Читать книгу "Второй круг"

– Еще одна хорошая новость. Можно ли взглянуть, из-за чего разгорелся весь этот жуткий скандал с расхищением гробниц.

Носитель без колебаний передал императору Фатара. Тот покрутил в руках ничем не примечательный перстень.

– Что же есть в нем такого, чтобы рисковать жизнью, своей и чужой?

– Он магический, ваше величество. Если желаете, можете его примерять. Возможно, он пожелает показать свои возможности.

– Читуний его примерял?

– Да.

– Тогда я не буду. Кто знает, что он сделал с Читунием, что он так быстро сменил гнев на милость.

Гартош рассмеялся, возвращая перстень на палец:

– Вашему собрату не понравилось общение с этим перстнем. И я объяснил Читунию, что он не принадлежит никому, даже мне. Хотя он и находится у меня на пальце.

– Вы хотите убедить меня, снять опалу с Лейзона, и остальных?

– Да, ваше величество.

– Тогда расскажите мне все. С самого начала.

И император откинулся на спинку кресла, ожидая захватывающих историй. И они последовали. Митар оказался любознательным парнем, и историей с перстнем Гартош не отделался. Пришлось пересказать, чуть ли не всю историю своей жизни, которую, нужно сказать, с немалым интересом слушали все присутствующие. Наконец монарх удовлетворил своё любопытство, и поднял руки, как бы подчеркивая, что хватит историй:

– Ты даже не представляешь, Гартош, насколько это все интересно. Все что ты рассказал. Вы, имеющие возможность путешествовать, счастливые люди. Тут, даже за пределы, не то, что столицы, за пределы дворца не можешь вырваться. А вы можете путешествовать по разным мирам. Завидую.

– Я вас прекрасно понимаю, ваше величество. Быть монархом большая ответственность. Я имею в виду, настоящим монархом. Отвечать за всю страну, очень тяжелое бремя, и немало тех, кто рвался к такой власти, потом готовы были отказаться от неё, с тем, чтобы иметь возможность свободно распоряжаться собой. У меня имелось достаточно власти в своем мире, да и не только в нем, но я предпочел свою личную свободу.

– Вот-вот, – вздохнул Митар. – Я верну Лейзону его земли, и Зирия верну в гвардию. С этим проблем не будет. Но я бы еще хотел поговорить о следующем. Вы помогли Читунию избавиться от каги, и вернуть магов. Что вы скажете о том, готов ли Читуний к более активным действиям против монахов? И если готов, поможете ли вы нам в этом противодействии?

– Моё личное мнение – да, готов. Но вы это должны выяснить самостоятельно. Дело в том, ваше величество, что существует некий мировой, точнее, межмировой порядок, правила. Они негласные, но их следует придерживаться. И согласно этим правилам, вмешательство, активное вмешательство в дела того или иного мира, из-за его пределов, не приветствуется на высшем уровне. – Гартош ткнул пальцем в небо. – Мы с этим уже сталкивались. Поэтому бороться с каги вам придется самостоятельно. Мы и так изрядно наследили в этом мире.

– Понятно, – досадливо крякнул император. – Жаль. Такие союзники нам бы не помешали. Ну да ладно, будем справляться сами. Надеюсь, Читуний действительно созрел для активного противодействия монахам. Вместе справимся.

– Вам бы неплохо найти общий язык с Солонтом. Советник императора, снова стал министром безопасности, и очень негативно относится к монахам, он может вам помочь.

– Солонт вновь министр? Хорошая новость. Я его неплохо знаю. И вот еще что. У меня тоже есть советники, и я хочу, чтобы перед тем как покинуть наш дворец, с одним из них вы побеседовали. Точней, с одной из них. Ратга, познакомься с нашими гостями.

Сидящая в углу неприметная женщина, которую не сразу то и приметили, и на которую не обращали особого внимания, поднялась и отвесила легкий поклон:

– Мы немного знакомы. Я пыталась помочь вам возле храма Гаразу.

