Читать книгу "Звёздные войны: Звезда Смерти"

Глава 48

«Звезда Смерти», сектор «тета», пост управления суперлазером

Ему не солгали. Различия между учебным и настоящим пультами управления оказались незначительны. На том имелось больше изношенных проводов и царапин, появившихся за месяцы тренировок, но все оборудование было идентично.

Все они успешно прошли курс обучения, но Тинн немного нервничал. Ведь пушка теперь настоящая. Здесь он мог сгенерировать импульс абсолютного уничтожения, который был мощнее, чем все, когда-либо существовавшее ранее. Поразительно, но совсем не пугающе. Не то чтобы он ожидал, что когда-нибудь будет стрелять из нее на полной мощности или даже уничтожит планету. Как он понимал, сама идея заключалась в том, что одной только угрозы выстрела более чем достаточно. Может, они дезинтегрируют пару-другую необитаемых лун, чтобы показать серьезность своих намерений, но основные цели будут военные – базы и флоты повстанцев и все такое. Использовать для этого суперлазер просто смешно – все равно что палить из ружья по блохам.

– Вы все отработали на симуляторе, вы видели данные, так что здесь для вас нет ничего нового, – сказал командир, прервав размышления Тинна. – Пушка, конечно, чудовищная, но не скорострельная. Если промажете первым выстрелом, второй луч сгенерирует уже следующая смена.

Тинн кивнул. Он спросил о накоплении мощности в первый же день работы на симуляторе, а инженеры начали отпираться и прятаться друг за друга. Но поскольку он видел расчеты, то быстро все сообразил, и им пришлось признаться. В конденсаторах достаточно электрического тока, чтобы сжечь планету, это верно, но они не могут быстро заряжаться. Сделав выстрел, можно выключать свет и ложиться спать, потому что восстановление заряда займет несколько часов. Конечно, можно еще выжать несколько маломощных лучей – и эта малая мощность все равно будет превосходить все, что может сделать звездный разрушитель, даже выстрелив одновременно из всех бортовых орудий (включая личное оружие офицеров) – но это окажется не выстрел, а насмешка. Можно сжечь дотла один-два города, превратить в пар большое озеро или даже маленькое море, но и только.

И если тот, кто жмет на спуск, промахнется, он может начать подыскивать новую работу ровно через десять секунд после того, как скажет: «Ой…»

Тинн заявил:

– Мы не промахнемся, кэп. Найдите цель, и мы ее поразим. Я вам лично гарантирую.

Командир рассмеялся:

– Все вы, стрелки, одинаковые.

– Проверьте мой послужной список, кэп. Мне платят не за промахи.

Командир посерьезнел:

– Да знаю я, знаю. Но не мы выбираем цели. А цели могут оказаться самые чудовищные.

Тинн пожал плечами:

– Я не политикан и не мофф, сэр. Я делаю свою работу, а остальные пусть делают свою.

Командир похлопал его по плечу:

– Ты славный парень!

Казалось, он испытал облегчение.

– Так скоро мы будем в полной боеготовности?

– Очень скоро, сынок. Пусть твои ребята поближе познакомятся с рабочими местами. Предполагается, что здесь все то же самое, но холостыми мы стрелять не будем. Я не хочу, чтобы кто-нибудь оскандалился, когда придет время стрелять по-настоящему.

– Вас понял, кэп. Мы вас не подведем.

– Знаю, что не подведете. Поэтому вы и сделаете первый выстрел. Потом правнукам будешь рассказывать, как впервые стрелял из самой большой пушки во вселенной.

– Неплохая перспектива, – откликнулся Тинн. – Конечно, если я все-таки заведу себе жену и начну делать детишек, чтобы у меня могли появиться правнуки.

Они рассмеялись.

«Звезда Смерти», палуба № 69, кантина «Холодное сердце»

– И все же я нахожу это совпадение чрезвычайно странным, – сказала Мима. – В Галактике полно кантин, а этот охранник, который знает тебя в лицо, должен был зайти именно в мою?

