Текст книги "Оннирлит. Закрытая земля"
![](/books_files/covers/thumbs_240/onnirlit-zakrytaya-zemlya-253009.jpg)
Автор книги: Братья Дворецкие
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
– Получается, наши земли остались без присмотра? – предположил Иллинорд.
– Этого никто не знает наверняка, но после этих слов все почувствовали, что границы Оннирлита стали сжиматься. За мистером Бибори племена в тайне друг от друга объявили охоту. Каждое племя естественно преследовало свою выгоду. Два прибытия «Трафальгара» назад, Орден иглы поймал след мистера Григо. Твои родители гнались за ним у земель Равнинного берега. На двух орлах они вылетели за границы Оннирлитовых земель, а назад вернулись уже четыре орла.
– Родители стали птицами? – спросил Иллинорд, понимая, что бабушка подводила именно к этому.
– Я не могу быть уверена в этом.
– А где сейчас эти орлы? – Иллинорд надеялся, что они могут быть в вольерах в замке бабушки.
– Здесь родителей нет, иначе я бы узнала их, – с сожалением ответила бабушка.
Иллинорд понял, что все это время оттягивал момент, когда узнает всю правду о родителях. Он понятия не имел, как бы отреагировал на эту историю в детстве, но сейчас Иллинорд точно знал, что хочет и должен сделать.
– Все это время я тебе не верил. Думал, что родители меня бросили из-за того, что я выросту не похожим на них, стану ширинтонцем, – сказал Иллинорд, коря себя за эти мысли.
– Ни в коем случае. Они любили тебя таким, какой ты есть, невзирая на то, что ты рос ребенком другого племени, – бабушка пыталась передать всю ту любовь, которую видела в отношении родителей Иллинорда к нему. – Я не могла раньше рассказать тебе всю правду об их исчезновении, так как ты не являлся членом гильдии. Хотя с трудом останавливала себя, чтобы не нарушить это правило.
– А если найти мистера Григо, он сможет вернуть родителей? – Иллинорд с нетерпением ждал от бабушки ответа на свой вопрос. От него зависело то, чем он займется сразу же, как закончит этот разговор.
– Если только его слова о том, что земля перестала говорить с ним, не окажутся правдой. Но есть еще одна проблема. Люди, которые долгое время провели в теле животного или птицы, могут забыть, что когда-то они были людьми. Таких уже не вернуть обратно, они не смогут попросить об этом землю.
– Как же родители, их получится вернуть? – Иллинорд заметно расстроился, ведь члены его семьи пропали много лет назад.
– Никто не знает, как долго память может храниться в голове превращенного. Одно лишь узнали наверняка, человека можно вернуть, если его что-то держит здесь, особенно это работает, если его ждет родной ему человек.
Бабушка понимала, о чем задумывался ее внук, и пыталась не позволить себе сказать того, что могло бы разбило желание Иллинорда вернуть родителей. Ведь чем больше будет его рвение, тем больше шансов появится спасти их.
– Я хочу вступить в Орден иглы! – спрыгнув с подоконника, заявил Иллинорд.
– Орден уже давно распался. Всех его членов настигла участь твоих родителей, – ответила бабушка. Но в ее словах не чувствовалось, что на этом можно было поставить точку.
Когда в дверь постучал дворецкий и позвал миссис Форрон в зал на продолжение собрания гильдии, она попросила внука дождаться окончания собрания, не покидая замка, чтобы после обсудить с ним одно очень важное задание, которое будет под силу только ему.
Глава третья.
Школа спасателей
– Уильям Обих, просыпайся… – Уилл услышал незнакомый женский голос, это заставило его открыть глаза, но рядом с собой он увидел только братьев-близнецов – Сэма и Эдди Эмгли. Они сидели на соседней кровати и с удивлением и восторгом не сводили с него взгляд.
Уильям лежал на одноместной койке, которых в помещении, где он находился, было не мало. Они располагались в несколько рядов, и эти ряды тянулись вдоль всей комнаты. Здесь было много окон, как круглых, так и прямоугольных форм. Солнечный свет ярко освещал все помещение. Он также проникал в него через открытые двери, располагавшиеся у стен с правой и левой стороны. И конечно же, о себе давал знать океан. Его шум словно пронзал тебя со всех сторон, не прерываясь ни на секунду.
