Читать книгу "Пилот Империи"

Иногда преступные картели выдвигают своих специально обученных бойцов, и они гораздо лучше подготовлены большинства из гладиаторов. В тот раз случайный выбор пал на нашего соучастника, и он бездарно погиб в неравном сражении.

Когда это случилось, мы все снова встретились под тренажёрным залом. Дан едва смог нас уверить, что этот бой действительно случайность. Именно с того раза я не очень-то и доверял ему, хоть и продолжал заниматься.

Вроде бы Берд ещё до того, как попал в «Колизей», перешёл дорогу весьма могущественному лорду и заодно влиятельному преступному патрону, за что тот послал наёмников расправиться с ним. Берд подозревал, что был обнаружен, и именно поэтому стремился как можно скорее покинуть Арену.

Смерть гладиатора под куполом арены вполне обычное дело. Живя в обстановке постоянной угрозы, привыкаешь ко всему. Даже к тому, что завтрашний день может не настать уже никогда. Очень скоро мы смирились с тем, что один из заговорщиков погиб.

Конечно, смерть одного из участников заговора едва не отбросила нас назад в плане подготовки к диверсии внутри Техно-Колизея. Впрочем, эта была также дополнительная возможность, чтобы проверить детали плана более тщательно. Чем Костров и занимался. Я же ещё более упорно занимался по ночам с Даном, постигая нелёгкое искусство по концентрации и направлению волей психической энергии. Также он натаскивал меня в управлении механическим доспехом. У него оказался огромный опыт, гораздо больший, чем даже у бывшего десантника.

Для своих адских тренировок псионик раздобыл где-то современную модель тренажёра, установил его в своём подвальном помещении и сгонял с меня по десять потов каждую ночь, оставляя на сон всего пару часов. Я неминуемо бы протянул ноги от переутомления, если бы не особые пилюли, которые вовремя подгоняла мне Док. Оказывается, она также была втянута Даном в сговор, в котором участвовали все мы. От меня требовалось только сообщить ей особый пароль, и недостатка в таблетках просто не было.

В тайну посвящен был также и кто-то из охраны. Иначе как объяснить, что дверь камеры каждую ночь открывалась, а всевидящее око под потолком ни разу не подняло тревоги. Кто именно это был – ни я, ни Костров не знали.

Для каждого участника у Дана была своя роль и свой пароль, это позволяло ему управлять всеми, а мы знали только небольшой круг заговорщиков. Это было сделано, чтобы каждый из нас по минимуму контактировал с другими, и в случае провала не мог сдать палачам Горакса всю структуру скопом. Взаимодействие дока Линны Скайн и моей команды было исключением, хотя мы и старались пореже к ней обращаться, дабы не привлекать лишнего внимания.

После победы над Вараном Дан планировал собрать большую сходку, на которой все участники заговора должны были наконец встретиться.

В том, что я смогу победить, сомнений не вызывало ни у моего друга, ни у Дана. Мне бы их тогдашнюю уверенность в успехе.

Но очередной внеплановый бой сильно беспокоил меня. Кто же противник у капитана сегодня?

– Как там насчёт боевых пилюль? – отвлёк меня от раздумий голос друга.

– Как сменится охрана, я пойду.

Костров кивнул:

– Ладно.

«Кабинет» Линны Скайн, или Дока, как называли её гладиаторы, находился на третьем уровне охраны. К нему вела единственная лестница в конце коридора, и заканчивалась она широким пролётом с такой же, как у других заключённых, дверью. У этой единственной двери постоянно стояло двое вооружённых охранников в современной защите и с серьезными лучевыми пушками за механическими плечами.

Рядовым заключённым в редких случаях разрешалось приходить на приём к доку. Обычно их туда заносили охранники сильно израненными, и редко когда выносили назад. Этот кабинет я видел всего лишь однажды, когда сам пострадал во время одной из первых стычек на арене «Колизея». Ничего серьёзного, тогда я отделался лишь парой швов на лбу. Сейчас едва заметный шрам виднелся над правой бровью. Другим гладиаторам порой доставалось серьёзнее. Если так случалось, их судьбой непременно становился операционный стол, и часто именно на нём бойцы сводили свои счёты с жизнью. Это не была вина Дока.