– Сова? – быстрей других сообразила Алеандра.

– Да. Я наблюдала за происходящим в храме, но вмешаться не могла, не те у меня силы.

– Вы нам действительно помогли, – похвалил магиню Оскол. – Неизвестно, сколько бы мы искали нужное помещение. И еще я рад, что в вашем государстве, к магии относятся более терпимо, чем в Ригилии. Им теперь приходится все исправлять, и нагонять утерянное время и возможности.

– У меня есть к вам несколько профессиональных вопросов, – сказала Ратга. – Если вы не против, пройдемте в другое крыло дворца. Там мой кабинет, и нас там ждут другие маги.

Иномиряне раскланялись с императором, и отправились за местной магиней. Лейзон и Зирий также покинули кабинет Митара. И только Кронт с отцом остались побеседовать с высокопоставленным родственником.

Маги Лотта встретили своих коллег с другого мира восторженными взглядами, и сразу же засыпали вопросами. Это напоминало встречу прославленных в боях ветеранов, с новобранцами. Гартош с друзьями постарался, как можно полней удовлетворить любопытство коллег, и встреча затянулась далеко за полночь. Заночевали там же, во дворце, и с утра пораньше отправились в дом Кронта и Ары. Как оказалось, Лейзон сразу же по выходу из дворца отправился за своей женой и сестрой, благо они проживали неподалеку от столицы. Зирий, так же не терял времени зря, и отбыл в казармы гвардейцев, так как своего дома у него сейчас не было.

Поняв, что дела в Лотте улажены, как нельзя лучше, иномиряне вернулись в Алузу, сопровождаемые восторженно-завистливыми взглядами местных магов, и письмами к коллегам в столице Ригилии.

Поняв, что Алузу придется покидать уже завтра, максимум послезавтра, младшие Осколы расстроились не на шутку, но отец настоял на том, чтобы не задерживаться больше в этом мире. У него самого еще состоялась беседа с Читунием и Солонтом. Обсудили возможные варианты событий, вплоть до проведения рейда по землям каги. Решили, что вместе с лоттанянами, это вполне возможно, если, конечно, не слишком углубляться далеко в горы. Достаточно будет захватить самые богатые рудники с магической рудой, освободить пленников, и тем самым ослабить таких опасных соседей.

После этого Гартош посчитал свою миссию выполненной, и на второй день, после возвращения в Алузу, иномиряне покинули мир Зиир.

16

Лорд Руткер с нетерпением ждал возвращения внука, правнуков, и остальных путешественников по мирам, с очередной спасательной операции. В особенности Алеандру. Неровно дышал старший Оскол, по почти тысячелетней вампирессе. Рассказ путешественников по мирам выслушал с неподдельным интересом. Много задавал уточняющих вопросов. Конечно, Первого Мага империи больше всего интересовали вопросы, связанные с магией. Он подробно расспросил про демона, «увязшего» в болоте, о кровожадном боге каги, и, естественно, о запретных черных землях. Опытный маг обожал путешествия, тайны, загадки, и уже исследовал не один мир, с погибшими цивилизациями.

– Интересное местечко, – по окончании рассказа, хмыкнул Руткер. – Покажешь, как туда попасть. Возможно, выберу время, чтобы посетить. А вы дальше куда собрались? Я так понимаю, по плану еще два мира осталось проверить?

– Дальше по плану мир Земля, где я провел около двух десятков лет. Больших дел и обязательств у меня там нет, но посетить нужно. Есть одно дело, с которым связан тот мир.

– Это, же какое? – полюбопытствовал Руткер.

– Хочу предложить там пожить Катану. Кстати, где он?

– Просидел несколько месяцев отшельником на севере, на берегу одного из озёр. Сейчас отправился в Дарен-Холф. На том перекрестке миров легче всего попасть в другой мир. А я так понял, он еще сам не определился, в какой мир ему нужно.

– Вот и хорошо, – кивнул Гартош. – Возможно, моё предложение ему подойдет. Ну, мы твое любопытство удовлетворили, теперь ты рассказывай, как дела в Виктании?

