Читать книгу "Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса"

Однако все вышеперечисленные факты и цифры никак не подействовали на оппонентов, напротив, теперь они обвиняли Airbnb и в том, что ее деятельность осложняет джентрификацию в районах, где она уже началась. К лету 2014 года дискуссия вокруг Airbnb начала приобретать ожесточенный характер с паническими нотками. Это происходило на фоне продолжающегося расследования прокураторы и вскоре после очередного инвестиционного раунда, в котором оценка компании достигла 10 миллиардов долларов. «Люди говорили: «Я не хочу, чтобы у меня в доме селилась Аль-Каида, а поэтому Airbnb не место в нашем районе». Это было уже как бы за пределами здравого смысла. Это не имело отношения к действительности, и тут я понял, что сложилась опасная и нездоровая ситуация. Мы отправились в Нью-Йорк», – рассказывает Чески.

Хотя вначале реакцией Чески на закон 2010 года было сопротивление (тогда лучшие умы Кремниевой долины советовали компании либо притаиться и не попадать в поле зрения, либо давать активный отпор), пришедшая в Airbnb в 2011 году Белинда Джонсон призывала к более спокойным методам и примирению. Она убедила Чески в том, что он должен общаться со своими оппонентами. «Белинда научила меня тому, что какую бы ненависть к тебе ни испытывали, чаще всего это лучше обсудить», – говорит он. Чески приехал в Нью-Йорк, излучая бездну обаяния, и провел серию встреч со всеми заинтересованными лицами – регулирующими органами, отельерами, представителями сферы недвижимости, журналистами и даже мэром Биллом де Блазио («Мы с ним очень хорошо поговорили», – сказал Чески). В большинстве случаев личные встречи не помогли изменить позицию оппонентов, тем не менее они заставили их выслушать точку зрения Чески.

Между тем движение против Airbnb набирало обороты. В конце 2014 года влиятельный городской профсоюз работников гостиниц выбрал руководство, настроенное против Airbnb, а защитники прав на доступное жилье и отельеры объединили свои усилия, создав Share Better – своего рода политическую организацию противников Airbnb, первым же действием которой стала пропагандистская кампания стоимостью 3 миллиона долларов.

Тайны мира хоумшеринга

Airbnb никогда не скрывала своей нетерпимости к корпоративным спекулянтам и всегда старалась избавляться от них. Ее усилия в этой связи вышли на новый уровень осенью 2015 года, когда компания провозгласила концепцию «тесного сообщества», подразумевавшую более плотное сотрудничество с городскими властями, особенно в деле предотвращения любых негативных последствий бизнеса Airbnb для рынка доступного жилья. Компания выпустила информативный отчет о своих операциях в Нью-Йорке и сообщила о своем намерении в текущем году перейти к политике «один хозяин – один дом». «Мы категорически против крупных спекулянтов, которые превращают десятки квартир в нелегальные гостиничные номера. Подпольные гостиницы не соответствуют интересам наших гостей, наших хозяев, нашей компании и городов, в которых предоставляется жилье через Airbnb», – сообщалось в отчете. Последний отчет об операциях Airbnb в Нью-Йорке показывал, что 95 процентов хозяев в этом городе имеют по одному объявлению, а среднегодовой показатель заполняемости одного объекта составляет сорок одни сутки.

Однако критики указывали не на количество хозяев, а на объемы выручки у тех коммерческих объектов, которые используются своими владельцами исключительно для сдачи в краткосрочную аренду через Airbnb. В разные годы разные исследования показывали, что на некоторых рынках коммерческие объекты составляют до тридцати процентов предложений, а приходится на них от сорока и более процентов всей выручки. Летом 2016 года Share Better выпустила доклад о деятельности Airbnb в Нью-Йорке, в котором 8058 предложений определялись как «ударные предложения» – их хозяева имели несколько объектов, сдающихся как минимум три месяца в году, или один объект, сдающийся как минимум шесть месяцев в году. В докладе говорилось, что такое положение дел на 10 процентов сокращает предложения на рынке аренды постоянного жилья.

