Читать книгу "Лекарь. Второй пояс"

В стороне, вне кольца стражников, на открытом пятачке в полусотне шагов от деревьев, Аймар кружил вокруг Зверя.

Эта Медведе-обезьяна оказалась ненамного крупнее тех, что второй день нападали на нас. Чуть меньше человека ростом, она и не пыталась встать на задние лапы, используя все четыре, чтобы скакать за Аймаром. А вот шерсть выделяла её. Вычесанная, чистая, она резко отличалась от тех косм, что таскали на себе остальные. И цвет её сразу говорил, чего нужно опасаться. Зелёная.

Но не это поразило меня, а то, что кроме отчётливо видимых вспышек обращений земных техник, я видел и гораздо более слабые голубоватые всполохи под ногами Аймара.

Я… видел… его технику передвижения.

Видел момент, когда его духовная сила выплёскивалась из тела в обращение. Я не использовал духовное зрение, не вглядывался в пустоту до рези в глазах. И всё равно замечал всполохи чужих техник. Не только под его ногами, но и пробегающие по лезвию меча, появляющиеся перед грудью Аймара.

Я быстро перевёл взгляд на Воинов вокруг, убеждаясь, что у них ничего подобного не вижу, а затем снова вернулся к Аймару.

Чем дольше я глядел на его схватку, тем больше убеждался в том, что мне с местью пока нечего ловить в поместье. Пусть даже Домар слабее Аймара, но мне не хватит этой слабости для победы. Не тогда, когда рука до сих пор не вернула себе полной силы. Не тогда, когда за спинами здешних Мастеров годы тренировок и схваток.

Аймар был великолепен, ничуть не походя на самого себя во время схватки с Рейном Тамим. Сейчас он непрерывно применял технику движения, чтобы избегать ударов сотен зелёных копий, что тут и там вырывались из земли. Используй вожак Медведе-обезьян это умение на плотном построении стражников, и нам пришлось бы плохо, но сейчас у него нашёлся враг пострашнее. Враг, который требовал всех его сил.

Аймар не просто убегал, он метался вокруг Обезьяны, то и дело сам применяя техники, которые я и видел. Оружейные, усиления, Опору, дистанционные. В вожака Медведе-обезьян летели голубоватые мечи, десятки почти невидимых игл, ярко-голубых сгустков.

Я, конечно, жадно всматривался в сражение Мастеров, точно так же, как в сражение с Рейном. Сейчас, видя подсказки всполохов, я чуть лучше понимал куда смотреть и чего ожидать. Видел слабые места Аймара: паузы в один-два вдоха, когда тот менял технику передвижения на дистанционную, ещё более долгие паузы, когда он наполнял силой созвездия более сильных техник. Но видеть и суметь воспользоваться разные вещи.

Укол Пронзателем в плечо, пинок в опорную ногу и Шип в голову? А едва он отобьёт его, Звёздный Клинок снизу, в пах?

В мечтах неплохо, но вот сумею ли я провернуть подобное? Вожак Медведе-обезьян тоже, наверное, замечал, когда его враг замедляется и беспомощен без техники передвижения, продолжая перебирать ногами уже без неё и замедляясь, но пока не сумел даже зацепить Аймара своими умениями.

Не знаю, какое было Возвышение у Зверя, но битву техник и умений он проиграл. Бритвенно острая поросль, которая пыталась ужалить Аймара, побледнела и исчезла, сам же Аймар метнулся вперёд, к самому Зверю. Теперь пришла очередь Зверя защищаться и выжидать момент.

Сейчас Аймар не использовал технику передвижения. Я видел это точно. Он метался перед Зверем, пользуясь только силой и скоростью своего Возвышения. Зато в оружейную технику вливал силы щедро, раз за разом применяя земную технику.

С меча сыпалась голубая пыль, сталь оставляла после себя светящиеся росчерки в воздухе и кровавые разрезы на шкуре Зверя, пробивая его природную защиту. Оружие против лап.

Первые мгновения когти проигрывали стали. Затем Зверь заревел, по его шкуре пробежали зелёные всполохи, и за полмгновения когти на обеих лапах удлинились, почти сравнявшись длиной с мечом Аймара. Сталь столкнулась с когтями и победителя не нашлось.