В некоторых случаях умения врача бесполезны, особенно если не хватает нужных лекарств, механических инструментов. С этим в тюрьме Арены всегда была напряжёнка. Хотя последнее время стали поговаривать, что новые поступления несколько изменили ситуацию. Больше гладиаторов стало выздоравливать после операций, вроде бы тех самых ранений, которые раньше их свели бы в могилу. Я только догадывался, кто мог этому поспособствовать. Ведь недаром Дан плетёт свою сеть вокруг Горакса, уже несколько лет, если верить ему на слово. Таким образом, количество его сторонников возрастало с каждым, кого поставили на ноги лекарства доктора Скайн. Даже ветеранам разрешили заходить к Доку время от времени, например, когда болит живот. А вот новеньким не повезло, пока у тебя нет мало-мальской репутации – можно смело забыть о лекарствах.

Мало-помалу, а план псионика для меня прояснялся, хоть он и старательно избегал озвучивать детали. К слову, и не только для меня. Горакс не мог не почувствовать, что вокруг него что-то творится. Поэтому однажды все гладиаторы «Колизея» смогли увидеть своего хозяина воочию, как он вошёл в кабинет к Доку: о чём они беседовали внутри, доподлинно неизвестно, но Горакс вышел явно не в духе. Именно с этого времени лекарства стали поступать к Доку регулярно. Что, естественно, нам было на руку.

В тот раз, пусть издалека – я первый раз увидел хозяина арены. Конечно, он был не один, а в сопровождении охраны.

Итак. Подготовка продолжалась, а Грека впереди ждал суровый бой. И меня не менее, а может, ещё более свирепый поединок через неделю.

Все ничего, если бы ещё не это гадкое чувство на задворках сознания. Иногда дурные мысли имеют тенденцию сбываться.

– Серж, назревает что-то серьёзное!

– Это ты прав. Скоро мы взорвём чёртов «Колизей»!

Я поморщился, как всегда, когда Костров был в своём репертуаре. Совершенно не хочет показывать, что замечает очевидные вещи. Меня последнее время это сильно раздражало.

– Я не о том. Сегодняшнее сражение…

– Да, что с ним?!

Проклятье! Сколько он ещё будет играть в эти игры?!

– Они не зря утаивают имя твоего противника. И ещё мне кажется, Дан знает об этом и специально умалчивает!

Грек повернулся и серьёзно посмотрел на меня. Таким же серьёзным был и его голос.

– Я понимаю, Макс. Но подумай, вот с другой стороны, если я сегодня выиграю, а ты уделаешь Варана через неделю, тогда в бою именно нам придётся встретиться на арене. Мне кажется, именно этого хочет добиться Дан. А там мы вместе грохнем Горакса. Так что в итоге все будет хорошо!

Он прав, этот вариант я тоже просчитывал и считал его наиболее вероятным. Только оружие, подправленное пси-энергией, способно пробить щит, который прикрывает наблюдательную залу над ареной от повреждений. Из неё обычно Горакс и его приглашенные мафиози наблюдают за сражениями, разворачивающимися в «Колизее». Если ещё Дан найдет способ, как отключить мощные бластерные орудия под куполом арены, тогда этот план вполне жизнеспособен. А чтобы зарядить оружие психокинетической энергией, требуется время, его мне может дать только друг с парой-тройкой других гладиаторов, способных прикрыть меня от охраны, которая обязательно появится на щебне арены, лишь только почует неладное.

Я выдохнул.

– Ты стал больше доверять ему, Грек. И мне это не нравится. Он псионик из разведки, а у них всегда в запасе может быть подстава.

Серж согласно кивнул.

– Я знаю, не считай меня идиотом, и кстати, я не под гипнозом. Ты ведь знаешь признаки?

– Конечно, знаю. Ты не под внушением. Но чем дальше… тем мне все меньше нравится вся эта затея.

