Читать книгу "Все дело в попугае"

VIII

– Опять пересудила, причем в данном вопиющем случае, обоим. Эдику спустя три года, а Вере только через восемь лет предписаны были сужденные браки. Полное безобразие, воинство. Но… есть тут нюансы. Вере было предопределено также раннее вдовство: ее тот сужденный супруг в перестроечные времена… В общем, прежде, чем его убили, он сам… Ну да ладно. Эдик же, со своей сужденной супругой, спился бы окончательно…

– Так что, Вашблистательство, получилось, как бы, лучше для всех?

– Снижайтесь, 32-индиго. Это мы обсуждать не станем! Это вне нашей компетенции…

IX

Брак Дани с Ритой протекал как тесно переплетенные между собой три совместных проекта. Первый заключался в том, что они дружно и толково лечили Риту. Второй, весьма повлиявший на последующую риткину судьбу, относился к стремительно взлетающей даниной экономической карьере. Третий – для души, так сказать, возобновлявшийся спорадически, – реализовывался в риткиной способности женить народ направо и налево. К этому времени Ритка уже гордилась своим даром невероятно. Она даже пыталась устроить мужу курсы «для начинающих», попросту говоря, растолковать, как она это делает: как идут в ход смутные зарубки в памяти, гипотетически выстроенные диалоги, облики потенциальных тещ и свекровей, – в общем, пыталась «алгеброй гармонию поверить», разложить на составляющие шестое чувство… Однажды она предложила мужу провести «операцию» с ней от начала до конца. Было это так.

Риткину институтскую подругу на полтора года моложе звали Ленкой. Но Ритка была красивая и нахальная девица «с прошлым», а Ленка – трогательный, буквально нецелованный двадцатилетний ребенок, к тому же маленького роста, что еще добавляло ей детскости. Надо сказать, что, в силу своей повышенной скромности, – которую молодые люди все же несколько преувеличивали, основываясь на внешнем впечатлении, – Ленка испытывала определенные трудности в сфере личной жизни. Ритка знала об этом и, хотя не предпринимала никаких серьезных шагов в эту сторону, принимая во внимание очень юный возраст и вполне очевидную ленкину симпатичность, тем не менее, что называется, «имела это в виду».

Санька, старинный институтский приятель Дани, был на те же полтора года старше Даньки. До ноября 1986 Ритка его ни разу в жизни не видела. Рита с Даней попали к нему «в гости», потому что его папа собрал огромную коллекцию музыкальных записей, и Данька договорился зайти что-то переписать (на дом пленки никому не выдавались). По дороге Данька рассказывал Ритке про Гарца (санина фамилия была Гарцовский). По его словам выходило, что тут они имеют дело с девственником в двадцать восемь лет. Скромник и затворник, «электронный гений», полное чудовище, объект постоянных насмешек дурно воспитанных приятелей, плод воспитательных усилий своей не очень разумной мамы. При этом Данька утверждал, что не так давно мама поняла, в какую ловушку попала со своим воспитанием, и несколько раз уже просила познакомить Саню хоть с кем-нибудь.

Каково же было риткино удивление, когда она увидела вполне симпатичного парня! Санька был, правда, невысок, но строен, неплохо сложен, черты лица у него были вполне правильные, глаза живые, черные… Правда, он был – это дома-то! – облачен в протертую на локтях серую пару, и держался исключительно зажато. Господи, он двигался и говорил, как робот из плохого фантастического фильма. Муж тайком дал Ритке понять, что это из-за нее: Саня не привык к присутствию дам.

Вскоре Ритка имела возможность оценить и дополнительные «прелести» саниного характера. Встретил он Ритку очень сухо и формально, предложил присесть в уголке, и принес почему-то какой-то журнал: то ли мод, то ли кройки и шитья… Видимо, так он себе представлял «дамское» времяпрепровождение, пока «джигиты» решают деловые вопросы. Ритка сделала вид, что изучает журнал, а сама с интересом прислушивалась к разговору «джигитов». В какой-то момент они стали «к слову» цитировать Стругацких, и Ритка, не утерпев, вмешалась, вставив свои пять копеек в виде характерной фразочки профессора Выбегалло2828
  Стругацкие, ПНвС.


[Закрыть]. Саня повернулся и посмотрел на нее.

Этот взгляд невероятно узнаваем, не перепутаешь. В нем написано безграничное изумление под девизом: «Тумбочка заговорила!!!»

Почему-то после этого эпизода Саня проникся к Ритке безграничным уважением (что, опять же, типично). Что же касается самой Ритки, то она, вытащив мужа за рукав в коридор, категорично прошипела:

– Слушай, все, все!!! Это мальчик – для Ленки!!!

