Читать книгу "Про то, как враг народов войну выигрывал"

В сугубо военной области это отображалось, прежде всего, в тех чисто психологических установках, что вернее всего были ярко выражены в том весьма лаконичном подчеркивании, что весь гнилой капитализм сам собой скоро загнется (как то давно ему и было положено) или не иначе, а мы ему в том, как следует, всячески еще и поможем.

Причем вовсе-то как есть весьма на редкость исключительно так неизменная несбыточность его довольно-то и впрямь небезуспешной атаки на развитое социалистическое общество являлась именно тем краеугольным камнем буквально всей большевистской идеологии, а потому и была она жирным прочерком попросту разом вычеркнута из всякого мира возможностей и хоть сколько-то где-либо существующих вероятностей.

213

Контрудар с уходом в глубокий тыл противника и стал исключительно так весьма уж всеобъемлющей идеологической пропозицией, бесцеремонно проникшей в военное дело, где всему тому было вовсе не место, а в особенности на полях сражений современной войны.

Поскольку во все времена ее исключительно так смертельно обыденных будней буквально всегда более чем явно как-никак вполне же незримо присутствует тот самый неизменно так отчаянно важный чисто технический фактор, то есть как раз именно то, что бравые конники в свой трезвый расчет принять, и близко-то никак не могли.

Поскольку совсем оно не иначе, а подумать о чем-либо подобном им было, в принципе, всецело так фактически вовсе-то явно и нечем.

Или для, куда однозначно большей же ясности надо бы вполне еще прояснить саму суть всего дела.

Может, и могли они хоть чего-либо вообще еще действительно на деле понять после тех до чего ведь невообразимо долгих и настоятельных весьма уж еще сколь последовательных разъяснений, считай, что на одних только голых пальцах.

Однако чему-либо подобному было вовсе-то совсем не произойти в тот донельзя критический для всей страны момент, когда им и впрямь-таки весьма незамедлительно следовало с печки-то слезть, да и вправду начать действовать здраво, хоть чего-либо вполне глубокомысленно соображая, а не одну ту липкую паутинку свою, скрючившись, и скособочившись, медленно же плести.

Да вот чего-чего, а ничто подобное было и близко уж совсем не про них, поскольку они хоть в чем-либо осмысленно на ходу разбираться за долгие годы нелепого своего правления попросту начисто навек разучились, ибо мозги их донельзя разбухли от обильных идеологических промываний, а посему и стали они вовсе-то неповоротливыми.

Хотя и без того они с ними сколь еще весьма ведь изрядно на редкость плохо дружили, как от полнейшего безверия в человека вообще, да точно так и от всей своей более чем самой элементарной военной безграмотности.

Именно как раз за эти их «бравые» интеллектуальные качества главными в армии Сталин и сделал те самые истинно до конца полностью выпотрошенные чучела в маршальских лампасах – попросту во всем верно оценив их до чего и впрямь-таки весьма чистопородно холуйскую неспособность и вправду на деле устроить мало-мальски серьезный военный путч.

214

Скажем, то во все стороны света так и брызгавшее кровавыми слюнями необычайно напыщенное ничтожество маршал поражений Жуков…

Этот всецело во всем искрометно грозный ликом воитель разве что если чего и умел так это героические рожи в нужный момент кичливо корчить, а строить серьезные планы он мог исключительно только на то какой это невероятной красотке во время ближайшего же штабного разгула длинные ноги сходу ведь разом смело раздвинуть.

А во всех тех чисто армейских делах, если уж тот сталинский цербер хоть чего-либо самое элементарное вообще и смыслил – так это разве что был он более чем необычайно силен в том исключительно так беспрецедентно славном своем умении матом напропалую крыть, да и людей направо-налево почти безо всякой вины осатанело расстреливать!

А еще и совершенно вот по-хозяйски бездеятельно (в каком-либо интеллектуальном смысле) он как никто иной и впрямь-то боготворил всевозможные большие массовые наступления, причем это именно в их искрометно бравой организации и был, собственно, заключен весь его основной полководческий талант…

Все его непреклонность и героизм заключались в одном лишь том на редкость самом этак более чем непримиримом умении как есть уж до чего безрассудно слать несметные солдатские толпы на верную и совершенно неминуемую затем еще погибель.

А потому и надо бы сколь верно оценить все его донельзя неприглядные военные достоинства в одном лишь виде самой той крайне отъявленно доблестной тупости завзятого кавалеристского карьериста.

