Читать книгу "Пришелец с планеты Земля"

Глава 17

«О, мой бог, какой красивой она была в тот момент…»

– Это была первая ваша встреча? – добродушно улыбался Майкл.

– Да, первая в этой жизни. Она ждала меня на территории современной Канады, на острове Ньюфаундленд.

– Расскажи мне, как вы встретились? – попросил Майкл.

– Ты действительно хочешь слушать всю эту романтику? – удивился Джон.

– Безусловно. Я отлично провожу время и никуда не спешу. Ты невероятный рассказчик – невозможно оторваться!

– Что ж, спасибо. Просто ты единственный, кто проявил интерес к моей истории.

Я прибыл на Землю, когда мне было шестьдесят семь. Приземлился в тех самых местах, откуда и улетел. Занятия себе найти не смог, поэтому отправился в пешее странствие по британскому острову. Заурядное начало. Я не знал, что меня сюда привело, не знал, куда податься, чем заняться. Я просто ходил по дорогам, встречал людей, заглядывал в деревни.

Через несколько месяцев моих шатаний я наткнулся на крупный отряд викингов, который направлялся на запад, чтобы отплыть из Великобритании в Гренландию.

Век викингов на территории Англии, Шотландии и Ирландии подходил в те годы к концу. Они оседали, ассимилировались. Их суровые традиции воспитания сильного духа не находили поддержку окружающих. А те воины, которые являлись носителями основных ценностей викингов, кто своим примером демонстрировал мужество и непоколебимость, оставались лежать на поле брани.

Оставшиеся в живых, вынуждены были вернуться в свои семьи и повесить меч на стену. Однако, не все смогли это выдержать. Кто-то собирал вещи, семью, объединялся в отряды и отправлялся на запад, чтобы отплыть в новые земли, где все еще нужны были воины, авантюристы, путешественники и первооткрыватели.

К таким я и примкнул. Правд, сначала они хотели меня отдубасить, чтобы проверить достоин ли стать частью их общины, выдержу ли я столь сложное путешествие.

Проверяли впятером. Через две минуты те из них, кто остался стоять на ногах, восхищенно хлопали меня по плечу, довольно скалясь и громко хохоча.

С этими здоровяками я доплыл до Гренландии, где мы чудом нашли их старое поселение. Несмотря на уединение и пустоту, которые царят в тех землях, мои спутники были счастливы, наконец, ощутить давно забытый вкус абсолютной свободы. Их глаза горели жизнью.

Я помогал им, как мог, стараясь, однако, не раскрывать своих реальных возможностей. За свою силу, трудолюбие, отвагу и боевые навыки мне дали в подчинение отряд из пяти воинов, с которым мы обследовали окрестные земли.

Через год такой жизни мы начали испытывать потребность расширить свои горизонты и отправиться дальше на запад. И как по заказу из Англии прибыла новая экспедиция с переселенцами. Мы решили разместить вновь прибывших в своем поселении, а сами погрузили припасы и оружие на корабли и отплыли к берегам Северной Америки. По слухам, там тоже были деревни викингов. Однако, ни один из нас не знал точного направления. Мы просто плыли в одну сторону.

Несмотря на мои знания о расположении континентов, мои навыки ориентирования по звездам оставляли желать лучшего, поэтому корабли наши причалили к северным берегам острова Ньюфаундленд, что в Канаде, то есть плыли мы почти строго на Юг. И, как оказалось, к лучшему.

Это были владения индейцев. Мы, конечно, о них ничего не подозревали. Высадились в ближайшей бухте, как обычно, разбили лагерь неподалеку от кораблей.

Нас было пятьдесят человек. Пятьдесят огромных, бородатых, вонючих, вооруженных до зубов мужиков. Кто-то сразу бросился возводить временные палатки, кто-то на поиски мяса, а самые хилые пошли собирать ветки и рубить дрова. Я решил подняться повыше, чтобы осмотреться, куда же нас привели звезды. Возвышенность не пришлось долго искать.

