Читать книгу "Селфи на фоне санкций"

Я накинула пуховик (мороз уже был приличным) и вышла на улицу.

– Итак, вот какой вид открывается теперь перед нами с дороги. Вдоль этого забора, – я сделала широкий жест рукой, – проходила основная линия фронта. Большая Война с Разрухой, в которую мы ввязались, длилась два с половиной месяца – с начала сентября по конец ноября. Поначалу наше положение казалось безнадежным. Противник захватил всю территорию: и дом, и участок были целиком во власти Разрухи. Однако дух нашего малочисленного войска сломить было невозможно.

Я открыла калитку и зашла на участок. Время для съемки было идеальным: уже зажглись новенькие желтые гирлянды, которыми Василий мастерски декорировал забор и дом по контуру; и в то же время было еще достаточно светло, чтобы в подробностях разглядеть ухоженный сад и аккуратный домик.

– Главнокомандующий Василий составил стратегический план наступления. Рядовой Алекса Сурикова взяла под козырек и отправилась на эпическую битву с целым взводом растительности. Одержанная Алексой победа стала первой в череде блестяще проведенных на участке сражений.

Я подошла к симпатюшке-колодцу. Вася и его украсил светящимся оленем с довольно глупым выражением лица (я имею в виду оленя, а не Василия). К сожалению, мои товарищи-гномы сейчас были до пояса скрыты первым снегом.

– Большую помощь регулярной армии во время Большой Войны оказали партизанские отряды. Первый из них прибыл из Новгородской области. Партизаны – симпатичные юморные ребята, кстати – безжалостно уничтожали противника в тылу. Новгородцы проложили дорогу главному нашему союзнику – Комфорту.

Следующая остановка – на крыльце. Я взяла в кадр хвойные деревья, которые, в отличие от своих лиственных собратьев, не потеряли привлекательности с наступлением холодов.

– Второй партизанский отряд в лице очаровательной мамы Василия, Ларисы Алексеевны, десантировался возле крыльца. Здесь, на этих бетонных клумбах, Разруха потерпела сокрушительное поражение от великолепных хвойных и была вынуждена отступить вглубь дома.

Я открыла белую входную дверь, украшенную традиционным американским рождественским венком. На новую латунную ручку приятно было нажимать. Дверь закрылась с мягким щелчком. Я сняла панораму лимонно-мятной прихожей, повесила на крючок пуховик и продолжила рассказ.

– Ободренная успехами на поле боя, рядовой Алекса Сурикова бесстрашно взялась за интерьер. Однако здесь Разруха была еще очень сильна, – говорила я суровым дикторским тоном, направляясь по коридору к ванной комнате. – И если бы не помощь голубоглазого Главнокомандующего, кто знает, как повернулась бы история? Однако Василий, подобно полководцу Суворову, готов был сражаться наравне с солдатами. Напуганная его мощью, Разруха практически без боя сдала кладовку – теперь это помещение с полным правом носит гордое имя Ванной.

Я добралась до абрикосовой спальни, которая в наступающих сумерках выглядела особенно уютной. Настольные лампы на обеих тумбочках неярко светились, словно приглашая прилечь с хорошей книжкой на громадную, застеленную белым стеганым покрывалом кровать. На стене радовала глаз недорогая, но жизнеутверждающая репродукция из «Максимального дома» – крупное изображение ярко-желтой, как свежий яичный желток, вазы с полураскрытыми белыми тюльпанами.

– Спальня стала поворотным моментом в Большой Войне с Разрухой. После завоевания этой знаковой территории до победы уже было рукой подать. Здесь состоялась особая встреча Главнокомандующего с личным составом. Хм-м…

Чувствуя, что от воспоминаний лицо заливает краской, я направилась в гостиную-кухню.

– Вот оно, место последней, самой трудной битвы с Разрухой. В этом оупен-спейсе, который сейчас выглядит таким спокойным, таким мирным, рядовой Алекса Сурикова едва не погибла в неравном бою. – Я запнулась, думая о том, как сидела тут в углу, несчастная, рыдающая, и как вовремя приехал тогда Василий и спас меня. – К счастью, на помощь рядовому Алексе вновь пришел сам Главнокомандующий. Они сражались бок о бок и разбили Разруху в пух и прах! Теперь вы нигде во всем доме не найдете и следа от нее!