Airbnb всегда настаивала на том, что количественные показатели деятельности компании, предоставленные внешними сторонами, являются недостоверными. Ее собственные цифры по Нью-Йорку, доступные на момент написания этих строк, говорят о том, что предложения нескольких объектов от одного хозяина составляют 15 процентов от всей базы аренды домов целиком по городу и 13 процентов от общего дохода хозяев, что на 7 процентов ниже, чем несколькими месяцами ранее. Критики Airbnb заявляют, что эти цифры не дают полной картины, и предлагают компании раскрыть обезличенную информацию о географии и особенностях поведения отдельных арендодателей. Airbnb отказывается это делать, руководствуясь политикой конфиденциальности в отношении личных данных своих клиентов.

Чески отмечает, что многие нюансы деятельности Airbnb незаметны на фоне заголовков медиа. «Нам вовсе не безразлична эта проблема, и мы стараемся решить ее», – говорит он. Он настаивает на том, что компания намеренно отказывается иметь дело с крупными компаниями – владельцами недвижимости. «Если мы будем сдавать жилье, принадлежащее корпорациям, мы станем похожи на всех остальных. Это как гостиница. Принадлежность всему миру практически не чувствуется».

Компания заявляет о том, что вычистить коммерческих операторов не так просто. Часть их деятельности вполне легальна – объекты предлагаются в аренду на срок более тридцати дней или расположены в домах с количеством квартир менее трех (например, в бруклинских особняках или в таунхаусах Куинса), таким образом, они не подпадают под действие закона о многоквартирных домах. Кроме того, на платформе растет количество предложений от бутик-отелей и пансионов. По словам Чески, некоторые хозяева также могут предлагать одну и ту же квартиру несколькими объявлениями, и это выглядит как несколько разных объектов. Кроме того, замечает он, даже если компания заблокирует какого-то хозяина, ничто не мешает ему создать новый аккаунт под другим именем. «Мы не знакомы с каждым. Мы не устраиваем собеседований и не выясняем, почему люди занимаются тем, чем занимаются», – говорит Чески.

Эта проблема также является главной во взаимоотношениях с представителями гостиничной индустрии, которые считают, что на платформе процветают так называемые подпольные отели. Руководители отрасли уверены, что, несмотря на заявления Airbnb, подобных предложений на платформе значительно больше, чем она признает, и что компания имеет все возможности выявить и удалить их. «Они говорят, что не могут избавиться от этого. Абсурд. Весь мир считает, что они играют не по правилам, а их действия отнюдь не прозрачны», – говорит Виджай Дандапани, президент компании Apple Core Hotels, владеющей сетью из пяти отелей на Среднем Манхэттене, и председатель Ассоциации гостиниц Нью-Йорка.

Тем не менее большинство тех, кто занимался проверкой состава предложений на Airbnb, подтверждают, что подавляющее большинство крупных профессиональных операторов рынка недвижимости Нью-Йорка и других городов ушли с сайта. Очень многие перешли к конкурентам Airbnb. Во всяком случае, как в Нью-Йорке, так и в других местах они уступили лидерские позиции множеству мелких предпринимателей-непрофессионалов – обычным гражданам, которые либо заработали достаточно, чтобы купить или арендовать несколько помещений самостоятельно, либо сделали это совместно со своими знакомыми или соинвесторами. Это люди вроде Пола Маккэнна из Сиднея, который сдает два объекта и ремонтирует третий, надеясь в ближайшем будущем выйти на пенсию и зарабатывать на жизнь сдачей жилья на Airbnb, или такие, как упомянутый выше Джонатан Моран, предлагающий шесть помещений в трех домах в Саванне. Создатель Airdna Скотт Шэтфорд раскрутил свою компанию на деньги, заработанные им на сдаче в аренду семи объектов в Санта-Монике, штат Калифорния. Он говорит, что на пике этот бизнес приносил ему по 400 000 долларов в год.

Зачастую таким предпринимателям приходится усиленно маскироваться, создавая несколько аккаунтов под разными именами и придавая объявлениям оттенок индивидуальности, которую хочет видеть Airbnb и которой привычно ожидают клиенты. «Каждый хочет играть так, как считает нужным, исходя из собственного опыта», – говорит Шэтфорд. (И он, и другие отмечают, что, невзирая на мнение критиков Airbnb, случаи манипулирования системой предотвратить очень трудно. «Любой мало-мальски толковый человек способен обойти все заслоны, созданные для борьбы с «множественными» предложениями», – говорит Шэтфорд.) Но не дремлют и регулирующие органы: в 2016 году в Санта-Монике была введена самая жесткая по отношению к Airbnb нормативная база в стране, и Шэтфорд после интервью о своем бизнесе получил пять обвинений в административных правонарушениях. В итоге он заключил с городом сделку о признании вины и заплатил 4500 долларов штрафов, а затем переехал в Денвер, где занимается исключительно Airdna.

