на улице.
Ожидая встречи с людьми, которые объявили его в розыск, Иллинорд услышал шум двигателя автомобиля. Собаки тоже обратили на него внимание. После чего сквозь листву стал пробиваться яркий свет фар, который, приближаясь к ним, становился все ярче. Свет напугал ротвейлеров, но они остались стоять на местах, а Иллинорд же попытался отбежать в сторону, так как понял, что автомобиль движется прямо на него. Вслед за ним побежала и одна из собак, животное столкнулось с бампером автомобиля, когда тот остановился ровно на том же месте, откуда отбежал Иллинорд. Собака откатилась на пару метров, а поднявшись, тут же с душераздирающим лаем бросилась бежать в сторону города к своему хозяину. Два других ротвейлера также испугались и рванули вслед за своим сородичем.
Иллинорд уже встречал этот автомобиль, он видел его сегодня на портовой площади, это был черный чейзэркорн. Такую машину, наводящую ужас своим видом, точно не забыть, если однажды увидишь. Освободившись от присмотра собак, Иллинорд поспешил спрятаться, пока его не заметили. Он побежал к упавшему сухому дереву и спрятался за его ветками.
Из машины вышла ширинтонская супружеская пара, которую Иллинорд также видел на портовой площади. Женщина казалась напуганной, она осталась стоять у открытой двери, а ее супруг пошел проверять, кого он сбил.
– Повторяю, Мэнита, это была собака. Я точно слышал ее лай.
– Томас, сколько раз я повторяла тебе, что ты должен ездить медленнее.
– Извини, дорогая. Не переживай, мы найдем Макса, – успокаивал супругу Томас. – Он не мог далеко убежать.
Томас подошел к фаре машины и вытащил ее, потянув за кольцо сверху на крышке. Фара стала похожа на ручной фонарь. Через некоторое время ее свет гас, тогда Томас крутил рычаг, расположенный на ее задней части, и фара снова накапливала свет, чтобы гореть еще некоторое время.
Супруги стали внимательно всматриваться в темноту между деревьями, они звали своего сына по имени, но тот не откликался. Светом они приманили к себе того ярко-коричневого поросенка, который встретился Иллинорду. Животное запрыгнуло на заднее сиденье их автомобиля через открытую водительскую дверь и спряталось там, чем напугало и без того дрожащую от ужаса Мэниту.
– Что это было, Томас?! – возгласила Мэнита.
– Это всего лишь поросенок, – пытался передать свое спокойствие жене Томас.
– Зачем он забежал к нам в машину?
– Я не знаю, дорогая, возможно, он прячется от кого-то. В лесу ведь много опасных зверей, – Томас понял, что стоит выбирать выражения, чтобы не заставить супругу переживать еще сильнее, и попытался переиначить сказанное. – Я хотел сказать, что для беззащитного поросенка здесь много опасных зверей, только для него.
– Кто вы и как здесь оказались?
Раздался грубый хриплый голос того, кто только что вышел из-за теней деревьев и попал под свет фары. Иллинорд знал, кто задал этот вопрос, голос принадлежал рыночному сторожу. Он казался разозленным и недовольным, наверное, из-за того, что случилось с его собакой. Следом из темноты вышли четверо рыночных рабочих, они также были напряжены, каждый из них в руках держал по факелу.
– Это вы покалечили мою собаку? – добавил сторож к уже заданный вопросам.
– Она внезапно оказалась у нас на пути. Я не успел нажать на тормоз, – пытался объяснить ситуацию Томас. – Извините нас, нам очень жаль. Надеюсь, с вашим питомцем будет все в порядке.
– Кто вы и как здесь оказались? – не обращая внимания на извинения, повторил сторож.
– Я Томас Обих, а это моя супруга Мэнита Обих. Мы ищем своего сына, его зовут Макс. Он убежал в лес, и мы не можем его найти, – представился Томас, и описал сложившуюся ситуацию, из-за которой они здесь оказались.
– Может, вы видели его? Ему всего десять лет. Мы были бы вам очень признательны вам за помощь, – добавила Мэнита в надежде, что они могли встретить их сына, но вскоре поняла, что ей не собираются отвечать.
Супруги заметили, что сторож услышал шум в их машине. Его глаза посетил первобытный страх, будто он ожидал там увидеть то, чего боялся больше всего на свете.
– Кто в машине? – немедленно потребовал ответа сторож, но получить его не успел.
Все отвлеклись на хлопки крыльев огромных орлов, которые зависли над кронами деревьев в количестве трех особей. Провисев так пару секунд, они медленно стали спускаться на землю, разбрасывая листву и сухие ветки в разные стороны широким размахом своих крыльев. Еще они погасили факелы, которые рыночные рабочие тут же принялись поджигать.