Услышав шум волн, Уильям понял, что все же успел и сумел оказаться на корабле.
– Он очнулся, – сказал Сэм брату, который сидел слева от него.
– Я знаю, я тоже на него смотрю, – слегка возмущаясь, ответил Эдди, приняв слова брата за замечание в свою сторону.
Сейчас на братьях не было их ярких цветных нарядов, они были одеты в корабельную форму для новобранцев: вязаные темные свитера под такими же темными плащами из плотной ткани и черные брюки с ботинками. Такие наряды сейчас были на каждом из братьев, их отличало только то, что Эдди носил на голове вязаную серую шапку, а Сэм нет.
– Где я? – поднявшись на локти, спросил Уилл.
– Ты в каюте доктора Ванды Мэмир, – довольно улыбаясь, ответил Сэм.
– Тебя хотел утащить под воду огромный спирг. Что очень странно, мы думали, что они мирные водоплавающие. И мама так о них говорила, – Эдди высказал свое недовольство, но на его лице сияла такая же улыбка, как и на лице его брата. – Он оставил у тебя на шее огромное синее пятно своей присоской.
– Если бы не капитан Фуалк, он прыгнул за тобой прямо в воду, ты бы не успел на корабль к отплытию, – добавил Сэм, но тут же получил подзатыльник от брата.
– Не успел бы к отплытию? – возмутился Эдди. Слова брата показались ему нелепостями. – Его бы съел спирг – вот что с ним было бы.
Как только Эдди договорил, ему тут же прилетел от брата ответный подзатыльник.
– Спирги не едят людей! – возразил Сэм.
Когда братья перестали ссориться, их лица снова стали излучать улыбки и устремились к Уильяму. Уилл в это время решил понять, что доставляло ему неудобство в области шеи. Вытащив руку из-под одеяла, он потянулся ощупать след, оставленный спиргом, но братья не дали ему этого сделать.
– Лучше не трогать руками. Тебя намазали вонючей слизью, – сказал Сэм, прикрыв нос рукой. – Вчера ты был весь синий, мы даже боялись сидеть рядом с тобой. Но так как нас поселили с тобой в одной каюте, мы должны за тобой присматривать.
– Точно! Мы с тобой живем в одной каюте, и с нами больше никого, – воскликнул Эдди и тут же поймал на себе недовольный взгляд брата, так как повторил сказанное им.
– А где Флорина Лилиан? – поинтересовался Уилл, чем ожидаемо удивил братьев.
– Она в девчачьем корпусе, – ответил Сэм.
– Ты бы расстроил нашу сестру, если бы не успел на корабль. Она всю дорогу говорила о тебе маме, а когда увидела тебя на корабле, очень обрадовалась, – добавил Эдди. – Ты и нам тоже понравился. Веселый и попадаешь в разные интересные ситуации.
– Вот бы попасть с тобой хотя бы в одну такую, чтобы о нас тоже все говорили. – Сэм на секунду задумался и продолжил: – Но чтобы она была не настолько опасной, как та, что с тобой приключилась вчера.
Братья восторгались Уильямом. А ему самому сейчас было не по себе. Он понимал лишь одно, что его служба на корабле началась не с самого приятного. По всему телу чувствовалась боль, будто он упал с высокого дерева на землю и получил кучу синяков и ушибов.
– Сколько я проспал? – поинтересовался Уилл.
По ярким солнечным лучам, попадавшим в комнату через окна, он понимал, что уже наступил новый день. Больше всего Уильям боялся пропустить что-то интересное, пока находился здесь.
– Уже прошла половина второго дня, как мы находимся на корабле, – ответил Сэм, после чего получил одобрительный кивок от брата.
– Что я пропустил?