– Это нормально…

Грек пожал плечами. Порой его убедить в чем-то представлялось неимоверно сложным. В конце концов, я яростно выдохнул.

– Ладно, черт с тобой! Выиграй сегодняшний бой! Проиграешь, я сам тебя убью.

Он снова кивнул, чем напомнил мне китайского мандаринчика, я открыл было рот, чтобы съязвить по этому поводу, но Костров опередил меня.

– Нет!

– Чего нет?! – удивился я.

– За таблетками схожу я.

Подтверждая свои слова, Серж без дальнейших предисловий пошёл на другой конец закругляющегося коридора. Проходя по второму этажу, мой друг чуть было не столкнулся с Ящерицей и его сопровождением. К моему глубочайшему облегчению, те прошли мимо. Даже Варан сделал вид, что Кострова не существует в природе, хоть на его лице и промелькнула едва заметная усмешка. Он и его громилы с памятного разговора в тренажёрном зале словно перестали нас с другом замечать. Что ж, это даже к лучшему.

Грек уже был возле палаты Дока. Что-то сказал бугаю у входа. В следующий миг один из охранников постучал стальной перчаткой в металлическую дверь врачебного кабинета. Прошло немного времени, и та приоткрылась. Мелькнул белый халат Дока, блеснули очки. Док отошла от двери, потом появилась вновь. С такого расстояния было плохо видно, но я знал, что в её руках была зажата маленькая упаковка. В упаковке плотно в ряд располагались восемь густого сиреневого цвета пилюль. Доктор вышла из кабинета. Приложила руку ко лбу Сержа. Что-то спросила, Костров ответил. Потом она закрепила на его запястье испорченный диагност. Над машинкой в своё время похимичил Ордо. В конце концов механика сдалась и стала показывать именно то состояние у совершенно здорового пациента, которое нужно было нам. Линна Скайн посмотрела на диагност, покачала головой и протянула моему другу упаковку с боевыми таблетками. Надо думать, как лекарство от болей в голове.

После того как друг вернулся, я спросил у него:

– Когда бой?

Цветущий капитан взглянул на часы в углу общего экрана.

– Примерно через двадцать минут надо быть в примерочной, а что?

Примерочная, так мы называли между собой пехотную камеру с бронёй. Я не удержался и слегка поддел его:

– Да ничего, цветёшь и пахнешь, как гладиолус! Как там твоя любовь, мистер крутой гладиатор?

Костров укоризненно посмотрел на меня, спрятал упаковку с таблетками в карман и беззлобно буркнул в ответ:

– Нормально…

– Что же вы! Даже не поцеловались напоследок?

И опять я удостоился лишь хмурого взгляда.

– Не буди во мне зверя, пилот!

Иногда проще локомотив остановить, чем мой язвительный язык.

– А ты предпочёл, чтобы его разбудила она?!

Этим я точно довёл Грека до точки кипения. С чем-чем, а шутить с любовными возлияниями моего бывшего нанимателя не советую никому. По крайней мере, если пару раз с ним хотя бы не спарринговал. В общем, я ловко увернулся от вылетевшего с его стороны пинка и поспешил охладить наступательный пыл Сержа расчетливо выверенной фразой:

– Побереги силы, о грозный самец, изольёшь свою ярость на противника в сегодняшнем сражении!

Зря я, конечно, так. Последняя насмешка только подлила масла в огонь. Грек побагровел и попробовал достать меня уже всерьёз. Пришлось срочно ретироваться в родную камеру и удерживать дверь, пока с другой стороны в неё ломилось неуправляемое, изрыгающее проклятия чудовище. Дверь содрогалась, но держалась.

Это то, что я называю вовремя поддержать. Ничего – злее будет. Теперь не расслабится в критический момент. Сентиментальный капитан и злой Грек два человека, причем совершенно разные.

Ещё одного друга терять мне было крайне неохота.

Буйство за дверью продолжалось. Охрана не сбежалась, уже больной плюс.