Я обвела камерой всю гостиную, прошлась по кухне, остановилась возле картинки с капучино.

– И знаете что? Думаю, за героизм, проявленный во время ремонта, рядового Алексу Сурикову вполне можно повысить до офицерского звания. Мне вот почему-то нравится звание «младший лейтенант». Надеюсь, никто не против?

Я мило улыбнулась в камеру и вновь устроилась на барном стуле, завершая экскурсионный круг.

– Да, и еще. Многие меня спрашивают: когда я выставлю свой дом на продажу? Насколько я поняла, некоторые пользователи, живущие на Северо-Западе, готовы купить его не торгуясь, раз они наблюдали весь процесс ремонта от начала до конца. Так, например, Костя_Грааль заявил, что этот участок уже стал для него родным. Но я вынуждена оставить открытый финал, друзья мои. Я и сама не могу сказать: когда я буду продавать дачу. И буду ли вообще…

Мне вдруг стало нестерпимо жалко результатов своих тяжких трудов. Неужели я отдам этот сказочный домик-феникс в чужие руки? Да я здесь чувствую себя лучше, чем где бы то ни было! Не хочу никакую двушку в новостройке! И даже трёшку не хочу!

– В любом случае, мои милые, надеюсь, моя программа вдохновила вас на ремонт своих домов! Ну или по крайней мере, вы неплохо провели время, глядя на неуклюжую корреспондентку с шуруповертом вместо микрофона в руках!

Я выключила камеру и удовлетворенно выдохнула. Вперёд, в интернет!

Заварив себе чаю с лимоном и медом (Лариса Алексеевна меня приучила), я загрузила последнее видео на «Ютуб»; почитала комментарии к предыдущему выпуску. «Дорогая Алекса, скажите, пожалуйста, какие обои лучше: немецкие или итальянские?». Немецкие не слишком хорошо себя показали, ответила я, расползаются в руках, итальянские прочнее. «Алекса, хелп! Какого объема мне поставить бойлер, если моя семья состоит из двенадцати человек: я сам, супруга, теща и девять детей от года до семи лет?». Предлагаю переехать всей семьей к горячему источнику и подключиться к кипятку, бьющему прямо из земли; бытовой бойлер в данном случае бессилен. «Уважаемая Алекса, а нельзя ли у Вас узнать телефон Василия, чтобы проконсультироваться с ним по ОЧЕНЬ важному вопросу?». Подпись: «Стрекоза». Нет уж, милая Стрекоза, Василий – это мой личный консультант, аренде и лизингу не подлежит.

Среди сотен коротких комментов один выделялся своей официальностью. «Уважаемая Алекса Сурикова! Я представляю крупную компанию (подробности пока раскрыть не могу). Мы очень заинтересовалась Вашим видеоблогом. Скажите, пожалуйста, как с Вами можно связаться? Необходимо обсудить деловое предложение». Ник – такой же таинственный. Представитель.

«Представитель» чего? И что за «деловое предложение»? Всё это было чертовски интригующим, поэтому я отправила ему по электронной почте номер своего мобильного, надеясь, что это не очередной сумасшедший из тех, что пытались познакомиться со мной через «Контакт». Моей маме, как известному трэвел-блогеру, отели и авиакомпании постоянно делают различные деловые предложения. Может, крупная строительная фирма хочет пригласить меня на должность прораба?

Сайт информационного холдинга «Финансовые новости», как всегда, привлёк моё внимание. Корреспондент тестировал новое приложение для мобильных телефонов, выпущенное «Нашей Машей». Приложение подбирало вам косметику в зависимости от типа вашей кожи, возраста, цвета глаз и волос, среднего дохода и так далее. Однако, как писал корреспондент, «ввод разных данных приводил к одному и тому же результату. Так, например, приложение рекомендовало приобрести алую помаду „Жаркий Машин поцелуй“ как моей тридцатидвухлетней супруге, так и моей восьмидесятитрёхлетней бабушке, и даже моей четырёхлетней дочери». На вопрос «где купить» приложение честно отвечало «нигде».