– Собрание новобранцев мог бы пропустить, если бы его не перенесли на сегодняшний день, из-за того, что вчера была неподходящая погода. И из-за того, что ты лежишь здесь, – ответил Эдди и, немного подумав, добавил: – И нас уже дважды кормили. Из еды здесь одна рыба, но готовят вкусно. И еще мы с братом потянули руку, когда искали добровольцев быть смотрящими сегодня ночью. Про ночь мы узнали в самом конце прозвучавшего предложения. А руки потянули в самом начале.
Братьям стало неловко смотреть на Уилла, будто они чем-то провинились.
– Э-э-э… – протянул Эдди. – Так получилось, что ты тоже доброволец на ночное дежурство, так как ты с нами в одной каюте.
– Кстати! – вспомнил Сэм, обратившись к брату. – Нам велели предупредить учителя Мак Шинтера, когда Уильям очнется.
Братья одновременно спрыгнули с койки и на перегонки рванули к выходу, расположенному у левой стены.
Уильям выдохнул с облегчением, когда понял, что ничего не успел пропустить, пока находился без сознания. Сейчас он задумался о том, что не смог попрощаться с родителями и Максом. И пообещал себе, что попросит у них прощения в первом же письме, которое отправит им почтовым орлом.
В каюте, кроме Уильяма, никого больше не было, остальные койки пустовали. Он уже было подумал встать на ноги, подойти к любому окну и осмотреться, чтобы понять, в какой части корабля находится. Почувствовать качку, позволить ей мешать удерживать равновесие. Но как только он спустил ноги к полу, в комнату вошла незнакомая ему женщина и представилась:
– Меня зовут Ванда Мэмир, сейчас я доктор на корабле «Трафальгар». Можете называть меня доктор Мэмир.
Доктор Мэмир была невысокого роста, но относилась к племени ширинтон. Ее хрупкое телосложение прятал под собой темный плащ. Только лишь изредка через специальные отверстия в плаще показывались руки, чтобы заняться своими докторскими делами. Но больше всего привлекала внимание ее шляпа. Она имела широкие края, которые тесно прижимались к спине и плечам, создавая подобие капюшона, которого недоставало в плаще.
– Как вы себя чувствуете мистер Обих? – доктор Мэмир достала из-под плаща небольшую стеклянную баночку и принялась открывать ее крышку. – Вижу у вас уже получается шевелить головой. Я предполагала, что паралич от яда из щупальца спирга оставит вас у меня еще как минимум на пару дней.
– Добрый день, доктор Мэмир, – неловко произнес Уилл, наблюдая за тем, как рану на его шее столь пристально рассматривали.
– Я ошиблась, а это значит, что вы не пропустите знакомство с командой и капитаном, – удивлялась доктор. – Благодарите за скорейшее выздоровление мазь из рыбьей требухи. Она хоть и нетерпимо воняет, но обладает удивительным целебным свойством.
Доктор Мэмир достала содержимое стеклянной банки и нанесла его на след от присоски спирга на шее Уильяма, после чего вытерла руки о полотенце, лежавшее на деревянном столике между койками. На лице доктора не была заметна неприязнь к крепкой, заполнившей всю комнату вони от мази. Ее строгие тонкие черты лица не подавали вида, в то время как лицо Уильяма с трудом боролось с вонью.
– Спасибо вам за помощь, доктор Мэмир.
Уильям заметил, что у доктора есть к нему вопрос. Он прочитал это в том, как она смотрела на него.
– Мистер Обих, что вы знаете о спиргах? Знаете ли вы, что они являются мирными водоплавающими? – с неподдельной заинтересованностью спросила доктор.
– Я догадывался, что спирги мирные водоплавающие. Но практически ничего о них не знаю, – Уилл не понимал, почему этот вопрос так интересовал доктора. Он решил, что для ее работы получить от него ответ было очень важно, поэтому был задан вопрос. – Я слышал много историй, которые рассказывали в письмах из корабля. Но ни в одной из них на моряков не нападал спирг.
– Чем тогда вы успели насолить ему? Ваш случай один из немногих, когда это водоплавающее проявляло агрессию к человеку.
– Я вчера впервые в жизни увидел спиргов.