* * *

Я вновь сидел в тренажёрном зале перед стеной, куда транслировалось изображение с малого проектора, ещё один, более громоздкий, давал картину боя на стену в общем зале куда выходили двери с камерами для заключённых. Но находиться здесь меня устраивало больше. Как только Грек ушёл готовиться к поединку, я места себе не находил. Мне очень не нравился предстоящий бой. Чертовски не нравился!

Еще несколько человек на соседних тренажерах качали мышцы в ожидании сеанса. Наконец, экран вновь замерцал после минутного перерыва.

Камера выхватила общий план арены. В этот раз на ней построили настоящий лабиринт с высоченными стенами без верха, вероятно, отлитыми из пенобетона. Стальные листы и перемычки скрепляли элементы стен, и позволили строителям придать лабиринту нужную форму со свободной площадкой в центре. Я так понимаю, именно на ней предстояло развернуться основному сражению.

Предыдущие декорации вместе с трупами в раскуроченной броне уже убрали. Доспехи в починку, трупы и неизлечимо покалеченных, но ещё живых бойцов – в дробилку. К Доку тоже попадают далеко не все раненые. Естественно, телезрителям этого не показывают, а вот гладиаторам данные кадры демонстрируют регулярно. Чтобы рабы всегда помнили, что ждёт неудачников, и сражались ещё яростнее. Мне лично хватило одной такой демонстрации, чтобы решить, что на вращающиеся зубья я не попаду никогда! Лучше сдохну на арене, сделав все ради победы, но не попаду!

Надеюсь, Грек помнит о таком же своём обещании.

Так или иначе я рассчитывал на его победу сегодня.

Включился диктор. Я лишний раз всегда убеждаюсь, что действо в «Механическом Колизее» обставлено по всем правилам. С той лишь разницей, что в цивилизованных шоу людей не втаптывают в кровавый щебень. Хех. Как всегда, проснулась ненависть к хозяевам Арены. Вот бы заставить их сражаться друг с другом – там, где сейчас сражаются пленники.

«… И главный бой сегодняшнего вечера»…

Вот и началось…

«…Сейчас. Перед вами появится победитель пятнадцати боёв. Он прошёл ровно половину пути, чтобы сразиться с самим чемпионом Арены, не проиграв ни разу! Перед вами – Красный Барон!..»

Камеры дали максимальное увеличение. Люк в гравии дрогнул и убрался в сторону. Подпольный лифт плавно поднял на поверхность человека, закованного в мощный армейский скафандр боевого типа.

В моей памяти всплыл синтетический голос обучающей программы из тренажёра на техническом этаже.

«Раздел: описание брони. Тяжёлый штурмовой скафандр типа “Палач”. Разработка фирмы “Эклезиарх”. Доспех первого класса и повышенной выживаемости, предназначен для ведения боя в том числе и при неблагоприятных условиях для жизни. Синтезированная из крепких сплавов броня механических предплечий, усиленное внутренней пластиной забрало, мощные броневые листы, прикрывающие скрытый под ними гибкий экзоскелет и корпус пехотинца. Предусмотрена защита дыхательных путей от отравляющих веществ. Применяемые расцветки: синий, темно-синий, черный…

…Используют преимущественно телохранители и полицейские формирования в неспокойных регионах…»

Красный барон вскинул вверх механический кулак, рев приветствия прокатился в динамиках арены.

У Грека подвижная броня была окрашена в красный цвет, не предусмотренный стандартными опциями у поставщиков. Все для зрелищности, которую пропагандировали внутри круга «Колизея». Кажется, в этот раз техники отрегулировали его бронекостюм на славу.

Грек сделал первый шаг по серовато-красному гравию на самом краю лабиринта. Подошёл к оружейной стойке и окованной ногой ударил по выступающей стальной пластине. Стойка немедленно отреагировала на внешнее воздействие, выбросила вверх капсулу, которая в свою очередь раскрылась, выставив наружу его оружие.

Невидимый, но всевидящий комментатор, как обычно надрывался изо всех сил, стараясь угодить почтенной публике:

«…Реактивный плазмомёт „Ураган“ под стать модернизированной броне „Палач“. Десять выстрелов в секунду. Дав всего две такие очереди, можно проплавить танковую броню насквозь! Из минусов: сильная отдача и долгая перезарядка, когда заканчивается основной заряд!..»

