Читать книгу "Семь сестер. Семейная сага от Люсинды Райли. Комплект из 4 книг (часть 5–8)"

– Как я понимаю, – начала я, осторожно подбирая слова и наблюдая за тем, как Зара греет озябшие руки о чашку, – речь идет о мальчике, да?

– Да. Но как ты догадалась?

– Интуиция подсказала, – ответила я, слегка пожав плечами. – Это тот самый Джонни, о котором ты рассказывала мне на Рождество?

– Да, это он! – И тут же из глаз Зары брызнули слезы. – Ты ведь помнишь, я говорила тебе, что я ему нравлюсь. Хотя все девчонки в классе предупреждали меня! Но он мне плел всякую чушь. Говорил, что я особенная, не такая, как все, и я ему верила…

Зара скрючилась в кресле, все ее тело сотрясали рыдания. Я тихонько забрала кружку из ее рук, потом опустилась на пол перед креслом и взяла девочку за руки.

– Чувствую себя самой последней дурочкой, – промолвила она, громко всхлипывая. – Такая же жалкая идиотка, как и другие девчонки, над которыми я посмеивалась, когда их бросали их дружки. Дескать, поматросил и бросил… А теперь и сама оказалась в их шкуре и…

– И все же, Зара, расскажи мне, что случилось?

– Ты тоже скажешь, что я дура набитая… Я ведь прекрасно знала, какая у него репутация, но никого и слушать не хотела. Потому что была уверена, что я не такая, как все остальные девчонки. И что мы с ним не такие, как все… Я… я ведь любила его, Тигги. И верила в то, что и он меня любит. А когда любишь, тогда все это можно, правда ведь?

– Что можно, Зара? – спросила я у девочки, уже ни минуты не сомневаясь в том, что означает «это можно». Но мне хотелось услышать подтверждение из уст самой Зары.

– Ну, я… понимаешь, он все время настаивал на том, что пока у нас не случится это, нас нельзя назвать настоящей парой. Словом, мы… решились. А потом… а потом…

Слезы градом покатились из глаз Зары.

– Что потом?

– На следующее утро он отбил мне эсэмэску, в которой дал от ворот поворот! Представляешь? Отшвырнул прочь! Идиот! У него даже не хватило смелости сказать мне об этом открыто, в лицо! Оказался точно таким, как про него и говорили другие девчонки. Ему только одно и нужно… Но это еще не все! Он разболтал всем своим дружкам о том, что у нас с ним было. Когда я появилась в столовой, чтобы выпить чаю, все они тыкали в меня пальцем, подсмеивались… И это было так унизительно, Тигги. Вот я и решила, что утром уеду из города. Села на поезд и приехала сюда. Теперь ты понимаешь, почему я не могу вернуться обратно! Никогда! – добавила она с особым ударением, видно, на тот случай, если ее предыдущая тирада не очень меня убедила.

– Ах, Зара! Все это действительно ужасно! – воскликнула я с чувством, видя, что девочка все еще испытывает некоторую неловкость от своих откровений. – Неудивительно, что ты взяла и уехала. Я бы на твоем месте поступила точно так же.

– Правда? – Зара глянула на меня.

– Чистая правда, – подтвердила я. – Тем более что ты в этой ситуации ни в чем не виновата, тебе не в чем винить себя. Это он совершил подлость, а не ты.

– Тигги, ты такая славная. Честно! Но я тоже поступила плохо. Лишилась девственности, и где! В стенах закрытой католической школы! Нам же сутками напролет вбивают в голову, как опасны грехи плоти. Если бы монахини узнали о моем проступке, то мне пришлось бы до конца своих дней читать миллиарды раз молитву «Аве Мария». А еще наверняка меня бы исключили из школы.

– Это его надо гнать взашей! – мрачно обронила я. – И почему это в подобных ситуациях виноватой всегда оказывается женщина? Ты чувствуешь себя полностью раздавленной, а твой Джонни в это время гарцует как ни в чем не бывало, словно какой-то жеребец… на племенной ферме!

Зара бросила на меня удивленный взгляд. Видно, она не ожидала от меня такой яростной реакции.