А вот еще любопытная заметка в рубрике «Светская жизнь под микроскопом». Фотография Клавдии-Изольды, милующейся… не может быть!… с сыном губернатора Владленом Романовым! Знакомый интерьер. Изысканные витражи, белоснежные скатерти, антикварные кресла. Я была здесь на съемках. Ресторан гранд-отеля «Европа», конечно же.

На снимке они нежно держались за руки. Клавдия, больше похожая сейчас на Изольду, призывно наклонилась через стол, Владлен не мог оторвать взгляд от ее немыслимо глубокого декольте. Ну-ну. Интересно, а Вася эту фотку видел?

Целый абзац автор заметки посвятил описанию меню гранд-отеля «Европа». Это было даже интереснее фотографии милующихся голубков. «Здесь подают восемь видов икры, в том числе икру стерляди-альбиноса… Гребешки на гриле сервируются на тёплых листьях салата „Чарда“ с цукини, зеленой фасолью и хамоном „Иберико“…»

Секундочку! Хамон? Откуда они взяли запрещенный хамон? Он же на втором месте в списке российского продуктового эмбарго – сразу после фуа-гра!.. А вот и оно, пожалуйста: «Также здесь вы можете заказать обжаренную утиную печень с изюмом, ореховой крошкой и свежим апельсином».

Далее шло описание блюд, которые автор разглядел на тарелках:

«Топ-модель Изольда заказала седло барашка под мятной корочкой, подается с воздушным томатным кремом, кус-кусом и соусом порто; Владлен Романов предпочёл парового камчатского краба по-романовски (какое совпадение!) с икрой лосося и соусом из шампанского».

Уф-ф-ф. Почувствовав жуткий голод – и в то же время обиду за Василия, которого променяли на бездарного губернаторского сынка, заказывающего на ужин крабов-однофамильцев, – я торопливо закрыла страницу и открыла мамин блог.

Папа, погрязший в судебном процессе против Раисы, сказал, что завтра мама возвращается из Новой Зеландии. Почитаю ее записи, чтобы поддержать разговор за праздничным столом в пятницу. Все же мои родители впервые встретятся с Василием, и нужно хорошо подготовиться к созданию непринужденной обстановки за столом.

«Новая Зеландия… Хоббиты… Шир… Овцы…»

Я расслабленно проматывала страничку вниз. «Солнце светило… Океан шептал…» Как вдруг – красная мигающая табличка на месте предыдущих записей: «Удалено Федеральным агентством по печати и массовым коммуникациям». Это еще что такое?!

Я посчитала по датам – похоже, цензоры удалили все мамины посты, посвященные Кубе. Как же так?! Ну да, она пару раз отметила, что сервис в кубинских отелях стал несравнимо лучше после нормализации отношений с США; еще, помнится, написала, что многие кубинцы могут разбогатеть, поскольку до сих пор ездят на американских джипах пятидесятых годов, и теперь смогут выгодно их продать как раритет. Ну и что в этом такого?

Обескураженная, я созвонилась с папой – он еще не знал о вмешательстве федералов в мамино творчество и был потрясен не меньше меня; потом мы немного поболтали по телефону с Васей, и я заснула – очень рано, около одиннадцати вечера. Да, теперь я отсыпалась за последние восемь лет.

#богинянакухне

Четверг прошел в сплошных хлопотах. С утра я отправилась на местный рынок в Лесколово. В последнее время я разочаровалась в городских супермаркетах: из-за кризиса в гигантских комплексах стало совсем мало народу, и половина покупок постоянно оказывались просроченными.

Качеством же рыночных продуктов всё садоводство восхищалось: я не раз слышала от Любови Васильевны, что если я хочу пожарить настоящее мясо, то брать его можно только в Лесколово. До сих пор я вежливо улыбалась в ответ, не воспринимая ее советы всерьез, однако теперь у меня впервые в жизни появилось желание своими руками приготовить нормальный обед.