Взобравшись на вершину, я осмотрелся и увидел неподалеку среди деревьев тонкую струйку дыма. Зная, что мои товарищи проголодались не только по жареному на костре мясу, но и по хорошей драке, я не стал им ничего рассказывать. Я вернулся и отдал всем приказ окопаться, построить походный форт – это должно было занять весь отряд на целый день. А сам отправился посмотреть, кто же здесь обитает, убедив всех, что иду разведать местность и наловить дичи.

Через несколько минут бега по каменистой породе, я добрался до места. Вокруг тлеющего костра, разбитого на берегу маленького озера, окруженного со всех сторон ельником, уже не было людей. Но было очевидно, что они ушли совсем недавно. Я медленно подошел к кострищу, чтобы собрать хоть какие-то данные о местных, начал копаться в углях.

Внезапно, я почувствовал, что сзади на меня кто-то бежит. Я схватил топор, который висел у меня на бедре, и резко развернулся. На меня летел человек с копьем. Точнее, это была заостренная палка. Он был небольшого роста, страшный и весь красный. Я слегка оторопел, когда его увидел и не сразу решил, что с ним делать. Он явно уступал мне в физической силе и вооружении. Я легко уложил его на землю и отобрал копье. Но внезапно на меня налетели еще трое. Видимо, первый только отвлекал, пока остальные заходили мне в спину. Эти были вооружены топориками и были уже покрупнее. Я встал в боевую стойку и внезапно почувствовал боль в ноге. Не успел я понять, что в нее воткнулась стрела, как из деревьев во вторую ногу прилетела еще одна.

Поскольку я отвлекся, нападавшим удалось сбить меня с ног и повалить на землю. Они били меня и пытались зарубить. Но, как понимаешь, им это не удалось. В итоге, очнувшись от их напора и наглости, я перехватил инициативу и разбросал этих горе-вояк в разные стороны. Поднявшись на ноги, индейцы растерянно переглянулись. Я выдернул торчавшие у меня в ногах стрелы, которые воткнулись в мою кожу, но не смогли пробить ее, и бросил их на землю. Раны мгновенно затянулись. Индейцы, видимо, поняли, что их план с неожиданным нападением провалился. И в тот момент, когда я было собрался их хорошенько проучить, появилась она – Найра. Она громко прокричала что-то своим тонким голосом и нападавшие отступили.

О, мой бог, какой красивой она была в тот момент. Даже шкуры животных, из которых небрежно была сделана ее одежда, не смогли ее изуродовать. Она не отрываясь смотрела на незнакомого волосатого дикаря, а он, то есть я, не мог отвести взгляд от нее. Все, абсолютно все в ней было пропитано какой-то магией. Это невозможно описать. Если ты когда-либо был безумно влюблен, то ты поймешь. Тогда, именно в тот момент, я понял, что волоком тащило меня через океан все это время. Это она.

Я часто вспоминаю нашу первую встречу на том каменистом холме, как она двигается, как мечутся на холодном ветру ее длинные черные волосы, ее глаза. Любопытство, тревога, решительность – все перемешалось в ее огромных темных глазах. С тех пора она менялась несколько раз. Каждое возрождение она выглядит иначе, но глаза не менялись никогда.

Она подошла ко мне, держа в руках лук. Я все еще держал в руках топор, хотя и опустил его, чтобы не пугать ее. Она смотрела нахмурившись, будто узнала во мне старого знакомого и пыталась вспомнить мое имя. Потом она закинула лук, из которого только что выпустила в меня две стрелы, за спину, осторожно протянула левую руку и еле-еле коснулась пальцами моей груди в районе сердца. Не отрывая взгляда, правую ладонь она прижала к своей груди. Я почувствовал тепло, исходящее от ее ладони. Я глубоко вздохнул и убрал топор.

Она крикнула что-то своим спутникам, которые собрались небольшой кучкой неподалеку, и те тоже опустили оружие. Она улыбнулась, глядя мне в глаза. Дружище, таких белых зубов, такой красивой улыбки я не видел больше никогда.