Даня удивился и пытался возражать. Он считал, что Гарц для Ленки стар, и лучше «использовать» кого-то из одиноких девушек постарше. Ритка стояла на своем, пользуясь неопровержимыми аргументами типа «нутро» и «чуять», у которых как известно, нет никакого физического смысла2929
  Стругацкие, ПНвС.


[Закрыть].

Уже после ухода Данька сказал Ритке, что успел перекинуться парой слов с саниной мамой. Он был обескуражен: мама на сей раз категорически просила ни с кем Саню не знакомить, мотивируя это тем, что «Саня как раз начал встречаться с замечательной девочкой» (как выяснилось впоследствии, это заявление было таким же преувеличением, как всем известные слухи о смерти Марка Твена3030
  «Слух о моей смерти был сильно преувеличен» – текст телеграммы американского писателя Марка Твена агентству «Ассошиэйтед Пресс», которую он направил в связи с появившимися в газетах сообщениями о его кончине.


[Закрыть]). Но Ритку не могло остановить ничто. Она просто отмахнулась, и Лунины стали готовить «операцию».

Дело облегчалось тем, что, по иронии судьбы, Ленка и Санька жили в одном районе, в десяти минутах ходьбы друг от друга. Ритка позвонила Ленке, сказала, что хочет познакомить ее кое с кем, получила полное ее одобрение, и спросила, не ломались ли у нее в последнее время какие-нибудь электроприборы. Оказалось, что ломался кассетник. Лучше ничего и придумать было нельзя, судьба была «за», как обычно. Тогда Данька позвонил Саньке и спросил, не хочет ли он починить ритиной подруге магнитофон. Упор делался на Риту, так как Саня был готов на все для женщины, читавшей – подумать только! – Стругацких. Санька сказал, что будет рад. «Тогда, – сказал Даня, – мы за тобой заедем и просто подскочим туда в гости, это рядом. Заодно и познакомишься,» – и тут Данька скомкал разговор и очень быстро повесил трубку. Теперь Гарцу отступать было некуда.

В назначенный день 19 ноября Лунины явились во всеоружии. Темным осенним вечером найти дорогу в лабиринте новостроек было непросто, поэтому Данька шел впереди, а за ним в десяти шагах Ритка, тесно прижимая к себе, вела под руку Гарцовского. Он шел пятнами и слегка вырывался. Ритка болтала, прикидывалась шлангом, ничего не замечала, и довела-таки его благополучно.

Встретившая их на пороге Ленка была просто прелестна. Она, может, и не читала Стругацких, но со вкусом у нее все было в порядке. Собственно, все решилось в ту секунду, когда они посмотрели друг на друга. Магнитофон много времени не отнял, Санька сказал, что заберет его с собой, и все пошли пить чай. Часа два Ритка с Ленкой щебетали, развлекая мужиков веселыми историями о самодеятельности факультета. Санька пятнами уже не шел, и Лунины сочли возможным почти одновременно исчезнуть «на минутку»: Даня в сортире, Рита в ванной. Оттуда они услышали, как Гарц сам договаривается с Ленкой, когда он ей занесет магнитофон, и берет ее телефон! Появившийся на пороге Даня молча, ошеломленно, покачал головой и показал Ритке большой палец.

Неизвестно, был ли починен в итоге магнитофон, но они начали встречаться. О-о-о!!! Вряд ли кто еще так Встречался! – с большой буквы, в полном смысле этого слова. Санина культурная программа сделала бы честь японской делегации. Три, четыре, пять раз в неделю он таскал Ленку в театры и на концерты, «гулял» ее на выставках и в художественных музеях, возил за город в исторические парки… Было уже холодно, Ленка честно мерзла положенное время свидания, затем Санька отвозил ее домой, церемонно прощался в подъезде и уходил, педантично назначив время своего следующего появления, но не поцеловав девушке даже кончика замороженного пальца.

Так продолжалось месяц. Ленка уже чуть не плакала. Приближался Новый Год. Ритка поняла, что нужно что-то делать.

Новый восемьдесят седьмой год планировалось встречать у Луниных. Они жили вдвоем в трехкомнатной квартире – редкая в те годы роскошь. Должна была собраться большая компания, в основном молодые пары. Санька с Ленкой тоже подразумевались.

Проблема была в том, что именно эта компания отличалась давними, с институтских времен, традициями оголтелого вышучивания Саньки Гарцовского. Даня с Ритой легко вообразили себе, как именно может выглядеть Санька в роли неловкого ухажера под «обстрелом» своих недалеких товарищей. Этого нельзя было допустить.