Мне показалось, или что-то действительно не так? Впрочем, ведущий скоро разъяснил странное поведение моего друга, растерянно оглядывающего свою крутую пушку через герметичное забрало.

«…Кажется, наш герой уже заметил маленький недостаток. Дело в том, что механики, как следует поработав над усилением его доспеха, „забыли“ вставить в оружие основной генератор заряда. И у него в запасе всего тридцать выстрелов. Запасной и полностью заряженный генератор прячется в самом центре лабиринта под колпаком силового поля. Для того чтобы получить его, гладиатор должен коснуться своим оружием особой распознающей метки. Но дадут ли ему это сделать?..»

Проклятье! Я ударил кулаком в жёсткую спинку тренажёра. Так и знал! Так и знал! Устроители поединков обязательно подготовят какую-нибудь пакость для увеличения все той же зрелищности…

«…Сегодня для наших зрителей приготовлен не простой бой. Красному Барону должен был противостоять молодой гладиатор, которого вы все знаете под именем Серебряная Смерть. Но его заменили на другого бойца…»

У меня перехватило дыхание. Комментатор назвал моё прозвище для арены!.. Теперь мне стали понятны многочисленные недомолвки капитана. И понятно, почему сам Дан мне ничего не сказал, хотя о предстоящих поединках он всегда всё знает… Но главный вопрос, который меня беспокоил, это, если меня заменили, то на кого?..

* * *

«…А вот и тот, кто будет ему противостоять, – сам великий Чемпион механической арены! Он решил не ждать, пока Красный Барон воздвигнет гору трупов на пути к его титулу. И сегодня перед вами тот – кого вы давно не видели! Его выбор здесь и сейчас! Поставить на кон свою жизнь и титул в бою с упорным, но пока малоизвестным гладиатором, чтобы дать шанс последнему прославиться!..»

На арене в самом центре лабиринта из шахты лифта появился человек в матово-черном боевом костюме. Наверное, единственном из всей техноброни, способной противостоять тяжёлому армейскому снаряжению моего друга.

Сволочи! Как такое возможно?! Смятение и боль наполнили меня! Я устал терять друзей! Не хочу!

Уничтожить врага, помочь… Как?!

«…Чемпион щеголял в своём любимом боевом маскировочном комплекте “Адская Химера”. Данный тип снаряжения в своё время выпустили принадлежащие Земному электорату фабрики “ГенетреТахиор”, созданному в противовес имперским “Палачам”.

И кстати, обратите внимание, у чемпиона сегодня необычное оружие! Не плазменное, не ударное и не термическое! Тем, кто сделал сегодня ставку на химический тип, невероятно повезло! Пробойник “Гэ-Хэ-Два”, разработанный той же фирмой, что и броня чемпиона. Он направленным излучением способен точечно растворять даже самые крепчайшие механические соединения, не говоря уже о мышцах и костях человеческого тела!..»

Да когда же этот урод заткнётся! Ситуация складывается всё хуже… А я лишь могу сидеть и смотреть? Надо успокоиться. Собраться. А диктор продолжал говорить, чтоб его черти забрали:

«…Но чтобы вы не подумали! Далеко не всё так безоблачно для Чемпиона, как может показаться! Его камуфляж хоть и является неприятным сюрпризом для противника – одноразовый! И продержится всего лишь тридцать секунд! Только представьте, если он неправильно угадает момент, то рискует потерять свою жизнь. Кроме того, пробойник настроен так, что действует на дистанции вдвое короче той, с какой его обладателя может поразить плазменное ружье противника! Но хватит!! С остальными сюрпризами предоставим разбираться нашим поединщикам…»

У Грека есть шанс, но Чемпион прошел сотни сражений на арене и остался жив. Для капитана это будет тяжёлый бой.

Хозяева Арены даже здесь верны своему принципу: у каждого бойца есть возможность победить своего противника. В целом все сведется к тому, насколько каждый искусен в бою.

