Читать книгу "Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса"

Лихэйн утверждает, что подавляющее большинство городов мира открыто к партнерству, и моментально приводит многочисленные примеры совместной работы Airbnb с местными законодателями в целях совершенствования или изменения нормативной базы, чтобы она позволила пользователям платформы вести деятельность в полном соответствии с законодательством. На момент нашей беседы самым свежим из таких примеров являлся Чикаго, где были приняты поправки, разрешающие краткосрочную аренду жилья без каких-либо ограничений по количеству дней с удержанием с доходов от такой аренды 4-процентного налога для финансирования помощи бездомным. («Поклонники альтернативного размещения, отправляющиеся в Город ветров, могут радоваться», – гласил один из заголовков). В самый разгар сражения в Нью-Йорке законодатели с другого берега Гудзона – из Ньюарка и Джерси-Сити, штат Нью-Джерси, – приняли благоприятствующее деятельности Airbnb законодательство. Регулирующие органы Нового Орлеана и Шанхая утвердили партнерские соглашения с компанией практически одновременно с подписанием Куомо нью-йоркского закона. (Лихэйн говорит, что людям свойственно переоценивать значимость Нью-Йорка. Он, как и многие другие, считает, что при таких размерах платформы ни один отдельно взятый город не имеет материального значения для компании в целом. Это похоже на правду: по оценке Airdna, доля выручки от операций в Нью-Йорке составляет 10 процентов от всей выручки Airbnb по США и 3 процента от выручки компании по всему миру.) Лихэйн сообщил мне, что из ста рынков, которые компания считает для себя важными, семьдесят пять или восемьдесят «либо уже все сделали, либо движутся в правильном направлении», десять «как бы замерли», а оставшиеся десять, главными из которых являются Нью-Йорк, Сан-Франциско, Берлин и Барселона, «перманентно находятся в ситуации того или иного конфликта».

В этих конфликтных городах все очень непросто, и в каждом из них, по словам Лихэйна, существуют свои политические причины. В Барселоне местные власти очень болезненно относятся к наплыву туристов в старый город. В Сан-Франциско проблема дефицита жилья накладывается на борьбу за влияние между прогрессивно настроенными массами и более умеренными (и очень состоятельными) представителями технологической индустрии. В Берлине, где любая краткосрочная аренда без специального разрешения запрещена, а штраф за нарушение может достигать 115 000 долларов, проблемы с жильем, существующие со времен воссоединения Германии, усугубляются кризисом беженцев. Что касается Нью-Йорка, то он представляет собой эпицентр того, что Лихэйн называет «отельно-промышленным комплексом».

Лихэйн – специалист по преодолению разного рода политических препятствий, и он хорошо понимает, что для победы в борьбе с регулирующими органами необходима мобилизация хозяев Airbnb. По его мнению, у Airbnb есть то, чего нет ни у одного из известных ему частных бизнесов: сотни тысяч заинтересованных хозяев и гостей, способных стать «армией перемен». Предлагаемый им рецепт – массовая мобилизация, сродни той, которая была организована в Нью-Йорке после первого прокурорского выпада, но сравнимая по размерам и охвату с президентской выборной кампанией, предпринятая одновременно по всему миру.

По его мысли, у Airbnb есть два уникальных элемента, позволяющие это сделать. Первый из них – масштаб. Только по Соединенным Штатам количество пользователей в базе компании превышает численность любой из крупнейших лоббистских организаций страны, вроде Сьерра Клуба, Американской федерации учителей или Кампании за права человека. Большинство членов сообщества Airbnb составляют регулярные пользователи, которых Лихэйн подразделяет на «базовый электорат» – хозяев, являющиеся более заинтересованной, но не столь многочисленной группой, насчитывающей всего несколько миллионов человек, и «случайный электорат» – гостей. Впрочем, опросы, проводившиеся компанией, показали, что даже случайных гостей можно достаточно легко мобилизовать, а на некоторых рынках от 5 до 15 процентов общего электората так или иначе используют Airbnb. «Что-что, а считать-то политики умеют, – говорит Лихэйн. – И это очень убедительные подсчеты».