«Думаю, что весь этот скандал с корпоративными арендодателями вызван попыткой ответить на единственный вопрос, – говорит мне Чески за завтраком, который нам привезли в таунхаус в Джорджтауне, Вашингтон, округ Колумбия, – один из объектов с сайта Airbnb, где он остановился. – Это вопрос о том, есть ли объекты, полностью отданные под Airbnb в городе, где имеется дефицит доступного жилья? Я думаю, что все остальное, там, коммерческое использование или количество недвижимости у людей, вообще не имеет никакого отношения к делу». Он говорит, что Airbnb в принципе не возражает против множественных предложений на рынках, где нет проблем с жильем. Есть места (в качестве примера он называет озеро Тахо), муниципальные власти которых даже хотят, чтобы предложениями на Airbnb занимались компании, управляющие недвижимостью. В этой связи в 2015 году компания запустила пилотные проекты партнерства с управляющими компаниями на некоторых курортных направлениях. Такое сотрудничество стало еще одним способом привлечь потенциальных отдыхающих. «Принципиально возражать против этого невозможно», – уточняет Чески. Однако в городах вроде Нью-Йорка, имеющих реальные проблемы с доступным жильем, должно соблюдаться твердое правило «один хозяин – одно объявление», говорит он.

Правда, с точки зрения бренда дело обстоит совершенно иначе. «Основа нашего сообщества – простые люди, которые либо снимают жилье, либо предлагают воспользоваться своим, – рассуждает Чески. – Мы считаем, что это очень специфическая, особенная среда». Он обращает мое внимание на комнату, в которой проходит наша беседа, с книгами и безделушками на полках. Если бы это помещение было предназначено исключительно для сдачи в аренду, мы бы вряд ли ощутили его «человечность». «Это близость с другими людьми. Это забота. Это ощущение принадлежности. Не «сервиса», а принадлежности. Вот в чем суть нашей компании», – говорит он.

В общем, получается, что Airbnb не возражает против «множественных» предложений в городах, где нет проблем с жильем, если хозяева объектов сосредоточатся на том, что компания считает хорошим впечатлением – на ощущении присутствия, настоящего гостеприимства, идущего от реального человека. «Нам не нужны менеджеры объекта, которые занимаются этим ради денег», – говорит Чески. Цель в том, продолжает он, чтобы, как выразился шеф гостеприимства Airbnb Чип Конли, «гостеприимство шло с заглавной буквы, а бизнес – со строчной». Таким образом, Airbnb считает, что в городах, где нет дефицита жилья, мелкое предпринимательство вроде того, которым занимаются Маккэнн в Сиднее и Морган в Саванне, стоит легализовать. (С этим, однако, не согласились регулирующие органы Саванны, выписавшие Моргану пятнадцать штрафов на общую сумму 50 000 долларов, которые он, по его словам, не оплатил. Маккэнн также ощущает потенциальную угрозу ужесточения законов в Сиднее. Если власти введут какие-либо ограничения на количество дней аренды помещения в году, его бизнес потеряет смысл. Правда, на момент написания этих строк правительство штата Новый Южный Уэльс рекомендовало не ограничивать краткосрочную аренду жилья и внесло соответствующее предложение на рассмотрение парламента.)

Проблемы нью-йоркцев

Со многими моментами в позиции противников Airbnb, конечно, можно согласиться. Временные постояльцы получают ключи от общих помещений, при этом не имея представления о порядках, принятых в данном жилом доме. Они могут неправильно запереть входные двери и создать другие опасные ситуации. В жилых домах отсутствуют столь же строгие меры предосторожности, как в гостиницах, где наличие систем автоматического пожаротушения и четких планов эвакуации обязательно (хотя строительный кодекс Нью-Йорка требует соответствия стандартам противопожарной безопасности и от жилых домов). Но, пожалуй, самой насущной проблемой обычных нью-йоркцев является качество жизни. В Нью-Йорке люди живут в нагроможденных друг на друга небольших помещениях с общими стенами, полами, потолками и общественными пространствами.