– Доброе утро, девушка! Как настроение? – не успела я зайти в мясной отдел, меня громогласно приветствовал бородатый продавец в грязноватом фартуке. От такого навязчивого обслуживания меня покоробило. Однако отступать было некуда – позади уже собиралась очередь.

– Доброе утро, я бы хотела купить говядины, – свысока ответила я, заморозив бородача взглядом.

Однако он отнюдь не покрылся коркой льда, а весело загоготал.

– Эт'понятно, что говядины, красавица! Какой именно?

Я слегка растерялась.

– Ну не знаю, коровьей говядины, для готовки.

Я не понимала, чего он от меня хочет.

Бородач утер слезы, выступившие на глазах от смеха.

– И как ты собираешься эту коровью говядину готовить?

– А зачем вам это знать? – с журналистской подозрительностью спросила я.

– Да я тогда пойму, какую часть тебе отрезать. Вот так покупатели пошли! – покачал он головой.

Под осуждающими взглядами скопившихся в отделе тетенек-покупательниц я лихорадочно стала рыться в сумке и наконец нашла рецепт, выписанный мной из интернета, с сайта Найджела Слейтера.

– Вот! «Говядина, тушеная в пиве», – прочитала я по бумажке. – «Возьмите кусок говядины…»

– Всё понятно! Тазобедренная часть будет в самый раз, – уверенно сказал бородач и ловко отхватил ножом приличный шмат огромного куска мяса, лежащего на витрине. За пару секунд взвесил, завернул, я рассчиталась и уже повернулась к двери, когда он крикнул мне в спину:

– Девушка!

Я обернулась – может, кошелек выронила?

– Мой вам совет: не переводите пиво просто так!

Он снова расхохотался, а я вылетела на улицу, вся красная от неловкости. Вот балагур, небось сам-то этот пивасик хлещет литрами, уж лучше мясо в пиве потушить, чем заливать его в необъятную утробу! С другой стороны, он мне здорово помог. В том же супермаркете я бы наверняка взяла что-нибудь не то.

Тяжелый пакет с говядиной оттягивал руки. Наверное, нужно и остальных продуктов закупить побольше, чтобы сегодня отрепетировать торжественный обед и завтра не ударить в грязь лицом.

Вдоволь побродив по рынку и наобщавшись с фамильярными продавцами на год вперед, я стала счастливым обладателем четырех ровных золотистых луковиц, ароматного пучка разнообразной зелени, пакета муки, пакета риса, баночки домашнего желе из красной смородины, килограмма розовых яблок, нескольких бумажных уголков со специями, двух крупных головок чеснока, двух кучерявых кочанов цветной капусты, банки с парным молоком, банки с жирными сливками, большой буханки свежего хлеба с отрубями местного производства, коробки сладких вишен, ну и пары бутылок пива. Не в меру болтливый продавец в отделе алкоголя также буквально заставил меня купить две бутылки красного сухого вина к говядине. Я взяла их только для того, чтобы от него отделаться – отношения с алкоголем после операции на желчном пузыре у меня были напряженными.

Вернувшись с рынка, я поставила пакеты с покупками на белую с персиковыми прожилками столешницу и с тоской посмотрела на блестящую варочную поверхность. Испытание начинается!

Вот что я вам скажу: готовить совсем не трудно, если вы учились этому не по кулинарным книгам, а по телевизору – или в моем случае, по видеоблогу Найджела Слейтера. Мистер Слейтер с понимающей улыбкой растолковывал все нюансы своих рецептов так, что их понял бы даже трехлетний ребенок.

Чего уж проще: посолить, поперчить говядину, обжарить в масле; потом в этой же сковородке обжарить лук с мукой, добавив тимьян, лавровый лист и пиво; затем все это объединяется и отправляется в духовку на час-полтора. Перед подачей на стол обмазать мясо красносмородиновым желе. Пока говядина сидит в духовке, элементарно готовится яблочный соус: яблоки тушатся в сливочном масле вместе с сахаром и корицей. Можно было и не репетировать!