Вторая уникальная черта Airbnb – ее экономическая модель. «Базовый электорат» не просто верит в идею, он извлекает из нее доход. Хозяева Airbnb оставляют себе все, что к ним поступает, за вычетом трехпроцентного сервисного сбора. «Эти люди получают по девяносто семь центов с каждого доллара. Если сложить все это в единую картину, то станет понятно, почему я думаю, что мы действительно можем совершить прорыв в политике», – говорит Лихэйн.

Когда Лихэйн приступал к своим обязанностям, определенный фундамент в этом отношении уже был создан. Усилия Дугласа Аткина по подготовке общественной петиции в период проведения прокурорской проверки в Нью-Йорке являлись частью более широкой инициативы, направленной на обеспечение вовлеченности сообщества Airbnb в городах, где компания столкнулась с сопротивлением властей, – Нью-Йорке, Сан-Франциско и Барселоне. Эта инициатива под названием «Воспламенитель» представляла собой тщательно разработанную методику мобилизации общественности, заимствующую ряд приемов президентских кампаний Обамы, например, так называемую «снежинку» – модель самодеятельной и самофинансируемой агитационной работы на уровне местной общественности, включающую самоорганизацию и взаимное обучение активистов. Эта тактика, основанная на постепенном наращивании запросов членов сообщества по «кривой заинтересованности» от появления на собрании или публикации твита и вплоть до написания авторских комментариев для СМИ, призвана пробудить в рядовых гражданах максимальный энтузиазм. Как говорит Лихэйн: «Можно получить некий эффект, покрутив ролики на телевидении. Однако отвечать после эфира на пару сотен телефонных звонков в день от своих избирателей – адская нагрузка для члена городского совета. А порой именно так и происходит».

В целом задача Лихэйна состоит в том, чтобы привнести в инициативу «Воспламенитель» свое мастерство политической агитации, расширить ее и запустить в ста ключевых городах по всему миру. В своей работе он опирается на клубы хоумшеринга – группы хозяев, насчитывающие от десяти-пятнадцати до нескольких сотен человек, которые Лихэйн считает современными аналогами цеховых корпораций. Airbnb участвует в процессе их создания и предоставляет инфраструктуру и поддержку, однако каждый клуб разрабатывает собственный устав, намечает собственные цели, и, как предполагается, становится самостоятельной гражданской политической силой. «Необходимо направлять деятельность этих клубов, развивать их и быть их лицом, – говорил Лихэйн, представляя свою идею аудитории из пяти тысяч хозяев на Airbnb Open в Париже. – Мы поможем вам, дадим вам инструменты агитации и пропаганды, но в конечном итоге именно ваш голос имеет решающее значение».

Лихэйн провел бета-тестирование данных подходов в 2015 году в Сан-Франциско, мобилизуя общественное мнение против принятия «Законопроекта F». Эта законодательная инициатива содержала ограничения краткосрочной аренды жилья, и борьба против нее была для Airbnb не менее знаковой, чем сражения с регуляторами в Нью-Йорке. Компания и город уже пришли к согласию относительно легализации краткосрочной аренды жилья в рамках так называемого «закона Airbnb», принятого осенью 2014 года. В этом законе с согласия Airbnb было введено ограничение на количество дней аренды в году для хозяев, предлагающих целые дома, а также требование регистрировать хозяев в городских контролирующих органах. Однако после принятия закона его оппоненты вновь активизировались и предложили ужесточить ограничение по срокам, ввести обязательную квартальную отчетность и предоставить соседям и владельцам жилья право подачи судебных претензий. Получив в свое распоряжение бюджет на 8 миллионов долларов, Лихэйн задействовал команду опытных профессиональных организаторов и сотни волонтеров, которые приступили к мобилизации клиентской базы Airbnb. В итоге 138 000 членов сообщества посетили 285 000 домов и поговорили о необходимости отклонить законопроект с 67 000 избирателей. (Часть восьмимиллионного бюджета пошла на политическую рекламу, в том числе телевизионную. Негативную реакцию вызвали билборды с язвительными текстами вроде: «Дорогая система публичных библиотек! Надеемся, что тебе перепадет что-то от 12 миллионов гостиничных налогов, и ты сможешь работать и впредь. Обнимаем, Airbnb». Эти тексты были названы высокомерными и оскорбительными, и компания была вынуждена извиниться и демонтировать их.)

