Читать книгу "Семь сестер. Семейная сага от Люсинды Райли. Комплект из 4 книг (часть 5–8)"

Я глянула на Зеда и подумала, уж не хотел ли он в свое время заделаться каким-нибудь проповедником. Уж больно вдохновенно рассуждает… И почти убедил меня.

– Вы мне признались, что мечтаете об Африке, – продолжил он свой монолог. – Это меня вполне устраивает. Большая игра всегда сексуальна. Да и, как правило, широко освещается во всех этих массмедиа. Будете постоянно на связи с Манхэттеном, где расположена штаб-квартира нашей компании. Но в ваш обязательный служебный пакет я также включу и постоянные перелеты первым классом. Плюс зарплата шестизначная, плюс масса других бонусов. Да, и служебная машина в вашем распоряжении, замечу, с обогревом. – Зед издал короткий смешок.

– Ах, Зед! Все слишком грандиозно. Я пока даже не могу осмыслить сказанное вами в целом. Нужно какое-то время, чтобы все переварить. И все же, почему именно я?

– Постарайтесь понять меня правильно. Ваши успехи в университете и ваш послужной список в зоопарке Сервион однозначно выводят вас на первое место в списке подходящих кандидатур на эту должность среди молодых. Так что, поверьте мне, Тигги, с моей стороны никакого одолжения, хотя, безусловно, вы мне очень нравитесь. Но! Бизнес есть бизнес. Так что это вполне серьезное деловое предложение, а взамен я буду ждать и соответствующей отдачи.

– Ну, это уж само собой, – ответила я, старательно загоняя вглубь иронию, которая могла бы ненароком прорваться в моем голосе. – Да, возможности просто обалденные, но…

– Вам надо время, чтобы все хорошенько обдумать, да?

– Да.

– Ладно! Думайте! – сказал Зед, поднимаясь с кресла. – Уверен, мы с вами отлично сработаемся. – Он сделал шаг навстречу и сразу же замер на месте, поскольку Тистл тут же угрожающе зарычал. – Ухожу, оставляю вас наедине со своими мыслями. Когда будете готовы, мы сможем продолжить наш разговор и обсудить подробнее некоторые аспекты будущего проекта.

– Хорошо, я обязательно все обдумаю, – пообещала я. – И большое вам спасибо за столь лестное предложение.

– Спокойной ночи, Тигги.

– Спокойной ночи, Зед.

Позднее, уже лежа в постели в своей промерзающей насквозь комнате, я невольно предалась всяческим фантазиям. Конечно, иметь Зеда в качестве своего босса – это не самая приятная перспектива, можно сказать, главное препятствие, но, когда представишь себе бескрайние африканские равнины, когда вспомнишь, какими деньгами придется ворочать и скольким тысячам и тысячам животных я смогу помочь, имея в своем распоряжении такие деньги, поневоле дух захватывает…

* * *

На следующее утро я проснулась рано и отправилась на кухню. Там Кэл уже запихивал в рот последний кусок тоста, уходя на работу.

– Доброе утро, а я как раз собираюсь идти кормить твоих кошек. Может, хочешь сама на них взглянуть?

– Пожалуй. Кашель у меня почти прошел за последние пару дней. Да и хочется вдохнуть глоток свежего воздуха. Ну, и как там мои кошечки?

– Как всегда, к общению не расположены. Поедем к ним на «Берил». Я еще попутно хочу взглянуть, где прячутся в снегу олени. Завтра у нас здесь намечается большая охота. Твой ухажер тоже будет участвовать. Дай-то бог, чтобы мы получили какое-то дополнительное количество пенсов и смогли сделать шаг навстречу своей мечте: приобретению новой «Берил». У меня сегодня ближе к вечеру должен состояться телефонный разговор с лэрдом. Я уже заказал вызов.

Тистл, который все еще продолжал кашлять, с кряхтением взобрался на заднее сидение машины, и мы двинулись в путь.

К счастью, кошки выбрались из своих укрытий, чтобы поздороваться со мной. Такое впечатление, будто они соскучились по мне.

– Знаешь, – обратилась я к Кэлу, раскладывая пищу по вольерам, – у меня такое чувство, что навряд ли они в этом году станут обзаводиться потомством.