– Случаются вещи и более странные, – ответил Ратуа. – Я знал одного фермера, который работал в кооперативе по выращиванию бобов на Дуро. Там было пятьдесят работников. Так вот, его призвали во флот. Он прошел начальную подготовку, получил назначение на корабль, и в конце концов его отправили через пол-Галактики патрулировать пустоту. Демобилизовался он на планете Пзоб. Там он идет в гаморреанский паб, садится, заказывает эль. Тут кто-то выходит из туалета и садится на соседний стул. И это оказывается его сменщик с фермы. Они были на огромном расстоянии от дома, но оказались в одном и том же месте в одно и то же время – а какие на это были шансы?

Она пожала плечами:

– Поймал. Я никогда не была сильна в математике.

– Непохоже, что у тебя есть проблемы с подсчетом денег.

Она улыбнулась. Да, он преступник, но он мог заставить ее смеяться. В нынешние времена это многого стоит.

– Что же касается почтенного сержанта, – сказал он, глядя на хронометр, – мне лучше двигать отсюда. У Стила через несколько минут кончается смена, и если он придет сюда пропустить пару кружек с Родо, я хочу находиться где-нибудь в другом месте.

– Хорошая мысль.

– Когда закончишь работу, поужинаем у меня?

– Если пообещаешь, что не будешь ничего готовить.

– Твои слова ранят меня, женщина.

– Все лучше, чем отравить тебя, как ты недавно пытался сделать со мной.

– Откуда мне было знать, что тви’леки не едят сладкотравник?

– Мог бы выяснить в справочнике. Если встречаешься с кем-то другой расы, надо знать, что из еды для него опасно, а что нет.

– И ты никогда не позволишь мне забыть об этом, верно?

– Ни за что, Зеленоглазка. Я принесу что-нибудь с собой. Какие-нибудь морепродукты, моллюсков например.

Они улыбнулись друг другу. Ратуа протянул руку, она сжала ее в своей. «Все-таки мне повезло, – подумала Мима. – Обычно все намного хуже».

Он ушел, а она вздохнула и потянулась, чувствуя, как спадает напряжение в мышцах. Посетителей было мало – скоро пересменка, и сейчас народ либо идет на работу, либо собирается уходить, поэтому кантина начнет заполняться лишь через час. Пора сделать перерыв. Дела шли хорошо, лучше, чем она ожидала. Станция росла, добавлялись и герметизировались новые сектора, соответственно, открывались новые кантины. Только в ее секторе их было полдесятка, и еще десятки в других частях станции, где закончилось строительство. Но Мима пока не видела конкуренции. Она получала лишь малую часть от доходов кантины, это верно, но если они останутся на нынешнем уровне, к концу срока своего контракта она успеет скопить достаточно, чтобы завести собственное дело.

Однако она не была уверена, что хочет этого. Весьма вероятно, ей предложат продлить контракт, и над этим надо серьезно поразмыслить. Верно, здесь военная станция, и порядки на ней немного жестче, чем на гражданке, но здесь чисто, посетители в большинстве своем ведут себя прилично, а она гребет деньги, словно вор, промышляющий кражей драгоценностей на роскошном космическом лайнере. Ей не нужны большие открытые пространства: она никогда особо не любила природу и, живя в Южном Подземелье, выбиралась оттуда лишь несколько раз. Не то чтобы там было куда выбираться: по существу, весь Центр Империи – один большой город, за исключением нескольких редких парков.

Кантина на неприступной боевой станции или кантина рядом с доками в трущобах Центра Империи? Выбор казался не слишком тяжелым. Конечно, эта кантина намного безопаснее, чем любая из тех, где она работала раньше. Никто не сожжет ее, сославшись на «несчастный случай». Если верить тому, что она слышала, ни один из повстанческих кораблей не сможет даже поцарапать обшивку станции.

Определенно, надо решить, хочет ли она здесь оставаться. Ее жизнь уже устоялась. Все в ней было хорошо, в том числе и присутствие Зеленоглазки.

