Читать книгу "Второй круг"

19

Находясь внутри магического кокона, Гартош начал приходить в себя. Он сам не понимал, как смог сотворить такое. Помощь атратов, конечно, была существенной, но главные действия совершил он сам. Откуда пришла идея, откуда взялись силы? Дух его знает. Накатило огромное желание наказать этот город, отомстить ему за Софию, и все пришло само собой. Слабый голос Алазы он старался не слушать, просто приглушил, чтобы она не мешала, и не повторяла, что наказывать весь город слишком жестоко. А ведь раньше так не получалось делать. Запоздало пришла мысль, что Софию могли уже вывезти за город, тогда он зря сожжет Порморту. Но он затолкал эту мысль туда же, куда и Алазу.

А в самом городе, те, кто не знал и не понимал, что происходит, наслаждались невиданным событием. Многие жители города никогда не бывали в других мирах, и не знали каким прекрасным, ласковым и теплым бывает солнце. А сейчас солнце буквально обхватило город. Внутри купола стало намного теплей, и от верхней одежды можно было избавиться. Веселье охватило, и центр, и окраины. Торговля прекратилась, все, без исключения обсуждали происходящее, и наслаждались невиданным для Порморты теплом.

Но, сначала постепенно, а затем со скоростью урагана, пронеслась страшная весть – это не благо, это проклятье. Что жестокий, и невообразимый по силе маг, по имени Гартош, из рода могучих Осколов, грозится сжечь город, с помощью этого купола. И в подтверждение этого, с окраин пришли сообщения – те, кто пытался выбраться из города, за пределы купола, обожглись, или даже сгорели. Город моментально охватила паника. И не зря. Приятное тепло, довольно быстро сменялось, все возрастающей жарой.

В Порморте имелось немало сильных магов, и еще больше таковых пребывало в качестве гостей, и не все собирались мириться с происходящим. Некоторые из них, попытались прощупать купол на прочность, и тут же лишились всех своих энергетических запасов – купол всё втянул в себя. Рисковать разрушить купол в одиночку больше никто не рисковал. Несколько, самых сильных и активных магов, предложили объединиться, и устранить не купол, а непосредственный источник опасности – то есть, самого Оскола. Нужно признать, таких горячих голов насобиралось не так уж много. Большинство предпочитало, даже под страхом смерти, не связываться с настолько могучим магом. Они предпочли защитить себя, и своих близких, от все возрастающей жары. Вот ради этого, по их мнению, и стоило объединяться.

Те, кто решил бороться с самым Осколом, собрались на подходе к ратуше. Они выглядывали из-за массивных колон, на которых держались не менее массивные кованые ворота во двор ратуши, и вырабатывали план действий. Следовало найти слабое место у этого сумасшедшего. Кокон выглядел устрашающе. По его полупрозрачным стенам ползали какие-то мутные, змееподобные силуэты, активизируясь, если кто-то приближался слишком близко к фонтану. Бургомистр не поощрял приезжих магов на эту авантюру, но и не мешал им – а вдруг получится.

– Нужно найти источник, откуда этот урод тянет энергию, и перерезать пуповину, – предложил, немолодой уже эльф.

Предложение было самым логичным и очевидным, поэтому у других магов возражений не имелось. Тем более что при этом действии рисковать придется меньше всего. Это тебя не прямая атака на сильнейшего в этом городе мага. Опытные маги тщательно проверяли все нити, что тянулись к кокону и обратно. Но их объединенные усилия мало что дали.

– Не понимаю, откуда берется этот океан энергии, – пожал плечами эльф. – Вижу, что для поддержки купола расходуется огромное её количество, а вот откуда берет её, этот Оскол, мне недоступно. Невозможно, чтобы у него имелся такой огромный запас.

– Возможно, у него имеются с собой мощные энергетические камни, или что другое? – предположил гном, с густой рыжей растительностью, на лице и голове.