– Вы не настолько долго отсутствовали, чтобы случились заметные изменения. В империи мир и покой. Не о чем рассказывать. Потихоньку все начинают забывать войну, и правление ведьмы.

– Вот это-то и плохо, – пробормотал носитель. – Такие вещи нельзя забывать никогда.

– Но есть одна проблемка, – задумчиво потер подбородок Руткер. – Правда, она не связана с делами империи, скорей, с нашими семейными делами.

– Часто наши дела, становятся делами империи, – не согласился Гартош. – Рассказывай.

– Слышал от жрецов, с которыми у меня доверительные отношения, что в нашем мире начали появляться могущественные силы, не подчиненные нашим богам.

– Ну-ну, – поторопил деда носитель.

– Интересуются, не слышал ли кто о статуе, вырезанной из цельного куска рубина.

– Я так и знала, что эту статую никогда не оставят в покое! – воскликнула Алеандра.

Гартош нахмурился:

– Что за силы? Маги, демоны?

– Ничего конкретного, только слухи. Они ходят среди демонов различных богов, и от них, среди жрецов.

– Больше похоже на то, что такие слухи распространяются специально, – поделилась своими размышлениями вампиресса. – Они ожидают, что если Эльфимера в этом мире, обладатель запаникует, и как-то себя проявит.

– Выманивают, – согласился носитель. – Ты её, где держишь?

– Под замком, внутри горы, – немного поколебавшись, ответил старший Оскол. – Я там оборудовал особо защищенное хранилище, чтобы ничего, ни туда, ни оттуда.

– Опасно, – пробормотал Гартош. – Такой мощный магический артефакт, который вероятно переплюнет по значимости мою семью атратов, опасно держать там, где обитаешь сам. Может перепрятать, где подальше, в том же красном мире?

– Эльфимеру сейчас опасно переносить, тем более из надежного хранилища, – горячо возразила герцогиня. – Её могут обнаружить.

– А зачем она нам вообще нужна? – спросил Зоктер. – Зачем подвергать себя, и своих близких опасности? Ведь не известно, что на самом деле она из себя представляет, и кто за ней охотится. Может отдать её, тому, кому она нужнее, или подкинуть, пускай забирают, кому нужнее?

– Ты глупый мальчишка! – строго и назидательно произнес Руткер. – О таких мощных магических артефактах мечтают все опытные маги. И каждый готов положить голову, за обладание ними.

Зоктер примирительно поднял руки:

– Понял, понял! Жалко лишаться того, что обладает огромной мощью, хотя и не понятно, зачем оно нужно, и как этим пользоваться. Пускай полежит, может, пригодится.

– Ну, примерно так, – с улыбкой согласился старший Оскол.

– Может, спустимся, посмотрим? – предложил Гартош. – Что-то, как только упомянули её, сразу захотелось навестить.

– Пойдем, – согласился Руткер. – Только придется соблюдать особые меры предосторожности.

– Это, какие же? – полюбопытствовал носитель.

– Все магические побрякушки, включая твои атраты, оставляем здесь. У меня там особые настройки защиты, боюсь, выйдет конфликт интересов.

– Как все строго, – пробормотал носитель, складывая атраты в шкатулку, любезно предоставленную дедом.

Особенно неохотно от магических артефактов избавлялся Квирт. Он недоверчиво косился по сторонам, а когда Аруш заявил, что ему не интересно спускаться под землю, и глазеть на какую-то там статую, и что он остается здесь, дракон вообще впал в панику. Аруш злорадно улыбался, и алчно смотрел на кучку сокровищ, которую выложил дракон. Пришлось вмешаться Руткеру. Он поместил все артефакты в свою потайную комнату, которая находилась рядом с кабинетом, и была вполне защищенной. Правда, не для Эльфимеры.