По коротким фразам мой переводчик не успел настроиться на речь индейцев сразу, и я все еще не понимал их слов. Найра взяла меня за руку и потянула за собой. Я последовал. Она повела меня в свое поселение, которое располагалось в нескольких часах пешим ходом. В пути индейцы переговаривались, бросая на меня подозрительные взгляды, и я, наконец, начал разбирать их речь. Они называли меня медведем. Я подумал, что это из-за шкуры, которой была покрыта моя спина и частично оказался прав, как выяснилось позже.

Найра шла рядом со мной и каждые несколько секунд бросала на меня взгляд. Затем решительно завела со мной беседу.

– Мы идем в нашу деревню, – сказала она и все замолчали.

По уставившимся на меня глазам всего отряда из десяти человек было понятно, что от меня требуется какой-то ответ, но я продолжал молча смотреть на Найру.

– Ты гость, – она указала пальцем на меня, – Друг.

В воздухе снова повисла напряженная пауза в ожидании моей реакции.

– Похоже он ничего не понимает, – раздался чей-то голос.

– Медведь плох на ухо.

– Да я и говорю, не медведь он никакой. Где вы видели такого послушного медведя? – раздались смешки.

– Мой отец – вождь. Ты гость. Будет большой праздник. Ты будешь есть и пить.

В этот момент я не выдержал и улыбнулся.

– Ага, он все понимает! – воскликнул кто-то.

– Да, он обдурил нас, – раздался другой голос.

– Меня зовут Найра, – обратилась она ко мне.

– Джон, – ответил я.

Глава 18

«Добро пожаловать домой, Северный Медведь…»

К окончанию нашего пути я уже мог говорить простыми фразами. Однако, я до сих пор не мог понять, почему охотничий отряд прекратил на меня нападать, а вместо этого меня повезли в гости к вождю. На мой вопрос Найра ответила, что отец все сам расскажет.

Поселение, в которое меня вели, располагалось на равнинной местности недалеко от каменистой бухты с галечным пляжем на самом севере острова рядом с живописным мысом, с которого были отчетливо видны разбросанные неподалеку в море мелкие острова. Растительности вокруг было мало, поэтому продувалась территория очень хорошо, зато пологий берег позволял с легкостью спускать на воду рыболовецкие лодки, которых я насчитал не меньше двух десятков.

В деревне меня приняли осторожно, но все же приняли. Вождь тоже вышел. Найра долго шептала ему что-то на ухо, показывала то на меня, то на небо, то на землю. А вождь все это время недоверчиво осматривал меня с ног до головы, опираясь на высохшую палку. Вокруг собралась целая толпа зевак, не меньше двух сотен. Внезапно, не дослушав дочь, он сделал шаг ко мне.

– Ясно, – сказал он и Найра тут же замолчала, – Так значит, дух севера вернулся в наши земли? Что же, мы все очень рады. Только позволь, я проверю кое-что, – с этими словами он выхватил из за спины нож и пронзил мой живот. Толпа ахнула. Найра вздрогнула, и закрыла глаза, слегка закусив нижнюю губу.

Удивительно, но нож вождя оказался достаточно острым, чтобы пронзить мою кожу. Мне было больно, черт побери. Знаешь, холодное лезвие в животе – ощущение не из приятных. Старик прижался ко мне и стал сверлить взглядом, ожидая моей реакции. Однако, я только поморщился. Потом посмотрел на Найру – она испуганно смотрела на меня. Я улыбнулся ей. Вождь вытащил из меня жало ножа, спрятал его. Он продолжал ждать, когда я упаду, но этого не произошло. Я продолжал стоять.

– Добро пожаловать домой, Северный Медведь, – довольно улыбаясь, он положил руку на мое плечо.

– Это честь для меня, – ответил я на его языке, чем крайне удивил присутствующих.