Жители Нью-Йорка ценят свое личное пространство и привычный жизненный уклад едва ли не больше всего на свете, и туристы, которые колотят в двери, пытаясь зайти в дом, выбрасывают мусор в неположенных местах или тушат окурки об пол террасы на крыше, посягают и на одно, и на другое. Чуть ли не у каждого из моих нью-йоркских знакомых есть какая-нибудь байка, связанная с Airbnb. Одна давняя обитательница Вест-Виллиджа рассказывает, что сразу поняла, что ее сосед сдает свою студию через Airbnb: за стеной стало слишком шумно, а люди в квартире сменялись еженедельно. В одну из смен квартиру заняла семейная пара с двумя детьми, которая в течение всего своего пребывания держала в коридоре перед квартирой багажную тележку. Зачем они это делают, моя знакомая поняла, когда увидела их деток, весело раскатывающих на сверкающей золотистой тележке вверх-вниз по Восьмой авеню. Неподалеку от моего дома есть место, которое любят арендовать туристы из Скандинавии, так что постепенно мы все привыкли созерцать кучу очень высоких и очень белокурых молодых людей, до глубокой ночи толкущихся у дома с сигаретами в зубах и громко разговаривающих на непонятном языке.

Но, несмотря на все эти сложности и неудобства, вопрос все же не настолько однозначен, каким стремятся представить его противники Airbnb (хотя бы по той причине, что девять из десяти нью-йоркских женщин наверняка скажут, что не имеют ничего против притока рослых белокурых мужчин, вне зависимости от того, проездом они в городе или нет). А очень многие нью-йоркцы и так прекрасно знают, что такое иметь беспокойных соседей – причем постоянных.

Все эти годы оппозиция старается сконцентрировать внимание общественности на той части своей аргументации, которая касается проблемы доступного жилья. Она утверждает, что Airbnb вымывает объекты с рынка недвижимости, что непосредственно влияет на рост ставок долгосрочной аренды. Действительно, на Airbnb можно найти огромное количество объявлений из Нью-Йорка – примерно сорок четыре тысячи, по последним данным. Однако это составляет менее 1,5 процента от общего числа объектов жилой недвижимости, которых в городе насчитывается более трех миллионов. Множество факторов куда более прямо, чем присутствие Airbnb, влияет на дефицит жилья и заоблачные цены: например, правила зонирования, высокая стоимость строительства, строгое земельное законодательство, постоянный приток богатых покупателей-иностранцев и возрождение интереса к жизни в больших городах, благодаря которому их население достигло исторических максимумов. «Мы признаем, что источники проблемы, скорее всего, не в ней [Airbnb]. Но это не значит, что можно закрыть глаза на то, как тысячи квартир уходят с рынка», – говорит активист движения за доступное жилье Мюррей Кокс, создавший информационный портал Inside Airbnb – еще один внешний источник информации об Airbnb.

Чем крупнее становилась Airbnb, тем сильнее разгорался конфликт в Нью-Йорке. Помимо законодательства, краткосрочную аренду запрещают и подавляющее большинство домовладельцев, а некоторые из них стали добавлять в договоры специальные условия, не позволяющие квартиросъемщикам пользоваться Airbnb, и вводить строгие правила приема гостей, а также ставить камеры видеонаблюдения и нанимать частных детективов, чтобы ловить с поличным нарушителей. Рассказывают, что крупнейший собственник элитной жилой недвижимости в Нью-Йорке, компания Related Companies, сдающая в аренду более семи тысяч объектов, создала для своих управляющих объектами специальную презентацию в PowerPoint с инструкцией по выявлению жильцов, сдающих свои квартиры на Airbnb. А осенью 2015 года мэр де Блазио пообещал дополнительно выделить 10 миллионов долларов в течение трех лет для укрепления штата сотрудников и развития материально-технической базы контроля над соблюдением городского законодательства о краткосрочной аренде.

Едва ли какие-либо политические сражения смогут сравниться по ожесточенности с нью-йоркскими, особенно если на кону стоят интересы профсоюзов и крупного бизнеса и затронута крайне болезненная тема доступного жилья. И чем выше поднимались ставки, тем ядовитее становилась полемика. Когда один из инвесторов Airbnb, актер Эштон Кутчер выступил с письмом в защиту компании, член законодательного собрания штата Нью-Йорк и давняя противница Airbnb Линда Розенталь заявила газете Wall Street Journal, что на письмо «не обратят ни малейшего внимания», добавив: «он просто пытается опустить меня». Член городского совета от района Верхний Вест-Сайд Элен Розенталь (не родственница Линды Розенталь, но тоже член Демократической партии) говорила изданию The Real Deal: «Для меня самое главное во всем этом деле – максимально осложнить жизнь Airbnb, которая просто игнорирует законы штата».