– Не нравится мне твое минорное настроение, Тиг. Слишком много негатива.

– Но должна же я мыслить реалистично, Кэл. И вообще, я задаюсь вопросом, а есть ли тут еще какая-то работа для меня, – вздохнула я, когда мы снова уселись в машину.

– Сейчас я тебе кое-что расскажу. Думаю, это поднимет тебе настроение.

– Что именно?

– Сейчас услышишь. Эта история словно специально для тебя, Тиг. Еще будешь смеяться, что именно я рассказал тебе ее.

– Так не тяни же! Рассказывай! – набросилась я на него. Он остановил машину перед небольшой березовой рощицей и стал внимательно обозревать ее в бинокль.

– Помнишь ту ночь, когда я отправился на твои поиски? Метель была страшная… Я еще такой в жизни своей не видывал. Так вот, я сделал очередную остановку как раз на этом месте, где мы сейчас стоим. Боялся ехать дальше, ведь речка же в двух шагах отсюда. Скажу тебе честно, даже я, который знает эту местность и все здешние дороги как свои пять пальцев, даже я испугался, поняв, что, скорее всего, сбился с пути. Снег все валил и валил, хлопья падали на ветровое стекло, и вдруг – ты сейчас начнешь смеяться, из этой снежной круговерти возникли какие-то неясные очертания. Я пригляделся и увидел… – Кэл сделал глубокий вдох. – Я увидел вон там белого оленя. – Кэл махнул в окно, показывая то самое место, на котором стоял олень. – Он стоял и смотрел на меня. Я видел, как сверкали его глаза в лунном свете. А потом он развернулся и побежал впереди машины. Время от времени он останавливался и оглядывался назад, словно хотел убедиться, что я еду следом. Я ехал, а через пару минут увидел нашу старушку «Берил», всю занесенную снегом. И тебя внутри. Какое-то время олень постоял рядом с машиной, но, когда я стал выбираться из нее, он тотчас же исчез, буквально растворился за снежной завесой. – Кэл продолжил внимательно обозревать рощицу. – Мне тогда показалось, что он специально привел меня к тебе.

– Ты шутишь, да? – выдохнула я, впившись в Кэла немигающим взглядом. – Разыгрываешь меня?

– Хотел бы я, чтобы все это оказалось глупым розыгрышем. Беда в другом. Сегодня я, как и ты, горю неуемным желанием отыскать этого парня. Убедиться в том, что белый олень – это не плод моих фантазий. Иначе я начну верить, что в нашем ущелье действительно обитают феи.

Несмотря на шутливый тон Кэла, я поняла, что произошедшее зацепило его за живое. Какая-то часть меня, конечно же, была счастлива, что мне наконец удалось убедить своего самого стойкого и скептически настроенного оппонента. Но одновременно в глубине души я испытывала смятение и даже некий благоговейный ужас при мысли о том, что, вполне возможно, именно мой мистический белый олень и спас мне жизнь.

– Я сразу не стал тебе ничего рассказывать, не до того было. Но, что бы там мне ни померещилось в ту ночь, белый олень или что другое, без него я точно никогда бы не отыскал тебя. Может, давай выйдем из машины и немного прогуляемся, а? – неожиданно предложил Кэл. – Вдруг твой приятель, завидев тебя, выйдет из своего укрытия, чтобы поздороваться со своей дорогой девочкой?

Мы вышли из машины и на полусогнутых ногах, старательно прячась за кустами можжевельника, чтобы олени не смогли нас разглядеть, стали продвигаться вперед. Было еще рано, и стадо оленей еще не покинуло рощицу. Животные жались друг к другу, пытаясь найти укрытие среди редкого березняка. Минут пятнадцать мы наблюдали за ними. Безрезультатно! Только обычные красные олени. После чего снова побрели к машине, все же там хоть немного, но теплее.

– Как смотришь, если я предложу тебе установить наблюдение за этой рощицей и приезжать сюда на рассвете каждое утро? – спросил у меня Кэл.

– Ты же знаешь, я обеими руками «за»! Он точно прячется где-то здесь, неподалеку.

– Наконец-то, Тиг, я тебе поверил. Точнее, начинаю верить.