Правда, Аймар оказался с одним клинком против двух лап. Почти как стражник Думейн на тренировочной площадке, где сошлись в схватке «злые» разбойники и «добрый» караванщик. Отличие в том, что Аймару не нужно было никого защищать, только себя. А в звоне стали он оказался гораздо лучше, чем с трудом стоящий на задних лапах Зверь.

Вспышка, вспышка, вспышка.

Аймар каждый удар сопровождал оружейной техникой, используя её непрерывно, как Мастер. Десять вдохов и Обезьяна каждый такой удар стала встречать рыком. Сначала гневным, а затем жалобным. Миг и меч Аймара метнулся словно змея, скользнул по когтям занесённой лапы Зверя, проник дальше, ударил в глазницу. Вспышка. Ещё одна.

Рык сменился хрипом, который быстро стих. Аймар вырвал из раны меч, рассёк перед собой воздух, видимо, стряхивая кровь, и крикнул:

– Эй, где там лека…

Окончание его фразы утонуло в жалобном вое: все уцелевшие Медведе-обезьяны так встретили смерть вожака. На мгновение сражение замерло, а затем Обезьяны ринулись прочь, за два вдоха скрывшись на деревьях и сопровождая своё бегство всё тем же заунывным воем, который, казалось, заполнил весь лес. Я огляделся, подмечая раненых. Мало. И стоило два дня бежать, заставляя выбиваться из сил Закалок, если выгоднее принять сражение со всеми врагами и убить вожака? К чему было всё это?

Стражник, тот, что из щитов, пихнул меня в плечо:

– Чего замер? Ты не слышал, господин зовёт?

Я кивнул, но стражнику не было дела до моего ответа, он ухватил меня и рванул к Аймару. Техникой. Которую явно не освоил на уровне познания. А может дело в том, как небрежно он меня держал. Но и стражника повело в сторону, да ещё и явно наградив болью в меридианах, судя по его невольному хрипу, и меня сдавило и рвануло так, что не будь у меня идеальной закалки, то рёбра могли хрустнуть.

Стражник выпустил меня, выпрямившись, сложил руки в приветствии и прохрипел:

– Господин.

Вблизи стало видно, зачем Аймар звал меня. Это со стороны казалось, что он играючи избегал ударов умения Зверя. Сейчас же я понял, что гибкие зелёные побеги острые настолько, что могли соперничать с заточкой мечей, не раз касались Аймара. Сапоги, явно непростые, остались целыми, но штаны оказались рассечены в нескольких местах. И под каждой прорехой скрывалась кровоточащая рана. Такая же обнаружилась на тыльной стороне левой руки, похоже, Аймар даже не мог шевелить пальцами. Спустя миг я и вовсе увидел разрубленные кости, рука держалась только на уцелевших мышцах.

Хуже всего то, что я заметил в ране зеленоватые нити.

Воздух застонал, расходясь на пути мчащегося техникой Воина.

Пинь. Ему хватило мгновения, чтобы оценить раны Аймара и закричать:

– Господин, немедленно используйте свою стихию, чтобы выжечь чужую!

Аймар рявкнул в ответ:

– Я, по-твоему, первый раз в лесу? – вбросив меч, повернулся ко мне и зло сказал. – Помогай, я что, должен остаться здесь без сил?

Раздался незнакомый голос:

– Господин должен быть здоров, когда мы пойдём мимо гнездовий. Такое было условие нашего контракта.

Оглянувшись, я обнаружил одного из проводников. Неудивительно, что я не узнал его голоса. Я и слышал его впервые, до этого тот всегда оказывался слишком далеко, чтобы разбирать слова, с которыми он обращался к Аймару. Мне оставалось лишь кивнуть и потребовать то, что я решил в своих раздумьях:

– Пока я лечу, никто не должен мне мешать и хватать меня. Ясно?

Проводник перевёл взгляд на Аймара, а тот довольно протянул:

– Вот оно как?

Я сам уставился на Аймара, а на губах того, невзирая на текущую из ран кровь, появилась улыбка:

– Кажется, я всё лучше понимаю Лира, который бросился тебя искать. Такой новичок и для клана Гарой неплохое приобретение. Молодец Домар, хороший куш ухватил для нашей семьи. Спустя столько лет унижений, в нашу семью нанялся достойный Воин, – по губам Аймара скользнула странная улыбка. – Похоже, племянник сумел сделать мне дорогой подарок.