Мима улыбнулась и даже замурлыкала какую-то песенку, принимаясь готовить коктейли.

Глава 49

Экваториальная орбита «Звезды Смерти», двести километров от поверхности сектора Н-4

Вил выполнил плавный левый поворот. Двигатель и прессоры работали на полную, чтобы скомпенсировать занос, и его преследователю (это был новичок Бета-2) не хватило скорости, чтобы удержаться на хвосте.

Он снова уклонился, на этот раз вправо, и снова салага на волосок отстал. Вполне понятно: этому маневру не учат в летной школе базового уровня – это один из тех, которые можно узнать лишь от пилота, проведшего в кабине истребителя больше времени, чем инструкторы тратят на своих учеников.

Новичок что-то возбужденно сказал – Вил не вполне уловил что. Вероятно, это был призыв к высшим силам или проклятие, но это ему не помогло: Вил поменялся с ним местами, выйдя из петли прямо за кормой условного противника.

«Вот так-то, малыш…»

Вил надавил на гашетку и раскрасил корму новичка учебным лазером. Если бы он стрелял по-настоящему, малыш разлетелся бы на куски, и они оба это знали.

– Ничего страшного, сынок, – сказал он в микрофон. – Пройдемся вниз по дуге…

– Внимание всем эскадрильям! Немедленно свернуть маневры! Повторяю, немедленно прекратить учения! Перевести лазеры в боевой режим, перестроиться в оборонительный порядок и ждать указаний!

«Что за бред?»

Приказ свалился, как астероид на голову, но Вил был слишком хорошим солдатом, чтобы задавать вопросы. Он сменил курс и вышел на частоту эскадрильи:

– Говорит Альфа-1. Построиться за мной клином, зеленый-синий, один-один-два!

Он ударил по управляющей кнопке, и сигнальные огни его истребителя замигали с заданной частотой, чтобы эскадрилья нашла его СИД и выстроилась за ним. Короткий зеленый, короткий зеленый, длинный синий. Затем повторение.

– Что происходит, каплей? – Конечно, этот вопрос задал Эниилл.

– Откуда мне знать? Заткнись и слушай!

Остальные быстро сформировали нужный оборонительный порядок. Это один из основных маневров, которые они отрабатывали сотни раз, и через несколько секунд все двенадцать истребителей уже заняли свои места.

Вил переключился на канал для связи с центром:

– Альфа-1 готов.

К каналу подключились остальные эскадрильи. Всего их оказалось десять – сто двадцать истребителей.

Через мгновение ожил канал командования:

– Всем подразделениям, говорит гранд-мофф Таркин. Мы засекли вражеский корабль-носитель, вышедший из гиперпространства в седьмом секторе, за две тысячи километров от станции. Повторяю, вражеский корабль в секторе 7. Идентифицирован как «Крепость», дроидоносец типа «Барышник». Ему навстречу уже выдвинулись крейсеры, но враг может запустить истребители. Они будут представлять опасность для станции. Остановите их.

Заморгал сигнал оперативного канала связи, и система переключилась на него.

– Всем эскадрильям, говорит диспетчер полетов Дролан, DS-1-1. Развернуться в защитной зоне «дельта», повторяю, ЗЗ-дельта. Мы вступаем в бой, парни. Ставлю пиво тому, кто разнесет на запчасти больше всех этих ублюдков.

Мысли Вила завертелись. Корабль типа «Барышник» – это сильно модифицированное грузовое судно, изначально принадлежавшее Торговой Федерации. Огромный круглый корабль более трех километров в диаметре. После Войн клонов некоторые «Барышники» попали к повстанцам. Если Альянс не проводил серьезной модернизации, «Крепость» не слишком хорошо вооружена, да и щиты ее не идут ни в какое сравнение с щитами звездных разрушителей. Но она в состоянии нести множество истребителей. Изначально «Барышники» перевозили дроидов-«стервятников», но повстанцы, вне всякого сомнения, перешли на Х-истребители. В том корабле их, наверно, тысяча, а может, больше.