По кухне бродили такие запахи, что я решила сделать перерыв на обед и попробовать говядину немедленно, не дожидаясь Василия. Мясо оказалось нежнейшим. Красная смородина вкупе с яблочным соусом придавали ему изысканную кислинку, уравновешенную едва заметной горечью хмеля и успокаивающим привычным вкусом репчатого лука. Я съела всю свою порцию без остатка, не в силах поверить, что я сама, своими руками, приготовила эту истекающую соком вкуснятину. Надо отправить Найджелу благодарственную открытку.

Когда ближе к вечеру приехал Василий – переполненный сплетнями о Савелии и размышлениями на тему будущего ТТВ – я даже не стала его слушать. На ужин я готовила цветную капусту в молочном соусе, запеченную с чесноком, и была полностью погружена в процесс.

– Знаешь, кого назначили вместо Савелия? – с порога начал Вася, заходя в гостиную и падая на диван.

– Да мне все равно, честно говоря, – я на кухне пыталась почистить полыхающую жаром головку чеснока, которую я продержала в духовке сорок минут, завернув в фольгу. – Видишь, что у меня тут делается?

Вася принюхался.

– Слушай, а пахнет изумительно! Мясом вроде. Но я ничего не вижу, кроме сырой цветной капусты рядом с тобой.

Я засмущалась.

– Ну вообще-то я и правда готовила говядину, тренировалась перед завтрашним днем.

– Так где же она? – шутливо нахмурился Василий. – Для мужчины мясо – это всё!

– Кое-что осталось, не кричи, – успокоила его я, выдавливая мягкое содержимое запеченных долек чеснока в кастрюльку с молоком. – Сделаю тебе попозже сэндвич.

Вася удовлетворился этим предложением и продолжил рассказывать.

– Так вот, главным редактором с понедельника становится… Внимание… Марианна!

Я уронила прямо в кастрюльку с горячим молоком двухсотграммовый кусок чеддера, который собиралась туда натереть.

– Ах ты, черт! Обжигает! Ладно, и так расплавится… Неужели Марианну назначили?

Масло с мукой пузырились на дополнительной сковородке, куда я перелила молочно-сырно-чесночную жидкость; я уменьшила под ней огонь и только после этого обернулась к Васе. Он кивнул:

– Ну а кого же еще?

– И правда… Надо ей позвонить, поздравить с назначением. Ай, ладно, попозже, когда готовку закончу.

Я опустила в другую кастрюлю – с кипящей водой – соцветия капусты, подождала несколько минут, пока они немного размягчатся, затем переложила капусту в глубокое стеклянное блюдо, в молочный соус накрошила петрушку, залила этой тягучей аппетитной смесью соцветия и поставила блюдо в духовку на тридцать минут.

Настало время для приготовления особого мороженого, который придаст моему праздничному обеду истинно британский шик. В России мы традиционно используем рис в качестве гарнира, каши, в крайнем случае – начинки для пирожков. Найджел же советует попробовать вишнево-шоколадный замороженный рисовый пудинг.

Пока Вася рассуждал на тему, насколько проще ему будет работать с Марианной, с чем я была совершенно согласна, я налила в глубокую сковороду молоко, воду, засыпала рис и сахар. Затем вскрыла вакуумный пакетик с ванильным стручком и ложкой выскребла черные семена с дурманяще сладким запахом – их я тоже бросила в молоко. Вскипятила, уменьшила огонь и оставила на полчаса.

Прозвенел таймер на духовке. Цветной капусте не терпится попасть на наш стол! Я быстро поставила тарелки, соорудила Васе гигантский бутерброд со свежим хлебом и остатками говядины, которую я слегка сбрызнула яблочным соусом; разложила по тарелкам сочную цветную капусту, источающую чудный чесночно-сырный запах; и наконец пригласила Василия садиться.

Он замолчал на полуслове, подойдя к столу. Не думаю, что кому-то еще удавалось прерывать его вдохновенные монологи на середине.