– Я даже не представляю, какой вместительностью должны обладать такие камни, – возразил эльф. – Вы чувствуете, какой поток от него исходит, я даже дотронуться до него боюсь, сожжет тут же.

– Нет у него такого запаса, – негромко произнесла огненно рыжая красавица. – Я не могу точно распознать ту силу, которая подпитывает этого Оскола, не вижу её четко. Но где-то на границе моих возможностей, чувствую поток, который к нему подходит. Мне никогда такое не встречалось. Источник этой силы находится явно не в этом мире. Боюсь, все произойдет так, как и обещал этот человек. Мы все погибнем, пытаясь ему помешать.

Полтора десятка магов мрачно переглянулись, озвученное магиней предположение разделяли все.

– Я лучше погибну, пытаясь что-то сделать, чем ждать, когда меня живьем зажарят, – решительно сказал гном.

– Та же херня, – немногословно поддержал гнома кряжистый орк.

– Тогда прямая атака, – с мрачной решимостью констатировал эльф. – Давайте подумаем, как сделать это с наибольшей эффективностью.

Голос Алазы Гартош старался не слушать, но пользоваться её возможностями и помощью не гнушался. И вот сейчас змея показала носителю магов, готовых идти на смерть, чтобы остановить сумасшедшего мага. Носитель не просто их видел, но и слышал весь разговор. Не имелось у него к этим решительным людям и другим созданиям никакой вражды. Скорей даже наоборот. Не успел он подумать, как атраты уже исполнили его (а скорей всего и их тоже) пожелание.

Ползающие по кокону змееподобные силуэты, вдруг остановились, сконцентрировались на той стороне, что была обращена к магам. Три силуэта скрутились в спираль, и броском кобры выскочили из кокона. Никто из магов не успел рассмотреть размытые серые силуэты, что пронзили их тела. Только на границе своих физических возможностей, маги увидели, входящих и выходящих из их тел магических пиявок. Все длилось доли секунды. Никто толком ничего не успел понять.

– Они высосали из меня всю энергию, – растеряно, удивленно, и немного испугано прорычал гном.

– Та же херня, – подтвердил орк.

– Он вывел нас из строя, – хмуро подтвердил эльф. – Он все видел и слышал. В этом коконе он не изолирован.

– А мог бы, и убить, – заметила рыжая магиня. – Мы для него больше не предоставляем опасности. – Она устало посмотрела в сторону города. – Пойдемте, поищем убежище.

– «Подумай о том, что жар может убить и Софию», – сумела таки пробиться к своему носителю Алаза.

– «Да не собираюсь я сжигать весь этот город, – сердито ответил Гартош. – Больше не собираюсь. Но наказать его нужно. Наказать всех. Все обитатели этого города, от мала до велика, виновны в том, что здесь похищают детей. И многие из гостей тоже виновны. Вы сами это видели, не один скрытый ларчик мы вскрыли. Они должны осознать, что все несут ответственность за то, что здесь происходит. Может быть, моя кара заставит их задуматься».

– «Если так, то я буду помогать, чем смогу. Больше не блокируй меня», – с немалым облегчением сказала Алаза.

– «А Софию наверняка держат в каком-то из подвалов, – добавил Тенос. – Все надземные этажи мы уже проверили, там негде её прятать».

– «Думаю поднимать температуру, пока начнутся пожары, – поделился Гартош своими планами. – Всем, кто находится в городе, хватит места в подземельях города. Так что, никто не должен пострадать. А то, что сгорит, десяток, другой лавок, так это даже хорошо. Наука будет. А сейчас продолжаем искать Софию».