Пожав плечами, я молча обратился к своему кисету. Пусть Аймар и Мастер, но я не буду отходить от проверенной последовательности. Что бы там ни надумал себе Аймар, но в своих силах я не до конца уверен, я даже не могу их сейчас применять в полной мере, так что мне кстати окажется помощь и Сильфания, и Сердца Тигра.

Но от усмешки, про себя, тайно, я удержаться не смог. Аймар неправ. Домар сделал всё, чтобы навлечь на свою семью беду. Придёт время, и ты сам в этом убедишься, Аймар. Такие подарки не дарят родственникам. Поверь.

Глава 13

О том, что наша гонка заканчивается, я понял, едва услышал негромкие слова:

– Господин, похоже, мы пришли, пора поворачивать.

Аймар несколько мгновений вглядывался в сказавшего это проводника, который лишь десяток вдохов, как вынырнул из зарослей, а затем кивнул:

– Наконец-то.

– Господин, слишком…

Аймар резким жестом прервал проводника:

– Мне не нужны оправдания. Ты нашёл место для приманки?

– В… – проводник запнулся, покосился на стражников и уже гораздо тише продолжил, – в половине дня пути, перед подножием есть одно место. Идеальное.

Я нахмурился, всё равно разобрав эти слова, как бы тихо проводник их ни шептал. После ранения Аймара меня не отпускали от него далеко. Я раз за разом лечил его, едва отходили от боли меридианы. Хотя ему говорил, что беда в пустом средоточии. Аймар злился, отмахивался от моего предупреждения об опасности такого частого использования земной техники Длани и требовал продолжать. Я и не отказывался, хотя его кровь меня и разочаровала. Но кто обещал, что снять цепочку будет так легко? Да и без того мне хватало поводов для раздумий о своих новых способностях.

Но сейчас я позабыл о них, а мои старые подозрения вспыхнули с новой силой. Приманка для Зверя – обычное дело. Её используют охотники Нулевого, я сам сооружал приманку-пещеру с небесными растениями, ватажники часто лили кровь на тропу, а бережники в воду. К чему таиться от остальных стражников?

Аймар сжал перед собой кулак, оглядел стиснутые пальцы и приказал:

– Пинь, выдвигаемся.

Пинь, как всегда, согнулся в лёгком поклоне:

– Слушаюсь, господин.

Проводники, что старший, что младший, редко это делают. И да, теперь, спустя столько дней пути, я вижу, что они сильно отличаются по возрасту, хотя в первый день я решил, будто они равны по годам. Меня ввели в заблуждение их, словно обветренные, лица. А на деле один из проводников старше, но выше по Возвышению на пару звёзд, а потому не выглядит на свои года.

После убийства вожака Медвежьих Обезьян, мы ещё сильнее приблизились к скалам, что возвышались над лесом и двинулись вдоль них на восток, туда, откуда вставало солнце. Шли странно. Едва в зарослях раздавался очередной крик Обезьяны, как мы смещались на тысячу шагов в сторону скал, стоило им утихнуть, как мы сразу отдалялись от скал. Словно скользили по самой границе территорий двух сильных Зверей. Но на ходу я не мог найти ни единой их метки. Даже Обезьян. Впрочем, я никогда и не был силён в чтении следов. Здесь бы пригодились глаза потомственного ватажника Гунира или потомственного охотника Зимиона. Я так… недоучка, который торопился как можно быстрее уйти в лес, надеясь на свою силу и удачу. И не сказать, что мне их не хватало в Морозной Гряде.

В следующий раз мы остановились на краю огромной поляны. Которая походила на след от удара гигантской дубины: лес резко закончился, расступаясь в форме овала. На этой проплешине, вмятине в теле леса глубиной мне чуть ли не по пояс не росли даже кусты. Лишь невысокая трава. Невольно я вспомнил другую похожую поляну вокруг купола Фонтана. Только там трава была выше и сочней.