Вил сглотнул – в горле внезапно пересохло. Вот она – настоящая, полноценная битва, а ведь его эскадрилья прибудет на вечеринку одной из первых!

Это одновременно ужасало и воодушевляло. Вот ради этого он тренировался: не осуществлять полицейские операции в захолустных мирах, а сражаться с повстанческими пилотами, многие из которых являлись ветеранами боевых действий и летали на СИДах до того, как переметнулись в стан врага. Совсем не то, что расстреливать мишени или стрелять маломощными зарядами по новичкам – здесь будет победа или смерть.

Ради этого Вил Дэнс и пошел в армию.

Теперь пришло время проверить, кто из какого теста сделан.

«Звезда Смерти», капитанский мостик, командный центр

– Первая волна СИД-истребителей скоро войдет в зону сосредоточения противника, сэр. Мы вызвали со станции еще тысячу СИДов…

Адмирал Мотти казался спокойным, но ведь не на нем лежала вся ответственность. Она лежала на Таркине – в этом он был более чем уверен, разглядывая голограмму, мерцающую над проекцией театра боевых действий. Нападение его не удивило. Последние несколько недель, с тех пор как в результате саботажа погиб «Бесстрашный», он почти ожидал чего-то подобного. Повстанцы – по крайней мере, одна из повстанческих группировок – узнали, что они здесь. Со стратегической точки зрения имело смысл напасть на станцию именно сейчас, пока ее строительство еще не закончено. С точки зрения тактики отправление корабля-носителя было самым удачным ходом. Если бы весь флот повстанцев предпринял попытку прорваться сквозь кордон звездных разрушителей, призванных охранять станцию, то его немалая, если не бо́льшая, часть была бы уничтожена. Другое дело тысяча (может, чуть больше) истребителей: некоторые из них сумеют миновать СИД-эскадрильи и нанести ущерб станции, даже если уничтожить носитель. Может, этого и недостаточно, чтобы разрушить ее, но если им удастся затормозить строительство, это окажется какой-никакой, но победой.

Следивший за датчиками лейтенант доложил:

– Сэр, носитель покинула первая волна вражеских Х-истребителей. Двести пятьдесят машин.

Таркин кивнул.

Связист доложил:

– Сэр, шифрованное сообщение по вашему персональному каналу.

Таркин прищурился. Кто бы это мог быть?

– Выведите на мой личный экран.

СИД-истребители находились в нескольких тысячах кликов от станции, и «иксам» понадобится несколько минут, чтобы покрыть такое расстояние. К позициям противника направились звездные разрушители. Все было готово. Таркин включил экран.

На экране появилось лицо Даалы.

Он попытался не выдать удивления.

– В чем дело, адмирал?

– Гранд-мофф Таркин, мы приближаемся к станции. Похоже, у вас здесь затевается что-то интересное.

– Ничего, справимся, – ответил он. – Хотя, возможно, вам стоит сделать крюк и обойти все это.

– Под «этим» вы подразумеваете корабль-носитель и вылетевшие из него Х-истребители?

– Да. Этот участок может быть неудобен для полетов.

– Вы выслали звездные разрушители?

– Да, но на данный момент у меня есть идея получше.

– Ага.

– Определенно лучше.

– Ладно, я пока обойду… Проклятье!

– Даала?

– У нас гости. Конец связи.

Она разорвала связь, и Таркин нахмурился. Даала – превосходный командир, а ее корабль быстр и хорошо вооружен, он сможет с успехом выдержать бой с несколькими Х-истребителями. «Успокойся…»

– Сэр, вылетела вторая волна. Пятьсот истребителей, – доложил офицер.

– Пора с этим кончать, – заявил Таркин и добавил, обращаясь к Мотти: – Адмирал, отзовите разрушители.

– Сэр? – Мотти посмотрел на него так, будто он только что превратился в ярко-красного вуки. Таркин улыбнулся и протянул руку к коммуникатору.