– Найра, – он подозвал свою дочь, – Покажи нашему гостю все здесь. И накорми. А мы будем готовиться к празднику. Северный Медведь вернулся! – воскликнул он, вздымая руки, от чего толпа вокруг закричала, завизжала и заулюлюкала. Вот такое у нас получилось знакомство.

Мы долго гуляли по окрестностям. Она показала мне их быт, как они охотятся, как готовят пищу, как занимаются с детьми. Я слушал ее и все во мне дрожало. Я как будто нашел спрятанный от всех клад, о котором знал только я.

Наступил вечер. Вождь устроил пышный праздник в честь моего прибытия. Разожгли огромный костер. Я и Найра смотрели, как пляшут вокруг костра ее сородичи, и сами тоже плясали.

Я рассказывал ей о своих странствиях, о том, что есть другие миры, другие народы. Рассказывал о звездах, о планетах. Она слушала как ребенок, ловила каждое мое слово и прижималась все ближе. Похоже, ее также непреодолимо тянуло ко мне, как и меня к ней.

Наконец, вождь объяснил мне, почему меня назвали Северным Медведем.

Когда-то несколько поколений назад, к этим же берегам причалили лодки с великанами. Сильными, выносливыми, решительными, вооруженными до зубов. Их вел за собой воин в шкуре белого медведя. Видимо, это была одна из предыдущих экспедиций викингов. В обмен на еду и кров индейцы попросили помощи в противостоянии с соседним племенем, которое то и дело нападало на их земли. Северный Медведь согласился на сделку. Через несколько дней викинги в пух и прах без потерь разбили агрессоров.

В бою предводитель викингов был ранен, но как ни в чем ни бывало продолжил бой. После этого и возникла легенда о том, что это были не люди, а духи, приплывшие с севера, чтобы защитить племя от гибели. Духи, которых они призывали, которым приносили дары несколько предшествующих месяцев.

На празднике в честь победы Медведь познакомился с дочерью вождя. Они все время проводили вместе. Через три дня викинги собрали припасы, снова сели на корабли и уплыли на юг вдоль береговой линии. Дочь вождя тоже пропала. Северный Медведь забрал самую главную свою награду. Тогда вождем был прапрапрадед Найры.

История превратилась в легенду, по которой в трудные для племени времена им на помощь должен вернуться Северный Медведь.

И вот, двести лет спустя такие времена наступили. Многочисленное воинственное племя, которое за их головные уборы прозвали «рогатые», активизировалось на западе острова.

Они пришли с большой земли, как мне удалось выяснить позже, в поисках новых земель и пищи. Они охотились на чужих землях, обворовывали охотников, даже пытались напасть, но быстро отступили.

И вот, ритуальный зов шамана услышали духи. К тем же берегам вновь причалили великаны в шкурах. Но по легенде Белый Медведь был неуязвим, поэтому вождь, дабы убедиться, что мы не самозванцы, воткнул в меня нож. Тот самый нож, который перед отплытием подарил его предку первый Северный Медведь. Этот нож он мне потом подарил и я до сих пор храню его у себя дома на Мере.

Весь праздник, пока племя радостно и самозабвенно прыгало вокруг костра, я и Найра не могли друг от друга оторваться. Меня невидимой цепью тянуло к ней, а ее ко мне. И когда все начало стихать, когда довольный вечером вождь отправился спать, мы смогли уединиться. Видимо, я в точности повторял путь своего предшественника. Мы завернулись в какие-то шкуры, которые беспощадно кололись, но это было незабываемо. Особенно ее глаза. О, мой Бог, какие у нее глаза.

На следующий день мне нужно было вернуться к своим, иначе они отправились бы меня искать и, несомненно, напали бы на поселение, несмотря на численное меньшинство.

Однако, уйти я не успел.

Глава 19

«Викинги не склонны к сантиментам, но даже мои спутники едва сдерживали эмоции…»

«Рогатые» напали на деревню. Было раннее утро и большинство мужчин еще спали, когда они нанесли удар. Я успел застать начало боя, когда вооруженные копьями и топорами индейцы ворвались в поселение, потому что вышел на улицу попить воды. Кто-то пешком, кто-то на лошадях, они неслись во весь опор в жажде кого-нибудь убить. Крики первых раненых разбудили Найру. Я залетел обратно и застал ее натягивающей одежду.