Порморта пребывала в панике. Разнеслась новая новость, маги, которые решились выступить против страшного злодея, потерпели неудачу, так что надеяться больше не на что. Под городом находились старые подземелья. Но они были давно заброшены, неухожены, и пользовались ними, в основном темные личности, для своих делишек. И вот сейчас эти катакомбы, могли пригодиться всем жителям, и гостям города. Правда, возникла проблема, и не одна. Кроме того, что значительная часть подземелья находилась в ужасном состоянии, и в них было страшно заходить, не то, что прятать массу людей, многие торговцы пожелали спрятать свои товары под землю. А вместительные подвалы не у всех имелись. Бандитские кланы так же не желали уступать контроль над своей, как они считали, территорией. В некоторые подземные помещения, которые сохранились лучше всего, уже начали пускать за деньги, особенно не коренных обитателей Порморты.

Бургомистр понимал, какие для него могут возникнуть проблемы, если не удастся всех спрятать под землю до того времени, пока не найдут девочку. Да и пропажа товара может дорого ему обойтись. Поэтому значительная часть служителей ратуши, и почти вся городская стража, была брошена на то, чтобы организовать хоть какой-то порядок. Это плохо получалось, так как не имелось четкого плана подземелий. Не имелось и плана действий на подобный случай. У Порморты не существовало врагов, которые могли ей угрожать. Стихийные бедствия такой силы так же давно не навещали город. Так что под куполом царила полнейшая вакханалия.

Подозрительную группу, состоящую из людей и представителей других рас, атраты заметили в одном из подземных ходов, ближе к окраине города. В группе находились служители ратуши (их Гартош сумел рассмотреть, при визите бургомистра), и несколько стражников. Они о чем-то ожесточенно спорили. Неподалеку находился небольшой, закрытый от магии куб. Скорей всего, какая-то комнатушка, чулан. В нем вполне могли прятать человека.

– «Осторожней, – предупредил своих помощников носитель, – я не хочу, чтобы они смогли обнаружить нас раньше времени. Неизвестно, что они тогда сделают с Софией».

Атраты и без подсказки своего носителя понимали, насколько аккуратно нужно действовать. Пока только следить.

Во время спора, стражники, и противостоящая сторона несколько раз хватались за мечи и ножи, но в ход их не пустили, ни разу. Видимо очень хотелось похитителям получить свой куш, с такого жирного «клиента». Но, в конце концов, доводы власти убедили их, что заглотнули они добычу не по размеру. В закрытую комнату постучали особым образом, и открылась широкая, но очень низкая дверь. Оттуда, пригнувшись, выскользнул, уже знакомый Осколу здоровяк, что отвлекал внимание, пока похищали Софию. Снова бурный, хотя и короткий спор, и из открытого проёма вынесли Софию.

Гартош, чуть было не переместился в то подземелье, но его остановил Тенос:

– «Не спеши! Мы не видим, какое на Софию наложено заклинание. Как бы оно не нанесло ей непоправимый вред. Маги здесь не из последних».

Оскол, скрипя сердце согласился. Главное, что крестница нашлась, и следовало только немного подождать.

Девочку на носилках вынесли из подземелья в верхнее помещение. Там её уже ждали два мага, которые наложили на неё защитное заклинание, так как на улице жара уже стояла нестерпимая, и усадили в карету. На карету так же наложили заклинание, и она понеслась к центру города. Позади неё мчались повозки стражников, в одну из которых поместили трёх, подозрительного вида типов, явно бродяг, видимо приготовленных для растерзания Гартошем.

На улицах практически никого не осталось, так что небольшая кавалькада мчалась по городу без помех. Носитель нетерпеливо поднялся с парапета, и направился к выходу со двора ратуши. Возле ворот ему недолго пришлось ждать. Сначала он услышал цокот копыт, а затем из ближайшего поворота вывернула карета, в которой находилась София и маги.

Гартош сам бросился открывать дверь кареты. Маги с готовностью подали ему девочку.

– Мы проверили, с девочкой все нормально, – поторопился сказать один из магов. – На ней оставили заклинание сна, остальное все сняли.

– Вы? – сурово взглянул на мага Гартош.