– Как же ты права, Тигги! Так оно и есть! Племенной жеребец, это точно про него! Только он совсем не «мой» Джонни. Пусть себе уматывает на все четыре стороны. Даже если бы он сейчас приполз ко мне в Киннаирд на коленях, просил бы, умолял бы, я бы ему показала! Посоветовала бы ему, куда засунуть свою драгоценную… вещицу! Вот!

Мы обе дружно рассмеялись, а я искренне обрадовалась тому, что настроение у Зары заметно улучшилось.

– Зара, а с мамой ты говорила о том, что у тебя случилось? – спросила я. – Уверена, она все поймет правильно. Ведь она тоже когда-то была в твоем возрасте…

– Ты что, Тигги?! Никогда! Я с мамой вообще ни о чем не могу разговаривать, не говоря уже о сексе! Я заранее знаю, что она мне скажет. Во всем обвинит меня, и на этом точка!

– Понятно. Но все же, Зара, я должна сообщить твоему отцу, где ты и что с тобой. Берил сказала мне, что если ты не объявишься к утру, то он будет вынужден обратиться в полицию. А тебе, думаю, меньше всего на свете сейчас нужны дополнительные скандалы в семье.

– Хорошо! Но все же давай отложим все это до утра. Прошу тебя, Тигги! – стала умолять меня девочка.

– Ладно! – снова уступила я после долгого раздумья. – Спать можешь укладываться прямо здесь, на диване.

* * *

Проснувшись на следующее утро, я обнаружила, что Зара ушла, оставив для меня на одеяле коротенькую записочку.

Прости меня, Тигги, но мне нужно еще немного побыть одной. Не волнуйся за меня. Я в полном порядке.

Зара

– Черт! – выругалась я вслух, торопливо оделась и побежала в Киннаирд-лодж.

– Слава богу, вы на месте, Берил! – воскликнула я, обнаружив экономку на кухне. От быстрого бега у меня занялось дыхание, сердце вот-вот готово было выскочить из груди.

– Тигги, дорогая, что случилось?

Я коротко обрисовала ей всю ситуацию.

– Вам не в чем себя винить, Тигги, – принялась успокаивать меня Берил. – Вы поступили так, исходя из самых лучших побуждений, – резонно заключила она.

Такая реакция Берил меня очень удивила.

– Спасибо на добром слове, Берил, – поблагодарила я. – Но все же я думаю, мне надо связаться с Чарли и поставить его в известность. Можно я воспользуюсь домашним телефоном?

– Конечно, дорогая.

Вначале я набрала номер мобильника Чарли, там сразу же сработал автоответчик. Тогда я позвонила ему по домашнему телефону, не надеясь, впрочем, что он снимет трубку. Простая логика подсказывала мне, что Чарли, скорее всего, сейчас на работе в госпитале. Однако через пару секунд трубку сняли, и я услышала незнакомый женский голос. «Конечно же, это Ульрика», – догадалась я, и сердце у меня упало.

Судя по ее голосу, она отнюдь не была расположена разговаривать со мной. Да и я тоже не горела особым желанием. Но, с учетом всех сложившихся обстоятельств, выбора у меня не было, и я известила Ульрику, что Зара приехала в Киннаирд. Пришлось даже отодвинуть трубку подальше от уха, чтобы не слышать душераздирающие рыдания Ульрики на другом конце провода. Разумеется, то были слезы облегчения, потому что через какое-то время она пришла в себя и почти успокоилась.

– Я всю ночь не сомкнула глаз! Сейчас я не в том состоянии, чтобы сесть за руль, но я приеду в Киннаирд в самом скором времени. Незамедлительно! – объявила она мне, прежде чем бросить трубку. Я тяжело вздохнула. Ведь я же не сообщила Ульрике главного: что Зара снова исчезла. Оставалось лишь надеяться на то, что девочка объявится дома еще до того, как сюда нагрянет ее мать.

Уже внутренне трепеща при одной только мысли о скором появлении в Киннаирде воинствующей валькирии, я уныло поплелась на кухню и рассказала Берил о состоявшемся разговоре с Ульрикой.

– Надеюсь, она вас хоть поблагодарила. Вы ведь сделали все, что могли. А теперь пусть сами разбираются со своими семейными проблемами.

Потягивая крепкий чай, который специально заварила для меня Берил, я невольно задалась вопросом. Как так случилось, что моя новая работа, которая, как я опасалась поначалу, будет чересчур спокойной и скучной, буквально на глазах превратилась в драму поистине чеховского размаха?

