Читать книгу "Стихотворения и поэмы"

«Это туч ополчения вышли…»

 
Это туч ополчения вышли
Из-за дальней кромешной черты.
Это мучится лес, а не мысли,
Березняк дрожит, а не ты.
 
 
Это день, а не взор твой, не светел,
Это дальнего грохота час.
Всё мощней, всё порывистей ветер,
Это ветер – не ангельский глас.
 
 
Среди тьмы, среди ночи полдневной
Притаилась изба, не дыша.
Это стелется дым над деревней,
А не с телом простилась душа.
 

2009

«Новым эоном нам разум скрутило…»

 
Новым эоном нам разум скрутило,
В красный закат окунулось светило.
 
 
Но не лишился я доли святой –
Медную чашу наполнить водой.
 
 
Медная чаша, древняя чаша,
Память сакрально-прозрачная наша,
 
 
Память о рае сквозь отблеск огня,
Вечной водой напоила меня.
Новых эпох тёмно-красное брашно, –
И прикоснуться, и вымолвить страшно, –
 
 
Я отвергаю,
Отодвигаю:
Мне приготовлена чаша другая…
 

2009

«Речь времён высокая, речь пространств прекрасная…»

 
Речь времён высокая, речь пространств прекрасная,
Мёд моим мгновениям, боль и плач – годам,
Речь, в которой сызмальства слухом я участвую,
Тайна, за которую жизнь свою отдам!
 
 
Грянет Слово горнее – и падут вериги,
И зарукоплещут воды всех морей:
Речь, запечатлённая в Облаке и Книге,
Божья речь всемирная, речь любви моей!
 

2009

«Цветы сомкнули чашечки, чтоб дню…»

 
Цветы сомкнули чашечки, чтоб дню
Минувшему уже не пить из них.
И новый смысл из темноты возник,
И перед ним я голову склоню.
 
 
Мрак единит. Почти различий нет.
Исчезло дня подробное меню.
Но дружествен душе парад планет,
И перед ним я голову склоню.
 
 
Я знаю: к Духу, словно дым к огню,
Относится сей мир, сей мрак ночной.
Но Дух – незримо зреет надо мной,
И перед Ним я голову склоню.
 

2009

«Берёза могучая – мыслей сокровище наших…»

 
Берёза могучая – мыслей сокровище наших,
О сила ветвей, поколеньями думы вбиравших,
О лиственный пир!
Ушедшие живы – им вслед многорукая машет,
И светел их мир.
Кто ж поднял топор – и родов единенье обрушил,
Сорвал покрывало с небес, бесприютные души
Навек сиротя?
Барометра стрелка к великой склоняется суше,
И плачет дитя.
 

2009

«В саду играет скрипка…»

 
В саду играет скрипка
С левкоями меж нот.
Ещё одна улыбка –
И я у Ваших ног.
 
 
Как распахнул оконца
Наш деревянный сруб…
Одна улыбка солнца,
Движенье Ваших губ!
 
 
Обиделись? Да бросьте,
Там флейта, контрабас…
У нас такие гости
Бывают в жизни раз:
 
 
По тропкам стародавним
Гуляют и поют
Давно под чёрным камнем
Обретшие приют.
 
 
Напевом вторят флейте
Умолкшие давно…
Налейте мне, налейте
Искристое вино –
 
 
Нет, не вино забвенья,
Чтоб слёз поток затих,
Но чашу вдохновенья,
Чтоб вспомнить каждый штрих!
 
 
Она играет – скрипка,
И светом залит сруб.
Ещё одна улыбка,
Одно движенье губ!
 
 
Возможно продолженье,
Любви спасенье – стих.
Ещё одно движенье,
И Вы меж рук моих!..
 

2009

«Где полёт и лёгкость линий…»

 
Где полёт и лёгкость линий,
Где раздолье краскам,
Где вниманьем неба синим
Каждый лист обласкан,
 
 
Где ликует сад, объятый
Божьим состраданьем,
И где смотришь на меня ты
С тайным ожиданьем,
 
 
Там опять я не отвечу,
Снова промолчу я,
Там о месте новой встречи
Думать не хочу я,
 
 
В золотом луче горящем,
В этой райской куще,
Жив я только настоящим –
Против тьмы грядущей.
 
 
Там ни шелеста, ни хруста,
Травы не пригнуты,
Так не обвиняй же чувство,
Что живёт минутой,
 
 
И душа не виновата,
Что молчанья хочет:
Там для света нет заката,
Нет грядущей ночи…
 
 
Пусть же нам из ночи тёмной,
С безрассветной тризны,
Будет виден день огромный
Световой отчизны,
 
 
То безмолвие живое,
Всех мелодий краше,
То молчанье роковое
Пред разлукой нашей!..
 