Победа была полной, но оказалась недолговечной. В июне 2016 года окружной совет утвердил новый нормативный акт, обязывающий платформы краткосрочной аренды проверять размещенные у них объявления на предмет регистрации хозяев или платить штраф по 1000 долларов в день за каждое объявление от незарегистрированного арендодателя. Airbnb подала в суд на городские власти Сан-Франциско, и на момент написания этих строк дело продолжает кочевать по судебным инстанциям.

Масштабирование гостеприимства

Airbnb решает головоломку: компания хочет наращивать объемы своего бизнеса как в Нью-Йорке, так и во всех других местах. Но она хочет делать это вполне определенным образом. «Чем больше люди взаимодействуют между собой, тем ближе это нашей миссии», – говорит Чески. Отсюда вопрос: как можно масштабировать пропагандируемое Airbnb дружелюбное человеческое гостеприимство? Как сохранить в процессе роста уникальные черты гостеприимства каждого отдельно взятого дома? Создатели компании считают, что и эти задачи лежат в плоскости дизайна.

Одним из путей их решения является налаживание партнерских отношений с домовладельцами. Airbnb – городской феномен, но домовладельцы часто не разрешают квартиросъемщикам сдавать жилье через Airbnb. Во многих случаях краткосрочная аренда является нарушением правил, установленных в доме, или предписаний местного законодательства, за что чаще штрафуют домовладельцев, а не жильцов. Бывает, что наймодатель – собственник одного небольшого здания без лифта. Однако большинство квартиросъемщиков в больших городах арендуют свое жилье у крупнейших компаний – владельцев многих объектов жилой недвижимости, таких как Avalon Bay Communities, Camden Property Trust или Equity Residential Properties. Они входят в небольшую группу, владеющую сотнями тысяч квартир по всей стране, большую часть которых арендуют молодые миллениалы. Повседневное управление этой собственностью обычно передается крупным объединениям управляющих компаний, но правила пользования, которые включаются в договоры аренды, определяют именно домовладельцы. Выстроить отношения с ними таким образом, чтобы убедить в необходимости изменений правил в пользу хоумшеринга, стало бы большим успехом для Airbnb – рядовые квартиросъемщики получили бы возможность сдавать свое жилье.

Последние несколько лет Airbnb занимается формированием союзов с объединениями арендодателей. В 2016 году репортер Fortune Киа Кокаличева писала о новой инициативе, в рамках которой собственники и девелоперы больших многоквартирных домов смогут вступать в партнерские отношения с Airbnb. Условия партнерства предусматривают, что квартиросъемщикам разрешается сдавать свое жилье на Airbnb, а девелопер сохраняет возможность устанавливать для этого определенные правила (например, продолжительность пребывания гостей или время заезда) и получает долю от доходов. Бронирование осуществляется на сайте Airbnb, но компания обещает предоставлять домовладельцам полную информацию о транзакциях, совершаемых нанимателями. Идея соответствует интересам домовладельцев, та как их главной задачей является заполнение дома долгосрочными арендаторами, обеспечивающими стабильный и предсказуемый денежный поток, который хотят видеть инвесторы. А согласно Чески и Airbnb, их целевая потребительская группа, арендаторы-миллениалы, хотят жить только там, где возможен хоумшеринг. Они знакомы с Airbnb большую часть своей сознательной жизни и считают, что этот источник дохода принадлежит им чуть ли не по праву рождения (примерно так же они, к слову, думают и о многих других вещах). Компания заверяет домовладельцев, что если они примут Airbnb и официально разрешат своим арендаторам хоумшеринг, им будет проще привлечь жильцов, и заполняемость объекта возрастет. Более того, поскольку у квартиросъемщиков появляется дополнительный источник доходов, можно говорить о снижении риска просрочек по внесению арендной платы, а это, в свою очередь, повышает инвестиционную привлекательность объекта. На момент написания этих строк в партнерские отношения с Airbnb вступили домовладельцы, контролирующие в общей сложности около 2000 квартир. Это капля в море, но компания рассчитывает в дальнейшем привлечь крупнейших игроков на рынке недвижимости.