На каждом орле сидел рулевой из племени ширинтон. Рулевыми называли тех, кто управляет полетом орла. Они были одеты в кожаные комбинезоны, которые плотно на них сидели, практически обтягивали их тела, а на головах у них были шапки с опущенными козырьками, которые прятали глаза и всю верхнюю часть лица. Головные уборы также были сделаны из кожи. Такие наряды не походили на повседневную свободную одежду, Иллинорду уже доводилось встречать людей в таких одеяниях. Когда-то давно он видел их на ярмарке среди торговых рядов. Тогда не получилось разгадать загадку их одежды, но теперь он знает, что в тот день видел рулевых.
– Довольно вопросов, Мэрил, у вас нет права задавать вопросы. Это дело не в вашей юрисдикции, – сказал самый старший из рулевых, после чего спрыгнул со своего орла на землю.
Этот рулевой вел себя так, будто он хозяин сложившейся ситуации, держал свою голову выше остальных. Но в то же время он был напряженным, должно быть то, что он делал, было очень важно для него как ни для кого другого.
Двое других рулевых остались на орлах. Один из них подхватил поводья орла, который остался без рулевого, и подтянул его к себе.
– Прошу прощения, Дарио Слинорд, – извинился сторож Мэрил и смиренно отошел в сторону.
– Чтобы впредь этого не повторялось, – Дарио смотрел на Мэрила до тех пор, пока не почувствовал, что тот усвоил поданный ему урок. – А теперь покажи же мне, где он. Я рисковал быть замеченным годархидцами. Надеюсь, это было не зря.
– Он внутри автомобиля, – ответил Мэрил, указывая на транспорт рукой. – Эта семейка его спрятала.
После слов Мэрила Дарио Слинорд тут же направился к автомобилю семьи Обих. Он будто к чему-то готовился, его руки стали слегка дрожать, а глаза наполнялись озабоченностью и еле-еле уловимым страхом. Но прочитав в глазах Томаса и Мэниты непонимание того, что здесь происходит, его азарт в глазах осадила мысль, что сегодня не тот день, чтобы завершились его поиски.
– Ваш поросенок забежала ко мне в машину, мистер Слинорд? – спросил Томас, удивляясь происходящему вокруг. – Будьте осторожны, он хоть и домашнее животное, но ведет себя словно дикое.
После слов Томаса надежды Дарио тут же рухнули и он поспешил открыть дверь автомобиля. Поросенок тут же выскочила и, не раздумывая, скрылся в лесной чаще. Увиденное разозлило Дарио, но он был к этому готов, наверное поэтому смог держать себя в руках.
– Ты сказал, что твои собаки почувствовали его, – возмущаясь, Дарио направился к Мэрилу. – Или может, они просто погнались за ужином?
– Я сам видел того парня, под ваше описание он подходил. Мои собаки гнались за ним, пока эта семья не сбила одну из них, – Мэрил пытался убедить Дарио что не врет, но понимал, что его слов было недостаточно.
– Возможно, ваши собаки гнались за нашим сыном. Его зовут Макс. Ему десять лет. Мы переживаем, что он мог потеряться, – снова понадеявшись на помощь, повторилась Мэнита.
– Это был не ваш сын, – ответил Мэрил Мэните, в надежде что та больше не будет встревать в разговор. – Это был подросток, невысокого роста из ширинтонцев. Я его точно видел, я на вашей стороне, мистер Слинорд. Мы все здесь на вашей стороне, поэтому мне нет смысла обманывать. Мои собаки почувствовали его, а они не ошибаются, вы знаете это.
Дарио долго всматривался в глаза Мэрила, чтобы убедиться, что тот не врет, но его вдруг отвлек один из рулевых.
– Мистер Слинорд, ваш орел тревожится.
– Отпусти поводья, – тут же скомандовал Дарио. – Он кого-то учуял.
Как только орлу отпустили поводья, он отправился в темноту лесной чащи, куда не попадал свет от факелов и фар чейзэркорна.
Иллинорд понимал, что птица учуяла именно его, так как, понюхав автомобиль, она направилась прямо к нему. Каждый его шаг по траве разносился громким эхом в темноте. Птица уже была в десяти шагах от него. Иллинорд осознавал, что скорее всего его поймают, но все же рискнул побежать в надежде, что сможет найти тропинку, и с помощью своего велосипеда удастся оторваться.
Устроив погоню, Иллинорду почувствовал, что его вот-вот потеряют из-виду, так как все оказались довольно далеко позади. Найдя в темноте между деревьями вытоптанную дорожку, он тут же прыгнул на свой транспорт и постарался ехать как можно быстрее. В спину ему уже никто не кричал, но подняв голову вверх, он увидел над собой парящего орла, который тут же приземлился перед ним, перегородив ему путь. Иллинорд резко остановился и понял, что бежать дальше было некуда, так как вскоре, все три птицы окружали его со всех сторон.