Я велел ей бежать к отцу и защитить его, а сам бросился отбивать от нее нападавших. Оружие индейцев не могло нанести мне вреда и я мог бы разбросать их тела на многие километры вокруг, но я боялся за жизнь Найры и бежал рядом с ней, ежесекундно оглядываясь на врагов, которые чувствовали наш страх и приближались все быстрее.

Через пару минут мы были у ее отца, которого защищало два-три десятка воинов. И только когда Найра забежала в этот круг, когда она оказалась под защитой своих братьев и отца, тогда я дал волю своей ярости. Как ты думаешь, что было дальше? Что я сделал?

– Да тут к гадалке не ходи, ты их всех перебил, – незамедлительно ответил Майкл с оживлением.

– Почти. Не всех. И не только я. То, что было дальше удивило не только моих новых друзей, но и меня.

Чтобы сконцентрировать на себе весь отряд неприятеля и сохранить как можно больше невинных жизней, я достал свой сигнальный горн и дунул в него. Знаешь, что такое горн? В него дуют, чтобы издать звук.

– Да знаю, знаю я, что такое горн, – нетерпеливо затараторил Майкл.

– Отлично. Так вот, звук моего горна сработал отлично. Нападавшие доселе такого звука не слышали, поэтому искренне заинтересовались. Те, кто несся к нашей кучке во весь опор остановились, а те, кто отставал, направились на незнакомый звук. Меньше чем через минуту вокруг нас собралась внушительная толпа вооруженных индейцев со злобными лицами, размалеванные, но сомневающиеся. Я продолжал трубить.

Наконец вперед на коне выехал их главный. Сначала я не мог понять, что он кричит, но вскоре переводчик настроился, и я понял, что они пришли забрать эти земли себе. «Эти люди либо подчинятся, либо погибнут,» – говорил он. Тогда я повесил горн обратно на пояс, поднял свой топор, который, к слову, своим размером вызвал определенное впечатление у вражеского предводителя, и прокричал: «Я Северный Медведь, дух севера, буду защищать это племя и уничтожу любого, кто попытается напасть!»

– Прозвучало пафосно, браво! – улыбаясь прервал рассказ Майкл.

– Безусловно! Такова была цель. Рожу я скорчил соответствующую. Правда, кричал я на-индейском, и не был до конца уверен, что оппоненты меня правильно поняли. Но они переглянулись.

И только они, вот сейчас самое интересное, хотели броситься в бой, воодушевленные коллективным улюлюканьем, как где-то неподалеку раздался звук другого горна.

– Да не может быть! Это же идеально! Какой монтаж, какой пафос! – воскликнул Майкл, – Да такое только в кино бывает!

– Да, этого я не ожидал. И моей радости в тот момент не было предела. Конечно, я мог бы и один всех раскидать, но когда все складывается так картинно – это истинное удовольствие.

Мои бойцы, мои верные друзья, три десятка закаленных северными ветрами великанов, которые отправились на мои поиски, неслись нам на помощь. Пока индейцы растерянно оглядывались, я стремительно дал еще один быстрый сигнал из горна, бросил его не глядя через плечо, и бросился на врага.

Первым в мир предков отправился вражеский командир. Мы познакомились десять минут назад, а он уже потерял от меня голову. Дальше была бойня. С одной стороны я со своей неуязвимостью, с другой голодные до хорошей драки здоровенные викинги с мечами, щитами, секирами и топорами. Индейцам повезло, что не пришли все, поскольку кому-то нужно было сторожить корабли.

Через минут тридцать, не больше, «рогатые» бежали, куда глаза глядят, а им в спину летели стрелы Найры и ее братьев по племени. А я со своим отрядом весело праздновал добрую победу. Элемент неожиданности и превосходство в вооружении помогли нам избежать потерь, обошлось тремя ранеными. А вот потери племени были ощутимыми. Около сотни убитыми.