Аруш отправился подурачиться к Пегасу, который развлекался во внутреннем дворике замка. А дети Гартоша, и его друзья последовали вслед за Руткером, спускаясь извилистыми коридорами, все дальше под землю. Тайная пещера располагалась довольно глубоко, почти на уровне с драконьими пещерами, хотя и в другой стороне горы. По дороге не попалось ни одного подземного духа, и это слегка удивило Гартоша.

– Выгнал я всех, – сообщил лорд Руткер. – Мне соглядатаи здесь не нужны.

– Это не слишком подозрительно? – спросил Гартош. – Наверняка найдутся те, кто захочет проверить, что так тщательно прячет Первый Маг империи.

– У магов много разных тайн, – пожал плечами хозяин замка. – Одной больше, одной меньше.

Первая дверь, целиком отлитая из ристолитовой руды, возникла словно ниоткуда. Гартош лично помогал деду переправлять с мира Руткемор, ристолит, поэтому не удивился наличию этого блокирующего магию минерала. Внутри дверь оказалась обшитой древесиной из красного мира – перестраховывался хозяин. За этой дверью находилась маленькая комната, где кроме светильников, лавки и небольшого стола, ничего не имелось. Когда вся группа тесно набилась в комнатушку, Первый Маг закрыл входную дверь, тщательно проверил замок, что-то там пробормотав, и, выдержав продолжительную паузу, открыл следующую дверь.

Там так же не имелось никаких статуй. Вообще ничего не имелось, даже лавки со столом. И здесь повторилась процедура с замком и паузой, во время которой наверняка что-то происходило, понятное только самому хозяину этого помещения. Нетерпеливые хмыканья правнуков, никаким образом не ускорили священнодействие, проводимое Руткером. Наконец он открыл третью дверь, и как только появилась небольшая щель, в неё тут же хлынул мощный поток энергии, вместе со слабыми лучами розового света.

– Поняли теперь, зачем я сделал столько тамбуров? – довольно спросил старший Оскол.

– Чтобы задержать энергию, выделяемую статуей, – ответил за всех Зоктер.

– То-то же. Входите. Любуйтесь.

Но вошел в заветную комнату, глава клана Осколов первым. Он осмотрел беглым взглядом хранилище Эльфимеры, и только затем отступил в сторону. Вошедшие восхищенно застывали на пороге, шедшие следом нетерпеливо подпихивали их, и так же останавливались, не в силах оторвать взгляд он невероятного творения – величайшего из всех, что им доводилось видеть.

Эльфимера стояла на невысоком постаменте, и буквально светилась изнутри.

– Раньше я не видела, чтобы она светилась, – пробормотала Алеандра.

– Светиться она начала недавно, всего пару месяцев назад. Сначала понемногу, затем свечение усилилось. Сейчас застыло на одном уровне. Кроме того, что она светится, она еще и выделяет большое количество энергии. Ну, вы это заметили. Это очень необычная, и для посвященных, узнаваемая энергия. Поэтому мне пришлось поставить уловители, и преобразователи энергии. Я заряжаю нею многие магически артефакты, но так, чтобы никто не смог обнаружить первоисточник этой энергии.

– Разумно, – похвалил деда Гартош. – Исходя из того, что кто-то заинтересованный бродит рядом, это совсем не лишняя предосторожность.

Зоктер заворожено обошел вокруг статуи:

– Я как-то и не заметил раньше, насколько она прекрасна. Теперь я понимаю, почему дед не хочет с ней расставаться.

– Мне тоже кажется, что она похорошела, – заметил Гартош. – Она и раньше была прекрасна, а сейчас… Даже не знаю, вроде бы все, как и раньше, но что-то изменилось.

– Она светится, Гартош. Светится, и излучает энергию, – сказала герцогиня. – Свою особую энергию. Только я не знаю, к добру ли это. Мы до сих пор не знаем, историю создания этой статуи. Не знаем, кто её ищет, и зачем. Я уверена, что нас ждут с ней большие сюрпризы. Зоктер! Не касайся её! Можешь пострадать!