– Кстати, раз уж я здесь, кабинет ваш пока свободен? – спросила я у Берил.

– Да. Его светлость ждет в парадной гостиной звонка по городскому телефону и велел, чтобы его никто не беспокоил.

– Вот и замечательно! Большое спасибо.

Я тут же побежала в кабинет Берил и, подключив Интернет, зашла в почтовый ящик. Там меня поджидало два письма. Первое – от моего коллеги, который занимается разведением европейских оленей вапити. Он наконец-то откликнулся на мой запрос и сообщил, что готов в течение предстоящего месяца в любой момент, по согласованию сторон, подъехать в Киннаирд и прямо на месте посмотреть, что и как. Второе письмо было от Алли, и я тут же почувствовала, как в дурном предчувствии защемило сердце.

Дорогая Тигги!

Так приятно было получить от тебя весточку, и я так рада, что ты уже обустроилась на своем новом месте работы. Гляжу в окно и вижу, что все вокруг покрыто снегом, даже фиорд наполовину замерз. Уверена, такая же картина и у вас в Шотландии. Я с каждым днем все толстею и толстею. К счастью, до того момента, как малыш появится на свет, осталось всего лишь несколько недель. Мой отец Феликс навещает меня регулярно, каждый день – (я пью горячий шоколад, а он получает свою порцию водки аквавит, очень популярной в Скандинавии!) А вчера он привез мне колыбельку, в которой когда-то еще спал его отец Пип. Увидев детскую кроватку, я лишний раз поняла, что и мой ребенок тоже готовится к приходу в этот мир.

А сейчас, Тигги, обо всем остальном. Ты спрашиваешь меня, какие отношения связывали нашу Майю и Зеда Эсзу. Да, действительно, какое-то время они встречались, пока учились в университете и… Ах, Тигги! Не хочу быть предательницей по отношению к сестре и выдавать ее тайны, но окончилось все это крайне плохо. А еще сошлюсь на своего покойного Тео. Ему тоже доводилось пару раз сталкиваться с Зедом на различных регатах. Так вот, по его словам, Зед – это законченный идиот, взбалмошный и упрямый. Прости за откровенность. Я также абсолютно уверена в том, что он знаком накоротке и с нашей Электрой… Такое впечатление, что сестры Деплеси явно не дают ему покоя…

Скажу тебе и еще одну вещь. Когда минувшим летом я наткнулась на яхту отца неподалеку от острова Делос, то узнала и яхту Крига Эсзу. Она стояла пришвартованной в бухте рядом с яхтой Па Солта. Раньше я тебе об этом не рассказывала, потому что до сих пор не могу понять, случайное это совпадение или нечто большее… Однако подумай сама, Тигги. Что отец, что сын… Сплошные совпадения. Не кажется ли тебе это странным?

Ты не написала мне о том, какого рода отношения вас связывают с Зедом. Но если это романтические отношения, то прошу тебя, Тигги, берегись! Я совсем не уверена в том, что он порядочный человек. Впрочем, быть может, тебе лучше самой переговорить с Майей, которая знает его очень хорошо, гораздо лучше меня.

Какой необычный год выдался для всех нас, год, когда мы пытаемся научиться жить без папы. Надо будет нам все же согласовать дату, когда мы, сестры, соберемся все вместе и совершим плавание на то самое место, где я в последний раз видела яхту отца. Возложим венок на воду в память о нем. Думаю, это станет хорошим сеансом терапии для всех сестер: снова собраться вместе и почтить память Па Солта. Пусть покоится с миром.

Тысячи объятий и поцелуев тебе из заснеженной Норвегии!

Твоя Алли

Я быстро распечатала себе копию письма, чтобы лишний раз поразмыслить над ним на досуге. Собственно, Алли не сообщила мне ничего нового, лишь подтвердила то, что я и без нее хорошо знала, но все же подумать стоит. Потом я отключила компьютер и поспешно ретировалась к себе, пока на кухню не заявился Зед в поисках своего завтрака.

Двумя часами позже я услышала скрежет въехавшей во двор машины. А минут через десять, когда я уже приготовилась везти Чилли его обед, раздался громкий стук в дверь. Я даже не успела подойти, чтобы открыть ее, как в дом ворвалась Ульрика.