* * *

Вечером того же дня я вдруг услышала неожиданный щелчок своего мобильника, извещающий, что пришла эсэмэска, довольно редкое явление. Я тут же ринулась в ванную комнату, где оставила его на подоконнике, припертым к оконному стеклу, в надежде, что хоть так он сумеет уловить сигнал связи. Уловил, и вот я получила сообщение от Стар. Суть ее взволнованной эсэмэски сводилась к следующему: фотография Сиси, запечатленной в Таиланде на пару с каким-то мужчиной, которого разыскивает полиция по обвинению в банковском мошенничестве, появилась во всех ведущих газетах.

– Этого нам еще не хватало! – пробормотала я, прикидывая мысленно, в какую такую неприятную историю могла впутаться Сиси, и одновременно чувствуя себя ужасно виноватой за то, что так редко общаюсь со своими сестрами. Я успела отписать коротенькое письмо Стар, потом отбила эсэмэску Сиси с одним-единственным вопросом, все ли у нее в порядке, и как раз вовремя, потому что сигнал снова пропал.

Чтобы немного отвлечься, я решила смотаться на «Берил» к Чилли, а заодно прихватила с собой и Тистла.

Чилли я снова застала не сидящим, как обычно, в кресле у камина, а лежащим в постели. Глаза у него были закрыты. Неужели у него снова жар, испугалась я. Или что похуже? Я осторожно приблизилась к его кровати. И он тут же открыл глаза.

– Поправилась, голубка моя?

– Да, мне уже гораздо лучше. А вот Тистл кашляет. Может, вы мне дадите каких-нибудь трав, чтобы я приготовила ему целебный настой?

Чилли внимательно осмотрел Тистла, который тут же улегся возле огня.

– Не нужны ему никакие травы, Хотчивитчи. Ты о нем и сама можешь позаботиться. Пускай в ход свои руки. Не забывай, твои руки обладают силой. Я же тебе об этом говорил.

– Но я и понятия не имею, как это делают, – резонно возразила я.

Он протянул вперед свои скрюченные пальцы, взял меня за руку и тут же удивленно вскинул глаза.

– Ты скоро уедешь отсюда. Но ты поедешь домой.

– Хорошо, хорошо, – с досадой отмахнулась я от его слов. – Мне уже пора возвращаться. Почему-то меня вдруг разозлило, что Чилли говорит со мной все время какими-то загадками. А мне ведь нужна была от него самая малость: чтобы он помог Тистлу справиться с кашлем.

– И что он, интересно, имел в виду, когда говорил, что я «скоро уеду»? – пробормотала я, обращаясь к Тистлу, пока мы с ним брели обратно по ледяному насту к машине.

Не успела я приехать домой, как снова повалил снег. Я разожгла камин, уложила Тистла возле огня, а сама, опустившись перед ним на колени, попыталась «пустить в ход свои руки», как посоветовал Чилли. Я положила руки вначале Тистлу на шею, потом на грудь, но пес тут же решил, что я с ним просто балуюсь, а потому немедленно перевернулся на спину и задрал лапы вверх. Хотя мне и раньше неоднократно говорили о том, что у меня неплохо получается выхаживать больных животных, но одно дело, когда это происходит само собой, и совсем другое, когда ты уже вполне осознанно начинаешь лечить животное с помощью своих рук. Словом, эксперимент не пошел.

Когда Кэл вернулся домой, я умоляла его разрешить мне оставить Тистла на ночь у себя.

– Ты ведь и сам видишь, ему очень нездоровится. И он так сильно кашляет, – убеждала я Кэла. – Пусть поспит хотя бы несколько ночей дома.

– Все с ним будет в порядке, – упорствовал Кэл. – В такое время года все простужаются, и люди, и животные. А вот перебрасывать пса из привычного ему холода в тепло, а потом снова выставлять на холод – вот это точно не пойдет ему на пользу.

– Я сегодня специально ездила к Чилли. Думала, он даст мне какое-нибудь свое зелье для Тистла. Однако вернулась с пустыми руками. – Я не стала рассказывать Кэлу о своих жалких попытках помочь псу с помощью рук. Побоялась, что он решит, будто я окончательно спятила. – Ты не возражаешь, если я приглашу Фийону осмотреть его?