Никто выходить на эту поляну не спешил. Я присмотрелся к траве. Нет. Ни одного признака того, что перед нами гигантская Ядожорка. Либо это обычная трава, не заслужившая своего названия, а потому я её и не видел в зале трав в Павильоне учителя Фимрама, либо небесная трава, которая знакома только местным охотникам и не имеет пользы для алхимиков.

Зато я подметил другое. Теперь, оказавшись ближе к скалам, что вздымались из зелени леса, я видел крупные чёрные точки, которые кружили в небе вокруг них. Птицы. Эти каменные пальцы, тянущиеся к облакам – прибежища птиц. Теперь, зная куда смотреть, я замечал их и на самих скалах. Различал гнёзда и провалы пещер, из которых то и дело вылетали их обитатели.

Выходит, нечего было и надеяться увидеть на земле метки летающих Зверей. А то, что передо мной Звери, я не сомневался. Не в глубине леса, не после той опаски, с которой мы двигались в отдалении от скал последние полтора дня. Не при таких размерах летающих тварей. Если я отсюда вижу эти точки, то там Звери, не сильно мельче Ужасного Ворона, но при этом живущие огромными стаями. Неудивительно, что окрестные леса будто вымерли. Звери затаились, а все Воины постоянно косились на небо. Но что с этой поляной?

Старший проводник вопросительно протянул:

– Господин?

Аймар кивнул.

– Разве это идеально? Слишком далеко.

Проводник покачал головой:

– Отсюда и не нужно. Я предлагаю господину идти на ту сторону.

Аймар вгляделся вдаль, кивнул и приказал:

– Туда, – для надёжности даже указал направо рукой, очертив ей в воздухе дугу. – Тихо.

Так по дуге, в полусотне шагов от поляны, отряд и двинулся. Очень медленно, очень тихо. Всё время косясь на две скалы, что становились всё ближе и то и дело мелькали в проплешинах крон над нашими головами. Остановились мы на равном удалении от обеих скал, спиной к ним, в десяти шагах от края леса. Проводники переглянулись и кивнули. Тут же на свет из мешка Путника появились шесть флагов, которые заключили отряд в кольцо. Пинь негромко пояснил всем:

– Формация Ночной Тишины. Можете разговаривать. Не кричать, не выходить за её пределы.

Аймар кивнул и сообщил Пиню:

– Ждите.

Тут же замерцал, став полупрозрачным, цвета его одежды и доспехов поплыли разводами, меняясь. До пояса он стал зелёно-коричневым, как трава и листва, на которой стоял, а выше пояса серым, почти чёрным. Явно техника маскировки и явно более высокого качества, чем мой Смарагдовый Ящер. Мне во время техники нужно стоять на месте, замирая без движения. Аймар же медленно двинулся вперёд, а по его телу словно потекла неспешная волна, которая перекрашивала его на ходу. Едва оказавшись на залитой солнцем проплешине, как зелёным он стал только до колена, выше же его тело стало почти невидимым на фоне далёких деревьев по ту сторону поляны. Первую сотню шагов я ещё мог угадывать, где находится Аймар, по волнению невысокой травы, но затем полностью потерял его из вида.

Ждали мы долго. Похоже, что он снова зачем-то пересёк проплешину из края в край. Я давно перестал вглядываться в траву впереди, пытаясь заметить возвращающегося Аймара. Вместо этого шагнул в сторону, найдя дыру в листве, и глазел на утёсы за спинами отряда. На кружащие вокруг них точки. Даже зрение Воина не помогало разглядеть детали. Слишком далеко. Сколько ни вспоминал услышанное в прошлом и в этом Поясе, не мог припомнить летающих Зверей, что селятся такими большими стаями.

Размышления прервал голос проводника:

– Господин.

Повернувшись, я обнаружил Аймара в десяти шагах от себя. Он стоял и, сняв шлем, с наслаждением разминал шею. Похоже, что эта прогулка не так легко далась ему, как выглядела со стороны. Не припомню такого у себя после Шагов или Ящера. Впрочем, его техника для маскировки явно использует больше пяти узлов. Аймар – Мастер третьей звезды. Возможно, что он использовал технику на пределе и в ней тридцать, а то и все сорок узлов? Я бы не отказался от такой, когда пробирался к Фонтану.