«…Итак. Бой начнётся, как только отопрутся врата лабиринта. Что ждёт наших гладиаторов в его центре – гибель или же слава. Доверим эту часть истории Колизея свершить именно им! Три, два, один, да начнётся поединок!..»

* * *

Сплошная стена лабиринта перед Греком упала, образовав провал. Красный Барон поднял реактивный излучатель и шагнул под стальную и бетонную тень его извилистых коридоров. Перед Чемпионом также отомкнулось несколько проходов. Я насчитал ровно четыре штуки. Один почему-то особенно громадный и зарешёченный мощными стальными прутьями…

«…И первый обещанный сюрприз…»

Костров не успел пройти и тридцати метров, как ноги его провалились в глубокую яму. В последний миг Грек раскинул руки далеко в стороны, и серверные механизмы его брони приняли мощный удар стального корпуса о край провала, тем самым не давая ему провалиться вниз. Оружие отлетело далеко в сторону.

«…Какой же лабиринт без ловушек, господа. Например, на дне данной ямы находится мощный пресс. И если гладиатор её не покинет вовремя, то его нижняя половина превратится в сплющенный блин…»

Урод! Тебя бы туда – сразу бы потерял весь свой менторский тон!

Грек, тоже, без сомнения, слышавший последний речитатив комментатора, заскрёб локтями, заставляя тяжеленную броню выбираться из западни. Он старательно извивался всем телом, медленно выползая из сужающегося провала. Даже отсюда мне было видно, как ему нелегко. Вся мощь тяжелой брони бесполезна, если рядом нет хорошей опоры, что сыпучий слой гравия ни как не мог обеспечить, утекая и крошась в песок под стальными руками. Грека потащило вниз, но он упёрся ногой в сходящиеся тиски и, оттолкнувшись от них, вывалился наверх. Я облегчённо выдохнул. Капитан лежал на гравии и приходил в себя.

Но долго разлёживаться было нельзя. Чемпион приближался с другой стороны лабиринта. Костров это понимал и, поднявшись, подобрал оружие и двинулся дальше.

«…Настоящие бойцы никогда не сдаются! Будем надеяться, что Красный Барон впредь будет осторожнее. А сейчас пора переключиться в центр лабиринта, там тоже происходит нечто интересное!..»

Камера переключилась, и зрители смогли наблюдать, как человек в черной броне готовился тепло встретить моего напарника.

«…О боже! Неужели вы думали, что Чемпион будет скучать в ожидании своего главного соперника, пока тот пробирается извилистыми тропами, полных различного рода засад и ловушек?..»

В центре лабиринта гравий стал скручиваться в водоворот осыпающегося куда-то на технический этаж грунта. Из самого центра этого водоворота, вздыбив куски гравия в воздух, появилась громадная лапа с полуметровыми когтями. Она вцепилась в угол ближайшей стены и смяла стальной лист, раскрошив бетон под ним. Снизу рывками появилась сначала уродливая голова, затем мощный торс, и, наконец, весь монстр выполз на поверхность. Громовой рев чудовища разнесся под высоким куполом арены.

«…Кенрок!

Беспощадный хищник с планеты Стикс!

Сможет ли Чемпион победить, или зверь сожрёт его? Говорят, каменные внутренности чудовища могут переварить даже алмаз. Одно время всадники Стикса использовали этих грозных монстров, чтобы противостоять боевым машинам Империи ещё во времена конфликта из-за кристаллов Ашал’Нага. Кочевники долгое время успешно сопротивлялись, но кенроки в неволе плохо размножаются, а растут ещё медленнее. Поэтому победу в конце концов одержали механизированные имперцы.

Давайте посмотрим, сумеет ли технический прогресс противостоять природной машине смерти и в этот раз!»

Зверь был стар и могуч. Его многочисленные шрамы и следы на запястьях говорили о том, что кенрока долгое время держали в неволе и использовали в боях. Возможно, на этой самой арене. Чем его кормили даже не стоит думать. Пищи в Колизее для подобных хищников всегда в избытке.