И Лунины пожертвовали собой. Рита уже работала тогда на полставки в школе, и придумала сказку, что у них карантин по гепатиту. В компании было три молодые мамы, так что все испугались, и шумная вечеринка благополучно отменилась. Они остались вчетвером.

Ритка приготовила шикарный стол. Было много салатов, красное вино, мясо по-аргентински и картошка с парусами. Накрыли при свечах и елочных гирляндах. Данька отобрал феерически-сексуальную музыку.

В такой обстановке, только при посвященных, Санька чувствовал себя свободно. Он и выглядел хорошо: ему шла мягкая голубая рубашка, и он это понимал. Когда начали танцевать, Ритка с мужем довольно скоро стали целоваться, провоцируя вторую парочку. Им-таки пришлось попыхтеть, Данька даже начал ворчать Ритке в ухо, что придется показывать парный стриптиз. Но до этого не дошло: подействовало. В темноте было не разглядеть хорошо, поэтому некоторое время провокаторы крутились вокруг, споря шепотом: «Целуются?» – «Нет!» – «А я говорю, целуются!» Убедившись, они убрались на кухню готовить мороженое.

Лед тронулся, в середине января Санька сделал Ленке предложение. Луниных пригласили «в свидетели» на свадьбе, назначенной на начало апреля. Но им предстояло сыграть еще одну, самую пикантную, роль в этом сватовстве.

Как-то раз, вернувшись с работы, Ритка обнаружила дома мужа и Гарца, сидящих на диване с какими-то схематическими рисунками на коленях. Рисунки при риткином появлении были быстро спрятаны, а Саня покраснел почти до черноты. Ритка поняла, что происходит, и сказала: «Так, ребята. Пойду-ка я посплю.» Проспав три часа, она вылезла в гостиную, и обнаружила тех же в той же позе. Тут уже Санька быстро откланялся.

А был это «курс молодого бойца». Женщинам-то не в диковинку подобное, и Ритка с Ленкой отработала все по полной программе, но одно дело невинная девочка в двадцать лет, и совсем другое, когда ее партнер – девственник в двадцать восемь. Данька не стал распространяться на эту тему, сказав только, что Гарц не знал абсолютно ничего, и был очень, очень благодарен за возможность сдвинуться с мертвой точки.

Тем не менее, Ритка с Данькой знали, что до свадьбы парочка так и не реализовала полученные знания. Не сложились обстоятельства. Надежды были на первую брачную ночь, которая, кстати, была запланирована тоже на лунинской территории. Так получилось потому, что семьи обоих ребят жили тесно, а на их свадьбу съехались родные со всей страны. Молодоженам положительно не хватало места. И тогда Ритка предложила родителям молодых забрать ребят на эту ночь к себе. Идея была принята с благодарностью. Рады были родители, а уж жених и невеста были просто счастливы!

Ритка с Данькой убрали для ребят свою спальню, постелили лучшее, новехонькое белье – все в кремовых розах. Ритка предусмотрела также некоторые гигиенические средства. Передвинули диван, на котором собирались спать сами, в кабинет, чтобы не мешать молодым своим присутствием под дверью – двери спальни и кабинета выходили в проходную гостиную. Ритка запаслась вкусностями. В общем, готовились к большому событию.

Ребят после свадьбы свидетели привезли просто чуть живых. Ленка вошла в лифт и упала на Ритку. В квартире ее засунули в ванную, где она провела минут сорок, отвечая ясным голосом на призывы, но категорически отказываясь выходить, – науке не известно, что уж она там делала. Санька, едва закрылась входная дверь, очень официально обратился к Ритке с текстом: «Маргарита! Тебя не шокирует, если я надену – пижаму?!» – и, получив отрицательный ответ, облачился в прелестную полосатую пижамную пару, в которой и бродил взад-вперед, с идиотской улыбкой, в ожидании невесты.

Упаковав, наконец, обоих в спальню, Лунины тяпнули по бокалу за успех предприятия и, плотно закрыв за собой дверь, с трудом улеглись на узком диване, ворочаясь и кляня незаклеенную дверь на лоджию, от которой дико дуло по всему кабинету. Было это около трех часов ночи.

В половине девятого Данька, вполне принявший горячительного накануне, разбудил жену мрачным шепотом, содержание которого сводилось к острой необходимости посещения сортира.

«Нельзя,» – категорически отказала Ритка спросонья. – «А что ж делать?» – «Иди на лоджию.» На дворе стояло начало апреля, лежал снег, муж посмотрел на Ритку косо, и решительно отказался от этой идеи.

«Ты можешь все испортить», – объясняла Ритка, – «Как раз сейчас они отоспались, и, может быть, у них там – самое то!»