– Шура! Официально заявляю: хочу так питаться каждый день, – заявил Вася, набрасываясь на горячую капусту и закусывая ее сэндвичем. – О Боже, это великолепно! И как изысканно, настоящий моветон!

Я хотела было закатить глаза, но не могла оторвать взгляда от няшки на своей тарелке.

– Комплимент твой, Василий, не слишком удался! Думаю, ты имел в виду бонтон. Или комильфо, например, но мне все равно приятно, – я наколола на вилку последние крошки цветной капусты и невероятным усилием воли переборола первобытное желание еще и вылизать свою тарелку. – Ой, у меня же сейчас мороженое подгорит!

– Как мороженое может подгореть, оно же холодное! – не понял Вася.

Не удостаивая его ответом, я бросилась к плите. К счастью, многослойные полупрофессиональные сковородки, в отличие от тоненьких бытовых, намного умнее начинающей домохозяйки и оберегают ее от ошибок. Да, пудинг слегка пристал ко дну; но никаких следов пригорания. Я торопливо его перемешала; спустя несколько минут погрузила сковородку в раковину, наполненную холодной водой. Пока пудинг остывал, я убрала со стола. Грязных тарелок, сковородок и кастрюль скопилась целая куча. Я скорчила кислую физиономию.

– А помнишь, я тебе говорил, что нужно установить посудомойку? – не упустил случая меня подколоть Василий. – А ты что мне ответила тогда?

– Что я и сама могу пару тарелок вымыть, – уныло повторила я свои слова, глядя на гору посуды. – Но я же еще не знала, что перейду с полуфабрикатов на нормальную готовку!

– А вот я знал, – хвастливо сообщил Василий, вставая со стула. – Потому что готовка заложена в женской природе. И не надо было со мной спорить, это тебе урок на будущее!

– Твоя самоуверенность просто раздражает! А что это ты делаешь?

Вася тем временем вытаскивал сковородку с пудингом из раковины и переставлял ее на барную стойку.

– Ладно, так и быть, помогу сегодня с посудой, – он намылил губку и взял самую замызганную кастрюлю. – Надо же как-то тебя поощрить за божественный ужин.

– Хорошо, хорошо, уговорил, давай посудомойку завтра поищем в инете, – с досадой буркнула я, садясь на барный стул. – Нет, завтра праздник, значит, послезавтра.

– Вуаля! И снова мой метод сработал, – удовлетворенно вздохнул Василий, смывая пену с тарелки. – Тебе стыдно, потому что на твоей кухне хозяйничает мужчина, и вот ты уже готова согласиться на посудомойку. Нет, все же мне нужно пойти и получить диплом психолога без очереди.

– Дурацкий какой-то у тебя метод, – не без раздражения отреагировала я. – То чашки моешь, то кучу кастрюль оттираешь. Прямо Золушка-самозванка.

– Да, иногда приходится немного пострадать и слегка испортить эти изящные ручки, – Вася помахал своими мокрыми лопатообразными ладонями, – но зато результат налицо!

Вот человек, совсем не может проигрывать, даже в таком пустячном вопросе, как покупка посудомойки. Наверное, это обратная сторона жёсткого мужского характера.

Пока Вася возился с посудой, пудинг остыл достаточно, чтобы превратить его в мороженое. Я добавила в рис наломанный темный шоколад, вишни, в отдельной миске взбила сливки и тоже вылила их в пудинг; затем переложила смесь в длинную прямоугольную форму, выстеленную пищевой пленкой; и поставила форму в морозилку.

Найджел советовал подождать целых четыре часа, чтобы пудинг основательно заморозился. Я просто не могла заставить себя лечь спать, не попробовав, что получилось в итоге. Впрочем, четыре часа пролетели незаметно, так как Василий был сегодня просто неподражаем, если вы понимаете, что я имею в виду. Для разгоряченной молодой пары нет ничего лучше ванильного вишнево-шоколадного мороженого в два часа ночи – не знаю, дело в рецепте или в остром ощущении счастья, охватившем меня, но этот ледяной пудинг стал самым вкусным десертом в моей жизни.