Ответ Уильяма удовлетворил любопытство доктора не в полной мере. Она будто ожидала другой ответ, а получила то, что уже слышала не в первый раз.
Прежде чем покинуть каюту, Ванда Мэмир предупредила, что по правилам безопасности, установленным на «Трафальгаре», Уилл не может самостоятельно покидать лазарет. Правила имели большое значение в жизни Уильяма. Он считал, что правила нарушают безответственные люди и вруны, которые с помощью обхода установленных рамок пытаются скрыть свое вранье.
Вскоре к Уильяму вернулись братья Сэм и Эдди. В каюту вслед за близнецами вошел высокий ширинтонец лет сорока. На нем был плащ темного зеленоватого оттенка. Как Уиллу вскоре пояснили, этот атрибут гардероба присутствовал практически у каждого на корабле. Плащ носили с целью обезопасить себя, особенно если ты вышел на палубу корабля под открытое небо. Ширинтонец представился учителем Мак Шинтером. Он был худощавым и казался слишком высоким, почти под два метра, предположил Уилл. Из-под его плаща виднелась одежда, которая была подвязана десятками ремней от ступней до самой шеи. Даже на шапке красовался один, казалось, что он слишком сильно стягивал голову учителя. Поведение учителя было слегка неестественным, он будто выполнял все четко по предписанной инструкции и старался не вносить в нее частичку своего характера. Из-за этого он показался Уиллу чересчур серьезным.
В корабельных историях из писем Уильям часто слышал имя Мак Шинтера. Он знал, что тот являлся главой поста рулевых, в который он мечтал попасть. Поэтому Уилл, затаив дыхание, слушал каждое слово учителя и в свою очередь старался показаться достойным собеседником.
Наконец-то Уильям оказался на самой палубе корабля. Они стояли у задней части «Трафальгара», практически у самой кормы. Отсюда просторы судна казались вдвое, а то и втрое больше, чем когда смотришь на него с берега. Носовая часть корабля была не видна. Ее скрывали постройки, которые соорудили уже после того, как первые спасатели смогли отправиться в плавание. И три высоких паровых трубы, к которым были приделаны огромных размеров паруса. Повсюду бегали матросы, каждый занимался своим делом, которое было подобрано, учитывая их ловкость и навыки.
Яркий солнечный свет уже практически спрятался за облака. Выйдя из лазарета, учитель Мак Шинтер повел Уильяма и братьев к задней части корабля. У самой кормы, у левого и правого бортов, располагались две трехэтажных постройки из дерева и железа. Это были общежития для новобранцев. Учитель привел Уильяма и близнецов к левой постройке, которая была окрашена в цвета различных зеленых оттенков. Здесь находились каюты для мальчиков. Общежитие для девочек было окрашено также в множество оттенков, только их цвет был фиолетовым. Здания располагались параллельно друг к другу. Их окна с одной стороны смотрели за борт в сторону океана, а с другой стороны смотрели друг на друга. Хоть общежития и были построены практически у самого края бортов с целью экономии свободного места, они все же оставляли проход, по которому можно прокатить даже небольшую тележку.
В коридоре жилища для новобранцев было достаточно темновато. На стенах горели лампы со свечами внутри. В основном эти лампы весели у лестницы, располагавшейся по середине общежития рядом с входной дверью. В дальние же части коридора свет и вовсе попадал только через окна. Стены внутри были также окрашены в темные оттенки того же зеленого цвета, что и снаружи. Хоть у здания и было три этажа, вход на третий этаж был закрыт железными воротами. Уильям увидел это, когда его с близнецами привели на второй этаж к их каюте. Сама каюта не отличалась размером от домашней комнаты Уилла. Она была в меру просторной. В игры здесь можно было поиграть, только если эти игры не требовали слишком много участников. В каюте также, как и в коридоре, горела лампа со свечой. Стены здесь были расписаны яркими узорами волн. Окно было всего одно, кровать у него братья не стали занимать. Объяснив это тем, что они не любят солнечный свет, который будет будить их по утрам. И попытались убедить Уильяма, что это именно из-за солнца они не заняли ту койку, а не из-за того, что боятся темноты в окнах. Уильяму ничего не оставалось, как занять койку у окна. На ней лежала специальная одежда для новобранцев, которая уже была надета на братьях. Учитель Мак Шинтер велел переодеться и готовиться к построению, которое пройдет на центральной части палубы, куда их скоро должны пригласить.