В начале 2016 года Share Better выпустила телевизионный ролик, в котором пародировался девиз Airbnb «Весь мир – ваш дом». Ролик начинался с титров «Airbnb: весь мир – сплошные проблемы», а ехидный закадровый голос говорил: «Спасибо, конечно, Airbnb, но помогаешь ты только самой себе». Примерно тогда же двое членов городского совета направили тридцати основным инвесторам Airbnb письмо, в котором извещали о нелегальном характере деятельности компании в Нью-Йорке и предупреждали, что это может сказаться на стоимости их инвестиций. Как писали авторы: «Если бы мы инвестировали в компанию, которая затем преднамеренно вовлеклась в незаконную деятельность, мы серьезно задумались бы о том, стоит ли оставлять в ней свои деньги».

Airbnb отмахнулась от этого письма, назвав его «цирком». Компания занялась аккумуляцией политической ударной силы, наняв практически все ведущие лоббистские, политтехнологические и коммуникационные фирмы Нью-Йорка. В качестве главы по регулированию ситуации в Нью-Йорке был приглашен бывший сотрудник прокурора Шнайдермана Джош Мелцер. В совет директоров вошел бывший председатель влиятельного Международного профсоюза работников сервиса Энди Стерн, задачей которого стало налаживание диалога с профсоюзами. Компания начала больше тратить на рекламу. Она стала спонсировать марафоны. (Как и следовало ожидать, на старте бруклинского полумарафона, который теперь носил имя Airbnb, появились пикетчики в майках с надписью #БегомОтАirbnb).

Против компании выступали грозные и хорошо финансируемые противники (их число пополнила лоббистская организация собственников недвижимости REBNY), стараниями которых к середине 2016 года, в самом конце сессии законодательного собрания, вновь набрала обороты внесенная ранее законодательная инициатива Линды Розенталь по полному запрету объявлений о краткосрочной аренде жилья. Законопроект был специально направлен на противодействие рекламе, чтобы избежать юридически состоятельных возражений о том, что интернет-сайт не может нести ответственности за контент, размещаемый его пользователями. Он предполагал запретить квартиросъемщикам предлагать в аренду их свободные площади на срок менее 30 дней и перекладывал бремя ответственности с хозяев и управляющих объектами недвижимости на жильцов и арендаторов, для которых предусматривался денежный штраф в диапазоне от 1000 долларов за первое нарушение до 7500 за третье. Несмотря на пиар-кампанию с участием тяжеловесов технологического бизнеса, в том числе инвесторов Airbnb Пола Грэма, Рида Хоффмана и Кутчера, которые называли данный законопроект препятствующим инновациям и вредным для нью-йоркского среднего класса («Из-за этого безграмотного закона люди будут терять жилье!» – твитнул актер), в последний день сессии законодательного собрания закон все же был принят. Для Airbnb это стало внезапным и непредвиденным ударом.

Airbnb утверждала, что принятие подобного закона несправедливо и является результатом закулисной сделки лоббистов, совершенной в спешке и без учета мнения многих тысяч ньюйоркцев. Она запустила дорогостоящую рекламную кампанию, убрала с сайта более двух тысяч объявлений из Нью-Йорка, похожих на предложения «множественных» арендодателей, и предложила создать специальный инструментарий на сайте и процедуру регистрации, призванные исключить сдачу в аренду нескольких помещений одним и тем же лицом. Тем не менее четыре месяца спустя, в конце октября 2016 года, губернатор Куомо подписал закон. «После тщательного и всестороннего изучения и обсуждения вопроса было решено, что теперь данная деятельность является незаконной», – заявил его представитель. Высказалась и автор законопроекта Линда Розенталь. «Я испытываю глубокое удовлетворение в связи с тем, что губернатор Куомо встал на защиту доступного жилья и квартиросъемщиков», – сообщила она газете New York Times после подписания закона.