– Тигги! Берил сказала мне, что Зара появилась здесь минувшей ночью! Почему же вы не позвонили мне тотчас же?

– Прошу простить меня, Ульрика, но…

– А сейчас она снова куда-то пропала, – перебила меня хозяйка на полуслове. Я видела, что ее всю трясет от злости. – Я уже отправила несколько срочных эсэмэсок Чарли, но он мне пока еще не перезвонил. Чертовски в его стиле! У него пропала дочь, а он даже не реагирует на мои звонки.

В этот момент в дом вошел Кэл.

– Лендровер исчез, – объявил он прямо с порога. – Ключи от машины в вазочке?

– Понятия не имею. Я не проверяла.

– А вам не кажется, что это Зара взяла машину? – спросила Ульрика, обращаясь к нам обоим.

– Все может быть, – процедил в ответ Кэл и подошел к вазочке, стоявшей на буфете. – Ну вот! Ключей нет! Исчезли…

– Этого еще не хватало! – завопила Ульрика. – Зару никто и никогда не обучал надлежащим правилам вождения. Гоняла здесь по поместью, и на этом все. А что, если она сейчас попадет в аварию? Или ее остановит полиция? Тогда уж неприятностей не оберешься. А ее так и тянет вляпаться в какую-нибудь историю…

В дверь снова постучали. Мы все даже подпрыгнули от неожиданности. Кэл пошел открывать.

– Так вот вы где все кучкуетесь! – На пороге появился высокий мужчина. Кажется, его зовут Фрейзер. Тот самый, с которым я столкнулась в Киннаирд-лодж в ночь накануне Рождества. Он слегка склонил голову, чтобы войти в помещение.

– Думаю, на сей раз ты будешь рад меня видеть, – обратился он к Кэлу и слегка дернул женскую руку, которую держал в своей. Следом через порог перевалилась Зара. – Нашел ее на обочине. Пыталась поменять колесо в вашей развалюхе, которой она, кстати, рулила. Само собой, девчонка и понятия не имеет, как все это делается. Я бы ей помог, но решил, что первым делом нужно доставить ее обратно домой и разморозить. Она бы там умерла от холода, если бы я случайно не наткнулся на нее, – добавил Фрейзер.

– Зара! Слава богу! С тобой все в порядке? – Валькирия бросилась к вошедшим. – Большое вам спасибо, – обронила она, обращаясь к Фрейзеру, и я увидела, как они обменялись молниеносными взглядами и даже слегка улыбнулись друг другу, но потом Ульрика снова сконцентрировала все свое внимание на дочери. – Где ты была, дорогая? Мы тут все переволновались до смерти. – Она обняла Зару, но та стояла неподвижно в материнских объятиях, кол колом, даже не попытавшись прислониться к Ульрике. Вместо этого она бросила на меня умоляющий взгляд поверх плеча матери, словно призывая на помощь. Вопрос лишь в том, как и чем я сейчас могла бы помочь ей.

– Ей нужно принять горячую ванну, и как можно быстрее, – сказала Ульрика, с отсутствующим видом поглаживая руки дочери. – Но в этой хибаре такое удобство мы вряд ли найдем. И к себе нам пока лучше не возвращаться.

– А почему бы вам не заглянуть ко мне? – предложил Фрейзер. – По крайней мере, у меня в доме есть центральное отопление и полно горячей воды.

– О, еще раз большое спасибо. Именно так мы и поступим.

– Мама, но я…

– Ни слова больше, мисс! – рявкнула на нее Ульрика, и Зара тотчас же умолкла.

– Что ж, тогда пошли, – сказал Фрейзер.

Когда они покинули дом, уводя с собой Зару, так и не проронившую больше ни слова, Кэл закрыл за ними дверь и повернулся ко мне.

– Не знаю, как ты, а я сейчас совсем даже не против дерябнуть рюмку виски из той бутылки, что осталась у меня еще с Рождества. После всех треволнений не грех и расслабиться. Составишь мне компанию?

– Да, с удовольствием. Меня всю трясет. Бедная Зара! – воскликнула я с горечью, неожиданно почувствовав сильное сердцебиение, и безвольно опустилась на диван.