Кэл подошел к Тистлу, почесал у него за ухом, потом все же сдался.

– Пригласи. Думаю, вреда от такого визита не будет. Да и Тистла все равно нужно время от времени показывать ветеринару.

Я налила Кэлу в миску овощной суп, а сама уселась напротив него и приготовилась есть.

– Кэл, мне нужен твой совет.

– Валяй, что там у тебя стряслось. Но заранее предупреждаю, если это по части амурных дел, то я тебе тут не советчик.

– Нет, дело касается моей будущей профессиональной карьеры.

– Тогда я внимательно слушаю тебя.

Я рассказала Кэлу о том предложении, которое мне сделал Зед. Кэл лишь присвистнул, когда я огласила бюджет будущего предприятия.

– Ты сам понимаешь теперь, как велик соблазн принять его предложение, особенно с учетом того, что здесь, в Киннаирде, дела, мягко говоря, пока не очень, чтобы…

– Все так, все так… Но что же Зед? У меня такое чувство, что ты можешь угодить прямиком в его пасть. Сама, по собственной воле, полезешь в клетку со львом. Причем в прямом смысле этого слова, – хмыкнул в ответ Кэл.

– Он говорит, что мое рабочее место будет базироваться в Африке, и именно там я буду проводить большую часть своего времени.

– И что из того? Вопрос в другом. Как часто станет твой босс наведываться к тебе в эту самую Африку, имея в своем распоряжении личный самолет, который в любую минуту готов к вылету. Хотя, с другой стороны, я тебя вполне понимаю, Тиг. Здесь ты действительно тратишь свое время попусту.

– Знаешь, я все думаю над тем, что мне сказал Чилли, когда я впервые пришла к нему. А сегодня он снова повторил то же самое.

– И что такого он тебе сказал?

– Что я не задержусь в Киннаирде надолго. Что скоро уеду отсюда.

– Ах, это… Меньше прислушивайся ко всем его пророчествам, Тиг. Сердце у него пока работает, как надо, а в остальном… Он слабеет с каждым днем, буквально на глазах. Вот и мелет порой всякую чепуху.

– И это говорит человек, который сам недавно рассказывал мне о том, как из снежной круговерти перед ним вдруг вылепился образ белого оленя!

– Согласен! И все же, когда тебе надо принять какое-то очень важное, можно сказать, судьбоносное решение, все же не стоит в такой момент руководствоваться всякими посторонними вещами, которые могут повлиять на твой окончательный выбор.

– И тут я с тобой абсолютно согласна. Только вот трудно осуществить все это на практике.

– Давай-ка мы перестанем ходить вокруг да около и назовем вещи своими именами. И прежде всего, вот мой вопрос к тебе, Тиг. Как ты сама относишься к Зеду, если при этом, конечно, отбросить в сторону, что он богат, как Крез, и только что предложил тебе работу твоей мечты?

– Честно? Он мне противен. Более того, он вызывает у меня чувство гадливости.

– И это, увы и ах, не самый лучший вариант ответа. Потому что он твой потенциальный босс. Во всяком случае, он всеми правдами и неправдами добивается для себя именно такого статуса. И тогда уж, поверь мне, его никто и ничто не остановит. Каковы бы ни были ваши взаимоотношения на официальном уровне, но он делает все возможное, чтобы ты работала у него под боком. И ты должна быть уверена, что сможешь противостоять его весьма нахрапистому напору, когда станешь работать на него.

– О боже! Я и сама все это прекрасно понимаю! – Я зябко повела плечами. – И почему в этой жизни все так сложно?

– Хочешь мое мнение? Говорю тебе прямо. Зед из тех людей, кто привык получать то, что ему хочется. Всегда! На данном этапе таким предметом вожделения для него стала ты. Думаю, он ни перед чем не остановится. Вот даже придумал создать некий благотворительный фонд по защите дикой природы, и все только для того, чтобы предложить тебе работу. Я все сказал, Тиг. Прости, но это так. А сейчас я намереваюсь принять горячую ванну и прямиком в постель баиньки. – Кэл поднялся из-за стола. – Доброй ночи, Тиг.