2009

«Трепетанье души…»

 
Трепетанье души
При виде взлетающей птицы…
Ах, душа, не спеши, –
Зачем в облака торопиться?
 
 
Ты побудь, поживи
Средь листвы, ароматной и прелой:
Здесь ведь больше любви,
Чем там, в беспредельности белой…
 

2010

Полнота

Юрию Хаткевичу

 
Да нужно ли, нужно ли
Что-то извне
Осеннему саду
В его желтизне?
 
 
Он полон собою
От пят до макушки,
Как берег прибоя
Цветною ракушкой:
 
 
Он тонет в себе.
Сохранил он за лето,
Что было в листве
Прочирикано, спето,
 
 
Что было потеряно,
Обретено, –
Так музыкой смолкшей
Сознанье полно…
 
 
Да нужно ли, нужно ли
Что-то извне
Познавшему сердцу
В его белизне?
 
 
Все краски-цвета
В нём смешались и слились,
За целую жизнь
Они в нём убелились,
 
 
Меж садом и сердцем
Различье одно:
Оно не собою,
А Богом полно…
 

2010

«Закосневший в своём, низколобом и давнем…»

 
Закосневший в своём, низколобом и давнем,
Как тебя от людей в мир волков увело?
И не понял – навек – замахнувшийся камнем,
Что в своё же он метил глухое чело.
 
 
А коль так, перестанем учить и учиться,
Ведь иное обличье грозит нам с утра.
Да и под вечер голодом глянет волчица –
Чья-то матерь беспутная, злая сестра.
 

2010

«Как липы возносят иссохшие ветви…»

 
Как липы возносят иссохшие ветви,
Сегодня мы руки возденем:
Ответьте, о выси, о тучи, ответьте,
Что делать, что делать с виденьем?
 
 
Понять, что пророчество неотменимо,
И воле Небес покориться?
Но Милость, но Милость прошествует мимо,
Закатного света царица.
 
 
Иль сердцу как прежде лелеять тревоги,
Лелеять надежды и страхи,
И, встретив царицу, ей броситься в ноги
На тёмной дороге к плахе?..
 

2010

«Между колонн Боаз и Яхин…»

 
Между колонн Боаз и Яхин
Вышним дыханьем нисходят стихи.
 
 
Между колонн Яхин и Боаз
Тысячелетия длится час.
 
 
Скрылось от взора, за наши грехи,
Ложе любви меж Боаз и Яхин.
 
 
Шёпот высот меж Яхин и Боаз
Не представим и не слышим для нас…
 

2010

Всемирная речь

Марку Хаткевичу

 
Начинается с малого,
Со случайной и робкой заявки:
То с пригорка апрельского талого,
То с ноябрьской не сдавшейся травки.
 
 
Но живёт местный дух на пригорке,
Есть свой ангел у каждой травы,
И проглянет, как хлеб из-под корки,
Безграничность всемирной молвы.
 
 
Это сонмы и воинства духа,
Близость всех, кто живёт вдалеке,
И от них – отворение слуха,
Мёд стихов на твоём языке.
 
 
Травка слово небесное скажет,
Холмик – пристань невидимых встреч,
И не рифма, не рифма их свяжет,
Но Творенья всемирная речь.
 

2010

«…Но всё, что я понял и знаю…»

 
…Но всё, что я понял и знаю,
И всё, что гласит аксиома,
Мало пред призывом Синая,
Пред Словом, сходящим с Сиона, –
 
 
Не малостью капли пред ливнем,
Песчинки – пред вечной горою,
Но тем умалением дивным,
Которым я душу сокрою
 
 
В безмерном, предвечном Сиянье, –
Сожму её в точку живую
На линиях Божией длани,
Хранящих судьбу мировую!
 

2010

«Всё, что ты видишь, живёт только в зренье твоём…»

 
Всё, что ты видишь, живёт только в зренье твоём,
Всё, что ты мыслишь, живёт только в мысли твоей.
Лишь для испившего – сладок и свеж водоём,
Лишь опалённому – сладостна тень от ветвей.
 
 
Сладость и свежесть во власти любви – не воды,
Тень и прохлада во власти души – не листвы.
Вот отчего твой источник превыше беды,
Вот почему твоя крона превыше молвы.
 

2010

«Вдруг приоткроется, совсем чуть-чуть…»

 
Вдруг приоткроется, совсем чуть-чуть,
В Невидимое – мысли створка,
Иль вещества чуть отслоится корка.
И вот я к духам – в древний Дом – лечу.
 
 
А где она – та створка, та расщелина,
Та прорезь в плотном Бытии?
Но это разглашать не велено,
И если разыскал –  таи.
 