Ждать долго не пришлось, вскоре раздался зов сигнальной трубы. Уильям с братьями выбежали в коридор и стали смотреть в окна. Это же сделали и другие новобранцы, выбежав из своих кают. Между общежитиями стоял пожилой годархидец и дул в трубу, которая напоминала бивень дикого кабана, и казалась тяжелой для него, на столько тяжелой что ему приходилось держать ее обеими рукам. После того как рев трубы затих, а по-другому этот шум нельзя было назвать, так как ладони сами тянулись к ушам, чтобы закрыть их, годархидец пригласил детей проследовать за ним.
Время близилось к вечеру, небо медленно затягивали темные тучи. Солнечные лучи уже практически не освещали «Трафальгар». Отовсюду доносился шум волн и той трубы годархидца, которая все еще созывала к себе команду. Новобранцев собрали на палубе у носовой части корабля и выстроили перед небольшой возвышенностью, напоминавшей сцену, на которой уже собрались, как вскоре Уилл узнал их учителя. Остальная часть команды так же, как и новобранцы, расположилась у сцены.
Если другие дети уже успел познакомиться друг с другом, то Уиллу были знакомы только братья Сэм и Эдди, и их сестра, которые те пошли искать. Уильям замечал на себе взгляды детей и даже некоторых членов команды. Он понимал, что те смотрели на него из-за того, что произошло с ним на причале. Взгляды были разные: кто-то смотрел осуждающе, а кто-то с состраданием. Но были и те, кто смотрел в его сторону с восторгом. Уильям не хотел ни с кем сталкиваться глазами, поэтому решил смотреть на то, что происходило на сцене, где все еще собирались учителя.
– Эй ты!
Уилл услышал грубый томный голос прямо у себя за спиной. Обернувшись он понял, что обращались именно к нему. Перед ним стоял новобранец крупного телосложения, который был выше него на голову. Он смотрел в его сторону будто хотел высказать свои претензии и недовольство, но его глаза говорили о том, что то, что он делает, ему было не особо интересно.
– Смотрите, кто здесь, Уильям Обих. Снимай свою шапку и не прячь под ней белые волосы, землерослый карлик, – высказал упитанный новобранец. Вскоре его что-то смутило. Он задумался, словно вспоминал, что еще хотел сказать. Еще тот частенько поглядывать себе за спину, будто ждал, что ему кто-то подскажет что говорить дальше: – ширинтонцы не станут с тобой дружить, – добавил тот новобранец после чего снова о чем-то задумался.
Уильям не успел ответить наглецу, как из-за его спины показался уже знакомый ему черноволосый парень, Тролон Смолз. Он так же самодовольно улыбался, как и при первой их встрече.
– Смотрите, кто здесь, Уильям Обих. Меня зовут Тролон Смолз, уверен, ты помнишь меня.
Тролон снова вел себя будто он на корабле важнее остальных. И старался, чтобы его слова услышал каждый, кто стоял поблизости.
– Кстати, это его папаша хвастался своим автомобилем перед всей командой корабля на причале.
– Почему ты цепляешься ко мне? – снова поинтересовался Уилл, но все же не ожидал получить адекватный ответ.
– Я запретил тебе разговаривать с той ширинтонской семьей. Дал понять, что ты должен найти друзей только себе подобных, землерослых. Но ты меня ослушался, а значит, тебя придется снова проучить.
Уильяму надоело терпеть хамство Тролона, и он решил остановить насмешки раз и навсегда. Он выпрямил спину, давая понять, что не боится наглеца, и сделал шаг вперед. Уилл вспомнил наставления отца, тот говорил, что никогда не нужно уступать хамству и отступать назад, если видишь, что оно не справедливо.