* * *

На следующее утро Тистл продолжал кашлять. Тогда я позвонила Фийоне и попросила ее осмотреть пса. Ветврач приехала по вызову в течение часа.

Она внимательно осмотрела Тистла, а потом с улыбкой взглянула на меня.

– Я не нахожу у него ничего серьезного. Просто незначительная инфекция. Пропишу на всякий случай курс антибиотиков, а сейчас сделаю укол преднизолона, чтобы ему стало легче дышать. Иногда это помогает. Если же Тистлу не полегчает, тогда придется привести его к нам в клинику на осмотр, и мы там возьмем у него кое-какие анализы. Но чутье подсказывает мне, что с вашим Тистлом все будет в полном порядке.

– Спасибо вам, Фийона, – прочувствованно поблагодарила я ее. – А если начинать рассуждать о чутье, то…

– Слушаю, – обронила Фийона, всецело сосредоточившись на инъекции.

– Я хочу сказать, что у меня нет соответствующего образования, но у меня тем не менее всегда хорошо получалось выхаживать больных животных. Я даже начинаю подумывать о том, чтобы в будущем сосредоточиться именно на такой работе. В частности, меня особенно привлекают нетрадиционные методы лечения.

– Вы имеете в виду холистические методы лечения больных пациентов?

– Да. В какой-то степени, да. Но существует ли такая практика в отношении животных?

– Определенно существует. Лично я знаю многих ветеринаров, которые используют в своей практике оба способа излечения своих пациентов, как медицину, так и любые другие альтернативные методы. Меня и саму всегда занимало это направление в нашей работе. Я даже мечтала поучиться на каких-нибудь курсах по холистическим методикам лечения. Но, если честно, у меня никогда не было ни минуты свободного времени. Однако если вы всерьез вознамерились заняться этим, то милости просим ко мне. Можете попрактиковаться у нас в клинике, работая вместе со мной.

– Как здорово! Неужели это возможно?

– Очень даже возможно, – улыбнулась в ответ Фийона. – Но отложим наш разговор до другого раза, ладно? – Она принялась складывать свои инструменты в медицинскую сумку. – У меня сейчас срочный вызов. Надо поехать и осмотреть одну больную телку.

Фийона уехала, Тистл пристроился у меня на коленях, а я уставилась на огонь в камине.

– Итак, вот альтернатива. С одной стороны – тигры и львы, с другой – ты, овцы и коровы, – обратилась я к Тистлу, зарывшись лицом в собачью шерсть. Как ни жаль мне было отвергать столь заманчивое предложение Зеда, в глубине души я понимала, что иного выбора у меня нет. Но, прежде чем принять окончательное решение, нужно все же связаться по почте с сестрой. Расстраивать Майю воспоминаниями о бывшем бойфренде мне не хотелось, но, если кто и в курсе каких-то подробностей того ее давнего романа с Зедом, так это только Алли. Я украдкой просочилась в кабинет Берил и быстро отбила по электронной почте коротенькое письмо сестре.

Здравствуй, моя дорогая Алли!

Прости, что так редко выхожу с тобой на связь, но у нас здесь на всех всего лишь один компьютер, который подключен к Интернету. А мобильная связь практически отсутствует! Надеюсь, ты и мой будущий маленький племянник (или племянница, добавила я в своем письме, хотя что-то внутри подсказывало мне, что у Алли обязательно родится мальчик) в полном здравии и чувствуете себя хорошо. Представляешь, кто объявился в наших местах? Зед Эсзу. Оказывается, он был знаком с нашей Майей еще по университету. Вроде бы они даже встречались какое-то время. Но с ней я о нем не хочу заводить разговор, боюсь расстроить ее лишний раз. Вот я и подумала, быть может, ты знаешь, что у них там случилось в свое время. Вы ведь с Майей очень близки. Он очень необычный субъект (!). К тому же, по-моему, горит желанием набиться мне в друзья. Он даже предложил мне работу у себя! Представляешь? Вопрос только: почему и зачем?

Заканчиваю, потому что мне пора бежать и считать оленей, пасущихся в ущелье. Но у меня к тебе большая просьба: пожалуйста, не тяни с ответом и поскорее сообщи мне все, что тебе известно об этом человеке.