Он был смел и отважен всею людскою толпою, а не лично собой, а потому подобная отвага может рассматриваться исключительно как имперская бравада штабного писаря насквозь до чего и впрямь только отъявленно лживой большевистской истории.

И, главное, каким это, собственно, местом ему про то весьма важное вполне было уразуметь, а именно коли речь как-никак и вправду шла хоть сколько-то именно про то, что всякую ту современную войну, ее отнюдь не пустой и бессмысленной бравадой выигрывают, а одним тщательно и выверенно точным и строгим математическим расчетом.

А между тем еще в 1941 по причине совсем на редкость бестолкового в военном деле «и лыка вовсе не вязавшего» высшего командования за первые дни войны немцы буквально разом и протопали почти то расстояние, каковое они так и так должны были преодолеть, весело вышагивая друг за другом строго в ногу.

И тот, кто тогда отдал вовсе-то совсем этак полностью бессмысленный приказ ни за что не отступать ни при каких тактических обстоятельствах, «стоять насмерть», фактически обрек свою армию на плен и бесчестие.

Поскольку подобного рода чисто советское распоряжение могло ведь разве что сколь еще всецело полностью так поспособствовать одному лишь самому незамедлительному рассечению передовых частей Красной армии на некие самые отдельные, достаточно мелкие фракции.

И, ясное дело, что во всем том дальнейшем их разве что только и ожидало заведомо еще заранее совсем этак недвусмысленно предрешенное – полнейшее физическое уничтожение.

215

И та самая всем небезызвестная фраза Сталина, сказанная им по поводу 6 армии вермахта, что была зимой 1943 попросту уж до чего совсем вот намертво заперта в Сталинградской мышеловке: «Если враг не сдается, его уничтожают»…

Разве оно и близко никак не тот явный ремейк в точности таких слов до чего весьма на редкость ретивого немецкого командования по поводу всех тех сколь весьма многочисленных окруженных, а затем и полностью изничтоженных советский армий?

Причем уничтожались они тогда исключительно так совсем разве что издалека…

Поскольку бравые немецкие генералы военное дело знали никак уж и близко вовсе не понаслышке, а потому и до чего только наспех нащупав наиболее слабые места советской обороны, попросту ведь и впрямь до чего только умело брали они наши войска в жесткие, добела раскаленные клещи.

А тем фактически как-никак им вполне до чего только сколь еще вот успешно и довелось их более чем немыслимо разом совсем же ослабить, обескровить и раздробить.

Ну, а как раз потому наши части, в конечном своем итоге, попросту явно и оставались вовсе уж попросту без ничего, то есть безо всякого пропитания, боеприпасов, как и вообще какой-либо твердой цели всех их бесконечных и бессмысленных блужданий, а там и до сурового плена было прямо-таки считай, что рукой подать.

Причем более чем спешно и стремительно разом вырываться из окружений всем тем, так или иначе охваченным с боков частям Красной армии, всегда ведь чисто так зверски мешал именно тот сколь беспринципно параноидальный сталинский страх грядущего приближения линии фронта именно к его, безразмерно раздувшейся за годы культа бесподобно так гордой персоне.

216

И именно как раз из-за всего этого он и не дозволял своим войскам в спешке отходить, до чего старательно выравнивая линию фронта, как то им и было попросту до чего еще и впрямь изначально положено по той весьма и весьма сколь уж тщательно выверенной долгими веками теории тактики и стратегии.

А между тем вовремя не отступившие части становились беспомощными, вялыми, обескураженными и разобщенными…

И саму глупость отстаивания подобного рода рубежей более чем откровенно и вправду возможно до чего сколь смачно так выразить одной той тягучей фразой: «Смерть за ржавый от крови погост, вся наша жизнь сходу пошла коту под хвост».

Однако это, конечно, вовсе совсем никакое не доказательство.

Автору вполне еще могут задать именно тот до чего еще остро вонзаемый в грудь указательным пальцем вопрос: а сам ты чего в этой жизни видел?

Ну что же, вот оно вам, самое так доподлинное свидетельство, причем именно со стороны того, кто сам все прошел и все именно своими глазами некогда видел, запечатлев это в своем сердце буквально навеки.

Да и, в конце концов, неужели человеку, когда-то только еще родившемуся в том самом ныне пока совершенно далеком 22 веке, вовсе так ничего нельзя будет написать об этой и вправду до чего немыслимо ужасной войне?