Наконец Аймар пришёл в себя, снова надел шлем и громко приказал:

– Закалки, ко мне.

Закалки, успевшие за время ожидания Аймара усесться на землю, принялись вставать. Слева раздался шум. Покосившись, увидел, как стражник с символом дерева пихает в спину плечистого мужика Закалку, а тот упирается. Это заметил не только я, Аймар рявкнул:

– Я приказываю! Закалки, ко мне.

Мужик вздрогнул, символы одного из контрактов над его головой ярко засияли, и он шагнул вперёд. Оглянувшись на недовольного Аймара, я увидел, как Пинь складывает перед ним мешки с лямками. Очень похожие на те, что я таскал в Школе: толстые ремни, массивная пряжка, которая должна стягивать лямки на груди, чтобы мешок не болтался на спине во время бега.

Я сглотнул, ставший в горле, комок. Что это и почему Закалкам нужно тащить это именно сейчас?

Я не ошибся. Стражники из отряда Аймара споро закидывали мешки на плечи подходящих Закалок, стягивали ремни, не дожидаясь, что те справятся сами. Случайно я заметил Зотара, который стоял чуть в стороне. Его лицо было белым. Здесь, у края леса, где солнце разогнало привычную тень, это отчётливо видно. Молоко, на котором чернел грязный мазок по щеке.

Я невольно сглотнул ещё раз, ощущая, как в груди холодеет. Рядом с Зотаром стоял тот странный стражник, над которым почти не было контрактов, но нашлись двухцветные Указы. Стражник ухмылялся. Так отвратительно, что меня передёрнуло. Глаза его блестели, между приоткрытых губ виднелись зубы, словно он был Зверем, что скалил клыки при виде добычи.

Я поспешно отвернулся и перевёл взгляд обратно, на Закалок и Аймара. Тот тоже улыбался, но улыбка его была странной, застывшей. Едва стражники затянули последний ремень, как Аймар шагнул вперёд. Через миг я видел только его спину и лица Закалок.

– Отбросы, – Аймар двинулся вдоль Закалок. – Я выкупил у Двух Холмов ваши долги, взял вас под свою руку. Вместо двух лет службы пообещал после десяти выходов дать вам свободу и расчёт. Дал денег, которых хватит на пару лет выплаты налога Возвышения. Два года жизни во Втором для вас и ваших семей. Неплохой договор, верно? – остановившись, Аймар хмыкнул. – Почему я не слышу ответа?

Раздался нестройный гул голосов:

– Да. Ага. Верно, господин.

И один резкий, громкий:

– Брехня! От тех, кого ты привёз со мной из Холмов, не осталось и половины. Лучше бы я ушёл в Первый!

Говорил тот самый плечистый Закалка, который упирался до этого, не желая идти. Символы над его головой и сейчас то наливались сиянием, то гасли.

Пинь нахмурился, шагнул вперёд:

– Как ты говоришь с господином?

Аймар с клокочущим смехом остановил Пиня, который уже занёс кулак:

– Пусть говорит, пусть, – затем оглядел Закалок, негромко сообщил, заставляя вслушиваться в свои слова. – Второй пояс, его лучшие места, переполнен людьми. Щёлкни я пальцами на рынке в Холмах и устраиваться ко мне прибегут даже Воины. Вы же – жалкие отбросы, неспособные подняться выше этапа Закалки. Первый пояс? Кому вы там нужны? Там своих Закалок тьма. Закалок, за которых есть кому поручиться. Ваша участь – Нулевой. Безжизненные пустыни и палящее солнце. Ни капли воды и иссушающее тело нехватка силы Неба…

Его снова перебил плечистый:

– Брехня! В Двух Холмах есть гильдия нулёвок. Не всё так плохо в ихнем Нулевом.

Аймар согласился:

– Ты прав. Есть такая гильдия. Я и сам разговаривал с нулёвками. И никто из них не мог вспомнить, кто из его предков был из Первого или Второго пояса. Вы понимаете, что это значит?