– Нет, нам её такой уже передали, – поспешно ответил маг. – Я думаю, заклинание сна вы сами с неё снимете. Или хотите, чтобы мы?

– Сам, – отрезал Гартош.

Он дождался, пока остановятся остальные кареты, и из них выведут приготовленных для заклания несчастных. Не выпуская девочку из рук, он прозондировал бродяг. Как и подозревал носитель, они оказались непричастными к похищению девочки, ни этой, ни других детей. Все, что они могли украсть, это пару булок с лотка.

– Убирайтесь отсюда, – кивнул им Оскол.

– Но вы же просили… – начал было бургомистр. Но под злым взглядом Гартоша осекся.

– Я сам всех найду, – отрезал носитель. – Теперь сам.

– А как же купол?

– Сниму. Скоро сниму.

После этих слов, Гартош, вместе со своей крестницей, переместился с площади возле ратуши, в подземелье, где прятали Софию. К счастью для носителя, и несчастью для группировки, промышляющей похищением детей, в подземном зале собрались все, или почти все, кто был причастен к данному похищению.

– Как я рад вас здесь всех видеть, – неподдельно обрадовался Оскол.

К его удивлению, бандиты не бросились разбегаться, а ударили первыми. Но атраты, да и сам носитель, были готовы к такому развитию событий. Все удары были перехвачены, освоены, и использованы для ответных посланий. Гартош мог уничтожить всю эту банду одним ударом, но обосновано опасался обрушения старого подземелья. Ответы он наносил точечные, и недостаточные для того, чтобы убить. Убивать носитель не собирался. Он хотел сделать с похитителями то, что сделал с виновными в смерти Раилы и Ризавира. Он считал, что смерть для них слишком легкое наказание. Собственно поэтому, он до сих пор и не разбудил крестницу.

Вскоре по каменному полу ползали уродливые твари, которые у каждого разумного существа, могли вызвать только ужас и брезгливость. Удостоверившись, что заклинания наложены правильно, и вряд ли кто-то сможет их снять, он переместился на поверхность. На улице носитель разбудил, наконец, Софию.

– Дядя Гартош, – сладко потянулась девочка. – Мне стыдно, но я вдруг заснула.

– Ничего страшного, – улыбнулся Оскол. – Такое бывает.

– Мне снился странный сон. – И тут, наконец, София увидела, что улица совершенно пустая, и в воздухе стоит странное марево. – А где все? Куда подевались люди, и, и все остальные?

– Спрятались, – как можно ласковей ответил Гартош. – На город надвигается стихийное бедствие, поэтому все спустились под землю. Мы, тоже возвращаемся домой.

– Значит, мы ничего не увидим? То, зачем сюда прибыли.

– Есть много других, еще более интересных мест.

Гартош не спускал крестницу с рук. Он окутался в энергетический кокон, и убрал, наконец, питание купола. Перед тем, как покинуть этот злополучный город, он с мрачным удовлетворением увидел, как раскаленный воздух, почти моментально рванул вверх, и на свободное место, со всех сторон, со скоростью урагана, ринулись массы холодного воздуха, срывая и переворачивая все на своем пути, и раздувая начавшиеся пожары с новой силой.

20

Лорд Руткер бурно отреагировал на рассказ внука. Но больше всего его возмутило не то, что Софию выкрали, а то, что носитель семьи атратов допустил это. Пришлось носителю краснеть – действительно, его промах.

– Ты прекрасно осведомлен, что такое Порморта! – повысил голос на внука Руткер. – Это перекресток миров, торговая столица нескольких миров. И сброд разный там собран, тоже из всех окрестных миров. И нужно признать, очень талантливый сброд. А ты всего лишь повесил на девочку маячок, и этим ограничился.

– Ты, когда первый раз водил меня в Порморту, то даже маячка не навесил, – пытался отбиться от деда Гартош.