И только ли потому ему о ней (как оказывается) вовсе-то явно никак не пристало бы даже и заикаться, раз вот узнать про все ее грозные события он вполне еще естественно сможет единственно лишь исключительно откуда-то разве что совсем уж понаслышке?

Виктор Астафьев. «Прокляты и убиты». Книга первая.

«Пробовали закрепиться на слабо, наспех кем-то подготовленных оборонительных рубежах, но тут же настигало людей это проклятое слово ««окружение»» – и они снова кучами, толпами, табунами и россыпью бежали, спешили неизвестно куда, к кому и зачем».

217

В принципе, любой вполне здравомыслящий человек, несомненно, сумеет во всех тех довольно-таки донельзя мрачноватых красках весьма уж наглядно себе вообразить, а каково это было бы ему и впрямь оказаться в той ситуации, когда враг, как оказывается, у него со всех сторон, а где наши, нынче вообще попросту и не известно.

Тут как-никак, по-любому до чего еще незамедлительно подрастеряешь всякий свой былой пыл и энтузиазм…

А к тому же и полевая кухня тоже никак и близко не похожа на сказочную скатерть-самобранку…

Очень уж многие люди враз тогда оставались голыми, босыми и голодными, а как пару недель поблуждают по лесам, да по болотам…

То, какие из них тогда вообще еще будут хоть сколько-то на деле стоящие данного слова и определения настоящие солдаты?

И та ситуация, которая описана в песне «У деревни Крюково»: «Все патроны кончились, больше нет гранат, и в живых осталось только семеро молодых солдат»…

218

Очень уж она донельзя типична для всех тех тогдашних окружений и котлов, и откуда это было вообще тогда тем солдатам и вправду хоть как-либо вполне ведь суметь себе раздобыть подкрепления и боеприпасы?

И вот только разве что в том самом конце куплета именно то более чем сколь откровенно же совсем этак донельзя унылое советское вранье, причем вранье, яснее ясного вполне этак до конца выражающее весь тот тогдашний, пафосный большевистский настрой…

«С мертвых спроса меньше, а на нас позора несмываемого…»

Эта фраза капитана Жеглова может сколь уж вполне ведь отлично смотреться в рамках всего государства в целом…

Однако выглядит она при этом вовсе так явно полностью совсем иначе, чем это было в том и поныне всем небезызвестном и знаменитом фильме «Место встречи изменить нельзя».

219

Неужели человеку нужно было и впрямь-таки без тени раздумий прыгать на врага с далекого расстояния с одними разве что только голыми кулаками?

Не осталось у него ни патронов, ни гранат, а значит, и врага ему достать было совершенно этак явно попросту ведь именно нечем.

После войны дезертиры, годами отсиживавшие себе зады в уютных кабинетах, сколь нарочито более чем солидно и складно и впрямь-таки задавали солдатам именно тот весьма странный, исключительно так риторический, как есть в саму грудь разом вонзаемый их бесслезными очами совсем уж до чего только беспристрастный вопрос.

«Почему ты не помер, как надо, как положено тебе по ранжиру?

Слова из песни Александра Галича «Вальс, посвященный уставу караульной службы».

220

И это разве что, когда враг и вправду стал достаточно так близко к самой Москве весьма стремительно подбираться, все вдруг вполне естественно начали делать в точности, как то еще изначально и было положено по науке, а не по тому и близко себя не оправдавшему идеологически верно выверенному чисто блажному сценарию…

Совсем этак как есть до чего исключительно ведь совсем напрасно будет хоть как-либо еще пытаться всею силой до чего и впрямь стойко удерживать за собой каждую пядь своей территории, все более и более при этом наматывая на нацистский штык кишки нашей наиболее так самой доблестной в мире краснознаменной армии.

И вплоть до того самого злосчастного момента, когда гитлеровские части и впрямь-то как-никак стояли у самых стен города Москвы, жесткой и крайне беспринципной дисциплиной буквально все в армии тогда прямо уж насквозь так пропахло, словно тем еще озоном после грозы.

Смотрит комбат диким взглядом на трубку, из которой озоном на него с самой неистощимой матерной силой разом так и повеяло, причем до чего и впрямь невесело ему при всем том тогда доведется, затем всячески же предаться раздумьям, а как это ему теперь в глаза младших командиров своих ныне ведь посмотреть?..