В будущем Airbnb надеется вывести подобное партнерство на более высокий уровень. Компании – владельцы недвижимости занимаются также и девелопментом новых жилищных комплексов на сотни тысяч квартир. Airbnb обсуждает с ними возможности планировок, предусматривающих удобный хоумшеринг – например, создание в квартирах дополнительного санузла или квартир с санузлом в непосредственной близости от второй спальни, которая отделена от главной спальни общей комнатой.

Слушая рассказ Чески об этих идеях, я замечаю, что все это, разумеется, невозможно в Нью-Йорке, где самый популярный формат использования Airbnb – сдача квартиры в аренду на время своего отъезда – является незаконным. Чески отвечает, что домовладельцы есть по всей стране, а не только в Нью-Йорке. «Все равно эта идея предполагает, что…» – начинаю было я, и Чески заканчивает фразу за меня: «…будущее будет безоблачным».

Кто рано встает…

Чески испытывает оптимизм в отношении безоблачного будущего. Он считает, что Airbnb извлекла уроки из своих сражений в Нью-Йорке, где оппоненты обвиняли компанию в безразличии к местным политическим проблемам. Выступая перед аудиторией на конференции Brainstorm Tech, которую устраивал летом 2016 года журнал Fortune, Чески говорил: «Мы уяснили, что не надо дожидаться появления проблем. Если хочешь работать с городом, надо с ним познакомиться. Если это знакомство происходит по твоей инициативе и с лучшими намерениями, то партнерство возможно. А если это происходит по инициативе города, то можно получить потенциальные конфликты на многие годы вперед».

На некоторых рынках между тем закручивание гаек продолжалось. Весной 2015 года, невзирая на протесты сотни представителей сообщества Airbnb, городские власти Санта-Моники ввели правила краткосрочной аренды, на тот момент ставшие самыми жесткими в Соединенных Штатах. Аренда жилья целиком на срок менее тридцати суток запрещалась вообще. Сдавать жилую площадь в аренду разрешалось только при условии присутствия хозяев, наличии у них разрешения на ведение бизнеса, соответствии помещений городским правилам противопожарной безопасности и строительным нормам и уплате хозяевами 14-процентного гостиничного сбора. (Хозяин Airbnb и создатель Airdna Скотт Шэтфорд нажил себе проблем как раз из-за этих правил.)

Airbnb оказалась серьезной проблемой и для исландского Рейкьявика. Совсем небольшой город стал популярным туристическим направлением, и гостиницы не справлялись с потоком приезжих. Дефицит жилья для туристов закрыли предложения на Airbnb, и сейчас по количеству объявлений на сайте на одного жителя этот маленький город вдвое опережает Рим и Сан-Франциско. По оценке специалистов, минимум 5 процентов жилого фонда Рейкьявика предлагается в аренду на Airbnb, что ухудшает и без того напряженную ситуацию с жильем. Городские власти ввели строгие правила: хозяева обязаны регистрироваться и оплачивать специальный сбор, а в случае, если они сдают жилье на срок, в общей сложности превышающий девяносто дней в году, их деятельность попадает под действие корпоративного налогообложения. На момент написания этих строк проблемы с краткосрочной арендой обострились в Торонто и Ванкувере, также новый мэр Лондона Садик Хан выразил намерение пересмотреть существующие правила краткосрочной аренды в свете проблем доступного жилья и качества жизни соседей.

В то же время те, кто пользуется Airbnb, уже привыкли к отсутствию прозрачности на некоторых рынках. Хозяева жилья, забронированного на Airbnb, часто просят своих постояльцев говорить соседям, которых они могут встретить в подъезде дома, что они друзья или родственники, приехавшие погостить. Одной моей приятельнице, отправившейся в Лос-Анджелес, было велено искать ключи от квартиры за кучей велосипедов у входа в дом, а на все вопросы отвечать, что она здесь в гостях у знакомых. Еще до принятия нью-йоркского закона о краткосрочной аренде многие домовладельцы стали обращать внимание на рост числа жильцов, в квартирах которых то и дело появляются отягощенные багажом знакомые, приехавшие «присмотреть за кошками».