Дарио спрыгнул со своего орла и тут же поспешил к Иллинорду. Он делал это с таким рвением, что даже не передал поводья своей птицы другому рулевому.
– Бибори Григо? Узнаешь меня? Я твой старый друг, Дарио Слинорд, – Дарио с неким трепетом задавал вопросы, предполагая, что он на верном пути и вскоре ему ответят и узнают.
Иллинорда удивило сказанное ширинтонским рулевым. Он не знал, что ответить, и понимал, что его с кем-то спутали.
Дарио решил раскрыть свое лицо, приподняв маску рулевого, он показал Иллинорду свои прямые, строгие контуры щек и продолговатый нос, надеясь, что это поможет ему, и его поскорее вспомнят. Но вскоре на его лице появилось разочарование, когда ему стало понятно, что его все же не узнают.
– Ты не мог меня забыть, – возмутился Дарио. – Тебя учуяли собаки Мэрила, не обманывай меня, пожалуйста, прошу тебя, Бибори.
Иллинорд не мог больше молчать. Он не понимал, почему незнакомый ему человек, уверяет его, что они знакомы, его начало пугать происходящее.
– Я правда не знаю, почему они погнались за мной. Собаки преследуют меня от самого причала, – пытался объясниться Иллинорд. – Я не вор и не состою в сговоре ни с одним из племен.
Дарио заинтересовало услышанное, он словно в один миг выбросил навязчивую идею заставить Иллинорда вспомнить его. Теперь рулевой будто искал зацепки и ключи в только что услышанном.
– От самого причала говоришь? – задумался Дарио, и его глаза будто озарило решением головоломки. – Если ты и вправду не он, должно быть, ты встречался с ним, поэтому на тебе остался его запах, и собаки погнались за тобой. Свяжите его покрепче, он полетит с нами. Не отпустим, пока не узнаем все, что ему известно, – Дарио скомандовал рулевым и отправился к своему орлу.
Когда Иллинорд понял, что на секунду остался без присмотра, его инстинкт скомандовал ему попытаться еще раз убежать. Он послушался его и на этот раз попробовал уже скрыться в чаще деревьев сбежав с дорожки, прихватив свой транспорт. Но добежать не получилось, он почувствовал, как орел своим клювом схватил его за плащ и приподнял. Посмотрев на птицу, Иллинорд увидел верхом на ней Дарио, и в этот раз тот уже улыбался ему.
– Бежишь, значит, есть что скрывать! – прокричал главный рулевой.
Иллинорд имел смелость убегать, так как знал, что его не тронут, даже если поймают. Он не любил раскрывать свою настоящую личность, и все делал для того, чтобы это оставалось тайной как можно дольше.
– Может, поделишься тем, что скрываешь? – попросил Дарио. – И я попрошу своего орла отпустить тебя.
– Вам и так придется меня отпустить, мистер Слинорд, – потребовал Иллинорд. – Я внук Торы Форрон. У вас нет права меня задерживать, поскольку мы соблюдаем нейтралитет в спорах между племенами.
Иллинорд никогда не вникал в дела межплеменных распрей, ему это было не интересно, поскольку оттуда тянуло спорами и озлобленностью друг к другу. Еще оттуда тянуло тяжелыми воспоминаниями, которые касались лично его самого. Он старался держаться от всего этого подальше, чтобы прошлое не вернулось и не заставило его вспомнить все то, что приносило только грусть, боль и обиду. Маска клоуна помогала ему отчасти скрыться, ведь его могли узнать на улице те, кто участвуют в делах между племенами. Его бабушка являлась главой общества, которое придерживается нейтралитета в многолетних спорах. Поэтому Иллинорд мог стать отличным рычагом давления для любой из сторон. Но также его имя могло помочь ему избежать ситуации, как та, в которой он оказался. Конечно, это сработало бы лишь в случае, если он оказался бы среди тех, кто придерживается правил установленных гильдией бабушки. А сейчас Иллинорду показалось, что в глазах Дарио не было желания навредить ему, что тот всего лишь искал человека, который был ему дорог, при этом, не имея цели навредить другим. К тому же он сам ссылался на правила, когда запретил Мэрилу задавать вопросы семье Обих.
Услышанное привело Дарио в легкий ступор, и в его голове родились противоречивые мысли. Он постучал своему орлу по спине, приказав отпустить Иллинорда. А двое других рулевых переглянулись друг с другом, будто они впервые оказались в подобной ситуации.
– Мистер Слинорд, что прикажите нам делать? – нервничая, спросил один из рулевых.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.