Крепко обнимаю тебя, твое дитя и твоего недавно обретенного брата-близнеца. (Надеюсь вскоре познакомиться с ним лично!)

Тигги

– Итак, посмотрим, – сказала я, поднимаясь со стула, снова направляясь к себе домой в сопровождении верного Тистла и обращаясь уже непосредственно к нему, – что там нам накопает про Зеда моя старшая сестрица. Ну, а мы пока подождем, правда ведь?

18

– Между прочим, – обронил Кэл на обратном пути из березовой рощицы, где мы провели уже четвертое утро пока безрезультатных бдений, высматривая белого оленя, – Берил вчера вечером сообщила мне, что жена лэрда собирается приехать в Киннаирд и какое-то время пожить тут. Судя по всему, она не в восторге от того, что наш гость сильно злоупотребил гостеприимством хозяев.

– И в этом она абсолютно права! – воскликнула я с чувством.

– Довольно странное желание с ее стороны. Насколько я помню, за все годы их супружества с лэрдом она задерживалась в Киннаирд-лодж максимум на пару ночей, не более того. Но, думаю, мадам потому и затеяла такую грандиозную реконструкцию дома, чтобы поселиться в нем и жить здесь постоянно.

– Мне кажется, Зед мог бы с удовольствием составить ей компанию. По-моему, Ульрика как раз в его вкусе.

– Может быть, особенно, если его тянет на пожилых красоток, – ворчливо пробурчал Кэл. – Так как насчет завтрашнего утра? Готова уже на рассвете заступить на пост наблюдения?

– Само собой! Нужно просто запастись терпением, и вот увидишь, в один прекрасный день белый олень объявится сам. Я это знаю наверняка, Кэл.

Но прошло еще целых три дня, долгие часы дежурства на раннем утреннем морозе, прежде чем наш олень наконец объявился…

В первый момент я даже решила, что у меня начались галлюцинации. Я так долго вглядывалась в заснеженное пространство, а его белая шкура почти идеально сливалась со снежным покровом вокруг, что вполне можно и обознаться. Если бы не огромные шоколадные рога, казавшиеся на расстоянии шелковисто-мягкими на ощупь, они были такого же цвета, как и стволы деревьев, из-за которых он и появился перед нами. Он был один, стоял чуть в стороне от стада красных оленей, наверное, всего лишь в нескольких метрах от меня.

– Пегас! – сорвалось у меня с языка, будто я уже изначально знала, что оленя зовут именно так: Пегас. Кажется, и он это тоже знал, потому что вдруг поднял голову и посмотрел прямо на меня.

Прошло несколько драгоценных секунд, в течение которых я боялась даже вздохнуть. Но вот Пегас медленно моргнул, и я тоже моргнула в ответ. Наверное, именно в этот момент между нами и установилась незримая связь: мы поняли друг друга.

– Господи Иисусе! – раздался голос Кэла.

Пегас вздрогнул, опрометью бросился назад в рощицу и исчез из виду. Я издала негодующий стон и сверкнула глазами в сторону Кэла, так некстати спугнувшего оленя. Тот опустил свой бинокль и уставился на меня ошарашенным взглядом, будто и на самом деле видел только что самого Иисуса Христа.

– Тиг, так он все же есть! – прошептал Кэл несколько театральным шепотом.

– Да, он есть! А ты его спугнул! – набросилась я на него. – Но он вернется, я знаю. Он обязательно вернется.

– То есть ты его тоже сейчас видела, да? Он тебе не померещился?

– Ничего он мне не померещился. Конечно, видела, – заверила я приятеля.

– О боже! – Кэл нервно сглотнул слюну и быстро-быстро заморгал глазами. Я поняла, что наш здоровяк сейчас на грани слез. – Надо будет рассказать лэрду, какое сокровище обитает на его землях. А заодно и спросить у него, чего он ждет от нас в этой связи. Стоит ведь только просочиться слухам о существовании белого оленя, и на него начнут охотиться всякие разные браконьеры. Это уж как пить дать… Оленю будет нужна постоянная защита. Не могу даже приблизительно назвать цену такого трофея, как голова белого оленя. Думаю, это поистине бесценный трофей. Словом, ставки в игре очень высоки…

– Кэл, что ты такое несешь! – Я невольно содрогнулась, объятая ужасом от одной только мысли, что на моего белого оленя начнется охота. – Давай пока сохраним в секрете все, что мы сегодня видели, ладно?