Реакция Airbnb была мгновенной: спустя несколько часов после подписания компания подала в суд на город Нью-Йорк и прокурора штата, заявляя, что закон нарушает права компании на свободу слова, соблюдение надлежащих правовых процедур и защиту, предоставленные «Законом о соблюдении приличий в СМИ». После заявления одного из руководителей гостиничной отрасли, сделанного во время телеконференции с инвесторами, о том, что новое законодательство позитивно скажется на возможностях ценообразовании его компании, Airbnb распространила меморандум под названием «Отели рады возможности взвинтить цены». (Виджай Дандапани из Ассоциации гостиниц Нью-Йорка не согласен с этим обвинением. Он считает, что ценовое сжатие – обычное явление рыночной экономики, например, авиакомпании определяют свои цены сходжим образом.)

Спустя несколько дней Airbnb устроила митинг перед офисом Куомо в Нью-Йорке. В нем участвовали примерно две дюжины протестующих с плакатами «Каждый цент идет на оплату моего жилья» и «Фрилансеры за Airbnb», которые скандировали лозунги в поддержку компании. Однако вскоре их заглушила группа оппонентов под предводительством депутата законодательного собрания Линды Розенталь – активистов движения за дешевое жилье, профсоюзных деятелей и арендодателей было больше, и кричали они громче. Еще через несколько дней во время другого митинга член городского совета Джумейн Уильямс сказал корреспонденту газеты New York Daily News, что «никогда не был так счастлив при виде поражения какой-либо компании».

В нью-йоркском сообществе Airbnb все эти новости породили смятение. Гости, уже забронировавшие себе жилье, начали интересоваться у хозяев, нужно ли им производить отмену. Бруклинская хозяйка, имеющая собственный консалтинговый бизнес, Эвелин Бадиа решила подкорректировать свое объявление, которое теперь гласило: «Легальная комфортабельная просторная 3-комн. кв. в доме». Во время митинга один из зевак спросил у меня, правда ли, что Airbnb скупает дома, чтобы сдавать их в посуточную аренду.

Вскоре после митинга я разговаривала с директором по работе с государственными органами Крисом Лихэйном. «Этот расклад полностью противоречил интересам наших хозяев, – сказал он. – Плохие политики ведут нечестную игру. Что еще можно было ожидать в ситуации, когда лоббисты пишут закон и проталкивают его без общественного обсуждения, когда нашим хозяевам и слова не дали сказать». Он говорит, что компания продолжит настаивать на принятии решения на законодательном уровне, которое, ограничивая коммерческую деятельность на платформе, в то же время позволит обычным людям время от времени сдавать свое жилье в аренду. «Любой объективный анализ говорит о том, что такое решение было бы полезно для штата». (На момент отправки этой книги в печать Aibnb урегулировала свои судебные иски к штату и городу Нью-Йорк. В последнем случае стороны договорились, что будут сотрудничать в вопросе выявления и пресечения деятельности злоумышленников.)

Руководитель политтехнологической фирмы Metropolitan Public Strategies и главный стратег Share Better Нил Кватра говорит: «Закон, который не позволяет Airbnb вести здесь огромную часть своего бизнеса, действует с 2010 года. Однако они подошли к этому вопросу очень умно». Он считает, что компания «очень хорошо отдавала себе отчет в том, что, какие бы законы ни были приняты, проконтролировать их исполнение в масштабах, угрожающих существованию ее бизнеса, здесь не удастся. Сейчас у нас есть коалиция различных представителей электората, которая в основном озабочена повышением цен в сегменте доступного жилья, ставшего результатом выхода из оборота долгосрочной аренды тысячи квартир, выставленных на Airbnb».

Депутат Линда Розенталь говорит: «Я в восторге от того, что закон подписан и вступил в силу, но в то же время думаю, что Airbnb приходится против собственной воли приводить бизнес в соответствие с законом, и они наверняка постараются выйти из этой ситуации любыми возможными способами». Она не согласна с тем, что называет «неправильным способом ведения дел этой компании». «Они заходят на территорию, подминают ее под себя, а потом начинают диктовать правила, вместо того чтобы слушаться власть». По ее словам, если бы ее пользователи были действительно небезразличны компании, она поместила бы комментарии к закону на домашней странице своего сайта. (В разделе сайта «Как стать ответственным хозяином» компания призывает своих клиентов строго соблюдать местные законы.)

И сама компания, и те, кто знаком с ее стратегией, утверждают, что Airbnb годами пыталась предлагать компромиссные решения, однако законодатели не поддерживали диалог. «Они [Airbnb] были готовы пойти почти на любые условия», – говорит Билл Хайерс из Hilltop, который сегодня уже не работает с Airbnb. К сожалению, по его словам, представители властей «категорически отказывались даже просто разговаривать. В конце концов оказалось, что договариваться просто не с кем».