– Тогда это тебе, Тиг. – Кэл протянул мне стакан с виски, и мы с ним чокнулись, прежде чем выпить. – За благополучное воссоединение матери и дочери, – предложил он свой тост.

Жидкость обожгла гортань, сердце мое еще больше затрепетало, но, как ни странно, постепенно оно успокоилось, и я почувствовала себя гораздо лучше.

– А кто этот Фрейзер, Кэл? – спросила я. – Давно уже хотела спросить тебя о нем. Я видела его на Рождество.

– Сын Берил.

– Сын Берил? – Я даже взвизгнула от неожиданности. – Но почему же она ни единожды не упомянула о нем в разговорах со мной?

– Видишь ли, Тиг, там… все очень сложно у них. Многое тянется из прошлого. Плохая кровь, если ты понимаешь, о чем я. Но не мое это дело, а потому я не стану посвящать тебя в их семейную историю. Скажу лишь одно: Берил совсем не пришла в восторг, когда Фрейзер вернулся из Канады. Впрочем, по-моему, в Киннаирде никто не обрадовался его появлению в наших краях. Одному богу известно, зачем он приехал. Хотя у меня есть кое-какие мысли на сей счет. – Кэл сосредоточенно почесал переносицу.

– То есть Фрейзер даже не живет вместе с матерью?

– Нет, что ты! После того, что он натворил… Но ты же меня знаешь, не люблю я заниматься сплетнями, а потому давай оставим эту тему, ладно? Фрейзер себе на уме: раз приехал, значит, знает, зачем. А я лично вздохну полной грудью лишь тогда, когда он снова выметется отсюда. Мне пора идти. Хочу засыпать пару рытвин и ям на подъездной дороге. Увидимся позже.

* * *

После обеда я решила немного вздремнуть. Все еще давала знать о себе слабость после недавно перенесенной простуды. Да и ранние утренние бдения в блиндаже, пока я часами наблюдала за Пегасом и его перемещениями, тоже отнимали силы. Но не успела я прилечь, как в дверь снова постучали.

– Добрый день, Чарли. Проходите, – пригласила я, чувствуя, как сердце мое снова забилось при виде столь неожиданного гостя.

– Здравствуйте, Тигги. Берил сказала мне, что Ульрика уже наведывалась к вам. Хотела выяснить, где Зара.

Чарли переступил порог и замер у двери, неловко переминаясь с ноги на ногу. Я мельком глянула на него. Черты лица еще больше заострились, под глазами залегли темные круги. Мне даже показалось, что он сильно похудел с момента нашей последней встречи.

– С Зарой все в порядке, Чарли, – поспешила я успокоить его. – Они с Ульрикой сейчас отправились, чтобы приготовить Заре горячую ванну. – Потом я коротко рассказала ему о том, что Зара взяла машину, но по дороге у нее спустило колесо.

– И кто же ее нашел?

– Этот человек по имени Фрейзер. Он и привез ее в Киннаирд.

– Хорошо, – кивнул в ответ Чарли, хотя лицо его сделалось еще мрачнее. – И где же они сейчас? Вернулись в Киннаирд-лодж?

– Нет, они поехали домой к Фрейзеру.

– Понятно, – обронил он после долгой паузы. – Тогда, пожалуй, мне тоже стоит податься туда. Надеюсь, там я их и застану.

– Наверное, – согласилась я с ним. Мне очень хотелось добавить «к большому сожалению», ибо я видела, какая боль отразилась в его глазах, но посчитала, что в сложившихся обстоятельствах мои комментарии будут неуместны.

– Спасибо, что приютили Зару минувшей ночью, – промолвил Чарли, уже переступив порог в обратном направлении.

– О, за Зару можете не волноваться. С ней все в порядке. Думаю, просто нужно дать какое-то время, чтобы девочка остыла.

– Ладно! Еще раз спасибо вам, Тигги, за все, – поблагодарил меня Чарли, слабо улыбнувшись на прощание. И ушел.

19

Я проснулась на рассвете, чувствуя, что меня мутит. Такое состояние, словно после пьянки, сердце бьется неровно, охваченное какими-то паническими страхами, в груди сильно сдавило и заболело, когда я попыталась сделать вдох.