– Но лэрд же должен об этом знать. В конце концов, это его земля, и олень, получается, тоже его. А он, я уверен в этом, не бросит ни одного из своих животных на произвол судьбы. Надо будет попросить у него разрешения построить какое-нибудь небольшое укрытие возле рощицы, из которого мы могли бы круглосуточно наблюдать за твоим Пегасом. Но для этого мне потребуется дополнительная рабочая сила, что в нашей ситуации не совсем желательно. Немедленно пойдут разговоры. А белый олень, он ведь такой же беззащитный, как и грудной младенец, вынеси его голенького на снег и оставь там. Словом, надо еще будет помозговать, что и как нам делать.

Как бы то ни было, но после телефонного разговора с Чарли Кэл с помощью Лочи и еще одного разнорабочего по имени Бен быстро соорудили из бревен и брезента довольно надежный блиндаж-укрытие, который хоть как-то укрывал добровольных защитников Пегаса от пронизывающего ветра.

Всю следующую неделю я просыпалась ровно в пять утра и, прихватив с собой термос с кофе, торопилась на свое дежурство, спешила сменить тех, кто нес свою вахту всю ночь. В основном это были многократно проверенные в деле бывшие работники имения, пользующиеся абсолютным доверием. Я заступала на свой пост и начинала ждать появления Пегаса. И он появлялся точно по расписанию, будто чувствовал мое присутствие, возникал из туманной тьмы, и мы вместе с ним терпеливо наблюдали восход солнца. Пурпурно-красные всполохи света озаряли небо, оставляя на его белоснежной шкуре разноцветные пятна, похожие на мазки кистью. А потом олень убегал прочь, прятался в какое-то укромное местечко в глубине рощи.

Естественно, Чарли попросил нас сфотографировать оленя и показать ему потом снимки. И вот однажды, уже в самом конце января нам все же удалось запечатлеть Пегаса на фоне зимней природы, прежде чем он успел раствориться, точнее, слиться с ослепительно белым снежным саваном.

– Я очень доволен, что у нас получились эти фотки, – признался Кэл. – По крайней мере, лэрд не будет думать, что мы что-то нафантазировали. Да и у меня самого теперь есть вещественное доказательство того, что белый олень – это не плод моего воображения, а явь, – добавил он с усмешкой.

Я отправилась вместе с ним в местное крохотное почтовое отделение, при котором, однако, существовала служба, выполняющая все видео– и фотографические операции, начиная от проявления фотопленки и заканчивая вырезкой ненужных видеофрагментов. Пока пленку проявляли, мы с Кэлом выпили по чашке кофе, а потом набросились на свежие, еще слегка клейкие фотографии.

– А он здесь прямо как живой, – заметил Кэл, помахивая самой лучшей фотографией у меня перед носом.

– Действительно, как живой, – согласилась я и бережно прошлась пальцами по контуру туловища оленя, застывшего в элегантной позе посреди снежной равнины. – Настало время напомнить вам, мистер Маккензи, о том обещании, которое вы когда-то мне дали, – шутливо добавила я. – Пробежаться голышом по имению, прикрыв свое причинное место какой-нибудь тряпицей.

Я вложила в конверт с фотографиями, которые мы намеревались отправить Чарли, еще и заполненную мною заявку на получение гранта, присовокупив к ней коротенькую записку от себя.

– Надеюсь, у вас там все хорошо, – пробормотала я про себя, вручая конверт почтовому клерку для отправки.

Вернувшись домой, я стала размышлять над тем, что мне сейчас делать – по собственной воле отправиться в гнездо врага, и все только для того, чтобы получить доступ к своей электронной почте, или все же дождаться того момента, когда Зеда точно не будет в Киннаирд-лодж. Ведь я еще до сих пор не получила ответа от Алли на свое письмо. Пока я прикидывала, что да как, я увидела в окно Берил, которая торопливо шла к нашему жилищу.