– Ты решил, что надо мной можно смеяться, потому что считаешь меня годархидцем? – Уильям заметил, что после вопроса Тролон слегка испугался. Должно быть, он не ожидал такой смелости в ответ. – Я сам буду решать, с кем мне дружить, а с кем нет.
Неожиданно в разговор вмешался новобранец, рост которого казался ниже, чем у всех, кто стоял рядом. Он обратился к Тролону, так как тоже не мог терпеть его хамство.
– Нельзя произносить слова, которые вы использовали. Таковы правила земель Оннирлита, – возмущался новобранец. – И как по-вашему Уильям Обих узнает, к какому племени относится кто-либо из новобранцев, чтобы понять, можно ли ему с ним дружить? Узнать, из какого ты племени, можно только на исходе тринадцати лет. Вам следует сделать поправку в своем условии к мистеру Обиху, мистер Смолз.
Тролона задели слова незнакомого ему новобранца, так как после сказанного им Тролон стал замечать на себе осуждающие взгляды других учеников.
– Бывают случаи, которые не нуждаются в исходе тринадцати лет. Твой случай как раз один из таких, – Тролон в своей наглой манере ответил невысокому новобранцу. После указал на него пальцем и обратился к своему упитанному напарнику: – Зик Ворз, сделай так, чтобы этот наглец, который посмел перебить меня, протирал пол своим плащом. А когда придет время, я превращу его в мелкую мышь.
Зик Ворз уже пошел исполнять то, о чем его попросили, но Уилл не дал ему этого сделать. Он посчитал, что должен помешать нечестному поединку, так как Зик Ворз был выше на пару голов того, кого должен был уложить на пол. Уильям встал на пути Зика и не дал ему подойти к парню.
– Ты не посмеешь тронуть его, – воскликнул Уилл.
Зика действия Уилла привили в ступор, он не знал, что делать дальше, поэтому взглядом обратился к Тролону.
– Если не дашь ему пройти, я и тебя превращу в мышь! – возмутился происходящему Тролон и стал угрожать Уильяму: – Или того хуже, превращу в таракана и раздавлю.
Уилл, как и все вокруг, не понимал, о чем говорит Тролон. Он решил, что не отойдет в сторону, что бы ни случилось, и не даст парня в обиду.
Тролон все больше и больше злился из-за того, что его команды не исполняются.
– Чего ты застыл Зик, стащи тогда с него шапку. Пусть все увидят, что он скрывает под ней.
Тролон скомандовал Зику, но тот никак не решался сделать то, о чем его просят.
– На «Трафальгаре» все равны друг перед другом, – ответил Уильям Тролону. Он заметил, как сквозь толпу к нему пробираются близнецы вместе со своей сестрой. Ему показалось, что в данный момент все слушают и поддерживают именно его. Поэтому ему очень захотелось, чтобы сейчас и Флорина Лилиан была в весле его поддержки. Хотел произвести на нее впечатление правильного человека: – Здесь никто не делится по племенам, потому что все живут вместе. Я могу сам снять шапку, мне нечего скрывать, потому что все мы должны стать одной командой. – Уильям снял шапку и постарался найти взглядом Флорину Лилиан в надежде получить ее поддержку.
Но Флорина Лилиан не смотрела в его сторону. Она смотрела даже не на наглеца Тролона Смолза, который сейчас сгорал от недовольства. Ее взгляд был устремлен ему за спину, куда как по команде в одну секунду посмотрели все новобранцы.
– Мистер Обих.
Уильям услышал уже знакомый ему голос учителя Мак Шинтера.
– Только из-за вашего незнания самого главного правила безопасности на корабле вы не получите штрафного наказания, – сказал учитель Мак Шинтер, окинув взглядом всех детей: – Под открытым небом нельзя находиться без головного убора, если ваши волосы белого цвета.
– Извините, учитель Мак Шинтер, – ответил Уильям, надевая обратно шапку. – Я не знал об этом правиле.
– Ваши друзья должны были рассказать вам о нем. Но, как я понимаю, они этого не сделали, – добавил учитель.