– Ты в этом уверен?! Ты даже не представляешь, каких мер предосторожностей я принимал, прежде чем отправиться туда, с кем-то из детей. И главное, не забывай, ты родился и рос в мире, где магия правило, а не миф. И ты член семьи, которая славится своими магическими возможностями и достижениями. Ты уже не один год обучался магии, в том числе – боевой. А еще у меня в Порморте немало знакомых, и некоторые имеют прямое отношение к преступному миру города.

– А это тебе зачем? – с недоумением поднял глаза на деда Гартош.

– Своих людей нужно иметь везде, – назидательно сказал старший Оскол, исчерпав запас обвинений. И уже более дружелюбно, добавил. – А знатно ты их проучил! Говоришь, они быстро прознали, кто ты, и откуда?

– Да, бургомистр обращался ко мне по имени. А еще, я слышал разговоры в городе, что ужасный Оскол стремится уничтожить город. Так что боюсь, друзей у тебя дед, в городе осталось мало. Если остались вообще.

– Ошибаешься, – довольно возразил Руткер. – Ты даже не представляешь, сколько разных личностей, будет теперь набиваться ко мне в друзья. Ведь я тоже, из семьи Осколов. Я твой дед.

Руткер чему-то мечтательно улыбался, видимо предвкушая будущие встречи и разговоры. Затем он посерьезнел, и продолжил разговор:

– Меня очень интересует еще один аспект. Откуда ты взял формулу того заклинания, которое заключило огромный город в непроницаемый тепловой купол? И где брал такое огромное количество энергии? Атраты?

– Атраты говорят, они здесь ни причем, – немного неуверенно ответил носитель.

– «Он меня даже изолировал», – пожаловалась Руткеру Алаза.

– Ах, негодяй! – делано возмутился Руткер. – Неужели, сумел-таки?

– Не знаю как, но сумел, – нехотя признался Гартош.

– Ладно, с этим вы сами разберетесь. Вы мне лучше скажите, откуда шла энергия?

– «Мы не смогли найти источник, – сообщил Тенос. – Он находился так далеко, что наших возможностей не хватило, чтобы отследить его. Где-то за пределами этой группы миров».

– Ого! – удивился Первый маг империи. – Снова чья-то волосатая божественная рука?

– «Очень похоже на то», – подтвердил Тенос.

Руткер задумчиво уставился куда-то в угол, затем тяжело вздохнул:

– Как сейчас не хватает Гнивера. Он умел анализировать ситуацию лучше нас всех. Бывало, так разложит по полочкам…

Старший Оскол смахнул со щеки непрошеную слезу.

– Мне тоже их всех не хватает, – тоже помрачнел Гартош. – Но нужно жить дальше. У меня есть дети, у тебя внуки. У нас есть друзья, и есть чем заняться.

– Точно. Так что ты решил? Куда определишь Софию?

– Мы еще небыли в Ляурейсе. Посмотрим, как девочка на него отреагирует.

– Я уже представляю, как она на него отреагирует, – усмехнулся Руткер. – Будет в восторге.

– Тогда там она и будет учиться.

– Если решишь, определить её в тот мир магии, я дам тебе несколько рекомендационных писем. Вам там помогут принять правильный выбор учебного заведения.

Алеандра, услышав, что Гартош собирается отправиться в Ляурейс, выразила желание тоже там побывать.

– Я несколько раз слышала про этот мир. Мир прогрессивной магии, но, ни разу там не бывала. Нужно исправить этот пробел.

Квирт, Аруш и Пегас так же решили увязаться за своим предводителем. Особенно бурно настаивал Пегас, которого ограничивали в посещении разных миров и мероприятий. Носитель не увидел причин, чтобы им отказать. Перед самым выходом в новый мир, изъявила желание посетить его и Милена.

* * *

Квевинг встретил гостей всё той же веселой, доброжелательной рожицей.

– Я снова рад видеть вас в городе знаний, Квевинге, – торжественно объявила рожица. – Да ещё со своими друзьями!