Попререкавшись некоторое время, супруги решили осторожно выглянуть, и, приоткрыв дверь в гостиную, отчетливо услышали тихий смех. Два свежепоженившихся идиота, совершенно одетые, сидели в гостиной у стола и по очереди пускали с наклонной доски пластмассового ходячего ежика.

«Так они и вымерли,» – злобно сказала Ритка, отбирая у молодоженов ежа и выслушивая жалобы на перевозбуждение, усталость и невозможность уснуть.

Короче, первая брачная ночь не удалась, но впоследствии товарищи сами разобрались с проблемой, и – наконец-то! – Лунины при этом уже не присутствовали и свечку не держали. Позднее на риткин аккуратный вопрос Ленка, сияя, ответила: «Санька – зайчик!». Примерно в тот же период преображенный счастьем Гарц, сидя рядом с очаровательной молодой женой на чьем-то дне рождения, впервые, в большой компании институтских приятелей, непринужденно рассказал почти рискованный анекдот, чем вызвал невероятное потрясение в рядах насмешников, тем более, что жены и подруги некоторых из них явно проигрывали Ленке.

Короче, Ритка торжествовала полную победу.

…Позже жизнь разнесла их всех в стороны и сломала старую дружбу. У Гарцовских родился сын, потом дочка, а потом и еще одна дочка. А однажды, лет, примерно, восемь или девять спустя, августовским теплым вечером, судьба закинула Ритку в гости в тот же питерский дом, где обосновалось это семейство. Ритка стояла у шторы на втором этаже, и видела в окно, как по улице Ленка с Санькой шли вдвоем, наверное, от соседей. Они совершенно не изменились. Ленка была в уютных тапочках, Санька в домашней безрукавке, надетой на смутно даже знакомую Ритке голубую рубашку. Он что-то рассказывал жене, а та смеялась, повернув к нему лицо.

Полюбовалась Ритка еще раз на дело рук своих.

X

– Оба брака, и третий брак Эдика, воинство, и плодовитый этот союз двоих девственников, придуманы был исключетельно самостоятельно нашей подопечной, но приобрели все черты настоящих сужденных браков. Но самое страшное не это. Не это. Кто мне подскажет, что самое страшное? Воинство?

– Муожнуо мне?

– Прошу вас, 515-ультрамарин. Итак?

– Уона действует суознательнуо и целенаправленнуо?

– Это было и раньше, снижайтесь. В ряде случаев она это уже демонстрировала. Но теперь, воинство… Теперь она понимает, что именно она, и никто другой и ничто другое, может помочь людям найти судьбу. Она осознала себя как особое существо.

– Но ведь…

– Но ведь это категорически запрещено законами всех миров!

– Ведь пуолучается…

– Да-да. Это надчеловеческое самосознание. Увы, вы правы. А преступные ангельские сущности даже под нимбом не почесали. Ситуация на земле продолжала усугубляться. К этому времени у подопечной уже была вполне определенная репутация. Тем интереснее случай, когда она категорически отказалась человеку помочь. А случай был вот какой, внимайте.

XI

Известный в перестроечные годы питерский «памятник» и антисемит Толя Бублик, – тот, что потом отсидел пять лет в «Крестах»3131
  Следственный изолятор в Петербурге, на Арсенальной набережной, один из наиболее известных и крупных в России.


[Закрыть] за соучастие в убийстве на национальной почве, – учился с Риткой в одном классе математической школы. Впрочем, Ритка никогда не знала точно, что, собственно, ему инкриминировали. Видела по телеку, как Толю с лозунгами встречают из тюрьмы соратники. Ей показалось, что он нисколько не изменился.

Странный это был парень. Попахивало тут не только характерологическими странностями, но и «большой психиатрией»3232
  Неспециальный термин, обозначает область психиатрии, в которой изучаются психотические расстройства.


[Закрыть]. Впрочем, трудно сказать наверняка. Кроме чисто вербального – в средней школе – антисемитизма, Толя был известен забавнейшими выходками, и необычайно широкими, абсолютно не систематизированными знаниями в самых разнообразных областях. Однажды, уличенный в безбилетном проезде, он вытащил из кармана очки в треснувшей оправе и, размахивая ими, жалобно закричал на весь автобус: товарищи! посмотрите! я же интеллигентный человек! Вызванный к доске на уроке новейшей истории, ничего не зная про современность Корейского полуострова, он начал свой рассказ… с соляных бунтов 1410 года! Учился очень неровно, отличался оригинальным мышлением…

Ритка сформулировала тогда, и со ней согласился весь класс, что толина голова похожа на кубик Рубика: в ней все есть, но до чего трудно собрать что-то целое!