– Потому что у мистера Обиха нет друзей, – посмеялся Тролон и тут же убрал свою довольную ухмылку, когда получил осуждающий взгляд от учителя.
– Вы влезли в чужой разговор, не спросив разрешения. Имейте уважение к членам команды, если хотите получить уважение в свою сторону, – учитель сделал замечание Тролону, чем слегка осадил его перед всеми.
– Я не должен спрашивать разрешения у мистера Обиха, чтобы влезть в его разговор, ведь у меня нет к нему уважения, – ответил Тролон, давая учителю понять, что он не нарушал правила вежливости.
Учителя Мак Шинтера заинтересовал ответ Тролона и сам Тролон. Он наклонился к нему и стал рассматривать его лицо.
– Назовите, пожалуйста, свое имя, будьте так добры.
– Смолз, Тролон Смолз.
– Мистер Смолз, вы влезли не только в разговор мистера Обиха. Вы также влезли и в мой разговор, – учитель будто разглядел в лице Тролона, то что хотел. После чего незамедлительно направился к сцене.
К Уильяму тут же подбежали братья Сэм и Эдди. Они извинились, за то что не рассказали ему о главном корабельном правиле. О том, что нельзя снимать головной убор под открытым небом, если у тебя светлые волосы. Вместе с братьями подошла и Флорина Лилиан. Уильяму хватило духу только поздороваться с ней, так как ее взгляд показался ему осуждающим его неосторожность. А больше всего на свете Уилл сейчас не хотел показаться Флорине Лилиан легкомысленным. Тем, кто считает правила чем-то несерьезным и что их можно нарушать.
Учитель Мак Шинтер поднялся на сцену, где уже выстроились учителя и главы корабельных постов. Он попросил того невысокого годархидца прекратить зов трубы. На сцене, как и около нее, воцарилась тишина. Будто произошло то, чего уже давно не происходило. Уильям не понимал, что случилось, но догадывался, что что-то не так. Вся команда обратила внимание на прекратившийся зов трубы. Это их удивило, словно труба замолкла слишком рано, не дождавшись кого-то еще. Учитель Мак Шинтер стал во главе сцены и начал успокаивать недоумевающие взгляды учителей и команды.
– Я остановил зов общего сбора так как все, кто будет присутствовать на церемонии принятия новобранцев на «Трафальгар», уже собрались. Капитана Колиро Фуалка свалила морская болезнь. Ничего страшного, все в порядке. Как только поправится, он сам лично познакомится с новобранцами. Для этого будет устроен еще один прием. Такой ситуации давно не случалось, чтобы капитан Фуалк не присутствовал на встрече новобранцев или собрании команды. Напоминаю, что в таких случаях я, как правая рука капитана, подменяю его и доношу его слова.
После слов учителя Мак Шинтера команда и учителя стали успокаиваться. Лишь доктор Ванда Мэмир, стоявшая в строю учителей, подняла руку. Она попросила возможность обратиться и получила одобрение своей просьбы.
– Слушаю вас, доктор Мэмир, – предоставил слово заместитель капитана.
– Учитель Мак Шинтер, я как доктор хотела предложить свою помощь капитану Фуалку.
Учитель Мак Шинтер улыбнулся в ответ доктору Мэмир. Уиллу показалось, что между ними дружеские чувства. А может быть, и даже больше, чем просто дружеские. Это заметили и близнецы, которые намекнули ему, что учитель Мак Шинтер смотрит на доктора Мэмир так, как он смотрит на их сестру.
– Доктор Мэмир, вы ведь знаете, что капитан и сам доктор. Он предпочитает лечиться самостоятельно. Но я передам ему слова вашей заботы.
Учитель Мак Шинтер ответил доктору Мэмир и направился к краю сцены, поближе к новобранцам. Пробежав взглядом по каждому ребенку, а их, как насчитал Уильям, было больше полусотни, учитель обратился к команде. Он поднял левую руку вверх, не собрав в кулак лишь указательный палец. Матросы и учителя тут же повторили этот жест.