Каким-то образом магическая рожица распознала Гартоша и Милену, которые уже бывали в этом мире. Видимо, к учету посетителей здесь ставились очень даже серьезно.

– Снова на экскурсию?

– И да, и нет, – неуверенно ответил Оскол. – Мы хотим осмотреть ваш мир, особенно ваши учебные заведения, и если моей младшей дочери понравится, я бы хотел, чтобы она здесь обучалась магии.

– Магия серьезная и тяжелая наука, – посерьезнев, обратилась рожица к Софии. – Выдержишь?

Девочка обезоруживающе улыбнулась, и утвердительно кивнула.

– У вас есть какие-то предпочтения? Вы уже определились, в каком направлении будет учиться ваша дочь?

– Еще нет. Думаю разобраться на месте.

– Вот вам карточка регистрации, – перед Гартошем ниоткуда возник небольшой желтый диск, похожий на пластиковый. – Когда придете к какому-то решению, он укажет вам, где ближайшая регистратура.

– Спасибо.

– С чего вы начнете? Ваш дед всегда начинал с бытовой магии.

– С неё и мы начнем, – не стал ничего придумывать нового Гартош.

– А я бы хотела посетить место, где большинство обучающихся, вампиры, – обворожительно улыбнулась Алеандра, не видящая причин скрывать свою сущность.

Рожицу абсолютно не смутили клыки вампирессы:

– У нас много учебных заведений, где обучаются вампиры. Вампирьих рас ведь множество. Вот вам координаты места, куда я вам советую отправиться в первую очередь.

Неподалеку от Алеандры возникла светящаяся дверь. Герцогиня шагнула к ней. Квирт неуверенно ступил вслед за подругой, но потом остановился:

– Ты хочешь отправиться туда одна?

– Да Квирт, прогуляйся лучше с Гартошем. Думаю, с ним тебе будет интересней.

У носителя имелись весьма скудные познания о мире, где он бывал всего один раз, и то недолго. Но Ляурейс не зря считался миром прогрессивной магии. Информационные указатели здесь имелись на каждом шагу. Начали, конечно, с бытовой магии – возможно девочке понравится, как с помощью магии, можно быстро и вкусно накрыть на стол. И это оказалось правдой. София неподдельно радовалась появлению из ниоткуда новых блюд, чем притягивала к себе польщенные взгляды поваров-магов.

Но на этом останавливаться не стали. Колдовство магов-погодников также вызвало у девочки искренний восторг. Затем последовали другие виды магии: лекарство, магическое зондирование местности (с визуальными эффектами), обмен мыслями, боевая магия, и многое другое. Все это очень привлекало землянку, но не было видно, чтобы хоть чему-то она отдала предпочтение. У неё азартно горели глаза, на любое проявление магии, и она готова была занимать всем, чем ей только предлагали.

Гартош решил, что налегать на одно направление не стоит, пусть занимается общей магией, а потом время покажет, к чему у неё больше способностей. Друзья лорда Руткера, с которыми носитель встретился, подтвердили его решение. Они же помогли ему выбрать учебное заведение, одно из лучших в Ляурейсе.

В этом ляурсе обучались студенты с разных миров, и смешение рас было просто неимоверное. В магической школе как раз была перемена, и на лужайке перед ней собралось множество учащихся. Такое скопление разумных рас, редко где можно было встретить. И глаза Софии засветились невероятным восторгом. Гартош, да и не только он, опасались, что девочка может не найти себя в новом для себя мире и обществе. Но их опасения отпали почти мгновенно. Едва директриса ляурса, по имени Козри, которая была похожа, на небольшого прямоходящего жирафа, разрешила девочке пообщаться со студентами, как она тут же направилась к большой группе, где не имелось ни одного представителя человеческой расы.

Настороженность студентов к новенькой прошла, едва она вступила в их круг. И тут же началось живое общение, на которое не повлияло незнание Софией языка.