– Не волнуйся, Тигги. Это стресс в чистом виде, – успокаивала я себя, пока одевалась. После чего отправилась на встречу с Пегасом.

Я не стала прятаться в нашем убежище, а, согнувшись в три погибели, укрылась в зарослях папоротника, чтобы подобраться к оленю поближе, если он вдруг будет на месте. Закрыла глаза и почему-то снова вспомнила слова Чилли о том, какая сила таится в моих руках. Не открывая глаз, я вскинула руки вверх и попыталась сфокусировать всю эту свою мистическую силу на мысленном призыве к Пегасу предстать предо мной.

Чувствуя весь идиотизм ситуации, я снова открыла глаза и ничуть не удивилась, обнаружив, что Пегас никак не отреагировал на мои волшебные чары и не внял моему приказу выйти из рощи. Однако же когда я выпрямилась во весь рост, то внезапно услышала знакомое прерывистое дыхание всего лишь в нескольких сантиметрах от себя.

– Пегас! – прошептала я, поворачивая голову в ту сторону. Губы мои сами собой растянулись в широченной улыбке. Олень негромко фыркнул в ответ, какое-то время что-то поклевал в зарослях папоротника, а потом ленивой поступью направился к остальному стаду.

Вернувшись, я застала Кэла во дворе перед домом. Он о чем-то разговаривал с незнакомым мне мужчиной. Судя по выражению их лиц, разговор был жарким. Я быстро нырнула за дверь и побежала ставить чайник на огонь.

– Кто это был? – поинтересовалась я у Кэла, когда он наконец вошел в дом.

– Ах, Тиг! Ума не приложу, как просочилась информация, – тяжело вздохнул он в ответ.

– Информация о чем?

– О твоем Пегасе, конечно. Этот парень, с которым я только что разговаривал во дворе, он из местной газеты. До него дошли слухи…

– Но ты ведь все отрицал, да?

– Само собой. Однако у меня нет власти прогнать его отсюда. Он имеет полное право бродить по окрестным лесам и долам. Впрочем, как и всякий другой в Шотландии.

– Но он по крайней мере хотя бы не знает, где конкретно искать Пегаса. А так все его поиски… Это все равно что искать иголку в стоге сена.

– Ты права. Но зато опытному браконьеру не составит труда выяснить, в каких именно местах пасутся олени, а потом выследить и свою добычу. Нет уж! Я должен немедленно переговорить с Чарли, посоветоваться с ним, что нам делать. К тому же только он может сделать официальное заявление для прессы. У всех других таких полномочий нет. Все, я побежал в Киннаирд-лодж. До встречи.

– До встречи, – ответила я, откусив кусочек тоста и чувствуя, что голова у меня пошла кругом.

* * *

– Тигги, вы дома? – услышала я знакомый голос через закрытую дверь где-то через час после нашего разговора с Кэлом.

– Только тебя мне и не хватало! – буркнула я в сердцах, досадуя на то, что в последние дни наша хибара вдруг превратилась в некий центр всей деловой и прочей активности в Киннаирде. – Входите! – бросила я, поднимаясь с дивана, чтобы поздороваться с Зедом.

– Доброе утро, Тигги, – одарил он меня своей лучезарной улыбкой. – Давненько я вас не видывал.

– Так уж получилось. Слишком много работы. Вот я и занята целыми днями, – ответила я, стараясь говорить непринужденно, но при этом как можно убедительнее.

– Понятно. А я вот зашел, чтобы поинтересоваться, обдумали ли вы мое предложение. Вы ведь сказали, что вам потребуется какое-то время на раздумья. По-моему, времени уже прошло предостаточно. Во всяком случае, по моим понятиям, – заметил Зед. – Я намерен приступить к реализации своего проекта в максимально сжатые сроки. Не скрою, мне бы очень хотелось, чтобы за штурвал этого корабля встали именно вы. Но если нет, тогда мне нужно срочно подыскивать другую кандидатуру.

– Я вас прекрасно понимаю, Зед. Еще раз приношу свои извинения за то, что несколько затянула с ответом, но я действительно была очень занята все последние дни. А решение, которое я должна принять, оно ведь архисложное. Можно сказать, судьбоносное решение.