Наступай тут смело, когда войска всего фронта прямиком бы пора до чего и впрямь-таки спешно спасать от окружения грамотным, всегда как-никак более чем неизменно сколь еще строго и слаженно действующим противником…

А у нас ни порядка, ни логики в приказах сверху попросту не было и в помине, максимум кто поумнее, отрывисто, словно та еще псина до чего уж отчаянно взвизгнет и взлает, действуй, мол, по обстановке, как сам знаешь, ну а слаженности действий не было попросту совсем никакой…

А между тем при подобном раскладе грамотный и действительно вполне ведь, хорошо всему военному делу совсем этак не наспех обученный противник вполне еще может быстро и радостно (для своих войск) обнаружить все те чудовищно слабые места нашей обороны, ну а именно по ним затем всем своим гранитным кулаком и ударить…

Ну, а в данную брешь буквально сразу попрет неимоверная силища, остановить которую с боков или даже с ее неровных и рваных краев было нисколько никак при таких-то делах попросту уж невозможно.

И именно те самые до чего упорные командиры затем и оказывались, в конечном итоге, в глубоком немецком тылу, а трусы оставались в строю, поскольку сразу они умудрялись со всех уж ног совсем нехило так драпать, как только действительно жареным начинало до чего и впрямь густо по самые ноздри отчаянно пахнуть.

Да и вполне умели они затем пред кем надо всею своей низкопоклоннической душою, словно та еще собака лохматым хвостом всеми вот правдами и неправдами всевозможно юлить.

К ним было попросту никак уж вовсе совсем ведь нисколько сходу не подкопаться, а также им точно совсем не пришло бы в голову огрызаться, требовать, кого повыше и посерьезней…

Да еще вот таких, кто сам окопную гарь нюхал, а не в штабной тиши над бумажками корпя себе штаны просиживал.

Да нет же, такие как они были вполне самокритичны, просили пощады, слезно каялись и всячески обещали доказать всю свою полную и беззаветную преданность партии в любом воинском звании…

Да и буквально перед всяческим вышестоящим начальством всеми-то силами старательно изворачиваться у них и впрямь-то до чего совсем этак немыслимо ведь здорово, сколь еще виртуозно и мастерски лучше же всего тогда получалось.

Хитрость, и гибкость более чем запросто им позволяли оставаться в обойме, а честных, их гораздо чаще разжаловали и рядовыми в штрафбат отправляли, а то и вообще к стенке их сразу без разговоров действительно ставили.

221

И то тогда было и вправду уж до чего еще попросту совсем этак явно в порядке вещей.

Всякий командир Красной армии должен был быть идеологически выдержан и суетливо невоздержан в том самом исключительно этак яром и весьма вот доблестно восторженном выпячивании именно что совсем как всегда наперед наиболее ведь главной роли коммунистической партии в деле всей той грядущей победы.

Ну, а всякие те довольно же вполне искренние критические замечания в адрес армейского, а тем более партийного начальства, были ему вовсе так никак нисколько совсем не к лицу.

Виновные в чем-либо подобном лица сколь этак еще быстро разом тогда лишались погон, а то и вообще, своей головы.

А между тем все те люди, что и впрямь-то были до чего еще исключительно так невероятно разом ошеломлены немецким массивным натиском, явно могли чего-нибудь, вовсе вот совсем не подумав, сдуру ляпнуть, а результат был заранее всем общеизвестен.

222

А в особенности, это самым прямым образом касалось всей той до чего еще безумной наступательной истерии в самом еще начале войны, попросту ведь явно сводившей разом на нет всякую возможность какого-либо вообще существенного сдерживания могучего нацистского агрессора.

А между тем грамотная оборона есть истинный залог грядущей славной победы!

Безо всякой действительно более чем действенной самозащиты великан никогда не устоит пред натиском ничтожного карлика, и это при том, что нож в его руке будет в два раза длиннее и втрое острее.

Под занесенную руку можно еще и запросто весьма вот ловко поднырнуть, и если человек никак не обучен выстраивать надежную линию обороны…

Хорошо, что хоть чувство самосохранения у главных большевиков совсем уж наружу из их мозгов как есть, со страху ВОВСЕ-ТО никак тогда все-таки явно не вытекло.