Раздался новый голос. Мужчины, что стоял крайним среди Закалок. Поджарый, с худым лицом, которое пересекал шрам. Он громко и спокойно ответил Аймару:

– Что наши дети и даже внуки будут жить в тех песках, жрать сушёное мясо и вручную поливать каждую грядку, молясь, чтобы жара или буря не погубила урожай. Пока дети здесь, у них есть шанс. Даже в Первом их шансы падают. По контракту наши семьи ещё полтора года будут жить здесь. Мне этого достаточно. Я знал, на что иду, когда выбирал между падением в Первый и долговым контрактом с городом. С тобой, Аймар. Хватит оправдываться перед Небом.

Пинь рявкнул:

– Ах ты!

Рванулся вперёд, сбил мужчину с ног, ударил его раз-другой, остановился, только когда услышал приказ Аймара:

– Хватит, – помолчав, Аймар глухо сказал. – Этот выход – последний. Вам нужно пробежать до конца поляны, затем можете бежать куда хотите. Через неделю, может быть две, мы пройдём обратным путём. Ждите у ручья, мы заберём вас.

Мужчина, что до сих пор валялся на траве под ногами Аймара, захохотал. Пинь ухватил его за плечо, вздёрнул вверх. Смех сменился стоном.

Я же лихорадочно пытался понять, насколько это вообще возможно Закалке добраться до ручья, который мы прошли вчера, уже ближе к вечеру? Почти день пробираться через лес. Одному. Пустяковое дело для опытного Воина, привычного к лесу. Но для Закалки…

Старший из проводников не задавался такими вопросами, а пошёл вдоль Закалок, выдавая каждому по фиалу из своего кисета и повторяя:

– Это зелье выносливости. Станете почти Воинами и тысячу вдохов будете бежать так же быстро и неутомимо.

Мужчина со шрамом, в свою очередь, взял зелье и, сжав его в руке, снова захохотал. Да и я недоверчиво покачал головой. Я так и не сумел создать ни одного зелья, хотя половину месяца старик Фимрам и пытался проверить мой талант в алхимии. Но я два месяца помогал Маро их варить, расставлять по полкам, а потом даже разносил зелья по поместью. Мне ли не знать, как выглядят зелья выносливости.

Не тот цвет.

По рецепту старика Фимрама зелья выносливости для Закалок очень слабые, почти прозрачные, желтоватого оттенка от корня Синаписа.

Даже если Аймару нет дела до здоровья Закалок…

Я едва сам не захохотал, как тот мужик со шрамом на лице. Аймар, который сначала бросил в лесу стражников Воинов, а теперь бросает простых Закалок, заботится об их здоровье? Какой бред!

Но всё равно, зелье выносливости для Воинов по рецепту старика Фимрама выходит, скорее, коричневым из-за корня Шлемника. И Закалки сжимают в руках точно не его. Зелье в их фиалах, скорее, чёрное. Прозрачное стекло, не рассчитанное на долгое хранение, позволяет мне увидеть это отчётливо.

Ещё один стражник из отряда самого Аймара, с символом дерева на груди, прошёлся вдоль строя Закалок, за их спинами, срывая завязки с мешков и обливая их из большой бутыли. В ноздри тут же полезла невыносимая вонь тухлятины, от которой першило в горле.

Приманка? Подозревая худшее о судьбе Закалок, я думал, что им придётся идти впереди нас к Сердцу Стихии, ведь таких слабых идущих Звери этапа Мастера не должны замечать. Я считал, что они пригодятся для того, чтобы пройти какую-то хитрую формацию. В конце концов, рискнуть своей жизнью, где-то сделав первый шаг, вместо Воина-стражника.

Но я и подумать не мог, что они сами станут приманкой для Зверей. Мой взгляд заметался по Закалкам, я снова оглядывал ремни их мешков, подмечая то, на что не обратил внимания сразу. Эти ремни не снять самому, пряжки не впереди, а сбоку, а то и за спиной. Во всяком случае, не снять быстро, а насколько могут быть прочными ремни из кожи Зверей, я знаю не понаслышке, сам когда-то связывал ими Воинов Тигров.

Давным-давно, впервые вступив на песок школьной арены, я хвалил Виликор за идею с мясными щитами. Тогда она поставила Закалок и неспособных создать простейший Покров впереди остальных учеников класса. Они своими телами должны были купить нам несколько мгновений, встав на пути Лезвий. Но тогда всех нас защищала формация арены, которая не допустила бы настоящих ранений. Здесь и сейчас Аймар обрекал Закалок на смерть.