– Так оно и есть, – согласился со мной Зед и неожиданно зевнул. Так не похоже на него. – Прошу простить меня, – тут же спохватился он. – Но всю минувшую ночь я глаз не сомкнул. Вчера вечером ко мне заявились лэрд и его жена и попросили разрешения остаться в доме на одну ночь. Потом в спальне у меня за стенкой они устроили такой затянувшийся на всю ночь… спор, если не сказать скандал. Их дочь тоже выглядела весьма подавленной. Я даже слышал, как она плакала. Как я понимаю, она удрала из школы?

– Да. Но с ней все будет хорошо…

– Так вот, Тигги, в свете всего вышесказанного… – Зед сделал шаг мне навстречу, а я инстинктивно попятилась, тоже на один шаг. – Я ценю, что вы так серьезно отнеслись к принятию этого судьбоносного, по вашим словам, решения. Однако должен заявить со всей определенностью, что мне нужен ответ от вас к концу этой недели. И, боюсь, это крайний срок.

– Простите меня, Зед. Но, честное слово, я так замоталась…

– Понимаю. Но вот вам мой совет, Тигги. С учетом того, что я наслушался через стенку на протяжении всей минувшей ночи, я бы порекомендовал вам отнестись к моему предложению со всей серьезностью. По моему мнению, Киннаирд уже обречен. – Зед кивнул на прощание, одарил еще одной короткой улыбкой и удалился.

И буквально через пару минут после ухода Зеда вернулся Кэл.

– Я поговорил с лэрдом. Он согласен со мной в том, что мы должны как можно дольше держать в тайне информацию о Пегасе. Во всяком случае, до того момента, как будет сделано уже официальное заявление.

– Как ты думаешь, откуда произошла утечка?

– Лочи рассказывал, что недавно был на почте и слышал, как старик Артур, который там работает, рассказывал кому-то о фотографиях белого оленя, которые он якобы сам видел, – мрачно ответил Кэл. – Уверен, ничего плохого старик не имел в виду, но, скорее всего, именно так и пошла гулять молва по округе, пока не докатилась, в конце концов, до местного репортера. Сама понимаешь, в деревне любая сплетня распространяется со скоростью пожара. Однако мне пора.

– Береги себя, дорогой мой, – прошептала я, мысленно обращаясь к Пегасу и невольно содрогаясь от страха, вдруг охватившего меня.

* * *

– Проклятье! – выругался Кэл с нетипичной для него злостью, когда на следующее утро мы увидели, что наш двор заполонило множество машин. Телевизионщики уже успели вместе со своей техникой выбраться из одной машины и сейчас вовсю снимали живописные окрестности вокруг горного ущелья.

– Вы здесь главный? – обратился к Кэлу один из прибывших, как только тот вышел на улицу.

– Нет, – отрезал Кэл. – Чем я могу помочь вам?

– Тим Винтер из «Нортен Таймс», – представился мужчина. – Просочились слухи, что на территории вашего имения обитает белый олень. – Журналист полез в карман за блокнотом. – Вы можете подтвердить эту информацию?

– Ничего определенного не могу сказать, поскольку я здесь не начальник. Но сильно сомневаюсь в том, что вам удастся увидеть нечто подобное на землях Киннаирда. Я, во всяком случае, никакого белого оленя в глаза не видел, – уверенно солгал Кэл.

– У меня достаточно надежный источник информации. По словам этого человека, он лично видел фотографии оленя. Обещал переслать мне эти снимки в течение дня по электронной почте.

– Я и сам не против взглянуть на эти фотки, – отреагировал Кэл с непроницаемым выражением лица. Однако он у нас самый настоящий артист, невольно восхитилась я, понимая, какие страсти сейчас бушуют в душе управляющего. Наверняка весь кипит от злости.

Вперед выступил еще один репортер и тоже представился.

– Бен О’Дрисколл, СТВ Норт. Быть может, вы хотя бы скажете нам, где приблизительно пасутся ваши олени? Мы бы могли отправиться туда самостоятельно и понаблюдать за ними.

– А, это пожалуйста, – миролюбиво кивнул головой Кэл в знак согласия. – В это время дня они, главным образом, кучкуются вон там, на холме, где-то на полпути к вершине.

Кэл указал журналистам направление, прямо противоположное тому, где в это время может обитать Пегас. Я с трудом удержалась от смеха, слушая, как он еще выдал им кучу всяких сложных инструкций и указаний, что и как делать.