– Командный пункт суперлазера, – раздалось оттуда.

Лицо Мотти переменилось. Он тоже улыбнулся.

– Коммандер, – произнес Таркин в микрофон. – У меня есть для вас цель.

«Звезда Смерти», сектор «тета», командный пункт суперлазера

– Ты все слышал, Гренит, – сказал командир. – Сможешь?

– Без проблем, сэр.

– Две тысячи двести девять километров. Трудная мишень.

– Если дальности хватит, я ее подстрелю, сэр, – ответил Тинн.

Командир сверился с приборами.

– Конденсаторы заряжены на четыре процента.

– Это больше, чем надо.

Командир кивнул с видимым облегчением.

– Тогда действуйте.

Тинн кивнул, повернулся к пульту и наклонился к микрофону.

– Получен приказ: запустить основное зажигание, – сказал он. – Ладно, ребятки, хорошенько размахнемся и шандарахнем. Докладывайте!

Отделы принялись быстро и с энтузиазмом рапортовать о выполнении приказа:

– Загрузка реактора – четыре процента.

– Конденсаторы – четыре процента.

– Вспомогательные шахты с первой по восьмую готовы.

– Основной усилитель мощности в норме.

– Усилитель полевой развертки… в норме.

– Подача энергии на гиперфазный генератор.

– Поля вспомогательных шахт выровнены.

– Вспомогательные шахты с первой по восьмую проверены.

– Генератор поля прицела готов.

– Мощность фокусирующего магнита 0,6 гаусса… 0,8 гаусса… полная.

Тинн осмотрел свой пульт. Все системы работали нормально. Двадцать восемь секунд. Не самое лучшее время, но сойдет.

– Готовы, – сообщил он командиру.

Тот кивнул и произнес в коммуникатор:

– Суперлазер готов.

Голос гранд-моффа в коммуникаторе был спокоен, но тверд:

– Стреляйте.

Командир кивнул Тинну.

Как и сотни раз во время обучения, Тинн откинул предохранитель на надголовном рычаге и опустил его вниз. Он считал про себя: четыре… три… два… один…

– Зажигание прошло успешно, – сказал компьютерный голос.

Тинн ждал. Цель находится в двух тысячах кликов, так что времени это займет…

– Попали! – крикнул наводчик. Потом он замолчал, глядя в телескоп.

– Ну? – напряженно спросил Тинн.

– Он… его нет, шеф. Ничего не осталось.

Тинн заморгал. Он посмотрел на командира, тот казался просто ошарашенным.

Они распылили корабль-носитель трех километров диаметром, и для этого оказалось достаточно луча мощностью всего четыре процента от нормы. Вот так.

Люди на командном пункте разразились радостными криками. Командир хлопнул Тинна по спине. Тинн внутренне улыбнулся: он еще не мог до конца в это поверить.

Всего четыре процента. То есть убойная сила у этого оружия просто астрономическая. Энергия целой звезды у него под началом.

Глава 50

«Звезда Смерти», капитанский мостик, командный центр

– Итак, – произнес Мотти, – как мы видим, суперлазер работает.

Таркин улыбнулся.

– Работает. Но остается еще пять сотен вражеских истребителей, которым теперь некуда деться и, следовательно, нечего терять.

– Мы более чем вдвое превосходим их по численности, а у наших пилотов просто руки чешутся пострелять, и они уже приблизились на подходящее расстояние, – сказал Мотти. – Проведем зачистку, губернатор. Им некуда бежать и негде прятаться.

Таркин кивнул.

– Передайте приказ. Пусть наши истребители уничтожат их как можно быстрее, пока они не опомнились.

– Сэр, снова вызов по персональному каналу.

Таркин кивнул и принял вызов.

Появившийся на экране человек пребывал в замешательстве. Через секунду Таркин узнал его – офицер связи с корабля Даалы.

– Да, капитан Камеда?