Стражники закончили с мешками, Аймар глухо сказал:

– Приказываю, пейте и бегите до конца поляны. Мешки разрешаю сорвать только в лесу.

Мужчина со шрамом ухмыльнулся, точно таким же жестом, как когда-то Кирт. Двумя пальцами той же руки, которой держал фиал, вырвал пробку и махом осушил зелье. Ухмылку сменила гримаса, через мгновение он развернулся и выскочил на поляну.

Один за одним Закалки, над которыми ярко сияли символы контрактов, выпивали зелья и после гримасы срывались на бег. Последним остался тот строптивый, плечистый. Он крепко сжимал кулаки и с ненавистью глядел на Аймара. Затем глухо застонал, упал на колени и дрожащей рукой принялся срывать пробку. Уже два контракта над его головой ярко вспыхивали символами. Наконец плечистый справился с фиалом и бросился догонять остальных.

Аймар выругался и раскинул руки. На этот раз я отчётливо ощутил, как что-то словно дрогнуло вокруг в мире. Сосредоточившись, я сам чуть потянул силу Неба, обратившись к боевой медитации. Вот на расстоянии руки мелькнула одна нить воды, другая. Ещё через мгновение я понял, что ошибался – нити оказались слишком светлые для моей стихии. Я снова видел не воду. Впрочем, к виду чужой стихии я уже привык. Дважды любовался на средоточие Аймара и плавно скользящие по его телу нити воздуха.

Десять вдохов, двадцать. Нити, которые по-прежнему мелькали вокруг меня, явно ускорили свой полёт. Пинь вырвал один флаг формации тишины, приказал:

– Приготовьтесь. Защищайте господина. Ни один Зверь не должен помешать ему.

Стражники зашевелись, потянули из ножен оружие или просто крепче перехватили его в руках. Я мельком огляделся, тут и там подмечая мерцающие символы контрактов над их головами. Вернулся взглядом к Аймару.

Пятьдесят вдохов. Нити, кажется, ещё сильнее ускорились. Аймар явно использует Круговорот не для того, чтобы просто восстановить потраченную энергию. Мне кажется, что он пытается дотянуться Круговоротом до скал и привлечь птиц. Приманить их туда, где так несёт тухлятиной.

Я стиснул зубы. Тварь.

Под ногами прокатилась зелёная волна. Словно не доверяя зелью, молодой проводник тут же опрокинул ещё одно, щедро выпуская ещё одну волну смывающего запах зелья. Какие теперь шансы добежать до леса у Закалок?

Я снова шагнул в сторону, туда, где в просветах кроны можно было видеть утёс и кружащие вокруг него точки. Это вообще возможно? Дотянуться до них Круговоротом? Может быть, я зря переживаю и план Аймара сорвётся?

За спиной рявкнул гром, заставляя меня покачнуться и зажать уши ладонями. Какого дарса?

В голове звенело, когда я обернулся. Там, на поляне, далеко за кромкой деревьев, добравшись почти до середины проплешины, валялись ничком Закалки. Сейчас они оказались заключены в огромный круг флагов, в круг формации.

Я сглотнул, понимая всю задумку до конца. Вот зачем уходил туда Аймар? Он вовсе не пересекал поляну из края в край, а в её центре расставлял ловушку для Закалок. Вот она – вся приманка. У едва видимых отсюда флагов на вершине загорелись красные огни, налились яркостью, вспухли вдвое и исчезли.

С новым оглушительным раскатом грома.

На этот раз я оказался готов и лишь вздрогнул. А вот начавших было вставать Закалок снова вбило в землю. В буквальном смысле. Я видел, как возле флагов полетела клочьями трава, сорванная порывом ветра, так силён был удар грома.

Раздался короткий рёв, сменившийся жалобным визгом.

Я опомнился, отвёл глаза от Закалок, растянул во всю ширь боевую медитацию, огляделся. Это слева приняли на копьё первого Зверя, какую-то мелкую пятнистую тварь. Аймар всё так же стоял, поддерживая Круговорот. Он-то знал, что будет раскат грома, был готов к нему, тварь.