Чемпион тем временем достаточно спокойно отнёсся к появлению чудовища рядом с собой. Кенроки обладают острым слухом, но при этом у них полностью отсутствует нюх. Зрение у них тоже отличается от идеального тем, что они могут выхватывать из окружающего пространства лишь движущиеся объекты. Сил и скорости, правда, в избытке. Толщина и плотность шкуры легко выдержат не один залп из танкового ружья. Но как реагирует на химию – мне неизвестно.

Чемпион стал аккуратно смещаться в сторону одного из боковых ходов в лабиринт. Как ни крути, а кенрок был достаточно близко, один точный удар когтистой лапы – и не спасёт никакой комбинированный сплав «Адской Химеры». Всё-таки на прямые физические атаки этот костюм, призванный рассеивать тепловую и ионную энергию, не рассчитан.

Движение чёрного пятна на общем фоне явно заинтересовало кенрока. Об этом можно было судить по тому, как зверь заинтересованно повернулся к Чемпиону уродливой мордой. Наверняка монстр видел массу механизмов, а также сражался с ними, но чтобы заставить его броситься, требовалось удостовериться, что под крепкой стальной чешуёй наверняка есть вкусное мясцо. В настоящий момент монстр старательно оценивал своим примитивным разумом, стоит ли вступать в бой с непонятной мишенью. Но лишь только чемпион ускорился и изо всех сил рванул прочь, как кенрок сразу бросился за ним.

Гладиатор мчался вперёд, но кенрок был быстрее. Чёрной тенью чудовище нависло над беспомощной человеческой фигуркой.

В свою очередь я страстно желал, чтобы монстр со Стикса дотянулся и сожрал свою добычу. В этом случае Греку, уже преодолевшему две трети пути сквозь извилистый коридор лабиринта, понадобится, конечно, не один выстрел, чтобы продырявить зверя с планеты Стикс. Но как бы ни была крепка шкура кенрока, даже ей не устоять против залпов раскалённой плазмы из реактивного ускорителя.

А тем временем события на арене развивались стремительно. Чемпион так и не добрался до чернеющего провала одного ветвистого коридора в лабиринт, но он и не стремился. Наоборот, он резко затормозил, встав на самой границе. Кенрок в длинном прыжке уже протянул лапу, дабы схватить, сплющить и сожрать человека в чёрных латах. Но тот вдруг врубил невидимость и, скорее всего, резко прянул в сторону, тем самым уйдя с линии движения монстра. Естественно, кенрок пролетел мимо.

Я невольно исполнился уважением к гладиатору. Чтобы проделать такое, необходимо обладать железными нервами, отменной реакцией и необычайно точным чувством времени.

Только тут замысел владельца «Химеры» стал понятен публике. Всё произошло практически в одно мгновение. Кенрок по инерции тяжело упал внутрь коридора и конечно же попал в одну из смертоносных ловушек. Рев раненого зверя разнесся под куполом арены, и рев толпы вторил ему.

Естественно, не только зрители слышат комментатора, его голос разносится над всей боевой площадкой. Гладиатор в черной броне тоже слышал про специально устроенные западни и сделал соответствующие выводы. Даже более того – он догадался, что у выхода в центральную часть арены обязательно будет особо изощренная западня, устроители лабиринта пойдут на всё, чтобы поднять зрелищность шоу. Чемпион оказался прав.

Кенрок не смог быстро вырваться из западни. Тонкие стальные лески не смогли, конечно, сразу разрезать его прочную шкуру, но держали крепко. Давление от каждого жгута такой проволоки на квадратный сантиметр составляло около тонны. А значит, зверь не мог двигаться. И хотя тот яростно ворочался и бился, словно опутанная сетями рыба, – с каждым рывком проволока всё глубже врезалась в его природную броню, опутывала широкие трёхпалые лапы, мешала двигаться. Чемпион выключил маскировку и уже медленно подбирался к чудовищу. Кенрок видел своего врага, отслеживал его движения, но мало что мог поделать. Он широко разевал пасть, оглушая лабиринт чудовищным воем, от которого осыпалась пыль с бетонных стен, и силился разодрать путы, всё сильнее увязая в них. Чемпион остановился, поднял пробойник и дважды выжал спуск. Два концентрированных химических залпа попали кенроку прямо в пасть, выжгли всё нёбо, растворили мягкие ткани и добрались до мозга, разъев его. Вскоре монстр со Стикса уронил опустошённый череп на гравий, дёрнулся всем телом и упокоился навек. Громадная туша закупорила один из коридоров намертво.