Те, кто сдает помещения в своих домах вполне легально, стремятся соблюдать предписания с удвоенным старанием. «Пока все это не устаканится, я хочу по максимуму придерживаться правил», – говорит хозяин из Нью-Йорка Крис Гатто. Он сдает свободную комнату, что разрешено местными законами, но в обязательном порядке проводит с каждым гостем десятиминутный наглядный инструктаж, показывает, где находится огнетушитель и запасные выходы, и обращает внимание на развешанные по стенам квартиры указатели. Восторженная любительница путешествий с Airbnb Шила Риордан из главы 3 не останавливается там, где могут возникнуть вопросы с соблюдением законности. «Я не хочу жить в местах, где меня могут спросить, что я здесь делаю», – говорит она. Компании, построившие свой бизнес на буме хоумшеринга, смирились с тем, что может потребоваться еще несколько лет для урегулирования всех проблем. «Это один из внешних факторов, с которыми нам просто нужно жить», – говорит руководитель стартапа выдачи ключей Keycafe Клэйтон Браун. (Тем временем образовалась новая разновидность народных промыслов, кормящихся за счет Airbnb: компании, помогающие властям и домовладельцам разоблачать нарушителей правил краткосрочной аренды.)

Вопросы мобилизации находились в центре внимания во время Airbnb Open в Париже в 2015 году. «Будучи хозяевами, вы знаете, что очень часто нас, как я считаю, неправильно понимают. И не просто не понимают, но, как мне иногда кажется, подвергают травле», – говорил Чески, выступая перед участниками. Вскоре все изменится, пообещал он собравшимся, «потому что они увидят не только наши дома, но и наши души». Лихэйн побуждал собравшихся к действию: «В ближайшие дни, месяцы и годы нам предстоит еще много борьбы и сражений… Но если это сообщество перерастет в общественное движение, оно станет непобедимо. Мы дружно пойдем вперед по этому пути, а нашим девизом будет: «Кто рано встает – организации создает»[5]5
  В оригинале лозунг Лихэйна отсылает к знаменитому афоризму Бенджамина Франклина «Early to bed and early to rise, makes a man healthy, wealthy and wise», один из вариантов перевода которого «Кто рано лег спать и рано встал утром, тот будет здоровым, богатым и мудрым». – Прим. пер.


[Закрыть].

Манипуляция цифрами

Несмотря на все проблемы, подавляющее большинство экспертов и обозревателей сходятся во мнении, что обстоятельства складываются в пользу Airbnb, и в конечном итоге она получит свободу действий, пусть даже и более жестко ограниченную на некоторых рынках. А произойдет это по одной единственной причине: их продукт нужен потребителю. Невозможно развиваться столь стремительно, как развивается Airbnb, не задев какую-то чувствительную струнку в глубинах души массовой потребительской аудитории. И с этой точки зрения именно гости, а не хозяева, то есть без малого сто пяьдесят миллионов человек, которые бронируют себе жилье на Airbnb и используют его в путешествиях, могут оказать решающее влияние на регулирующие органы. «Я рассуждаю примерно так: завтра здесь будет больше народу, чем сегодня? Да. А послезавтра – еще больше, – говорит Лихэйн. – Общественность уже здесь, а политики очень быстро подстраиваются под общественность». Сооснователь HomeAway Карл Шеперд считает, что регулирующие органы занимают страусиную позицию. «Они как будто говорят – в мире образца 2015 года меня нет. Можно, конечно, отрицать его существование, а можно все-таки придумать, как сделать его более безопасным», – заявил он в интервью газете Los Angeles Times.