Лихэйн высказал мнение, что ситуация в Нью-Йорке, скорее всего, с течением времени перерастет в серию сражений в «более длительной войне», и через несколько лет перипетии нынешнего конфликта будут выглядеть «ненавязчивым музыкальным фоном». Он говорит, что компания продолжит свои усилия по достижению компромисса, частью которого должны стать поправки к закону 2010 года.

Организуй, мобилизуй, легализуй

Мы познакомились с Лихэйном в главном офисе Airbnb за несколько месяцев до принятия нью-йоркского закона. Он оказался дружелюбным и приветливым человеком, совершенно не похожим на свой образ задиры и жесткого полемиста. Лихэйн – политический тяжеловес. Он получил юридическое образование в Гарварде и с 1980-х годов активно участвовал в политической жизни Демократической партии. Поработав в избирательной кампании Билла Клинтона в 2002 году, он получил должность в управлении специального советника Белого дома – элитной команде, которая занималась предотвращением ущерба от расследований деятельности администрации президента (он был автором 332-страничного отчета, где впервые был использован термин «масштабный заговор правых»). После этого он работал пресс-секретарем президентской кампании Эла Гора в 2000 году, а затем перешел в бизнес. Известный своей беспощадностью к оппонентам, емкими шуточками и искусным использованием информации о противнике, Лихэйн заслужил прозвище «человек-катастрофа». Среди его клиентов были Microsoft, Goldman Sachs, Лэнс Армстронг, профсоюзные объединения, а также некоммерческие организации, вроде инициативы миллиардера Тома Стайра по борьбе с климатическими изменениями. В свободное время он написал сценарий, а затем стал продюсером сатирического фильма о политтехнологе «Выборы». В 2014 году Лихэйн консультировал Airbnb в ее конфликте с властями Сан-Франциско, а вскоре после этого стал штатным сотрудником компании.

Несмотря худощавое телосложение Лихэйна, в офисе Airbnb его замечают сразу, где бы он ни появился. Почти все зовут его просто по фамилии. Базой для его операций служит отдельно стоящее трехэтажное здание в переулке за офисом Airbnb, которое раньше называли Флигелем, а теперь, с подачи Лихэйна, – Второстепенным Жилым Строением, сокращенно ВЖС. Это занудный термин из сферы жилищного законодательства – аналог просторечному «тещина квартира». Такого рода объекты очень хорошо подходят для хоумшеринга, дополнительным плюсом в этом отношении является их противоречивый юридический статус. В Airbnb ВЖС служит домом для мобилизационной группы, отдела процедурных коммуникаций и операций и прочих департаментов, в том числе стратегических исследований и социальных последствий. В общей сложности здесь работают около двухсот сотрудников, многие из которых являются выходцами из политических организаций Демократической партии. Лихэйн устроил офис по образцу офиса мэра Блумберга в городской администрации Нью-Йорка: в центре находится прозрачная «будка» руководителя, вокруг которой в тесном соседстве, облегчающем процесс взаимодействия, группируются команды различных направлений. Как он говорит: «Все организовано примерно так же, как и во время крупной политической кампании».

Лихэйн руководит стратегией противодействия, цель которой – в конечном итоге добиться изменений в законодательстве, благоприятствующих деятельности Airbnb. «Это полный привет, – заявляет он, усаживаясь передо мной в офисе Airbnb. – Ты как будто одновременно собираешь автомобиль, строишь дорогу и создаешь правила движения, а тебя еще и камнями забрасывают – ну просто замечательно!» Однако он охотно соглашается с тем, что, как и многие вокруг, подсел на идеологию Airbnb. Он убежден, что у компании есть потенциал превратиться в двигатель прогресса среднего класса, и говорит, что хоумшеринг пришелся по душе потребителю в силу совпадения целого ряда крупных социально-экономических тенденций. Он подкрепляет обветшавшие социальные контракты. Он позволяет обычным людям приобретать экономические правомочия. Он объединяет людей. «В конечном итоге причина, по которой Airbnb стала настолько успешной, отнюдь не в каких-то волшебных снадобьях, примененных к каким-то алгоритмам. Она в том, что мы построили платформу, позволяющую одним людям взаимодействовать с другими и приобретать в этом процессе насыщенный и трансформирующий личностный опыт», – говорил Лихэйн в своем выступлении на Всеамериканской конференции мэров в 2016 году.