Арена визжала, орала и сходила с ума. Диктор захлёбывался от восторга.

«…Невероятно! Чемпион смог разделаться с чудовищем. Мы все видели, как он ловко использовал одну из ловушек лабиринта. Настоящий мастер! И все же его главное испытание приближается: Красный Барон, наконец, преодолел лабиринт и достиг центральной части! Храбрый воин преодолел все западни, которые встретились на извилистом пути, но хватит ли у него сил и опыта на главный бой?!»

Камера показывала Кострова. Его доспехи были чуть опалены, через нагрудную пластину проходила оплавленная не очень глубокая полоса запекшегося металла, но в целом броня была в порядке. Да, Грек смотрелся довольно бодро. Он не спеша сделал шаг на центральную площадку. За его спиной замерцало силовое поле.

Все ходы оказались перекрыты. Сработала самая главная ловушка. Теперь они, как пауки в банке. Будут кусать друг друга, пока не погибнут.

Оба не спешили бросаться в бой. Явно понимали, чем может кончиться тот или иной необдуманный шаг. Они находились на противоположных сторонах друг от друга – примерно в сотне метров. Если верить комментатору, винтовка моего друга вполне может достать Чемпиона на половине этого расстояния, черному же гладиатору придётся подойти ещё ближе. В центре площадки засветилась сфера энергетического щита. Запасной генератор! Если Грек доберётся до неё и сможет вставить своё орудие, то, находясь там – он сможет держать под обстрелом весь центр лабиринта, и Чемпиону придётся худо. Фигуру лидера гладиаторов окутало мимикрирующее сияние, его чёрный доспех стал растворяться, исчезать в окружающем пространстве. Грек тут же бросился к центру. Чтобы поле невидимости сработало целиком, необходимо оставаться в неподвижности порядка пяти секунд, видимо, на это и рассчитывал мой друг, идя в атаку именно в такой момент. Он тоже, как и его противник – внимательно прислушивался к словам комментатора и делал выводы. Сейчас у него появилась небольшая фора во времени. За пять секунд Грек преодолел в своей тяжёлой броне треть расстояния до цели под защитным энергетическим колпаком. За это время Чемпион стал совершенно прозрачным, слившись с окружающей действительностью. Теперь, чтобы отследить его, требовалась особая аппаратура, которой, к сожалению у моего друга не было. Всё, что Грек мог сделать, это попытаться просчитать действия Чемпиона и вектор его атаки. На мой взгляд, как бывший десантник Костров сделал лучший выбор: когда, сократив дистанцию ещё на треть, вскинул своё орудие и на ходу выпустил почти весь заряд из ускорителя не очень широким веером прямо перед собой…

Раскалённые сгустки плазмы пронзили воздух, и на удивление один попал в цель. Чемпион двигался быстро, и конечно, на его стороне была невидимый покров, но Костров правильно понял, какую именно тактику предпримет противник, попытавшись добраться до центра лабиринта раньше него. Именно поэтому Грек расстрелял обойму, учтя следующие факторы: место, где стоял Чемпион, и примерные траектории его возможного передвижения. Естественно, опытный гладиатор не мог двигаться прямо навстречу моему товарищу, тем самым подставляясь под очевидный выстрел. Имея в запасе всего секунд двадцать от оставшегося времени камуфляжа и преимущество в скорости, Чемпион поступил вполне логично – со смещением по дуге двигаясь к энергетическому куполу, с таким расчётом, чтобы встать в центре боевой площадки в тот самый момент, когда Красный Барон будет уже в досягаемости химического пробойника. Грек действительно понял и предугадал действия противника, он смог адекватно ответить на эту угрозу. Я чуть не прыгал от радости перед видеоизображением, когда увидел попадание.