Они быстро загрузились в свои машины и микроавтобусы и покинули двор.

– По крайней мере, оттянули время, Тиг, – сказал Кэл, когда мы вместе вернулись в дом. – Сейчас я свяжусь по рации с Лочи и попрошу его убрать машину подальше от рощицы, а заодно и набросать побольше снега на наш блиндаж. Мы же не хотим, чтобы эти парни обнаружили какие-то подсказки, не так ли? – Кэл извлек из кармана свою рацию и, нажав на нужную кнопку, вышел на связь с Лочи. – Будем надеяться, что если они не найдут никаких оленей там, куда я их направил, то скоро им эта беготня по снегу надоест и они уберутся восвояси. Набросятся на чье-либо грязное белье и примутся обмывать его, как это у них водится. Лочи, ты меня слышишь? Хорошо. Мне нужно, чтобы ты перегнал свой минивэн в другое место, подальше с глаз…

Кэл продолжил инструктировать своего помощника, а я, подавив тяжелый вздох, пошла к себе в спальню покормить Алису.

Раздался стук во входную дверь, и все у меня в груди оборвалось, когда я увидела в оконное стекло бледное лицо Чарли. Я поспешила к двери.

– Здравствуйте, – поздоровалась я с Чарли и повела его в гостиную.

– Добрый день, Тигги, – вымученно улыбнулся он в ответ. Вид у него был ужасный. Я всю ночь не сомкнула глаз. Судя по всему, он тоже.

– Как вы тут? – поинтересовался он у меня скорее из вежливости.

– Все в порядке. Сейчас гораздо важнее, как там Зара?

– Пока ничего хорошего. Минувшей ночью она устроила нам самый настоящий скандал, когда мы сказали, что она должна вернуться в школу. Кончилось все тем, что она заперлась в своей спальне и категорически отказывается выходить. В любом случае, – Чарли вздохнул, – Зара – это уже моя головная боль. У вас и своих проблем тут полно. Расскажите мне поподробнее об этом белом олене… Судя по всему, новость о нем уже пошла гулять вовсю. Иначе чем еще объяснить такой наплыв визитеров к нам? Машины и микроавтобусы носятся по всему поместью. Кэл сказал мне, что вы тоже видели оленя воочию.

– Видела. Должна сказать, что в жизни он гораздо красивее, чем на тех фотографиях, которые мы отправили вам.

– То есть белый олень – это не плод вашего с Кэлом воображения, да?

– Нет, Чарли, никакой игры воображения. Но сейчас нам надо сделать все от нас зависящее, чтобы защитить его.

– Что ж, я тут переговорю кое с кем из тех, кому можно доверять. Чтобы помощников у вас прибавилось. Боже мой! – Чарли нервно взъерошил волосы. – Одни сплошные неприятности со всех сторон.

В этот момент он выглядел таким растерянным, что мне вдруг захотелось подойти к нему и заключить в объятия. А потом усадить его рядом с собой, не разжимая рук, и попросить, чтобы он рассказал мне обо всем, что случилось с тех пор, как мы виделись с ним в последний раз. Но какое право имею я вызывать Чарли на откровенность? Кто я здесь такая? А потому я обошлась универсальным средством, способным успокоить любого или хотя бы снять напряжение, и предложила ему чашечку чая.

– Спасибо, Тигги, но мне пора возвращаться к себе. Буду пытаться как-то выманить Зару из ее заточения. Может, вы что посоветуете? Мы ведь с ее матерью до сих пор не знаем, что там случилось у них в школе. Она стойко держит оборону, молчит, как на допросе. Что-то связанное с мальчиком, да?

– Думаю, это, прежде всего, вопрос уязвленного самолюбия, – ответила я, тщательно выверяя каждое свое слово. В конце концов, секрет Зары – это не мой секрет, чтобы разглашать его. – Пожалуй, на вашем месте я предложила бы Заре несколько дней не ходить в школу. Дать ей какое-то время, чтобы она смогла зализать, так сказать, свои раны. Иногда это помогает. Уверена, ей быстро надоест бесцельно слоняться по дому днями напролет. Снова захочется встретиться со своими подружками и одноклассницами хотя бы для того, чтобы узнать последние школьные новости.