– Никогда не видела, чтобы кто-то, так быстро находил общий язык с представителя абсолютно разных рас, – пробормотала директриса. – Похоже ваша девочка, очень сильный, ментальный морф. Возможно даже, мегаморф.

– Что такое, ментальный мегаморф? – насторожился Оскол.

– Ментальный морф, либо мегаморф, это создание, которое может настраиваться на ментальный образ любого существа. Своего рода, ментальный оборотень. Я, например, ментальный морф. – Директриса кокетливо качнула небольшими подвижными рожками. – И если бы я ним не была, меня бы не назначили директором этого учебного заведения. Потому как мне было бы тяжело найти общий язык с таким количеством разных рас. А ваша девочка, посмотрите, с первой минуты стала для них своей. Причем, для всех сразу, а не для каждой расы в отдельности. У меня так не получается.

– В той группе, нет ни одного представителя человеческой расы, – заметила Милена. – Почему она пошла к другим созданиям?

– Причин может быть множество, – пожала плечами директриса. – Скорей всего, с себе подобными у неё не так хорошо получается находить общий язык. Точной причина я пока не знаю. Но надеюсь выяснить.

– А вон то, клыкастое и рогатое, что приближается к нашей малютке, оно безопасное? – подозрительно поглядывая на лужайку, спросил Аруш.

– Это кросы. Представители этой расы замкнуты, и довольно агрессивны. Обычно они одиночки. Но сейчас я не вижу в нем, ни какой агрессии. Ваша София, притягивает даже его. Просто удивительно. Вот что я вам скажу. – Придав голосу максимальную серьезность, сказала директриса. – Уже сейчас я вижу в вашей дочери прекрасные задатки ментального морфа. У нас в Ляурейсе есть специализированный ляурс, для обучения таких созданий. Но я бы очень хотела, чтобы она осталась у нас. Хотя бы на начальном этапе.

– Я не против, – ответил Оскол. Он испытывал симпатию к директору этого учебного заведения. – Я вижу, что ей здесь нравится больше, чем в любом другом месте, где мы бывали до этого. А позже, возможно, она будет оттачивать свои умения в том ляурсе, про который вы говорили.

– Вы не пожалеете, – расплылась в улыбке жирафообразная директриса. – Я постараюсь обучить её всему тому, что знаю и умею сама. И здесь у девочки будет прекрасная возможность применять свои знания. И я вам скажу, у неё должна быть прекрасная карьера. У нас, на Ляурейсе, огромная потребность в ментальных морфах. Они более востребованы, чем маги любого другого направления.

– Очень надеюсь, на её счастливое будущее, – пробормотал носитель.

– А мне бы хотелось, чтобы она с себе подобными также находила общий язык, – вставила Милена. – Иначе неправильно.

– Я сделаю всё возможное, чтобы исправить этот перекос, – заверила наставница.

Софию подозвали к взрослым. Она нехотя покинула компанию, уже практически друзей. Но узнав, что ей можно остаться здесь на обучение, а значит, надолго, радостно запрыгала вокруг Гартоша. Поняв, что новую подругу никуда не забирают, оживилась и разношерстная группа, с которой землянка так быстро нашла общий язык.

Процедура принятия на проживание, и обучение, оказалась непростой, и довольно долгой. Ляурейс, несмотря на свою открытость, дотошно относился к новым обитателям. И, несмотря на помощь новой наставницы Софии, на бюрократию ушел весь оставшийся день.

К вечеру их нашла Алеандра, со своими впечатлениями, и компания определилась на ночлег. Спать не хотелось, расставание с новым, и самым младшим из Осколов (а именно под своим родовым именем определил Софию Гартош), вызывало легкую грусть. Девочку все успели полюбить. И все знали, сколько ей всего досталось, за такой короткий промежуток времени. Поэтому тратить время на сон не стали, а побрели гулять по небольшому, но красочному городку, где находился выбранный ляурс.