Да только зачастую совсем не о жизни чужой они до чего ведь мудро тогда на деле пеклись, а разве что о неминуемой смерти, причем врагов с друзьями частенько совсем небезосновательно еще и путая, а то и их своей верною рукой весьма старательно, зачастую меняя местами, всячески же беспрестанно их перемешивая.

223

Расстрел или прямая угроза расстрелом было в их глазах тем самым истинно наилучшим подспорьем всему делу защиты именно их на все те грядущие века до чего как-никак немыслимо уж всемогущей и славной социалистической родины.

Главные (по бдительности) кадры были в те времена лучше всего и вправду натасканы именно на то самое более чем откровенно яростное подталкивание всех тех, с их точки зрения, и впрямь до чего «бессовестно совсем уж крайне нерадивых» кадровых военных.

И ведь на тот исключительно так полностью же чистопородно большевистский их взгляд именно нечто подобное и должно было вполне поспособствовать в плане всего того как есть более чем полноценно наглядного достижения немыслимо славных, геройских побед.

А также заодно в их на редкость узком и убогом понимании именно в том и был, собственно, заключен наиболее действенный метод и вправду всецело уж до чего еще более чем ответственно призванный весьма посильно предотвращать, все те сколь неизбежно всегдашне как-никак совсем ведь донельзя так внезапно вероятные военные катастрофы.

224

Ну, а кроме чего-либо и впрямь остального прочего, и вообще в плане весьма четкого и ясного осознания главных причин неизбежных бед донельзя, как всегда явно нелегкого фронтового бытия подобные люди, так и рвали жилы, накладывая на все и вся красным оттиском печать чего-либо откровенно так сугубо карательного и вконец обезглавливающего.

И разве что лишь всею шкурой своей, явно уж почувствовав нечто неладное, большевики довольно-то нехотя как-никак все-таки всполошились, а потому и, действительно, вспомнили о том, что где-то еще существуют и те до чего долгими веками давно проверенные знания.

И они, чего тут попишешь, явно находятся совсем ведь всецело вовсе вовне всего того до чего еще более чем воинственно невежественного их восприятия всех тех тягот и тревог при них и близко никак не на йоту ни к чему действительно лучшему не изменившейся общественной жизни.

И это вот только поэтому им попросту совсем уж невольно пришлось до чего и впрямь совсем незамедлительно разом начать сколь еще тщательно приноравливать свой весьма и весьма суровый большевистский пыл ко всем, тем довольно будничным реалиям войны, а иначе близкий конец был бы попросту абсолютно никак совершенно так неминуем.

225

Причем никаким тем донельзя ведь основательным битьем своих собственных кадров было бы далее никак не исправить и не переменить всего того, что можно было высвободить из плена бравых иллюзий одним лишь тем до чего досконально точным и холодным логическим расчетом.

И даже Сталину со всей той его чудовищно безликой кликой, в конце концов, стало хоть как-то вполне еще понятно, что все те сколь этак зловещие перипетии военно-политической обстановки уж никак вовсе-то не удастся всесильно переменить воззваниями, лозунгами, репрессиями и расстрелами.

Поскольку действовать тут вполне вот следовало сколь ведь делово и конкретно, причем исключительно так при всем том, следуя разве что лишь только путем самого истинно так светлого разума, а не той безмозгло бравой идеи, что явно работала именно во всем только лишь как-никак наподобие той еще выхлопной трубы.

Ну а потому и предстояло большевикам только лишь чисто так вынужденно и временно разом отставить в сторону все те отчаянно верные постулаты марксизма, а вполне между тем еще вооружится чьим-то вовсе так явственно для них самих абсолютно на редкость полностью же совсем чужим им здравым умом.

А между тем это как раз-таки только лишь возле самой Москвы и было вырыто огромное количество противотанковых рвов, заложено совсем уж немалое число минных полей.

226

Ну, а затем, стоило той весьма этак мертвенной бледности самого еще неминуемого грядущего поражения и вправду смениться нежным румянцем суровой наступательной истерии…

И ведь сразу этак вновь тогда сколь незамедлительно разом возобновился тот и близко никак нескончаемый праздник восторженно слащавых демаршей по поводу на редкость неистощимо бравых сил всей своей армии и того самого весьма отвратительного вороньего карканья по поводу судьбы буквально загодя обреченного на самый же полнейший неуспех, чрезвычайно-то неумелого противника.