Можно измерять энтузиазм потребителей по отношению к Airbnb самыми разными способами, и результат всегда будет одинаков: он нарастает лавинообразно. Один из опросов, проведенных Квиннипэкским институтом изучения общественного мнения, показал, что Airbnb пользуется поддержкой 56 процентов нью-йоркцев против 36 процентов тех, кто хочет ее запрета. (Работая над книгой, я обратила внимание на одно особенно показательное явление для Нью-Йорка – жителей города, недовольных проходным двором, в который превращают их дом временные жильцы, и в то же время с удовольствием использующих Airbnb для собственных путешествий.)

Широкая деловая общественность Нью-Йорка, не считая представителей гостиничной индустрии, склонна поддерживать Airbnb, хотя и не безоговорочно. «Мы ни в коем случае не готовы поощрять нарушения и не выступаем в поддержку Airbnb безусловно. Но мы считаем, что существует поле для выработки взаимовыгодных договоренностей», – сказала в интервью журналу The Real Deal Кэти Уайлд – президент общественной организации «Партнерство для Нью-Йорка», в которую входят руководители крупнейших корпораций города.

В общем-то, компанию, водружающую свой флаг на рынках, где законы вполне определенно запрещают подобного рода деятельность, действительно можно небезосновательно заподозрить в простодушии, отваге или полном неуважении к властям – в зависимости от того, с какой точки зрения это рассматривать. Но у миллионов потребителей есть причина, по которой они приняли Airbnb. Это произошло не просто потому, что трое парней решили нарушить сложившийся порядок вещей. Это стало кульминацией намного более мощных факторов: суровой рецессии, заставившей людей экономить на путешествиях и обратиться к монетизации собственного жилья; общего ощущения разочарования в услугах индустрии гостеприимства, ставших необоснованно дорогими и излишне стандартизированными; новых поколенческих ценностей миллениалов, для которых более прикольные, эклектичные, оригинальные и аутентичные путешествия стали не просто приемлемой идеей, а образом жизни; падения уровня доверия к власти, особенно заметного в среде представителей среднего класса, и поиска новых возможностей экономической самореализации. Понимание этих факторов позволило бы регулирующим органам осознать причины бешеного успеха Airbnb и решимости ее пользователей сражаться за идею до победного конца. «Передайте руководству города, что победа будет за нами, – говорит хозяин из Саванны Джонатан Морган, которому предстоит заплатить 50 000 долларов штрафов. – Скажите им: «Я буду бороться за это до конца своих дней, а я ведь моложе вас».

Многие другие бизнес-проекты проходили на пути своего становления разнообразные преграды в области нормативного регулирования. Начав приобретать популярность, eBay натолкнулась на яростное сопротивление традиционной розничной торговли, а один из ее противников пытался протолкнуть законопроект, требовавший от пользователей платформы наличия лицензии на аукционную торговлю. Всем платежным сервисам, от PayPal до Square и Stripe, приходилось доказывать свое право на существование регуляторам, которых ужасала сама идея денежного обращения в интернете. «Достигнуть успеха почти всегда значит признание права на существование», – говорит член совета директоров Airbnb Джефф Джордан. (Конечно, не всегда популярные технологические новинки остаются в победителях. Так, пиринговый музыкальный сервис Napster прекратил существование из-за проблем с нарушениями авторских прав, хотя позднее музыкальный стриминг стал обычным явлением, а отрасль придумала, как сделать его платным.) Никто из инвесторов Airbnb не выглядит слишком озабоченным сложившейся ситуацией. «Думаю, в конце концов мы достигнем точки, в которой окружающий мир станет таким, каким он должен быть, в худшем случае нас ждет всего лишь несколько более медленный рост в двух американских городах [Нью-Йорке и Сан-Франциско]. Парадоксально, но факт – по идее, именно эти города должны быть родным домом смелых технологических решений, а на практике они являются двумя самыми проблемными точками в мире», – говорит Рид Хоффман.

Чески любит украшать свои выступления цитатами великих мыслителей прошлого. Особенно часто он вспоминает одно высказывание Джорджа Бернарда Шоу: «Разумный человек приспосабливается к миру; неразумный упорно пытается приспособить мир к себе. Поэтому прогресс зависит от неразумных людей». На эту же фразу любят сослаться в Кремниевой долине, легионы стартаперов которой гордятся, что оказались достаточно неразумными и сумели привлечь горы инвестиционных денег, а затем изменить законодательство под себя.