В общем, где-то гениальный был парень.

После школы он поступил, ни много ни мало, на физмех питерского политеха3333
  Первый в мировой истории факультет по подготовке инженеров-исследователей, был основан в 1919 году академиком А. Ф. Иоффе.


[Закрыть]. Но вскоре ушел оттуда: начали богатеть кооперативы. Увлечение антисемитизмом и дружба почти со всеми четырнадцатью евреями риткиного выпуска продолжались параллельно. Общему их однокласснику и приятелю, еврею, он как-то сказал:

– Илюха, когда «наши» «ваших» резать пойдут, я тебя у себя под диваном спрячу.

Ритка с Данькой на третьем году супружеской жизни переехали в прежний риткин район. Тут Толя держал один из первых видеосалонов, и бизнес его шел прекрасно. Разумеется, у Дани Лунина дома была эта, еще редкая в те годы, игрушка: видеомагнитофон. На этой почве они с Толей очень сошлись, и Бублик частенько по-приятельски бывал у Риты в доме.

Очень высокий, русоволосый, развинченный в движениях, с мелкими, слегка смазанными чертами лица, уже разбогатевший и сравнительно неплохо образованный, Толя являл собой идеальный тип нового черносотенца. Видимо, соратники его даже не догадывались о двойной жизни, которую Толя вел, особенно не скрывая ни от кого. А Толя вел ее вовсю! В восемьдесят девятом году поднялась волна массовой эмиграции в Израиль, и Толю тут же одолела идея уехать из Союза при помощи еврейской жены. Ежедневно Толя, осведомленный о риткиной репутации и правильно оценивший круг ее знакомых и родных, приставал к ней с просьбой найти ему еврейскую девушку, которая согласилась бы фиктивно выйти за Толю замуж, в обмен на немыслимые по тем временам финансовые блага.

«Я увезу ее!» – бушевал Толя, – «Я вывезу всю ее семью! Я заплачу! Я ни дня не буду ей обузой! Из Вены – она в ИзраИль, а я – в ЮАР!!!»

Неизвестно, почему он собирался именно в ЮАР, но никаких усилий, чтобы ему помочь, Ритка не предпринимала, а в разговорах с Толей, хотя и не отказывала прямо, но оставляла ему не много надежд. Тем не менее, Толя не сдавался.

В один прекрасный день Даня с Ритой зашли в толин видеосалон обменяться с ним кассетами. Как раз только что кончился боевик. Толя царил в центре огромной толпы юнцов соответствующего толка. Общее впечатление от этой мизансцены создалось у Ритки такое: мат и стриженые затылки. Ритка осталась в стороне, а Даня стал пробиваться сквозь толпу к Толе. Таким образом, Ритке повезло стать лишь зрителем изумительной сцены, которая сверкнула перед ней через несколько минут.

Увидев Даню, Бублик протянул ему руку, повернулся к нему, и полностью отключился от своей многочисленной свиты. Перед ним был равный, перед ним был приятель, и он не учитывал присутствие посторонних, с ним разговаривая. Затылки уважительно посторонились, образовали даже некоторый кружок, и позволили собеседникам общаться. Те выяснили какой-то деловой кассетный вопрос, затем Толя спросил про Риту, Даня кивнул в ее сторону, Толя помахал Рите рукой, и мысли его заскользили по привычному руслу. Он интимно сгреб Даню за грудки и во весь голос завел любимую песню:

– Ритка – нашла мне девочку?! Нашла?! Мне нужна девочка! Слушай, найди мне девочку! Ты понимаешь? Скажи ей, пусть найдет!!!

Толина многочисленная свита не верила своим ушам. Их кумир – не мог найти себе девушку??! Наконец, один из свиты, самый смелый, не удержался и вмешался в разговор:

– Толя, – пискнул он, обмирая от собственной наглости, – Тебе нужна девушка? Да ты только скажи!!! Да ты только слово! Да я… Да я знаю такую девушку! – завопил он, решив потрясти кумира конкретной перспективой. – Да я тебя познакомлю завтра же! Да это такая девушка! Такая!…

Всем корпусом эффектно развернувшись к смельчаку, Толя громко и грозно вопросил:

– Еврейка?!!

Свита онемела от ужаса. Всем было известно официальное толино отношение к национальному вопросу. Смельчак попятился.

– Что ты! Что ты! Толя! Конечно, не-е-ет!!! – почти прохрипел он.

– На**й!!! – сердито гаркнул Бублик и снова повернулся к Дане. – Слушай, ну найдите мне девочку, в самом деле…