Но средний сын Гартоша уже взял рубиновую статую за руку. Отец приготовился ловить отброшенное Эльфимерой тело сына, но ничего не произошло. Зоктер безнаказанно держал волшебное создание, за её безукоризненные пальчики.

– Вот так-так, – пробормотал Квирт. – Я еще помню, как меня шарахнуло молнией. Что же изменилось?

Он тоже протянул руку к статуе, но сопровождаемая сильным треском молния, предотвратила это кощунство, и отбросила дракона к стене.

– Не всех она к себе подпускает, – пришел к очевидному выводу Руткер.

– Я проверять не буду, – на всякий случай, чуть дальше отошел Гартош.

– Мне очень хочется проверить, но я тоже не буду, – сказала Милена. – Пусть только Зоктер будет избранным. А то у него не очень удачно получилось в Алузе, хоть здесь он окажется лучшим.

И поняв, что ляпнула лишнего, младшая дочь Гартоша прикусила язык. Зоктер оторвал руку от Эльфимеры, бросив на сестру уязвлено-недовольный взгляд.

– Пожалуй, лучше нам отсюда уйти, – поглядывая на правнуков, пришел к выводу Руткер. – А то остановка начинает накаляться.

И он жестом попросил посетителей покинуть комнату с Эльфимерой.

Последним помещение покинул Зоктер, бросив на статую обожающий взгляд.

* * *

Брата Гартош нашел в одном из кабаков Дарен-Холфа. Руткер присматривал за внуком, поэтому отыскать его не составило большого труда. Катан сидел в углу шумного заведения, хмуро поглядывая на сцену, где странно одетые актеры, творили малопонятное действие, как показалось Гартошу, даже им, актерам, малопонятное. Пара глиняных кружек на столе у Катана уже стояли пустые, и в следующей осталось меньше половины пойла.

Гартош с шумом опустился напротив брата:

– Ну здравствуй. Брат.

Катан неверяще посмотрел на младшего брата, затем на протянутую руку. На его лице промелькнула целая гамма эмоций. Затем он понял, что Гартош не просто его нашел, а впервые после возвращения, после гибели Лисите, Агаральда, и всей этой истории с ведьмой, назвал его братом. Его глаза повлажнели, и он пожал протянутую руку:

– Здравствуй, брат.

– Странное ты нашел место, чтобы предаваться унынию, и самоуничтожению, – посмотрев по сторонам, сказал младший из братьев.

– Благодаря этим страдальцам, что-то там завывающим, здесь больше места, чем в остальных заведениях. А я не люблю столпотворения.

Братья немного помолчали, не сговариваясь, уставившись на сцену, и пытаясь разобраться, что же все-таки там происходит. Не получилось. Первым оторвал взгляд от актеров Катан, и приложился к почти пустой кружке.

– Дед подсказал, где меня искать? Присматривает за мной?

– А ты как думаешь? Нас и так немного осталось, чтобы не присматривать.

– Зачем я тебе?

– Я сейчас отправляюсь в мир Земля, где провел почти два десятка лет. Ты не хотел бы там пожить?

Катан ненадолго задумался. Покрутил опустевшую кружку:

– Какой он, тот твой мир?

– Он интересный. Не такой, как наш, но интересный. Технологический мир, где магия для избранных. Она окутана мифами и тайнами. Там есть все то же, что и других мирах, честь и бесчестье, бескорыстность, и алчность, выдающиеся умы, и жуткое мракобесье. Там любой может найти себе место.

– Какое ты там для себя нашел место?

– Я был контрабандистом, – улыбнулся младший брат.

– Отличное занятие для Осколов, – хмыкнул Катан.

– Ты хорошо рисуешь. Дед говорил, что в этом, ты достиг немалых вершин.

– Не совсем правильное занятие для Осколов.

– В нашем мире да. Но на Земле, то, что ты Оскол, будет иметь мало значения. Там ты сможешь посвятить себя этому искусству.