– Прежде чем мы начнем знакомить новых спасателей с учителями, я хочу, чтобы вы помогли мне рассказать о трех самых главных правилах на корабле. Первое правило гласит о том, что, если мы видим беду, мы зовем команду!
Учитель Мак Шинтер громко прокричал девиз первого правила, и его слова тут же повторила команда. После чего все стали ждать, пока эти же слова повторят новобранцы. Не до всех учеников сразу дошло, чего от них ждут. Но вскоре правило повторил каждый ребенок. Как только ожидаемое было получено, учитель поднял кверху уже два пальца и продолжил:
– Второе правило: упал за борт – зови команду! – учитель Мак Шинтер прокричал девиз второго правила, подождал, пока его повторит команда, а затем новобранцы. И только после этого уже поднял третий палец вверх.
– И третье, самое важное правило: никогда не выходи на палубу, не надев головной убор!
Пока команда и новобранцы повторяли девиз третьего правила, Уильям задумался над важностью последнего. Почему учитель сделал на нем акцент, будто оно самое опасное. Ему казалось, что упасть за борт куда страшнее, чем забыть надеть головной убор. Во время выкрикиваний третьего правила учитель Мак Шинтер будто специально нашел взглядом именно Уилла, как показалось ему. Это ввело его в легкий ступор, и из его рта непроизвольно вывалился вопрос, который крутился на языке:
– Почему третье правило так опасно? – озвучил Уильям и уже в который раз обратил на себя внимание команды и новобранцев.
Учитель Мак Шинтер поднял обе руки вверх, попросив тем самым тишину, и направился в сторону Уильяма. Близнецы, которые стояли неподалеку, поняв, что им сейчас может достаться, тихонько отошли от нового друга на приличное расстояние.
– Очень похвально, что вы проявили любопытство к третьему правилу, – неожиданно учитель Мак Шинтер похвалил Уильяма. – Многим хватило просто принять запрет и следовать ему. И только лишь единицы, такие, как вы, мистер Обих, поинтересовались о важности правила. Это говорит о вас многое, о вашем характере. – Учитель отвлек свое внимание от Уильяма, и обратился уже ко всем новобранцам: – Самая большая опасность для корабля прячется на небе. Океан тоже таит в себе опасность, но морские обитатели не запоминают корабль так, как это делают птицы. Если хоть однажды дать птице понять, что она может полакомиться здесь, она не отпустит корабль, пока не опустошит его. Сегодня все новобранцы познакомились с тремя основополагающими правилами на корабле. На сегодня будет достаточно правил. Теперь же предлагаю представить вашему вниманию учителей «Трафальгара».
Учитель Мак Шинтер встал в строй вместе с другими учителями и принялся их объявлять. С произнесенным именем учитель, чье имя звучало, делал пару шагов вперед и приветствовал новобранцев.
– Доктор Ванда Мэмир! – выкрикнул учитель Мак Шинтер. – Глава поста «Обитатели океана». От нее вы узнаете обо всех, кто живет под синей океанской гладью.
Доктор Мэмир улыбаясь помахала новобранцем рукой и вернулась на свое место в строю. Выход каждого учителя сопровождался бурными аплодисментами, как со стороны команды, так и со стороны новобранцев.
– Учитель Мигол Сурот! – учитель Мак Шинтер представил еще одного учителя, и тот вышел из строя. – Учитель поста «Управление кораблем».
Учителю Суроту пришлось сделать вдвое больше шагов, чем доктору Мэмир, чтобы со сцены новобранцы смогли его увидеть. Он относился к племени годархид, но даже там его рост считался ниже среднего. Учитель Сурот казался строгим и слегка угрюмым, что подчеркивали его густые массивные брови. Он поклонился детям и поспешил вернуться в строй.
– Учитель Рэндол Чаг! – снова прокричал учитель Мак Шинтер. – Пост «Столовая», один из самых важный постов на «Трафальгаре».
После произнесенного имени из строя учителей вышел упитанный годархидец. Он собрал руки на животе и, приветливо улыбаясь, кивком головы поздоровался с новобранцами, после чего вернулся в строй. Последним из строя вышел и сам учитель Мак Шинтер.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.