Да только следуя истым азам суровой военной науки, сначала как-никак вполне следовало более чем донельзя ведь старательно подучиться действительно стояще, вдалбливать клинья в бастионы вражеской обороны, ну а лишь затем истинно достойными знаниями всецело вооружась, и вправду-то в тот самый глубокий прорыв грудью никак не к спеху тогда и идти.

Потому как в 1942 году снова случилась в точности та же петрушка, что и в 1941, да только на сей раз с точностью именно что до наоборот!

227

К тому самому на редкость беспокойному началу 1942 года война, несколько ведь весьма вот сильно затянулась, а как раз-таки потому и пришлось сталинским асам действительно тех талантливых военных, пусть и до чего нехотя начать сколь уж еще на деле весьма вдумчиво выслушивать.

Но и они в области донельзя так суровой практики, а не одной той разве что лишь только сухой теории ведения войны, были довольно-таки весьма и весьма уж относительно на редкость всеобъемлюще вот слабоваты.

Многих из них учили более чем неизбежно полностью наспех и однобоко марксистки…

А иногда это и делали люди, всею душою яро ненавидящие новую власть.

И это разве что в 1943 при всех тех совершенно так критических для немецкой армии условиях отчаянно же чудовищного Сталинградского котла и был как-никак до чего действенно освоен весь тот превосходнейший немецкий опыт сковывания противника в тех самых жестких тисках, из которых ему затем оказалось вовсе-то, никак нисколько не вырваться.

А до того чего еще только не было!!!

И это уж надо было кое-кому, действительно додуматься изречь этакую бравую и более чем многозначительно как-никак вовсе вот эталонную советскую истину: «учиться воевать у противника»?

Да только при всем том тот самый сколь до чего еще безжалостно лютый противник ни в едином своем глазу никак не был похож на сурового тренера.

На войне противник – это смертельный враг, беспрестанно наш народ мучительно губящий, ну а ему весьма разнуздано твердолобые в теории большевики без единой здравой мысли тупо в рот глядели, слепо копируя всю его тактику военных действий, а между тем в них явно могло быть самое бесчисленное множество исключительно же различных нюансов.

228

Скажем так, летом 1942 года имели место, и время все те фактически ведь бесчисленные окружения, именно, что как есть исключительно уж напролом разве что лишь строго вперед и вперед до чего еще совсем этак вовсе бездумно вырвавшихся сил Красной армии.

Наскоро, да и вообще неизвестно чему и как обученный сталинский холуй, маршал Баграмян вовсе-то уж до чего бессмысленно услал войска как-никак именно так попросту к черту на кулички, а именно потому его вина, в том числе и перед армянским народом, будет неизгладима в долгих веках.

И это тем более так, поскольку немцы вполне еще могли вовсе ненароком как-никак изловчиться, в конце-то концов, сколь явственно вполне суметь всею зверской мощью оружия разом так до конца одолеть весь СССР в той безумно тяжкой и кровопролитной войне.

И ведь, ясное дело, что совсем не стали бы они хоть сколько-то, затем мешать своим верным союзникам-туркам, более чем успешно довершать весь тот не столь тогда и давнишний армянский Холокост.

А впрочем, в принципе, разве то одна лишь и только нисколько так совсем уж непростительная вина того еще самого пресловутого маршала Баграмяна?

Да нет, поскольку был он как-никак не более чем разве что одним из тех, кто сколь злодейски бездумно тогда оказался всецело причастен ко всему тому, что до чего весьма многие из тех бессмысленно бравых наступлений были тогда осуществлены вообще безо всякого хоть сколько-то вполне осмысленно делового стратегического расчета…

229

И прежде всего, тут все дело было именно в том, что слишком ведь глубоко наши войска тогда разом вклинились в самый же глубокий тыл, как правило, весьма и весьма на редкость до чего еще только изобретательно умного противника.

И было все это так разве что поскольку немецкими частями двигали и управляли никак не слепые и невежественные солдафоны с одной извилиной, да и та у кое-кого из краснознаменных вояк была весьма строго, словно же стрелка компаса только ведь и направлена в сторону правого кармана гимнастерки.

В немецкой армии на тот момент вполне этак полноценно царил полный порядок и совсем до конца более чем взвешенный прагматизм.

Никак не было там исключительно как-никак до чего еще по-заправски сколь обиходно так принято до чего бездумно и самонадеянно совсем же бессмысленно отправлять многие миллионы своих солдат попросту до чего слепо и тупо разве что на всем бегу затыкать своими бренными телами пулеметные гнезда.