Городок назвался Розинг. Причудливая архитектура в нём прекрасно сочеталась с небольшими, но многочисленными парками, широкими аллеями вдоль дорог и пешеходных дорожек, вычурными статуями и фонтанами. Немало в Розинге имелось и развлекательных заведений, где местные жители, студенты ляурсов, а также гости, с интересом могли провести досуг. Ночное освещение эффектно подсвечивало здания, создавало романтическую обстановку в зеленых беседках, и следуя желанию отдыхающих, то ярко зажигалось, освещая дорогу, то притухая там, где в лишнем свете не нуждались.

В этой части Ляурейса наступила ранняя осень, так что вполне можно было расположиться в одном из уличных кафе.

– Что там твои вампиры, кусаются? – с ленивой усмешкой поинтересовался Аруш.

– Кусаются, как не кусаться, – со своей загадочной полуулыбкой ответила герцогиня.

– Нашла для себя что-нибудь интересное? – уточнил Гартош.

– Очень много интересного. – Алеандра откинулась в удобном кресле. – Это действительно мир прогрессивной магии. Надо будет и из своего мира сюда кой кого определить. Хотя этот мир, больше учит теоретической магии. Во всяком случае, на начальном этапе. Практиков в нём не хватает.

– Мой дед так же об этом говорил, когда приводил меня сюда еще мальцом. Он контактировал с боевыми магами.

– Мне даже предложили остаться здесь преподавать. Когда узнали, какой опыт я накопила за долгие годы.

– И что ты ответила? – опередил всех с вопросом Квирт.

Вампиресса задумчиво повертела тонкий бокал с легким вином в изящных пальцах:

– Этот мир слишком скушен для меня. Чтобы здесь остаться, нужно слишком устать от всего того, что со мной, и с нами происходило в последнее время. А я не устала.

И она поставила бокал на стол. Больше ничего вытащить из герцогини не удалось, и разговор постепенно перетёк на ничего не значимые темы. Аруш, Квирт и Пегас с надеждой поглядывали по сторонам, ожидая хоть какого-то приключения. Но публика отдыхала и гуляла совершенно мирная, не предлагая гостям ничего горячего. Единственным развлечением являлось лицезрение разнообразия различных форм разумной жизни, для которых этот мир был пригоден для обитания.

Вскоре София, несмотря на все старания не заснуть, все-таки стала клевать носом, и вся компания отправилась спать.

На другой день, Осколов и компанию, вместе с Козри ожидал сухощавый мужчина неопределенного возраста. Как оказалось, местный светило в области ментальных морфов. Представился он, как Плесс. Директриса не удержалась, и поделилась новостью, о талантливой будущей ученице. С собой профессор ментальной магии привел нескольких представителей иных рас. С разрешения Гартоша делегация долго пыталась выяснить, так ли талантлива София, как это описывала Козри. Похоже, результаты их вполне удовлетворили. Плесс даже изъявил желание забрать девочку в более специализированное заведение, но Козри встала за свою новую воспитанницу горой, и её опущенные вперед рожки, дали понять профессору, что своим она не поступится.

Сопровождающие Софию, и она сама, с интересом наблюдали за спором профессора и директрисы ляурса, но сами не вмешивались. По сути, вопрос был решен самой Софией, когда она нашла здесь новых друзей. В конце концов, Плесс сдался, но обещал часто навещать подающего надежду ментального морфа. Против чего никто не возражал.

Крестнице Гартоша быстро наскучили споры взрослых, и она нетерпеливо поглядывала в окно, где собрались на очередную перемену учащиеся ляурса. Носитель понял, что девочку спокойно можно оставлять в этом месте, здесь она была своей среди своих. Внеся необходимую сумму за обучение (хотя, как догадывался Оскол, Софию взяли бы на обучение и бесплатно), Осколы и их друзья тепло попрощались со своей любимицей, и оставили её на попечение Козри.