– Сэр, нас атаковала эскадрилья Х-истребителей. Мы их уничтожили, но сами пострадали.

– Почему адмирал не вышла на связь?

– Сэр, мы потеряли щиты на мостике. Там был взрыв, адмирал Даала ранена.

Таркин почувствовал, как желудок стягивается в узел.

– Насколько серьезно?

– Опасности для жизни нет, сэр. Медики считают, что состояние стабильное.

Таркин выдохнул. Оказалось, задавая этот вопрос, он затаил дыхание.

– Но она без сознания… ранена в голову. В черепе застрял осколок. Нужен врач.

Таркин кивнул:

– Немедленно доставьте ее на станцию.

– Мы уже летим, сэр. Прибудем через несколько минут.

Таркин разорвал связь и активировал станционный интерком. Ответил капитан Хотайс:

– Медцентр Н-1.

– Адмирал Даала получила серьезное ранение в голову во время нападения. Скоро ее доставят к вам. Соберите лучших врачей.

– Так точно, сэр.

Таркин отключил переговорник. Эта неприятность омрачила чувство триумфа от успеха первого выстрела суперлазера. Он не хотел потерять Даалу – это испортило бы ему победу.

А еще – он же любит ее…

Тысяча километров от «Звезды Смерти»

Хотя первая волна Х-истребителей вдвое превышала по численности находившиеся в заслоне СИДы, они летели, не делая никаких маневров. «Надеются прорваться прямо сквозь защитников», – догадался Вил.

А вот этого не будет. Вил поймал в прицел первый «икс», подошедший на расстояние выстрела, дал залп, и тот просто развалился на куски. Противник и глазом моргнуть не успел.

Можно перемещаться внутри зоны защиты, но все равно у истребителя есть определенная позиция в установленных пределах. Х-истребители пытались миновать их, а не вступать в схватку. Они стреляли, если СИД оказывался прямо на пути, но не отклонялись от своей траектории. Их целью была «Звезда Смерти», что сделало их легкими мишенями.

Что за идиотская стратегия?

Вил быстро взорвал второго противника, затем третьего. С боевой станции за его спиной вылетели еще истребители, а за «иксами» появились подошедшие звездные разрушители. Шансы очень быстро сравнялись, а затем оказались на стороне Империи.

В наушниках раздался голос командира:

– Эскадрильи «Альфа», «Бета», «Гамма» и «Дельта» – за ними! Стрелять по готовности!

Дролан хотел, чтобы подчиненные ему части собрали кровавую жатву – и чем кровавее, тем лучше. Следующая волна СИДов остановит любого, кто вздумал бы напасть вслед за «иксами», а опоздавшим имперским пилотам вообще не в кого будет стрелять.

Вил пожал плечами. Если повстанцы мечтают о самоубийстве, он со своими людьми просто обязан им помочь. Он вызвал эскадрилью:

– Эскадрилья «Альфа», вы слышали приказ. Перестраиваемся веером и выносим их к хаттам! Десятикликовый строй, сильно не растягиваться.

Он услышал дружное: «Вас понял, сэр!», развернул свой СИД и бросился в погоню за «иксами».

Это был не бой, а резня. Х-истребители так стремились поразить станцию, что не наносили ответных ударов по вражеским истребителям. Волна, в которой был Вил, успела уничтожить всего штук восемьдесят, когда со «Звезды Смерти» прибыло подкрепление. Ни один «икс» из второй волны не пробился сквозь заграждение, сформированное СИД-эскадрильями со звездных разрушителей.

Когда все закончилось, на счету Вила значилось десять сбитых, что было аккуратно зафиксировано носовой камерой и отражено в бортовом журнале.

Пилот, сбивший пять вражеских кораблей, считается асом. Сейчас капитан-лейтенант Дэнс запросто стал «двойным асом» – как и многие другие пилоты. Потери среди СИДов составили немногим более сотни машин.

Это был первый бой, где Вил сражался с повстанцами, но он не испытывал гордости. Все было просто.

Слишком просто.