Викинги не склонны к сантиментам, но даже мои спутники едва сдерживали эмоции, глядя на то, что натворили нападавшие. Не стану описывать тебе все в деталях, эти воспоминания сквозь тысячу лет заставляют меня вздрагивать, я бы ни на секунду не сомневался, если бы мне предложили от них избавиться.

После безудержного рыдания женщин, смятения мужчин, ритуалов, похорон, осознания неизбежного вымирания племени, нерешительности в планировании дальнейшей жизни, настало время действий. Тем, кто осознал свой скорый исход, не остается ничего, кроме действий, ибо все, что у них есть – это время, которое нельзя терять.

Из рассказов пленных, которым удалось выжить, мы узнали, где находится основная стоянка «рогатых», их численность, планы и вооружение. Всего их было около пятисот человек. В нападении участвовала половина. До главного лагеря было два дня ходу. Это значило, что уцелевшие в резне уже добрались до него и сообщили о поражении и о новых защитниках местных жителей. Это означало, что они будут более тщательно готовиться к следующему нападению. Или к обороне.

Лично мне больше нравился второй вариант. Об этом я сообщил на собрании три дня спустя. Викинги встретили мое предложение воодушевленно, даже восторженно. Им явно понравилось гонять по кустам обезумевших от страха краснокожих. От вождя тоже не было возражений, однако своих воинов отправлять на мероприятие он не торопился, поскольку их осталось не больше трех десятков. Если бы они погибли, то оставшиеся в живых женщины, старики и дети остались бы без защиты и пропитания и стали легкой добычей хищников или мародеров.

Чтобы обезопасить оставшихся, мы решили оставить два десятка молодых бойцов в деревне. Конечно, они не были в восторге от этого, но старшие товарищи были категоричны и настойчивы. Тем более кому-то нужно было перегнать наши корабли к северному берегу, ближе к индейскому поселению.

Найра вызвалась пойти с нами, но мы ей отказали. Однако, как оказалось позже, ее это не остановило. Нам предстояло пересечь марш-броском остров, найти лагерь противника и разгромить его окончательно. Сложность заключалась в том, что мы не знали точно, где он находится, поэтому взяли с собой одного пленного и уповали, что наши следопыты не ошибутся.

Отряд вышел утром. Мы быстрым шагом продвигались вглубь острова. Нам приходилось каждую минуту менять маршрут, потому что остров, как оказалось, весь вдоль и поперек изрезан ручейками и речушками, усыпан сотнями, а может и тысячами небольших озер, каждое из которых просто так не перейдешь – нужно обходить. В итоге к обеду мы снова вышли к океану. «Рогатый» смеялся над нами.

В этот момент к нам и присоединилась Найра. Когда мы вновь отправились в путь, решив двигаться вдоль побережья, она громко окликнула меня, что заставило весь отряд оглянуться. Она стояла на возвышении, поставив одну ногу на валун. Ее черные волосы растянулись в потоке морского ветра. Меховая обивка ее одежды придавала фигуре аморфность, поскольку в лучах слепящего северного солнца ее очертания теряли четкость. За ее плечами торчал лук и колчан со стрелами, а в руке было тонкое копье.

– Похоже, вам не помешает проводник, – сказала она ухмыляясь, подойдя ближе.

Несмотря на то, что я был рад ее эффектному появлению, я предложил ей вернуться. Тем более, у нас был осведомитель, который приведет нас к своим. После моих слов она не спеша подошла к пленному и медленно пронзила его грудь копьем, глядя ему в глаза. На ее лице было так много злости и ненависти, что никто из присутствующих не решился остановить ее.

– Он все равно обманул вас, – продолжила Найра железным голосом, стоя над уже бездыханным телом врага, – Он водил бы вас неделю. За это время всех успели бы перебить. Я отведу, – добавила она, уже нежно и заботливо.