Катан снова задумался. Теперь надолго. Он смотрел на сцену, словно ища там подсказки, на посетителей, в пустую кружку, но никто не подсказал решения, пришлось решать самому.

– Ну, хорошо. Думаю, ничем твоя Земля не хуже и не лучше остальных миров, чтобы начать новую жизнь. Давай попробуем.

Братья заказали еще пойла, громко называемого здесь элем. Затем ещё, и ещё. И, в конце концов, все же начали понимать, что происходит на сцене.

* * *

Древний храм, созданный ремхи, и сейчас захваченный джунглями, никак не изменился за время отсутствия Гартоша-Алекса. Все такое же запустение, и, несмотря на позитивную энергетику места, безысходность, которая накатывала, едва начинаешь понимать, в каком месте ты находишься. Алаза выбрала храм, затерянный глубоко в джунглях Индии, чтобы заглушить магический всплеск, возникший на месте их межпространственного перехода.

Кроме Гартоша и Аруша все впервые оказались на Земле, поэтому осматривались с немалым интересом. Носитель заранее всем объяснил, что это место давно заброшено, поэтому лишних вопросов ни у кого не возникло. Быстрей других поняла назначение храма Алеандра. Она быстро разобралась в назначении большей части уцелевших сооружений, и даже Гартошу было интересно послушать её объяснения.

– Источник, это центр. Центр храма, центр всего. Очень интересный источник. В нем сходятся несколько потоков, и сливаются в один. Насколько я могу понять, один поток спускается с тех дальних гор, и он самый мощный. В него вливается рукав от реки, которая протекает где-то здесь, неподалеку, и стекается энергия с окружающих джунглей. Горный источник словно притягивает остальные, хотя такое редко случается. Очень редко можно встретить слияния разных стихийных энергий. Старые мастера сумели придать этому чуду вид фонтана. Сначала удивилась, почему это место заброшено, а затем поняла – энергия этого фонтана тяжело поддается обработке и усвоению. Видимо, мало в этом мире тех, кто способен с ней справится.

– Я без проблем сумел нею наполниться с первого раза, – заметил носитель.

– Не забывай, что ты с детства владеешь магией. Ты из рода сильных магов. А судя по тому, что ты рассказал об этом мире, здесь таких немного.

– Катан, попробуй ты эту энергию, – предложил Гартош.

Старший здесь Оскол, не спеша приблизился к источнику, протянул руки, и закрыл глаза. Спустя пару минут, его нахмуренное лицо разгладилось, и расплылось в блаженной улыбке:

– Она очень ласковая, словно рука матери. – При упоминании о матери Катан снова нахмурился, открыл глаза и отступил от фонтана. – Такой податливой и приятной энергии я не встречал даже в нашем родном мире.

От избытка чувств, у Катана повлажнели глаза.

Милена не стала ждать, когда предложат и ей испытать данную энергию. Она подошла к фонтану, и словно попыталась обнять светящийся, и переливающийся разными цветами столб. От основного ствола отделились несколько ручейков, и сами обвили младшую из Осколов. Гартош напрягся, но Милена тихо рассмеялась, давая понять, что и ей эта энергия принесла только приятные ощущения.

– Точно, как мама, – подтвердила она.

– Кажется, я начинаю понимать, что здесь было, – прошептала Алеандра. – Здесь находилась особая лечебница. Здесь лечили души. Вот почему здешняя магия неудобная, тяжелая в усвоении. Простым магам с ней работать тяжело, а вот тем, кто чем-то терзается, например, тяжелой утратой, она заполняет душевные пустоты. Даже не припомню, встречала ли я когда-нибудь такое. Действительно чудо. Надо запомнить расположение этого храма.

– «Надо уходить отсюда, – напомнила о себе Алаза. – Мы, конечно, прикрылись энергией фонтана, но отследить нас вполне возможно. Особенно, если задаться такой целью».

– Все! Собрались! Уходим! – заторопился и носитель. – Если кто захочет вернуться на это место, то в другой раз. А сейчас попрыгаем немного по этому миру.