– Мне только что звонил лэрд. Сообщил, что Зара снова удрала из школы. Она и раньше неоднократно сбегала оттуда, а потом всегда объявлялась здесь. Лэрд решил обождать сутки и лишь по истечении двадцати четырех часов обращаться в полицию. Если Зара вдруг объявится, а меня в это время не будет на месте, пожалуйста, немедленно дайте мне знать.

– Конечно, обязательно сообщу. Но, кажется, этот звонок не сильно вас напугал?

– Вот если и завтра в это время она еще не появится у нас, тогда я начну волноваться, – отмахнулась она от меня. – Да, кстати, Зед попросил сказать, что хотел бы переговорить с вами. Он полагает, что вы всячески избегаете его.

– О господи! Да у меня полно дел! Причем здесь «избегаю»? Выдумывает себе…

– Хорошо! Я свою миссию выполнила и передала вам его просьбу, – ответила мне Берил. – А сейчас остается надеяться на то, что и Зара появится в Киннаирде с минуты на минуту.

* * *

Вечером того же дня Кэл снова отправился на свидание со своей возлюбленной Кейтлин, так как предыдущая встреча несколько недель тому назад сорвалась по вине непогоды. На ночное наблюдение за Пегасом заступили Лочи и его отец, а я пораньше отправилась в кровать. Должно быть, я сразу же задремала, потому что вдруг проснулась от того, что кто-то осторожно царапался в окно. Сначала я подумала, что это Зед, отчаянно добивающийся встречи со мной, но, когда я сползла с кровати и, превознемогая зверский холод, царивший в комнате, подошла к окну и осторожно отодвинула штору, то увидела сквозь иней, покрывший стекло, лицо Зары.

– Боже мой, Зара! Да ты же совсем замерзла! – воскликнула я сквозь стекло. – Заходи поскорее в дом. – Потом жестами показала ей на входную дверь. – Каким ветром тебя занесло к нам? – спросила я, открывая дверь. – И как ты добралась сюда?

– Поймала такси на вокзале в Тейне. Таксист отвез меня до самого входа в имение, а дальше я уже пошла пешком. Со мной все в порядке, правда, – заверила меня девчушка, трясясь от холода. Я тут же усадила ее в кресло, поближе к огню.

– Хоть бы позвонила! – попеняла я ей, подбрасывая дрова в огонь, потом взяла руки Зары в свои, пытаясь их согреть своим теплом.

– Но ты же знаешь, Тигги, связь тут отсутствует. К тому же я не хочу, чтобы кто-то узнал, что я здесь. – Она настороженно огляделась по сторонам. – А где Кэл? Уже спит?

– Нет, он уехал в Дорноч на свидание со своей Кейтлин. Зара, твой отец уже звонил Берил. Думаю, я просто обязана сообщить им обоим хотя бы то, что ты нашлась и с тобой все в порядке.

– Нет! Ну, пожалуйста, Тигги. Я хочу какое-то время побыть одна. Мне надо кое-что обдумать. Прошу тебя, дай мне хотя бы сутки!

– Но я…

– Если ты откажешься, то я найду себе другое пристанище, какое-нибудь место, где мне можно будет укрыться. Прямо сейчас! – Зара с решительным видом подхватилась с кресла.

– Хорошо-хорошо, будь по-твоему. Я пока помолчу, – уступила я. – Но ты уверена, что с тобой все в порядке?

– Отнюдь! На самом деле я чувствую себя просто отвратительно.

– Чем я могу помочь тебе? – спросила я, направляясь на кухню, чтобы согреть немного молока, а потом сварить ей чашку какао.

Зара побрела за мной и остановилась в дверном проеме.

– Видишь ли, тут такое дело… Короче, ты – единственный взрослый человек, которому я доверяю… Но, пожалуйста, Тигги, пока ни о чем не спрашивай меня. Мне надо немного времени… Хочу обдумать все сама, а уже потом поговорим, ладно?

– Хорошо. Я польщена, конечно, Зара, твоим доверием. Но, с другой стороны, ты ведь меня едва знаешь.

– Спасибо, – коротко поблагодарила она меня, когда я вручила ей чашку с горячим какао, и мы снова вернулись к камину.