Да и вот еще, что немцы и близко не считали живую силу одним тем исключительно мертвым балластом, который всегда как-никак надо бы, куда только поболее сходу сбросить, перед тем, как и впрямь уж вовсе понапрасну и нехотя приняться губить в чьих-либо глазах попросту до чего бесценно важную военную технику.

230

Бравые мертвецы большевики, чуть ли не сгубившие под самый корень вместе с царем и всякую веру в отечество, – во всем том своем народе, как-никак только и видели одну ту аморфную и крайне вялую серую массу…

ОНИ ИХ ЗОРКО И БЕСТРЕПЕТНО СЛАЛИ БЕЗУМНО ВПЕРЕД СТОЛЬ ВЕСЬМА И ВЕСЬМА УЖ ПОДЧАС НЕТРЕЗВЫМ ВЗГЛЯДОМ, ИХ ПРИ ВСЕМ ТОМ ЕЩЕ ПРОВОЖАЯ…

Ну а вполне взвешенно рассуждать о том, что это разве что тот на редкость весьма смелый, и всецело как-никак полностью продуманный маневр, это и есть истинно настоящий залог так и искрящегося славой большого успеха, было и близко вовсе-то совсем никак не про их безразмерно бесчестную большевистскую честь.

Их главной парадигмой всегдашне было то самое до чего еще безостановочно массовое наступление, поскольку наиболее значимым в их глазах, было разве что уж только-то взять именно что сходу вверх, а не одолеть врага умом, а лишь затем во вторую так очередь всею храбростью и силой.

Эти большие люди с мелкими и чисто холуйскими душонками, обладали необычайно черствым и восторженно праздным умом.

И почти всегда они видели в своих воинах только лишь разве что разменные пешки на чрезвычайно же широкой шахматной доске.

Они сугубо ведь мысленно так и шли до чего еще весьма широкой дорогой к победе, никогда и близко не смотря при всем том более чем вдумчиво и внимательно по каким-либо разным сторонам и углам.

И хоть сколько-то поистине настоящей преградой ко всему тому и близко так не могло тогда оказаться именно то обстоятельство, что до чего только многие славные люди и впрямь-то разом вмерзнут душой в стылую грязь тысяч и тысяч самых же различных проселочных дорог.

А некие те еще штабные крысы шли от сражения к сражению сколь отчаянно при всем том, безжалостно сражаясь с теми донельзя подчас упертыми пробками от радостно выпитого ими шампанского совсем и не думая, а каковой это чудовищной ценой, все те успехи всему их народу на деле действительно как-никак тогда доставались.

И уж витали они в облаках страстных надежд и совершенно так вовсе заоблачно скороспелых планов…

А не потому ли те советские армии, что и впрямь до чего чересчур глубоко летом 1942 под Харьковом со всех ног неуклюже и наспех прорвали ряды немецкой обороны, вскоре оказались в самом-то как-никак до чего глубоком немецком тылу.

И ведь они там разом разве что как в гиблой трясине полностью завязли, вновь как-никак при всем том до чего еще безнадежно оставшись… явно этак нисколько и близко без ничего…

Однако те же немцы, совершив фактически в точности те откровенно так залихватские действия сколь безоговорочно как-никак всегда при всем том сходу преуспевали!

Вот чего именно во всю глотку затем до чего истошно вопили все те одними ладонями рубаки по всему тому их совсем неизменно так широко праздничному, а никак не скромно разве что чисто по-военному накрытому столу…

231

А между тем тот вовсе небезызвестный во всех злых языцех Вермахт именно что как раз-таки благодаря бесновато бешеному энтузиазму всех тех отчаянных храбрецов, что неизменно действовали (всегда уж совершенно искренне вовсе ведь чужими им силами понурых народных масс), и получил, словно воздух, ему тогда до чего жизненно необходимую временную передышку…

Действительно, как-никак совсем так профессионально знающее свое дело политическое руководство и близко совсем не стало бы давить на мозг армейских военачальников постоянными понуканиями и совершенно этак никак нисколько недвусмысленными угрозами.

Ну а под грубым и упрямым предводительством сугубо безыдейного и вполне здравомысляще взвешивающего все свои действия армейского командования немецкую армию гнали бы долго и упорно разом взашей, причем до самого города Берлина, где всей их сказке и был бы еще в 1943 именно тот совсем неминуемый и сколь бесславный конец.