 
Она бывает в чувстве. Иль мгновении.
В знакомом сне. Мелодии. Строфе.
А предосенних флоксов дуновение
Да слёзы – мой единственный трофей.
 

2011

«Слова собираются – грянет гроза…»

 
Слова собираются – грянет гроза,
Сгущаются мысли и слоги
В лиловые, гневные – не предсказать –
Подвижные накипи рока.
 
 
Ударит ли громом, собьёт ли он с ног –
Иль дёрн оживит залежалый?
Пророчества – ложны. На то он и рок –
Властитель словесной державы.
 

2011

«Иль говорить об этом зарекусь…»

 
Иль говорить об этом зарекусь,
Иль укажу невнятно и намёком:
Взгляни, как сквозь лесной малинный куст
Взирает небо синим оком!
 
 
Вид на ручей и на тропинку вид
Открыт его взыскующему глазу,
Оно и листья изнутри живит,
Да и тебя, смотрящего, – всех сразу!
 
 
Оно лучом глядит сквозь летний куст,
Оно бежит по лиственным распутьям,
И – неба часть – твой взор иссиня-густ,
Хоть полон мельтешеньем лилипутьим…
 
 
Я смысл единый – натрое слою:
Листву и душу небо излучает,
И суть необозримую свою
Твоим пытливым взором изучает.
 

2011

Безумная

 
И глядит – и не видит. И слушает,
А сама изначально не здесь,
Вспоминает далёкое, лучшее –
Край утраченных райских чудес.
 
 
Дверь открыла – а в доме всё смешано,
Как слова в помрачённом уме.
Малый лучик прошил тьму кромешную:
Не она ль – этот лучик во тьме?
 
 
Ах, Психея, ты в дымчатом платьице
Своего лучезарного сна
На пороге великой невнятицы
Застываешь, сомнений полна…
 

2011

«Ветер на улицу дышит неровно…»

 
Ветер на улицу дышит неровно,
Может быть, издавна любит её.
Время темнеет. Соседка Петровна
С ветхой веревки снимает бельё.
 
 
Визг лесопилки. И знает лишь леший,
Что нашу местность зелёную ждёт.
Каждый в себе. И кого мы утешим –
Ветер? Соседку? Времени ход?..
 

2011

«Зелёного ветра рассказами…»

 
Зелёного ветра рассказами,
Сирени невнятными притчами
Учение Высшего Разума
В его шумнолистом величии –
 
 
День майский постиг и отпраздновал,
День радостный нёс – намекал
На таинства Высшего Разума
Нам, дремлющим ученикам.
 

2011

«Лишь в первый миг нисходит озаренье…»

Петру Цыплакову

 
Лишь в первый миг нисходит озаренье –
Венец из вихря. Венчик лучевой.
И это – продолжение Творенья.
Ответ Молчанью. Всё из Ничего.
 
 
А после – слоги. Линии. Детали.
Черты и йоты. Пересказ. Молва.
Так в тексте окружает комментарий
Священного Писания слова.
 
 
Но главное – уловленное сразу,
Излитое от огненных щедрот:
Да не поставит ум предел экстазу,
И дух не затворит пред ним ворот!
 

2011

«Пусть свободны луга, берега сановиты…»

 
Пусть свободны луга, берега сановиты
       и поймы широки,
Но бегут – отстают, протеканье
         овеяно грустью.
Видно, цель – не предморье, и смысл –
       не впаденье, не устье,
Видно, счастье реки – пребывать
      в животворном истоке.
 
 
Пусть мгновенья мои плодоносны
       и радостны сроки,
И на каждом шагу достигаю
       нежданного пусть я,
Всё ж печаль – мой удел. Видно, цель –
      не свершенье, не устье,
Видно, счастье души – пребыванье
       в Господнем истоке.
 

2011

«Не благодаря, но вопреки…»

 
Не благодаря, но вопреки
Всем провалам, плачам и утратам
Обретений тени велики,
И по смерти быть тебе богатым.
 
 
Где невинность видится виной,
А схожденье в пропасть – искупленьем,
Мы иной проснёмся стороной –
Душу до сияния разденем.
 

2011

«Проповедь-проза! Неужто же вчуже мы…»

 
Проповедь-проза! Неужто же вчуже мы
Землю воспримем и в небо вернёмся?
Где же ты прячешься, притча-жемчужина?
Хоть перед смертью найдём – улыбнёмся.
 
 
К сумеркам проза и солнце склоняются,
Мрака черту мы почти перешли…
Вдруг озаренье – и смерть отменяется:
Жемчуга свет воссиял от земли!..
 

2011