До этого мгновения я не испытывал к нему ненависти, определял для своей мести лишь Кирта, Домара, Сирка и Симара. И то, на старика – отца братьев мне было плевать. Он и сам оказался не слишком доволен действиями сына, да и защитил мою семью от допроса тогда в Павильоне. Я даже был благодарен Аймару, который считал, что я просто принял службу его семье и показал мне, какой на самом деле должна была быть служба того, кто перешёл из Первого на земли предков. Или хотя бы пообещал многое из того, что могло стать наградой за службу, намекнул на настоящее будущее таланта, пришедшего из Первого: турниры, состязания в силе, женитьба на дочери одного из Саул, лекарства, жетон лекаря…

Но теперь…

Теперь я видел, что все они, что племянники, что их дядя сварены в одном и том же горшке. Он бросил своих людей, использовал беспомощных Закалок как приманку. Зотар всё понял гораздо раньше меня. Впрочем, он и знал больше, несколько месяцев проведя в лесах, общаясь со стражниками семьи.

Всё поняли и тот плечистый, что до последнего сопротивлялся долговому контракту, и тот Закалка со шрамом, который сказал Аймару заканчивать оправдываться перед Небом. Оправдываться? Он считал, будто Аймар стыдится того, что сейчас случится? Как бы не так. Аймар всё продумал, выносил в себе, не раз представив, как всё это будет.

Круговорот, мешки с вонючим содержимым и формация, которая удержит в себе приманку и заявит о ней на всю округу.

Дарсова тварь.

Стоит мне только освободиться, и я прикончу Аймара.

Будто услышав мои слова, Аймар закашлялся, оглянулся. А я опомнился и опустил глаза. Сейчас в них слишком много ненависти. Её сейчас не сменить другой маской, можно только спрятать, чтобы она не вырвалась ни духовной силой, ни ощущением стали Пронзателя, который я вобью когда-нибудь в сердце Аймара. Повезло уже в том, что никто из стражников не обратил на меня внимания, всматриваясь в кусты и траву. Повезло, что вечно наблюдающий за мной Кирт занят тем же.

Да и о том, что я убью Аймара, едва освобожусь, подумал сгоряча. Я видел его схватку с тем убитым… С Рейном из семьи Тамим, а потом с Гнилым Лосем. То, что я видел в его бою заминки между техниками, ничего не значит. У Аймара третья звезда. А это означает, что он может использовать полностью непрерывно техники с тридцатью узлами. Что это значит для меня? Это непрерывный поток Лезвий Духа третьего созвездия. Это непрерывные Ледяные Шипы второго созвездия. Хотя дистанционные техники не так уж и хороши против того, кто может использовать Духовную Защиту, и я сам это не раз доказывал, принимая на неё даже земные техники.

Но и соревноваться в размере средоточия с Аймаром, не то, на что смело можно делать ставку. Я даже не знаю, каков обычный размер средоточия у тех, кто вырос во Втором и достиг успеха в Возвышении, став Мастером, но его размер у Аймара меня впечатлил.

Гораздо хуже то, что Аймар имеет и может использовать в бою более качественные техники передвижения. Если я буду обходиться Двойным Шагом первого созвездия, то он будет использовать схожую технику третьего и станет едва ли не вдвое быстрее. Если я смогу использовать Рывок второго созвездия только через Умножение, а значит с небольшими перерывами и ограниченное число раз, то он столько, сколько ему будет нужно.

Плевать на Рывок, я ведь не убегать от него буду, а стоять на одном месте. Да и сражаться с тем, кто быстрее меня – мне не привыкать. Я никогда не мог сравниться с Виликор в звоне стали. Но вот сама сталь и оружейные техники… И Ярость, и Звёздный Клинок будут доступны мне только через Умножение. А Аймар нанесёт вдвое, втрое больше ударов. Нанесёт столько, сколько будет нужно для победы.

Я не смогу убить его сейчас. Не тогда, когда я уже несколько месяцев не брал в руки Пронзатель и тщательно отучивал себя использовать Шаги при угрозе. Даже если открою козырь в виде Призрака. Моя ненависть к Аймару, Домару или Симару велика, но не настолько, чтобы ставить всё, что у меня есть на схватку здесь и сейчас. Я подожду. Одним поводом для ненависти к семье Саул больше.