В целом, сам Чески не особенно удивлен тем, насколько сильное сопротивление порождает деятельность Airbnb. «Когда мы только начинали этот бизнес, я уже понимал, что если он станет успешным, то воспринимать его будут не вполне однозначно», – задумчиво сообщает он мне. Мы разговариваем в «Президентских апартаментах» – точной копии обшитых деревянными панелями начальственных покоев образца 1917 года, воссозданной в офисе Airbnb образца 2015 года. Он говорит, что еще в 2007 году, когда он приехал домой в Нискаюну на рождественские каникулы, реакция окружающих при случайном упоминании идеи AirВed&Breakfast была либо однозначно позитивной, либо крайне негативной. «Мне либо говорили: «Класс, жду – не дождусь, когда можно будет попробовать», либо: «Вот уж чего мне не хватало в нашем районе». Так что когда Чески впервые услышал о нью-йоркском законе 2010 года, несмотря на все заверения регуляторов о том, что закон не имеет никакого отношения к Airbnb и не затронет клиентов его компании, он не мог избавиться от смутных подозрений. «Ну не может все это быть «просто прекрасным», это же закон», – думал он.

Даже Дж. Б. Шоу наверняка согласился бы с тем, что такое предположение разумно.

Однако Чески уверен, что решение найдется и что «это произойдет до того, как я начну седеть». Он полагает, что в конечном итоге в Нью-Йорке будет принят закон, позволяющий сдавать в аренду свое основное жилище и запрещающий делать это со специализированными арендными объектами и дополнительным жильем. Он также считает, что Airbnb будет собирать налоги и перечислять их городу. «Думаю, что так и будет, но уверен, что в ближайшие пару лет придется как следует покрутиться, чтобы к этому прийти».

Помимо прочего, вся эта законодательная эпопея заставила Чески несколько по-новому взглянуть на планы относительно будущего. В 2007 году казалось невероятным присутствие Airbnb в десяти тысячах домов, не говоря уже о трех миллионах. Теперь Чески замышляет амбициозное вторжение в мир путешествий-впечатлений. И, уже столкнувшись с врагом лицом к лицу на начальных этапах развития своей компании, он готовится как к грандиозному росту своей затеи, так и к ее неприятию и возможному сопротивлению. «Я разрабатывал его с учетом всех предположений, – объясняет он, показывая мне наброски нового плана развития компании. – Как это скажется на жителях района? Сделаем ли мы общественную среду богаче или разрушим ее? Все наши начинания не обойдутся без критики. И это первое, что я усвоил».

Многие в компании подходят к новым задачам совершенно по-другому, не пытаясь просчитывать все возможные последствия. Они заявляют, что вся та дикая головная боль, которую принес им стремительный рост Airbnb, была неизбежна и полностью предсказуема. «Это стопроцентная неизбежность, – говорит Майкл Сайбел, самый первый консультант сооснователей Airbnb, человек, которому компания более, чем кому-либо еще, за исключением своих создателей, обязана превращением в то, чем она является сегодня. – Когда ты нарушаешь работу гигантской индустрии, пытаясь найти себе место в ней, твоему присутствию будут сопротивляться все возможные заинтересованные стороны. Они не смогли бы построить многомиллиардный гостиничный бизнес, не умея давать отпор. Чем сильнее твои позиции на рынке, тем больше твои политические возможности для этого». Тем не менее, как говорит Сайбел вслед за многими другими, в конечном итоге все решает потребитель и в выигрыше обычно остается тоже он.

Еще одна из любимых цитат Чески принадлежит Виктору Гюго. «Нельзя истребить идею, время которой наступило», – перефразировал он знаменитого мыслителя, выступая перед участниками Airbnb Open в 2014 году. Сайбел выразил эту мысль еще более коротко и точно. «В конце концов, нравится людям пользоваться Airbnb? Нужна Airbnb многим миллионам людей? Да, – говорит он. – Все остальное решаемо. Это решаемо при наличии толковых людей, времени и денег».

«А вот нерешаемая проблема – это если ты создаешь что-то, что никому не нужно», – заключает он.